ЧЕТЫРНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Батюшкова, д.12, г. Вологда, 160001

E-mail: 14ap.spravka@arbitr.ru, http://14aas.arbitr.ru

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А66-13842/2020

г. Вологда

18 апреля 2022 года

 

Резолютивная часть постановления объявлена 12 апреля 2022 года.

В полном объёме постановление изготовлено 18 апреля 2022 года.

Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Колтаковой Н.А., судей Черединой Н.В. и Шадриной А.Н., 

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

при участии от общества с ограниченной ответственностью «Холдинговая компания «БИЗНЕСИНВЕСТГРУПП» генерального директора ФИО2 (полномочия подтверждаются выпиской из ЕГРЮЛ),                         от общества с ограниченной ответственностью «АФАНАСИЙ» ФИО3 по доверенности от 03.06.2021, 

рассмотрев в открытом судебном заседании, с использованием системы веб-конференции, апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Холдинговая компания «БИЗНЕСИНВЕСТГРУПП» на решение Арбитражного суда Тверской области от 29 декабря 2021 года по делу № А66-13842/2020,

у с т а н о в и л:

Общество с ограниченной ответственностью «Холдинговая компания «БИЗНЕСИНВЕСТГРУПП» (адрес: 450059, 

<

...>; ОГРН 

<

***>,                       ИНН 

<

***>; далее – Компания) обратилось в Арбитражный суд Тверской области с исковым заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), к обществу с ограниченной ответственностью «АФАНАСИЙ» (адрес: 170028, 

<

...>; ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>;                      далее – Общество) о взыскании 850 000 руб. компенсации за нарушение исключительных прав на товарные знаки № 551003, № 619444 за период с 14.04.2017 по 13.04.2020 (перечень товаров: масло взбитое, масло сливочное, масло 82,5 %, сметана 15 %, сметана 20 % ряженка, кефир 1 %, кефир 2,5 %, молоко).

Определением суда от 10.11.2020 дело назначено к рассмотрению в порядке упрощенного производства без вызова сторон в соответствии со статьёй 228 АПК РФ.

Решением от 29.01.2021 Арбитражный суд Тверской области, рассмотрев первоначальные требования (в сумме 50 000 руб.) в упрощенном порядке без вызова сторон, в удовлетворении исковых требований отказал.

Постановлением Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда                от 26.03.2021 решение Арбитражного суда Тверской области от 29.01.2021 (резолютивная часть от 29.12.2020) по делу № А66-13842/2020 оставлено без изменения, апелляционная жалоба Компании – без удовлетворения.

Постановлением Суда по интеллектуальным правам от 11.08.2021 решение Арбитражного суд Тверской области от 29.01.2021 по делу                                   № А66-13842/2020 и постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.03.2021 по тому же делу отменены. Дело                    № А66-13842/2020 направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд Тверской области.

Определением от 29.09.2021 исковое заявление принято на новое рассмотрение.

Определением суда от 29.09.2021 дело назначено к рассмотрению в порядке упрощенного производства без вызова сторон в соответствии со статьей 228 АПК РФ.

Определением от 11.11.2021 суд перешел к рассмотрению дела по общим правилам искового производства.

Судом первой инстанции было принято увеличение суммы исковых требований до 850 000 руб.

Решением суда от 29.12.2021 в удовлетворении исковых требований отказано.

