ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10АП-1664/2024

Дело № А41-58582/21

11 апреля 2024 года

г. Москва

Резолютивная часть постановления объявлена  02 апреля 2024 года

Постановление изготовлено в полном объеме  11 апреля 2024 года 

Десятый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи  Шальневой Н.В.,

судей  Епифанцевой С.Ю., Терешина А.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Поповой П.А.,  

при участии в судебном заседании:

от ИП ФИО1 - ФИО2 по доверенности от 14.06.2022;

от арбитражного управляющего - ФИО3 по доверенности от 19.01.2023;

от ООО «СДВК» - ФИО4 по доверенности от 26.08.2023;

иные лица, участвующие в деле, не явились, извещены надлежащим образом;

рассмотрев в судебном  заседании апелляционную жалобу ООО «СДВК» на определение Арбитражного суда Московской области от 04.12.2023 по делу   № А41-58582/21,

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда Московской области от 22.02.2022 по делу  №А41-58582/2021 ООО "АЛАГЕР" признано несостоятельным (банкротом) с открытием конкурсного производства, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО5.

Конкурсный управляющий обратился в Арбитражный суд Московской области с заявлением (с учетом уточнений в порядке ст. 49 АПК РФ)  о признании недействительной сделкой платежей, совершенных должником в пользу ООО «СДВК» за период с 04.02.2019 до 26.05.2021 в общем размере 68 470 000 руб.

Конкурсный управляющий обратился в суд с заявлением о признании недействительной сделкой платежей, совершенных должником в пользу ООО «СДВК» за период с 04.02.2019 до 26.05.2021 в общем размере 164 500 000 рублей.

Определением Арбитражного суда Московской области от 01.11.2022 требования конкурсного управляющего были объединены в одно производство для совместного рассмотрения.

Конкурсный управляющий должника уточнил заявленные требования в порядке ст. 49 АПК РФ и просил признать недействительными сделками договор возмездного оказания услуг № 2/2018 от 01.12.2018; договор подряда № 14/1/2019 от 14.01.2019; договор подряда № 1/3/2019 от 01.03.2019; Договор подряда № 1/3/2019 от 01.03.2020 и договор № 13/1/2020 от 13.01.2020, а также применить последствия недействительности сделок в виде взыскания с ООО "СДВК" в пользу ООО "АЛАГЕР" (в конкурсную массу) денежных средств в размере 217 600 000 руб.

Определением Арбитражного суда Московской области от 04.12.2023 требования конкурсного управляющего удовлетворены. 

Признаны недействительными сделками: договор возмездного оказания услуг № 2/2018 от 01.12.2018; договор подряда № 14/1/2019 от 14.01.2019; договор подряда № 1/3/2019 от 01.03.2019; договор подряда № 1/3/2019 от 01.03.2020 и договор № 13/1/2020 от 13.01.2020. 

Применены последствия недействительности сделок в виде  взыскания с ответчика ООО «СДВК» в конкурсную массу должника ООО «АЛАГЕР» 217 600 000 руб.

Не согласившись с указанным судебным актом, ООО «СДВК» обратилось в Десятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить обжалуемое определение и отказать конкурсному управляющему в удовлетворении заявленного требования. В обоснование заявленного требования ответчик указывает на реальность заключенных договоров, оказания услуг и принятия их должником, совершения спорных сделок в рамках обычной хозяйственной деятельности, пропуск конкурсным управляющим срок исковой давности на оспаривание сделок.

В судебном заседании представитель ООО «СДВК» поддержал доводы апелляционной жалобы, просил обжалуемый судебный акт отменить.

Представители арбитражного управляющего, ИП ФИО1 возражали против удовлетворения апелляционной жалобы, просили оставить обжалуемый судебный акт без изменения.

Апелляционная жалоба рассмотрена в соответствии с нормами статей 121 - 123, 153, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, в том числе публично, путем размещения информации на официальном сайте "Электронное правосудие" www.kad.arbitr.ru.

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции проверены арбитражным апелляционным судом в соответствии со статьями 223, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, изучив доводы апелляционной жалобы, арбитражный апелляционный суд приходит к выводу о наличии оснований для отмены обжалуемого судебного акта и принятия нового судебного акта об удовлетворении заявленных требований по следующим основаниям.

