ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 18АП-3911/2022

г. Челябинск

22 августа 2022 года

Дело № А47-6362/2016

 

Резолютивная часть постановления объявлена 15 августа 2022 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 22 августа 2022 года.

 

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи Румянцева А.А.,

судей Курносовой Т.В., Поздняковой Е.А.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,  

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу акционерного общества Коммерческий банк «Москоммерцбанк» на определение Арбитражного суда Оренбургской области от 01.03.2022 по делу № А47-6362/2016 об отказе в признании недействительными торгов.

В судебное заседание явились представители:

акционерного общества КБ «Москоммерцбанк» - ФИО2 (паспорт; доверенность от 24.01.2022 сроком до 31.01.2023); 

ФИО3 -  ФИО4 (паспорт; доверенность от 23.05.2022 сроком на 10 лет).

 

Определением Арбитражного суда Оренбургской области от 30.06.2016 на основании заявления индивидуального предпринимателя ФИО5 возбуждено дело о признании общества с ограниченной ответственностью Производственная компания «Сарепта-ПомидорПром» (далее – должник, ООО ПК «Сарепта-ПомидорПром») несостоятельным (банкротом).

Решением Арбитражного суда Оренбургской области от 11.10.2016 (резолютивная часть от 06.10.2016) требование кредитора признано обоснованным, в отношении ликвидируемого должника – ООО ПК «Сарепта-ПомидорПром» введено конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО6, член Союза «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Альянс».

Информационное сообщение о введении в отношении должника процедуры банкротства опубликовано в официальном издании газеты «Коммерсантъ» № 192 от 15.10.2016.

В арбитражный суд 14.06.2019 поступило заявление общества с ограниченной ответственностью «Мегаполис» (далее – заявитель) о признании недействительными торгов по продаже имущества ООО ПК «Сарепта-ПомидорПром», состоявшихся в форме публичного предложения 03.05.2019.

Кредитор - общество с ограниченной ответственностью «Бизнес-Столица» (далее – общество «Бизнес-Столица», созаявитель) 08.08.2019 обратился с самостоятельным заявлением, в котором просил признать недействительными торги по продаже имущества общества ПК «Сарепта-ПомидорПром», состоявшиеся в форме публичного предложения 03.05.2019.

Определением суда от 13.08.2019 общество с ограниченной ответственностью «Бизнес-Столица» привлечено к участию в споре в качестве созаявителя.

Определением суда от 05.09.2019 акционерное общество Коммерческий банк «Москоммерцбанк» (далее – АО КБ «Москоммерцбанк», Банк, созаявитель) привлечен к участию в споре в качестве созаявителя.

Определением Арбитражного суда Оренбургской области от 27.05.2020 в удовлетворении заявленных требований отказано.

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.10.2019 (резолютивная часть от 06.10.2019) определение суда первой инстанции от 27.05.2019 оставлено без изменения.

Постановлением Арбитражного суда Уральского округа от 02.02.2021 (резолютивная часть от 28.01.2021) вышеуказанные судебные акты отменены, обособленный спор направлен на новое рассмотрение.

По итогам повторного рассмотрения заявленных требований определением Арбитражного суда Оренбургской области от 17.06.2021 (резолютивная часть от 10.06.2021) в удовлетворении заявленных требований отказано.

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.08.2021 определение суда первой инстанции от 17.06.2021 оставлено без изменения.

Постановлением Арбитражного суда Уральского округа от 16.11.2021 вышеуказанные судебные акты отменены, обособленный спор направлен на новое рассмотрение.

Направляя рассматриваемый спор на новое рассмотрение, судкассационной инстанции указал на необходимость оценки доводовзаявителей о том, что без сети паропровода, через которую подавалсяпар из котельной завода в цеха для консервирования, узла учета пара,который    установлен на указанном паропроводе, пожарного трубопровода, предназначенного для подачи воды из пожарных резервуаров в цеха в случае чрезвычайной ситуации, пожарной сигнализации, расположенной как в цехах, так и в административном корпусе и пожарного резервуара невозможно полноценное функционирование производственного предприятия.

Кроме того, судами не приняты во внимание доводы оневозможности продажи внутриплощадочных дорог (асфальтовогопокрытия), заборов, исходя из их целевого назначения, связи с землей,невозможности их перемещения без несоразмерного ущерба с учетомположений статей 130, 133, 135 Гражданского кодекса РоссийскойФедерации, и негативного влияния  подобных действий на производственный цикл предприятия, способность дальнейшего использования  имущества  в  соответствии  с  его  целевым назначением, при том, что аналогичная позиция отражена в постановлениях Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24.09.2013 N 1160/13 по делу N А76-1598/2012, от 17.01.2012 по делу N 4777/08 и определениях Верховного Суда Российской Федерации от 23.01.2015 N 305-ЭС14-7970 по делу N А40-94643/13, от 03.12.2008 N 9-Г08-19).

Судами также не исследована возможность реализации имущества должника с учетом доводов общества «Москоммерцбанк» о том, что при продаже имущества на спорных торгах, продано, в том числе и имущество, принадлежащее Банку.

Кроме того, суды не приняли во внимание, доводы общества «Москоммерцбанк» о том, что спорный объект создан не как простое соединение отдельных объектов - здания и оборудования - сохраняющих и после такого соединения статус самостоятельных объектов оборота, а как единая вещь, части которой после их соединения не могут рассматриваться как самостоятельные вещи.

Судами не дано оценки доводам о том, что рассматриваемыйобъект и производственно-технологическое оборудование с моментаввода в эксплуатацию использовались по единому назначению.Разрешая спор, суды не исследовали вопрос возможности (невозможности) отдельной эксплуатации объектов недвижимости общества «Москоммерцбанк» и сети паропровода, через которую подавался пар из котельной завода в цеха для консервирования, узла учета пара, который установлен на указанном паропроводе, пожарного трубопровода, предназначенного для подачи воды из пожарных резервуаров в цеха в случае чрезвычайной ситуации, пожарной сигнализации, расположенной как в цехах, так и в административном корпусе, и пожарного резервуара, помещения трансформаторной подстанции и здания блока насосной станции и реагентного хозяйства без причинения вреда, как зданиям, так и объектам, выставленным на продажу при проведении спорных торгов с учетом положений статьи 133, 135 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Помимо этого, не были приняты во внимание и не получили правовой оценки доводы о невозможности продажи склада как строительных материалов в связи с отсутствием регистрации прав на данный объект как на объект недвижимости, поскольку в рамках рассмотрения дела N А47-6492/2017 установлено, что этот склад возведен на земельном участке, арендованном должником, его строительство завершено и при его возведении, как было пояснено суду, оформлялась разрешительная документация.

Определением Арбитражного суда Оренбургской области от 01.03.2022 в удовлетворении заявленных требований отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, ОА КБ «Москоммерцбанк» обратился с апелляционной жалобой, ссылаясь на то, что  установив факт того, что все же реализованное имущество составляет единый имущественный комплекс, расположенный в одном месте и объединенный единой технологической целью - производство и переработка плодоовощной продукции - суд первой инстанции подтвердил тот факт, что именно Банк, является собственником объектов недвижимости представляющих собой производственный комплекс зданий и сооружений, предназначенных для изготовления консервированной продукции расположенных по адресу: 

<

...> - не отдельно стоящих зданий сооружений, а именно производственного комплекса. Однако, суд не указал, чем же была предусмотрена возможность реализации неделимой вещи - имущественного комплекса в данном конкретном случае ее составными частями.

Конкурсный кредитор, узнал и то, что конкурсный управляющий ООО «ПК «Сарепта-ПомидорПром» в составе лота не залогового имущества, принадлежащего должнику, продал принадлежности указанного производственного комплекса, без которого принадлежащие Банку объекты недвижимости не могут функционировать как производственное предприятие, узнал из публикации на сайте ЕФРСБ от 4 апреля 2019 года. Банк своевременно обратился в суд за защитой нарушенных прав с заявлением о признании торгов недействительными и с сентября 2019 года отстаивает свои права как конкурсного кредитора в рамках действующего законодательства, руководствуясь надлежащими нормами права.

Податель жалобы также указал, что имущество, отраженное в лоте как строительные материалы от утилизации объектов недвижимости: забор металлический; навес лит Г50; забор кирпичный; металлоконструкции (двутавровые балки, швеллера, уголки, листы) склада промежуточного хранения, в действительности представляет собой единый, пригодный для использования в качестве склада производственный объект - Склад №1, находящийся на территории общества ПК «Сарепта-ПомидорПром» по ул. Бахтурова, Д- 2 г. Волгоград. Однако, судом сделан вывод о том, что объект завершенного строительством - склад промежуточного хранения стоимостью 7 682 946 руб. 50 коп. ни предметом торгов, ни предметом договора купли-продажи, заключенного по их результатам, не являлся. В то время как, в ходе всех судебных разбирательств Банк, как и стороны процесса неоднократно доводили свою позицию до судов первой и последующих инстанций, предоставляя доказательства того, что администрацией города Волгограда давалось разрешение на строительство объекта капитального строительства «Склада №1» на территории ООО ПК «Сарепта-ПомидорПром» (ответ администрации Волгограда департамента по градостроительству и архитектуре от 31 октября 2019 года №ар14896-19), что именно этот склад был выставлен в лоте на продажу как стройматериалы, что именно об этом объекте шла речь (и это подтверждал сам конкурсный управляющий, так же ФИО3, как покупатель высказывал намерения разобрать склад и вывезти строительные материалы с территории производственного комплекса).

