Дело № А32-18317/2018

г. Краснодар

11 сентября 2018 года

Резолютивная часть решения объявлена 04.09.2018. 

Полный текст мотивированного решения изготовлен 11.09.2018.

 

Арбитражный суд Краснодарского края в составе:

судьи Купреева Д.В., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по заявлению:

общества с ограниченной ответственностью «ТрансЮжСтрой» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), г. Краснодар,

к Инспекции Федеральной налоговой службы № 1 по г. Краснодар, г. Краснодар,

 

о признании ненормативного акта недействительным,

 

при участии  в заседании:

от заявителя: ФИО2 – доверенность от 14.05.2018, ФИО3 – доверенность от 19.07.2018;

от ответчика: ФИО4 – доверенность от 27.08.2018 № 05-11/24517; ФИО5 – доверенность от 22.06.2018 № 05-11/17469; ФИО6 – доверенность от 05.02.2018 № 05-1/03039;                        

 

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «ТрансЮжСтрой» обратилось в Арбитражный суд Краснодарского края с заявлением о признании недействительным решения Инспекции Федеральной налоговой службы № 1 по г. Краснодару от 15.01.2018 № 14-25/7-01 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения.

Основания заявленных требований изложены в заявлении. В судебном заседании представители заявителя требования поддержали. Представители ответчика в судебном заседании и отзыве на заявление против удовлетворения заявленных требований возражали, ссылаясь на законность и обоснованность оспариваемого решения. 

В судебном заседании объявлялся перерыв до 12.30 часов 04.09.2018. После перерыва судебное заседание продолжено с участием представителей заявителя и ответчика.

Изучив представленные в материалы дела документы, суд установил, что общество с ограниченной ответственностью «ТрансЮжСтрой» (далее – заявитель, общество) имеет статус юридического лица и состоит на налоговом учете в Инспекции Федеральной налоговой службы № 1 по г. Краснодару (далее – ИФНС, налоговый орган).  

В период с 28.11.2016 по 21.07.2017 налоговым органом на основании решения от 28.11.2016 № 68 проведена выездная налоговая проверка общества по вопросам правильности исчисления и своевременности уплаты налогов и сборов за период с 01.01.2013 по 31.12.2015.

По результатам налоговой проверки инспекцией составлен акт проверки от 21.09.2017 № 14-25/07-112, на основании которого принято 

решение

 о привлечении организации к ответственности за совершение налогового правонарушения от 15.01.2018 № 14-25/7-01.

Указанным решением налогового органа обществу доначислены к уплате в бюджет налоги в общей сумме 16 338 652,23 рубля, пени в размере 5 067 557,71 рублей. Кроме того, решением Инспекции Федеральной налоговой службы № 1 по г. Краснодару от 15.01.2018 № 14-25/7-01 организация привлечена к налоговой ответственности в виде штрафов в размере 1 780 341 рубль.

Не согласившись с решением налоговой инспекции, общество обратилось в Управление Федеральной налоговой службы по Краснодарскому краю с апелляционной жалобой. 

Однако вышестоящий налоговый орган решением от 23.04.2018 № 24-12-535 оставил жалобу общества без удовлетворения.

Общество с ограниченной ответственностью «ТрансЮжСтрой», не согласившись с решением Инспекции Федеральной налоговой службы № 1 по г. Краснодару от 15.01.2018 № 14-25/7-01 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, обратилось в арбитражный суд с требованием о признании его недействительным.

Принимая решение по делу, суд руководствовался следующим.

Статьей 101 Налогового кодекса Российской Федерации определено, что рассмотрение акта проверки и других материалов налоговой проверки, в ходе которой выявлены нарушения законодательства о налогах и сборах, а также представленных проверяемым лицом письменных возражений по указанному акту, завершается вынесением решения о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения либо об отказе в привлечении к ответственности.

В соответствии с пунктом 14 статьи 101 Налогового кодекса Российской Федерации несоблюдение должностными лицами налоговых органов требований, установленных Кодексом, может служить основанием для отмены решения налогового органа вышестоящим налоговым органом или судом. 

Нарушение существенных условий процедуры рассмотрения материалов налоговой проверки является основанием для отмены вышестоящим налоговым органом или судом решения налогового органа о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения или решения об отказе в привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения. 

К таким существенным условиям относятся обеспечение возможности лица, в отношении которого проводилась проверка, участвовать в процессе рассмотрения материалов налоговой проверки лично и (или) через своего представителя и обеспечение возможности налогоплательщика представить объяснения.

Таким образом, участие лица, в отношении которого проводилась налоговая проверка, в рассмотрении имеющихся у налогового органа материалов, должно быть обеспечено на всех стадиях осуществления налогового контроля.

Судом установлено и обществом не оспаривается, что налоговой инспекцией обеспечено присутствие представителя общества на всех стадиях рассмотрения материалов налоговой проверки.

Поскольку общество реализовало право на участие в рассмотрении материалов налоговой проверки, каких-либо возражений относительно содержания указанных документов не заявляло, суд считает процедуру рассмотрения материалов выездной налоговой проверки соблюденной.

В соответствии со статьей 57 Конституции Российской Федерации и статьями 23, 45 Налогового кодекса Российской Федерации налогоплательщики обязаны уплачивать законно установленные налоги и сборы, представлять в налоговый орган по месту учета в установленном порядке налоговые декларации по тем налогам, которые они обязаны уплачивать, нести иные обязанности, предусмотренные законодательством о налогах и сборах.

По НДС.

В силу положений статьи 143 Налогового кодекса Российской Федерации общество является плательщиком налога на добавленную стоимость.

Пунктом 1 статьи 173 Налогового кодекса Российской Федерации установлено, что сумма налога, подлежащая уплате в бюджет, исчисляется по итогам каждого налогового периода, как уменьшенная на сумму налоговых вычетов, предусмотренных статьей 171 настоящего Кодекса (в том числе налоговых вычетов, предусмотренных пунктом 3 статьи 172 настоящего Кодекса), общая сумма налога, исчисляемая в соответствии со статьей 166 настоящего Кодекса и увеличенная на суммы налога, восстановленного в соответствии с настоящей главой.

На основании пункта 1 статьи 171 Налогового кодекса Российской Федерации налогоплательщик имеет право уменьшить общую сумму налога, исчисленную в соответствии со статьей 166 Кодекса, на установленные статьей 171 Кодекса налоговые вычеты.

