﻿ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-16176/2016

15 октября 2021 года

г. Санкт-Петербург

/суб.1

Резолютивная часть постановления объявлена 11 октября 2021 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 15 октября 2021 года.

 

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего Герасимовой Е.А.

судей  Тойвонена И.Ю., Юркова И.В.

при ведении протокола судебного заседания секретарем Янбиковой Л.И.

 

при участии:  

от ответчика Петричака П.: представителя Шелыгановой С.А. по доверенности от 29.11.2019 посредством онлайн-заседания; 

 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер  13АП-19736/2021) Петричака Петра на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 27.04.2021 по делу № А56-16176/2016/суб.1 (судья Радченко А.В.), принятое по заявлению конкурсного управляющего о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности, 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Вертекс»,

установил:

ББР Банк (акционерное общество) (далее – Банк) обратился в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «Вертекс» (далее – ООО «Вертекс») несостоятельным (банкротом).

Решением суда первой инстанции от 09.08.2016 ООО «Вертекс» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство по упрощенной процедуре ликвидируемого должника, конкурсным управляющим утвержден Сафронов Денис Владимирович.

24.07.2019 в суд первой инстанции от конкурсного управляющего            Сафронова Д.В. поступило заявление о привлечении к субсидиарной ответственности бывшего руководителя должника – Петричака Петра, а также о приостановлении производства по рассмотрению заявления до окончания расчетов с кредиторами ООО «Вертекс».

16.09.2019 от конкурсного управляющего Сафронова Д.В. поступило уточненное заявление, в котором он просит привлечь к субсидиарной ответственности бывшего руководителя должника – Петричака Петра в размере, равном совокупному размеру требований кредиторов ООО «Вертекс» и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества ООО «Вертекс»; приостановить производство по рассмотрению заявления конкурсного управляющего Сафронова Д.В. о привлечении бывшего руководителя Петричака Петра к субсидиарной ответственности до окончания расчетов с кредиторами ООО «Вертекс».

Уточненные требования приняты судом первой инстанции к рассмотрению в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Определением суда первой инстанции от 03.02.2021 по ходатайству конкурсного управляющего Сафронова Д.В. в рамках настоящего обособленного спора назначена судебная экспертиза, проведение которой поручено эксперту               ООО «Аналитический центр «Кронос» Рахштейн Евгению Яновичу. 

Перед экспертом поставлены следующие вопросы: 

1) Имелись ли признаки банкротства ООО «Вертекс»? 

2) Имелись ли признаки недостаточности имущества ООО «Вертекс»? 

3) Имелись ли признаки неплатежеспособности ООО «Вертекс»? 

4) Имелись ли признаки преднамеренного банкротства ООО «Вертекс»?

5) Если таковые имелись, то следствием каких сделок должника и/или каких действий его руководства и/или каких иных обстоятельств они являлись? 

6) Чем обусловлено банкротство ООО «Вертекс»?

16.03.2021 от экспертного учреждения поступило заключение от 12.03.2021              № 240221.

Определением суда первой инстанции от 27.04.2021 Петричак Петр привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Вертекс» за неподачу заявления о признании должника банкротом. Производство по вопросу определения размера субсидиарной ответственности Петричака Петра, установленного пунктом 11 статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002                    № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее – Закон о банкротстве) приостановлено до окончания расчетов с кредиторами.

В апелляционной жалобе Петричак П., ссылаясь на нарушение судом первой инстанции норм материального и процессуального права, несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела, просит определение суда первой инстанции от 27.04.2021 отменить, принять по делу новый судебный акт. В обоснование жалобы указывает на следующее:

- основания для обращения в арбитражный суд с заявлением о признании ООО «Вертекс» банкротом у Петричака П. отсутствовали, что подтверждается экспертным заключением судебной экспертизы, проведенной в рамках настоящего обособленного спора;

- одних ссылок конкурсного управляющего на якобы непредставление бухгалтерской и иной документации ООО «Вертекс» недостаточно для установления того факта, что полное погашение требований кредиторов должника невозможно вследствие действий и (или) бездействия Петричака П. как контролирующего должника лица. Частичное непредставление Петричаком П. документации  не воспрепятствовало конкурсному управляющему осуществить взыскание дебиторской задолженности и провести реализацию имущества должника путем торгов (включая продажу транспортных средств и имущественных прав должника), что подтверждается соответствующими сведениями, опубликованными в ЕФРСБ;

- конкурсным управляющим ООО «Вертекс» не доказан факт совершения Петричаком П. действий, вызвавших банкротство должника и повлекших последствия в виде наступления или усугубления неплатежеспособности должника. Основания для привлечения Петричака П. к субсидиарной ответственности в части совершения сделок отсутствуют.    

