СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

№ 17АП-15303/2017-ГК

г. Пермь

26 декабря 2017 года

Дело № А50-6211/2015

Резолютивная часть постановления объявлена 19 декабря 2017 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 26 декабря 2017 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего                   Чепурченко О.Н. 

судей						Васильевой Е.В., Нилоговой Т.С., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Малышевой Д.Д.,

при участии:

от уполномоченного органа: Истомина Е.П., служебное удостоверение, доверенность от 20.03.2017;

от Осинцева В.Ю.: Макрецова Е.О., паспорт, доверенность от 28.06.2017;

от Попова Н.И.: Сечейко С.В., паспорт, доверенность от 11.05.2017; Овчинникова А.А., паспорт, доверенность от 25.05.2017;

от Агафоновой С.И.: Сечейко С.В., паспорт, доверенность от 06.10.2015; Овчинникова А.А., паспорт, доверенность от 23.06.2017,

иные лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично путем размещения информации на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу уполномоченного органа Федеральной налоговой службы в лице Управления Федеральной налоговой службы по Пермскому краю

на определение Арбитражного суда Пермского края от 11 сентября 2017 года об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности Попова Н.И., Ли И.А., Осинцева В.Ю., Агафонова С.И., ООО «Кунгур-менеджмент»,

вынесенное судьей Субботиной Н.А. в рамках дела № А50-6211/2015 о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Кунгур-Буровой инструмент» (ОГРН 1095904015162, ИНН 5904216651),

установил:

Решением Арбитражного суда Пермского края от 12.11.2015 ООО «Кунгур-Буровой инструмент» (далее должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство; конкурсным управляющим утвержден Морозов С.А.

Определением от 26.07.2016 конкурсным управляющим ООО «Кунгур-Буровой инструмент» утвержден Андросенко Алексей Владимирович.

24 января 2017 года в арбитражный суд поступило заявление конкурсного управляющего Андросенко А.В. о привлечении к субсидиарной ответственности Попова Николая Ивановича, Ли Ивана Алексеевича, ООО «Кунгур-Менеджмент».

Определением от 30.05.2017 к участию в деле в качестве ответчиков привлечены Осинцев В.Ю., Агафонов С.И.

В порядке ст. 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (АПК РФ) конкурсный управляющий уточнил заявленные требования, просил  привлечь к субсидиарной ответственности Попова Николая Ивановича, Ли Ивана Алексеевича, Осинцева Василия Юрьевича, Агафонова Сергея Ивановича, ООО «Кунгур-Менеджмент» по обязательствам ООО «Кунгур-Буровой инструмент»; взыскать с Попова Николая Ивановича, ООО «Кунгур-Менеджмент» солидарно 815 242 241,33 руб.,  с Ли Ивана Алексеевича, ООО «Кунгур-Менеджмент» солидарно 815 242 241,33 руб., с Осинцева Василия Юрьевича, ООО «Кунгур-Менеджмент» солидарно 209 902,73 руб., с Агафонова Сергея Ивановича, ООО «Кунгур-Менеджмент» солидарно 12 509 639,03 руб.

Требования к Попову Н.И. предъявлены на основании п.п. 2, 4 ст. 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (Закон о банкротстве, Закон); к Ли И.А. на основании п. 4 ст. 10 Закона, к Осинцеву В.Ю.,  Агафонову С.И., ООО «Кунгур-Менеджмент» на основании п. 2 ст. 10 Закона. 

Попов Н.И., Осинцеву В.Ю., Агафонов С.И., Ли И.А. против удовлетворения заявления возражали, заявили о пропуске срока на подачу заявления и исковой давности.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 11.09.2017 в удовлетворении заявленных требований о привлечении к субсидиарной ответственности отказано.

Не согласившись с вынесенным определением, уполномоченный орган обратился с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить, заявленные требования удовлетворить, привлечь бывших руководителей Попова Н.И., Осинцева В.Ю., Агафонова С.И. к субсидиарной ответственности на основании п. 2 ст. 10 Закона о банкротстве.

