АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15

http://faspo.arbitr.ru   e-mail: info@faspo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-10904/2021

Дело № А65-9661/2021

г. Казань

23 августа 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 16 августа 2023 года. 

Полный текст постановления изготовлен 23 августа 2023 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Петрушкина В.А.,

судей Коноплевой М.В., Кашапова А.Р.,

при участии представителей:

акционерного общества «Райффайзенбанк» – ФИО1 (доверенность от 05.10.2020 № 005884.2020),

общества с ограниченной ответственностью «Торговый центр «Бусиново» – ФИО2 (доверенность от 19.06.2023),

общества с ограниченной ответственностью «Арена» – ФИО3 (доверенность от 23.12.2022),

в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом, 

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационные жалобы  акционерного общества «Райффайзенбанк», г. Москва, и участника должника акционерного общества «Холдинговая компания «Капитал», Лениногорский район, г. Лениногорск,

на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 19.01.2023 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.04.2023

по делу № А65-9661/2021 

по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Гранд Сетунь Центр», г. Москва (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), о включении требования в реестр требований кредиторов должника, поданному в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Спецстройсервис», Лениногорский район, г. Лениногорск (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>),

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 30.04.2021 возбуждено производство по делу № А65-9661/2021 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Спецстройсервис», Лениногорский район, г. Лениногорск (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, далее по тексту – должник).

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 23.07.2021 по делу № А65-9661/2021 заявление акционерного общества «Холдинговая компания «Капитал» об истребовании документов оставлено без удовлетворения. Заявление общества с ограниченной ответственностью «Верона», Лениногорский район Республики Татарстан, г. Лениногорск (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), о проведении процессуального правопреемства оставлено без удовлетворения. Заявление  общества с ограниченной ответственностью «Верона», Лениногорский район Республики Татарстан, г. Лениногорск (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), о прекращении производства по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Феникс», г. Москва (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), о признании общества с ограниченной ответственностью «Спецстройсервис» несостоятельным (банкротом), оставлено без удовлетворения. Заявление общества с ограниченной ответственностью «ВИВ ЛТД», г. Москва (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), о проведении процессуального правопреемства оставлено без удовлетворения. В признании общества с ограниченной ответственностью «Спецстройсервис» несостоятельным (банкротом) отказано, заявление общества с ограниченной ответственностью «Феникс» о признании общества с ограниченной ответственностью «Спецстройсервис» несостоятельным (банкротом), оставлено без рассмотрения. В порядке процессуального правопреемства произведена замена заявителя по делу № А65-9661/2021 общества с ограниченной ответственностью «Феникс» на общество с ограниченной ответственностью «Татвоздух», п. Подлесный Бугульминского района Республики Татарстан (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>). Заявление общества с ограниченной ответственностью «Татвоздух» о привлечении его к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, оставлено без удовлетворения. Заявление общества с ограниченной ответственностью «Татвоздух» о прекращении производства по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Феникс» о признании общества с ограниченной ответственностью «Спецстройсервис» несостоятельным (банкротом), оставлено без удовлетворения. 

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.12.2021 решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 23.07.2021 по делу № А65-9661/2021 в части отказа в признании общества с ограниченной ответственностью «Спецстройсервис» несостоятельным (банкротом) и оставления заявления общества с ограниченной ответственностью «Феникс» о признании общества с ограниченной ответственностью «Спецстройсервис» несостоятельным (банкротом) без рассмотрения отменено. В отменной части принят новый судебный акт о признании заявления общества с ограниченной ответственностью «Татвоздух» (правопреемник общества с ограниченной ответственностью «Феникс») обоснованным и введении в отношении должника процедуры наблюдения. Требование общества с ограниченной ответственностью «Татвоздух» в размере 1 412 723 руб. 67 коп., в том числе 1 385 864 руб. 67 коп. основного долга и 26 859 руб. расходов по оплате государственной пошлины включено в состав третьей очереди реестра требований кредиторов общества с ограниченной ответственностью «Спецстройсервис». Вопрос об утверждении кандидатуры временного управляющего направлен в Арбитражный суд Республики Татарстан. В остальной части решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 23.07.2021 по делу № А65-9661/2021 оставлено без изменения.

Постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 19.05.2022 постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.12.2021 по делу № А65-9661/2021 оставлено без изменения.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 27.12.2021 по делу № А65-9661/2021 назначено судебное заседание по рассмотрению вопроса об утверждении кандидатуры временного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Спецстройсервис».

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 11.03.2022, оставленным без изменения постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.05.2022 по делу № А65-9661/2021, временным управляющим общества с ограниченной ответственностью «Спецстройсервис» утвержден ФИО4, являющийся членом саморегулируемой организации – союза арбитражных управляющих «Континент».

В Арбитражный суд Республики Татарстан 19.04.2022 поступило заявление общества с ограниченной ответственностью «Гранд Сетунь Центр» о включении требования в размере 41 227 846 руб. 45 коп. в реестр требований кредиторов общества с ограниченной ответственностью «Спецстройсервис».

В порядке статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту – АПК РФ) к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора привлечены: общество с ограниченной ответственностью «Уралстройнефть», конкурсный управляющий ФИО5, общество с ограниченной ответственностью «Транснефть–Дальний Восток», публичное акционерное общество «Акционерный коммерческий банк «Металлинвестбанк», ФИО6 Сирин Рашидович и финансовый управляющий ФИО7.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 19.01.2023 оставленным без изменения постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.04.2023 по делу № А65-9661/2021, требование общества с ограниченной ответственностью «Гранд Сетунь Центр» в размере 40 972 390 руб., с учетом принятого судом уточнения в порядке статьи 49 АПК РФ, включено в третью очередь реестра требований кредиторов общества с ограниченной ответственностью «Спецстройсервис».