Согласно пункту 2 статьи 171 Налогового кодекса Российской Федерации вычетам, в частности, подлежат суммы налога, предъявленные налогоплательщику при приобретении товаров (работ, услуг), а также имущественных прав на территории Российской Федерации, приобретаемых для осуществления операций, признаваемых объектами налогообложения в соответствии с главой 21 Кодекса, а также для перепродажи.

В соответствии с пунктом 1 статьи 172 Налогового кодекса Российской Федерации налоговые вычеты, предусмотренные статьей 171 Кодекса, производятся на основании счетов-фактур, выставленных продавцами при приобретении налогоплательщиком товаров (работ, услуг), имущественных прав, документов, подтверждающих фактическую уплату сумм налога при ввозе товаров на таможенную территорию Российской Федерации, документов, подтверждающих уплату сумм налога, удержанного налоговыми агентами, либо на основании иных документов в случаях, предусмотренных пунктами 3, 6 - 8 статьи 171 Кодекса.

Вычетам подлежат, если иное не установлено статьей 172 Налогового кодекса Российской Федерации, только суммы налога, предъявленные налогоплательщику при приобретении товаров (работ, услуг), имущественных прав на территории Российской Федерации, либо фактически уплаченные ими при ввозе товаров на таможенную территорию Российской Федерации после принятия на учет указанных товаров (работ, услуг), имущественных прав с учетом особенностей, предусмотренных статьей 172 Кодекса, и при наличии соответствующих первичных документов.

Таким образом, условиями, которые должны быть соблюдены налогоплательщиком для обоснования права на налоговый вычет, являются: принятие товара (работ, услуг) к учету при наличии соответствующих первичных документов; приобретение товаров (работ, услуг) для операций, подпадающих под обложение налогом на добавленную стоимость, или для перепродажи; предъявление счета-фактуры, оформленного в соответствии с положениями пунктов 5 и 6 статьи 169 Налогового кодекса Российской Федерации.

При этом документы, представленные налогоплательщиком, должны отвечать установленным требованиям и содержать достоверные сведения об обстоятельствах, с которыми законодательство связывает правовые последствия.

Согласно пунктам 1 и 2 статьи 169 Налогового кодекса Российской Федерации (далее – Кодекс, НК РФ) счет-фактура является документом, служащим основанием для принятия покупателем предъявленных продавцом товаров (работ, услуг), имущественных прав (включая комиссионера, агента, которые осуществляют реализацию товаров (работ, услуг), имущественных прав от своего имени) сумм налога к вычету в порядке, предусмотренном главой 21 Кодекса. Счета-фактуры, составленные и выставленные с нарушением порядка, установленного пунктами 5 и 6 статьи 169 Кодекса, не могут являться основанием для принятия предъявленных покупателю продавцом сумм налога к вычету или возмещению.

Судом установлено, что основанием для доначисления обществу к уплате в бюджет НДС в размере 15 091 645 рублей 23 копейки, пени по НДС в сумме 4 832 945 рублей 70 копеек и штрафных санкций по пункту 1 статьи 122 Налогового кодекса Российской Федерации в сумме 1 780 341 рубль послужили выводы налогового органа о неправомерности налоговых вычетов по финансово-хозяйственным операциям заявителя с контрагентом ООО «БлаговестЮгСтрой» за 3 - 4 кварталы 2013 года, 1 - 4 кварталы 2014 года, 1 - 4 кварталы 2015 года.

В обоснование законности оспариваемого решения налоговый орган указывает, что заявитель в проверяемом периоде осуществлял строительство зданий и сооружений. Для выполнения общестроительных работ на объектах заказчика обществом на основании договоров подряда привлекалось ООО «БлаговестЮгСтрой».

Согласно доводам налогового органа общество является взаимозависимым лицом с ООО «БлаговестЮгСтрой» на основании с подпунктов 10, 11 пункта 1 статьи 105.1 Налогового кодекса Российской Федерации, поскольку руководители организаций находятся в родственной связи - законные супруги (ранее руководителем ООО «БлаговестЮгСтрой» был отец генерального директора общества).

В ходе проведения контрольных мероприятий в отношении ООО «БлаговестЮгСтрой» налоговой инспекцией установлено, что указанная организация зарегистрирована 28.12.2012 по адресу фактического нахождения заявителя - 

<

...>.

ООО «БлаговестЮгСтрой» в проверяемом периоде осуществляло тот же вид деятельности, что и заявитель - строительство зданий и сооружений, являлось членом СРО, применяло общеустановленную систему налогообложения.

Учредителями ООО «БлаговестЮгСтрой» являлись ФИО7 (40%) и ФИО8 (60%), с 02.12.2016 - ФИО7 (100%).

Директором ООО «БлаговестЮгСтрой» в период с 28.12.2012 по 02.12.2014 являлся ФИО8, с 01.12.2014 по 01.12.2016 - ФИО9, с 02.12.2016 по настоящее время - ФИО7

При этом руководители указанной организации ФИО8, ФИО9 и ФИО7 в различных периодах одновременно являлись сотрудниками ООО «ТрансЮжСрой» (директором, начальником ПТО, коммерческом директором соответственно).

Согласно данным налогового органа, у ООО «БлаговестЮгСтрой» основные и транспортные средства, специализированная техника, собственная численность отсутствуют.

Сотрудники общества числились по совместительству в ООО «БлаговестЮгСтрой»: бетонщики, стропальщики, газоэлектросварщик, арматурщик, начальник ПТО, производитель работ, секретарь руководителя.

Расчетные счета ООО «БлаговестЮгСтрой» и заявителя открыты в одних и тех же кредитных организациях. Для подключения к Централизованной системе дистанционного банковского обслуживания юридических лиц «Банк-Клиент/Интернет-Клиент» использовались IP-адреса заявителя.

Представленный обществом в обосновании идентичности IP-адресов договор на оказание для ООО «БлаговестЮгСтрой» бухгалтерских услуг от 01.04.2013 б/н подписан согласно результатам почерковедческой экспертизы не руководителем ООО «БлаговестЮгСтрой» ФИО10, а другим лицом.

Денежные средства с расчетных счетов общества за выполненные работы перечислялись на расчетные счета ООО «БлаговестЮгСтрой», с которых в дальнейшем списывались на пополнение корпоративного карточного счета (владелец ФИО8), снимались наличными на хозяйственные нужды, перечислялись в оплату контрагентам, за услуги банка, аренду, налоги.

