СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

улица Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, http://7aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Томск                                                                                            Дело № А45-18411/2021

Резолютивная часть постановления объявлена 02 марта 2022 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 10 марта 2022 года.

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Кривошеиной С. В.

судей Бородулиной И. И., Хайкиной С. Н.

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1  рассмотрел апелляционную жалобу ФИО2 (№07АП-816/2022) на решение от 10.12.2021 Арбитражного суда Новосибирской области по делу № А45-18411/2021 (судья Лузарева И.В.), по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Русмаш» (144007, 

<

...>, ОГРН: 

<

***>) к ФИО2 (Новосибирская область, г. Тогучин (ОГРНИП: 

<

***>, статус индивидуального предпринимателя прекращен 01.04.2021) о взыскании компенсации в размере 100 000 рублей 00 копеек,

У С Т А Н О В И Л:

общество с ограниченной ответственностью «Русмаш» (далее – ООО «Русмаш», общество, истец) обратилось в Арбитражный суд Новосибирской области с исковым заявлением к ФИО2 (далее – ФИО2, ответчик) о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак №473042 в размере 100 000 рублей 00 копеек, судебных издержек (расходы на покупку контрафактного товара) в размере 480 рублей 00 копеек, почтовых расходов в размере 92 рублей 00 копеек и расходов на получение выписки из ЕГРИП в отношении ответчика в размер 200 рублей 00 копеек (уточненные требования).

Решением Арбитражного суда Новосибирской области от 10.12.2021 исковые требования удовлетворены частично, с ответчика в пользу истца взыскана компенсация за нарушение исключительных прав на товарный знак №473042 в размере 50 000 рублей 00 копеек, судебные издержки (расходы на покупку контрафактного товара) в размере 480 рублей 00 копеек, почтовые расходы в размере 92 рублей 00 копеек, расходы на получение выписки из ЕГРИП в отношении ответчика в размер 200 рублей 00 копеек, а также 2 000 рублей 00 копеек расходов по государственной пошлине по иску. В остальной части в иске отказано.

Не согласившись с указанным решением, ответчик обратился в Седьмой арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить решение суда первой инстанции, принять новый судебный акт, снизить размер компенсации до 10 000 руб.

В обоснование апелляционной жалобы ее податель ссылается на то, что истцом не представлено обоснование заявленного размера взыскиваемой суммы; ответчик прекратил деятельность в качестве индивидуального предпринимателя; судом не принято во внимание заявленное ответчиком ходатайство об отложении судебного заседания.

Истец отзыв на апелляционную жалобу не представил.

От ответчика поступило ходатайство о рассмотрении апелляционной жалобы в его отсутствие.

В порядке части 1 статьи 266, части 2, 3 статьи 156 АПК РФ суд рассмотрел апелляционную жалобу в отсутствие лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом.

Судом апелляционной инстанции исследованы вещественные доказательства (автоматический натяжитель цепи), просмотрен диск с видеозаписью закупки товара. Вещественные доказательства возвращены в материалы дела.

Проверив материалы дела в порядке статьи 268 АПК РФ, изучив доводы апелляционной жалобы, изучив вещественные доказательства, в том числе видеозапись, приобщенные к материалам дела, суд апелляционной инстанции считает решение Арбитражного суда Новосибирской области не подлежащим отмене (изменению) по следующим основаниям.

Согласно материалам дела, в ходе закупки, произведенной 14.07.2018 в торговой точке, расположенной вблизи адреса: 

<

...>, установлен факт продажи контрафактного товара (автоматический натяжитель цепи «ПИЛОТ» для автомобилей ВАЗ (АНЦ «ПИЛОТ»), на упаковке которого имеются изображения, сходные до степени смешения с товарным знаком № 473042 (Класс МКТУ 12).

В подтверждение продажи представлен товарный чек: дата продажи: 14.07.2018 в 13:03, наименование продавца: ИП ФИО2, ИНН продавца: 543801412836.

ООО «Русмаш» принадлежат исключительные права на товарный знак №473042 . Свидетельство на товарный знак (знак обслуживания) №473042, зарегистрировано 17.10.2012, дата приоритета 13.09.2011, дата истечения срока действия регистрации 13.09.2021. МКТУ: 12.