В обоснование апелляционной жалобы уполномоченный орган указывает на то, что судом сделан вывод о том, что уже с 01.01.2013 у должника имелся признак недостаточности имущества, определенный ст. 2 Закона о банкротстве, а именно превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью его имущества, а, следовательно, обязанность по подаче заявления в арбитражный суд о признании должника банкротом возникла у Попова Н.И. не позднее 01.02.2013, у Осинцева В.Ю. – не позднее 30.06.2013, у Агафонова С.И. – не позднее 06.07.2013. Также апеллянт отмечает, что денежные поступления на счет от ООО «ВЗД Профи» по договору поставки являлись незначительными, в связи с чем заключение указанного договора не может рассматриваться в качестве возможного основания исполнения обязательств перед кредиторами; в соответствии с бухгалтерскими балансами за 2012-2013 годы  на протяжении всего периода времени конечным финансовым результатом, полученным по итогам деятельности являлся убыток (2012 – 30 334 тыс. руб.; 2013 – 54 856 тыс. руб.); наличие кредиторской задолженности говорит о том, что общество испытывало финансовые трудности на протяжении всего анализируемого периода времени; согласно данным бухгалтерских балансов, должник финансирует долгосрочные активы за счет краткосрочных ненадежных источников (кредиторской задолженности), что увеличивает риск непогашения кредиторской задолженности со всеми последствиями, включая инициирование процедуры банкротства. Также уполномоченный орган отмечает, что по результатам выездной налоговой проверки было установлено допущение должником не перечисление в бюджет НДФЛ за 2010-2012 годы, не являющихся денежными средствами должника,  незаконно использовав средства по своему усмотрению, таким образом, используемый обществом метод ведения бизнеса по неисполнению фискальных обязательств, в том числе НДФЛ, нельзя признать отвечающим принципу добросовестности и разумности, учитывая, что задолженность общества перед бюджетом на протяжении 2013-2014 многократно возросла. Основанный на таком методе план выхода из кризиса, по мнению уполномоченного органа, не является правовым и экономически обоснованным; выводы суда об обратном основаны лишь на устных пояснениях ответчиков, что не согласуется с положениями ст.ст. 8, 9 АПК РФ.     

Попов Н.И., Осинцев В.Ю., Агафонов С.И. согласно письменным отзывам против удовлетворения апелляционной жалобы возражали, ссылаясь на законность и обоснованность обжалуемого определения.

Письменных отзывов на апелляционную жалобу от иных лиц, участвующих в деле, не поступало.

В судебном заседании апелляционным судом рассмотрено ходатайство уполномоченного органа о восстановлении процессуального срока на подачу апелляционной жалобы.

Участвующие в судебном заседании представители Попова Н.И., Осинцева В.Ю., Агафонова С.И. против восстановления срока на подачу апелляционной жалобы возражали, просили производство по апелляционной жалобе прекратить.

Ходатайство уполномоченного органа о восстановлении процессуального срока на подачу апелляционной жалобы удовлетворено, о чем вынесено протокольное определение. Суд апелляционной инстанции перешел к рассмотрению апелляционной жалобы по существу. 

Представители уполномоченного органа, Попова Н.И., Осинцева В.Ю., Агафонова С.И. свои доводы и возражения поддержали соответственно.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные о месте и времени судебного разбирательства надлежащим образом явку своих представителей в суд не обеспечили, что в силу положений ст. 156 АПК РФ не препятствует рассмотрению спора в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ в пределах доводов апелляционной жалобы – привлечения Попова Н.И., Осинцева В.Ю., Агафонова С.И. к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по п. 2 ст. 10 Закона о банкротстве.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, согласно выписке из ЕГРЮЛ ООО «Кунгур-Буровой инструмент» зарегистрирован в качестве юридического лица ИФНС по Свердловскому району г. Перми 22.10.2009, обществу присвоен основной государственный регистрационный номер 109590401516. Участниками должника являются ОАО «Холдинговая компания «Кунгур», ОАО «Кунгурский машиностроительный завод». 