Допрошенный в ходе проведения проверки руководитель ООО «БлаговестЮгСтрой» ФИО9 пояснил, что сдача и прием выполненных работ обеими сторонами осуществлялись одним лицом - ФИО9 (протокол от 11.07.2017).

В оспариваемом решении налоговый орган также указал, что ООО «БлаговестЮгСтрой» не вело фактически реальной деятельности, создано непосредственно для взаимоотношений с обществом, проверяемый налогоплательщик был первым и основным лицом, перечислявшим денежные средства на счет ООО «БлаговестЮгСтрой», которые затем обналичивались, отрассматриваемой сделки ООО «БлаговестЮгСтрой» не имело прибыли, то есть неявлялось выгодоприобретателем.

Согласно доводам инспекции заявитель имел возможность самостоятельно выполнять строительные работы, так как имел в штате необходимый квалифицированный персонал для осуществления строительных работ, а также оборудование и инвентарь. ООО «БлаговестЮгСтрой» не осуществляло никаких расходов, которые могли бы свидетельствовать о фактах ведения хозяйственной деятельности, в том числе не уплачивало арендных платежей, коммунальных услуг и услуг связи, не выплачивало заработную плату.

Общество самостоятельно и по своему усмотрению распоряжалось расчетными счетами ООО «БлаговестЮгСтрой».

Кроме того, инспекция в обоснование законности оспариваемого решения указывает, что контрагенты второго звена (непосредственные контрагенты ООО «БлаговестЮгСтрой») с учетом сведений, содержащихся в электронной базе данных «ПК АСК-НДС 2», книг покупок и продаж, являются недобросовестными: 

- предприниматели ФИО11 и ФИО12 применяют специальные режимы налогообложения в виде УСН, при которых не уплачивается НДС;

- предприниматель ФИО13 в налоговой отчетности не заявил доход от реализации работ (услуг);

- ООО «ГСМ-ЮГ» обладает признаками мигрирующей организации, представляющей «нулевую» налоговую отчетность;

- ряд контрагентов второго звена по требованию налогового органа не представили сведения (документы).

Исходя из изложенных выше обстоятельств, инспекцией сделан вывод о взаимозависимости и согласованности действий общества и ООО «БлаговестЮгСтрой», а также о получении заявителем необоснованной налоговой выгоды по финансово-хозяйственным взаимоотношениям с ООО «БлаговестЮгСтрой» путем создания формального документооборота за счет удлинения «схемной» цепочки, позволяющей минимизировать налоговые обязательства по НДС через контрагентов второго звена.

На основании указанных выше обстоятельств налоговый орган отказал заявителю в применении налоговых вычетов по НДС в размере 15 091 645,23 рубля по финансово-хозяйственным операциям с ООО «БлаговестЮгСтрой», доначислил к уплате в бюджет НДС в указанном размере, соответствующие пени и штрафные санкции.

Вместе с тем суд считает правовую позицию налогового органа в указанной части ошибочной ввиду следующего.

Согласно пункту 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды» (далее – Постановление № 53) судебная практика разрешения налоговых споров исходит из презумпции добросовестности налогоплательщиков и иных участников правоотношений в сфере экономики. В связи с этим предполагается, что действия налогоплательщика, имеющие своим результатом получение налоговой выгоды, экономически оправданны, а сведения, содержащиеся в налоговой декларации и бухгалтерской отчетности, - достоверны. 

Под налоговой выгодой для целей Постановления № 53 понимается уменьшение размера налоговой обязанности вследствие, в частности, уменьшения налоговой базы, получения налогового вычета, налоговой льготы, применения более низкой налоговой ставки, а также получение права на возврат (зачет) или возмещение налога из бюджета. 

Представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах, в целях получения налоговой выгоды является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы.

В соответствии с пунктом 3 Постановления № 53 налоговая выгода может быть признана необоснованной, в частности, в случаях, если для целей налогообложения учтены операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом или учтены операции, не обусловленные разумными экономическими или иными причинами (целями делового характера).

При этом пунктом 6 Постановления № 53 определено, что взаимозависимость участников сделок сама по себе не может служить основанием для признания налоговой выгоды необоснованной.

Как установлено судом и подтверждено материалами дела, заявитель является взаимозависимым лицом с ООО «БлаговестЮгСтрой» ввиду того, что руководители организаций находятся в родственной связи - законные супруги (ранее руководителем ООО «БлаговестЮгСтрой» был отец генерального директора Общества).

Вместе с тем указанное обстоятельство не оспаривалось заявителем при проведении выездной налоговой проверки и в ходе судебного разбирательства. Документальных доказательств того, что взаимозависимость в совокупности и взаимосвязи с иными обстоятельствами, в частности, указанными в пункте 5 Постановления № 53, привела к получению налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды, инспекция суду не представила.

Учитывая родственную связь руководителей ООО «ТрансЮжСрой» и ООО «БлаговестЮгСтрой» регистрация указанных организаций по одному адресу не свидетельствует о недобросовестности заявителя.

Довод налогового органа о том, что в проверяемом периоде ООО «БлаговестЮгСтрой» и заявитель осуществляли одинаковые виды деятельности, судом отклоняется, поскольку указанное обстоятельство само по себе не является доказательством недобросовестности организаций и направленности их действий на получение необоснованной налоговой выгоды. В ходе судебного разбирательства по настоящему делу налоговый орган фактически не оспаривал, что ООО «БлаговестЮгСтрой» представило документальные доказательства ведения строительной деятельности, в том числе путем привлечения субподрядчиков. Кроме того, как установлено судом, ООО «БлаговестЮгСтрой» является членом СРО.

Ссылку инспекции на то, что руководители указанной организации ФИО8, ФИО9 и ФИО7 в различных периодах одновременно являлись сотрудниками ООО «ТрансЮжСрой» (директором, начальником ПТО, коммерческом директором соответственно) суд считает несостоятельной, поскольку работа по совместительству не запрещена трудовым законодательством Российской Федерации.

В обоснование своей правовой позиции налоговый орган указывает, что ООО «БлаговестЮгСтрой» не обладает основными и транспортными средствами, специализированной техникой для строительных работ.

Вместе с тем как установлено судом и подтверждено материалами дела, указанная организация привлекала для выполнения строительных работ субподрядные организации. Кроме того, инспекцией не оспаривается, что строительные работы фактически выполнены, объекты, в строительстве которых принимало участие ООО «БлаговестЮгСтрой», сданы в эксплуатацию и функционируют.