В отзыве и дополнениях к нему конкурсный управляющий Сафронов Д.В. просит обжалуемый судебный акт оставить без изменения и рассмотреть апелляционную жалобу в отсутствие своего представителя. 

В судебном заседании посредством онлайн-заседания представитель Петричака П. поддержал доводы апелляционной жалобы с учетом дополнительных пояснений, поступивших в апелляционный суд 06.10.2021.

Информация о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы опубликована на официальном сайте Тринадцатого арбитражного апелляционного суда. 

Надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства иные лица, участвующие в деле, своих представителей в судебное заседание не направили, в связи с чем в порядке статьи 156 АПК РФ дело рассмотрено в их отсутствие.

Как следует из материалов дела, в период с 15.11.2010 до 09.08.2016 Петричак Петр являлся генеральным директором и ликвидатором должника, следовательно, в указанный период являлся контролирующим должника лицом.

По мнению конкурсного управляющего, Петричак П. не исполнил обязанность по подаче заявления о признании должника банкротом в срок до 31.01.2015 в связи с неисполнением обязательств по кредитному договору от 16.04.2014 № КЛ-14/14, заключенному между Банком и должником. В соответствии с названным кредитным договором Банк предоставил должнику кредит на сумму 1 150 000 евро на срок до 24.03.2017. ООО «Ветекс» на начало 2015 года обладало признаками неплатежеспособности, поскольку в связи с недостаточностью денежных средств не оплатило задолженность по кредитному договору, в связи с чем должник в лице своего руководителя Петричака П. должен был подать заявление о банкротстве, однако соответствующих действий не выполнил.

Кроме того, конкурсный управляющий ссылается на то, что Петричак П. не передал в полном объеме бухгалтерскую и иную документацию должника, что привело к существенному затруднению проведения процедуры банкротства.

Также конкурсный управляющий указал на совершение должником в лице его бывшего руководителя Петричака П. ряда сделок, направленных на вывод имущества из конкурсной массы, которые были оспорены и признаны недействительными в судебном порядке (обособленные споры № А56-16176/2016/сд.1, сд.3, сд.27 и определение суда первой инстанции от 16.01.2018 без индекса сделки).    

Суд первой инстанции привлек Петричака П. к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Вертекс» за неподачу заявления о банкротстве, а также за непередачу документов, приостановил производство в части определения размера ответственности до окончания расчетов с кредиторами. Основание привлечения к субсидиарной ответственности в виде совершения сделок по выводу имущества отклонено судом первой инстанции со ссылкой на выводы заключения судебной экспертизы от 12.03.2021 № 240221.

Исследовав и оценив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в порядке статей 266–272 АПК РФ правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным данным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В силу Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон                          № 266-ФЗ) и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее – Закон № 266- ФЗ) Федеральный закон от 26.10.2002                № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» дополнен главой III.2, регулирующей ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве.

Согласно пункту 3 статьи 4 Закона № 266-ФЗ рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Закона                          № 266-ФЗ, которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ.

По смыслу пункта 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», а также исходя из общих правил о действии закона во времени (пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации) положения Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ.

Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона № 266-ФЗ, независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.

Однако предусмотренные Законом о банкротстве в редакции Закона                        № 266-ФЗ процессуальные нормы о порядке рассмотрения заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности подлежат применению судами после 01.07.2017 независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве.

Конкурсный управляющий ссылается на то, что обязанность по подаче заявления о признании должника банкротом должна была быть исполнена не позднее 31.01.2015, следовательно, к спорным правоотношениям подлежат применению нормы в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона                     № 266-ФЗ. 

В соответствии с пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве неподача заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 Закона о банкротстве, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых Законом о банкротстве возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления. При этом субсидиарная ответственность в таких случаях наступает лишь по тем обязательствам должника, которые возникли после истечения срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве предусмотрена обязанность руководителя должника обратиться в арбитражный суд с заявлением должника в случае, если удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника; должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества; а также в иных случаях, предусмотренных названным Законом.