Согласно выписке из ЕГРЮЛ (т. 1, л.д. 110-121), лицами, осуществляющими функции единоличного исполнительного органа должника, являлись:

- в период с 25.05.2012 по 29.05.2013 – Попов Н.И.;

- в период с 30.05.2013 по 05.06.2013 – Осинцев В.Ю.; 

- в период с 06.06.2013 по 11.03.2014 – Агафонов С.И.

Как следует из устава должника, основным видом его деятельности является производство и реализация забойных двигателей и иного бурового инструмента; проведение научно-исследовательских, конструкторских и технологических работ; проектно-изыскательская, проектно-конструкторская и проектно-сметная деятельность.

За период конкурсного производства требования, включенные в реестр требований кредиторов ООО «Кунгур-Буровой инструмент» в общей сумме 813 858 365,13 руб. не погашались.

Непогашенные требования кредиторов, включенные в реестр, а также требования по текущим платежам, составляют 814 781 378,33 руб.

Средств для погашения требований кредиторов за счет имущества должника оказалось недостаточно.

Поскольку по результатам конкурсного производства установлена невозможность удовлетворения требований кредиторов, обязанность по подаче заявления в арбитражный суд о признании должника банкротом должна была быть исполнена Поповым Н.И. не позднее 01.02.2013, Осинцевым В.Ю. – не позднее 30.06.2013, Агафоновым С.И. – не позднее 06.07.2013, в связи с наличием признаков неплатежеспособности по состоянию на 01.01.2013 и несоответствия нормативам коэффициентов оценки финансового состояния должника, конкурсный управляющий обратился с рассматриваемым заявлением о привлечении Попова Н.И., Осинцева В.Ю., Агафонова С.И. к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на основании п. 2 ст. 10 Закона о банкротстве за неподачу заявления о признании должника банкротом.

С учетом расшифровки, представленной уполномоченным органом, размер обязательств, возникших по истечении месяца с даты возникновения обязанности по подаче заявления 01.02.2013, составит в общей сумме 14 992 894,44 руб., в том числе:

- требования по обязательным платежам 6 361 023,89 руб. (налоги взносы, начиная с 3 квартала 2013 года);

- требования ООО «Производственно-коммерческая фирма «УралРеалХим» 3 419,33 руб. (дата возникновения 28.05.2013);

- требования ООО «УралСтрой» 11 475,55 руб. (дата возникновения с 08.02.2013 по 11.06.2013);

- требования ОАО «Кунгурский машиностроительный завод» 8 248 854 руб. (дата возникновения с 11.02.2013 по 19.12.2013);

- требования ООО «ОТК Сервис» 209 902,73 руб. (дата возникновения 03.06.2013);

- требования Пермская торгово-промышленная палата 7 200 руб. (дата возникновения 19.02.2014);

- требования ООО «Радиус-Сервис» 151 018,94 руб. (дата возникновения 20.06.2013).

Отказывая в удовлетворении заявления в указанной части, суд первой инстанции исходил из недоказанности совокупности обстоятельств, позволяющих возложить на указанных конкурсным управляющим лиц ответственность в виде привлечения их к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. 

Исследовав имеющиеся в деле доказательства в порядке ст. 71 АПК РФ, оценив доводы апелляционной жалобы, выслушав пояснения лиц, участвующих в процессе, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены обжалуемого определения в силу следующего.

Согласно п. 1 ст. 9 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве, Закон) руководитель должника обязан обратиться в арбитражный суд с заявлением должника о собственном банкротстве в случае, если:

удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;

должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества;

а также в иных случаях, предусмотренных Законом о банкротстве.

Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд на основании п. 1 ст. 9 Закона не позднее чем через месяц со дня возникновения соответствующих обстоятельств (п. 2 ст. 9 Закона).

Такого основания для возникновения обязанности по подаче заявления, как несоответствие нормативным коэффициентам, характеризующим платежеспособность п. 1 ст. 9 Закона не содержит.