Компания с решением суда не согласилась, обратилась с апелляционной жалобой, в которой просит решение суда отменить; исковые требования удовлетворить в полном объеме. В обоснование доводов жалобы ссылается на пункт 70 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», из которого следует, что требование компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак может быть заявлено лицом, которое являлось правообладателем на момент совершения нарушения. Полагает, что суд первой инстанции уклонился от оценки представленных истцом доказательств, из которых следует, что на реализуемой ответчиком продукции имеется ссылка на страницу сайта «moloko.afanasy.ru», а нанесение на производимой ответчиком молочной продукции ссылки на указанную страницу сети Интернет подтверждает, что именно ответчик фактически использует сайт «afanasy.ru». Судом также не учтен абзац 2 пункта 55 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», в котором сказано, что допустимыми доказательствами являются, в том числе, сделанные и заверенные лицами, участвующими в деле, распечатки материалов, размещенных в информационно-телекоммуникационной сети (скриншот), с указанием адреса интернет-страницы, с которой сделана распечатка. Такие распечатки подлежат оценке судом наравне с прочими доказательствами. Апеллянт полагает, что исследование судом каталога продукции, размещенного по адресу https://www.afanasy.ru/products/catalog/milk/ не может являться доказательством по делу. Обстоятельство размещения на сайте https://www.afanasy.ru предложений к продаже собственной продукции, маркируемой указанными обозначениями, Общество не отрицало, что усматривается из отзыва на иск (том 1, листы 74-79). Компания не согласна с выводом суда первой инстанции о недоказанности факта демонстрации товара. Апеллянт не согласен с выводом суда об отсутствии смешения товаров. Сославшись на различия в шрифте исполнения, суд не учел, что в постановлении президиума Суда по интеллектуальным правам от 30.07.2019 № СИП-819/2018 содержится позиция о том, что, отличия только в шрифте, его размере не влияют на оценку обозначения как тождественного. Сравниваемые обозначения выполнены практически одинаковым видом шрифта, печатными заглавными буквами русского алфавита, а все буквы расположены в сравнимых обозначениях одинаково (поскольку составляют одно и то же слово). Лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак, не может быть отказано в защите права на товарный знак (даже в случае, если в суд представляются доказательства неправомерности регистрации товарного знака) до признания предоставления правовой охраны такому товарному знаку недействительным или прекращения правовой охраны товарного знака. Вывод суда первой инстанции о том, что спорные обозначения используются для визуализации различий между выпускаемой продукцией одного вида, подтверждает, что эти обозначения используются в качестве товарного знака. Использование ответчиком на спорной продукции принадлежащих ему товарных знаков по свидетельствам  № 692775, 676798, 676030, 487527, 480255 не исключает факт незаконного использования ответчиком защищаемых товарных знаков по свидетельствам              № 551003, 619444. Размещение на спорной продукции товарных знаков                        № 692775, 676798, 676030, 487527, 480255 также подтверждает, что спорные обозначения используются именно на продукции ответчика. Тождество используемых ответчиком обозначений «ДЕРЕВЕНСКАЯ», «ДЕРЕВЕНСКИЙ» с защищаемыми товарными знаками по свидетельствам № 551003, 619444 и высокая степень сходства используемого ответчиком обозначения «ДЕРЕВЕСКОЕ» защищаемыми товарными знакам по свидетельствам                         № 551003, 619444, а также идентичность и высокая степень однородности товаров, в отношении которых ответчик использовал спорные обозначения, с товарами 29 класса МКТУ, в отношении которых зарегистрированы защищаемые товарные знаки, свидетельствуют о наличии вероятности смешения этого обозначения и этого товарного знака. Вывод суда о том, что до регистрации спорных товарных знаков производители активно использовали прилагательное «деревенский» и производные от него слова, не основан на материалах дела. Вывод суда о низкой степени сходства сравниваемых обозначений приведен произвольно, без надлежащего обоснования. По мнению апеллянта решение содержит теоретические измышления без выводов и ссылок на какие-либо доказательства. Довод суда о недоказанности добросовестного интереса в защите товарного знака приведен без какого-либо обоснования. Считает, что частое обращение в суд не может свидетельствовать о злоупотреблении правом.

Представитель Компании в суде апелляционной инстанции доводы жалобы поддержал.

Общество в отзыве на апелляционную жалобу и его представитель в суде апелляционной инстанции просят решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Заслушав объяснения представителей истца и ответчика, исследовав доказательства по делу, изучив доводы, приведенные в жалобе, в отзыве на нее, апелляционная инстанция считает решение суда первой инстанции законным и обоснованным, апелляционную жалобу – не подлежащей удовлетворению. 

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции,    Компания является правообладателем товарных знаков, зарегистрированных в отношении класса МКТУ 29 (молоко и молочные продукты): № 551003 «ДЕРЕВЕНСКАЯ», № 619444 «ДЕРЕВЕНСКИЙ».