В силу пункта 2 статьи 9 Закона о банкротстве заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 указанной статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

Таким образом, при наличии предусмотренных пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве случаев обязанность обратиться в арбитражный суд с заявлением должника возлагается на руководителя.

Из приведенных норм права следует, что возможность привлечения лиц, названных в пункте 2 статьи 10 Закона о банкротстве, к субсидиарной ответственности по указанным в данной норме основаниям возникает при наличии совокупности следующих условий: 

- возникновение одного из перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве обстоятельств; 

- неподача указанными в пункте 2 статьи 10 Закона о банкротстве лицами заявления о банкротстве должника в течение месяца с даты возникновения соответствующего обстоятельства; 

- возникновение обязательств должника, по которым указанные лица привлекаются к субсидиарной ответственности, после истечения срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Согласно выводам суда первой инстанции, изложенным в обжалуемом судебном акте, на начало 2015 года должник обладал признаками неплатежеспособности, поскольку в связи с недостаточностью денежных средств, начиная с 31.10.2014, не погашал задолженность по договору о кредитной линии (для юридических лиц и индивидуальных предпринимателей) от 16.04.2014                          № КЛ-14/14, заключенному между должником и Банком.

Возражая против указанных выводов, податель апелляционной жалобы указал, что неисполнение стороной обязательств по договору при ведении обычной хозяйственной деятельности не свидетельствует о неплатежеспособности и недостаточности денежных средств. 

Вывод суда первой инстанции о недостаточности денежных средств у              ООО «Вертекс», начиная с 31.10.2014, нельзя признать обоснованным, поскольку на конец 2014 года у ООО «Вертекс» имелись активы на сумму более 140 млн.руб., что подтверждается бухгалтерскими балансами ООО «Вертекс» за 2014 и 2015 годы.

Эта же информация подтверждается финансовым анализом от 07.02.2017, выполненным Сафроновым Д.В. Так, на странице 54 указанного финансового анализа приведены данные о наличии у ООО «Вертекс» по состоянию на 30.09.2014 активов на сумму более 210 млн. руб. и на 31.12.2014 активов на сумму 140 982 тыс. руб., в то время как решением арбитражного суда с должника в пользу Банка взыскана сумма в значительно меньшем размере, а именно 114 606 829 руб. 34 коп. 

Более того, в ходе судебного разбирательства в суде апелляционной инстанции от Петричака П. 06.10.2021 поступили письменные пояснения по хозяйственной деятельности ООО «Вертекс» в период с 01.01.2015 по 10.06.2016, основанные на анализе выписки с расчетного счета ООО «Вертекс» в Банке ВТБ (ПАО).

Согласно данным пояснениям в указанный период времени ООО «Вертекс» вело активную деятельность, регулярно оплачивало счета в пользу своих контрагентов (73 платежных операции в период с 20.01.2015 по 10.06.2016).

Кроме того, в 2015 году ООО «Вертекс» заключило с ООО «РЕСО-Лизинг» (лизингодатель) два договора лизинга от 23.11.2015 № 2628СП-РКС/02/2015 и от 17.08.2015 № 2419СП-РКС/01/2015, в соответствии с которыми ООО «Вертекс» получило в лизинг два автомобиля. Указанные договоры лизинга расторгнуты только 27.08.2016 по инициативе лизингодателя в связи с тем, что в отношении                         ООО «Вертекс» введена процедура конкурсного производства.

Согласно выписке ООО «Вертекс» с расчетного счета в Банке ВТБ (ПАО) по дебету (расходные операции) за 2015 год составили 192 099 250 руб. 06 коп., а с января по сентябрь 2016 года – 653 796 руб. 38 коп.

Согласно выписке ООО «Вертекс» с расчетного счета в ПАО «Сбербанк России» оборот ООО «Вертекс» по дебету (расходные операции) за январь-июль 2016 года составил 5 142 930 руб.

Указанные пояснения ответчика Петричака П., не опровергнутые конкурсным управляющим, свидетельствуют о ведении должником в течение 2015 года и начала 2016 года хозяйственной деятельности (закупка ГСМ, строительных материалов, аренды оборудования, оплаты налогов, погашение лизинговых платежей).  