Не согласившись с состоявшимися по делу судебными актами акционерное общество «Райффайзенбанк» и участник должника акционерное общество «Холдинговая компания «Капитал» обратились в Арбитражный суд Поволжского округа с кассационными жалобами, в которых просили обжалуемые судебные акты отменить как принятые с нарушением норм действующего законодательства и основанные на неполном выяснении фактических обстоятельств по делу, направить обособленный спор на новое рассмотрение либо отказать в удовлетворении заявления общества с ограниченной ответственностью «Гранд Сетунь Центр» о включении требования в реестр требований кредиторов общества с ограниченной ответственностью «Спецстройсервис». В обоснование кассационных жалоб заявителями указано на наличие аффилированности, злоупотребление правом с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника и отсутствие экономической целесообразности в заключении сделки.

Определениями Арбитражного суда Поволжского округа от 05.06.2023 и от 06.07.2023 кассационные жалобы акционерного общества «Райффайзенбанк» и участника должника акционерного общества «Холдинговая компания «Капитал» на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 19.01.2023 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.04.2023 по делу № А65-9661/2021 приняты, возбуждено производство, судебное разбирательство назначено на 18.07.2023 на 14 час. 20 мин. 

Определением Арбитражного суда Поволжского округа от 18.07.2023 судебное заседание по рассмотрению кассационных жалоб акционерного общества «Райффайзенбанк» и участника должника акционерного общества «Холдинговая компания «Капитал» на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 19.01.2023 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.04.2023 по делу № А65-9661/2021 отложено на 16.08.2023 на 15 час. 00 мин. (время московское).  

Кассационные жалобы рассматривались в составе председательствующего судьи Петрушкина В.А., судей Коноплевой М.В., Моисеева В.А.

Определением Арбитражного суда Поволжского округа от 15.08.2023 произведена замена судьи Моисеева В.А., принимавшего участие в рассмотрении дела № А65-9661/2021 (кассационных жалоб акционерного общества «Райффайзенбанк» и участника должника акционерного общества «Холдинговая компания «Капитал» на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 19.01.2023 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.04.2023 по делу № А65-9661/2021), на судью Кашапова А.Р.

В судебном заседании представитель акционерного общества «Райффайзенбанк» поддержал доводы, приведенные в кассационной жалобе. 

Представители общества с ограниченной ответственностью «Торговый центр «Бусиново» и общества с ограниченной ответственностью «Арена» выразили правовую позицию по заявленным кассационным жалобам.  

Общество с ограниченной ответственностью «Гранд Сетунь Центр» представило письменный отзыв на кассационные жалобы, в котором просило судебные акты первой и апелляционной инстанций оставить без изменения.

Иные лица, участвующие в деле, о времени и месте судебного разбирательства уведомлены, явку представителей в судебное заседание не обеспечили, что в силу статьи 284 АПК РФ не является препятствием к рассмотрению кассационной жалобы. Информация о принятии кассационной жалобы к производству, движении дела, времени и месте судебного заседания размещена на официальном сайте Арбитражного суда Поволжского округа в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» по адресу: http://faspo.arbitr.ru/ и в информационной системе «Картотека арбитражных дел» - kad.arbitr.ru в порядке, предусмотренном статьей 121 АПК РФ.

Проверив законность оспариваемых судебных актов, обоснованность доводов, содержащихся в кассационных жалобах, отзыве на них, заслушав лиц, участвующих в деле, Арбитражный суд Поволжского округа считает, что обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела и установлено судами, 26.09.2019 и 04.09.2020 между публичным акционерным обществом «Акционерный коммерческий банк «Металлинвестбанк» (гарант) и обществом с ограниченной ответственностью «Спецстройсервис» (принципал) заключены соглашения о предоставлении банковских гарантий за № 30472-ДГ и № 32748-ДГ, по условиям которых гарант обязуется предоставить публичному акционерному обществу «Транснефть» и его дочерним компаниям (бенефициары) гарантии в обеспечение исполнения обязательств общества с ограниченной ответственностью «Спецстройсервис» по договорам (контрактам), заключенным между принципалом и бенефициаром.

В рамках соглашения от 04.09.2020 № 32748-ДГ гарантом была выдана банковская гарантия от 15.12.2020 № 33872-Г по обеспечению контракта от 26.12.2016 № 5378-16 заключенного с обществом с ограниченной ответственностью «Траснефть-Дальний Восток», предельная сумма которой составила 40 545 480 руб.

19.07.2021 бенефициар направил в адрес гаранта требование о совершении платежа по банковской гарантии от 15.12.2020 № 33872-Г в размере 34 357 440 руб.

 Гарант исполнил принятые на себя обязательства перед бенефициаром, что подтверждается платежным поручением от 29.07.2021 № 1.

Впоследствии 29.07.2021 гарант обратился к принципалу с регрессным требованием о возмещении понесенных им расходов по оплате банковской гарантии.

В рамках соглашения от 26.09.2019 № 30472-ДГ гарантом была выдана банковская гарантия от 23.10.2019 № 30910-Г по обеспечению контракта от 03.04.2018 № ЦУП-/206/07/01/18/6090-18 заключенного с обществом с ограниченной ответственностью «Траснефть-Дальний Восток», предельная сумма которой составила 13 127 904 руб. 39 коп.