Довод налогового органа о том, что собственная численность сотрудников у ООО «БлаговестЮгСтрой» отсутствует судом отклоняется как несоответствующий фактическим обстоятельствам, поскольку в материалах дела имеются справки формы 2-НДФЛ, подтверждающие наличие штата сотрудников в указанной организации.

То обстоятельство, что сотрудники общества числились по совместительству в ООО «БлаговестЮгСтрой» (бетонщики, стропальщики, газоэлектросварщик, арматурщик, начальник ПТО, производитель работ, секретарь руководителя) не свидетельствует о недобросовестности организаций, поскольку работа по совместительству не запрещена трудовым законодательством Российской Федерации и не может рассматриваться как обстоятельство, указывающее на фиктивность ведения деятельности. Кроме того, как установлено судом и не оспаривается инспекцией в 2014 и 2015 годах имеется существенное различие в списочных составах сотрудников ООО «ТрансЮжСтрой» и ООО «БлаговестЮгСтрой». 

Довод налогового органа о том, что расчетные счета ООО «БлаговестЮгСтрой» и заявителя открыты в одних и тех же кредитных организациях суд считает несостоятельным, поскольку наличие счетов в одном банке не является доказательством недобросовестности организаций. 

В обоснование своей правовой позиции инспекция указывает, что для подключения к Централизованной системе дистанционного банковского обслуживания юридических лиц «Банк-Клиент/Интернет-Клиент» использовались IP-адреса заявителя.

Однако идентичность IP-адресов обусловлена наличием договора на оказание бухгалтерских услуг для ООО «БлаговестЮгСтрой» от 01.04.2013 б/н, заключенного между заявителем и указанной организацией.

То обстоятельство, что согласно результатам почерковедческой экспертизы указанный договор подписан не руководителем ООО «БлаговестЮгСтрой» ФИО10, а другим лицом, правового значения для рассмотрения настоящего спора не имеет, поскольку как в ходе проверки, так и в процессе судебного разбирательства заявитель не оспаривал факт оказание бухгалтерских услуг для ООО «БлаговестЮгСтрой». Кроме того, ООО «БлаговестЮгСтрой» в ходе проверочных мероприятий также не оспаривало наличие договора на оказание бухгалтерских услуг от 01.04.2013 б/н.

В оспариваемом решении налогового органа сделан вывод в том, что расчетные счета ООО «БлаговестЮгСтрой» использовались исключительно для транзита денежных средств, конечной целью являлось обналичивание денежных средств либо через специальный счет (держатель карты ФИО8), либо путем прямого снятия наличных денежных средств. 

Вместе с тем суд считает указанный довод несостоятельным, поскольку из материалов дела следует, что ООО «БлаговестЮгСтрой» осуществляло расходы, свидетельствующие о ведении хозяйственной деятельности. В ответе на запрос, направленный налоговым органом в адрес Филиала ПАО «Бинбанк» в Ростове-на-Дону, указано, что по расчетному счету, открытому ООО «БлаговестЮгСтрой» осуществлялось движение денежных средств, в том числе на оплату контрагентам, услуг банка, аренды, налогов. 

Материалами дела также подтверждается, что снятие наличных денежных средств осуществлялось в незначительных размерах в соотношении с объемом полученной выручки. Кроме того, снятие наличных сотрудником ООО «БлаговестЮгСтрой» ФИО8 не является доказательством получения обществом необоснованной налоговой выгоды, поскольку указанные денежные средства отражены в учете организации в качестве выручки и включены в налогооблагаемую базу по НДС.

Помимо этого, согласно ответу на запрос налогоплательщика о расходовании денежных средств, перечисляемых на банковскую карту ФИО8, направленный в адрес ООО «БлаговестЮгСтрой», денежные средства, перечисляемые на банковскую карту, использовались для выплаты заработной платы и приобретения ТМЦ. 

В подтверждение довода о недобросовестности ООО «БлаговестЮгСтрой» налоговый орган указывает, что 03.05.2017 ИФНС России № 1 по г. Краснодару повторно направлено поручение в ИФНС России № 2 по г. Краснодару об истребовании документов (информации) от 03.05.2017№ 14-14/39025 в отношении ООО «БлаговестЮгСтрой». На основании указанного поручения ИФНС России № 2 по г. Краснодару направило требование о представлении документов (информации) от 11.05.2017. В оспариваемом решении (на странице 19) инспекция указывает противоречащую информацию о том, что ООО «БлаговестЮгСтрой» за 2013-2014 годы книгу покупок не представило, и делает вывод о том, что идентифицировать основных контрагентов - поставщиков по книге покупок не предоставляется возможным в связи с ее отсутствием.

Вместе с тем, как установлено судом и не оспаривается налоговым органом, в ответ на требование ООО «БлаговестЮгСтрой» предоставлены договоры субподряда с ООО «ТрансЮжСтрой», КС-2, КС-3, счета-фактуры, книга покупок, книга продаж, товарные накладные, штатное расписание.

В оспариваемом решении налоговый орган также указал, что ООО «БлаговестЮгСтрой» не вело фактически реальной деятельности, создано непосредственно для взаимоотношений с обществом, не имело прибыли, не осуществляло никаких расходов, которые могли бы свидетельствовать о фактах ведения хозяйственной деятельности, в том числе не уплачивало арендных платежей, коммунальных услуг и услуг связи, не выплачивало заработную плату.

Вместе с тем суд считает указанный довод инспекции несостоятельным, поскольку в отношении ООО «БлаговестЮгСтрой» налоговым органом не проводилась соответствующая налоговая проверка, позволяющая сделать указанные выводы.

Согласно доводам инспекции заявитель имел возможность самостоятельно выполнять строительные работы, так как имел в штате необходимый квалифицированный персонал для осуществления строительных работ, а также оборудование и инвентарь. 

Вместе с тем в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 09.12.2008 № 9520/08 указано, что налоговое законодательство не использует понятие «экономическая целесообразность» (как и понятие «деловая цель») и не регулирует порядок ведения финансово-хозяйственной деятельности. Общество вправе на свой риск заключать хозяйственные сделки в соответствии с действующим законодательством и самостоятельно оценивать их экономическую эффективность и целесообразность.

