АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-4741/23 

Екатеринбург

11 августа 2023 г.

 

  Дело № А60-33158/2020

 

Резолютивная часть постановления объявлена 09 августа 2023 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 11 августа 2023 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Оденцовой Ю.А.,

судей Шавейниковой О.Э., Калугина В.Ю.,      

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Свердловской областиот 07.03.2023 по делу № А60-33158/2020 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.05.2023 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенныео времени и месте судебного разбирательства, в том числе публично,путем размещения данной информации на официальном сайте Арбитражного суда Уральского округа в сети «Интернет», в судебное заседание не явились, явку своих представителей не обеспечили.

ФИО1 заявил ходатайство о рассмотрении кассационной жалобы в его отсутствие, которое судом округа удовлетворено (часть 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 08.07.2020 по заявлению ФИО2 (далее – должник) возбуждено производство по делу о признании его несостоятельным (банкротом).

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 06.08.2020 ФИО2 признан несостоятельным (банкротом), в отношении его имущества введена процедура реализации, финансовым управляющим имуществом должника утвержден ФИО3.

Финансовым управляющим 20.02.2023 представлено в арбитражный суд ходатайство о завершении процедуры реализации имущества ФИО2 и освобождении должника от исполнения обязательств с приложением отчета о результатах процедуры банкротства и иных документов.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 07.03.2023, оставленным без изменения постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.05.2023, реализация имущества ФИО2 завершена с освобождением должника от обязательств перед кредиторами.

В кассационной жалобе ФИО1 просит определение от 07.03.2023 и постановление от 16.05.2023 отменить в части освобождения должника от исполнения обязательств, ссылаясь на несоответствие выводов судов обстоятельствам дела. Как указывает заявитель, вступившим в законную силу приговором Орджоникидзевского районного суда г. Екатеринбурга от 19.11.2013 по делу № 1-188/2013 действия ФИО2, имевшего в период исполнения установленного судебным актом заемного обязательства перед ФИО1 (включено в реестр требований кредиторов должника определением суда от 10.12.2020) реальную возможность к погашению кредиторской задолженности в сумме 3 220 833 руб. 33 коп., но принимавшего меры по сокрытию своего имущества, распоряжению имуществом и денежными средствами на сумму свыше 16 млн. руб., предоставлению недостоверных сведений об имуществе, препятствованию взысканию кредиторской задолженности, невыполнению законных требований судебного пристава, которые квалифицированы как злостное уклонение гражданина от погашения кредиторской задолженности в крупном размере после вступления в законную силу соответствующего судебного акта (статья 177 Уголовного кодекса Российской Федерации), и, по мнению кредитора, такое умышленное незаконное поведение должника в отношении кредитора ФИО1, установленное вступившим в законную силу приговором суда влечет отказ в применении в отношении него правил об освобождении от дальнейшего исполнения обязательств, но суды данные обстоятельства не учли.

Законность обжалуемых судебных актов проверена судом округа в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов кассационной жалобы только в части освобождения ФИО2 от исполнения обязательств.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 08.07.2020 по заявлению ФИО2 возбуждено дело о его банкротстве.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 06.08.2020 ФИО2 признан несостоятельным (банкротом) с введением в отношении его имущества процедуры реализации, финансовым управляющим имуществом должника утвержден ФИО3

За период проведения процедуры реализации имущества финансовым управляющим выполнены следующие мероприятия.

В процедуре реализации имущества управляющим проведены мероприятия в целях анализа финансового состояния должника и установления возможности сформировать конкурсную массу, направлены соответствующие запросы в государственные регистрирующие и контролирующие органы, получены ответы, а также получены сведения из банков о вкладах, счетах ином имуществе и о договоре аренды банковских ячеек.

Должник в зарегистрированном браке не состоит, несовершеннолетних детей на иждивении не имеет, должник не трудоустроен, доход отсутствует, а из ответов регистрирующих органов на запросы управляющего выявлено наличие у должника имущества: автомобиля марки БМВ 116I, 2010 г.в., который реализован управляющим по результатам проведенных торгов.