В силу п. 2 ст. 10 Закона нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в порядке, который установлен ст. 9 Закона, влечет за собой субсидиарную ответственность руководителя должника по обязательствам последнего, возникшим после истечения месячного срока, предусмотренного п. 2 ст. 9 Закона о банкротстве.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве.

Согласно абзацу тридцать третьему ст. 2 Закона о банкротстве под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника. В соответствии с абзацем тридцать четвертым названной статьи под неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.

Из указанных норм следует, что возможность привлечения лиц, перечисленных в п. 2 ст. 10 Закона о банкротстве, к субсидиарной ответственности возникает при наличии одновременного ряда указанных в Законе условий: возникновения одного из перечисленных в п. 1 ст. 9 названного Закона обстоятельств; неподачи обязанным лицом заявления о банкротстве должника в течение месяца с даты возникновения соответствующего обстоятельства; обязательств должника, по которым привлекаются к субсидиарной ответственности лицо (лица) перечисленные в п. 2 ст. 10 Закона о банкротстве, возникшие после истечения срока, предусмотренного ст. 9 Закона о банкротстве.

При исследовании совокупности указанных обстоятельств следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, упомянутых в п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве.

Указанная правовая позиция сформирована в «Обзоре судебной практики Верховного Суда РФ № 2 (2016)», утвержденном постановлением Президиума Верховного Суда РФ от 06.07.2016.

При этом следует учитывать, что обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает с момента, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличия одного из обстоятельств, указанных в п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве.

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве, не свидетельствует об объективном банкротстве, и он несмотря на временные финансовые затруднения добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, руководитель с учетом общеправовых принципов юридической ответственности (в том числе предполагающих по общему правилу наличия вины) освобождается от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах.

Судом первой инстанции из материалов дела установлено, что согласно данным бухгалтерского баланса должника на 01.01.2013 совокупные активы должника составили 104 797 тыс. руб., обязательства 135 121 тыс. руб.

Превышение размера обязательств над стоимостью активов сохраняется и в последующие периоды (стр. 13 анализа финансового состояния). В частности на 01.01.2014 активы составляют 19 463 тыс. руб., обязательства 74 309 тыс. руб.; на 01.01.2015 активы составляют 14 379 тыс. руб., обязательства 69 118 тыс. руб.

Следовательно, на 01.01.2013 у должника имелся признак недостаточности имущества, определенный в ст. 2 Закона о банкротстве как превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника.

Вместе с тем, судом апелляционной инстанции принята во внимание правовая позиция, изложенная в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 18.07.2003 № 14-П, по смыслу которой формальное превышение размера кредиторской задолженности над размером активов, отраженное в бухгалтерском балансе должника, не является свидетельством невозможности предприятия исполнить свои обязательства и не может рассматриваться как единственный критерий, характеризующий финансовое состояние должника, и, соответственно, не порождает у руководителя предприятия обязанности по подаче заявления должника.   

Доказательств прекращения расчетов по обязательствам денежными средствами по состоянию на 01.01.2013 суду не представлено. 

Также из материалов дела следует, что должник входил в группу предприятий «Кунгур» (т. 2, л.д. 146), которая имела планы по развитию производства.

В начале 2013 года должник активно осуществлял производственную деятельность, имелся сформированный портфель заказов. 

В частности из финансового анализа должника также усматривается, что основным видом деятельности должника являлось производство машин и оборудования для добычи полезных ископаемых и строительства.

В период деятельности Попова Н.И. численность работников должника составляла в 2012 году – 135 человек, в 2013 году – 60 человек. Выручка от основного вида деятельности составила за 2012 год – 95 млн. руб., за 2013 год – 68 млн. руб.

Из анализа финансового состояния также усматривается, что у должника действительно был сформирован достаточно объемный портфель заказов с различными контрагентами, заключены договоры с поставщиками материалов (стр. 34-35, 36 анализа финансового состояния).

Заключение новых договоров поставки подтверждается договорами поставок № 220 от 10.04.2013 и № 14/П/2013 от 14.05.2013 с ООО «ВЗД Профи» и спецификациями к ним, согласно которым в результате их исполнения должник должен был получить денежные средства на общую сумму порядка около 26 млн. руб.