По смыслу правовой позиции, изложенной в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 24.02.2004 № 3-П, судебный контроль не призван проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых субъектами предпринимательской деятельности, которые в сфере бизнеса обладают самостоятельностью и широкой дискрецией, поскольку в силу рискового характера такой деятельности существуют объективные пределы в возможностях судов выявлять наличие в ней деловых просчетов. Кроме того, НК РФ не содержит положений, позволяющих налоговому органу оценивать произведенные налогоплательщиком сделки с позиции оценки экономической целесообразности, рациональности и эффективности хозяйственных взаимоотношений.

Налоговое законодательство не регулирует порядок и условия ведения финансово-хозяйственной деятельности. Налогоплательщик вправе единолично определять ее эффективность и целесообразность.

В компетенцию налогового органа входит контроль за правильностью исчисления и штаты налогов, а не оценка деятельности налогоплательщика.

Довод налогового органа о том, что налоговые декларации ООО «БлаговестЮгСтрой» представлялись с минимальными оборотами и суммами налога к уплате в бюджет и только в течение небольшого периода времени суд считает несостоятельным, поскольку ООО «ТрансЮжСтрой» в силу действующего налогового законодательства не является налоговым агентом для своих контрагентов, в том числе и ООО «БлаговестЮгСтрой», а также не обязано в силу закона осуществлять контроль либо надзор за уплатой последними налогов и сборов, а также представлением в налоговый орган соответствующей отчетности.

Следует отметить, что факты, изложенные в отношении «возможных» нарушений налогового законодательства, не подтвержденные налоговой проверкой не могут являться доводом об экономической оправданности действий контрагента налогоплательщика. Как указано в определениях Конституционного Суда Российской Федерации № 1072-О-О, № 320-О-П, целесообразность, рациональность, эффективность финансово-хозяйственной деятельности вправе оценивать лишь налогоплательщик единолично, поскольку он осуществляет деятельность самостоятельно и на свой риск.

Кроме того, в Постановлении от 27.05.2003 № 9-П Конституционный Суд Российской Федерации указал, что недопустимо установление ответственности за такие действия налогоплательщика, которые, хотя и имеют своим следствием неуплату налога либо уменьшение его суммы, но заключаются в использовании предоставленных налогоплательщику законом прав, связанных с освобождением на законном основании от уплаты налога или с выбором наиболее выгодных для него форм предпринимательской деятельности и, соответственно, оптимального вида платежа (пункт 3 Постановления). Отсутствуют основания для привлечения к ответственности в случаях, когда налогоплательщик использует не противоречащие закону механизмы уменьшения налоговых платежей (пункт 4 Постановления).

Вывод налогового органа о неведении реальной финансово-хозяйственной деятельности ООО «БлаговестЮгСтрой» суд считает несостоятельным ввиду следующего.

Как установлено судом и не оспаривается налоговым органом, претензий к оформлению первичных документов, подтверждающих взаимоотношения между ООО «ТрансЮжСтрой» и ООО «БлаговестЮгСтрой» не имеется. Расчеты между налогоплательщиком и ООО «БлаговестЮгСтрой» осуществляются по безналичному расчету и подтверждаются банковскими выписками.

Кроме того, налоговым органом не оспаривается факт выполнения ООО «БлаговестЮгСтрой» подрядных работ для иных организаций: ООО «Импульс» в сумме 929 330,01 рубля и ООО «Хлеб Кубани» в сумме 118 564,75 рубля. 

Следовательно, контрагент заявителя осуществлял финансово-хозяйственную деятельность, направленную для получения прибыли. 

Помимо этого, инспекцией не оспаривается, что взаимоотношения налогоплательщика с ООО «БлаговестЮгСтрой» носили постоянный характер. Результаты работ, выполненных ООО «БлаговестЮгСтрой» для заявителя были приняты заказчиками без претензий, что свидетельствует о реальном осуществлении деятельности. Сам по себе факт выполнения строительно-монтажных работ налоговым органом не оспаривается.

Налоговый орган в обоснование законности оспариваемого решения указывает, что контрагенты второго звена (непосредственные контрагенты ООО «БлаговестЮгСтрой») с учетом сведений, содержащихся в электронной базе данных «ПК АСК-НДС 2», книг покупок и продаж, являются недобросовестными.

Так, согласно доводам инспекции, предприниматели ФИО11 и ФИО12 применяют специальные режимы налогообложения в виде УСН, при которых не уплачивается НДС. 

Однако налоговым органом не доказано, что указанные предприниматели не выполняли работы для ООО «БлаговестЮгСтрой». Кроме того, применение специального налогового режима не исключает возможности уплаты НДС, полученного от покупателя в составе стоимости выполненных работ.

Довод налогового органа, отраженный в оспариваемом решении, о том, что предприниматель ФИО13 в налоговой отчетности не заявил доход от реализации работ (услуг) ООО «БлаговестЮгСтрой», судом отклоняется как несоответствующий материалам дела. 

Обществом представлена в материалы дела копия книги продаж предпринимателя ФИО13 за 2015 год, которая является приложением к акту проверки от 21.09.2017 № 14-25-07/112, где отражены операции предпринимателя с ООО «БлаговестЮгСтрой».

Ссылку инспекции на то, что ООО «ГСМ-ЮГ» обладает признаками мигрирующей организации, представляющей «нулевую» налоговую отчетность, суд считает не свидетельствующей о получении заявителем необоснованной налоговой выгоды, поскольку в оспариваемом решении налогового органа отражено, что ООО «ГСМ-ЮГ» отразило финансово-хозяйственные операции с ООО «БлаговестЮгСтрой». Кроме того, по информации, полученной заявителем от ООО «БлаговестЮгСтрой», расчеты по договору поставки с ООО «ГСМ-ЮГ» осуществлялись путем перечисления денежных средств с расчетного счета в филиале ОАО «Бинбанк» на расчетный счет указанной организации в банке ЗАО «ИБК».

В Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2017) указано, что на налоговом органе, оспаривающем реальность совершенных налогоплательщиком операций и обоснованность полученной в связи с этим налоговой выгоды, лежит бремя доказывания обстоятельств, которые могут свидетельствовать о невозможности осуществления спорных операций с учетом времени, места нахождения имущества или объема материальных ресурсов, экономически необходимых для производства товаров, выполнения работ или оказания услуг.

Противоречия в доказательствах, подтверждающих последовательность товародвижения от изготовителя к налогоплательщику, но не опровергающих сам факт поступления товара налогоплательщику, равно как и факты неисполнения соответствующими участниками сделок (поставщиками первого, второго и более дальних звеньев по отношению к налогоплательщику) обязанности по уплате налогов сами по себе не могут являться основанием для возложения соответствующих негативных последствий на налогоплательщика, выступившего покупателем товаров.

