АРБИТРАЖНЫЙ СУД

 ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тюмень                                                                     Дело № А45-9124/2021

 

Резолютивная часть постановления объявлена  10 февраля 2022 года

Постановление изготовлено в полном объеме  16 февраля 2022 года

 

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего                     Курындиной А.Н.,

судей                                                    Аникиной Н.А.,

                                                             ФИО1,

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу ФИО2 (г. Москва) на решение от 29.07.2021 Арбитражного суда Новосибирской области (судья Мартынова М.И.) и постановление от 22.10.2021 Седьмого арбитражного апелляционного суда (судьи: Молокшонов Д.В., Смеречинская Я.А., Марченко Н.В.) по делу № А45-9124/2021 по иску ФИО3 (Иркутская область, г. Братск) к ФИО2 (г. Москва) о признании недействительными пунктов 7.6 и 3.5 соглашения об агентировании от 25.01.2018.

Третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора: общество с ограниченной ответственностью «Васко», ФИО4, ФИО5. 

Суд установил:

участник общества с ограниченной ответственностью «Васко» (далее – ООО «Васко», общество) ФИО3 (далее – ФИО3, истец), обратился в арбитражный суд с иском к ФИО2 (далее - ФИО2, ответчик) о признании недействительными пункта 3.5 (в части абзаца о применении принципа о расчете стоимости долей) и пункта 7.6 соглашения об агентировании от 25.01.2018.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены: ООО «Васко», ФИО4, ФИО5.

Решением от 29.07.2021 Арбитражного суда Новосибирской области, оставленным без изменения постановлением от 22.10.2021 Седьмого арбитражного апелляционного суда, исковые требования удовлетворены. 

В кассационной жалобе ФИО2 просит отменить решение и постановление, принять новый судебный акт об удовлетворении исковых требований. 

В обоснование кассационной жалобы заявитель приводит следующие доводы: выводы судов о противоречии оспариваемой сделки существу законодательного регулирования не обоснованы; суды не указали, каким публичным интересам противоречит сделка, носящая частный характер; вывод судов о том, что ООО «Васко» не является стороной соглашения, противоречит тексту соглашения; судами неправильно определена дата начала течения срока исковой давности, поскольку сделка начала исполняться 06.03.2018; представленная истцом электронная переписка не отвечает требованиям пункта 1 статьи 75 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ); истец не вправе ссылаться на недействительность сделки в силу положений пункта 5 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

В отзыве на кассационную жалобу ФИО3, полагая изложенные в ней доводы несостоятельными, просит оставить обжалуемые судебные акты без изменения как законные и обоснованные.

Учитывая надлежащее извещение лиц, участвующих в деле, о времени и месте проведения судебного заседания, кассационная жалоба согласно части 3 статьи 284 АПК РФ рассматривается в их отсутствие.

Законность обжалуемых судебных актов проверена судом кассационной инстанции на основании статей 284, 286 АПК РФ.

Как установлено судами и следует из материалов дела, 25.01.2018 единственный участник ООО «Васко» ФИО3 и ФИО2 (агент) заключили соглашение об агентировании (далее - соглашение).

В соответствии с пунктом 1.1 соглашения ФИО2 принял на себя обязанности по привлечению от третьих лиц заемных средств, необходимых для осуществления деятельности ООО «Васко», а также средств, направленных на увеличение уставного капитала.

Указанным соглашением (пункт 3.2) предусмотрено вознаграждение агента, выплачиваемое посредством передачи ему доли общества из расчета 30 % долей за 5 млн. руб., поступивших обществу в виде займа или взноса в уставный капитал.

В соответствии с пунктом 7.6 соглашения агент (ответчик) при выходе из состава участников общества будет иметь право требовать выплаты ему стоимости его доли, рассчитанной согласно абзацу 3 пункта 3.5 соглашения.