В результате реализации данного автомобиля поступили денежные средства в сумме 455 000 руб., которые распределены следующим образом: возврат задатка - 44600 руб.; комиссия за возврат задатка - 446 руб.; перечисление 1/2 доли от реализованного имущества (совместно нажитого) бывшей супруге должника - 227 500 руб.; 7% вознаграждения финансовому управляющему за реализацию имущества – 31850 руб.; компенсация расходов финансового управляющего – 32341 руб. 83 коп.

Конкурсная масса, в свою очередь, сформирована в размере 162 862 руб. 17 коп., которые распределены кредиторам согласно реестру: ФИО4 (первая очередь) - 159 862 руб. 17 коп., а комиссия за распределение конкурсной массы составила 3000 руб., при этом удовлетворение требований кредиторов третьей очереди не производилось.

По результатам анализа финансового состояния должника управляющим сделаны выводы, что должник неплатежеспособен, восстановление платежеспособности в рамках процедуры реализации имущества, переход на процедуру реструктуризации долгов невозможны; процедуру реализации имущества необходимо завершить.

По результатам проведения процедуры банкротства, ссылаясь на выполнение всех мероприятий процедуры банкротства, на отсутствие свидетельств наличия и возможного выявления имущества должника, пополнения конкурсной массы и реализации имущества в целях проведения расчетов с кредиторами, финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с ходатайством о завершении процедуры реализации имущества должника, представив отчет о результатах проведения реализации имущества должника, реестр требований кредиторов и другие необходимые документы.

По итогам рассмотрения отчета о результатах реализации имущества должника суд первой инстанции пришел к выводу о доказанности наличия всех необходимых и достаточных оснований для завершения реализации имущества ФИО2 на основании статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве).

Судебные акты в части завершения процедуры реализации имущества ФИО2 лицами, участвующими в деле, не обжалуются и судом кассационной инстанции в соответствующей части не пересматриваются.

Суд первой инстанции признал ФИО2 подлежащим освобождению от дальнейшего исполнения обязательств.

Суд апелляционной инстанции согласился с выводом суда первой инстанции, а, отклоняя возражения кредитора со ссылкой на приговор Орджоникидзевского районного суда г. Екатеринбурга от 19.11.2013 по уголовному делу №1-188/13 в отношении ФИО2, обвиняемого в совершении преступления предусмотренного статьей 177 Уголовного кодекса Российской Федерации, исходил из того, что указанный приговор изменен Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Свердловского областного суда от 12.03.2014, ФИО2 освобожден от назначенного по статье 177 Уголовного кодекса Российской Федерации наказания на основании части 8 статьи 302 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, а в рамках настоящего дела о банкротстве судебный акт, которым ФИО2 привлечен к уголовной или административной ответственности, отсутствует. При этом апелляционный суд также исходил из того, что ФИО2 осуществлял сотрудничество с финансовым управляющим, которому представлял сведения о составе имеющегося имущества, а доказательств обратного, подтверждающих принятие должником мер, отрицательно повлиявших на ход процедуры банкротства, формирование конкурсной массы и удовлетворение требований кредиторов, а также иных доказательств, свидетельствующих о сокрытии или уничтожении имущества, сокрытии дохода, злоупотреблении должником правами, недобросовестного поведения в ущерб кредитора, направленного на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств, в материалы дела не представлен, свидетельства, что, вступая в заемные правоотношения, должник имел цель намерено не исполнять принятые обязательства, в данном случае отсутствуют, а также отсутствуют иные доказательства злоупотребления должником правами и иного заведомо недобросовестного поведения в ущерб кредиторам.

Между тем вышеназванные выводы судов противоречат материалам дела и установленным судами обстоятельствам, сделаны с нарушением пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве и соответствующих разъяснений.