Налоговая выгода может быть признана необоснованной, если налоговым органом будет доказано, что налогоплательщик действовал без должной осмотрительности и осторожности и ему должно было быть известно о нарушениях, допущенных контрагентом

В частности, налоговый орган вправе приводить аргументы о том, что налогоплательщик исходил лишь из коммерческой привлекательности сделки и не оценил деловую репутацию, платежеспособность контрагента, риск неисполнения им обязательств, наличие у него необходимых ресурсов. Налогоплательщик может дать объяснения тому, какие соответствующие деловому обороту критерии учитывались им при выборе контрагента, доказывать свою осведомленность о том, каким образом (за счет каких ресурсов, с привлечением каких соисполнителей и т.п.) должен был исполняться договор.

Как следует из материалов дела, при заключении договора со спорным контрагентом заявитель исходил из сведений о возможности выполнения строительных работ обществом с ограниченной ответственностью  «БлаговестЮгСтрой», принял во внимание тот факт, что указанная организация является членом СРО, применяет общеустановленную систему налогообложения. Кроме того, налоговым органом не оспаривается, что с целью проявления должной осмотрительности заявитель перед заключением договора запросил у указанной организации необходимый пакет учредительных, бухгалтерских и налоговых документов:

-       свидетельство о государственной регистрации юридического лица;

-       свидетельство о постановке юридического лица на налоговый учет;

-  устав в действующей редакции;

-  приказ о назначении директора;

-  решение (протокол) о назначении директора;

-  договор аренды на юридический адрес;

-  выписку из ЕГРЮЛ;

-   договор аренды складских и (или) производственных помещений;

-   бухгалтерский баланс на 01.01.2013, 01.01.2014, 01.01.2015;

-   налоговые декларации по НДС за 1, 2, 3, 4 кварталы 2013 года, 1, 2, 3, 4 кварталы 2014 года, 1, 2, 3, 4 кварталы 2015 года;

-   налоговые декларации по налогу на прибыль организаций за 2013, 2014, 2015 годы;

-   свидетельство СРО;

-   паспортные данные исполнительного органа;

-   сведения о среднесписочной численности работников;

-   гарантийное письмо о наличии необходимого персонала, инструмента ипроизводственного инвентаря (в собственности или в аренде).

В связи с этим у общества отсутствовали основания для сомнений в том, что исполнение заключенного договора будет осуществляться ООО «БлаговестЮгСтрой». Цена работ соответствовала рыночному уровню, что при отсутствии иных доказательств позволяет сделать вывод о вступлении общества в отношения с ООО «БлаговестЮгСтрой» на обычных условиях.

При этом налоговый орган не привел доказательств получения обществом необоснованной налоговой выгоды.

Учитывая указанные обстоятельства, вывод налогового органа о необоснованном завышении налогового вычета по НДС в отношении финансово-хозяйственных операций с ООО «БлаговестЮгСтрой» в сумме 15 091 645 рубля суд считает необоснованным.

В связи с чем решение Инспекции Федеральной налоговой службы № 1 по г. Краснодару от 15.01.2018 № 14-25/7-01 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения в части начисления НДС в размере 15 091 645 рублей 23 копейки, пени по НДС в сумме 4 832 945 рублей 70 копеек и штрафных санкций по пункту 1 статьи 122 Налогового кодекса Российской Федерации в сумме 1 780 341 рубль подлежит признанию недействительным.

По налогу на прибыль.

Как установлено судом и подтверждено материалами дела, оспариваемым решением налогового органа заявителю доначислено к уплате в бюджет 1 247 007 рублей налога на прибыль и 234 612,01 рубля пени по налогу на прибыль, в связи с необоснованным включением в состав внереализационных расходов безнадежных долгов с истекшим сроком исковой давности в общей сумме 6 235 042,24 рубля.

Подпунктом 2 пункта 2 статьи 265 Налогового кодекса Российской Федерации определено, что в целях главы 25 Кодекса к внереализационным расходам приравниваются убытки, полученные налогоплательщиком в отчетном (налоговом) периоде, в частности  суммы безнадежных долгов, а в случае, если налогоплательщик принял решение о создании резерва по сомнительным долгам, суммы безнадежных долгов, не покрытые за счет средств резерва.

Согласно пункту 2 статьи 266 Налогового кодекса Российской Федерации безнадежными долгами (долгами, нереальными ко взысканию) признаются те долги перед налогоплательщиком, по которым истек установленный срок исковой давности, а также те долги, по которым в соответствии с гражданским законодательством обязательство прекращено вследствие невозможности его исполнения, на основании акта государственного органа или ликвидации организации.

Как установлено судом и подтверждено материалами дела, обществом в 2013 году списана безнадежная дебиторская задолженность с истекшим сроком исковой давности в размере 6 235 042,24 рубля, по следующим должникам: ООО «Лотос», ООО «АванГард», ООО «Алютех-Юг», предприниматель ФИО14, ООО «Кип», ОАО «НЭСК», ООО «Союз дизайн», ООО «ТБМ-Юг», ООО «Гловер», предприниматель ФИО15, ОАО «МТС», ООО «Югстройтранс», ООО МПК «Кровля и Фасад», ООО «НДор».

Нормами Гражданского кодекса Российской Федерации установлены следующие основания признания дебиторской задолженности безнадежной: истечение срока исковой давности; прекращение обязательства вследствие невозможности его исполнения; прекращение обязательства на основании акта государственного органа; прекращение обязательства смертью гражданина; прекращение обязательства вследствие ликвидации организации.

Согласно Письму Минфина России от 11.04.2008 № 03-03-06/1/276 организация вправе списать дебиторскую задолженность, признанную нереальной к взысканию, по истечении срока исковой давности.

Общий срок исковой давности устанавливается в три года, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права. По обязательствам с установленным в договоре сроком исполнения течение исковой давности начинается по окончании срока исполнения. Срок исковой давности и порядок его исчисления не могут быть изменены соглашением сторон (статья 196 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 2 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что по обязательствам, срок исполнения которых не определен, течение исковой давности начинается с момента, когда у кредитора возникает право предъявить требование об исполнении обязательства. При этом в пункте 2 статьи 314 Гражданского кодекса Российской Федерации указано, что в случаях, когда обязательство не предусматривает срок его исполнения и не содержит условий, позволяющих определить этот срок, обязательство должно быть исполнено в течение семи дней со дня предъявления кредитором требования о его исполнении.