Заслуживает внимания довод Петричака П. о том, что сам по себе факт наличия задолженности перед отдельным кредитором (Банком) не означает наличие у должника признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества, поскольку недопустимо отождествлять неплатежеспособность с неоплатой конкретного долга отдельному кредитору, что соответствует выводам Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, закрепленным в постановлении от 23.04.2013 № 18245/12 по делу № А47-4285/2011, и выводам судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации, выраженным в определении от 25.01.2016 № 310-ЭС15-12396 по делу № А09-1924/2013.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от 18.07.2003 № 14-П, даже формальное превышение размера кредиторской задолженности над размером активов, отраженное в бухгалтерском балансе должника, не является свидетельством невозможности общества исполнить свои обязательства. Такое превышение не может рассматриваться как единственный критерий, характеризующий финансовое состояние должника, а приобретение отрицательных значений не является основанием для немедленного обращения в арбитражный суд с заявлением должника о банкротстве.

Объективное банкротство наступает в критический момент, в который должник из-за снижения стоимости чистых активов становится неспособным в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе по уплате обязательных платежей, а не в момент прекращения исполнения обязательств (определение Верховного Суда Российской Федерации от 20.07.2017 по делу                  № 309-ЭС17-1801).

Отсутствие оплаты по конкретному кредитному договору не свидетельствует об объективном банкротстве должника, в связи с чем не может быть безусловным доказательством, подтверждающим необходимость его руководителя обратиться в суд с заявлением о банкротстве (пункт 19 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2021)).

Для целей разрешения вопроса о привлечении бывшего руководителя к ответственности по рассматриваемому основанию установление момента подачи заявления о банкротстве должника приобретает существенное значение, учитывая, что момент возникновения такой обязанности в каждом конкретном случае определяется моментом осознания руководителем критичности сложившейся ситуации, очевидно свидетельствующей о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования без негативных последствий для должника и его кредиторов.

Из материалов дела не следует, что на начало 2015 года ООО «Вертекс» находилось в кризисном финансовом состоянии, которое с очевидностью свидетельствовало о невозможности продолжения хозяйственной деятельности. Напротив, материалы дела подтверждают факт того, что в 2015 году должник продолжил вести бизнес, расплачиваться с контрагентами, заключать сделки (договоры лизинга от 23.11.2015 № 2628СП-РКС/02/2015 и от 17.08.2015 № 2419СП-РКС/01/2015).

Апелляционный суд также учитывает выводы, сделанные экспертом по результатам проведенной судебной экспертизы, согласно которым признаки банкротства возникли у ООО «Вертекс» на конец 1 квартала 2016 года. Превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника по данным бухгалтерской отчетности ООО «Вертекс» наблюдалось с 30.06.2016. 

Таким образом, не представляется возможным согласиться с выводом суда первой инстанции о наличии у должника по состоянию на начало 2015 года признаков объективного банкротства, то есть нахождение ООО «Вертекс» в указанный период в кризисном состоянии, явно свидетельствующем о необходимости подачи заявления о банкротстве.

Согласно выводам судебной экспертизы признаки неплатежеспособности и недостаточности имущества ООО «Вертекс» возникли в конце 1 квартала 2016 года, признаков преднамеренного банкротства экспертом не установлено, при этом уже в марте 2016 года кредитором подано заявление о признании должника банкротом.

Таким образом, основания для обращения в арбитражный суд с заявлением о признании ООО «Вертекс» банкротом в срок до 31.01.2015 у Петричака П. отсутствовали.

Более того, в силу пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве неподача заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 названного Закона, влечет за собой субсидиарную ответственность по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктом 3 статьи 9 Закона о банкротстве. 

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее – постановление Пленума № 53), размер субсидиарной ответственности руководителя равен совокупному размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших в период со дня истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве, и до дня возбуждения дела о банкротстве.

В заявлении о привлечении к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий Сафронов Д.В. не пояснил и суд первой инстанции не установил, какие именно обязательства принял на себя и не исполнил должник после предполагаемой даты обращения за банкротством (31.01.2015), что исключает привлечение к субсидиарной ответственности по пункту 2 статьи 10 Закона о банкротстве.

