ДЕВЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А64-3374/2020

г. Воронеж

25 июня 2021 года

Резолютивная часть постановления объявлена 21 июня 2021 года

Постановление в полном объеме изготовлено 25 июня 2021 года 

Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьиМаховой Е.В.,

судейБотвинникова В.В.,

                                                                                           ФИО1,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО2,

при участии:

от общества с ограниченной ответственностью «Управление и инвестиции»: ФИО3, представитель по доверенности от 19.04.2019 сроком действия на 3 года, паспорт РФ; 

от ФИО4: ФИО3, представитель          по доверенности № 68 АА 1406142 от 23.03.2021, паспорт РФ.

от ФИО5: представитель не явился, доказательства надлежащего извещения имеются в материалах дела; 

от Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 4               по Тамбовской области: представитель не явился, доказательства надлежащего извещения имеются в материалах дела; 

от Инспекции Федеральной налоговой службы по г. Тамбову: представитель не явился, доказательства надлежащего извещения имеются           в материалах дела,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО4 на решение Арбитражного суда Тамбовской области от 04.03.2021 по делу № А64-3374/2019 по иску ФИО5 к обществу с ограниченной ответственностью «Управление и инвестиции» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), при участии третьих лиц: Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 4 по Тамбовской области, Инспекции Федеральной налоговой службы по г. Тамбову, ФИО4, о взыскании действительной стоимости доли участника общества,

УСТАНОВИЛ:

ФИО5 (далее - ФИО5, истец) обратилась            (с учетом уточнения исковых требований в порядке ст. 49 АПК РФ) в арбитражный суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Управление и инвестиции» (далее - ООО «Управление и инвестиции», ответчик) о взыскании 12 972 000 руб. действительной стоимости доли            в уставном капитале общества.

Решением Арбитражного суда Тамбовской области от 04.03.2021 исковые требования ФИО5 удовлетворены в полном объеме.

Не согласившись с принятым судебным актом, ссылаясь на его незаконность и необоснованность, ФИО4 (третье лицо) обратился           в Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит обжалуемое решение суда отменить, рассмотреть дело по правилам первой инстанции с участием ФИО6, отказать в удовлетворении иска ФИО5

В судебное заседание апелляционной инстанции от 21.06.2021 представители ФИО5, Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 4 по Тамбовской области (далее - Межрайонная ИФНС России № 4 по Тамбовской области, третье лицо), Инспекции Федеральной налоговой службы по г. Тамбову (далее - ИФНС России по г. Тамбову,  третье лицо) не явились.

Учитывая наличие доказательств надлежащего извещения указанных лиц о времени и месте судебного разбирательства, апелляционная жалоба рассматривалась в отсутствие их представителей в порядке ст.ст. 123, 156, 266 АПК РФ, п. 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 17.02.2011 № 12 «О некоторых вопросах применения Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ «О внесении изменений в Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации».

Представитель ООО «Управление и инвестиции» и ФИО4 поддержал доводы апелляционной жалобы ФИО4

Протокольным определением Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.06.2021 отказано в удовлетворении ходатайства ФИО4 о привлечении к участию в деле в качестве третьего лица,         не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО6, поскольку в силу ч. 3 ст. 266 АПК РФ в арбитражном суде апелляционной инстанции не применяются правила о соединении и разъединении нескольких требований, об изменении предмета или основания иска, об изменении размера исковых требований, о предъявлении встречного иска, о замене ненадлежащего ответчика, о привлечении к участию в деле третьих лиц, а также иные правила, установленные настоящим Кодексом только для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции.                 При этом правовых оснований для перехода к рассмотрению настоящего дела по правилам, установленным Арбитражным процессуальным кодексом РФ для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции, судебной коллегией не установлено.

Кроме того, протокольным определением Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.06.2021, с учетом предмета заявленного спора и круга обстоятельств, подлежащих доказыванию, положений ст. 67, ч. 2 ст. 268 АПК РФ отказано в удовлетворении ходатайств ФИО4 об истребовании от ФГБОУ «Тамбовский государственный университет имени Г.Р. Державина» документально подтвержденной информации о заключенных между университетом и ООО «Управление и инвестиции» в 2010 - 2018 г.г. контрактах, сумме перечисленных университетом данному обществу денежных средств и о вызове свидетелей, способных подтвердить ничтожность решения общего собрания от 30.11.2017, договора купли-продажи доли в уставном капитале от 07.06.2011 между ФИО6 и ФИО5, а также номинальный характер участия в обществе ФИО4 и ФИО5

При рассмотрении дела в порядке апелляционного производства арбитражный суд по имеющимся в деле и дополнительно представленным доказательствам повторно рассматривает дело (ч. 1 ст. 268 АПК РФ).

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, отзыва ФИО5 на апелляционную жалобу, письменных пояснений ООО «Управление и инвестиции», заслушав объяснения явившегося представителя, судебная коллегия не усматривает оснований для отмены или изменения обжалуемого решения суда и удовлетворения апелляционной жалобы.