Списание дебиторской задолженности по истечении срока исковой давности может быть произведено, если этот срок не прерывался и не приостанавливался. В соответствии со статьей 203 Гражданского кодекса Российской Федерации течение срока исковой давности прерывается предъявлением иска в установленном порядке, а также совершением обязанным лицом действий, свидетельствующих о признании долга. После перерыва течение срока исковой давности начинается заново; время, истекшее до перерыва, не засчитывается в новый срок.

Таким образом, подписание акта сверки задолженности, которое является письменным подтверждением признания наличия задолженности, служит основанием для признания срока исковой давности прерванным.

При отсутствии документального подтверждения расходы не могут учитываться для целей налогообложения прибыли (пункт 1 статьи 252 Налогового кодекса Российской Федерации).

Пунктом 77 Положения по ведению бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности в Российской Федерации, утвержденного приказом Минфина России от 29.07.1998 № 34н (далее - Положение № 34н), установлено, что дебиторская задолженность, по которой срок исковой давности истек, другие долги, нереальные для взыскания, списываются по каждому обязательству на основании данных проведенной инвентаризации, письменного обоснования и приказа (распоряжения) руководителя организации и относятся соответственно на счет средств резерва сомнительных долгов либо на финансовые результаты у коммерческой организации, если в период, предшествующий отчетному, суммы этих долгов не резервировались в порядке, предусмотренном пунктом 70 Положения № 34н, или на увеличение расходов у некоммерческой организации.

К письменному обоснованию необходимости списания дебиторской задолженности (бухгалтерской справке), на основании которой списывается дебиторская задолженность, обязательно должны прилагаться документы, подтверждающие обоснованность признания задолженности невозможной к взысканию, в частности: выписка из единого государственного реестра или справка налогового органа о ликвидации должника; уведомление ликвидационной комиссии (конкурсного управляющего) или решение суда об отказе в удовлетворении требований по взысканию соответствующей задолженности из-за недостаточности имущества ликвидированной организации-должника; акт судебного пристава-исполнителя о невозможности взыскания задолженности с должника.

Для подтверждения правомерности операции по списанию дебиторской задолженности необходимо наличие: акта инвентаризации расчетов с покупателями, поставщиками и прочими дебиторами и кредиторами (форма № ИНВ-17, утвержденная постановлением Госкомстата от 18.08.1998 № 88) за период, в котором возникли обстоятельства, свидетельствующие о безнадежности к взысканию задолженности (ликвидация организации-должника, истечение срока исковой давности) и справки, прилагаемой к акту инвентаризации расчетов; приказа (распоряжения) руководителя организации о списании дебиторской задолженности; договора с дебитором; накладной, подтверждающей отгрузку товарно-материальных ценностей дебитору; иных документов, подтверждающих исполнение обязательств перед дебитором. 

Кроме того, для признания долга безнадежным в связи с истечением срока исковой давности необходимы документы, позволяющие точно установить дату возникновения дебиторской задолженности и истечения срока исковой давности. Такими документами могут быть, например, договор, счет на оплату, акт выполненных работ, оказанных услуг. Обязанность представления данных, а также документов и сведений, подтверждающих расходы в целях налогообложения, лежит на налогоплательщике.

В письме Федеральной налоговой службы России от 06.12.2010 № ШС-37-3/16955 «О подтверждении расходов в виде сумм дебиторской задолженности с истекшим сроком исковой давности» указано, что для уменьшения налоговой базы по налогу на прибыль на сумму дебиторской задолженности с истекшим сроком исковой давности налогоплательщику необходимо иметь документы, подтверждающие факт возникновения задолженности, а также документы, свидетельствующие о течении срока исковой давности. Документами, подтверждающими факт возникновения дебиторской задолженности, могут быть любые соответствующие требованиям Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете». При этом договор сам по себе не является первичным документом, свидетельствующим о совершении хозяйственной операции.

Как установлено статьей 10 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» данные, содержащиеся в первичных учетных документах, подлежат своевременной регистрации и накоплению в регистрах бухгалтерского учета.

Налогоплательщик, проводя по состоянию на последнюю дату отчетного (налогового) периода инвентаризацию, по ее итогам должен определить сумму дебиторской задолженности, по которой срок исковой давности истек, другие долги, нереальные к взысканию, и произвести их списание. Порядок признания расходов при методе начисления предусматривает, что расходы, принимаемые для целей налогообложения, признаются таковыми в том отчетном (налоговом периоде), к которому они относятся, независимо от времени фактической выплаты денежных средств и (или) иной формы их оплаты (пункт 1 статьи 272 Кодекса). Названная норма не предоставляет налогоплательщику права на произвольный выбор налогового периода, в котором в состав внереализационных расходов включается безнадежная к взысканию задолженность. Указанная позиция изложена в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.06.2010 № 1574/10.

Из выше приведенных норм следует, что при отсутствии необходимого документального подтверждения задолженности, сроков ее возникновения, результатов инвентаризации, письменного обоснования и приказа (распоряжения) руководителя о списании дебиторской задолженности у налогоплательщика отсутствуют правовые основания для ее включения в состав внереализационных расходов. Кроме того, налогоплательщик лишен права на произвольный выбор налогового периода для списания безнадежных долгов.

Документами, подтверждающими факт возникновения дебиторской задолженности, могут быть любые первичные документы о совершении хозяйственной операции, в результате которой образовался долг контрагента перед налогоплательщиком (накладные на передачу ценностей, акты приемки-сдачи работ (услуг), платежные документы и др.).

Таким образом, для уменьшения налоговой базы по налогу на прибыль на сумму дебиторской задолженности с истекшим сроком исковой давности необходимо документальное подтверждение возникновения задолженности, а также истечения срока исковой давности.

Из материалов дела следует, что в отношении дебиторской задолженности ООО «Лотос» проверкой установлено, что Арбитражный суд г. Москвы, рассмотрев дело по иску заявителя к ООО «Лотос» о взыскании задолженности, удовлетворил исковые требования и взыскал с последнего неосновательное обогащение в размере 5 089 794,18 рубля (исполнительный лист от 26.11.2012 № АС 005547601).

В материалы проверки представлено постановление судебного пристава-исполнителя от 29.07.2016 № 77055/16/73248 об окончании исполнительного производства, возбужденного на основании исполнительного документа.