Истец, ссылаясь на то, что на товаре, реализуемом ответчиком, содержится обозначение, сходное до степени смешения с товарными знаками, зарегистрированными за истцом, а также на то, что он не передавал Обществу право на использование указанных объектов интеллектуальной собственности, обратился в арбитражный суд с настоящим иском с требованием о взыскании компенсации за неправомерное использование товарных знаков в сумме 850 000 руб.

Суд первой инстанции признал требования необоснованными и в удовлетворении иска отказал. 

Апелляционный суд не находит оснований для отмены обжалуемого решения. 

Согласно пункту 1 статьи 1477 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак (статья 1481 ГК РФ). 

В качестве товарных знаков могут быть зарегистрированы словесные, изобразительные, объемные и другие обозначения или их комбинации (пункт 1 статьи 1482 ГК РФ). 

В соответствии со статьей 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 ГК РФ любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 данной статьи. 

Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак. Исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности, путем размещения товарного знака на товарах. 

В силу статьи 1229 ГК РФ гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. 

Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными Гражданским кодексом Российской Федерации), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную ГК РФ, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается этим Кодексом. 

В соответствии со статьей 1250 ГК РФ интеллектуальные права защищаются способами, предусмотренными названным Кодексом, с учетом существа нарушенного права и последствий нарушения этого права. 

Предусмотренные ГК РФ способы защиты интеллектуальных прав могут применяться по требованию правообладателей, организаций по управлению правами на коллективной основе, а также иных лиц в случаях, установленных законом. 

Отсутствие вины нарушителя не освобождает его от обязанности прекратить нарушение интеллектуальных прав, а также не исключает применение в отношении нарушителя мер, направленных на защиту таких прав. 

Пунктом 1 статьи 1252 ГК РФ предусмотрено, что защита исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности и на средства индивидуализации осуществляется, в частности, путем предъявления в порядке, предусмотренном настоящим Кодексом, требования:

о признании права - к лицу, которое отрицает или иным образом не признает право, нарушая тем самым интересы правообладателя;

о пресечении действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения, - к лицу, совершающему такие действия или осуществляющему необходимые приготовления к ним, а также к иным лицам, которые могут пресечь такие действия;

о возмещении убытков - к лицу, неправомерно использовавшему результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без заключения соглашения с правообладателем (бездоговорное использование) либо иным образом нарушившему его исключительное право и причинившему ему ущерб, в том числе нарушившему его право на вознаграждение, предусмотренное статьей 1245, пунктом 3 статьи 1263 и статьей 1326 настоящего Кодекса;

об изъятии материального носителя в соответствии с пунктом 4 настоящей статьи - к его изготовителю, импортеру, хранителю, перевозчику, продавцу, иному распространителю, недобросовестному приобретателю;

о публикации решения суда о допущенном нарушении с указанием действительного правообладателя - к нарушителю исключительного права.

В соответствии с пунктом 4 статьи 1515 ГК РФ правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: 

1) в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения;

2) в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Суд первой инстанции указал, что, исходя из приведенных норм права, а также положений части 1 статьи 65 АПК РФ, в предмет доказывания по требованию о защите права на использование товарного знака входят следующие обстоятельства: истец обязан доказать, что он является правообладателем объекта интеллектуальной деятельности, а также факт нарушения его исключительных прав ответчиком, путем использования товарного знака либо обозначения, сходного с ним до степени смешения, а ответчик обязан доказать законность своих действий. 

Факт принадлежности товарных знаков № 551003 «ДЕРЕВЕНСКАЯ» и  № 619444 «ДЕРЕВЕНСКИЙ» подтверждается свидетельствами Федеральной службы по интеллектуальной собственности № 551003 и № 619444.

Оценив в порядке статьи 71 АПК РФ представленные в дело доказательства, суд пришел к выводу о том, что истцом не доказан факт использования ответчиком товарных знаков № 551003 «ДЕРЕВЕНСКАЯ»,                    № 619444 «ДЕРЕВЕНСКИЙ». 