Как установлено судом и следует из материалов дела, ООО «Управление и Инвестиции» зарегистрировано в качестве юридического лица Межрайонной ИФНС России № 4 по Тамбовской области 25.05.2010,          о чем внесена запись в ЕГРЮЛ за ОГРН 

<

***>.

Согласно сведениям из ЕГРЮЛ в отношении ООО «Управление и Инвестиции» участниками общества являются ФИО4 с долей в уставном капитале общества 40% и ФИО5 с долей в уставном капитале общества 60%. Единоличным исполнительным органом общества является ФИО4

28.06.2019 ФИО5 обратилась в адрес ООО «Управление и Инвестиции» с заявлением в простой письменной форме на получение согласия других его участников или общества на выход из общества и выплате действительной стоимости доли, а также о предоставлении документов, необходимых для нотариального удостоверения заявления о выходе из общества (т. 1, л.д. 24-25).

Данное обращение было оставлено обществом без ответа, запрошенные документы не представлены.

Ссылаясь на уклонение ответчика от выплаты действительной стоимости доли в уставном капитале общества, ФИО5 обратилась в арбитражный суд с настоящим иском (с учетом принятых уточнений исковых требований в соответствии с результатом судебных экспертиз).

Принимая решение по делу, суд первой инстанции пришел к правильному выводу об удовлетворении заявленного иска ввиду следующего.

В силу ч. 1 ст. 4 АПК РФ заинтересованное лицо вправе обратиться           в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав        и законных интересов.

На основании ст. 225.1 АПК РФ арбитражные суды рассматривают споры, связанные с принадлежностью акций, долей в уставном (складочном) капитале хозяйственных обществ и товариществ, паев членов кооперативов, установлением их обременений и реализацией вытекающих из них прав, за исключением споров, вытекающих из деятельности депозитариев, связанной с учетом прав на акции и иные ценные бумаги, споров, возникающих в связи с разделом наследственного имущества или разделом общего имущества супругов, включающего в себя акции, доли в уставном (складочном) капитале хозяйственных обществ и товариществ, паи членов кооперативов. 

Согласно п. 1 ст. 94 ГК РФ участник общества с ограниченной ответственностью вправе выйти из общества независимо от согласия других его участников или общества путем подачи заявления о выходе из общества, если такая возможность предусмотрена уставом общества.

При подаче участником общества с ограниченной ответственностью заявления о выходе из общества или предъявлении им требования                           о приобретении обществом принадлежащей ему доли в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, доля переходит к обществу           с момента получения обществом соответствующего заявления (требования). Этому участнику должна быть выплачена действительная стоимость его доли в уставном капитале или с его согласия должно быть выдано в натуре имущество такой же стоимости в порядке, способом и в сроки, которые предусмотрены законом об обществах с ограниченной ответственностью и уставом общества (п. 2 ст. 94 ГК РФ).

В соответствии с положениями ст.ст. 8, 26 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее - ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью») участник общества вправе выйти из общества путем отчуждения доли обществу независимо от согласия других его участников или общества, если это предусмотрено уставом общества. Заявление участника общества о выходе  из общества должно быть нотариально удостоверено по правилам, предусмотренным законодательством о нотариате для удостоверения сделок. Право участника общества на выход из общества может быть предусмотрено уставом общества при его учреждении или при внесении изменений в его устав по решению общего собрания участников общества, принятому всеми участниками общества единогласно, если иное не предусмотрено федеральным законом. 

В силу п. 7 ст. 23 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» доля или часть доли переходит к обществу с даты получения обществом заявления участника общества о выходе из общества, если право на выход из общества участника предусмотрено уставом общества. 

Из материалов регистрационного дела ООО «Управление и инвестиции», представленного налоговым органом по запросу суда, усматривается, что первоначальная редакция устава общества, утвержденного протоколом от 27.04.2010, содержала положение, согласно которому участник общества вправе в любое время выйти из общества              с согласия других его участников или общества, способами и путем, указанными в уставе (п. 9.1 устава от 27.04.2010).

Протоколом внеочередного общего собрания общества № 3 от 30.11.2017 устав ООО «Управление и инвестиции» принят в новой редакции, соответствующие изменения внесены в ЕГРЮЛ.

Пунктом 20.1 устава ООО «Управление и Инвестиции», утвержденного общим собранием участников общества (протокол № 3 от 30.11.2017), предусмотрено право участника выйти из общества путем отчуждения доли обществу независимо от согласия других его участников или общества. 

Таким образом, с 30.11.2017 положения устава ООО «Управление и инвестиции» позволяют участнику выйти из состава участников общества          в отсутствие согласия иных участников общества или общества.

В ходе рассмотрения дела истцом в материалы дела представлено заявление о выходе из общества от 19.07.2019, удостоверенное нотариусом города Тамбова Тамбовской области ФИО7 (т. 3, л.д. 212), с доказательствами направления данного заявления в адрес ООО «Управление и инвестиции» 20.07.2019 (т. 3, л.д. 204а-204в). Почтовое отправление, содержащее нотариально удостоверенное заявление ФИО5 от 19.07.2019 о выходе из состава участников общества, направленное по юридическому адресу ответчика, возвращено истцу организацией почтовой связи в связи с истечением срока его хранения.