Согласно статье 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве), дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Как следует из материалов дела, 01.12.2018 между ООО «АЛАГЕР» и ООО «СДВК» заключен договор № 2/2018 возмездного оказания услуг.

Согласно п.1.1 договора ООО «СДВК» обязуется оказать должнику услуги по мониторингу работоспособности комплексов фото-видеофиксации нарушений ПДД РФ и обслуживанию серверного оборудования, а должник обязался оплатить надлежащим образом оказанные услуги.

В соответствии с п. 1.3. договора сроки оказания услуг установлены с 01.12.2018 по 31.12.2019.

В соответствии с п. 4.1. договора стоимость услуг составляет 3 000 000 руб. в месяц.

Дополнительным соглашением № 1 от 01.03.2019 стоимость услуг по договору установлена  3 500 000 рублей в месяц.

Соглашением от 30.11.2018  договор № 1/2018 от 01.01.2018 года был расторгнут.

14.01.2019 между ООО «АЛАГЕР» и ООО «СДВК» заключен договор подряда № 14/1/2019.

Согласно п.1.1 договора ООО «СДВК» обязуется  заданию выполнить работы по обеспечению фиксации нарушений ПДД РФ по ст. 12.16 КоАП РФ. 

В соответствии с п. 4.1. договора цена работ по договору составляет 32 000 000 рублей.

01.03.2019 между ООО «СДВК»  и ООО «АЛГЕР» заключен договор подряда № 1/3/2019.

Согласно п. 1.1 договора ООО «СДВК» обязуется  выполнить работы по обеспечению фиксации нарушений ПДД РФ по ч. 1 ст. 12.16 КоАП РФ, по ч. 6 ст. 12.19 KoAП РФ, по ч. 2 ст. 12.15 КоАП РФ, по ч. 1 ст. 12.14 КоАП РФ, по ч. I прим I ст. 12.14 КоАП РФ.

В соответствии с п. 4.1. договора цена работ составляет 40 000 000 рублей.

01.03.2020 между ООО «АЛАГЕР» и ООО «СДВК» заключен договор подряда № 1/3/2019.

Согласно п.1.1 договора ООО «СДВК» обязается  выполнить работы  по обеспечению фиксации нарушений ПДД РФ по ч. 6 ст. 12.19 КоАП РФ, по ч. 1 ст. 12.15 КоАП РФ.

В соответствии с п. 4.1. договора цена работ составляет 16 000 000 рублей.

Согласно выписке по счету должника, открытом в Департаменте финансов города Москвы (ООО «АЛАГЕР» л/с 

<

***>) со счета № 03225643450000007300 за период с 04.02.2019 до 26.05.2021 ООО «АЛАГЕР» были перечислены денежные средства в пользу ООО «СДВК». 

В качестве назначения платежей указаны договор возмездного оказания услуг №2/2018 от 01.12.2018, договор возмездного оказания услуг №14/1/2019 от 14.01.2019, договор возмездного оказания услуг № 13/1/2020 от 13.01.2020, по договору возмездного оказания услуг № 1/3/2019 от 01.03.2019. Всего должником с указанного счета перечислено ответчику 164 500 000 рублей.

Согласно выписке по расчетному счету должника, с расчетного счета за период с 01.12.2018 по 14.10.2021 ООО «АЛАГЕР» были перечислены ООО "СДВК" денежные средства в сумме 53 100 000 рублей.

В качестве назначения платежей указан договор возмездного оказания услуг №2/2018 от 01.12.2018. 

Ссылаясь на то, что сделки недействительны по основаниям, предусмотренными положениями пункта 2 статьи 61.2, Закона о банкротстве, поскольку заключен между аффилированными лицами с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника, конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением. Кроме того, заявитель просил признать сделки недействительными на основании статей 10, 168  Гражданского кодекса Российской Федерации.

Удовлетворяя требования конкурсного управляющего, суд первой инстанции обоснованно исходил из следующего.