Согласно данным бухгалтерских балансов должник действительно на конец отчетных периодов располагал денежными средствами. 

При этом должник продолжал производить расчеты по обязательствам, в том числе по обязательным платежам. Данное обстоятельство подтверждается данными бухгалтерских балансов, а именно по состоянию на 01.01.2013 долгосрочные обязательства составляли 59 млн. руб., и уменьшились на 01.01.2014 до 19 млн. руб.; по состоянию на 01.01.2013 краткосрочные обязательства составляли 75 млн. руб., и уменьшились на 01.01.2014 до 54 млн. руб.

Из представленной в материалы дела расшифровки задолженности по обязательным платежам, включенным в реестр требований кредиторов должника усматривается, что во вторую очередь реестра требований кредиторов включены требования уполномоченного органа в размере 11 268 372,72 руб. основного долга (НДФЛ), в третью очередь – 6 361 023,89 руб. основного долга, 5 557 476,80 руб. пени, 432 919,40 руб. штрафов.

Вместе с тем, обязательства по не уплате налоговым агентом в бюджет налога на доходы физических лиц в общей сумме 11 268 372,72 руб. определен за период 2010-2012 годы, то есть до назначения привлекаемых лиц к ответственности. О наличии данной неуплаты стало известно лишь после проведения выездной налоговой проверки оформленной актом от 21.10.2014, то есть после прекращения указанными лицами обязанностей единственного исполнительного органа должника (решение ИФНС России по Свердловской области о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения № 16-38/40/22631 дпс от 12.12.2014). 

При этом в указанном решении налогового органа указано, что доначисление налогов произошло по неосторожности; налогоплательщик, применяя налоговое законодательство, полагал, что правильно исчисляет налоги; действу добросовестно, налогоплательщик не предполагал, что суммы налогов исчислены неверно, в случаях проявления им должной осмотрительности. Вышеуказанный факт свидетельствует о том, что налогоплательщик не совершал сознательно противоправных деяния, направленные на причинение какого либо ущерба бюджету – государственной казне, посредством неуплаты налогов (стр. 41 решения налогового органа – т. 3, л.д. 38).

Кроме того, как отмечено самим налоговым органом в решении со дня налогового правонарушения по уплате налогов за 2010 год и с января по ноябрь 2011 года истекли 3 года (срок давности).

Требования уполномоченного органа, включенные в третью очередь реестра требований кредиторов должника, возникли в связи с неисполнением должником обязательств по уплате налогов (НДС, налог на имущество организации) начиная с 3 квартала 2103 года. То есть до 3 квартала 2013 года должник осуществлял уплату налогов, взносов.

Текущие налоги по НДФЛ ответчиками уплачивались. Задолженность по заработной плате у должника отсутствует; выходные пособия при сокращении штатной численности выплачивались работникам в полном объеме.

Также следует иметь ввиду, что согласно постановлению Конституционного Суда Российской Федерации от 08.12.2017 № 39-П, поскольку размер причиненного налоговым правонарушением вреда определяется размером налога, а сам налог определяется с учетом того, кто является налогоплательщиком – физическое или юридическое лицо, взыскание с физического лица вреда в размере налоговой недоимки и пени, рассчитанной в соответствии с предусмотренными налоговым законодательством для юридических лиц показателями, может приводить к возложению на физическое лицо заведомо невыполнимых обязанностей и непропорциональной совершенному деянию ответственности, вопреки целям возмещения вреда как дополнительного (по отношению к предусмотренным налоговым законодательством механизмам исполнения налоговых обязательств самим налогоплательщиком) правового средства защиты прав и законных интересов публично-правовых образований, то есть к нарушению указанных конституционных принципов.

Как верно отмечено судом первой инстанции причинами, повлиявшими на убыточную деятельность и сворачивание производственной деятельности, согласно выводам по результатам анализа финансового состояния (стр. 44) являются снижение выручки от продаж по причине финансово-экономического кризиса, прекращение осуществления производственно-хозяйственной деятельности в рамках кооперации с группой предприятий «Кунгур» и др.