Полагает, что системы теплоснабжения, пожарно-охранной сигнализации, канализационно-водопроводного хозяйства, здание трансформаторной подстанции и реагентного хозяйства входили в единый имущественный комплекс и были предназначены для его обслуживания, их возможный демонтаж приведет к невозможности  функционирования имущественного комплекса.

Также податель жалобы указал на отсутствие решений Кредиторов о реализации имущественного комплекса Должника четырьмя различными частями.

Считает, что вывод суда о том, что ООО «Мегаполис» уже осуществляет фактический контроль за имущественным комплексом должника не соответствует фактическим обстоятельствам.

Также податель жалобы указал, что вопрос о признании торгов недействительными заявлен в связи с тем, что при проведении оспариваемых торгов объединение разнородного имущества в один лот привело к необоснованному ограничению количества потенциальных участников торгов, что, в свою очередь, негативно сказалось на цене продажи, поскольку вероятность реализации разнородного имущества должника единым лотом значительно ниже, чем в случае его разделения на несколько лотов. 

В суде апелляционной инстанции Банк указал, что системы пожарной сигнализации, паропровод являются принадлежностью имущества, находящегося в собственности Банка.

Судебной коллегией в соответствии со статьями 262, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации приобщены к материалам дополнительные доказательства от АО КБ «Москоммерцбанк» в виде иллюстраций, поскольку подтверждаемые ими обстоятельства входят в предмет исследования по настоящему обособленному спору и подлежат оценке в целях принятия законного и обоснованного решения. 

В судебном заседании АО КБ «Москоммерцбанк» с определением суда не согласился, считает его незаконным и необоснованным. Просил определение отменить, апелляционную жалобу удовлетворить; представитель ФИО3 с доводами апелляционной жалобы не согласился, просил определение оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, уведомленные о времени и месте судебного разбирательства посредством почтовых отправлений, а также размещения информации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в судебное заседание не явились.

В соответствии со статьями 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) апелляционная жалоба рассмотрена судом апелляционной инстанции в отсутствие иных лиц, участвующих в деле.

 

Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Как установлено судами и следует из материалов дела, конкурсную массу должника составлял имущественный комплекс завода по переработке и изготовлению плодоовощной продукции, расположенный по адресу: 

<

...>.

Имущество, составляющее вышеуказанный имущественный комплекс, частично находилось в залоге у следующих кредиторов:

- Акционерного общества «Акционерный коммерческий банк «КОР» (далее – общество «Акционерный коммерческий банк «КОР») в сумме 52 617 207 руб. 65 коп. (определение суда от 02.12.2016);

- Публичного акционерного общества «Балтийский инвестиционный банк» (далее – общество «Балтийский инвестиционный банк») в сумме 169 072 290 руб. 96 коп. (определение суда от 17.12.2016). Впоследствии, определениями суда от 12.02.2018 года, произведена процессуальная замена залогового кредитора (банка) на общество с ограниченной ответственностью «Витера» (далее – общество «Витера»), а определением суда от 14.06.2018 (с учетом определения суда от 05.07.2018) залоговым кредитором должника стало общество «Мегаполис»;

- Акционерного общества «НБК-Банк» (далее – общество «НБК-Банк») в сумме 300 641 657 руб. 01 коп. (определение суда от 17.12.2016).

Порядок и условия реализации имущества, находящегося в залоге у общества «НБК-Банк» (правопреемник Общество «Москоммерцбанк»), общества «Балтийский инвестиционный банк» (правопреемники общества «Витера» и «Мегаполис»), общества «Акционерный коммерческий банк «КОР», утверждены соответствующими залоговыми кредиторами. Порядок реализации оставшегося незалогового имущества утвержден решением комитета кредиторов должника от 18.09.2018.

Судами установлено и следует из материалов обособленного спора, что реализация имущества осуществлялась в следующем порядке:

- 07.12.2017 залоговым кредитором обществом «НБК-Банк» (правопредшественник заявителя по спору - общества «Москоммерцбанк») было утверждено Положение о порядке, сроках и условиях реализации имущества должника находящегося в залоге (недвижимого имущества). В состав лота включены:

Часть сооружения подъездные железнодорожные пути (железнодорожная ветка) (часть пути № 1) Общая протяженность 189,94 кв.м

Здание цеха расфасовки масел с двумя пристройками (в т.ч. встроенная часть здания цеха расфасовки масел) 2478,1 кв.м.

Здание производственного корпуса фасовок горчицы 870,3 кв.м.

Здание склада 1046,3 кв.м.

Здание склада с административно-бытовым корпусом 4461,8 кв.м.

Здание бокса-бытовки 349 кв.м.

Здание бокса-бытовки с пристройкой 271,3 кв.м.

Здание корпуса парокотельной 1048,5 кв.м.

Право аренды на земельный участок, из земель населенных пунктов, с кадастровым номером 34:34:080109:15, местоположение: Волгоградская область, г.Волгоград, Красноармейский район, ул.им.Бахтурова, 2, разрешенное использование: для эксплуатации зданий производственного корпуса фасовок горчицы, цеха расфасовки масел с двумя пристройками, бокса-бытовки с прстройкой, корпуса парокотельной, склада с административно-бытовым корпусом, бокса-бытовки, склада, корпуса вспомогательных служб с пристройкой, общей площадью 39733 кв.м.

- 26.12.2017 указанное Положение опубликовано на сайте ЕФРСБ;

- 26.12.2017 опубликовано сообщение о проведении первых торгов, по продаже имущества должника, находящегося в залоге у общества «НБК-Банк»;

-21.02.2018 залоговыми кредиторами акционерным обществами «Акционерный коммерческий банк «КОР» и «Витера» утверждено Положение о порядке, сроках и условиях реализации имущества должника находящегося в залоге. В состав лота включено следующее имущество ООО ПК «Сарепта-ПомидорПром» (в залоге АО «НБК-Банк»):

Лот № 1 – 83814606руб. без НДС, объекты недвижимости находящиеся по адресу: 

<

...>.

Часть сооружения подъездные железнодорожные пути (железнодорожная ветка) (часть пути № 1) общей протяженностью 189,94 п.м., Здание цеха расфасовки масел с двумя пристройками (в т.ч. встроенная часть здания цеха расфасовки масел), общей площадью - 2478,1кв.м. (далее по тексту S), Здание производственного корпуса фасовок горчицы S - 870,3 кв.м., Здание склада S-1046,3 кв.м., Здание склада с административно бытовым корпусом S - 4461,8 кв.м., Здание бокса-бытовки S - 349 кв.м., Здание бокса-бытовки с пристройкой S - 271,3 кв.м., Здание корпуса парокотельной S - 1048,5 кв.м., Право аренды на земельный участок из земель населенных пунктов, с кад.№ 34:34:080109:15, S – 39733 кв.м., местоположение: Волгоградская обл., г.Волгоград, Красноармейский р-н, ул.им.Бахтурова, разрешенное использование: для эксплуатации зданий производственного корпуса фасовок горчицы, цеха расфасовки масел с двумя пристройками, бокса-бытовки с пристройкой, корпуса парокотельной, склада с административно-бытовым корпусом, бокса-бытовки, склада, корпуса вспомогательных служб с пристройкой;

- 22.02.2018 опубликовано сообщение о признании первых торгов, по продаже имущества должника, находящегося в залоге общества «НБК-Банк» несостоявшимися и назначении повторных торгов;

- 14.03.2018 опубликовано объявление о проведении первых торгов, по продаже имущества должника, находящегося в залоге у акционерного общества «Акционерный коммерческий банк «КОР» по лоту № 1 (код лота РАД-131226) и находящемуся в залоге у общества «Витера» (как правопреемника публичного общества «Балтийский инвестиционный банк») по лоту № 2 (код лота РАД- 131227);

- 26.04.2018 опубликовано сообщение о том, что по результатам первых торгов, по продаже имущества должника, находящегося в залоге у общества «Акционерный коммерческий банк «КОР» по лоту № 1 торги признаны несостоявшимися. Единственному участнику торгов обществу «Мегаполис» направлено предложение о заключении договора купли-продажи. По лоту № 2 торги признаны несостоявшимися по причине отсутствия заявок, назначены повторные торги;

- 14.05.2018 опубликовано сообщение о признании повторных торгов по продаже имущества должника, находящегося в залоге общества «НБК-Банк» несостоявшимися;

- 05.06.2018 между конкурсным управляющим ФИО6 и обществом «Мегаполис» был заключен договор купли-продажи имущества должника по лоту № 1 (код лота РАД-131226) технологическое оборудование должника, находившееся в залоге АО «Банк КОР» в количестве 22 единиц (т. 4 л.д. 83-84, т. 7 л.д. 57-62);

- 18.06.2018 опубликовано сообщение о признании повторных торгов по продаже имущества должника, находящегося в залоге у общества «Витера» по лоту № 2 несостоявшимися;

- 19.07.2018 залоговым кредитором – АО КБ «Москоммерцбанк» (как правопреемником АО «НБК-Банк») принято решение об оставлении залогового имущества должника за собой (т.2 л.д. 110-111). Предметом передачи явились 9 объектов недвижимого имущества и право аренды на земельный участок, на котором располагались объекты недвижимого имущества.

- 31.07.2018 опубликовано сообщение о проведении торгов путем публичного предложения по продаже имущества должника, находящегося в залоге у общества «Витера» по лоту № 2;

- 29.08.2018 ООО «Мегаполис», как правопреемник ООО «Витера», принял решение об оставлении залогового имущества, явившегося предметом торгов по лоту № 2 (код лота РАД-131227) за собой (т. 5 л.д. 115). Предметом передачи являлось различное технологическое оборудование должника в количестве 218 единиц (т. 5 л.д. 92-107, 115, т. 7 л.д. 42-55).