Пунктом 3.5 соглашения предусмотрено, что при расчете стоимости долей применяется принцип «Стоимость 100 % долей общества или долей/акций аффилированного лица равняется размеру валовой выручки соответственно общества или аффилированного лица методом «по начислению» за предшествующие 12 месяцев. Если общество или аффилированное лицо ведет хозяйственную деятельность менее 12 месяцев, для целей расчета принимаются показатели по тем месяцам, в которые была получена выручка, суммарно разделенные на количество месяцев, в течение которых получалась выручка, и умноженные на количество месяцев в календарном году. *пример: общество ведет деятельность в течение восьми месяцев. Для целей определения стоимости 100 % долей участия в уставном капитале суммарная выручка за 8 месяцев делится на 8 (результат - среднемесячная выручка) и умножается на 12 (количество месяцев в году)».

ФИО3, полагая, что соглашение в части спорных пунктов является ничтожной сделкой, противоречащей федеральному законодательству, обратился в арбитражный суд с настоящим иском.

Суд первой инстанции, руководствуясь статьями 166, 168, 181, 199 ГК РФ, положениями Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее - Закон № 14-ФЗ), правовыми позициями, сформированными: в пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 09.12.1999 № 90/14 «О некоторых вопросах применения Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью», в пунктах 74, 101 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление № 25), в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 16 «О свободе договора и ее пределах» (далее - Постановление № 16), в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», пришел к выводу о том, что соглашение в оспариваемой части противоречит существу законодательного регулирования; срок исковой давности для предъявления требования о признании ничтожной сделки недействительной истцом не пропущен.

Апелляционный суд согласился с выводами суда первой инстанции.

Суд округа, оставляя состоявшиеся по делу судебные акты без изменения, исходит из следующего.

Согласно пункту 1 статьи 26 Закона № 14-ФЗ участник общества вправе выйти из общества путем отчуждения доли обществу независимо от согласия других его участников или общества, если это предусмотрено уставом общества. Заявление участника общества о выходе из общества должно быть нотариально удостоверено по правилам, предусмотренным законодательством о нотариате для удостоверения сделок.

В соответствии с пунктом 6.1 статьи 23 Закона № 14-ФЗ в случае выхода участника общества из общества в соответствии со статьей 26 названного Закона его доля переходит к обществу. Общество обязано выплатить участнику общества, подавшему заявление о выходе из общества, действительную стоимость его доли в уставном капитале общества, определяемую на основании данных бухгалтерской отчетности общества за последний отчетный период, предшествующий дню подачи заявления о выходе из общества, или с согласия этого участника общества выдать ему в натуре имущество такой же стоимости либо в случае неполной оплаты им доли в уставном капитале общества действительную стоимость оплаченной части доли.

Общество обязано выплатить участнику общества действительную стоимость его доли или части доли в уставном капитале общества либо выдать ему в натуре имущество такой же стоимости в течение трех месяцев со дня возникновения соответствующей обязанности, если иной срок или порядок выплаты действительной стоимости доли или части доли не предусмотрен уставом общества. Положения, устанавливающие иной срок или порядок выплаты действительной стоимости доли или части доли, могут быть предусмотрены уставом общества при его учреждении, при внесении изменений в устав общества по решению общего собрания участников общества, принятому всеми участниками общества единогласно (абзац 2 пункта 6.1 статьи 23 Закона № 14-ФЗ).

Согласно пункту 2 статьи 14 Закона № 14-ФЗ размер доли участника общества в уставном капитале общества определяется в процентах или в виде дроби. Размер доли участника общества должен соответствовать соотношению номинальной стоимости его доли и уставного капитала общества. Действительная стоимость доли участника общества соответствует части стоимости чистых активов общества, пропорциональной размеру его доли.

В силу пункта 4 статьи 421 ГК РФ условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422 ГК РФ).

Пунктом 1 статьи 422 ГК РФ предусмотрено, что договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения.

Согласно пункту 1 статьи 168 ГК РФ по общему правилу сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой. Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 2 статьи 168 ГК РФ).

Более того, договор, условия которого противоречат существу законодательного регулирования соответствующего вида обязательства, может быть квалифицирован как ничтожный полностью или в соответствующей части, даже если в законе не содержится прямого указания на его ничтожность (абзац 2 пункта 74 Постановления № 25).

