ПОСТАНОВЛЕНИЕ

  г. Москва

13.07.2020

Дело № А40-86229/2018

Резолютивная часть постановления объявлена 08 июля 2020 года 

Полный текст постановления изготовлен 13 июля 2020 года  

Арбитражный суд Московского округа

в составе: председательствующего судьи Е.Л. Зеньковой, 

судей: Е.А. Зверевой, Н.Я. Мысака, 

при участии в заседании:

от ООО «Лизинговые Решения» - ФИО1, по доверенности от 20.07.2018, срок 3 года,

от ФНС России – ФИО2, по доверенности от 05.09.2019 № 22-13/272, срок до 30.08.2020,

рассмотрев 08.07.2020 в судебном заседании кассационные жалобы 

конкурсного управляющего ООО «Технология – Лизинг Финанс» ФИО3 и ООО «Лизинговые Решения»

на определение от 09.12.2019

Арбитражного суда города Москвы, 

на постановление от 19.03.2020

Девятого арбитражного апелляционного суда,

о признании недействительным договора уступки прав требования от 16.08.2018 №160618, заключенного между ООО «Технология – Лизинг Финанс» и ООО «Лизинговые Решения» и применении последствий недействительности сделки, 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Технология – Лизинг Финанс»,  

установил:

решением Арбитражного суда города Москвы от 19.06.2019 должник – ООО «Технология – Лизинг Финанс» признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должником утверждена ФИО3 

Определением Арбитражного суда города Москвы от 09.12.2019, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 19.03.2020, признан недействительным договор уступки прав требования от 16.08.2018, заключенный между ООО «Технология – Лизинг Финанс» и ООО «Лизинговые решения», применены последствия недействительности сделки в виде восстановления права требования ООО «Технология – Лизинг Финанс» к ФИО4, переданные по договору уступки прав требований от 16.08.2018 №160618; с ООО «Лизинговые решения» в доход федерального бюджета взысканы 6 000 руб.

Не согласившись с принятыми судебными актами, конкурсный управляющий ООО «Технология – Лизинг Финанс» ФИО3 обратилась в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит определение Арбитражного суда города Москвы от 09.12.2019, постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 19.03.2020 отменить в части применения последствий недействительности сделки, применить последствия недействительности сделки в виде обязания ФИО4 осуществить возврат в конкурсную массу нежилое помещение кадастровый номер 77:01:0005010:3528 общей площадью 173, 2 кв.м. расположенный на минус втором и минус третьем многоквартирного дома по адресу: 

<

...>. 

Кроме того, ООО «Лизинговые решения» обратилось в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит определение Арбитражного суда города Москвы от 09.12.2019, постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 19.03.2020 отменить и направить обособленный спор на новое рассмотрение.

В обоснование доводов кассационных жалоб заявители указывают на неправильное применение судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, на несоответствие выводов судов, изложенных в обжалуемых судебных актах, фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам.  

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Представитель ООО «Лизинговые решения» доводы своей кассационной жалобы поддержал в полном объеме по мотивам, изложенным в ней, поддержал кассационную жалобу конкурсного управляющего.

Представитель УФНС России по г. Москве возражал против доводов кассационных жалоб.

Конкурсный управляющий должником и иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что, в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не препятствует рассмотрению кассационных жалоб в их отсутствие.

Изучив доводы кассационных жалоб, исследовав материалы дела, заслушав явившихся в судебное заседание лиц, участвующих в деле, проверив в порядке статей 284, 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции приходит к следующим выводам. 

Из содержания обжалуемых судебных актов  усматривается, что судами установлены следующие фактические обстоятельства.

16.08.2018 между ООО «Технолгия-Лизинг Финанс» (должник, цедент) и ООО «Технологии Лизинга и Финансы» (ответчик, цессионарий) заключен договор уступки права требования (цессии) № 160818, в соответствии с которым Цедент уступает Цессионарию свои права (требования) к ФИО4, принадлежащие Цеденту на основании Соглашения об уступке прав требования (перемена лиц в обязательстве) по договору участия в долевом строительстве многоквартирного дома №22/1неж/1 -2 от 18.04.2013г. с даты заключения настоящего договора, в соответствии с данным договором: права истца по делу 02-2706/2018; требования в будущем по судебному акту в рамках дела 02-2706/2018.