Согласно статье 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

- стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

- должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

- после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Как следует из разъяснений, данных в пунктах 5 - 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

- сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

- в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

- другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В пункте 6 указанного постановления указано, что цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами 2 - 5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах 33 и 34 статьи 2 Закона о банкротстве, а именно: под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества должника; под неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 7 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 63 от 23.12.10 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

Суд первой инстанции установил, что в период совершения должником платежей в пользу ответчика по оспариваемым сделкам у должника имелись неисполненные обязательства по векселям,  что установлено вступившими в силу судебными актами по арбитражным делам №А41-58976/2020, №А41-64786/2020. 

Указанные требования ООО "МВС ГРУП" так и не были исполнены должником, что и послужило основанием для возбуждения настоящего дела о банкротстве ООО «АЛАГЕР».

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

В силу пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются лица, которые являются аффилированными лицами должника по смыслу Закона "О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках", к числу которых в соответствии со ст. 4 данного Закона относятся лица, принадлежащие к той группе лиц, к которой принадлежит данное юридическое лицо.

При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства, в частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность по раскрытию разумных экономических мотивов совершения сделки либо мотивов поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

Кроме того, согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 N 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической.

Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 N 948-1 "О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках" не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

Согласно разъяснениям, приведенным в абзаце третьем пункта 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», пункте 20 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 5 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.12.2017, в условиях банкротства должника и конкуренции его кредиторов интересы должника-банкрота и заинтересованного лица в судебном споре могут совпадать в ущерб интересам прочих кредиторов, в связи с чем в таких ситуациях подлежит применению повышенный стандарт доказывания, при котором обязанность опровергать обоснованные сомнения кредиторов и конкурсного управляющего, в том числе при формировании конкурсной массы в целях удовлетворения требований кредиторов, возлагается на противоположную сторону сделки.

В целях недопущения ущемления прав кредиторов на получение адекватного удовлетворения требований за счет конкурсной массы указанный стандарт подлежит применению и в спорах о признании недействительными сделок должника с аффилированными контрагентами в преддверии банкротства, при рассмотрении которых судам следует учитывать, что конкурсный управляющий как лицо, не участвовавшее в такой сделке, объективно лишен возможности представить в суд исчерпывающий объем доказательств, порочащих эту сделку (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.05.2014 № 1446/14, Определения Верховного Суда Российской Федерации от 25.09.2017 № 309-ЭС17-344(2), от 18.09.2017 № 301-ЭС15-19729(2), от 05.02.2017 № 305-ЭС17-14948). В то же время он может заявить убедительные доводы и (или) указать на такие прямые или косвенные доказательства, которые с разумной степенью достоверности позволили бы суду усомниться в действительности или заключенности сделки (так называемые доказательства опровержимой презумпции prima facie), а на ответчике как аффилированной с должником стороне сделки лежит обязанность по опровержению таких разумных сомнений конкурсного управляющего.

При оценке доводов о пороках сделки в таких случаях суд не должен ограничиваться проверкой соответствия документов установленным законом формальным требованиям.

Судом первой инстанции установлено, что генеральным директором и единственным участником ООО «СДВК» является ФИО6, который также являлся работником должника с мая 2016 года до декабря 2017 года.

 С 09.10.2018 ФИО6 является одним из совладельцев компании POLYWARD LIMITED (Кипр, per. № НЕ 375537).

В свою очередь POLYWARD LIMITED является мажоритарным участником ООО "АМБЕР" (ИНН 

<

***>) владеющим доля 99% в уставном капитале ООО "АЛАГЕР-ИНТЕГРАЦИЯ" (ИНН 

<

***>).

Руководителем ООО "АМБЕР", его учредителем и участником являлся ФИО7, который занимал должность исполнительного директора с 16.11.2015 по 30.09.2021 в ООО «АЛАГЕР».

Указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что ООО «АЛАГЕР» и ООО «СДВК» входят в одну группу лиц, имеющих общие хозяйственные интересы.

В апелляционной жалобе ответчик не опроверг указанные обстоятельства, не представил доказательств, которые бы указывали на независимость ответчика и должника.

Таким образом, в связи с фактической аффилированностью должника и ответчика подразумевается, что ООО «СДВК» осведомлено о неисполненных обязательствах должника перед кредиторами, соответственно, знало о недобросовестных целях заключения договоров об оказании услуг и подряда.