В п. 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» указано, что с учетом положения п. 2 ст. 165.1 ГК РФ юридически значимое сообщение, адресованное юридическому лицу, направляется по адресу, указанному в едином государственном реестре юридических лиц либо                по адресу, указанному самим юридическим лицом. Юридическое лицо              несет риск последствий неполучения юридически значимых сообщений, доставленных по указанному им адресу, а также риск отсутствия по ним своего представителя. Сообщения, доставленные по названному адресу, считаются полученными, даже если лицо фактически не находится по данному адресу.

В ходе судебного разбирательства дела представитель ответчика подтвердил получение обществом нотариально оформленного заявления ФИО5 о выходе из состава участников общества.

Установив, что ФИО5 осуществлены необходимые действия для вручения обществу заявления о выходе из состава его участников,               суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что у общества возникла обязанность выплатить действительную стоимость доли ФИО5 в связи с ее выходом из общества после обращения с заявлением от 19.07.2019.

Возражений относительно несоблюдения ФИО5 формы  подачи заявления о выходе из состава участников общества от 19.07.2019 участвующие в деле лица не заявили.

Представитель ответчика заявил о ничтожности решения общего собрания участников ООО «Управление и инвестиции» № 3 от 30.11.2017,           а также о ничтожности заключенного 07.06.2011 между ФИО6                   и ФИО5 договора купли-продажи доли в уставном капитале              ООО «Управление и инвестиции» в размере 80% как мнимой сделки.

ФИО4 заявил о фальсификации представленных                 ответчиком в материалы дела письменных доказательств: протокола                  № 2 внеочередного общего собрания участников ООО «Управление и инвестиции» от 29.04.2014 в части фальсификации подписей ФИО5 и ФИО4, протокола № 3 внеочередного общего собрания участников ООО «Управление и инвестиции» от 29.04.2016 в части фальсификации подписей ФИО5 и ФИО4, протокола № 3 внеочередного общего собрания участников ООО «Управление и инвестиции» от 30.11.2017 в части фальсификации подписей ФИО5 и ФИО4 

В обоснование ходатайства о фальсификации ФИО4 указал, что он как участник и генеральный директор общества не подписывал протоколы общих собраний общества, а также иные документы общества,           за исключением тех, которые требовали нотариального удостоверения. Согласно пояснением ФИО4 он никогда не занимался управлением общества, не интересовался хозяйственной, финансовой деятельностью общества, не распоряжался денежными средствами общества, считая себя номинальным директором. В целях проверки заявления о фальсификации доказательств ФИО4 заявлено ходатайство о вызове свидетелей                                   ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13

Представитель ООО «Управление и инвестиции», представивший                   в материалы дела протоколы общих собраний общества, о                 фальсификации которых заявлено, также полагал указанные документы сфальсифицированными и ничтожными, поскольку порядок проведения собраний не соблюдался, участники общества не уведомлялись о проведении общих собраний, решения общих собраний общества принимались в их отсутствие, подписывали решения третьи лица. 

Представитель истца возражал против удовлетворения ходатайств о фальсификации, указав, что о дате, времени и месте проведения собраний участников общества ФИО5 извещалась посредством телефонной связи, поскольку это являлось обычной практикой в обществе, в назначенное время принимала участие в собраниях, голосовала по вопросам повестки собраний, свою подпись и подпись ФИО4 на решениях общих собраний участников общества ФИО5 не оспаривает. 

Отклоняя ходатайства о фальсификации доказательств, суд первой инстанции правильно исходил из следующего.

Судом области установлено, что протоколом № 2 внеочередного общего собрания участников ООО «Управление и инвестиции» от 29.04.2014 единоличным исполнительным органом (генеральным директором) общества на срок с 29.04.2014 по 29.04.2016 избран ФИО4 Протоколом № 3 внеочередного общего собрания участников ООО «Управление и инвестиции» от 29.04.2016 единоличным исполнительным органом общества на срок с 29.04.2016 по 29.04.2021 также избран ФИО4 Протоколом № 3 внеочередного общего собрания участников ООО «Управление и инвестиции» от 30.11.2017 изменен юридический адрес общества, устав общества принят в новой редакции. Из протоколов следует, что оба участника общества ФИО4 и ФИО5 принимали участие                    в собрании, кворум составил 100%, по вопросам повестки дня участники общества голосовали единогласно. 

Согласно п. 1 ст. 181.4 ГК РФ решение собрания недействительно             по основаниям, установленным Гражданским кодексом РФ или иными законами, в силу признания его таковым судом (оспоримое решение)              либо независимо от такого признания (ничтожное решение). 