Относительно совершения должником убыточных сделок, признанных недействительными (обособленные споры № А56-16176/2016/сд.1, сд.3, сд.27 и определение суда первой инстанции от 16.01.2018 без индекса сделки).    

По правилам пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам. Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, в том числе, в случае причинения вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3  Закона о банкротстве.

При доказанности условий, составляющих презумпцию вины в доведении до банкротства, бремя по ее опровержению переходит на другую сторону, которая вправе приводить доводы об отсутствии вины, в частности, о том, что банкротство вызвано иными причинами, не связанными с недобросовестным поведением ответчика.

В пункте 23 постановления Пленума № 53 разъяснено, что согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам.

К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ "Об акционерных обществах", статья 46 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" и т.д.).

Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана, в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Нормы пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве в ранее действовавшей редакции и новой нормы пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве с точки зрения материального права не отличаются в отношении ряда презумпций.

По смыслу подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве для доказывания факта совершения сделки, причинившей существенный вред кредиторам, заявитель вправе ссылаться на основания недействительности, в том числе предусмотренные статьей 61.2 (подозрительные сделки) и статьей 61.3 (сделки с предпочтением) Закона о банкротстве.

В силу части 1 статьи 65 АПК РФ на заявителе лежит обязанность доказывания как значимости данной сделки, так и ее существенной убыточности. 

Таким образом, заявитель обязан доказать совершение контролирующим должника лицом сделок, в результате которых причинен существенный вред имущественным правам кредиторов.

Судебное разбирательство о привлечении контролирующего лица к субсидиарной ответственности по основанию невозможности погашения требований кредиторов должно в любом случае сопровождаться изучением причин несостоятельности должника. Удовлетворение подобного рода исков свидетельствует о том, что суд в качестве причины банкротства признал недобросовестные действия ответчика, исключив при этом иные (объективные, рыночные и т.д.) варианты ухудшения финансового положения должника.

Соответствующая правовая позиция приведена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 № 305-ЭС19-10079.

Суд первой инстанции обоснованно указал на то, что конкурсным управляющим ООО «Вертекс» Сафроновым Д.В. не доказан факт совершения Петричаком П. действий, вызвавших банкротство должника и повлекших последствия в виде наступления или усугубления неплатежеспособности должника. 

Согласно экспертному заключению судебной экспертизы от 12.03.2021              № 240221 банкротство должника вызвано такими причинами, как влияние финансового кризиса, санкции в отношении Российской Федерации и, как следствие, изменение рынка и т.п. 

Наличие недобросовестности действий Петричака П. экспертным заключением не установлено.

В рамках спора № А56-16176/2016/сд.1 в признании сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве отказано. Сделка в рамках спора                    № А56-16176/2016/сд.27 признана недействительной по пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, однако ее сумма в размере 1 016 400 руб. в масштабах деятельности должника является незначительной и существенным образом не влияющей на общее финансово-экономическое положение должника. Аналогичная ситуация со сделкой по спору № А56-16176/2016/сд.38 на сумму 2 409 920 руб. (уменьшение стоимости выполненных работ). В рамках спора № А56-16176/2016/сд.3 признан недействительным пункт 1.2 кредитного договора от 27.03.2014 № КЛ-14/14 об установлении комиссии по открытию кредитной линии, что не связано с намеренным причинением вреда имущественным правам кредиторов.

Таким образом, какие-либо безусловные доказательства, указывающие на наличие причинно-следственной связи между наступившим банкротством                     ООО «Вертекс» и действиями/бездействием Петричака П., в материалах дела отсутствуют, в связи с чем суд первой инстанции правомерно отказал в привлечении Петричака П. к ответственности по данному основанию. 

В отношении непередачи бухгалтерской и иной документации конкурсному управляющему.

Обязанность руководителя по передаче документации должника наступила 09.08.2016 (решение суда первой инстанции об открытии в отношении должника конкурсного производства), то есть до вступления в силу Закона № 266-ФЗ, поэтому применению подлежат нормы о субсидиарной ответственности пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве.

В силу абзаца четвертого пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии в том числе следующих обстоятельств: документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Указанные положения применяются в отношении контролирующих должника лиц, на которых возложена обязанность организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

В силу абзаца седьмого пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника.