В обоснование использования ответчиком спорных товарных знаков истцом представлены фотоснимки (скриншоты) страниц сайта в сети Интернет https://www.afanasy.ru. Суд первой инстанции отнесся к данным доказательствам критически, указав, что они не заверены нотариально, правопринадлежность указанного сайта ответчику истцом, в нарушение положений статьи 65 АПК РФ, документально не подтверждена, ходатайство об истребовании у регистратора домена доказательств, подтверждающих правопринадлежность спорного домена ответчику (вопреки установлениям статьи 65 АПК РФ), истцом не заявлено.

При этом суд самостоятельно исследовал на момент рассмотрения настоящего дела каталог продукции, размещённый по адресу: https://www.afanasy.ru/products/catalog/milk/, не установил на нём предложения к продаже молочной продукции, содержащей наименования «деревенский», «деревенское» или «деревенская», равно как и слов «деревенский», «деревенское» или «деревенская».

Также суд указал, что адреса, отражённые в представленных истцом «скриншотах», на дату осмотра судом интернет-сайта являются неактивными.

Судом апелляционной инстанции установлено, что сайт, имеющий адрес https://www.afanasy.ru, согласно содержанию названного сайта принадлежат некоему холдингу «Афанасий». Исходя из делового оборота, под холдингом принято понимать неформальное объединение нескольких самостоятельных юридических лиц, связанных между собой, общей хозяйственной целью, участниками (учредителями), руководителями, производственной площадкой и т.п. Таким образом, исходя из того, что в состав холдинга неформально входит несколько разных юридических лиц, в любом случае невозможно сделать вывод, кто именно из этих лиц разместил информацию, содержащую спорный товарный знак. 

Суд первой инстанции, основываясь на имеющихся материалах дела, установил, что из содержания указанного сайта не следует, что размещённая на нём молочная продукция производится и реализуется именно Обществом. 

Исследовав довод о том, что в отзыве на исковое заявление (том 1, листы 74-79) Общество не отрицало размещение предложения к продаже на страницах интернет-сайта https://www.afanasy.ru продукции с использованием слов «деревенский», «деревенская», «деревенское», апелляционная коллегия считает необходимым отметить, что только лишь обстоятельства не отрицания явно недостаточно для вывода о том, что Общество признает такое размещение.

Кроме того, суд первой инстанции отметил в своем решении, что на протяжении рассмотрения спора ответчик не признавал размещение предложения к продаже товара, содержащего спорные товарные знаки. Аналогичная позиция продемонстрирована ответчиком в суде апелляционной инстанции.

По мнению суда апелляционной инстанции, суд первой инстанции, оценив содержание «скриншотов», обоснованно заключил, что оно не свидетельствует о реальном предложении к продаже, поскольку само по себе использование в названии сайта и логотипе сайта слова «АФАНАСИЙ», равно как и размещение фотографий молочной продукции в ассортименте без доказательств реального предложения к продаже и/или продажи не может являться доказательством использования товарных знаков в соответствии с требованиями статьи 1486 ГК РФ (Решение Суда по интеллектуальным правам от 30.11.2018 по делу № СИП-594/2018).

При таких обстоятельствах, суд пришел к правомерному выводу о недоказанности совершения ответчиком действий по использованию товарных знаков, принадлежащих истцу.

Согласно исковому заявлению и уточнениям к иску, заявленная к взысканию компенсация определена истцом в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, проданных за период 14.04.2017 - 31.12.2017.

Вместе с тем, ответчик в суде первой инстанции пояснил, что товары, содержащие слова «деревенский», «деревенская» или «деревенское» он не реализовывал, составляемые при поставке товара универсальные передаточные документы не содержат сведений о поставке товара с таким наименованием. Доказательств обратного не имеется. Расчет не представлен.

Согласно пункту 13 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.12.2007 № 122 вопрос о сходстве до степени смешения обозначений является вопросом факта и по общему правилу может быть разрешен судом и без назначения экспертизы. Вопрос о сходстве до степени смешения двух обозначений, применяемых на товарах истца и ответчика, может быть разрешен судом с позиции рядового потребителя и специальных знаний не требует. 

В соответствии с разъяснениями, приведенными в пункте 162 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 года № 10 «О применении части четвертой ГК РФ», для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными потребителями соответствующих товаров. При этом смешение возможно, если в целом, несмотря на отдельные отличия, спорное обозначение может восприниматься указанными лицами в качестве соответствующего товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак.

Вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения определяется исходя из степени сходства обозначений и степени однородности товаров для указанных лиц. При этом смешение возможно и при низкой степени сходства, но идентичности (или близости) товаров или при низкой степени однородности товаров, но тождестве (или высокой степени сходства) товарного знака и спорного обозначения.

Установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению. При этом суд учитывает, в отношении каких элементов имеется сходство – сильных или слабых элементов товарного знака и обозначения. Сходство лишь неохраняемых элементов во внимание не принимается.

При наличии соответствующих доказательств суд, определяя вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения, оценивает и иные обстоятельства, в том числе: используется ли товарный знак правообладателем в отношении конкретных товаров; длительность и объем использования товарного знака правообладателем; степень известности, узнаваемости товарного знака; степень внимательности потребителей (зависящая в том числе от категории товаров и их цены); наличие у правообладателя серии товарных знаков, объединенных общим со спорным обозначением элементом.

Суд учитывает влияние степени сходства обозначений, степени однородности товаров, иных обстоятельств на вероятность смешения, а не каждого из соответствующих обстоятельств друг на друга.

Пунктом 37 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015, разъяснено, что при выявлении сходства до степени смешения используемого ответчиком обозначения с товарным знаком истца учитывается общее впечатление, которое производят эти обозначение и товарный знак (включая неохраняемые элементы) в целом на среднего потребителя соответствующих товаров или услуг. Вместе с тем, использование исключительно неохраняемых элементов товарного знака не может быть признано нарушением (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 12 декабря 2014 г. № 301-ЭС14-1129).

Согласно пункту 41 Правил составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков, утверждённых Приказом Минэкономразвития России от 20.07.2015 № 482 (далее – Правила № 482) обозначение считается сходным до степени смешения с другим обозначением (товарным знаком), если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия.

Словесные обозначения сравниваются со словесными обозначениями и с комбинированными обозначениями, в композиции которых входят словесные элементы. Сходство словесных обозначений оценивается по звуковым (фонетическим), графическим (визуальным) и смысловым (семантическим) признакам (пункт 42 Правил № 482).

Сходство словесных обозначений оценивается по звуковым (фонетическим), графическим (визуальным) и смысловым (семантическим) признакам, а именно:

1) звуковое сходство определяется на основании следующих признаков: наличие близких и совпадающих звуков в сравниваемых обозначениях; близость звуков, составляющих обозначения; расположение близких звуков и звукосочетаний по отношению друг к другу; наличие совпадающих слогов и их расположение; число слогов в обозначениях; место совпадающих звукосочетаний в составе обозначений; близость состава гласных; близость состава согласных; характер совпадающих частей обозначений; вхождение одного обозначения в другое; ударение;

2) графическое сходство определяется на основании следующих признаков: общее зрительное впечатление; вид шрифта; графическое написание с учетом характера букв (например, печатные или письменные, заглавные или строчные); расположение букв по отношению друг к другу; алфавит, буквами которого написано слово; цвет или цветовое сочетание;

3) смысловое сходство определяется на основании следующих признаков: подобие заложенных в обозначениях понятий, идей (в частности, совпадение значения обозначений в разных языках); совпадение одного из элементов обозначений, на который падает логическое ударение и который имеет самостоятельное значение; противоположность заложенных в обозначениях понятий, идей.

Указанные признаки учитываются как каждый в отдельности, так и в различных сочетаниях. При установлении однородности товаров определяется принципиальная возможность возникновения у потребителя представления о принадлежности этих товаров одному изготовителю.

При этом принимаются во внимание род, вид товаров, их потребительские свойства, функциональное назначение, вид материала, из которого они изготовлены, взаимодополняемость либо взаимозаменяемость товаров, условия и каналы их реализации (общее место продажи, продажа через розничную либо оптовую сеть), круг потребителей и другие признаки.

Вывод об однородности товаров делается по результатам анализа перечисленных признаков в их совокупности в том случае, если товары или услуги по причине их природы или назначения могут быть отнесены потребителями к одному и тому же источнику происхождения (изготовителю) (пункт 45 Правил № 482).