- 29.08.2018 опубликовано сообщение о признании торгов путем публичного предложения по продаже имущества должника, находящегося в залоге у общества «Витера» по лоту № 2 несостоявшимися и решении общества «Мегаполис», как правопреемника общества «Витера», об оставлении залогового имущества за собой;

- 03.09.2018 опубликовано сообщение о том, что залоговым кредитором обществом «Москоммерцбанк» (как правопреемником общества «НБК-Банк») принято решение об оставлении предмета залога за собой;

- 06.12.2018 опубликовано сообщение Об определении начальной продажной цены, утверждении порядка и условий проведения торгов по реализации предмета залога, порядка и условий обеспечения сохранности предмета залога (без указания залогового кредитора). При этом в самом опубликованном сообщении содержится информация о сформированных лотах в отношении спорного имущества. Само Положение о продаже незалогового имущества, утвержденное комитетом кредиторов должника 18.09.2018 представлено конкурсным управляющим в материалы спора, информация об утверждении Положения опубликована 26.09.2018;

- 13.12.2018 опубликовано сообщение о проведении первых торгов по реализации имущества должника, не обремененного залогом;

- 01.02.2019 опубликовано сообщение о признании первых торгов по реализации имущества должника, не обремененного залогом, несостоявшимися и назначении повторных торгов;

- 04.04.2019 опубликовано сообщение о признании повторных торгов по реализации имущества должника, не обремененного залогом, несостоявшимися и назначении торгов путем публичного предложения;

- 16.05.2019 опубликовано сообщение о признании торгов путем публичного предложения по реализации имущества должника, не обремененного залогом, состоявшимися, определен победитель торгов - ФИО3

- 23.05.2019 заключен договор купли-продажи с победителем торгов-ФИО3 Денежные средства в общей сумме 3 513 096 перечислены покупателем в конкурсную массу должника (т. 11 л.д. 143-155).

Обращаясь с заявлениями о признании торгов недействительными, заявители указывали, что описание лота не соответствовало описанию оценки имущества должника, предназначенного для реализации в ходе торгов, в состав лота было включено разнородное имущество (объекты недвижимого имущества, транспортные средства, оборудование линий по производству консервированной плодоовощной продукции), в ходе торгов было раздельно продано имущество, являющееся принадлежностью других основных вещей, размер снижения цены в ходе торгов был чрезмерно большим, что привело к ограничению числа потенциальных участников торгов, существенному снижению цены продажи, обращая внимание, что перечень имущества, реализованного в ходе торгов, частично совпадает с перечнем имущества приобретенного обществом «Мегаполис» ранее по договору купли-продажи от 05.06.2018.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции исходил из отсутствия доказательств подтверждающих наличие нарушений при проведении торгов, отмечая, что решениями залоговых кредиторов и комитета кредиторов должника в том числе и решением от  18.09.2018 установлен порядок реализации единого имущественного комплекса должника различными частями по отдельности, который лицами, участвующими в деле, не оспорен, обращая внимание, что в состав комитета кредиторов должника с 16.08.2018 входят генеральный директор и представитель общества «Мегаполис», которые не могли не знать о реализации спорного имущества в таком порядке, при этом, данные лица не заявляли возражений относительно Положения при его утверждении. Кроме того, судом установлено, что принимаемые конкурсными      кредиторами решения, были сопряжены со злоупотреблениями правом, а именно-механизм процедуры проведения торгов имущества должника (предполагающий продажу имущества по наиболее высокой цене, минимизацию издержек на организацию и проведение торгов, достижению максимального экономического эффекта при продаже имущества должника) был использован для приобретения имущественного комплекса должника тем самым одним единственным лицом-мажоритарным кредитором ООО «Мегаполис» по максимально заниженной цене.

Так, отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции исходил из отсутствия доказательств подтверждающих наличие нарушений при проведении торгов.  

В силу статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В силу статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

В соответствии с частью 1 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Как разъяснено в пункте 18 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63), в силу статьи 449 Гражданского кодекса Российской Федерации торги, проведенные с нарушением правил, установленных законом, могут быть признаны судом недействительными по иску заинтересованного лица; признание торгов недействительными влечет недействительность договора, заключенного с лицом, выигравшим торги. Следовательно, торги являются способом заключения договора, а признание их недействительными влечет недействительность договора, заключенного с лицом, выигравшим торги. По этой причине предъявление требования о признании недействительными торгов означает также предъявление требования о признании недействительной сделки, заключенной по результатам торгов.

В связи с этим требование арбитражного управляющего и любого другого заинтересованного лица о признании недействительными торгов по продаже имущества должника после введения в отношении должника процедуры наблюдения и вплоть до завершения дела о банкротстве подлежит предъявлению в рамках дела о банкротстве по правилам главы III.1 Закона о банкротстве.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 131 Закона о банкротстве все имущество должника, имеющееся на дату открытия конкурсного производства и выявленное в ходе конкурсного производства, составляет конкурсную массу. Из имущества должника, которое составляет конкурсную массу, исключаются имущество, изъятое из оборота, имущественные права, связанные с личностью должника, в том числе права, основанные на имеющейся лицензии на осуществление отдельных видов деятельности, а также иное предусмотренное названным Законом имущество.

Согласно статье 131 Закона о банкротстве в составе имущества должника отдельно учитывается и подлежит обязательной оценке имущество, являющееся предметом залога.

В результате проведенного анализа предметов вышеупомянутыхторгов, судом первой инстанции было установлено, что все реализованное имущество ранее составляло единый имущественный комплекс должника, расположенный в одном месте и объединенный единой технологической целью-производство и переработка плодоовощной продукции.

В силу пункта 1 статьи 132 Гражданского кодекса Российской Федерации предприятием признается имущественный комплекс, используемый для осуществления предпринимательской деятельности.

По смыслу указанной нормы использование предприятия в предпринимательской деятельности обусловлено назначением данного имущественного комплекса, предназначенного для осуществления конкретного вида предпринимательской деятельности, что в свою очередь определяется спецификой структурных элементов данного имущественного комплекса, перечисленных в абзаце 2 пункта 2 статьи 132 Гражданского кодекса Российской Федерации (имущество, нематериальные блага, имущественные права и обязательства, а также исключительные права).

Помимо этого, в соответствии с пунктом 1 статьи 133.1Гражданского кодекса Российской Федерации недвижимой вещью,участвующей в обороте как единый объект, может являться единыйнедвижимый комплекс - совокупность объединенных единымназначением зданий, сооружений и иных вещей, неразрывно связанныхфизически или технологически, в том числе линейных объектов(железные дороги, линии электропередачи, трубопроводы и другие),либо расположенных на одном земельном участке, если в единомгосударственном         реестре прав на недвижимое имущество зарегистрировано право собственности на совокупность указанных объектов в целом как одну недвижимую вещь.

В материалах спора, не имеется сведений о регистрации в едином государственном реестре прав на недвижимое имущество права собственности должника на совокупность указанных объектов торгов в целом как одну недвижимую вещь, в силу чего, положения ст. 133.1 Гражданского кодекса Российской Федерации в настоящем споре применены быть не могут.

Кроме того, в силу п. 1 ст. 133 Гражданского кодекса Российской Федерации вещь, раздел которой в натуре невозможен без разрушения, повреждения вещи или изменения ее назначения и которая выступает в обороте как единый объект вещных прав, является неделимой вещью и в том случае, если она имеет составные части.

В соответствии с конституционно-правовым смыслом указанной правовой нормы, вещь, раздел которой в натуре невозможен без разрушения, повреждения вещи или изменения ее назначения и которая выступает в обороте как единый объект вещных прав, является неделимой вещью и в том случае, если она имеет составные части (пункт 1); замена одних составных частей неделимой вещи другими составными частями не влечет возникновения иной вещи, если при этом   существенные   свойства   вещи   сохраняются   (пункт   2);   взыскание может быть обращено на неделимую вещь только в целом, если законом или судебным актом не установлена возможность выделения из вещи ее составной части, в том числе в целях продажи ее отдельно (пункт 3); отношения по поводу долей в праве собственности на неделимую вещь регулируются правилами главы 16, статьи 1168 данного Кодекса (пункт 4). (Определение Конституционного Суда РФ от 23.04.2015 N 984-О).

В силу изложенного, определяя норму материального права,подлежащую применению в настоящем споре, суд исходил изнеобходимости руководствоваться положениями ст. ст. 132, 133Гражданского Кодекса Российской Федерации в их совокупности,поскольку  перечень реализованного имущества должника свидетельствует,       именно о реализации имущественного комплекса предприятия, на       который, могут распространяться правила о порядке реализации неделимой вещи.

В соответствии с пунктом 2 статьи 132 Гражданского кодекса Российской Федерации предприятие в целом или его часть могут быть объектом купли-продажи, залога, аренды и других сделок, связанных с установлением, изменением и прекращением вещных прав. В состав предприятия, как имущественного комплекса, входят все виды имущества, предназначенные для его деятельности, включая земельные участки, здания, сооружения, оборудование, инвентарь, сырье, продукцию, права требования, долги, а также права на обозначения, индивидуализирующие предприятие, его продукцию, работы и услуги (фирменное наименование, товарные знаки, знаки обслуживания), и другие исключительные права, если иное не предусмотрено законом или договором.

Из     смысла       приведенной правовой нормы объектами гражданского оборота могут быть как имущественный комплекс в целом, так и отдельные его части.