Таким образом, датой признания задолженности ООО «Лотос» безнадежной является дата окончания исполнительного производства - 29.07.2016, соответственно указанная задолженность подлежит отражению в составе внереализационных расходов при исчислении налоговой базы по налогу на прибыль организаций за 2016 год.

В соответствии со статьей 195 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Учитывая, что задолженность, в отношении которой вступило в силу решение суда, подлежит взысканию в порядке, установленном Федеральным законом от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве», срок взыскания указанной задолженности в рамках гражданского законодательства не может рассматриваться в режиме истечения срока исковой давности (Письмо Минфина России от 29.05.2013 № 03-03-06/1/19566).

При таких обстоятельствах у заявителя отсутствовали правовые основания для включения в состав внереализационных расходов суммы дебиторской задолженности по ООО «Лотос» как в 2013 году, так и в 2014 году.

По факту списания обществом в 2013 году дебиторской задолженности в сумме 1 049 427,21 рубля, числящейся за должниками: ООО «Гловер», предпринимателем ФИО15, ОАО «МТС», ООО «Югстройтранс», ООО МПК «Кровля и Фасад», ООО «НДор», налогоплательщик указывает, что им представлены документы, подтверждающие образование дебиторской задолженности, а именно: платежные поручения, акт инвентаризации дебиторской задолженности и приказ на ее списание.

Вместе с тем документами, подтверждающими факт возникновения дебиторской задолженности, могут быть любые соответствующие требованиям пункта 1 статьи 9 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» первичные документы о совершении хозяйственной операции, в результате которой образовался долг контрагента перед налогоплательщиком (накладные на передачу ценностей, акты приемки-сдачи работ (услуг), платежные документы и др.) (письмо ФНС России от 06.12.2010 № ШС-37-3/16955).

 Налогоплательщик, проводя по состоянию на последнюю дату отчетного (налогового) периода инвентаризацию, по ее итогам должен определить сумму дебиторской задолженности, по которой срок исковой давности истек, другие долги, нереальные к взысканию, и произвести их списание.

Порядок признания расходов при методе начисления предусматривает, что расходы, принимаемые для целей налогообложения, признаются таковыми в том отчетном (налоговом периоде), к которому они относятся, независимо от времени фактической выплаты денежных средств и (или) иной формы их оплаты (пункт 1 статьи 272 Налогового кодекса Российской Федерации).

Названная норма не предоставляет налогоплательщику права на произвольный выбор налогового периода, в котором в состав внереализационных расходов включается безнадежная к взысканию задолженность. Указанная позиция изложена в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.06.2010 № 1574/10 и подтверждается также определением Верховного Суда Российской Федерации от 15.10.2014 № 302-КГ14-2259.

Заявителем представлен акт инвентаризации расчетов с покупателями, поставщиками и прочими дебиторами и кредиторами от 31.12.2013 № 5 и приказ руководителя общества от 31.12.2013 б/н о списании в состав внереализационных расходов безнадежной дебиторской задолженности в сумме 1049 427,21 рубля в связи с истечением срока исковой давности по контрагентам: ООО «Гловер», ИП ФИО15, ОАО «МТС», ООО «Югстройтранс», ООО МПК «Кровля и Фасад», ООО «НДор».

Однако обществом, как налоговому органу, так и суду не представлено необходимое документальное подтверждение возникновения задолженности, а также истечения срока исковой давности. Тогда как обязанность представления данных, а также документов и сведений, подтверждающих расходы в целях налогообложения, лежит на налогоплательщике. Кроме того, налогоплательщик лишен права на произвольный выбор налогового периода для списания безнадежных долгов.

Соответственно, заявителем необоснованно включена спорная дебиторская задолженность в состав внереализационных расходов за 2013 год.

В отношении неправомерно списанной в состав внереализационных расходов дебиторской задолженности контрагентов ООО «АванГард», ООО «Алютех-Юг», предпринимателя ФИО14, ООО «Кип», ОАО «НЭСК», ООО «Союз дизайн», ООО «ТБМ-Юг» в общей сумме 95 852,85 рубля налогоплательщиком не приведено каких-либо доводов в свою защиту в отношении обоснованности признания указанной задолженности безнадежной.

Кроме того, как установлено судом и не оспаривается заявителем, как в ходе проверки, так и в материалы дела обществом не представлено документальное подтверждение задолженности, сроков ее возникновения. Приказ на списание указанной дебиторской задолженности за 2013 год в сумме 95 852,85 рубля отсутствует.

Таким образом, при отсутствии необходимого документального подтверждения задолженности, сроков ее возникновения, результатов инвентаризации, письменного обоснования и приказа (распоряжения) руководителя о списании дебиторской задолженности у налогоплательщика отсутствуют правовые основания для ее включения в состав внереализационных расходов.

Учитывая изложенное, налоговый орган правомерно доначислил заявителю к уплате в бюджет 1 247 007 рублей налога на прибыль и 234 612,01 рубля пени.

Следовательно, требования заявителя о признании недействительным оспариваемого решения налогового органа в указанной части удовлетворению не подлежат.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны. 

Поскольку суд частично удовлетворяет заявленные обществом требования, а процессуальным законодательством не предусмотрено освобождение налоговых органов от возмещения судебных расходов другой стороне, в пользу которой принят судебный акт, подлежит применению общий порядок распределения судебных расходов, установленный главой 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Следовательно, разрешая вопрос о распределении судебных расходов, суд считает необходимым возложить на налоговый орган обязанность по возмещению заявителю 3 000 рублей судебных расходов на оплату государственной пошлины. 

Руководствуясь статьями 167-170, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

Р Е Ш И Л:

Решение Инспекции Федеральной налоговой службы № 1 по г. Краснодару от 15.01.2018 № 14-25/7-01 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения – признать недействительным в части начисления НДС в размере 15 091 645 рублей 23 копейки, пени по НДС в сумме 4 832 945 рублей 70 копеек и штрафных санкций по пункту 1 статьи 122 Налогового кодекса Российской Федерации в сумме 1 780 341 рубль.

В остальной части – в удовлетворении заявленных требований отказать.

Взыскать с Инспекции Федеральной налоговой службы № 1 по г. Краснодару (

<

...>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «ТрансЮжСтрой» (

<

...>, ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) 3 000 рублей судебных расходов по оплате государственной пошлины, уплаченной по чеку-ордеру от 14.05.2018 через ФИО7.

Выдать исполнительный лист.

 

Решение суда может быть обжаловано в Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение 1 месяца со дня его принятия.    

 

Судья                                                                                                                  Д.В. Купреев