По общему правилу, обычным способом прекращения гражданско-правовых обязательств является их надлежащее исполнение (пункт 1 статьи 408 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Институт банкротства граждан предусматривает иной - экстраординарный - механизм освобождения лиц, попавших в тяжелое финансовое положение, от погашения требований кредиторов, - списание долгов. При этом целью института потребительского банкротства является социальная реабилитация гражданина - предоставление ему возможности заново выстроить экономические отношения, законно избавившись от необходимости отвечать по старым обязательствам, чем в определенной степени ущемляются права кредиторов, рассчитывавших на получение причитающегося им. Вследствие этого к гражданину-должнику законодателем предъявляются повышенные требования в части добросовестности.

Предусмотренные Законом о банкротстве условия, препятствующие освобождению гражданина от дальнейшего исполнения обязательств (пункты 4, 5 статьи 213.28 Закона о банкротстве), все без исключения связаны с наличием в поведении должника той или иной формы недобросовестности.

По смыслу пунктов 1 и 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, для признания действий какого-либо лица злоупотреблением правом суд должен установить, что умысел такого лица был направлен на заведомо недобросовестное осуществление прав, единственной его целью было причинение вреда другому лицу (отсутствие иных добросовестных целей).

Отказ в освобождении от обязательств должен быть обусловлен противоправным поведением должника, направленным на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств перед кредиторами (сокрытие своего имущества, воспрепятствование деятельности финансового управляющего и т.д.). При этом принятие на себя непосильных долговых обязательств, ввиду необъективной оценки собственных финансовых возможностей и жизненных обстоятельств не может являться основанием для неосвобождения от долгов. В отличие от недобросовестности, неразумность поведения физического лица сама по себе таким препятствием не является.

Судебной практикой выработаны критерии, позволяющие разграничить злостное уклонение от погашения задолженности, заключающееся в стойком умышленном нежелании должника исполнять обязательство при наличии возможности, от непогашения долга вследствие отсутствия возможности, нерационального ведения своих дел или стечения жизненных обстоятельств.

Согласно пункту 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве, освобождение гражданина от обязательств не допускается, в частности, если доказано, что при возникновении (исполнении) обязательства, на котором конкурсный кредитор основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество. В этих случаях арбитражный суд в определении о завершении реализации имущества гражданина указывает на неприменение в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств.

По смыслу абзаца 4 пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве, само по себе неудовлетворение требования кредитора, в том числе длительное, не может квалифицироваться как злостное уклонение от погашения кредиторских долгов. Подобное поведение должно выражаться в стойком умышленном нежелании должника исполнять обязательство при наличии возможности.

Намеренное уклонение обычно не ограничивается простым бездействием, его признаки, как правило, обнаруживаются в том, что должник: умышленно скрывает свои действительные доходы или имущество, на которые может быть обращено взыскание; совершает в отношении этого имущества незаконные действия, в том числе мнимые сделки, с тем, чтобы не производить расчеты с кредитором; изменяет место жительства или имя, не извещая об этом кредитора; противодействует судебному приставу-исполнителю или финансовому управляющему в исполнении обязанностей по формированию имущественной массы, подлежащей описи, реализации и направлению на погашение задолженности по обязательству; несмотря на требования кредитора о погашении долга ведет явно роскошный образ жизни (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 03.09.2020 № 310-ЭС20-6956, от 31.10.2022 № 307-ЭС22-12512).

Таким образом, согласно абзацу 4 пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве, должник не освобождается от обязательств, если при их возникновении или исполнении он действовал незаконно, при этом, раскрывая далее в этом абзаце виды незаконного поведения, законодатель приводит исключительно случаи, относящиеся к совершению должником умышленных действий, являющихся в гражданско-правовом смысле проявлением недобросовестности в отношении кредитора, в том числе: мошенничество; уклонение от погашения долга, выражающееся в стойком умышленном нежелании должника исполнять обязательство при наличии возможности его исполнить; предоставление заведомо ложных сведений при получении кредита, сокрытие или умышленное уничтожение имущества).