Суд первой инстанции, проведя сравнительный анализ товарных знаков с обозначениями, размещенными на интернет-сайте, с учетом приведенных выше критериев, пришел к обоснованному выводу об отсутствии сходства, влекущего возможность смешения данных обозначений при индивидуализации реализуемых товаров. Судом установлено лишь наличие фонетического и смыслового сходства между словесными элементами спорных обозначений, при отсутствии графического сходства. При этом суд верно отметил, что тождественность фонетических и семантических признаков словесного обозначения при отсутствии тождественности по графическому признаку не означает, что изображения, используемые сторонами, являются схожими до той степени смешения, наличие которой свидетельствовало бы о нарушении исключительных прав Компании на товарный знак.

При этом следует учитывать, в отношении каких элементов имеется сходство - сильных или слабых элементов товарного знака и обозначения. Сходство лишь неохраняемых элементов во внимание не принимается (пункт 37 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015)).

Без надлежащего установления сильных элементов спорного товарного знака его сравнение с противопоставленным товарным знаком не может считаться проведенным надлежащим образом.

Апелляционная коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что заявляемые истцом элементы являются слабыми ввиду их низкой индивидуализирующей способности. Суд верно заключил, что само по себе использование слов «деревенская/деревенский/деревенское» при обозначении наименования товара недостаточно для вывода о незаконном использовании ответчиком товарных знаков № 551003, № 619444, поскольку заявляемые истцом элементы являются слабыми, что подтверждается фактом регистрации Роспатентом иных товарных знаков других производителей, включающих в свой состав словесный элемент «деревенская/деревенский/деревенское».

Также апелляционному суду представляются верными следующие выводы суда первой инстанции.

Следует различать обозначения описательные и обозначения, вызывающие в сознании потребителя представление о производимых товарах через ассоциации (заключение Палаты по патентным спорам от 10.09.2019). В данном случае слово «деревенский» («деревенская» «деревенское») может вызывать в сознании потребителя неоднозначные ассоциации, связанные с неопределенностью самого понятия «деревня» (небольшое крестьянское селение, либо жители, население деревни). Слово «деревенский» («деревенская», «деревенское») само по себе не имеет никаких прямых указаний на какие-либо конкретные свойства товаров (молока и молочных продуктов, сыров). Восприятие слова «деревенский» («деревенская» «деревенское») рядовым потребителем носит ассоциативный характер, поскольку требует дополнительных рассуждений и домысливания.

В конкретном случае слова «деревенская/деревенский/деревенское» очевидно используются при описании молочной продукции в качестве прилагательного для привлечения внимания покупателей путём создания в их сознании ассоциаций с вкусными, качественными, натуральными продуктами деревенского производства. 

Апелляционная коллегия не видит оснований не принять оценку судом первой инстанции изображений упаковки, размещённых на представленных истцом «скриншотах» страниц интернет-сайта, в результате которой суд пришел к выводу о том, что слова «деревенская/деревенский/деревенское» использованы производителем с целью визуализации различий между выпускаемой продукцией одного вида, а не с целю выделения товара от продукции иных производителей. Индивидуализация спорного товара производится через использование товарных знаков № 692775, 676798, 676030, 487527, 480255, а не через использование словесного обозначения «деревенская/деревенский/деревенское». Суд верно отметил, что само по себе использование в обозначении товара слов «деревенская/деревенский/ деревенское» не является достаточным основанием считать нарушенными права Компании на товарные знаки № 551003, № 619444, поскольку оно явно не воспринимается потребителями в качестве соответствующего товарного знака и не ассоциируется с продукцией Компании и принадлежащими ему товарными знаками, равно как и не ассоциируется с какими-либо другими производителями. Широкой известностью товарные знаки «деревенский /деревенская», действительно, не обладают, доказательств обратного суду не представлено. Доказательств фактического смешения обозначений товара и товарных знаков, в том числе опросов мнений обычных потребителей соответствующего товара, не представлено. Спорные товарные знаки зарегистрированы в 2015 и 2017 годах, вместе с тем, и до их регистрации производители активно использовали прилагательное «деревенский» и производные от него слова при наименовании молочной продукции с целью создания у потребителей устойчивого образа натурального качественного товара деревенского происхождения (свидетельства № 432940 (молоко деревенское «домик в деревне»), № 404600 (деревенский дворик), № 493197 (деревенская лавка), № 583477 (деревенские гостинцы), № 611404 (деревенский вкус), № 528006 (деревенские секреты), № 588423 (деревенские продукты),         № 580218 («горин продукт» натуральный деревенский), № 489200, 498201, 499578 (деревенские деликатесы), № 4570211 (настоящие деревенские продукты), № 549519, 482071, 319548 («микшинский продукт» деревенские продукты к вашему столу), № 252927 (деревенский молочный завод)). 