В соответствии с разделом 3 заключенного договора, предусмотрено, за уступаемые по Договору права (требования), указанные в пункте 1.2 Договора, Цедент выплачивает денежное вознаграждение в размере 39 356 517,27 руб. 

Инспекция ФНС России №25 по г. Москве  оспорила указанную сделку по пунктам 1, 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а также статьям 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Суды, установили, что оспариваемая сделка совершена после возбуждения дела о банкротстве - 16.08.2018, то есть в сроки подозрительности, поскольку  заявление о признании должника несостоятельным (банкротом) принято к производству 26.06.2018.

Судами из условий оспариваемого договора установлено, что имущественные требования на сумму 62 000 000 руб. переданы должником в пользу ответчика за стоимость в три раза меньше (39 356 517, 27 руб.), что свидетельствует об уменьшении стоимости имущества должника, на которое могло быть обращено взыскание в рамках процедуры банкротства должника, в связи с чем суды пришли к выводу, что в результате совершения оспариваемой сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов.

Кроме того, судами установлено, что на дату сделки у должника имелись неисполненные обязательства перед иными кредиторами, требования которых включены в реестр кредиторов должника, в связи с чем суды пришли к выводу, что в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов, выразившийся в том, что при наличии подтвержденных судебными актами обязательств должника, из состава имущества должника выведено ликвидное имущество.

 Судами также установлено, что первоначально «Технология-Лизинг Финанс» создано 26.11.2007 в виде закрытого акционерного общества «ТЛФ» ФИО4 с размером вклада 50 000 руб. и ФИО5 с размером вклада 50 000 руб., с момента создания директором общества являлся ФИО4 (выписка из ЕГРЮЛ по состоянию на 19.06.2009); в соответствии с приказом № 1 -гд от 13.10.2014 ФИО5 вступил в должность директора ЗАО «ТЛФ» (лист записи ЕГРЮЛ от 21.10.2014). На основании протокола № 84 от 20.03.2015  принято решение о внесении изменений в наименование общества с ЗАО на АО, утверждён новый устав, подтверждены полномочия директора ФИО5 распределение долей акционеров: ФИО4 - 75 %; ФИО5 - 25 %. Лист записи ЕГРЮЛ о смене наименования от 30.03.2015. 

Таким образом, суды установили, что ФИО4 с 26.11.2007 по 13.10.2014 являлся мажоритарным участником и руководителем общества.

Одновременно судами установлено, что 18.04.2013 ООО «ТЛФ» заключен договор участия в долевом строительстве многоквартирного дома № 22/1неж/1-2.

Далее судами установлено, что 22.07.2014 между ФИО4 и ЗАО «Технология-Лизинг Финанс» (процессуальный правопреемник ООО «Технология-Лизинг Финанс») с согласия ОАО «Садовые кварталы» в лице ООО «Магистрат», действующего на основании агентского договора №179/Х/1112/1005/АГ от 19.11.2012,  заключено соглашение об уступке права требования по договору участия в долевом строительстве многоквартирного дома № 22/1неж/1-2 от 18.04.2013.

С учетом дополнительных соглашений оплату ответчик обязан был произвести по данному соглашению в срок до 30.06.2016.

В соответствии с соглашением от 22.07.2014, 4 617 350 руб. оплачено ООО «Технология-Лизинг Финанс» из собственных средств, а 55 000 000 руб. за счет кредитных средств, полученных по кредитному договору 

<

***> от 18.04.2013, заключенному между ООО «Технология-Лизинг Финанс» и ООО КБ «Столичный Кредит».

С момента государственной регистрации договора права требования, принадлежащие ООО «Технология-Лизинг Финанс» считаются находящимися в залоге у ООО КБ «Столичный Кредит» (ипотека в силу закона), зарегистрировано обременение имущественных прав ООО "Технология - Лизинг Финанс" в виде залога (ипотеки).