В соответствии с разъяснениями, изложенными в п. 106 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», допускается возможность предъявления самостоятельных исков о признании недействительным ничтожного решения собрания. Споры по таким требованиям подлежат разрешению судом в общем порядке по заявлению любого лица, имеющего охраняемый законом интерес в таком признании. Возражение ответчика о том, что требование истца основано на ничтожном решении, оценивается судом по существу независимо от истечения срока исковой давности для признания этого решения недействительным.

Согласно п. 1 ст. 37 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» общее собрание участников общества проводится в порядке, установленном данным Федеральным законом, уставом общества и его внутренними документами. В части, не урегулированной названным Федеральным законом, уставом общества и внутренними документами общества, порядок проведения общего собрания участников общества устанавливается решением общего собрания участников общества.

Статьей 33 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» предусмотрено, что к компетенции общего собрания участников относятся,           в числе прочего, утверждение устава общества, внесение в него изменений или утверждение устава общества в новой редакции, изменение места нахождения общества.

В соответствии с п. 1 ст. 43 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» решение общего собрания участников общества, принятое с нарушением требований законодательства или устава общества           и нарушающее права и законные интересы участника общества, может быть признано судом недействительным по заявлению участника общества,                не принимавшего участие в голосовании или голосовавшего против оспариваемого решения. 

Из положений ст.ст. 181.1, 181.2 и 181.4 ГК РФ следует, что решение собрания, с которым закон связывает гражданско-правовые последствия, порождает правовые последствия, на которые решение собрания направлено, для всех лиц, имевших право участвовать в данном собрании (участников юридического лица, сособственников, кредиторов при банкротстве и других - участников гражданско-правового сообщества), а также для иных лиц, если это установлено законом или вытекает из существа отношений.

Решение собрания считается принятым, если за него проголосовало большинство участников собрания и при этом в собрании участвовало не менее пятидесяти процентов от общего числа участников соответствующего гражданско-правового сообщества.

Решение собрания вправе оспорить в суде участник соответствующего гражданско-правового сообщества, не принимавший участия в собрании или голосовавший против принятия оспариваемого решения.

Участник собрания, голосовавший за принятие решения или воздержавшийся от голосования, вправе оспорить в суде решение собрания           в случаях, если его волеизъявление при голосовании было нарушено.

Решение собрания может быть оспорено в суде в течение шести месяцев со дня, когда лицо, права которого нарушены принятием решения, узнало или должно было узнать об этом, но не позднее чем в течение двух лет со дня, когда сведения о принятом решении стали общедоступными для участников соответствующего гражданско-правового сообщества.

Из изложенных норм права и разъяснений Верховного суда РФ следует, что такой способ защиты как заявление о ничтожности решения общего собрания участников общества, принятого с нарушением требований законодательства, предусмотрен для участников общества, не принимавших участие в голосовании или голосовавших против оспариваемого решения. 

Судом первой инстанции правильно учтено то обстоятельство, что           в данном случае ФИО4 - лицо, заявившее о фальсификации доказательств, - является генеральным директором ООО «Управление и инвестиции». То есть лицом, имеющим право без доверенности действовать от имени юридического лица, в том числе подавать документы, касающиеся деятельности общества в регистрирующий орган. 

В п. 1.3 ст. 9 Федерального закона от 08.08.2001 №129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» указано, что при государственной регистрации юридического лица заявителями могут быть руководитель постоянно действующего исполнительного органа регистрируемого юридического лица или иное  лицо, имеющие право без доверенности действовать от имени этого юридического лица. 

ФИО4, являющийся вторым участником ООО «Управление и инвестиции», будучи генеральным директором ООО «Управление и инвестиции», в установленном законном порядке подал соответствующее заявление о внесении изменений в ЕГРЮЛ в отношении учредительных документов общества. 

Решения общих собраний № 2 от 29.04.2014, № 3 от 29.04.2016 о назначении ФИО4 генеральным директором ООО «Управление и инвестиции» и № 3 от 30.11.2017 о принятии устава общества в новой редакции и изменении юридического адреса общества не оспорены                          в судебном порядке. 

Иными словами обществом в лице директора ФИО4 совершены действия, направленные на придание законного характера решению общего собрания ООО «Управление и инвестиции» № 3 от 30.11.2017, позволяющие третьим лицам полагаться на него.

Согласно п. 3 ст. 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. 

В силу п. 4 ст. 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество               из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В п. 1 ст. 10 ГК РФ закреплено, что не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред                   другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а                   также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

По смыслу ст. 10 ГК РФ злоупотребление гражданским правом заключается в превышении пределов дозволенного гражданским правом осуществления своих правомочий путем осуществления их с незаконной целью или незаконными средствами, с нарушением при этом прав и законных интересов других лиц. Под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с нарушением установленных в ст. 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам или создающее условия для наступления вреда.