В соответствии с конституционно-правовым смыслом ст. 133 Гражданского кодекса         Российской         Федерации, установленным определением Конституционного Суда РФ от 23.04.2015 N 984-О, взыскание может быть обращено на неделимую вещь только в целом, если законом или судебным актом не установлена возможность выделения из вещи ее составной части, в том числе в целях продажи данной составной части отдельно (пункт 3 ст. 133 ГК РФ).

Помимо вышеизложенного, в силу статьи 135 Гражданскогокодекса Российской Федерации, вещь, предназначенная для обслуживания другой, главной, вещи и связанная с ней общим назначением (принадлежность), следует судьбе главной вещи, если договором не предусмотрено иное.

Таким образом, исходя из буквального толкования всехвышеуказанных правовых норм, действующим гражданским законодательством прямо предусмотрена возможность реализации неделимой (главной, основной) вещи её составными частями, в случае, если это предусмотрено законом либо договором. Так, например, реализация автомобиля, безусловно, может и должна, по общему правилу, осуществляться по правилам единой неделимой вещи, что, однако, не исключает саму по себе возможность реализации автомобиля по его составным частям (отдельно двигателя, кузова, колес и т.д.).

Согласно пункту 4 статьи 138 Закона продажа заложенного имущества осуществляется конкурсным управляющим в порядке, предусмотренном пунктами 4, 5, 8 - 19 статьи 110, пунктом 3 статьи 111 Закона.

Порядок и условия проведения торгов определяются конкурсным кредитором, требования которого обеспечены залогом реализуемого имущества, в той мере, в которой это допускается указанными положениями Закона.

Это специальное право, предоставленное залоговому кредитору, которое означает возможность формулировать любые условия, не противоречащие императивным нормам закона. Соответственно, реализация права по определению порядка продажи находящегося в залоге имущества осуществляется кредитором по своему усмотрению.

В силу положений статей 110, 139 Закона о банкротстве процедура реализации имущества должника, признанного банкротом, включает в себя последовательное проведение первых, повторных торгов, а также торгов путем публичного предложения.

Из указанных норм права следует, что, требуя признания торгов недействительными и применения последствий их недействительности, заявитель должен представить суду доказательства нарушения закона при проведении торгов, а также нарушения его прав, которые будут восстановлены в случае признания торгов недействительными и применения последствий недействительности заключенной на таких торгах сделки.

Согласно пункту 1.1 статьи 139 Закона о банкротстве в течение одного месяца с даты окончания инвентаризации предприятия должника или оценки имущества должника (в случае, если такая оценка проводилась по требованию конкурсного кредитора или уполномоченного органа в соответствии с настоящим Федеральным законом), конкурсный управляющий обязан представить собранию кредиторов или в комитет кредиторов для утверждения предложение о продаже имущества должника, включающее в себя сведения о составе этого имущества, о сроках его продажи, о форме торгов (аукцион или конкурс), об условиях конкурса (в случае, если продажа этого имущества в соответствии с законодательством Российской Федерации осуществляется путем проведения конкурса), о форме представления предложений о цене этого имущества, о начальной цене его продажи, о средствах массовой информации и сайтах в сети «Интернет», где предлагается соответственно опубликовать и разместить сообщение о продаже этого имущества, о сроках опубликования и размещения указанного сообщения.

Из вышеизложенных требований закона о банкротстве следует, что установление порядка, условий, сроков, начальной продажной цены имущества должника (как залогового, так и не залогового), а равно и иных любых условий, касающихся порядка реализации имущества, относится к исключительной компетенции конкурсных кредиторов должника.

Поскольку, реализация имущественного комплекса должника проводилась в процедуре банкротства, в данном случае, приоритет будут иметь специальные нормы Закона о банкротстве, не содержащие каких-либо императивных запретов в части реализации неделимых вещей по их составным частям.

Из материалов дела следует, что порядок и условия реализации залогового имущества (АО «НБК-Банк» (правопреемник АО КБ «Москоммерцбанк»),         публичного акционерного общества «Балтийский инвестиционный   банк» (правопреемники ООО «Витера» и ООО «Мегаполис»), акционерного общества «Акционерный коммерческий банк «КОР» утверждены соответствующими залоговыми кредиторами. Порядок реализации оставшегося не залогового имущества утвержден решением комитета кредиторов должника от 18.09.2018.

Из содержания указанных решений следует, что они приняли решение воспользоваться правом, предоставленным положениями п. 3 ст. 133 и ст. 132 Гражданского кодекса Российской Федерации и осуществить реализацию имущественного комплекса должника, не как единой неделимой вещи, а путем реализации различных составных частей, что прямо предусмотрено и не противоречит требованиям действующего законодательства.

Обращаясь с настоящим заявлением, заявители указали, что в оставшейся спорной части имущество должника, как находившееся в залоге у акционерного общества «Акционерный коммерческий банк «КОР», было реализовано с открытых торгов (лот №1 код лота РАД-131226) победителю торгов - ООО «Мегаполис», с победителем торгов заключен договор купли-продажи от 05.05.2018 и им оплачено (т. 6 л.д. 57-62), в связи с чем, последующая реализация того же состава имущества в рамках обжалуемых торгов является незаконной.

Сравнением перечня имущества, содержащегося в приложении №1 к Положению о порядке, сроках и условиях реализации имущества должника, утвержденного решением комитета кредиторов должника от 18 сентября 2018 года (содержащемся, также, и на сайте ЕФРСБ в вышеперечисленных сообщениях о проведении торгов спорного имущества должника), и перечня имущества, перечисленного в Приложениях №1 и №2 к договору купли-продажи от 05.06.2018 (содержащемся, также, и на сайте ЕФРСБ в вышеперечисленных сообщениях о проведении торгов) установлено, что этот перечень является различным (т. 3 л.д. 84-97, т. 6 л.д. 58-60).

Ссылка на то, что ответчику ФИО3 продана часть имущества   должника   в   виде   отдельных   частей   (агрегатов)   линий по производству консервированных овощей, ранее приобретенных ООО «Мегаполис» по договору купли-продажи от 05.06.2018 (т. 4 л.д. 80-81), обоснованно отклонена судом первой инстанции.

Так, исследуя представленные в материалы дела доказательства суд первой инстанции установил, что по договору купли-продажи от 05.06.2018 ООО «Мегаполис» приобрело линию по первичной обработке овощей и 2 линии по производству консервированных овощей (т. 4 л.д. 83-84).

Как следует из представленных ООО «Мегаполис» документов -инвентарных карточек учета объектов основных средств линия по первичной обработке состоит из 35 единиц различного оборудования, 03.07.2018 ей присвоен инвентарный номер М0000353 (т. 4 л.д. 85, 118).

Линия по производству консервированных овощей №1 состоит из 28 единиц различного оборудования, 03.07.2018 ей присвоен инвентарный номер М000405 (т.4 л.д. 86, 119).

Линия по производству консервированных овощей №2 состоит из 20 единиц различного оборудования, 03.07.2018 ей присвоен инвентарный номер М000406   (т.4 л.д. 87, 120).

К указанным линиям, ООО «Мегаполис» приложены самостоятельно составленные описания (т.4 л.д. 88-106).

Также представлены описания в отношении следующего имущества:

Трансформаторная подстанция с установленным в ней энергооборудованием поставлена на инвентарный учет 03.07.2018 с присвоением инвентарного номера М000416 (т. 4 л.д. 120, оборотная сторона, 121);

Основное средство-система насосов поставлена на инвентарный учет 03.07.2018 с присвоением инвентарного номера М000000346 (т. 4 л.д. 121, оборотная сторона, 122);

Основное средство-канализационно-насосная станция поставлена на инвентарный учет 03.07.2018 с присвоением инвентарного номера М000000313 (т. 4 л.д. 122);

Основное средство-технологический трубопровод поставлен на инвентарный учет 03.07.2018 с присвоением инвентарного номера М00000312 (т. 4 л.д. 122, оборотная сторона, 123).

Между тем, судом не приняты указанные доказательства в силу следующего.

Так, из данных инвентаризационных ведомостей, составленных конкурсным управляющим ФИО6 и представленных в материалы спора, а равно размещенных на сайте ЕФРСБ следует, что у должника в принципе никогда не существовало ни одной единой и неделимой вещи под теми названиями, которые были приобретены и проинвентаризировны ООО «Мегаполис»  (т.1 л.д. 126-142).

Результаты инвентаризации имущества должника в ходе конкурсного производства не оспаривались.

Заявителями так и не были представлены технические паспорта, инструкции, руководства по эксплуатации либо иные документы, которые свидетельствовали о том, что поставленные на инвентарный учет вещи когда-либо были физически произведены в качестве неделимой вещи.

Доводы о невозможности их представления по причиненахождения у конкурсного управляющего судом отклонены, так какспорное имущество принято ООО «Мегаполис» без каких-либовозражений относительно его комплектности, сохранности ицелостности, с требованием о передаче недостающих частей(агрегатов), технической документации ООО «Мегаполис» к конкурсному управляющему не обращалось до настоящего времени.

Более    того,    материалы    спора    не содержат сведений об их фактической передаче конкурсному управляющему ФИО6 и их транспортировке из г. Волгограда (места нахождения имуществадолжника) в г. Оренбург (места нахождения конкурсного управляющего).

Из данных инвентаризационных описей должника (т.1 л.д. 126-142), при их сопоставлении с данными инвентаризационных карточек и актов осмотра имущества, составленными ООО «Мегаполис» (т.4 л.д. 83-123) усматривается, что все отдельные части, узлы, агрегаты, указанные в них прежде учитывались в качестве отдельных вещей, с различным годом выпуска, различной стоимости и с присвоением отдельных инвентаризационных номеров, но никак и никогда в составе единой вещи.