21.07.2021 бенефициар направил в адрес гаранта требование о совершении платежа по банковской гарантии от 23.10.2019 № 30910-Г в размере 6 614 950 руб.

Гарант исполнил принятые на себя обязательства перед бенефициаром, что подтверждается платежным поручением от 02.08.2021 № 1.

Впоследствии 02.08.2021 гарант обратился к принципалу с регрессным требованием о возмещении понесенных им расходов по оплате банковской гарантии. 

Обязательства принципала по возмещению гаранту расходов, связанных с выплатой банковских гарантий, не исполнены.

Вместе с тем, 25.10.2021 между публичным акционерным обществом «Акционерный коммерческий банк «Металлинвестбанк» (цедент) и обществом с ограниченной ответственностью «Гранд Сетунь Центр» (цессионарий) заключен договор уступки права требования № 30910-У, по условия которого цедент уступает, а цессионарий принимает право требования, указанное в Приложении № 1 к вышеуказанному договору.

По условиям Приложения № 1 к договору от 25.10.2021 № 30910-У, уступаемыми требованиями являются задолженность по банковской гарантии от 15.12.2020 № 33872-Г в размере 34 357 440 руб. и задолженность по банковской гарантии от 23.10.2019 № 30910-Г в размере 6 614 950 руб., всего на общую сумму 40 972 390 руб.

В счет оплаты по договору уступки права требования от 25.10.2021 № 30910-У между цедентом и цессионарием заключено соглашение об отступном от 25.10.2021 № 30910-О, по условиям которого цессионарий передает цеденту следующее недвижимое имущество:

- нежилое помещение, находящееся по адресу: 

<

...>, площадью 231 кв.м., кадастровый номер 77:07:0004009:2623;

- нежилое помещение, находящееся по адресу: 

<

...>, площадью 30,9 кв.м., кадастровый номер 77:07:0004009:2624.

15.03.2022 между цедентом и цессионарием подписан акт приема-передачи права требования по банковской гарантии от 15.12.2020 № 33872-Г в размере 34 357 440 руб. и банковской гарантии от 23.10.2019 № 30910-Г в размере 6 614 950 руб.

В последующем 19.04.2022 общество с ограниченной ответственностью «Гранд Сетунь Центр» обратилось в Арбитражный суд Республики Татарстан с заявлением о включении требования в размере 40 972 390 руб. задолженности (с учетом принятого судом уточнения) в реестр требований кредиторов общества с ограниченной ответственностью «Спецстройсервис».

Признавая заявление общества с ограниченной ответственностью «Гранд Сетунь Центр» обоснованным, а требование кредитора в заявленном размере подлежащим включению в третью очередь реестра требований кредиторов общества с ограниченной ответственностью «Спецстройсервис», суды двух инстанций исходили из отсутствия предоставления должнику компенсационного финансирования, установив факт наличия задолженности по возмещению расходов, связанных с предоставлением банковских гарантий в обеспечение обязательств по контрактам, заключенным с обществом с ограниченной ответственностью «Траснефть-Дальний Восток».

Содержащиеся в судебных актах суда первой и апелляционной инстанций выводы, соответствуют материалам дела и действующему законодательству.  

Как следует из материалов дела, правоотношения сторон регулируются нормами главы 23 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ГК РФ) «Обеспечение исполнения обязательств».

В соответствии со статьей 368 ГК РФ по независимой гарантии гарант принимает на себя по просьбе другого лица (принципала) обязательство уплатить указанному им третьему лицу (бенефициару) определенную денежную сумму в соответствии с условиями данного гарантом обязательства независимо от действительности обеспечиваемого такой гарантией обязательства.

Требование об определенной денежной сумме считается соблюденным, если условия независимой гарантии позволяют установить подлежащую выплате денежную сумму на момент исполнения обязательства гарантом.

В соответствии со статьей 374 ГК РФ требование бенефициара об уплате денежной суммы по независимой гарантии должно быть представлено в письменной форме гаранту с приложением указанных в гарантии документов. В требовании или в приложении к нему бенефициар должен указать обстоятельства, наступление которых влечет выплату по независимой гарантии.

В силу пункта 3 статьи 375 ГК РФ гарант проверяет соответствие требования бенефициара условиям независимой гарантии, а также оценивает по внешним признакам приложенные к нему документы.

Согласно пункту 2 статьи 376 ГК РФ гарант имеет право приостановить платеж на срок до семи дней, если он имеет разумные основания полагать, что:

1) какой-либо из представленных ему документов является недостоверным;

2) обстоятельство, на случай возникновения которого независимая гарантия обеспечивала интересы бенефициара, не возникло;

3) основное обязательство принципала, обеспеченное независимой гарантией, недействительно;

4) исполнение по основному обязательству принципала принято бенефициаром без каких-либо возражений.

В соответствии со статьей 379 ГК РФ принципал обязан возместить гаранту выплаченные в соответствии с условиями независимой гарантии денежные суммы, если соглашением о выдаче гарантии не предусмотрено иное.

Обоснованность требований доказывается на основе принципа состязательности. Кредитор, заявивший требования к должнику, как и лица, возражающие против этих требований, обязаны доказать обстоятельства, на которые они ссылаются как на основание своих требований или возражений (статьи 9, 65 АПК РФ).

В силу статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее по тексту – Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Установление требований кредиторов осуществляется арбитражным судом в соответствии с порядком, установленным статьями 71 и 100 Закона о банкротстве, в зависимости от процедуры банкротства, введенной в отношении должника.