Информация об указанном товарном знаке располагается на официальном сайте ФГБУ «Федеральный институт промышленной собственности» в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» по адресу: http://www1.fips.ru/wps/portal/Registers/.

Кроме того, представителями истца была произведена видеосъёмка в подтверждение предложения товара к продаже, заключение договора розничной купли-продажи, по представленному чеку.

Посчитав, что ответчиком нарушены исключительные права на спорный товарный знак, общество направило ответчику претензию, которая оставлена без удовлетворения, что послужило основанием для обращения с исковым заявлением в арбитражный суд.

Удовлетворяя частично исковые требования, суд первой инстанции правомерно исходил из следующего.

В силу статьи 1225 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), результатами интеллектуальной деятельности и приравненными к ним средствами индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий, которым предоставляется правовая охрана (интеллектуальной собственностью) являются, в частности, товарные знаки и знаки обслуживания.

Согласно пункту 1 статьи 1229 ГК РФ гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если названным Кодексом не предусмотрено иное. 

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением). 

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных ГК РФ. 

Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными ГК РФ), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную указанным Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается названным Кодексом. 

В силу статьи 1477 ГК РФ на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак.

Как следует из положений статьи 1482 ГК РФ, в качестве товарных знаков могут быть зарегистрированы словесные, изобразительные, объемные и другие обозначения или их комбинации. Товарный знак может быть зарегистрирован в любом цвете или цветовом сочетании.

На территории Российской Федерации действует исключительное право на товарный знак, зарегистрированный федеральным органом исполнительной власти по интеллектуальной собственности (статья 1479 ГК РФ).

Согласно пункту 1 статьи 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 настоящего Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 настоящей статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак.

В силу пункта 3 статьи 1484 ГК РФ никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

По смыслу нормы статьи 1515 ГК РФ нарушением исключительного права владельца товарного знака признается использование не только тождественного товарного знака, но и сходного с ним до степени смешения обозначения.

Из содержания приведенных норм следует, что под незаконным использованием товарного знака признается любое действие, нарушающее исключительные права владельцев товарного знака: несанкционированное изготовление, применение, ввоз, предложение о продаже, продажа, иное введение в хозяйственный оборот или хранение с этой целью товарного знака или товара, обозначенного этим знаком, или обозначения, сходного с ним до степени смешения, при этом незаконность воспроизведения чужого товарного знака является признаком контрафактности.

Согласно пункту 162 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 10) вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения определяется исходя из степени сходства обозначений и степени однородности товаров для указанных лиц. При этом смешение возможно и при низкой степени сходства, но идентичности (или близости) товаров или при низкой степени однородности товаров, но тождестве (или высокой степени сходства) товарного знака и спорного обозначения.

Однородность товаров устанавливается исходя из принципиальной возможности возникновения у обычного потребителя соответствующего товара представления о принадлежности этих товаров одному производителю. При этом суд учитывает род (вид) товаров, их назначение, вид материала, из которого они изготовлены, условия сбыта товаров, круг потребителей, взаимодополняемость или взаимозаменяемость и другие обстоятельства.

Установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению. При этом суд учитывает, в отношении каких элементов имеется сходство - сильных или слабых элементов товарного знака и обозначения. Сходство лишь неохраняемых элементов во внимание не принимается.

Специальных знаний для установления степени сходства обозначений и однородности товаров не требуется.

Согласно материалам дела, истец подтвердил, что он является правообладателем товарного знака №473042.

При этом ответчиком не представлены доказательства наличия у него прав на использование названного товарного знака. 

Ответчик осуществлял реализацию товара с изображением товарного знака,  исключительные права на который принадлежит истцу, что подтверждено представленными в материалы дела товарным чеком от 14.07.2018, содержащим сведения о стоимости товара, о дате его продажи и о ФИО и индивидуальном номере налогоплательщика, диском с видеосъемкой факта продажи товара, проданным ответчиком товаром – автоматическим натяжителем цепи, при этом истец права на их  использование  предпринимателю не предоставлял.