Каких-либо обоснованных и доказанных пояснений о причинах превращения (трансформации) отдельных частей, узлов, агрегатов должника в единые и неделимые вещи по результатам торгов, в материалах спора не имеется.

Кроме того, судом выявлены противоречия в представленной ООО «Мегаполис» документации.

Так, при утверждении залоговым кредитором-ООО «Витера» 21.02.2018 аукционной документации о порядке реализации залогового имущества в п. 7 Лота №1 (т. 5 л.д. 90) указана линия по первичной обработке овощей с инвентарным номером   М0000353. Однако, указанный инвентаризационный номер был присвоен указанному имущество ООО «Мегаполис» только 03.07.2018 при инвентаризации приобретенного имущества по договору купли-продажи от 05.06.2018, т.е. спустя 5 месяцев с даты утверждения аукционной документации (т. 4 л.д. 85, 118).

Также судом установлено, что, согласно указанной аукционной документации указанная линия имеет 2009 год выпуска, а её максимальная стоимость составляет 500 000 рублей.

В перечень составляющих агрегатов, по данным инвентаризации ООО «Мегаполис» вошли, в том числе:

-загрузочная моечная ванна объемом 7 куб.м. (п. 1);

-ополаскивающая ванна объемом 5 куб.м.(п. 2);

-агрегат одновинтовой электронасосный (п. 16);

-3 реактора МЗ-2С-326 (п.п. 15, 17-18);

Однако, в соответствии с составом лотов, утвержденных Комитетом кредиторов должника 18.09.2018 года, в качестве отдельных агрегатов подлежат реализации:

-загрузочная моечная ванна объемом 7 куб.м. стоимостью 594 485 рублей (п. 25);

-ополаскивающая ванна объемом 5 куб.м. стоимостью 485 955 рублей (п. 26);

-агрегат одновинтовой электронасосный, стоимостью 42213 рублей (п. 39);

-2 реактора МЗ-2С-326 стоимостью 260 338 рублей (п.п. 16) (т. 3 л.д. 12-13).

Оценивая указанные доказательства, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что даже только в совпадающей части, стоимость только одного агрегата больше, чем всей линии по первичной обработке со всеми составляющими.

Согласно аукционной документации стоимость линии по производству консервированных овощей №1 2009 года выпуска составляет всего 50 000 рублей и в её (по данным инвентаризации) включена укупорочная машина для крышек "TWIST-OFF" (п. 15) (т. 5 л.д. 91, т. 4 л.д. 86 оборотная сторона).

Однако, в соответствии с составом лотов, утвержденных Комитетом кредиторов должника 18.09.2018, стоимость укупорочной машины для крышек «TWIST-OFF» составляет 669 653 рубля (п. 18 состава лота) (т. 3 л.д. 12).

Таким образом, даже только в совпадающей части стоимость только одного агрегата больше, чем всей линии №1 со всеми составляющими.

Согласно аукционной документации стоимость линии по производству консервированных овощей № 2 2009 года выпуска составляет всего 50 000 рублей и в её (по данным инвентаризации) включена вибростол (п. 7) (т. 5   л.д. 91, т. 4 л.д. 87 оборотная сторона).

Однако, в соответствии с составом лотов, утвержденных Комитетом кредиторов должника 18.09.2018, стоимость вибростола составляет 391 483 рубля (п. 17 состава лота) (т. 3 л.д. 12).

Таким образом, даже только в совпадающей части стоимость только одного агрегата больше, чем всей линии № 2 со всеми составляющими.

П.п. 19-20 аукционной документации, указано наличие двух линий по производству консервированных овощей «Тип Т1-КУМ-5»; «Тип МК-05»; «Тип ТП-6» (т. 5 л.д. 91).

Однако, согласно общедоступной информации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» агрегат под названием «Тип Т1-КУМ-5» является моечной машиной состоящей из одного агрегата, агрегат под названием «Тип МК-05» является щеточно-моечной машиной для мойки овощей и фруктов, состоящей также из одного агрегата, а агрегат под названием «Тип-ТП 6» является пластинчатым транспортером для перемещения стеклянной тары и существует тоже в качестве одного агрегата, при этом никаких сведений об их связи между собой, например, в составе одной вещи (линии) не имеется, (т. 7 л.д. 100-103, т. 9 л.д. 101).

Таким образом при приобретении указанных линий физически возможно было приобрести только по 3 вещи в составе каждой линии, но никак не 28 и 20 единиц оборудования соответственно, как указывает ООО «Мегаполис» (т.4 л.д. 86-87, 119-120).

При этом указанных агрегатов в перечне имущества, подлежащего передаче ФИО3 не имеется.

Помимо этого, в аукционной документации указано, что агрегат под названием «Тип Т1-КУМ-5» имеет 2009 год выпуска. Однако, в    соответствии п. 75 спецификации   к  Договору   о последующем залоге № ЗЛГ/3044/0006 от 24.03.2014, заключенного должником с ОАО «Балтинвестбанк» эта же машина имеет 1988 год выпуска, а приблизительно подходящие «Тип Т1-КУМ-3» также 1988 год, а «Т1-КУ2-М 111» 1986 год выпуска   (т. 7 л.д. 8).

Анализируя представленные ООО «Магаполис» акты осмотра и составленные конкурсным управляющим инвентаризационные описи с учетом указанных выше обстоятельств, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что выводу о том, что все указанные противоречия могут свидетельствовать о составлении ООО «Мегаполис» инвентаризационных описей и актов осмотра имущества непосредственно в связи с ведущимся судебным разбирательством и в связи с необходимостью искусственного создания доказательственной базы заявленных требований.

Суд пришел к выводу о том, что в заявленном ООО «Мегаполис» составе линий, фактически не реализовывалось.  

Фактическое же обладание ими, о чем свидетельствует доскональное знание конкретного перечня узлов, агрегатов и систем, не может свидетельствовать о правомерности такового владения, в том числе и о наличии какого-либо вещного права.

В части доводов о реализации в составе лота здания склада как совокупности строительных материалов судом установлено следующее.

Вступившим в законную силу определениями арбитражного суда от 26.05.2017 и 16.10.2018 по делу № А47-6362/2016, а также и решением Арбитражного суда Оренбургской области по делу № А47-6492/2017 было установлено, что в состав имущественного комплекса должника входит здание представляющее собой сборно-разборную конструкцию, выполненную на стальном каркасе, с использованием стеновых и кровельных панелей типа «сэндвич», утеплением минераловатными плитами и имеющее производственно-хозяйственное назначение - Склад №1 на территории общества ПК «Сарепта-ПомидорПром» по ул. Бахтурова д. 2 г. Волгограда.

Суд первой инстанции со ссылкой на установленные названными судебными актами обстоятельствами и сложившуюся судебную практику установил, что подобные здания и сооружения, по общему правилу, не могут быть признаны      объектами недвижимого имущества, подлежащего государственной регистрации и введению в гражданский оборот в таковом качестве, поскольку у них отсутствует один из необходимых и существенных признаков, а именно-неразрывная связь с земельным участком, на котором они расположены.

Подобные объекты могут быть достаточно легко демонтированы и перенесены в любое другое, предназначенное для них место.

Доказательств обратного в ходе судебного разбирательства в материалы спора не представлено, никаких возможных мероприятий по оформлению склада в качестве объекта недвижимости не проводилось, никаких препятствий по их проведению не существовало.

Суд установил, что изменение назначения и состава имущества в целях продажи на торгах произведено комитетом кредиторов. 

Кроме того, апелляционным определением по делу N А33-8730/2021 при рассмотрении исковых требований ООО «АСС-Групп» к ФИО3 о взыскании неосновательного обогащения в размере7 682 946 руб. 50 коп. установлено, что при реализации имуществаООО ПК «Сарепта-ПомидорПром» в рамках дела о банкротстве напродажу на торгах выставлен лот, в состав которого вошлиметаллоконструкции утилизированного склада промежуточного хранения стоимостью 1 868 767 руб. По договору купли-продажи, заключенному между конкурсным управляющим должника ООО ПК «Сарепта-ПомидорПром» и ФИО3 по результатам торгов, приобретены строительные материалы от утилизации склада промежуточного хранения: металлоконструкции (двухтавровые балки, швеллера, уголки, листы). Объект завершенного строительством - склад промежуточного    хранения    стоимостью    7    682    946    руб.    50    коп.    ни предметом торгов,       ни предметом договора купли-продажи, заключенного по их результатам, не являлся.

Соглашаясь с выводами суда первой инстанции в указанной части, суд апелляционного инстанции полагает необходимым указать, что то обстоятельство, что ранее – 31.10.2019 оформлено разрешение на строительство (ответ администрации Волгограда департамента по градостроительству и архитектуре №ар14896-19), само по себе не свидетельствует о наличии у Склада №1 на территории общества ПК «Сарепта-ПомидорПром» по ул. Бахтурова д. 2 г. Волгограда признаков объекта недвижимого имущества незавершенного строительством. Доказательств того, что возведенный слад соответствует проектной документации, а также строительным нормам и правилам, может быть объектом гражданских правоотношений в виде объекта капитального строительства, суду не представлено.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что продажа иных ранее проинветаризированных объектов: навес лит Г50, пандус кетчупного цеха, навес лит Г1, навес лит Г11, навес лит Г10, навес лит Г12, внутрицеховая перегородка стандартная, навес лит Г9, навес лит Г51, навес лит Г34, сооружение автомобильные вес, склад – как строительных материалов, не нарушает права должника и его кредиторов. 