На основании Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ "О бухгалтерском учете" все хозяйственные операции, проводимые организацией, подлежат оформлению первичными учетными документами, на основании которых ведется бухгалтерский учет. Первичные учетные документы, регистры бухгалтерского учета, бухгалтерская отчетность подлежат хранению не менее пяти лет после отчетного года. Ответственность за ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета возложена на руководителя организации.

Обязанность хранения документов общества установлена положениями статьи 51 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью".

Ответственность, предусмотренная пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве, направлена на обеспечение надлежащего исполнения руководителем должника указанной обязанности, защиту прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, через реализацию возможности сформировать конкурсную массу должника, в том числе путем предъявления к третьим лицам исков о взыскании долга, исполнении обязательств, возврате имущества должника из чужого незаконного владения и оспаривания сделок должника.

Поскольку по своей правовой природе указанные отношения сходны с отношениями по возмещению вреда, при рассмотрении вопроса о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности подлежат применению подходы, изложенные в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица".

Так, при рассмотрении вопроса о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности на основании абзаца четвертого пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве в предмет судебного рассмотрения входит установление совокупности следующих фактов: наличие вины, причиненный ущерб, его размер, причинно-следственная связь между действием (бездействием) и возникновением ущерба.

Доказывание наличия объективной стороны правонарушения (установление факта неисполнения обязанности по передаче документов, либо отсутствие в ней соответствующей информации, либо искажение указанной информации; размер причиненного вреда (соотношение сформированной конкурсной массы, способной удовлетворить требования кредиторов, и реестровой и текущей задолженности)) является обязанностью лица, обратившегося с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности. При исследовании судом данных обстоятельств устанавливается, принимались ли конкурсным управляющим меры по получению сведений о финансово-хозяйственной деятельности должника путем истребования соответствующих документов у руководителя должника, путем направления запросов в компетентные органы государственной власти.

Для установления причинно-следственной связи и вины привлекаемых к ответственности лиц суду следует учитывать содержащиеся в пункте 4 статьи 10 Закона о банкротстве презумпции, а именно презумпцию признания банкротом вследствие бездействия руководителя должника при непередаче документации должника (или искажении содержащихся в ней сведений) и презумпцию вины контролирующих должника лиц.

Данные презумпции являются опровержимыми, в связи с чем при обращении в суд конкурсного управляющего о привлечении руководителя должника к субсидиарной ответственности в порядке абзаца четвертого пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве указанные обстоятельства не должны доказываться конкурсным управляющим (они предполагаются), но они могут быть опровергнуты соответствующими доказательствами и обоснованиями ответчиком, то есть тем лицом, которое привлекается к субсидиарной ответственности. Непредставление ответчиком доказательств добросовестности и разумности своих действий в интересах должника должно квалифицироваться исключительно как отказ от опровержения того факта, на наличие которого аргументированно со ссылкой на конкретные документы указывает процессуальный оппонент (конкурсный управляющий). Участвующее в деле лицо, не совершившее процессуальное действие, несет риск наступления последствий такого своего поведения (статья 9 АПК РФ).

Данное правило соотносится и с нормами статей 401 и 1064 ГК РФ, согласно которым отсутствие вины доказывается лицом, привлекаемым к гражданско-правовой ответственности.

В случае заявления ответчиком соответствующих возражений при установлении вины субъекта ответственности суды должны исходить из того, принял ли руководитель должника все меры для надлежащего исполнения обязательства по ведению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота (пункт 1 статьи 401 ГК РФ). В частности, суды исследуют созданные руководителем условия и способы обеспечения сохранности документации должника, принимаемые руководителем меры для восстановления документации должника в случае ее гибели, если таковая имела место по независящим от него обстоятельствам, учитывая при этом, явилась ли гибель документации следствием ее ненадлежащего хранения либо совершением лицом иных действий без должной заботы и осмотрительности.

В пункте 24 постановления Пленума № 53 разъяснено, что применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации, необходимо учитывать следующее.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Определением суда первой инстанции от 22.11.2016 удовлетворено заявление конкурсного управляющего об истребовании документов у бывшего руководителя должника Петричака П.

Конкурсный управляющий не оспаривает, что бухгалтерская и иная документация должника передана, однако не в полном объеме.