Как следует из материалов дела, вступившим в законную силу решением Орджоникидзевского районного суда г. Екатеринбурга от 25.07.2007 по делу № 2-1718/07 с ФИО2 в пользу ФИО1 взыскано 3 000 000руб. в качестве возврата суммы займа, 190 833руб. 33 коп. – проценты, 10000 руб. – расходы по оплате услуг представителя, 20000руб. – расходы по уплате государственной пошлины.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 10.12.2020 по настоящему делу на основании вышеназванного решения Орджоникидзевского районного суда г. Екатеринбурга от 25.07.2007 по делу № 2-1718/07 в третью очередь реестра требований кредиторов ФИО2 включено требование в размере в размере 2 182 926 руб. 76 коп., подтвержденное указанным решением суда от 25.07.2007.

Вступившим в законную силу приговором Орджоникидзевского районного суда г. Екатеринбурга от 19.11.2013 по делу № 1-188/2013 ФИО2 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного статьей 177 Уголовного кодекса Российской Федерации - злостное уклонение гражданина от погашения кредиторской задолженности в крупном размере, и такое уголовно наказуемое деяние, совершенное ФИО2, является именно умышленным, при котором ФИО2 осознает, что злостно уклоняется от погашения кредиторской задолженности в крупном размере, и желает этого.

При этом ссылка апелляционного суда на то, что приговор Орджоникидзевского районного суда г. Екатеринбурга от 19.11.2013 по делу № 1-188/2013 изменен апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Свердловского областного суда от 12.03.2014, сделана без учета того, что в данном случае названным определением приговор от 19.11.2013 изменен только в части назначенного ФИО2 наказания в виде обязательных работ на срок 120 часов, от которого ФИО2 освобожден на основании части 8 статьи 302 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, в связи с истечением срока давности уголовного преследования, тогда как в остальной части приговор в отношении ФИО2 оставлен без изменения.

Из изложенного следует, что в данном случае ФИО2 освобожден от наказания за совершение преступления, предусмотренного статьей 177 Уголовного кодекса Российской Федерации, - злостное уклонение гражданина от погашения кредиторской задолженности в крупном размере, по нереабилитирующим основаниям, а прекращение уголовного преследования по нереабилитирующему основанию хотя и предполагает освобождение лица от уголовной ответственности и наказания, но расценивается правоприменительной практикой как основанная на материалах расследования констатация того, что лицо совершило преступление и фактически признало себя виновным, при этом нереабилитрующие основания позволяют освободить ФИО2 от уголовной ответственности, но не влекут его реабилитацию (восстановление в правах), при этом ФИО2 считается совершившим названное преступление, совершение им этого преступления является доказанным, реабилитации ФИО2 и возмещения лишений, понесенных им в результате уголовного преследования, не происходит, а прекращение уголовного преследования в связи с истечением срока давности привлечения к уголовной ответственности имеет такие последствия, как возмещение гражданского иска, заглаживание вреда потерпевшей стороне и т.д.

Таким образом, вопреки ошибочным выводам апелляционного суда, вышеуказанный приговор Орджоникидзевского районного суда г. Екатеринбурга от 19.11.2013 по делу № 1-188/2013 оставлен без изменения в той части, в которой суд пришел к выводу о доказанности вины подсудимого ФИО2 в инкриминируемом ему деянии – злостном уклонении гражданина от погашения кредиторской задолженности в крупном размере.

При этом приговором Орджоникидзевского районного суда г. Екатеринбурга от 19.11.2013 по делу № 1-188/2013, в части оставленной апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Свердловского областного суда от 12.03.2014 без изменения, установлено, что должник совершил преступление путем активных действий по уклонению от вытекающей из договора и решения Орджоникидзевского районного суда г. Екатеринбурга от 25.07.2007 по делу № 2-1718/07, вступившего в законную силу 20.09.2007, обязанности погасить кредиторскую задолженность в пользу ФИО1 – кредитора должника, соответствующие требования которого включены в реестр требований кредиторов должника, и который возражает против освобождения должника от обязательств.