В случаях, когда закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права разумно и добросовестно, разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагаются, пока не доказано обратное (п. 5 ст. 10 ГК РФ). При этом соблюдение презумпции добросовестного поведения является одним из ключевых условий в реализации основных задач судопроизводства                     при принятии законного и обоснованного судебного решения, что корреспондирует основным началам гражданского законодательства, закрепленным в п. 3 ст. 1 ГК РФ.

Верховный Суд Российской Федерации в п. 1 Постановления Пленума от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснил, что оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. 

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. 

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (п. 2 ст. 10 ГК РФ).

Действующим законодательством и сложившейся судебной практикой не допускается попустительство в отношении противоречивого и недобросовестного поведения субъектов хозяйственного оборота, не соответствующего обычной коммерческой честности (правило «эстоппель»). Таким поведением является, в частности, поведение, не соответствующее предшествующим заявлениям или поведению стороны, при условии, что другая сторона в своих действиях разумно полагалась на них.

В силу международного принципа «эстоппель», который признается Конституцией Российской Федерации (п. 4 ст. 15), сторона лишается права ссылаться на возражения в отношении ранее совершенных действий и сделок, а также принятых решений, если ее поведение свидетельствовало об их действительности. Главная задача принципа «эстоппель» - не допустить, чтобы вследствие непоследовательности в своем поведении сторона получила выгоду в ущерб другой стороне, которая добросовестным образом положилась на определенную юридическую ситуацию, созданную первой стороной. Суть принципа «эстоппель» сводится к запрету ссылаться на обстоятельства, которые ранее признавались стороной бесспорными, исходя из ее действий или заверений.

Оценивая в совокупности установленные по делу обстоятельства, исходя из принципа добросовестности (правила «эстоппель») и правила venire contra factum proprium («никто не может противоречить собственному предыдущему поведению»), в соответствии с которыми изменение стороной своей позиции в ущерб контрагенту, ранее разумно и добросовестно полагающегося на обратное поведение такой стороны, лишает указанную сторону права на возражение, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что в рассматриваемой ситуации директор и одновременно участник общества ФИО4, подав заявления о внесении изменений в ЕГРЮЛ в отношении учредительных документов общества, принятых на основании решений внеочередного общего собрания ООО «Управление и инвестиции» № 2 от 29.04.2014, № 3 от 29.04.2016, № 3 от 30.11.2017, совершил действия, позволяющие всем участникам гражданского оборота полагаться на их законность. 

В действиях ответчика и третьего лица ФИО4, заявляющего после обращения ФИО5, действующей добросовестно, к нотариусу за нотариальным удостоверением заявления о выходе ее из состава участников общества, о фальсификации доказательств и необходимости признания решений общих собраний № 2 от 29.04.2014, № 3 от 29.04.2016,  № 3 от 30.11.2017 ничтожными, усматривается очевидное отклонение от добросовестного поведения участников гражданского оборота, на что правильно указал суд первой инстанции.

Доводы ФИО4 о его номинальной роли в управлении обществом не могут являться основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований. Являясь полностью дееспособным, добровольно принимая на себя обязательства, связанные с руководством и управлением юридическим лицом, ФИО4 должен был осознавать последствия принятия таких решений и совершения действий по их регистрации.

По аналогичным основаниям судебной коллегией отклонено ходатайство ФИО4 о фальсификации протокола № 2 внеочередного общего собрания  участников ООО «Управление и инвестиции» от 29.04.2014, протокола № 3 внеочередного общего собрания участников ООО «Управление и инвестиции» от 29.04.2016, протокола № 3 внеочередного общего собрания участников ООО «Управление и инвестиции» от 30.11.2017 в части фальсификации подписей ФИО5 и ФИО4, повторно заявленное на стадии апелляционного рассмотрения дела.

Отклоняя доводы о ничтожности заключенного 07.06.2011 между ФИО6 и ФИО5 договора купли-продажи доли в уставном капитале ООО «Управление и инвестиции» в размере 80 % как мнимой сделки, суд области обоснованно учел следующее.

В силу абз. 3 п. 12 ст. 21 ФЗ «Об обществах с                               ограниченной ответственностью» после нотариального удостоверения сделки, направленной на отчуждение доли или части доли в уставном капитале общества, либо в случаях, не требующих нотариального удостоверения, с момента внесения соответствующих изменений в единый государственный реестр юридических лиц переход доли или части доли может быть оспорен только в судебном порядке путем предъявления иска             в арбитражный суд. 

Поскольку договор купли-продажи доли в уставном капитале от 07.06.2011, заключенный между ФИО6 и ФИО5, нотариально удостоверен, сведения о переходе к ФИО5 доли в уставном капитале общества внесены в ЕГРЮЛ 29.11.2012, в судебном порядке договор купли-продажи доли в уставном капитале от 07.06.2011 оспорен не был, что участвующими в деле лицами не отрицается, оснований сомневаться в его действительности не имеется.

Таким образом, суд первой инстанции обоснованно отклонил ходатайства о фальсификации доказательств, заявленные ФИО4           и самим обществом. Порядок действий суда, связанных с рассмотрением и разрешением заявления о фальсификации доказательств, установленный            ст. 161 АПК РФ, судом области соблюден. 