Суды указали, что согласно условий соглашения об уступке права требования (соглашение о платеже) от 22.07.2014 по договору участия в долевом строительстве многоквартирного дома № 22/1неж/1-2 от 18.04.2013,  не повлекло замену лиц в данном обязательстве.

Судами установлено, что ипотеку в отношении нежилого помещения кадастровый номер 77:01:0005010:3528 общей площадью 173,2 кв.м. расположенное на -2 и -3 (минус втором, минус третьем) многоквартирного дома по адресу: 

<

...>, продолжало оплачивать ООО «ТЛФ».

 Суды установили, что ФИО4 оформил право собственности на себя, при этом обязательства по оплате денежных средств в ООО «ТЛФ» ФИО4 не исполнял.

Также судами установлено, что 24.05.2016 между ООО «Технология-Лизинг Финанс» и ФИО4 (поскольку денежные средства по соглашению не выплачивались) заключен договор купли-продажи № 1, согласно которому ООО «Технология-Лизинг Финанс» приобрело у ФИО4, нежилое помещение кадастровый номер 77:01:0005010:3528 общей площадью 173,2 кв.м. по адресу: 

<

...>, цена которого, согласно договора составила 62.000.000 рублей. 

Согласно п.5 договора купли-продажи № 1 Продавец (то есть ФИО4) обязался передать Истцу нежилое помещение по акту приема-передачи после оплаты цены в полном объеме.

После заключения договора купли-продажи ООО «ТЛФ» оплатило ответчику по нему сумму в размере 43 800 000 руб., а ФИО4 в свою очередь перечислил эту же сумму по соглашению об уступке права требования по договору долевого участия. 

С учетом вышеизложенного, суды, рассмотрев именно цепочку вышеназванных сделок, пришли к выводу, что договор купли-продажи фактически прикрывал сделку по расторжению договора уступки требования от 22.07.2014, в связи с чем перечисления (внутри) сделок, по-мнению судов, правового и фактического значения не имеют.

Кроме того, судами установлено, что ФИО4 на дату совершения сделки (22.07.2014) являлся мажоритарным участником должника с долей 75 процентов, соответственно, суды посчитали, что первичная сделка  носила характер сделки с аффилированностью сторон, а  поскольку первичная сделка (договор уступки прав требований от 22.07.2014) со стороны ФИО4 исполнена не была, следовательно,  суды исходили из того, что у последнего не возникло право распоряжения данной недвижимостью.

Таким образом, суды,  удовлетворяя заявленные требования, руководствовались пунктами 1, 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, пунктами 5, 6, 7, 8, 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», пунктом 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 №32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», статьями 9, 10, 166, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, и исходили из доказанности совокупности обстоятельств для признания сделки должника недействительной по основаниям, заявленным налоговым органом. 

При этом судом апелляционной инстанции отклонен с критическими выводами довод ответчика о наличии в материалах дела независимой оценки стоимости сделки, поскольку суд посчитал, что  с необходимой достаточностью и достоверностью он не подтверждает  реальную рыночную стоимость уступленного права, а ходатайство о назначении независимой оценочной судебной экспертизы стороны не заявляли в суде.

Довод об ошибочности вывода суда первой инстанции о не поступлении денежных средств в счет оплаты за уступленное право требование, суд апелляционной инстанции отклонил,  как не влекущий отмену правильного по существу определения в соответствии со статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Кроме того, суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отсутствии нарушений положений статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации и статьи 61.6 Закона о банкротстве. 

Суд кассационной инстанции считает, что,  исследовав и оценив доводы сторон и собранные по делу доказательства в соответствии с требованиями статей 67, 68, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь положениями действующего законодательства, суды первой и апелляционной инстанций правильно определили правовую природу спорных правоотношений, с достаточной полнотой установили все существенные для дела обстоятельства, которым дали надлежащую правовую  оценку и пришли к правильным выводам по следующим основаниям.   

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В силу положений пункта 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы этого Закона, понимаются в том числе действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, а также действия, совершенные во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Согласно пункту 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации  от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы Ш.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» пункт 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки. Для признания сделки недействительной на основании указанной нормы не требуется, чтобы она уже была исполнена обеими или одной из сторон сделки, поэтому неравноценность встречного исполнения обязательств может устанавливаться исходя из условий сделки.