Как указывалось выше, решение об изменении целевого назначения и характеристик имущества, принято кредиторами должника, имеющими право в силу положений Законом о банкротстве определять судьбу имущества должника. 

Ссылки Банка на нарушение его права, как владельца земельного участка, отклоняются судом апелляционной инстанции. Из обстоятельств дела следует, что Банк права собственности на указанные объекты, как на самостоятельные объекты, не приобрел. Доказательств того, что указанные объекты являются принадлежностью приобретенного Банком имущества материалы дела не содержат, техническое описание указанных объектов в составе зданий и сооружений, находящихся в собственности Банка, отсутствует. Обладая земельным участком на праве аренды, Банк не является приобретателем прав на указанно выше имущество в силу закона. При этом, определяя имущество, как строительные материалы, Банк вправе требовать нарушения права пользования земельным участком, путем демонтажа и вывоза указанно имущества.

Соглашаясь с доводами АО «Москоммерцбанк» о том, что паропровод иузел учета пара, пожарные трубопровод, резервуар и сигнализация,предназначены только для обслуживания зданий и сооружений,переданных банку, и находящиеся в названных зданиях и сооружениях,а также помещения трансформаторной подстанции и здание блоканасосной станции и реагентного хозяйства, обслуживают исключительно здания и сооружения, принадлежащие банку, без которых невозможна эксплуатация этих зданий и сооружений, суд первой инстанции указал, что, не может изменить юридическую квалификацию действий при проведении оспариваемых торгов.

Суд согласился с тем, что системы теплоснабжения,пожарно-охранной сигнализации, канализационно-водопроводного хозяйства, здание трансформаторной подстанции и реагентного хозяйства входили в имущественный комплекс должника и были предназначены только и исключительно для его обслуживания.

Их возможный демонтаж, приведет, к невозможности дальнейшего функционирования имущественного комплекса должника в соответствии с его целевым назначением.

В то же время, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что разделение имущественного комплекса на отдельные части, произведенное его собственниками, и в силу положений ст. ст. 132, 133, 135 Гражданского кодекса Российской Федерации, само по себе, противоправным не является.

Суд апелляционной инстанции полагает необходимым отметить, что доводы апелляционной жалобы Банка о том, что должником Банку по соглашению о передаче имущества от 19.07.2018 и акту приема-передачи от 14.08.2018 переданы в составе соответствующих объектов недвижимости (производственных зданий и сооружений, земельного участка), включая: паропровод и узел учета пара, пожарные трубопровод, резервуар и сигнализация, предназначенные только для обслуживания зданий и сооружений, переданных банку, и находящиеся в названных зданиях и сооружениях, а также помещения трансформаторной подстанции и здание блока насосной станции и реагентного хозяйства, обслуживающие исключительно здания и сооружения, принадлежащие Банку, без которых невозможна эксплуатация этих зданий и сооружений, подлежат отклонению.

Как указывалось выше указанные объекты были проинветаризированы и оценены как самостоятельное имущество. Приобретая имущество по соглашению о передаче имущества от 19.07.2018 и сопоставляя его с инвентаризационными ведомостями Банк, действуя разумно и добросовестно должен был потребовать передачи прав и на спорное имущество, предварительно включив его стоимость в размер погашаемых отступным требований. В то же время, данные возражения были заявлены лишь после отчуждения спорного имущества ФИО3

При этом допустимых и достаточных доказательств того, что указанное выше имущество является принадлежностью зданий, принадлежащих Банку, суду не представлено. А ссылки Банка на то, что данные имущество предназначено  для функционирования единого производственного комплекса, не являются достаточным основанием для выводов о том, что оно не может являться самостоятельным объектом гражданских прав, поскольку из обстоятельств дела следует, что кредиторами принято решение о продаже имущественного комплекса по частям, поэтому целевое назначение – для обслуживания имущественного комплекса, работоспособность которого как единого объекта имущественных прав поставлена под сомнение самим фактом продажи имущества по частям, само по себе не является основанием полагать, что спорное имущество не может быть отчуждено самостоятельно.

Соглашаясь с доводами о неправомерности реализации внутриплощадочных дорог, площадью 720 кв. м., 1030 кв.м. и 4 062 кв.м. суд первой инстанции установил, что весь имущественный комплекс должника, располагается на земельном участке, расположенном по адресу: 

<

...>.

Указанный земельный участок, находился в пользовании должника на основании договора аренды № 8497 от 13.03.2019 (т. 2 л.д. 122-127). Право аренды принадлежит в настоящее время КБ «Москоммерцбанк» (АО) по соглашению о передаче нереализованного на торгах имущества от 19.07.2018 (т. 2 л.д. 110, оборотная сторона).

Сторонами          не оспаривается, что вышеуказанные внутриплощадочные дороги расположены на этом земельном участке и предназначены для внутреннего проезда по территории имущественного комплекса должника.

В виду изложенного, судом сделан вывод, что указанные внутриплощадочные дороги не обладают самостоятельным функциональным назначением, являются неотъемлемой частью земельного участка, не могут быть признаны объектом недвижимости, права на который подлежат государственной регистрации и, следовательно, не могут являться самостоятельным объектом гражданского оборота (пункт 6 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 2 (2016) (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 06.07.2016).

Данные выводы суда первой инстанции также подлежат  применению в отношении заборов, поскольку данное имущество также не имеет самостоятельного назначения, используется как улучшение земельного участка, на котором они расположены и не может являться самостоятельным предметом гражданских прав.

В суде апелляционной инстанции представитель ФИО3 пояснил, что осознает невозможность использования указанного имущества, как самостоятельных объектов гражданских прав, что дает основания полагать об отсутствии самостоятельного интереса к использованию указанного имущества, в том числе как строительных материалов, поскольку право собственности на указанные имущество у ФИО3, как на самостоятельные объекты гражданских прав, не возникло. 

Суд не нашел возможным и необходимым признать на этом основании, проведенные торги недействительными, даже в указанной части, поскольку указанное решение будет означать признание ответчика ФИО3, как добросовестного участника и победителя торгов, виновной стороной (даже в указанной части) с соответствующим возложением неблагоприятных материальных и процессуальных последствий, что не может отвечать целям справедливого судебного разбирательства.

Исходя из конкретных обстоятельств дела, а также в связи с отказом заинтересованных участников обособленного спора от частичного признания сделки недействительной, суд апелляционной инстанции полагает, что признание недействительной сделки в целом (ст. 180 Гражданского кодекса Российской Федерации) в связи с включением в ее состав объектов, на которые у приобретателя имущества права собственности не возникает, не отвечает интересам кредиторов должника, не защищает права заявителей по делу.

Также судом сделан вывод о том, что, все реализованное имущество должника (причем как на оспариваемых, так и на предыдущих торгах (где приобретателями явились заявители по спору) являлось составными частями одной неделимой вещи-имущественного комплекса должника – завода по переработке плодоовощной продукции, расположенного по адресу: 

<

...>.

Возможность признания имущественного комплекса (предприятия) единой неделимой вещью следует из конституционно-правового смысла ст. 133 Гражданского кодекса Российской Федерации, установленной в определении Конституционного Суда РФ от 23.04.2015 N 984-О.

Однако данные выводы не противоречат сделанным судом выводам о возможности реализации указанного комплекса по частям, а также о том, что такое решения принято самими кредиторами должника, заявившими настоящие требования.

Судом также не установлено оснований для удовлетворения заявленных требований в силу следующего.

Согласно статье 18.1 и пункту 4 статьи 138 Закона о банкротстве, а также разъяснениям, содержащимся в пункте 9 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 № 58 «О некоторых вопросах, связанных с удовлетворением требований залогодержателя при банкротстве залогодателя» (далее - постановление № 58), продажа предмета залога в составе предприятия должника возможна с согласия залоговых кредиторов, которые наделены исключительным правом определять порядок и условия продажи заложенного имущества, при этом собрание кредиторов определять их не вправе.

В пункте 14 Постановления № 58 разъяснено, что если предмет залога входит в состав предприятия должника, предприятие может быть продано как единый объект.

При определенных обстоятельствах эффективное восстановлениеправ кредиторов на получение удовлетворения может быть обеспеченопродажей разнородного имущества должника одним лотом. Однакообъединение объектов продажи в один лот должно носить объективныйхарактер. Оно допустимо, например, в ситуации, когда совокупностьотчуждаемых активов отвечает признакам предприятия, к которому дляцелей несостоятельности пункты 1 и 3 статьи 110 Закона о банкротствеотносят имущественный  комплекс, предназначенный для осуществления предпринимательской деятельности.

Как отмечено выше, установление порядка, условий, сроков, начальной продажной цены имущества должника (как залогового, так и не залогового), а равно и иных любых условий, касающихся порядка реализации имущества, относится к исключительной компетенции конкурсных кредиторов должника.

Таким образом, конкурсные кредиторы (в том числе и общество«Мегаполис» и общество «Москоммерцбанк» являющиеся заявителямипо спору) не имели никаких правовых и процессуальных препятствий,носивших принципиальный характер, которые могли бы препятствовать утверждению порядка реализации имущества должника в составе единого имущественного комплекса

Порядок и условия реализации спорного залогового имущества утверждены соответствующими залоговыми кредиторами. Порядок реализации оставшегося не залогового имущества утвержден решением комитета кредиторов должника от 18.09.2018.

Таким образом, в 2017-2018, т.е. за три года до проведения спорных   торгов,   конкурсными   кредиторами   принято   принципиальное решение о реализации имущественного комплекса должника четырьмя различными частями.