Подтверждение приведенных фактов содержится в Реестре товарных знаков и знаков обслуживания Российской Федерации, который позволяет проверить дату регистрации каждого указанного товарного знака по номеру.

Помимо того, суд первой инстанции отметил, что и на настоящий момент производители продолжают использовать образы деревенских продуктов для привлечения внимания потребителей к товарам (ссылки на соответствующие страницы сайтов производителей и продавцов в сети «Интернет» приведены в отзыве ответчика на иск в виде QR-кодов).

Учитывая изложенное, суд обоснованно пришел к выводу об отсутствии какой-либо вероятности смешения.

При этом суд отметил, и апелляционная коллегия соглашается, что  низкая степень сходства и отсутствие у товарных знаков явно выраженных отличительных свойств, за исключением смыслового значения, в конкретном случае для рядовых потребителей создаёт качественно иное восприятие указанных товарных знаков в целом и не ассоциирует слова «деревенская/деревенский/деревенское» в отрыве от дополнительных индивидуализирующих словесных и изобразительных элементов с конкретными производителями товара.

Является верным вывод суда первой инстанции о том, что товарные знаки заявителя «Деревенский»/«Деревенская» и изображения спорных товаров на представленных истцом «скриншотах» страниц сети Интернет производят различное общее зрительное впечатление, обусловленное доминированием на спорных товарах изобразительных элементов, обусловленным крупными размерами таких элементов, их центральным расположением в композиции, цветовой гаммой таких элементов.

На основании изложенного суд пришел к обоснованному выводу об отсутствии как реального, так и возможного смешения товарных знаков, принадлежащих истцу, с обозначениями товаров, изображения которых, как утверждает истец, размещены на страницах интернет-сайта https://www.afanasy.ru согласно представленным «скриншотам».

Указанный подход к оценке обстоятельств дела соответствует сложившейся правоприменительной практике.

Апелляционная коллегия полагает, что суд первой инстанции обоснованно принял во внимание то обстоятельство, что истец является инициаторам и участником многочисленных судебных процессов, связанных с защитой исключительных прав на различные средства индивидуализации, в числе которых встречаются общеизвестные наименования, аккумулирует многочисленные товарные знаки с единственной целью - взыскать компенсацию, либо создать препятствия в деятельности реальных производителей. 

Участие Компании в многочисленных судебных процессах указанного характера подтверждается сведениями, содержащимися в открытых источниках.

Суд мотивированно, со ссылками на нормы права и судебную практику изложил свою позицию по рассматриваемому вопросу с точки зрения злоупотребления правом, указав при этом, что суд вправе отказать лицу в защите его права на товарный знак на основании статьи 10 ГК РФ, если по материалам дела, исходя из конкретных фактических обстоятельств, действия по приобретению соответствующего товарного знака (по государственной регистрации товарного знака (в том числе по подаче заявки на товарный знак), по приобретению исключительного права на товарный знак на основании договора об отчуждении исключительного права) или действия по применению конкретных мер защиты могут быть квалифицированы как злоупотребление правом.

Как отражено в Постановлении Президиума Суда по интеллектуальным правам от 27.12.2019 № С01-450/2019 по делу № СИП-642/2018 и Решении Суда по интеллектуальным правам от 10.03.2020 по указанному делу, с учетом установленного ГК РФ общего требования о необходимости использования зарегистрированного товарного знака в соответствии с установленной законом целью предоставления правовой охраны, с учетом приведенных официальных разъяснений содержания норм материального права могут считаться недобросовестными и не подлежать судебной защите такие действия обладателя права на товарный знак, которые направлены на создание препятствий к использованию даже тождественных или сходных с ним до степени смешения обозначений, в случае отсутствия фактического его использования самим правообладателем. Попытка получить судебную защиту при отсутствии достойного защиты интереса (например, при имитации нарушения права) является злоупотреблением правом.