В ходе процедуры наблюдения временным управляющим было установлено, что производственная деятельность всей группы предприятий, включая должника, была свернута в конце 2014 года, начале 2015 года.

Об отсутствии явно выраженных признаков банкротства должника и возможность восстановления его платежеспособности в 2013 году усматривается из того, что дополнительными соглашениями к договорам о предоставлении кредитной линии Сбербанком осуществлялось неоднократное продление сроков полного погашения кредита.  

Также нельзя не принимать во внимание, что основным кредитором, по заявлению которого возбуждено дело о банкротстве является Сбербанк требования, которого включены в реестр требования кредиторов должника в размере 768 455 202,28 руб., не по личным обязательствам должника, а по обязательствам, вытекающим из договора поручительства от 10.09.2012 основного заемщика. Обязанность должника перед Сбербанком возникла после прекращения у привлекаемых к ответственности лиц обязанностей единоличного исполнительного органа должника.  

Оснований полагать, что в 2013 году должник не имел возможности рассчитаться по личным обязательствам, у суда апелляционной инстанции не имеется.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции согласился с выводом суда, что в данном конкретном случае не усматривается недобросовестного бездействия ответчиков по подаче заявления о признании должника банкротом. Действия руководителей по продолжению производственно-хозяйственной деятельности соответствовали общим планам группы предприятий. Доказательств обратного суду не представлено и из материалов дела не усматривается. 

Доказательств того, что ответчиками заключались сделки направленные на причинение вреда (вывод активов должника) материалы дела не содержат.

В таких условиях вина руководителей заявителем не доказана (ст. 65 АПК РФ).

Установленные судом обстоятельства с учетом общеправовых принципов юридической ответственности, являются основанием для освобождения от субсидиарной ответственности.

Кроме того, как обоснованно отмечено судом первой инстанции, относительно заявленного требования к Осинцеву В.Ю., последний фактически не имел возможности исполнить обязанность по подаче заявления ввиду кратковременного нахождения в должности (6 дней).

Учитывая приведенные выше нормы права и установленные по делу обстоятельства, у суда первой инстанции не имелось оснований для привлечения Попова Н.И., Осинцева В.Ю., Агафонова С.И. к субсидиарной ответственности по обязательствам должника за неподачу заявления о признании должника банкротом.

Более того, ответчики принимали все меры для восстановления платежеспособности должника как антикризисные управляющие, пытались сохранить производственную деятельность и сохранить рабочие места, что особенно значимо в условиях небольшого города, при этом не допустили задержек или невыплату заработной платы и выходных пособий. 

Доказательств того, что ответчики в период своей деятельности выбрали такую стратегию бизнеса, при которой налоги не уплачиваются, но компания при этом продолжает рассчитываться с контрагентами,  материалы дела не содержат. Напротив, материалы дела свидетельствуют о добросовестности руководителей при ведении производственной деятельности в рассматриваемый период .

Доводы, приведенные уполномоченным органом в апелляционной жалобе, подлежат отклонению как несостоятельные и основанные на неверном толковании норм действующего законодательства с учетом приведенных выше норм права и установленных по делу обстоятельств. 

Обстоятельств, которые бы могли повлиять на принятое решение и повлечь отмену или изменение обжалуемого судебного акта, в апелляционной жалобе не приведено.

Оснований, предусмотренных ст. 270 АПК РФ для отмены (изменения) определения суда от 11.09.2017, с учетом приведенных в апелляционной жалобе доводов, судом апелляционной инстанции не установлено. Нарушение или неправильное применение норм материального или процессуального права судом первой инстанции не допущены. 

Апелляционная жалоба удовлетворению не подлежат. 

Уплата государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы на обжалуемое определение налоговым законодательством не предусмотрена.

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Пермского края от 11 сентября 2017 года по делу № А50-6211/2015 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Пермского края.

Председательствующий

О.Н. Чепурченко 

 

Судьи

Е.В. Васильева 

 

Т.С. Нилогова