Как разъяснено в пункте 3 Постановления № 16, при отсутствии в норме, регулирующей права и обязанности по договору, явно выраженного запрета установить иное, она является императивной, если исходя из целей законодательного регулирования это необходимо для защиты особо значимых охраняемых законом интересов (интересов слабой стороны договора, третьих лиц, публичных интересов и т.д.), недопущения грубого нарушения баланса интересов сторон либо императивность нормы вытекает из существа законодательного регулирования данного вида договора. В таком случае суд констатирует, что исключение соглашением сторон ее применения или установление условия, отличного от предусмотренного в ней, недопустимо либо в целом, либо в той части, в которой она направлена на защиту названных интересов.

Исследовав и оценив в совокупности и взаимосвязи представленные сторонами в обоснование своих требований и возражений  доводы и доказательства, проанализировав условия соглашения, руководствуясь положениями действующего законодательства, регулирующими спорные отношения, суды пришли к выводу, что размер действительной стоимости доли участника, подлежащей выплате вышедшему из общества участнику, подлежит определению только в соответствии с положениями Закона № 14-ФЗ, при этом соглашением участника и общества не может быть установлен иной порядок определения действительная стоимость доли при выходе участника из общества, поскольку такой порядок не соответствует принципу участия в корпорации пропорционально внесенному вкладу, в связи с чем пункт 7.6 соглашения и применимый при выходе участника из общества пункт 3.5 соглашения (в части порядка определения стоимости доли), на который имеется ссылка в пункте 7.6, признаны ничтожными.

Суд округа отмечает, что установление по соглашению общества и его участников иного порядка определения размера стоимости доли при выходе участника из общества, чем предусмотрено корпоративным законодательством, не может регулироваться корпоративным договором исходя из буквального толкования положений статьи 67.2 ГК РФ, пункта 3 статьи 8 Закона № 14-ФЗ, которыми участникам корпорации и обществу не предоставлено право на свое усмотрение определять размер доли в указанном случае.

Довод кассационной жалобы о необоснованном отклонении судами доводов ответчика о необходимости применения в рассматриваемой ситуации положений пункта 5 статьи 166 ГК РФ не принимается во внимание судом округа по следующим основаниям.

Согласно пункту 5 статьи 166 ГК РФ и разъяснениям, приведенным в пункте 70 Постановления № 25, сделанное в любой форме заявление о недействительности (ничтожности, оспоримости) сделки и о применении последствий недействительности сделки (требование, предъявленное в суд, возражение ответчика против иска и т.п.) не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность лицо действует недобросовестно, в частности если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки.

Приведенный правовой подход (правило эстоппеля) применим в тех случаях, когда стороны исполняют ранее заключенный договор, а заявление о недействительности такого договора сделано одной из его сторон в целях освобождения себя от обязательств, предусмотренных этим договором.

Вместе с тем в рассматриваемой ситуации, заключая соглашение, которое в части определения действительной стоимости доли вышедшему участнику общества противоречит существу нормативного регулирования, и истец, и ответчик не могли не знать о несоответствии соглашения в этой части нормам корпоративного законодательства, в связи с чем ввиду несоответствия действий обеих сторон принципу добросовестности правило эстоппеля применению не подлежит.

Доводы заявителя кассационной жалобы о том, что судами неправильно определена дата начала течения срока исковой давности, поскольку сделка начала исполняться 06.03.2018; представленная истцом электронная переписка не отвечает требованиям пункта 1 статьи 75 АПК РФ, отклоняются судом округа.

Суды, отказывая в применении общего срока исковой давности (пункт 3 статьи 166, пункт 1 статьи 181 ГК РФ), указали, что в оспариваемой части исполнение сделки началось не ранее 14.02.2020, в связи с чем на момент предъявления искового заявления в суд срок исковой давности не истек, что согласуется с разъяснениями, изложенными в абзаце четвертом пункта 101 Постановления № 25.