Кроме того, на факт аффилированности должника и ответчика указывает то обстоятельство, что материалы обособленного спора не содержит доказательств того, что объем работ, входящий в предмет спорных договоров, был выполнен именно ООО «СДВК».

Так, 05.04.2016 между ГКУ ЦОДД и ООО «АЛАГЕР» заключен государственный контракт № 033/16 на аренду 500 аппаратных комплексов фото- и видеофиксации нарушений правил дорожного движения, устанавливаемых в пределах МКАД.

Согласно акту приема-передачи от 08.12.2016  система в исправном состоянии была передана должником ГКУ ЦОДД.

ГКУ ЦОДД пояснило, что обязательства по государственному контракту были исполнены непосредственно должником, у первоначального заказчика отсутствуют сведения об исполнении обязательств ООО «СДВК» перед должником по договорам возмездного оказания услуг № 2/2018 от 01.12.2018; договору подряда № 14/1/2019 от 14.01.2019; договору подряда № 1/3/2019 от 01.03.2019; договору подряда № 1/3/2019 от 01.03.2020; договору № 13/1/2020 от 13.01.2020.

В карточке контракта № 2771035088416000061  в единой информационной системе в сфере закупок www.zakupki.gov.ru  содержатся документы об оказании непосредственно должником услуг ГКУ ЦОДД по государственному контракту, ссылки на иных соисполнителей в указанных документах отсутствуют.

Формальное оформление документов в рамках спорных договоров не может однозначно свидетельствовать о том, что работы фактически выполнены и сданы ООО «СДВК» должнику.

Иных первичных доказательств фактического оказания услуг, в том числе, доказательств переговоров, документов, подготовленных во исполнение договоров, штатное расписание сотрудников ответчика и т.п. материалы дела не содержат.

Таким образом, действия сторон по заключению договоров в период явной неплатежеспособности должника, при наличии у него значительной задолженности, нельзя считать добросовестными и разумными.

Соответственно, к доводам о том, что ответчик обладал необходимыми ресурсами и сотрудниками для оказания услуг, согласованных сторонами в оспариваемых договорах, апелляционная коллегия относится критически.

Апелляционный суд считает, что отклонение поведения должника от стандартов разумного и добросовестного осуществления гражданских прав указывает на сомнительность заключения экономически нецелесообразной сделки, что должно было понимать ООО "СДВК»,

Таким образом, апелляционная коллегия приходит к выводу о том, что спорные договоры заключены с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника, в результате их заключения такой вред причинен, ответчик осознавал противоправность цели.

Оснований полагать, что оспариваемые договоры заключены в рамках обычной хозяйственной деятельности должника, учитывая предмет Договора, не имеется.

Соответственно, апелляционная коллегия считает, что имеются основания для признания договоров недействительными в соответствии со ст. 61.2 Закона о банкротстве.

В основании оспариваемых платежей указано на оплату по договору возмездного оказания услуг № 2/2018 от 01.12.2018; договору подряда № 14/1/2019 от 14.01.2019; договору подряда № 1/3/2019 от 01.03.2019; договору подряда № 1/3/2019 от 01.03.2020 и договору № 13/1/2020 от 13.01.2020, однако доказательств фактического исполнения данного договоров не представлено.

Таким образом, необоснованное перечисление должником заинтересованному лицу денежных средств свидетельствует о причинении в результате такой сделки вреда имущественным правам кредиторов должника посредством уменьшения его конкурсной массы.

С учетом изложенного, суд первой инстанции правомерно признал оспариваемые платежи недействительными.

В силу статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке.

В соответствии с пунктом 2 статьи 167 Гражданского кодекса при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) - возместить его стоимость в деньгах, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом; целью двусторонней реституции является полное устранение имущественных последствий недействительности сделки, возникших в результате ее исполнения, путем приведения сторон в первоначальное положение, которое имело место до исполнения недействительной сделки.

Пунктом 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве закреплено, что в случае признания сделки в соответствии с настоящей главой недействительной все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по такой сделке подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

С учетом изложенного суд первой инстанции правомерно в порядке применения последствий недействительности сделок  обязал ответчика возвратить в конкурсную массу должника 217 600 000 рублей.