При этом, за все время реализации имущества должника длившегося с 26.12.2017 до 16.05.2019 (даты объявления ФИО3 победителем торгов по реализации не залогового имущества должника), ни у одного из залоговых либо конкурсных кредиторов, в том числе и заявителей по настоящему спору, не возникло никаких сомнений относительно вышеизложенного порядка реализации имущественного комплекса должника.

Решения залоговых кредиторов и решение комитета кредиторов должника от 18.09.2018 об установлении порядка реализации имущественного комплекса должника (в том числе и перечня конкретного имущества), действия конкурсного управляющего по проведению торгов, не обжаловались, о разногласиях относительно порядка реализации имущества должника не заявлялось.

Таким образом, действительная воля конкурсных кредиторов (в том числе, общества «Мегаполис» и общества «Москоммерцбанк») безусловно была направлена на реализацию имущества должника отдельными частями, в ходе отдельных четырех торгов и в составе не связанных друг с другом лотов.

Судом первой инстанции сделан вывод об осознанном поведении кредиторов, полагавших возможным снижение количества участников торгов и направленных на приобретение имущества самими кредиторами по минимально возможной цене.

Проанализировав          вышеизложенный порядок реализации имущества должника судом установлено, что три составные части имущества должника, находившиеся в залоге, были реализованы на последней стадии торгов-публичного предложения (предполагающего приобретение по наиболее низкой стоимости) и были либо оставлены залоговым кредитором за собой (общества «Мегаполис» и общества «Москоммерцбанк») либо победитель торгов являлся их единственным участником (общество «Мегаполис»).

Судом установлено, что в ходе конкурсного производства, ООО «Мегаполис» последовательно проводил политику по приобретению имущественного комплекса должника.

Им приобретено имущество должника, являвшегося предметом залога у акционерного общества "Акционерный коммерческий банк "КОР" по лоту № 1 (код лота РАД-131226) и у ООО "Витера" по лоту № 2 (код лота РАД-131227).

Впоследствии, недвижимое имущество, которое оставил за собой КБ "Москоммерцбанк" в котором располагалось и располагается, приобретенное ООО "Мегаполис" движимое имущество должника, перешло во владение последнего по договору аренды № 01/19 от 01.07.2019 (т. 2 л.д. 117).

В случае победы на оспариваемых торгов, общество "Мегаполис" завершило бы консолидацию имущественного комплекса должника.

В состав комитета кредиторов должника, принявшего 18.09.2018 спорное Положение о порядке, сроках и условиях реализации имущества должника, не обремененного залогом, входят физические лица ФИО7-генеральный директор ООО "Мегаполис" и ФИО8 являвшийся представителем конкурсных кредиторов ООО "Витера и ООО "Мегаполис" как в ходе дела о банкротстве, так и в ходе рассмотрения настоящего спора (т. 3 л.д. 44-45).

С учетом количественного состава комитета кредиторов, состоящего из трех человек, ООО "Мегаполис" являлся мажоритарным кредитором, обладавшим определяющей возможностью для принятия решений.

Отказывая в удовлетворении требований суд пришел к выводу о том, что вышеуказанные обстоятельства были сопряжены со злоупотреблениями правом, а именно-механизм процедуры проведения торгов имущества должника (предполагающий продажу имущества по наиболее высокой цене, минимизацию издержек на организацию и проведение торгов, достижению максимального экономического эффекта при продаже имущества должника) был использован для приобретения имущественного комплекса должника тем самым одним единственным лицом-мажоритарным кредитором ООО "Мегаполис" по максимально заниженной цене.

При рассмотрении обособленного спора и отказывая в признании торгов недействительными суд не усмотрел существенного нарушения процедуры торгов, указав, что согласно пункту 1 статьи 449 Гражданского кодекса Российской Федерации торги, проведенные с нарушением правил, установленных законом, могут быть признаны судом недействительными по иску заинтересованного лица.

Публичные торги могут быть признаны недействительными только при существенном нарушении процедуры их проведения, которое могло повлиять на результат торгов (п. 1, 5 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.12.2005 № 101 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами споров, связанных с признанием недействительными публичных торгов, проводимых в рамках исполнительного производства»).

При этом под существенным нарушением следует понимать такое отклонение от установленных требований, которое повлекло или могло повлечь иные результаты торгов и, как следствие, нарушение прав и законных интересов заинтересованного лица.

При рассмотрении иска о признании торгов недействительными суд должен оценить, являются ли нарушения, на которые ссылается истец, существенными и повлияли ли они на результат торгов. В случае незначительного характера допущенного нарушения, а также отсутствия его влияния на результат торгов следует признать отсутствие оснований для удовлетворения требований истца, ссылавшегося только на формальные нарушения.

Нарушения порядка проведения торгов не могут являться основаниями для признания торгов недействительными, если права и интересы заявителя не могут быть восстановлены при применении последствий недействительности заключенной на торгах сделки.

Таким образом, по смыслу статьи 449 Гражданского кодекса Российской Федерации условиями для признания торгов недействительными являются одновременное несоблюдение норм законодательства при проведении торгов и нарушение прав и законных интересов лица, оспаривающего торги.

В соответствии со сложившейся судебной практикой, неоднократно подтвержденной Верховным Судом Российской Федерации, оспаривание торгов по делам о банкротстве носит относительный характер, а интерес конкурсных кредиторов подлежит защите с учетом интересов победителя торгов.

В случае их обжалования конкурсными кредиторами (как и врассматриваемом        случае) их правомерный интерес связан исключительно с устранением нарушений, препятствующих получению максимальной выручки от реализации имущества, за счет которой возможно удовлетворение требований к должнику.

В то время как победитель торгов, который, как правило, не является участником дела о банкротстве и не участвует в утверждения положения о порядке реализации имущества, имеет право, в первую очередь, на их оспаривание по мотиву нарушения правил их проведения (например, определение ВС РФ от 25.11.2021 года № 306-ЭС20-20044 (6)).

При  отсутствии доказательств свидетельствующих о возможности получения большего размера выручки от реализации имущества должника, довод о возможных нарушениях не может быть противопоставлен интересам добросовестного победителя торгов.

Суд указал, что даже в случае признания оспариваемых торгов недействительными, материально-правовая сфера должника никак не будет и не может быть восстановлена, поскольку реализация спорного имущества в составе единого имущественного комплекса (для цели продажи имущества по наиболее высокой цене), будет являться невозможной, так как 3/4 части этого комплекса уже реализованы, контролируются ООО "Мегаполис" и повторно выставлены на торги быть не могут.

На новые торги может быть выставлено только тоже самое имущество в таком же количестве и по такой же начальной стоимости.

Более того, в случае возможного исключения из состава подлежащего реализации имущества должника какого-либо имущества (внутриплощадочных проездов) стоимость оставшегося имущества только еще более снизится.

Оспариваемые торги проведены на третьей стадии торгов - стадии публичного предложения и даже в этом случае сопровождались снижением цены, что свидетельствует о его низкой ликвидности.

Соглашаясь с указанными выводами суда первой инстанции, суд  апелляционной инстанции отмечает, что приобретая имущество, заявители, тем не менее, не указали, что на момент формирования лотов и заключения соответствующих договоров часть имущества, указанного в составе лотов в соответствии инвентаризационным учетом, приобретаемое ими имущество не является самостоятельным предметом использования и имеет в своем составе иные объекты, проинвентаризированные конкурсным управляющим, как самостоятельные предметы имущества должника. 

Иное по мнению суда апелляционной инстанции свидетельствовало бы о наличии умысла на приобретение заявителями имущества по заниженной цене и возникновении на их стороне неосновательного обогащения. В то же время, действуя разумно и добросовестно Банк, ООО «Магополис» имели возможность как минимуму на стадии формировании Положения о порядке продажи  спорного имущества указать на недопустимость раздельно отчуждения имущества, составляющего неделимую вещь либо используемого в едином производственном процессе.

Довод о том, что в случае отказа в удовлетворении требований, ООО "Мегаполис" будут причинены затруднения в использовании ранее приобретенного имущества должника, также отклонены судом в силу следующего.

Так, в силу абзаца 3 пункта 1 статьи 2 Гражданского кодексаРоссийской Федерации, предпринимательской деятельностью признается самостоятельная,         осуществляемая на свой риск деятельность, направленная на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг лицами, зарегистрированными в этом качестве в установленном законом порядке.

Избирая указанный способ реализации имущества должника, заключающийся в проведении четырех открытых торгов, заявители не мог не отдавать себе отчет о возможности участия в них любых третьих лиц и невозможности получения либо наличия каких бы то ни было гарантий победы исключительно определенного участника.

В соответствии с пунктами 3 и 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Согласно части 1 статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке, установленном настоящим кодексом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 11 Гражданского кодекса Российской Федерации арбитражные суды осуществляют защиту нарушенных или оспоренных гражданских прав.

По смыслу указанных норм, защите подлежат только правомерно принадлежащие заинтересованному лицу права и законные интересы.

В ходе судебного разбирательства судом установлено, что конкурсные кредиторы использовали механизм процедуры банкротства для приобретения имущества должника одним, заранее определенным и согласованным лицом, способом, причиняющим вред материально-правовой сфере должника.

Разрешая вопрос о реальной невозможности передачи реализованного на торгах имущества (например, внутриплощадочных дорог и проездов) судом принято во внимание следующее.

В соответствии с положениями статьями 456, 466 Гражданского Кодекса Российской Федерации, продавец обязан передать товар в количестве, предусмотренном условиями договора купли-продажи, что, однако, не       исключает возможности его передачи  в меньшем количестве, чем это предусмотрено условиями договора.