В силу части 1 статьи 71 Закона о банкротстве для целей участия в первом собрании кредиторов кредиторы вправе предъявить свои требования к должнику в течение тридцати дней с даты опубликования сообщения о введении наблюдения. Указанные требования направляются в арбитражный суд, должнику и временному управляющему с приложением судебного акта или иных документов, подтверждающих обоснованность этих требований. Требования включаются в реестр требований кредиторов на основании определения арбитражного суда.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Во избежание необоснованных требований к должнику и нарушений прав его кредиторов к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника-банкрота, предъявляются повышенные требования (повышенный стандарт доказывания). Для этого требуется исследование не только прямых, но и косвенных доказательств и их оценка на предмет согласованности между собой и позициями, занимаемыми сторонами спора, но также исследованию подлежит сама возможность по исполнению сделки.

Верховный суд Российской Федерации последовательно отмечает, что в условиях конкуренции кредиторов должника-банкрота возможны ситуации, когда спор по задолженности между отдельным кредитором (как правило, связанным с должником), носит формальный характер и направлен на сохранение имущества должника за его бенефициарами: за собственниками бизнеса (через аффилированных лиц - если должник юридическое лицо) или за самим должником (через родственные связи - если должник физическое лицо). Подобные споры характеризуются предоставлением минимально необходимого и в то же время внешне безупречного набора доказательств о наличии задолженности у должника, обычно достаточного для разрешения подобного спора; пассивностью сторон при опровержении позиций друг друга; признанием обстоятельств дела или признанием ответчиком иска и т.п. В связи с совпадением интересов должника и такого кредитора их процессуальная активность не направлена на установление истины.

Конкурирующий кредитор и арбитражный управляющий как лица, не участвовавшие в сделке, положенной в основу требований о включении в реестр, объективно лишены возможности представить в суд исчерпывающий объем доказательств, порочащих эту сделку. В то же время они могут заявить убедительные доводы и (или) указать на такие прямые или косвенные доказательства, которые с разумной степенью достоверности позволили бы суду усомниться в действительности или заключенности сделки.

При оценке доводов о пороках сделки суд не должен ограничиваться проверкой соответствия документов, установленным законом формальным требованиям. Необходимо принимать во внимание и иные доказательства, в том числе об экономических, физических, организационных возможностях кредитора или должника осуществить спорную сделку. Формальное составление документов об исполнении сделки не исключает ее мнимость (пункт 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Бремя опровержения доводов о фиктивности сделки лежит на лицах, ее заключивших, поскольку в рамках спорного правоотношения они объективно обладают большим объемом информации и доказательств, чем другие кредиторы. Предоставление дополнительного обоснования не составляет для них какой-либо сложности.

Предъявление к конкурирующим кредиторам повышенного стандарта доказывания привело бы к неравенству кредиторов. Для уравнивания кредиторов в правах арбитражный суд должен оказывать содействие в реализации их прав, создавать условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законов и иных нормативных правовых актов при рассмотрении дела. Процессуальная активность конкурирующих кредиторов при содействии арбитражных судов (пункт 3 статьи 9, пункты 2, 4 статьи 66 АПК РФ) позволяет эффективно пресекать злоупотребления (формирование фиктивной задолженности) и не допускать недобросовестных лиц к распределению конкурсной массы.

Согласно выработанной в судебной практике позиции аффилированность может носить фактический характер без наличия формально-юридических связей между лицами (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475). Доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

При рассмотрении обоснованности требования кредитора подлежат проверке доказательства возникновения задолженности в соответствии с материально-правовыми нормами, которые регулируют обязательства, не исполненные должником.

Как неоднократно отмечал Верховный Суд Российской Федерации в условиях банкротства должника и конкуренции его кредиторов для предотвращения необоснованных требований к должнику и нарушений тем самым прав его кредиторов к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника - банкрота, предъявляются повышенные требования. Судебное исследование этих обстоятельств должно отличаться большей глубиной и широтой по сравнению с обычным спором, тем более, если на такие обстоятельства указывают лица, участвующие в деле. Особо подчеркивается необходимость применения повышенного стандарта доказывания при оценке обоснованности требований заинтересованных по отношению к должнику кредиторов. Связано это, прежде всего, с тем, что в условиях конкуренции кредиторов должника-банкрота возможны ситуации, когда спор по задолженности между отдельным кредитором (как правило, связанным с должником), носит формальный характер и направлен на сохранение имущества должника за его бенефициарами - собственниками бизнеса (через аффилированных лиц - если должник юридическое лицо).

В пункте 3 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020 (далее по тексту – Обзор судебной практики от 29.01.2020) указано, что требование контролирующего должника лица подлежит удовлетворению после удовлетворения требований других кредиторов, если оно основано на договоре, исполнение по которому предоставлено должнику в ситуации имущественного кризиса.

Контролирующее лицо, которое пытается вернуть подконтрольное общество, пребывающее в состоянии имущественного кризиса, к нормальной предпринимательской деятельности посредством предоставления данному обществу финансирования (далее - компенсационное финансирование), в частности, с использованием конструкции договора займа, т.е. избравшее модель поведения, отличную от предписанной Законом о банкротстве, принимает на себя все связанные с этим риски, в том числе риск утраты компенсационного финансирования на случай объективного банкротства. Данные риски не могут перекладываться на других кредиторов (пункт 1 статьи 2 ГК РФ). Таким образом, при банкротстве требование о возврате компенсационного финансирования не может быть противопоставлено их требованиям - оно подлежит удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 ГК РФ (далее - очередность, предшествующая распределению ликвидационной квоты).