Вышеназванным приговором, в неизмененной части, также установлено, что об умышленном активном злостном уклонении ФИО2 от обязанности погашения вышеназванного долга перед ФИО1 свидетельствовали заблаговременные действия должника, направленные на сокрытие имущества: заключение брачного договора и дополнительного соглашения к нему в период действий кредитора, направленных на взыскание долга в судебном порядке, и передача в единоличную частную собственность супруге должника квартиры и двух автомобилей; предоставление судебному приставу недостоверных сведений о своем имуществе и совершение сделок по отчуждению этого имущества (земельный участок с объектом незавершенного строительства) с последующим сокрытием вырученных от продажи имущества денежных средств, создавшие препятствия для погашения кредиторской задолженности; непредоставление сведений о доходах от трудовой деятельности с заработной платой от 1727 до 82664 руб., при которой имелась реальная возможность погасить кредиторскую задолженность, а также о полученных от третьего лица денежных средствах в суммах от 400 000 руб. до 700 000 руб., ненаправление денежных средств на погашение кредиторской задолженности и распоряжение ими по собственному усмотрению.

Уголовным судом также установлено, что ФИО2, злостно уклоняясь от погашения кредиторской задолженности, осуществлял банковские операции по многочисленным счетам, распоряжение имуществом и денежными средствами на общую сумму свыше 16 млн. руб., позволявшую в полном объеме выполнить вышепоименованные обязательства перед ФИО1, при этом, обладая неустановленными источниками доходов, позволяющими осуществлять в достаточном размере и с достаточной периодичностью движение денежных средств по банковским счетам, в том числе кредитным, без образования задолженностей, а также осуществлять дорогостоящие покупки товаров потребления и получать услуги в местах общественного питания, не соответствующие утверждениям должника об отсутствии у него источника дохода и проживания на средства сестер в размере 15000 руб. в месяц, при том, что о наличии у ФИО2 достаточных денежных средств для регулярных трат на личные нужды свидетельствуют данные об оплате им туристических услуг, услуг в местах общественного питания, по ремонту автомобиля, покупки дорогостоящих товаров, не относящихся к предметам первой необходимости, таким образом, как установлено судом в приговоре от 19.11.2013 ФИО2 распорядился денежными средствами на сумму свыше 16 млн. руб., так и не произведя в полном объеме погашение задолженности перед ФИО1

При этом, как установлено арбитражным судом и следует из материалов настоящего дела о банкротстве, по результатам проведенных управляющим мероприятий процедуры реализации имущества установлено, что должник до настоящего времени не трудоустроен, доходов не имеет, из имущества должника выявлен только автомобиль марки БМВ 116i, 2010 г.в., ? доли от реализации которого в процедуре банкротства перечислена бывшей супруге должника (совместно нажитое имущество), а оставшиеся вырученные от продажи денежные средства также направлены на погашение текущих расходов и требований только одного кредитора первой очереди - ФИО4