В силу пункта 3 статьи 1252 ГК РФ в случаях, предусмотренных Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков. 

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим интеллектуальные права. 

Абзацем третьим указанного пункта определено, что, если иное не установлено ГК РФ, предусмотренные подпунктом 3 пункта 1 и пунктом 3 статьи 1252 ГК РФ меры ответственности за нарушение интеллектуальных прав, допущенное нарушителем при осуществлении им предпринимательской деятельности, подлежат применению независимо от вины нарушителя, если такое лицо не докажет, что нарушение интеллектуальных прав произошло вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств. 

Таких доказательств ответчик не представил. 

В силу статьи 2 ГК РФ предпринимательской деятельностью является самостоятельная, осуществляемая на свой риск деятельность, направленная на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг лицами, зарегистрированными в этом качестве в установленном порядке. 

Следовательно, приобретая товар, а затем, реализуя его, ответчик принял все риски, связанные с введением в оборот данного товара. 

Согласно пункту 1 статьи 1515 ГК РФ, правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: 1) в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; 2) в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака. 

Пунктом 4 статьи 1515 ГК РФ установлено, что в случае незаконного использования товарного знака правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

По правилам пункта 3 статьи 1252 и статьи 1515 ГК РФ при нарушении исключи-тельного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

В ходе рассмотрения дела истец изменил способ расчета компенсации и требует взыскания компенсации в соответствии с подпунктом 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ.

Лицензионным договором от 01.03.2016 № 2, заключенным с ИП ФИО3, истец предоставил лицензиату неисключительную лицензию на использование товарного знака. Стоимость использования товарного знака составляет 100 000 рублей.

Таким образом, компенсация, подлежащая взысканию с ответчика, составляет 200 000 рублей (100 000 рублей x 2).

Вместе с тем, истец самостоятельно снизил размер компенсации до однократной стоимости права использования товарного знака, то есть до 100 000 рублей.

Таким образом, истцом заявлено требование о взыскании компенсации на основании пп. 2 п. 4 ст. 1515 ГК РФ исходя из цены права использования принадлежащего ему товарного знака, установленной лицензионным договором от 01.03.2016, заключенным с иным лицом.

На основании изложенного подлежит отклонению довод апелляционной жалобы о том, что истцом не представлено обоснование заявленного размера компенсации.

Отклоняя возражения ответчика относительно способа определения истцом цены права пользования товарным знаком, суд первой инстанции обоснованно исходил из следующего.

Согласно заключенному между ООО «РУСМАШ» (лицензиар) и ИП ФИО3 (лицензиат) лицензионному договору от 01.03.2016 № 2, истец предоставил ФИО3 на срок действия договора неисключительную лицензию на территории Российской Федерации на использование товарных знаков по свидетельствам № 473042 (зарегистрирован 17.10.2012) и № 561554 (зарегистрирован 11.01.2016) в отношении всех товаров 12 класса МКТУ (пункты 1.2, 2.1, 10.3).

В силу пункта 3.1 - 3.3 указанного договора лицензиат обязуется использовать товарный знак лицензиара на согласованных сторонами образцах товара лицензиата; лицензиат обязан обеспечить соответствие качества изготавливаемых товаров, на которых он помещает лицензионный товарный знак, требованиям к качеству, устанавливаемых Техническими регламентами на изготавливаемые товары и всем требованиям государственных органов Российской Федерации; качество товаров, изготавливаемых лицензиатом, должна быть не ниже качества товаров лицензиара.

Согласно пункту 3.9 лицензионного договора от 01.03.2016 № 2 лицензиат вправе наносить товарный знак на производимые и реализуемые лицензиатом рекламные материалы и материалы информационного характера, связанные с реализуемым лицензиатом товаром.

В соответствии с пунктом 4.1 договора лицензиат обязуется уплачивать фиксированное вознаграждение за использование товарного знака № 473042 в размере 100 000 рублей за каждые 12 месяцев действия договора, за использование товарного знака № 561554 в размере 100 000 рублей за каждые 12 месяцев действия договора.