Исходя из пункта 3.2 Обзора судебной практики от 29.01.2020, невостребование контролирующим лицом займа в разумный срок после истечения срока, на который он предоставлялся, равно как отказ от реализации права на досрочное истребование займа, предусмотренного договором или законом (например, пункт 2 статьи 811, статья 813 ГК РФ), или подписание дополнительного соглашения о продлении срока возврата займа по существу являются формами финансирования должника. Если такого рода финансирование осуществляется в условиях имущественного кризиса, позволяя должнику продолжать предпринимательскую деятельность, отклоняясь от заданного пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве стандарта поведения, то оно признается компенсационным с отнесением на контролирующее лицо всех рисков, в том числе риска утраты данного финансирования на случай объективного банкротства.

Как указано в пункте 3.3 Обзора судебной практики от 29.01.2020, разновидностью финансирования по смыслу пункта 1 статьи 317.1 ГК РФ является предоставление контролирующим лицом, осуществившим неденежное исполнение, отсрочки, рассрочки платежа подконтрольному должнику по договорам купли-продажи, подряда, аренды и т.д. по отношению к общим правилам о сроке платежа (об оплате товара непосредственно до или после его передачи продавцом (пункт 1 статьи 486 ГК РФ), об оплате работ после окончательной сдачи их результатов (пункт 1 статьи 711 ГК РФ), о внесении арендной платы в сроки, обычно применяемые при аренде аналогичного имущества при сравнимых обстоятельствах (пункт 1 статьи 614 ГК РФ) и т.п.). Поэтому в случае признания подобного финансирования компенсационным вопрос о распределении риска разрешается так же, как и в ситуации выдачи контролирующим лицом займа. При этом контролирующее лицо, опровергая факт выдачи компенсационного финансирования, вправе доказать, что согласованные им условия (его действия) были обусловлены объективными особенностями соответствующего рынка товаров, работ, услуг (статья 65 АПК РФ).

При этом не устраненные контролирующим лицом разумные сомнения относительно того, являлось ли предоставленное им финансирование компенсационным, толкуются в пользу независимых кредиторов.

Согласно пункту 4 Обзора судебной практики от 29.01.2020 правовые подходы, касающиеся очередности удовлетворения требования контролирующего лица, изложенные в настоящем Обзоре, применимы и в ситуации, когда финансирование предоставляется несколькими аффилированными по отношению друг к другу лицами, в отдельности не контролирующими должника, но в совокупности имеющими возможность влиять на должника так же, как контролирующее лицо, если только они не докажут, что у каждого из них были собственные разумные экономические причины предоставления финансирования, отличные от мотивов предоставления компенсационного финансирования, то есть они действовали самостоятельно в отсутствие соглашения между ними, а их поведение не являлось скоординированным (часть 1 статьи 65 АПК РФ).

Поэтому в случае последующей неплатежеспособности (либо недостаточности имущества) должника исходя из требований добросовестности, разумности и справедливости (пункт 2 статьи 6 Гражданского кодекса Российской Федерации) на такого участника подлежит распределению риск банкротства контролируемого им лица, вызванного косвенным влиянием на неэффективное управление последним, посредством запрета в деле о несостоятельности противопоставлять свои требования требованиям иных (независимых) кредиторов.

Как следует из пункта 6.2 Обзора судебной практики от 29.01.2020, применимого в рассматриваемом случае, приобретая у независимого кредитора требование к должнику в такой ситуации, контролирующее лицо тем самым создавало условия для отсрочки погашения долга по кредитному договору, т.е. фактически профинансировало должника, предоставив ему возможность осуществлять предпринимательскую деятельность, не исполняя обязанность по подаче заявления о банкротстве (пункт 1 статьи 9 Закона о банкротстве).

На требование, полученное лицом, контролирующим должника, в условиях имущественного кризиса последнего, распространяется тот же режим удовлетворения, что и на требование о возврате компенсационного финансирования, - оно удовлетворяется в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

Отличается ситуация, когда контролирующему лицу очевидно - должник исходя из своего имущественного положения не сможет исполнить обязательство тогда, когда наступит срок его исполнения. Иными словами, должник в момент уступки уже находился в ситуации имущественного кризиса, под которым понимается не только непосредственное наступление обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве, но и ситуация, при которой их возникновение стало неизбежно.

Как следует из материалов дела и установлено судами первой и апелляционной инстанций, общество с ограниченной ответственностью «Спецстройсервис» и общество с ограниченной ответственностью «Гранд Сетунь Центр» входят в одну группу лиц через своих конечных бенефициаров.

Общество с ограниченной ответственностью «Риалти Центр» (ИНН 

<

***>) является участником общества с ограниченной ответственностью «Спецстройсервис» (ИНН 

<

***>) и владеет 70 % доли от общего размера уставного капитала.

До 25.06.2021 ФИО8 (ИНН 

<

***>) являлась генеральным директором общества с ограниченной ответственностью «Риалти Центр» (ИНН 

<

***>).

До 07.07.2021 учредителем общества с ограниченной ответственностью «Риалти Центр» (71.96 % доли уставного капитала) являлось общество с ограниченной ответственностью «Офис Центр» (ИНН 

<

***>).

В свою очередь, с 24.08.2017 учредителем общества с ограниченной ответственностью «Офис-Центр» (ИНН 

<

***>) является ФИО9 (ИНН 

<

***>) (100% доля уставного капитала), генеральным директором общества с ограниченной ответственностью «Офис-Центр» (ИНН 

<

***>) является ФИО8 (ИНН 

<

***>).

С 22.03.2019 по 08.12.2021 ФИО9 (ИНН 

<

***>) являлся учредителем общества с ограниченной ответственностью «Гранд Сетунь Центр» (ИНН 

<

***>).

Акционерное общество «Холдинговая компания «Капитал» (ИНН 

<

***>) является участником общества с ограниченной ответственностью «Спецстройсервис» (ИНН 

<

***>) и владеет 30% доли от общего размера уставного капитала.

В свою очередь акционером акционерного общества «Холдинговая компания «Капитал»  является ФИО6 Сирин Рашидович.