В то же время при рассмотрении дела в судах первой и апелляционной инстанций конкурсный управляющий не пояснил, какие именно документы и в какой части не были переданы Петричаком П., и как непередача именно данных документов негативно повлияла на ход процедуры конкурсного производства.

В материалах дела отсутствует подтверждение наличия причинно-следственной связи между действиями (бездействием) Петричака П., выразившимися в частичной непередаче документации должника конкурсному управляющему, и невозможностью формирования конкурсной массы и осуществления расчетов с кредиторами, наличием существенных затруднений для проведения процедуры банкротства ООО «Вертекс».

Как указывает Петричак П. в апелляционной жалобе, большая часть документов была передана конкурсному управляющему ООО «Вертекс» по актам приема-передачи, о чем, соответственно, конкурсному управляющему было известно. Конкурсным управляющим факт частичной передачи Петричаком П. документов не оспаривается, более того, подтверждается в заявлении о привлечении к субсидиарной ответственности. Непередача незначительной части документации была вызвана объективными обстоятельствами – утерей документации в ходе обычной хозяйственной деятельности ООО «Вертекс».

Одной ссылки конкурсного управляющего на непредставление бухгалтерской и иной документации ООО «Вертекс» недостаточно для установления того факта, что полное погашение требований кредиторов ООО «Вертекс» невозможно вследствие действий и (или) бездействия Петричака П. как контролирующего               ООО «Вертекс» лица.

Наступление субсидиарной ответственности в порядке абзаца четвертого пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве возможно лишь при соблюдении условия отсутствия документов, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, и в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Согласно абзацу четвертому пункта 24 постановления Пленума № 53  заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедуры банкротства.

При этом под существенным затруднением проведения процедуры банкротства понимаются невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

В то же время конкурсным управляющим ООО «Вертекс» Сафроновым Д.В. пояснения относительно того, какая документация Петричаком П. не передана и как непередача такой документации повлияла на проведение процедуры банкротства, в материалы дела не представлены.

Более того, в рамках процедуры конкурсного производства конкурсный управляющий провел мероприятия по формированию конкурсной массы, а именно взыскал дебиторскую задолженность и провел реализацию имущества должника путем торгов (включая продажу транспортных средств и имущественных прав должника), что подтверждается соответствующими публикациями в ЕФРСБ.

Также залоговым кредитором – Банком реализовано право оставления заложенного имущества за собой, что подтверждается выкопировкой из реестра требований кредиторов ООО «Вертекс», при этом сумма погашения требований составляет более 64 млн. руб., что в процентном соотношении составляет 78,14% от общей суммы требований кредиторов третьей очереди.

В дополнениях к отзыву конкурсного управляющего, поступивших в суд апелляционной инстанции 26.08.2021, указано, что согласно бухгалтерскому балансу по состоянию на 31.12.2015 стоимость внеоборотных активов должника                       ООО «Вертекс» составила 53 812 000 руб. (основные средства), а оборотных активов – 109 872 000 руб. (запасы и дебиторская задолженность). В состав активов ООО «Вертекс» входили транспортные средства, строительная техника и иное имущество (запасные части). Часть имущества (транспортные средства и строительная техника) была передана в аренду третьим лицам, часть находилась в залоге у Банка. В ходе процедуры реализации имущества ООО «Вертекс» часть имущества была реализована с торгов, часть имущества в ходе торгов оставил за собой залогодержатель – Банк.

Таким образом, конкурсный управляющий подтверждает факт проведения в рамках процедуры всех необходимых мероприятий по наполнению конкурсной массы, по итогам реализации имущества требования кредиторов частично удовлетворены.    

При таких обстоятельствах достаточных и документально подтвержденных оснований для привлечения Петричака П. к субсидиарной ответственности по приведенным конкурсным управляющим в заявлении основаниям, апелляционный суд не усматривает, в связи с чем обжалуемый судебный акт подлежит отмене с принятием нового решения об отказе в удовлетворении заявления.

Руководствуясь статьями 223, 269-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 27.04.2021 по обособленному спору № А56-16176/2016/суб.1 отменить.

В удовлетворении заявления отказать.

 

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в течение одного месяца со дня принятия.

 

Председательствующий

 

Е.А. Герасимова

 

Судьи

 

И.Ю. Тойвонен

 

 И.В. Юрков