Заявление участника о его выходе из общества порождает определенные правовые последствия и имеет существенное значение, как  для общества, так и для самого участника. Правовые последствия заявления  о выходе участника из общества наступают исключительно в силу волеизъявления участника, направленного на прекращение прав участия в обществе. Такое волеизъявление является односторонней сделкой, поскольку для ее совершения необходимо и достаточно воли одной стороны (п. 2 ст. 154 ГК РФ).

Согласно п. 6.1 ст. 23 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» в случае выхода участника общества из общества в соответствии со ст. 26 настоящего Федерального закона его доля переходит  к обществу. 

Пунктом 6.1 ст. 23 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» предусмотрено, что общество обязано выплатить участнику общества, подавшему заявление о выходе из общества, действительную стоимость его доли в уставном капитале общества, определяемую на основании данных бухгалтерской отчетности общества за последний отчетный период, предшествующий дню подачи заявления о выходе из общества, или с согласия этого участника общества выдать ему             в натуре имущество такой же стоимости либо в случае неполной оплаты            им доли в уставном капитале общества действительную стоимость оплаченной части доли. Общество обязано выплатить участнику общества действительную стоимость его доли или части доли в уставном капитале общества либо выдать ему в натуре имущество такой же стоимости в течение трех месяцев со дня возникновения соответствующей обязанности, если иной срок или порядок выплаты действительной стоимости доли или части доли не предусмотрен уставом общества.

Устав ООО «Управление и Инвестиции» в редакции от 30.11.2017        не содержит иных положений о сроке выплаты действительной стоимости доли.

Отчетным периодом для годовой бухгалтерской (финансовой) отчетности (отчетным годом) является календарный год - с 1 января по 31 декабря включительно, за исключением случаев создания, реорганизации и ликвидации юридического лица. Отчетным периодом для промежуточной бухгалтерской (финансовой) отчетности является период с 1 января                  по отчетную дату периода, за который составляется промежуточная бухгалтерская (финансовая) отчетность, включительно (п.п. 1, 4 ст. 15 ФЗ «О бухгалтерском учете»).

Таким образом, действительная стоимость доли, отчуждаемой обществу в связи с выходом из него участника, определяется на основании данных бухгалтерской отчетности, составленной на последнюю отчетную дату.

В п. 2 ст. 14 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» указано, что действительная стоимость доли участника общества соответствует части стоимости чистых активов общества, пропорциональной размеру его доли. 

В установленный законом и уставом общества срок действительная стоимость доли участника общества ФИО5 не выплачена.

В целях установления размера действительной стоимости доли участника ООО «Управление и Инвестиции» ФИО5 определением Арбитражного суда Тамбовской области от 12.12.2019 по делу назначена судебная экспертиза, проведение которой поручено эксперту ООО «НАА» ФИО14

На обсуждение сторон вынесен вопрос о дате, на которую                 эксперту следует определить стоимость чистых активов ООО «Управление и инвестиции» и размер действительной стоимости доли ФИО5

 Из пояснений представителя ООО «Управление и инвестиции» судом области установлено, что в 2019 году и в последующий год общество хозяйственную деятельность не вело, промежуточную бухгалтерскую отчетность не формировало и не сдавало в уполномоченные органы. Стороны не возражали против установленной судом даты, на которую эксперту следует определить стоимость чистых активов ООО «Управление         и инвестиции» и размер действительной стоимости доли ФИО5 - 31.12.2018 (с учетом данных бухгалтерской отчетности общества за 2018 год).

На разрешение эксперта поставлены следующие вопросы: 1. Является ли достоверной бухгалтерская отчетность ООО «Управление и инвестиции» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) по состоянию на 31.12.2018?                  2. Какова стоимость чистых активов ООО «Управление и инвестиции»                    с учетом достоверной бухгалтерской отчетности общества по состоянию                 на 31.12.2018? 3. Каков размер действительной стоимости доли ФИО5, владевшей до выхода из ООО «Управление и инвестиции» долей                       в размере 60% уставного капитала, по состоянию на 31.12.2018?

Согласно заключению эксперта № 198 от 07.07.2020 по первому вопросу экспертом сделан вывод о том, что показатели бухгалтерской отчетности ООО «Управление и инвестиции» по состоянию на 31.12.2018 недостоверны. По второму и третьему вопросам эксперт сделал вывод, что стоимость чистых активов ООО «Управление и инвестиции» по состоянию на 31.12.2018 составляет 21 620 000 руб., размер действительной стоимости доли ФИО5, владевшей до выхода из общества долей в размере 60% уставного капитала, по состоянию на 31.12.2018 составляет 60% от итога раздела 3 бухгалтерского баланса «Капитал и резервы» - 12 972 000 руб.