В рассматриваемом случае, конечный бенефициарный владелец общества с ограниченной ответственностью «Спецстройсервис» - ФИО9 является бенефициарным владельцем общества с ограниченной ответственностью «Гранд Сетунь Центр», а ФИО6 Сирин Рашидович, являющийся акционером акционерного общества «Холдинговая компания «Капитал», является конечным бенефициарным владельцем общества с ограниченной ответственностью «Спецстройсервис».

Из указанного следует, что должник – общество с ограниченной ответственностью «Спецстройсервис» и кредитор – общество с ограниченной ответственностью «Гранд Сетунь Центр» входят в одну группу компаний.

Доводы заявителей о наличии компенсационного финансирования, образовавшегося между кредитором и должником, правомерно признаны судами двух инстанций несостоятельными исходя из следующего.

Действующее законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым заинтересованность (аффилированность) лица является самостоятельным основанием для отказа во включении в реестр требований кредиторов либо основанием для понижения очередности удовлетворения требований аффилированных (связанных) кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными. Вместе с тем, из указанного правила имеется ряд исключений, которые проанализированы в Обзоре судебной практики от 29.01.2020, обобщившим правовые подходы, позволяющие сделать вывод о наличии или отсутствии оснований для понижения очередности (субординации) требования аффилированного с должником лица.

Так, в пункте 6.2 Обзора судебной практики от 29.01.2020 раскрыта ситуация, когда очередность удовлетворения требования кредитора, являющегося контролирующим должника лицом, понижается (требование подлежит удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты), если этот кредитор приобрел у независимого кредитора требование к должнику на фоне имущественного кризиса последнего, создав тем самым условия для отсрочки погашения долга, то есть фактически профинансировал должника.

Когда должник находится в состоянии имущественного кризиса, приобретение требования у независимого кредитора позволяет отсрочить погашение долга, вводя третьих лиц в заблуждение относительно платежеспособности должника и создавая у них иллюзию его финансового благополучия, что исключает необходимость подачи заявлений о банкротстве. В такой ситуации контролирующее либо аффилированное лицо принимает на себя риск того, что должнику посредством использования компенсационного финансирования в конечном счете удастся преодолеть финансовые трудности и вернуться к нормальной деятельности (пункт 3.1 Обзора судебной практики от 29.01.2020).

В ситуации, когда скрытый от кредиторов план выхода из кризиса не удалось реализовать, естественным следствием принятия подобного риска является запрет на противопоставление требования о возврате компенсационного финансирования независимым кредиторам, из чего вытекает необходимость понижения очередности удовлетворения требования аффилированного лица.

В отличие от обозначенной ситуации после введения процедуры банкротства по делу скрыть неблагополучное финансовое положение должника невозможно, так как такая процедура является публичной, открытой и гласной. Об осведомленности независимых кредиторов о введении (открытии) процедуры банкротства свидетельствует и сам факт включения их требований в реестр требований кредиторов должника. В связи с этим выкуп задолженности у таких кредиторов не может рассматриваться как действия, направленные на предоставление должнику компенсационного финансирования.

Таким образом, пункт 6.2 Обзора судебной практики от 29.01.2020 не подлежит применению в ситуации, когда аффилированное лицо приобретает требование у независимого кредитора в процедурах банкротства. Обратный подход приведет к негативным последствиям в виде отказа контролирующих должника и аффилированных с ним лиц от приобретения прав требования к должнику у независимых кредиторов, лишая последних возможности хотя бы частично удовлетворить свои требования таким путем (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 20.08.2020 № 305-ЭС20-8593).

Как следует из материалов дела, 23.04.2021 подано заявление о признании общества с ограниченной ответственностью «Спецстройсервис» несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 30.04.2021 заявление принято к производству, возбуждено дело № А65-9661/2021 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Спецстройсервис».

25.10.2021 между публичным акционерным обществом «Акционерный коммерческий банк «Металлинвестбанк» (цедент) и обществом с ограниченной ответственностью «Гранд Сетунь Центр» (цессионарий) заключен договор уступки права требования № 30910-У и соглашение об отступном № 30910-О, по условиям которого цессионарий передает цеденту в качестве оплаты по договору уступки права требования следующее недвижимое имущество:

- нежилое помещение, находящееся по адресу: 

<

...>, площадью 231 кв.м., кадастровый номер 77:07:0004009:2623;

- нежилое помещение, находящееся по адресу: 

<

...>, площадью 30,9 кв.м., кадастровый номер 77:07:0004009:2624.

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.12.2021 по делу № А65-9661/2021 заявления общества с ограниченной ответственностью «Татвоздух» (правопреемник общества с ограниченной ответственностью «Феникс») признано обоснованным, в отношении должника введена процедуры наблюдения.

Согласно выпискам из ЕГРН право собственности публичного акционерного общества «Акционерный коммерческий банк «Металлинвестбанк» на нежилые помещения, переданные обществу с ограниченной ответственностью «Гранд Сетунь Центр» в счет оплаты по договору уступки права требования от 25.10.2021 № 30910-У, зарегистрировано 18.02.2022.