В пункте 101 Постановления № 25 разъяснено, что для требований сторон ничтожной сделки о применении последствий ее недействительности и о признании такой сделки недействительной установлен трехлетний срок исковой давности, который исчисляется со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, то есть одна из сторон приступила к фактическому исполнению сделки, а другая - к принятию такого исполнения (пункт 1 статьи 181 ГК РФ).

По смыслу пункта 1 статьи 181 ГК РФ если ничтожная сделка не исполнялась, срок исковой давности по требованию о признании ее недействительной не течет. Если сделка признана недействительной в части, то срок исковой давности исчисляется с момента начала исполнения этой части.

С учетом изложенных норм и разъяснений при установленных судами обстоятельствах вывод судов об отсутствии пропуска срока исковой давности является правомерным. 

Суд округа отклоняет доводы заявителя кассационной жалобы о том, что электронная переписка, подтверждающая начало исполнения части сделки, не отвечает требованиям пункта 1 статьи 75 АПК РФ и не могла быть принята судами во внимание.

В силу пункта 1 статьи 5 ГК РФ обычаем делового оборота признается сложившееся и широко применяемое в какой-либо области предпринимательской деятельности правило поведения, не предусмотренное законодательством, независимо от того, зафиксировано ли оно в каком-либо документе.

Из имеющейся в материалах дела электронной переписки усматривается, что сторонами обоюдно выбран способ передачи писем, документов и иной информации посредством электронной почты. При этом, возражений истца об использовании такого способа передачи информации до обращения в арбитражный суд с настоящим иском в материалах дела не имеется.

Суд кассационной инстанции полагает, что нормы материального и процессуального права применены судами первой и апелляционной инстанций правильно. С учетом конкретных обстоятельств рассматриваемого спора суды посчитали достаточными доказательства, представленные в дело; доказательства исследованы в совокупности с учетом требований главы 7 АПК РФ. Основания для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда кассационной инстанции отсутствуют, изложенные в жалобе доводы относительно ненадлежащего характера доказательств и их неправильной оценки отклоняются в силу положений статей 286, 287 АПК РФ, пункта 32 постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции».

Суд округа отмечает ошибочность выводов судов о том, что ООО «Васко» не является стороной соглашения, как противоречащих буквальному содержанию данного соглашения (в частности, его преамбуле). Вопреки выводам судов, оттиск печати юридического лица в силу статьи 160 ГК РФ относится к дополнительным требованиям по верификации соглашений, поэтому само по себе отсутствие оттиска печати на документе с учетом факта его  подписания единственным участником общества и одновременно его единоличным исполнительным органом не свидетельствует о неподписании соглашения обществом.

Вместе с тем указанный вывод судов не привел к принятию неправомерного судебного акта.

Кроме того, суд округа отмечает следующее. С учетом приведенного истцом правового и фактического обоснования исковых требований, а также изложенных в обжалуемых решении и постановлении мотивов признания недействительными оспариваемых пунктов, пункт 3.5 соглашения (в оспариваемой части) является недействительным в совокупности с пунктом 7.6 соглашения, т.е. в случае выплаты действительной стоимости доли при выходе участника из общества. Иные случаи, когда применяются положения других абзацев пункта 3.5 соглашения и действительность указанного условия в этих случаях судами не рассматривалась и оценка данным обстоятельствам не давалась.  

Нарушений норм процессуального права, влекущих отмену судебных актов в порядке части 4 статьи 288 АПК РФ, судами первой и апелляционной инстанций не допущено. Решение и постановление отмене не подлежат, оснований для удовлетворения кассационной жалобы не имеется.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ расходы по уплаченной при подаче кассационной жалобы государственной пошлине относятся на заявителя жалобы.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьей 289 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

решение от 29.07.2021 Арбитражного суда Новосибирской области и постановление от 22.10.2021 Седьмого арбитражного апелляционного суда по делу № А45-9124/2021 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий                                     А.Н. Курындина

 

Судьи                                                                  Н.А. Аникина

 

                                                                            ФИО1