Ознакомившись с результатами экспертного исследования, представитель ответчика сообщил суду, что в августе 2020 года                    были обнаружены документы о расходовании денежных средств ООО «Управление и инвестиции», в том числе авансовые отчеты, чеки, товарные накладные, акты выполненных работ на общую сумму 21 052 713, 02 руб.         Со слов ответчика, при назначении судом определением от 12.12.2019 судебной экспертизы в целях установления действительной стоимости доли участника общества указанные документы в обществе отсутствовали,                     в связи с чем, не могли быть представлены. Ссылаясь на то обстоятельство, что проведенная экспертом ООО «НАА» в отсутствие первичных бухгалтерских документов о расходовании денежных средств ООО «Управление и инвестиции» экспертиза не отражает действительную стоимость чистых активов общества, ответчик ходатайствовал о назначении по делу дополнительной экспертизы  с учетом дополнительно представленных документов.

Согласно ч. 1 ст. 87 АПК РФ при недостаточной ясности или               полноте заключения эксперта, а также при возникновении вопросов в отношении ранее исследованных обстоятельств дела может быть назначена дополнительная экспертиза, проведение которой поручается тому же или другому эксперту.

Определением суда от 20.10.2020 по делу назначена дополнительная судебная экспертиза, проведение которой поручено эксперту ООО «НАА» ФИО14 На разрешение эксперта поставлены следующие вопросы:              1. Является ли достоверной бухгалтерская отчетность ООО «Управление              и инвестиции» по состоянию на 31.12.2018 с учетом дополнительно представленных документов? 2. Какова стоимость чистых активов ООО «Управление и инвестиции» с учетом достоверной бухгалтерской отчетности общества по состоянию на 31.12.2018 и дополнительно представленных документов? 3. Каков размер действительной стоимости доли ФИО5, владевшей до выхода из ООО «Управление и инвестиции» долей в размере 60% уставного капитала, по состоянию на 31.12.2018?».

Согласно заключению эксперта № 340 от 16.12.2020 по первому вопросу экспертом сделан вывод о том, что показатели бухгалтерской отчетности ООО «Управление и инвестиции» по состоянию на 31.12.2018 недостоверны. По второму и третьему вопросам эксперт сделал вывод, что стоимость чистых активов ООО «Управление и инвестиции» по состоянию на 31.12.2018 составляет 21 620 000 рублей, а размер действительной стоимости доли ФИО5, владевшей до выхода из общества долей в размере 60% уставного капитала, по состоянию на 31.12.2018 составляет 60% от итога раздела 3 бухгалтерского баланса «Капитал и резервы» - 12 972 000 руб.

Из исследовательской части заключения эксперта № 340 от 16.12.2020 следует, что для восстановления показателей бухгалтерской (финансовой) отчетности ООО «Управление и инвестиции» за 2017 год были  использованы представленные к исследованию первичные учетные документы. Накопительные регистры к экспертизе представлены не были,                       поэтому экспертом самостоятельно был произведен расчет затрат в соответствии с представленными к экспертизе первичными документами. Экспертом установлено, что отражение в отчетности за 2018 год в показателях предыдущего года убытка документально не подтверждено,               соответственно отчетность за 2018 год содержит недостоверные показатели «Нераспределенной прибыли» и непокрытого убытка. Изучив дополнительно представленные первичные бухгалтерские документы, эксперт пришел к выводу, что оказать влияние на изменение бухгалтерской (финансовой) отчетности общества, и соответственно, на размер стоимости его чистых активов, они не могут.

Согласно ч. 3 ст. 86 АПК РФ по ходатайству лица, участвующего               в деле, или по инициативе арбитражного суда эксперт может быть вызван             в судебное заседание.

В судебном заседании первой инстанции эксперт ФИО14 пояснила, что представленные на дополнительную экспертизу первичные бухгалтерские документы, подтверждающие расходы общества, не были приняты экспертом к учету, поскольку установить, были ли данные документы учтены в качестве расходов общества и отражены в бухгалтерской отчетности в 2014-2017 годы без регистров бухгалтерского учета, невозможно. Эксперт указала, что представленные документы имеют неустранимые пороки в оформлении, что не позволяет принять их к учету.

В соответствии с п. 1 ст. 9 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» (далее - ФЗ «О бухгалтерском учете») каждый факт хозяйственной жизни подлежит оформлению первичным учетным документом. Не допускается принятие к бухгалтерскому учету документов, которыми оформляются не имевшие места факты хозяйственной жизни,                  в том числе лежащие в основе мнимых и притворных сделок (п. 2 ст. 10 ФЗ «О бухгалтерском учете»).

В силу приведенных норм права лицо, осуществляющее бухгалтерский учет, не имеет права принимать к учету документы, не отраженные надлежащим образом в регистрах бухгалтерского учета.

Таким образом, судом первой инстанции установлено, что дополнительно представленные документы не повлияли на изменение бухгалтерской (финансовой) отчетности общества, и соответственно, на размер стоимости его чистых активов.