Впоследствии 15.03.2022 между цедентом и цессионарием подписан акт приема-передачи права требований по банковской гарантии от 15.12.2020 № 33872-Г в размере 34 357 440 руб. и банковской гарантии от 23.10.2019 № 30910-Г в размере 6 614 950 руб.

Общество с ограниченной ответственностью «Гранд Сетунь Центр» предъявило свои требования о включении в реестр требований кредиторов общества с ограниченной ответственностью «Спецстройсервис» 13.04.2022, требование принято к производству определением суда от 15.07.2022.

Таким образом, на момент перехода прав требования, рассматриваемых по настоящему спору, должник уже находился в процедуре банкротства, поскольку на момент обращения общества с ограниченной ответственностью «Гранд Сетунь Центр» с требованием о включении в реестр требований кредиторов в отношении общества с ограниченной ответственностью «Спецстройсервис» вступившим в законную силу постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.12.2021 уже была введена процедура наблюдения.

Учитывая изложенное, суды двух инстанций обоснованно пришли к выводу о том, что действия общества с ограниченной ответственностью «Гранд Сетунь Центр» не были направлены на установление контроля за деятельностью должника, вывода активов из общества с целью создания препятствий для независимых кредиторов по удовлетворению своих требований.

В этой связи, когда в ситуации введения процедуры банкротства невозможно скрыть неблагополучное финансовое положение должника, так как такая процедура является публичной, открытой и гласной, при этом об осведомленности независимых кредиторов (о введении процедуры банкротства) свидетельствует и сам факт включения их требований в реестр требований кредиторов, выкуп задолженности у таких кредиторов не может рассматриваться как действие, направленное на предоставление должнику компенсационного финансирования.

Следовательно, пункт 6.2 Обзора судебной практики от 29.01.2020 в рассматриваемом случае не может быть применен, учитывая, что аффилированное лицо приобрело требование у независимого кредитора в процедуре банкротства. При этом как правильно отмечено судами двух инстанций, обратный подход приведет к негативным последствиям в виде отказа контролирующих должника и аффилированных с ним лиц от приобретения прав требования к должнику у независимых кредиторов, лишая последних возможности хотя бы частично удовлетворить свои требования таким путем.

При этом следует учесть, что само по себе нахождение в реестре требований кредиторов аффилированного с должником лица не влечет для независимых кредиторов негативных последствий и не является противозаконным.

Данная позиция сформулирована в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2020), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25.11.2020.

Судебные инстанции, оценивая обстоятельства приобретения требования у независимого кредитора после введения процедуры наблюдения правомерно сделали вывод об отсутствии цели компенсационного финансирования. Кроме того, в данном случае общество с ограниченной ответственностью «Гранд Сетунь Центр», заключая договор уступки права требования от 25.10.2021 № 30910-У, и приобретая права требования к должнику, не имело цели компенсировать изъятый актив посредством погашения обязательств перед публичным акционерным обществом «Акционерный коммерческий банк «Металлинвестбанк». 

Вместе с тем, доказательства, подтверждающие наличие договора покрытия, перемещения активов внутри группы с уменьшением имущества должника суду не представлены.     

Заявителем кассационной жалобы не учтено, что положения Закона о банкротстве принципиально допускают возможность включения требований аффилированных с должником лиц в реестр требований кредиторов (пункт 2 Обзора судебной практики от 29.01.2020), вместе с тем, права независимых кредиторов обеспечиваются тем, что при решении вопроса о выборе кандидатуры арбитражного управляющего в ходе любой процедуры банкротства не учитываются голоса кредиторов, являющихся лицами контролирующих должника или аффилированных с ним.

Таким образом, применительно к спорным обстоятельствам, заявителем кассационной жалобы ошибочно не учитывается и правовой подход, отмеченный в пункте 17 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2020), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25.11.2020.    

Следует учитывать, что в реестр требований кредиторов общества с ограниченной ответственностью «Спецстройсервис» включены требования на общую сумму более 1,5 млрд. руб.

Требования общества с ограниченной ответственностью «Гранд Сетунь Центр» включены в реестр требований кредиторов должника на сумму 40 972 390 руб., что составляет менее 3 % от общего реестра требований кредиторов общества с ограниченной ответственностью «Спецстройсервис». 

Следовательно, заявленной кредитором суммы требований недостаточно для оспаривания сделок должника, в этой связи, довод о возможности влияния общества с ограниченной ответственностью «Гранд Сетунь Центр» на процедуру банкротства является несостоятельным.

Доказательства, подтверждающие недобросовестность поведения общества с ограниченной ответственностью «Гранд Сетунь Центр» в виде создания искусственной задолженности с целью формирования контроля над процедурой банкротства, компенсации негативного воздействия на деятельность общества с ограниченной ответственностью «Спецстройсервис» либо уклонения от исполнения обязанности по подаче в суд заявления о банкротстве должника, в материалах дела отсутствуют. 

Доводы заявителя жалобы о наличии корпоративного конфликта между ФИО6 Сирином Рашидовичем, обществом с ограниченной ответственностью «Риалти Центр», обществом с ограниченной ответственностью «Уралстройнефть», обществом с ограниченной ответственностью «Спецстройсервис», акционерным обществом «Холдинговая компания «Капитал», ФИО9, и прочих организаций, входящих в одну группу лиц, через участие в обществе с ограниченной ответственностью «Уралстройнефть», обществе с ограниченной ответственностью «Спецстройсервис» обоснованно отклонены судами, поскольку указанные обстоятельства не связаны с основанием возникновения и/или приобретения прав требования к должнику.