В случае, если конкурсный управляющий полагает, что передача какого-либо имущества в принципе не возможна (например, по причине невозможности признания за внутриплощадочными дорогами и проездами статуса самостоятельных объектов и т.п.) он имеет возможность отказаться от таковой передачи с возвратом покупателю соответствующей стоимости этих вещей из суммы полностью полученной оплаты.

Кроме того, суд первой инстанции указал на предположительный характер доводов об изъятии указанного имущества ФИО3 из деятельности имущественного комплекса.

Доводы апелляционной жалобы о том, что судом не установлены обстоятельства имеющие значение для правильного разрешения спора, а также указания суда кассационной инстанции на то, что именно Банк, является собственником объектов недвижимости представляющих собой производственный комплекс зданий и сооружений, предназначенных для изготовления консервированной продукции расположенных по адресу: 

<

...> - не отдельно стоящих зданий сооружений, а именно производственного комплекса, отклоняются судом апелляционной инстанции.

В соответствии со ст. 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Обязанность доказывания обстоятельств, послуживших основанием для принятия государственными органами, органами местного самоуправления, иными органами, должностными лицами оспариваемых актов, решений, совершения действий (бездействия), возлагается на соответствующие орган или должностное лицо.

Судом апелляционной инстанции участникам процесса, в том числе и Банку было предложено представить  сведения о конкретном имуществе должника, отчужденному и фактически переданному ООО «Мегаполис», Банку, ФИО3, четко по каждому приобретателю, иную информацию, позволяющую установить обстоятельства владения переданным имуществом, в том числе в настоящее время. При этом в судебном заседании  06.06.2022 было указано на необходимость установления технических характеристик отчужденного имущества связанных с использованием его в обеспечении конкретных объектов, находящихся в собственности Банка.

Из представленных объяснений следует, что объекты находятся земельном участке, принадлежащим Банку на праве аренды и обслуживают здания принадлежащие Банку и необходимы для функционирования производственного комплекса. Однако данные объяснения не указывают на конкретные здания и иное имущество, а также не позволяют суду установить их неразрывную с ним связь.

В то же время, как указывалось выше, иные доказательства, подтверждающие технические характеристики и назначение  имущества, в материалах дела отсутствуют, а из представленных объяснений их установление с достаточной степенью достоверности не представляется возможным. 

Судом первой инстанции установлено, что  в материалы дела представлен акт о невозможности совершения нотариальных действий от 28.05.2019, составленного нотариусом Волгоградской области Рабочей Т.А. (т. 3 л.д. 20).

Из указанного акта усматривается, что допуск нотариуса и победителя торгов ФИО3 на территорию должника по адресу: 

<

...> для осмотра приобретенного по результатам торгов имущества, оказался невозможным, по причине наличия  на  территории  должника неназвавшихся  представителей частных охранных структур, пояснивших, что территория принадлежит ООО "Мегаполис" и пропуск любых посторонних лиц является невозможным.

Более того, из объяснений Банка, данных в судебном заседании 11.07.2022 следует, что линии по производству вывезены конкурсным управляющим ООО «Мегаполис» с территории должника. Также указано, что производственная деятельность на предприятии не ведется в связи с прекращением арендных  отношений с ООО «Мегаполис».

Таким образом, из обстоятельств дела следует, что действиями самих заявителей созданы препятствия к установлению обстоятельств неделимости имущества.

Судом апелляционной инстанции перед участникам процесса поставлен вопрос о необходимости производства по делу экспертизы в отношении отчужденных основных средств должника. Однако, несмотря на то, что в суде первой инстанции такие ходатайства заявлялись, в суде апелляционной инстанции стороны выразили возражения о необходимости ее проведения.

Суд апелляционной инстанции полагает, что без использования специальных познаний и недостаточности в материалах дела доказательств подтверждающих технические характеристики спорных объектов, решить вопрос о возможности раздела в натуре вышепоименованных объектов имущества без их разрушения, повреждения или изменения назначения, а также решения вопроса о том, выступают ли данные объекты в обороте, как единый объект вещных прав в составе принадлежащих заявителю зданий, сооружений земельного участка и являются составными частью неделимой вещи (и возможно ли их выделение), либо являются самостоятельными объектами, не представляется возможным.

При этом суд апелляционной инстанции отмечает, что Положение о порядке продажи формировались в соответствии произведенной инвентаризацией имущества должника, объекты имущественного комплекса именовались в точном соответствии с указанной инвентаризацией. Указанные обстоятельства не должны были вводить участников дела о банкротстве в заблуждение относительно характеристик имущества, предлагаемого к продаже. 

Суд апелляционной инстанции отмечает, что с учетом данных обстоятельств, а также поведения заявителей по делу, бремя доказывая обстоятельств неделимости отчуждаемого имущества лежит на Банке и ООО «Мегаполис». 

В процессе рассмотрения апелляционной жалобы судом апелляционной инстанции неоднократно предлагалось представителю Банка указать на имеющиеся в материалах дела либо дополнительно представленные доказательства, позволяющие прийти к выводу о том, что паропровод, пожарная сигнализация, иное имущество, отчужденное ФИО3 неразрывно связано с принадлежащими Банку зданиями и сооружениями, является их принадлежностью, однако такие доказательства суду представлены не были. Пояснения Банка относительно участия спорного имущества  в обслуживании производственной деятельности имущественного комплекса в данном случае являются недостаточными доказательствами в обоснование заявленных требований. Данные обстоятельства также нельзя установить не имея специальных познаний путем исследования фотоматериалов и только лишь в отношении отдельных объектов.

При таких обстоятельствах у суда отсутствуют достаточные доказательства, для вывода о том, что предметом оспариваемых торгов являлось имущество, права на которое ранее приобретены Банком и ООО «Мегаполис», в том числе в составе неделимых вещей.

Судом первой инстанции в полном объеме исследованы имеющиеся в материалах дела доказательства о технических характеристиках отчуждаемого имущества, сделаны выводы об отсутствии оснований полагать о наличии обстоятельств «двойной продажи».

Доводы Бака о добросовестном поведении и своевременном обращении в суд с настоящими требованиями отклоняются судом апелляционной инстанции. Так из объяснений Банка следует, что о составе имущества, предлагаемого к продаже на оспариваемых торгах, ему стало известно после публикации на ЕФРСБ от 04.04.2019.

В то же время, состав имущества, предлагаемого к продаже, был опубликован на ЕФРСБ 06.12.2018, а информация об утверждении Положения была размещена 26.09.2018. Также Банку была доступна информация, о составе имущества включенного в конкурсную массу должника в результате проведенной в 2016, 2017 года инвентаризации. Также Банку своевременно была доступна информация о проведенных в феврале 2019 года первых и вторых торгах в отношении спорного имущества.

Таким образом, действуя разумно и добросовестно, еще на стадии принятия решения оставления имущества за собой, Банк, в случае необходимости, должен был принять меры к включению в состав приобретаемого имущества объектов, отчуждённых по результатам оспариваемых торгов, включить их стоимость в размер погашаемых требований.

Однако, приобретая только часть имущества и допуская самостоятельную продажу спорного имущества, Банк тем самым, подтвердил свое волеизъявление  и возможность его самостоятельного отчуждение и как следствие возможное прекращение деятельности с использование имущественного комплекса. 

Доводы апелляционной жалобы об обратном противоречат положениям ст. 9 Гражданского Кодекса Российской Федерации, в соответствии с которой граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.

Принимая решение о реализации имущества раздельными лотами, кредиторы тем самым определили судьбу имущества, ранее составлявшего единый имущественный комплекс. Данное решение не противоречит указанным выше нормам как гражданского, так и банкротного законодательства. 

Так, продажа предприятия должника осуществляется в порядке, установленном пунктами 4 - 19 статьи 110 Закона о банкротстве. В случае если предприятие должника не было продано на торгах, продажа имущества должника осуществляется в соответствии со статьей 111 Закона о банкротстве, то есть по частям.

При этом суд апелляционной инстанции отмечает, что оспаривание лишь последних торгов, не приведет к восстановлению имущества должника в пределах ранее существовавшего единого имущественного комплекса с учетом ранее состоявшегося отчуждения различным собственникам.

С учетом указанных обстоятельств, а также действиями самих кредиторов по формированию лотов по продаже имущества, представленных в материалы дела доказательств, суд апелляционной инстанции полагает недоказанным обстоятельства двойной продажи имущества и соответственно нарушение прав заявителей по настоящему обособленному спору. 

По результатам рассмотрения апелляционной жалобы, изучения материалов дела, оценки приведенных сторонами при рассмотрении спора доводов, пояснений и возражений, апелляционный суд считает, что выводы суда первой инстанции соответствуют установленным фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, основываются на верном применении норм права, регулирующих спорные правоотношения.

Доводы апеллянта не опровергают выводов решения суда первой инстанции и не содержат указаний на новые имеющие значение для дела обстоятельства, не исследованные судом первой инстанции, в связи с чем, оснований для отмены решения суда первой инстанции по доводам апелляционной жалобы не имеется.

С учетом изложенного решение суда следует оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта на основании части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не установлено.

Судебные расходы распределяются между сторонами в соответствии с правилами, установленными статьей 110 АПК РФ, и относятся на апеллянтов, поскольку в удовлетворении жалоб отказано.

 

Руководствуясь статьями 176, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Оренбургской области от 01.03.2022 по делу № А47-6362/2016 оставить без изменения, апелляционную жалобу акционерного общества Коммерческий банк «Москоммерцбанк» - без удовлетворения.

 

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение одного месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий судья                                    А.А. Румянцев

  Судьи:                                                                          Т.В. Курносова

                                                                                       Е.А. Позднякова