Данный договор был зарегистрирован в установленном законом порядке Федеральной службой по интеллектуальной собственности, о чем имеются соответствующие сведения в материалах дела.

Отклоняя доводы ответчика о несоответствии цены права использования товарного знака объему допущенного правонарушения, суд первой инстанции обоснованно исходил из отсутствия каких-либо доказательств, опровергающих или ставящих под сомнение сведения, представленные истцом в подтверждение стоимости права пользования.

При этом, руководствуясь п. 2 ст. 1482 ГК РФ суд первой инстанции отметил, что в рассматриваемом случае индивидуальный предприниматель, занимающийся розничной торговлей, нарушил право на товарный знак иным способом: продал малоценный товар, на упаковке которого имелось изображение товарного знака истца.

Также суд первой инстанции принял во внимание, что ответчиком допущено нарушение прав истца в городе Тогучине одного из 85 регионов Российской Федерации, в то время как согласно пунктам 1.3 и 2.1 лицензионного договора его действие распространяется на всю территорию Российской Федерации. Кроме того, принадлежащий истцу товарный знак был использован при продаже одного товара, в то время как лицензиар предоставил лицензиату неисключительную лицензию в отношении всех товаров 12 класса МКТУ.

В соответствии с постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 13.12.2016 № 28-П положения подпункта 1 статьи 1301, подпункта 1 статьи 1311 и подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ признаны не соответствующими Конституции Российской Федерации, ее статьям 17 (часть 3), 19 (части 1 и 2), 34 (часть 1) и 55 (часть 3), в той мере, в какой они не позволяют суду при определении размера компенсации, подлежащей выплате правообладателю в случае нарушения индивидуальным предпринимателем одним действием прав на несколько объектов интеллектуальной собственности, определить общий размер компенсации ниже минимального предела, установленного Гражданским кодексом Российской Федерации. Такое уменьшение возможно лишь по заявлению ответчика и при следующих условиях:

- убытки поддаются исчислению с разумной степенью достоверности, а их превышение должно быть доказано ответчиком;

- правонарушение совершено ответчиком впервые;

- использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью деятельности ответчика и не носило грубый характер (например, если продавцу не было заведомо известно о контрафактном характере реализуемой им продукции).

Судом установлено, что спорное правонарушение совершено ответчиком впервые; ФИО2 в настоящее время прекратил свою предпринимательскую деятельность, поскольку согласно сведениям из ЕГРИП статус индивидуального предпринимателя им прекращен 01.04.2021.

Установив вышеуказанные обстоятельства, суд первой инстанции пришел к выводу о возможности определения размера компенсации в размере 50 000 рублей.

Таким образом, судом первой инстанции приняты во внимание обстоятельства, на которые ссылается в апелляционной жалобе ответчик, в качестве оснований для снижения размера компенсации.

Оснований для снижения размера компенсации до 10 000 руб., как просит ответчик, исходя из вышеизложенного, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Судом также удовлетворены требования истца о взыскании с ответчика судебных издержек: судебных расходов по оплате государственной пошлины в размере 2 000 рублей, судебных издержек в сумме 200 рублей за получение сведений в виде выписки из ЕГРИП, в сумме 490 рублей за покупку спорного товара, в сумме 92 рублей за почтовые расходы. Доводов в данной части в апелляционной жалобе не заявлено.

Обжалуемый судебный акт соответствует нормам материального права, а содержащиеся в нем выводы - установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, в связи с чем оснований для отмены (изменения) решения суда апелляционный суд не установил.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ государственная пошлина по апелляционной жалобе подлежит отнесению на ее подателя.

Руководствуясь статьями  258, 268, 271, пунктом 1 статьи 269  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд   

 

П О С Т А Н О В И Л:

решение от 10.12.2021 Арбитражного суда Новосибирской области по делу № А45-18411/2021 оставить без изменения, а апелляционную жалобу ФИО2 – без удовлетворения.

            Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Суд по интеллектуальным правам в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления его в законную силу, путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Новосибирской области.

 

Председательствующий                                                          С. В. Кривошеина 

Судьи                                                                                        И. И. Бородулина

                                                                                                    С. Н. Хайкина