В пункте 9  постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации  от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы Ш.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что, если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем, наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

В соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

В рассматриваемом случае суды правильно установив, что оспариваемая сделка привела к уменьшению имущества должника, за счет которого кредиторы имели бы возможность получить удовлетворение своих требований к должнику, пришли к обоснованному выводу о том, что в результате совершения оспариваемой сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов.

На основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

Из разъяснений, данных в пункте 5  постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации  от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы Ш.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» следует, что в силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве для признания подозрительной сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности следующих обстоятельств: сделка совершена с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов; в результате совершенной сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

Также в силу пункта 14  постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации  от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы Ш.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» бремя доказывания того, что сделка была совершена в процессе обычной хозяйственной деятельности, осуществляемой должником, лежит на другой стороне сделки.

В пункте6 названного постановления указано, что согласно абзацам второму-пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым-пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Таким образом, суды пришли к обоснованному выводу о том, что в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов, выразившийся в том, что при наличии подтвержденных судебными актами обязательств должника, из состава имущества должника выведено ликвидное имущество.

В соответствии с постановлением Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации  от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы Ш.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», при определении наличия вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В соответствии с пунктом 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», необходимо учитывать, что в целях подтверждения мнимой сделки, стороны могут осуществить ее формальное исполнение.

В соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказывать обязательства, на которое оно ссылается как на основание своих требований и возражений. 

Под достаточностью доказательств понимается такая их совокупность, которая позволяет сделать однозначный вывод о доказанности или о недоказанности определенных обстоятельств.

В соответствии с частью 1 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Согласно статьям 8, 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пользуются равными правами на представление доказательств и несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий, в том числе представления доказательств обоснованности и законности своих требований или возражений.

Опровержения названных установленных судами первой и апелляционной инстанций обстоятельств в материалах дела отсутствуют, в связи с чем суд кассационной инстанции считает, что выводы судов о том, что спорные сделки являются недействительными в силу статьей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве,  основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств по делу и соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на положениях действующего законодательства. 

Судами правильно применены последствия недействительности сделки в виде восстановления права требования ООО «Технология – Лизинг Финанс» к ФИО4, переданные по договору уступки прав требований от 16.08.2018 №160618. 

Таким образом, суд кассационной инстанции не установил оснований для изменения или отмены определения суда первой инстанции и постановления суда апелляционной инстанции, предусмотренных в части 1 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Доводы кассационных жалоб изучены судом, однако, они подлежат отклонению, поскольку данные доводы основаны на неверном толковании норм права, с учетом установленных судами фактических обстоятельств дела. Доводы заявителей кассационных жалоб направлены на несогласие с выводами судов и связаны с переоценкой имеющихся в материалах дела доказательств и установленных судами обстоятельств, что находится за пределами компетенции и полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, определенных положениями статей 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, приведенной в том числе в определении от 17.02.2015 №274-О, статей 286-288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, находясь в системной связи с другими положениями данного Кодекса, регламентирующими производство в суде кассационной инстанции, представляют суду кассационной инстанции при проверке судебных актов право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм материального и процессуального права и не позволяют ему непосредственно исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела. Иное позволяло бы суду кассационной инстанции подменять суды первой и второй инстанций, которые самостоятельно исследуют и оценивают доказательства, устанавливают фактические обстоятельства дела на основе принципа состязательности, равноправия сторон и непосредственности судебного разбирательства, что недопустимо. 

Иная оценка заявителями жалоб установленных судами фактических обстоятельств дела и толкование положений закона не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки.

Таким образом, на основании вышеизложенного суд кассационной инстанции считает, что оснований  для удовлетворения кассационных жалоб по заявленным в ней доводам не имеется.  

Руководствуясь статьями 284, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Москвы от 09.12.2019 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 19.03.2020 по  делу №А40-86229/18 оставить без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения.

          Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий-судьяЕ.Л. Зенькова  

Судьи: Е.А. Зверева 

                                                                  Н.Я. Мысак