Таким образом, в данном случае вступившим в законную силу судебным актом уголовного суда установлено, что требование ФИО1 к должнику предъявлено в настоящем деле о банкротстве непосредственно в связи с преступными действиями ФИО2 по злостному уклонению должника от погашения кредиторской задолженности в крупном размере, послужившими основанием для признания приговором Орджоникидзевского районного суда г. Екатеринбурга от 19.11.2013 по делу № 1-188/2013 должника виновным в совершении умышленного преступления, предусмотренного статьей 177 Уголовного кодекса Российской Федерации, при этом, как установлено уголовным судом, ФИО2 при совершении названного преступления имел умысел на уклонение от погашения долга перед ФИО1, осознавал, что злостно уклоняется от погашения кредиторской задолженности в крупном размере, установленной судебным актом, и желал этого, не исполнял обязательства перед ФИО1 при наличии реальной возможности  исполнить данные обязательства в полном объеме, осуществлял действия по сокрытию и отчуждению имущества с целью невозможности за счет данного имущества исполнить обязательства перед ФИО1, предоставлял судебному приставу недостоверные сведения о своем имуществе, не предоставлял сведения о доходах, скрывал источники доходов, распоряжался денежными средствами в суммах, превышающих размер долга перед ФИО1 на личные нужды, а, как установлено судами при рассмотрении настоящего дела о банкротстве, результатом названных преступных деяний ФИО2 явилось отсутствие у должника имущества, достаточного для погашения обязательств перед кредитором ФИО1, и невозможность исполнения обязательств перед данным кредитором, чье требование включено в реестр требований кредиторов должника, при этом должник, осуществив вышепоименованные преступные деяния по выводу имевшихся у него имущества и денежных средств, прекратив осуществлять трудовую деятельность, в отсутствие у него источников доходов, инициировал возбуждение дела о своем банкротстве, в рамках которого по вышеназванным причинам требования кредитора ФИО1 не погашены.

При таких обстоятельствах, освобождение ФИО2 от обязательств перед ФИО1, невозможность исполнения которых является непосредственным результатом незаконных действий ФИО2, совершившего умышленное преступление по злостному уклонению от погашения задолженности, не допускается, в силу абзаца 4 пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве, а выводы судов об отсутствии обстоятельств, являющихся достаточными для неосвобождения ФИО2 от долгов в вышеуказанной части, основаны на неверном применении пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве и соответствующих разъяснений, противоречат материалам дела и установленным судами фактическим обстоятельствам.

Согласно части 1 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, основаниями для изменения или отмены решения, постановления арбитражного суда первой и апелляционной инстанций являются несоответствие выводов суда, содержащихся в решении, постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным арбитражным судом первой и апелляционной инстанций, и имеющимся в деле доказательствам, нарушение либо неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

В соответствии с пунктом 2 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, по результатам рассмотрения кассационной жалобы кассационный суд вправе отменить решение суда первой инстанции и постановление апелляционного суда в части и, не передавая дело на новое рассмотрение, принять новый судебный акт, если фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены арбитражными судами на основании полного и всестороннего исследования имеющихся в деле доказательств, но этими судами неправильно применена норма права.

На основании изложенного, и, в связи с тем, что судами при разрешении данного спора установлены все фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, но в части освобождения ФИО2 от исполнения обязательств перед ФИО1 выводы судов сделаны при неверном применении пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве и соответствующих разъяснений, противоречат материалам дела и установленным обстоятельствам, что привело к неправильным выводам, обжалуемые определение суда первой инстанции от 07.03.2023 и постановление апелляционного суда от 16.05.2023 подлежат отмене в части освобождения ФИО2 от исполнения обязательств перед ФИО1, кредиторов, не заявленных при ведении реализации имущества гражданина, при этом суд округа, руководствуясь пунктом 2 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом конкретных обстоятельств настоящего дела, считает возможным, не передавая дело на новое рассмотрение, принять в указанной части новый судебный акт, не освободив ФИО2 от исполнения обязательств перед ФИО1 на основании пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве.

Руководствуясь статьями 286, 287, 288, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 07.03.2023по делу № А60-33158/2020 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.05.2023 по тому же делу отменить в части применения в отношении ФИО2 положений пункта 3 статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ«О несостоятельности (банкротстве)» об освобождении от исполнения обязательств перед ФИО1.

Не освобождать ФИО2 от исполнения обязательств перед ФИО1, на основании пункта 4 статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»,

В остальной части определение Арбитражного суда Свердловской области от 07.03.2023 по делу № А60-33158/2020 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.05.2023 по тому же делу оставить без изменения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий                                                           Ю.А. Оденцова 

 

Судьи                                                                                        О.Э. Шавейникова     

 

                                                                                                  В.Ю. Калугин