Исследовав экспертное заключение № 340 от 16.12.2020, заслушав            в судебном заседании в порядке ч. 3 ст. 86 АПК РФ эксперта ФИО14, учитывая, что выводы эксперта, изложенные в заключении от 16.12.2020, сторонами не оспорены, арбитражный суд области пришел к обоснованному выводу, что эксперт исследовал все необходимые для дачи заключения документы, ответил на поставленные перед ним вопросы, а экспертное заключение содержит достоверный вывод о том, какова действительная стоимость доли истца, является ясным, понятным, проверяемым, противоречий в выводах не содержит.

Доказательств, опровергающих либо ставящих под сомнение выводы эксперта, в материалах дела не имеется.

С учетом изложенного суд первой инстанции правильно признал доказанным размер действительной стоимости доли в уставном капитале ООО «Управление и инвестиции», подлежащей выплате ФИО15 в сумме 12 972 000 руб.

В соответствии с п. 8 ст. ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» общество не вправе выплачивать действительную стоимость доли или части доли в уставном капитале общества либо выдавать в натуре имущество такой же стоимости, если на момент этих выплаты или выдачи имущества в натуре оно отвечает признакам несостоятельности (банкротства) в соответствии с Федеральным законом о несостоятельности (банкротстве) либо в результате этих выплаты или выдачи имущества в натуре указанные признаки появятся у общества.

В случаях, предусмотренных п.п. 2 и 6.1 названной статьи, если в соответствии с требованиями Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» общество не вправе выплачивать действительную стоимость доли в уставном капитале общества либо выдавать в натуре имущество такой же стоимости, общество на основании заявления в письменной форме, поданного не позднее чем в течение трех месяцев со дня истечения срока выплаты действительной стоимости доли лицом, доля которого перешла к обществу, обязано восстановить его как участника общества и передать ему соответствующую долю в уставном капитале общества.

В материалах дела не имеется доказательств того, что на момент выхода ФИО5 из состава участников общества, равно как и на момент возникновения у общества обязанности выплатить ФИО5 действительную стоимость ее доли, общество было не вправе выплачивать действительную стоимость доли в уставном капитале.

Об указанных обстоятельствах ответчиком и третьим лицом не заявлено.

Доказательств выплаты выбывшему участнику общества ФИО15 действительной стоимости доли в уставном капитале ООО «Управление и инвестиции» в материалы дела не представлено.

Таким образом, оценив имеющиеся в материалах дела доказательства        в их совокупности и взаимосвязи в соответствии со ст. 71 АПК РФ, принимая во внимание определенную в соответствии с заключением эксперта № 340 от 16.12.2020 действительную стоимость доли ФИО5 в уставном капитале ООО «Управление и инвестиции», не выплаченную ответчиком, суд первой инстанции правильно удовлетворил требование ФИО5 о взыскании 12 972 000 руб. действительной стоимости доли в уставном капитале общества в полном объеме.

Доводы заявителя апелляционной жалобы о неправильном применении судом первой инстанции норм материального и процессуального права основаны на неверном толковании действующего законодательства применительно к фактическим обстоятельствам дела и подлежат отклонению.

Иные доводы ФИО4, изложенные в апелляционной жалобе, сводятся к несогласию с установленными в решении суда обстоятельствами и их оценкой, однако иная оценка заявителем этих обстоятельств не может служить основанием для отмены принятого судебного акта.

Представленные ФИО4 на стадии апелляционного рассмотрении дела дополнительные документы (в копиях): сообщения и ходатайства ФИО4 и ООО «Управление и инвестиции» следователю ФИО16, постановление от 26.04.2021 об отказе в возбуждении уголовного дела, жалоба и обращение ФИО4, объяснения ФИО12, ФИО13, ФИО11, ФИО8 ФИО9, ФИО10, ФИО17, ФИО18, ФИО5, ФИО19, ФИО3, постановление о назначении судебно-почерковедческой экспертизы, рапорт об обнаружении признаков преступления, заключение эксперта 300672/5-5-21 от 13.05.2021, заявление  ФИО20, сообщения и ходатайства ФИО3, приобщенные к материалам дела в порядке ч. 2 ст. 268 АПК РФ, не опровергают выводов суда первой инстанции, не влияют на существо принятого решения и не могут являться основанием для его отмены или изменения.

Суд первой инстанции всесторонне исследовал доказательства, представленные лицами, участвующими в деле, дал им правильную правовую оценку и принял решение, соответствующее требованиям норм материального и процессуального права. Нарушений норм процессуального законодательства, являющихся в силу ч. 4 ст. 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены принятых судебных актов, допущено не было.

В силу положений ст. 110 АПК РФ судебные расходы за рассмотрение апелляционной жалобы относятся на её заявителя.

Руководствуясь ст.ст. 269, 271 АПК РФ, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Тамбовской области от 04.03.2021 по делу №А64-3374/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу  - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Арбитражный суд Центрального округа в двухмесячный срок через арбитражный суд первой инстанции согласно ч. 1 ст. 275 АПК РФ.

ПредседательствующийЕ.В. Маховая 

Судьи В.В. Ботвинников 

ФИО1