Доводы об отсутствии экономической целесообразности приобретения права требования и об отсутствии реальных правоотношений между кредитором и должником, также признаны судами несостоятельными ввиду следующего.

В силу пункта 1 статьи 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422 ГК РФ).

Как следует из пункта 4.1. договора уступки права требования от 25.10.2021 № 30910-У, права требования к должнику в общем размере 40 972 390 руб. приобретены за 35 000 000 руб., т.е. с дисконтом в 15 % от размера уступаемых требований.

Таким образом, сделка по уступке прав требования к должнику является экономически обоснованной деятельностью публичного акционерного общества «Акционерный коммерческий банк «Металлинвестбанк» по управлению просроченной дебиторской задолженности, тогда как для кредитора указанная сделка является возможностью извлечь прибыль, получив возмещение по полученным требованиям за счет конкурсной массы должника в большем размере, чем сумма, подлежащая выплате по договору цессии.

Законодательством не предусмотрены ограничения по приобретению задолженности к юридическим или физическим лицам, за исключением задолженности, неразрывно связанной с личностью кредитора, в частности требований об алиментах и о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью (статья 383 ГК РФ).

Следовательно, оснований для ограничения в приобретении обществом с ограниченной ответственностью «Гранд Сетунь Центр» у публичного акционерного общества «Акционерный коммерческий банк «Металлинвестбанк» прав требований к должнику не имеется.

Не могут быть приняты во внимание и доводы акционерного общества «Райффайзенбанк» о недействительности договора уступки права требования от 25.10.2021 № 30910-У, заключенного с целью причинения вреда независимым кредиторам (статьи 10, 168 ГК РФ). 

В силу пункта 1 статьи 379 ГК РФ принципал обязан возместить гаранту выплаченные в соответствии с условиями независимой гарантии денежные суммы, если соглашением о выдаче гарантии не предусмотрено иное. 

Реальность и обоснованность регрессного требования к обществу с ограниченной ответственностью «Спецстройсервис» подтверждены документально и лицами, участвующие в деле, не оспариваются.

В силу статьи 8.1, пункта 1 статьи 131, пункта 2 статьи 223 ГК РФ, в случае передачи в качестве отступного недвижимого имущества, обязательство по предоставлению отступного считается исполненным с момента государственной регистрации права собственности на недвижимое имущество в публичном реестре.

С учетом этого, следует признать ошибочными и доводы банка о том, что в результате передачи объектов недвижимости в качестве отступного, общество с ограниченной ответственностью «Гранд Сетунь Центр» лишилось возможности осуществлять основную деятельность. Указанные обстоятельства не подтверждены документально и не имеют правового значения для оценки факта произведенных расчетов за приобретенные права требования к должнику по договору уступки от 25.10.2021 № 30910-У, заключенному с публичным акционерным обществом «Акционерный коммерческий банк «Металлинвестбанк». 

Таким образом, с момента регистрации права собственности на объекты недвижимости (с 18.02.2022) отступное считается исполненным.

В этой связи не имеется оснований считать, что заключение договора уступки права требования (цессии) имело целью создание фиктивной кредиторской задолженности для последующего уменьшения процента требований независимых кредиторов должника.                  

В силу пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

По смыслу указанной статьи злоупотребление правом не предполагается, а подлежит доказыванию в каждом конкретном случае.

Вместе с тем, в данном случае, лицами, участвующими в деле, не оспаривались ни наличие обязательств должника перед публичным акционерным обществом «Акционерный коммерческий банк «Металлинвестбанк», ни действительность договора цессии, на основании которого права требования задолженности перешли к обществу с ограниченной ответственностью «Гранд Сетунь Центр». Само по себе несогласие лиц возражающих против нахождения общества с ограниченной ответственностью «Гранд Сетунь Центр» в реестре требований кредиторов должника не свидетельствует о злоупотреблении правом и не является основанием для отказа во включении его требования в реестр требований кредиторов должника.

Доказательства совершения сторонами договора уступки права требования действий, осуществляемых исключительно с намерением причинить вред имущественным правам кредиторов должника, а также злоупотребление правом в иных формах в материалах дела отсутствуют.

Исследовав и оценив доказательства по делу в соответствии со статьей 71 АПК РФ, суды двух инстанций пришли к обоснованному выводу о признании заявления общества с ограниченной ответственностью «Гранд Сетунь Центр» обоснованным, а требование кредитора в заявленном размере подлежащим включению в состав третьей очереди реестра требований кредиторов общества с ограниченной ответственностью «Спецстройсервис».  

Фактически доводы заявителей кассационных жалоб не свидетельствуют о незаконности судебных актов судов первой и апелляционной инстанций, основаны на ошибочном толковании законодательства, направлены на иную оценку доказательств по делу и переоценку выводов судебных инстанций, что не отнесено процессуальным законодательством к полномочиям суда округа.

При изложенных обстоятельствах суд кассационной инстанции считает, что выводы судебных инстанций основаны на полном и всестороннем исследовании материалов дела, при правильном применении норм материального права и соблюдении норм процессуального права, в связи с чем, правовые основания для удовлетворения поданных по делу кассационных жалоб и отмены обжалованных судебных актов не установлены.

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 286, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 19.01.2023 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.04.2023 по делу № А65-9661/2021 оставить без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий судья                                                  В.А. Петрушкин 

 

Судьи                                                                                М.В. Коноплева

 

      А.Р. Кашапов