Проверяя наличие факта злоупотребления правом со стороны заявителя в подобных случаях, суд должен также учесть цель регистрации товарного знака или приобретения исключительного права на товарный знак, реальное намерение правообладателя его использовать, причины неиспользования. В случае же установления того, что правообладателем был зарегистрирован товарный знак или приобретено исключительное право на товарный знак не с целью его использования самостоятельно или с привлечением третьих лиц, а лишь с целью запрещения третьим лицам использовать соответствующее обозначение, в защите такого права указанному лицу судом может быть отказано (Определение Верховного Суда РФ от 29.03.2016 № 306-ЭС16-1500 по делу № А55-1744/2015).

Само по себе нарушение исключительных прав истца на принадлежащие ему товарные знаки не может безоговорочно свидетельствовать об отсутствии с его стороны недобросовестного поведения, препятствующего судебной защите, поскольку злоупотребление правом предполагает совершение участником гражданского оборота под эгидой презумпции добросовестности (п. 5 ст. 10               ГК РФ) таких формально дозволенных законом действии, которые направлены на получение фактически безосновательной выгоды за счёт третьих лиц и во вред их законным интересам.

Как следует из содержания реестра товарных знаков и знаков обслуживания Российской Федерации, исключительные права на товарный знак № 551003 «ДЕРЕВЕНСКАЯ» и № 619444 «ДЕРЕВЕНСКИЙ» 05.10.2020 Компания передала обществу с ограниченной ответственностью «Сириус-М», вследствие чего за обществом с ограниченной ответственностью «Сириус-М» зарегистрирован товарный знак № 777701 «ДЕРЕВЕНСКАЯ» и товарный знак № 777702 «ДЕРЕВЕНСКИЙ».

Таким образом, как верно констатировал суд первой инстанции, на момент предъявления настоящего иска (14.10.2020) истец уже не обладал исключительным правом, за защитой которого он обратился в арбитражный суд.

Суд верно отметил, что регистрация в качестве товарного знака общеизвестного и широко употребляемого слова русского языка не с целью его использования для индивидуализации оказываемых услуг, а с целью создания препятствий коммерческой деятельности производителей, использующих в своей деятельности сходные общеизвестные слова и обозначения, не может быть признана в качестве добросовестного поведения профессионального участника гражданского оборота. 

С учётом вышеизложенного, суд первой инстанции пришел к обоснованным выводам об отсутствии необходимой совокупности правовых оснований для привлечения ответчика к ответственности за нарушение исключительных прав истца на товарные знаки и для удовлетворения исковых требований.

Оснований не согласиться с выводами суда первой инстанции у апелляционной инстанции не имеется.

По мнению апелляционной коллегии, судом первой инстанции при рассмотрении дела произведен исчерпывающий правовой анализ представленных сторонами документов и иных доказательств, дана правильная оценка доказательствам и доводам сторон. 

Других убедительных доводов, основанных на доказательственной базе, позволяющих отменить обжалуемый судебный акт в апелляционной жалобе не содержится. 

Фактически доводы подателя жалобы направлены на переоценку установленных по делу судом первой инстанции обстоятельств и представленных доказательств.

 Поскольку судом первой инстанции полно исследованы обстоятельства дела, нарушения или неправильного применения норм материального и процессуального права не установлено, апелляционная инстанция не находит правовых оснований для отмены или изменения состоявшегося судебного акта в обжалованной части.

В связи с отказом в удовлетворении апелляционной жалобы расходы по уплате государственной пошлины, в соответствии со статьей 110 АПК РФ, относятся на ее подателя.

Руководствуясь статьями 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд

п о с т а н о в и л :

решение Арбитражного суда Тверской области от 29 декабря 2021 года по делу № А66-13842/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Холдинговая компания «БИЗНЕСИНВЕСТГРУПП» – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Суд по интеллектуальным правам  в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.

 

Председательствующий

Н.А. Колтакова

 

Судьи

Н.В. Чередина

А.Н. Шадрина