Апелляционный суд отклоняет доводы об одновременном изменении предмета и основания иска, что в силу статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации является недопустимым.

Конкурсный управляющий не заявлял об одновременном изменении предмета и оснований заявленного требования.

Из разъяснений, изложенных в пункте 1 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» следует, что в силу пункта 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 Закона о банкротстве, понимаются, в том числе действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, а также действия, совершенные во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти.

Первоначально заявленные конкурсным управляющим требования заключались в признании недействительными, в качестве сделок, банковских операций, представляющих собой исполнение обязательств должника в пользу ответчика по договору возмездного оказания услуг № 1/2018 от 01.01.2018, договору возмездного оказания услуг № 2/2018 от 01.12.2018, договору подряда № 14/1/2019 от 14.01.2019, договору подряда № 1/3/2019 от 01.03.2019, договору подряда № 1/3/2019 от 01.03.2020, договору № 13/1/2020 от 13.01.2020.

Конкурсным управляющим, при уточнении заявленных требований, не приводились какие-либо новые обстоятельства о взаимоотношениях сторон спорных сделок и новые требования.

В соответствии с ч. 1 ст. 49 АПК РФ истец вправе при рассмотрении дела в арбитражном суде первой инстанции до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу, изменить основание или предмет иска, увеличить или уменьшить размер исковых требований.

Изменение предмета иска означает изменение материально-правового требования истца к ответчику, а изменение основания иска означает изменение обстоятельств, на которых истец основывает свое требование к ответчику. Одновременное изменение предмета и основания иска АПК РФ не допускается.

Таким образом, предметом иска является материально-правовое требование истца к ответчику о взыскании определенных сумм, совершении определенных действий, воздержании от них, признании наличия или отсутствия правоотношения, изменения или прекращения его. Изменение предмета иска – это, изменение материально-правового требования истца к ответчику.

Учитывая, что конкурсным управляющим в уточнении заявленных требований оспаривались платежи по тем же договорам, на основании тех же норм права, суд апелляционной инстанции полагает, что у суда первой инстанции не имелось правовых оснований для отказа в принятии уточнения заявленного требования.

Уменьшение заявленных требований без изменения правовой квалификации платежей как недействительных сделок, не свидетельствует об одновременном изменении предмета и оснований заявленного требования.

Также несостоятельны доводы жалобы о том, что платежи не являются сделками, соответственно, не могут быть оспорены. 

В Определении судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 12.08.2019 № 78-КГ19-20 сформирована следующая правовая позиция. Согласно ст. 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей. Пунктом 50 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что по смыслу статьи 153 указанного кодекса при решении вопроса о правовой квалификации действий участника (участников) гражданского оборота в качестве сделки для целей применения правил о недействительности сделок следует учитывать, что сделкой является волеизъявление, направленное на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей (например, гражданско- правовой договор, выдача доверенности, признание долга, заявление о зачете, односторонний отказ от исполнения обязательства, согласие физического или юридического лица на совершение сделки). Действия лиц по снятию и/или перечислению денежных средств по банковским счетам с очевидностью влекут изменения гражданских прав и обязанностей контрагентов этих отношений. 

Каких-либо новых обстоятельств, которые могли бы повлиять на законность и обоснованность обжалуемого судебного акта, в апелляционной жалобе не приведено.

Доводы заявителя апелляционной жалобы проверены апелляционным судом и не могут быть признаны обоснованными, так как, не опровергая выводов суда первой инстанции, сводятся к несогласию с оценкой установленных судом обстоятельств по делу, основаны на неправильном толковании норм материального права, что не может рассматриваться в качестве оснований для отмены судебного акта.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с пунктом 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены обжалуемого судебного акта, судом первой инстанции не допущено.

Руководствуясь статьями 223, 266-268, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Московской области от 04.12.2023 по делу   № А41-58582/21 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в Арбитражный суд Московского округа через Арбитражный суд Московской области в месячный срок со дня принятия (изготовления в полном объеме).

Председательствующий

Н.В. Шальнева

Судьи

С.Ю. Епифанцева

 А.В. Терешин