﻿

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15

http://faspo.arbitr.ru   e-mail: info@faspo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-51361/2019

Дело № А65-23775/2018

г. Казань

24 июля 2020 года

Резолютивная часть постановления объявлена 20 июля 2020 года.

Полный текст постановления изготовлен 24 июля 2020 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Моисеева В.А.,

судей Ивановой А.Г., Коноплевой М.В.,

при участии представителей:

Зейнетдинова Р.С. – Гумеровой А.Р., доверенность от 15.07.2020,

общества с ограниченной ответственностью «Дезинфекционная Станция» – Бурмистровой Д.Д., доверенность от 01.08.2019,

в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом,

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу Зейнетдинова Руслана Сенетулловича 

на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 25.03.2020 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.05.2020 

по делу № А65-23775/2018

по заявлению конкурсного управляющего Афанасьева Юрия Дмитриевича о привлечении к субсидиарной ответственности солидарно Зейнетдинова Р.С. и Валееву А.Г., в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Альтон», ИНН 1648038052, ОГРН 1141673001030,

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 13.08.2018 на основании заявления общества с ограниченной ответственностью «Дезинфекционная Станция» (далее – ООО «Дезинфекционная Станция») возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Альтон» (далее – ООО «Альтон», должник).

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 01.10.2018 ООО «Альтон» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура конкурсного производства (ликвидируемый должник). Конкурсным управляющим должником утверждена кандидатура Афанасьева Юрия Дмитриевича.

В Арбитражный суд Республики Татарстан поступило заявление конкурсного управляющего Афанасьева Ю.Д. (с учетом уточнений) о привлечении к субсидиарной ответственности солидарно Зейнетдинова Руслана Сенетулловича и Валеевой Алсу Гаязетдиновны.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 25.03.2020, оставленным без изменения постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.05.2020, заявление удовлетворено частично. Зейнетдинов Р.С. привлечен к субсидиарной ответственности, в остальной части заявления отказано. Производство по обособленному спору в части определения размера субсидиарной ответственности приостановлено до окончания расчетов с кредиторами.

В кассационной жалобе Зейнетдинов Р.С., ссылаясь на неправильное применение судебными инстанциями норм права и несоответствие сделанных ими выводов фактическим обстоятельствам дела, просит отменить определение суда первой инстанции и постановление апелляционного суда в части привлечения его к субсидиарной ответственности и принять новый судебный акт, которым отказать в удовлетворении заявленных конкурсным управляющим требований.

По мнению заявителя кассационной жалобы, суды не установили оснований для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности. Зейнетдинов Р.С. считает, что не совершал сделку, повлекшую банкротство должника; наличие его вины и причинноследственной связи между совершенной сделкой и банкротством должника конкурсным управляющим не доказано.

В возражениях на кассационную жалобу ООО «Дезинфекционная станция» просит оставить обжалуемые судебные акты без изменения.

Определение суда от 25.03.2020 и постановление апелляционного суда от 26.05.2020 в части отказа в привлечении к субсидиарной ответственности Валеевой А.Г. в кассационном порядке не обжалуется.

Проверив материалы дела, в пределах, установленных статьей 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), обсудив доводы кассационной жалобы, возражений на нее, заслушав в судебном заседании представителей Зейнетдинова Р.С. и ООО «Дезинфекционная Станция», судебная коллегия приходит к следующему.

Как видно из материалов дела и установлено судами, Зейнетдинов Р.С. являлся единственным участником должника (учредителем), а также его руководителем и в последующем – ликвидатором. Решением единственного участника от 24.05.2017 № 4 Зейнетдинов Р.С. принял решение о ликвидации общества, обязанности ликвидатора возложил на себя.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 06.05.2019 в рамках настоящего дела признана недействительной сделка – договор купли-продажи от 27.01.2017 № 1, заключенный между ООО «Альтон» и Поляниной А.Ф., с Поляниной А.Ф. в пользу должника взыскано 1 143 000 руб.

Судами установлено, что между должником и Поляниной А.Ф. заключен договор купли-продажи от 27.01.2017 № 1, по условиям которого должник продал транспортное средство «Ауди А6» 2014 года выпуска по цене 500 000 руб. Согласно проведенной оценки транспортное средство реализовано по цене 500 000 руб., в то время как рыночная стоимость имущества на момент отчуждения составляла 1 143 000 руб. При этом денежные средства в адрес должника не поступили. 

Обращаясь в Арбитражный суд Республики Татарстан с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности, конкурсный управляющий просил привлечь к субсидиарной ответственности Зейнетдинова Р.С. за совершение сделки по отчуждению автомобиля; за непередачу документации и необращение в суд с заявлением о признании должника банкротом.

Суд первой инстанции и согласившийся с его выводами апелляционный суд пришли к выводу об отсутствии оснований для привлечения Зейнетдинова Р.С. к субсидиарной ответственности за непередачу документации в силу того, что документация передана, доказательств наличия иной документации, от передачи которой ответчик уклоняется, либо документации, в отношении которой ответчиком не приняты меры по обеспечению её сохранности, либо умышленно уничтоженной, материалы дела не содержат.

В данной части определение суда первой инстанции и постановление апелляционной инстанции в суд кассационной инстанции не обжалуются.

При этом суд первой инстанции, руководствуясь положениями статей 9, 61.10, 61.11, 61.12. 61.16 Федерального закона от 26.10.2002 № 127ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), с учетом разъяснений, изложенных в пунктах 16-21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» пришел к выводу, что заявление конкурсного управляющего подлежит удовлетворению в части привлечения Зейнетдинова Р.С. к субсидиарной ответственности за совершение сделки и за необращение в суд с заявлением о банкротстве.

Судом установлено, что задолженность должника перед единственным кредитором – ООО «Дезинфекционная Станция» по договору аренды была сформирована по состоянию на конец 2016 года (период с мая месяца 2015 года по декабрь 2016 года). В январе 2017 года должник получил от кредитора уведомление о расторжении договора и необходимости уплаты задолженности в сумме 2 048 000 руб. (претензия от 12.01.2017). Однако, несмотря на указанные обстоятельства, должник в лице его единственного учредителя и руководителя 27.01.2017 совершил сделку по отчуждению имущества – транспортного средства стоимостью 1 143 000 руб., что составляет сумму более половины суммы реестра требований кредиторов. При этом, имущество отчуждено без какой-либо оплаты, то есть, фактически на условиях дарения. Судом установлено, что иного имущества у должника конкурсным управляющим не обнаружено.

Таким образом, судом первой инстанции сделан вывод о том, что должник совершил убыточную сделку на значительную для должника сумму в соотношении с требованием единственного кредитора. При этом, с учетом размера причиненного ущерба в виде стоимости имущества, данная безвозмездная сделка повлекла негативные воздействия контролирующего лица на деятельность должника, учитывая, что существенно изменилось финансовое положение должника. С 01.06.2017 должник принял решение о добровольной ликвидации. Таким образом, совершение данной сделки в виде вывода актива должника значительно ухудшило финансовое положение должника. При этом, данная сделка не подразумевала наличие разумных ожиданий, направленных на получение равноценного встречного исполнения, что воспрепятствовало бы объективному банкротству должника. 

Исходя из установленных обстоятельств, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что подтверждена презумпция доведения до банкротства должника контролирующим его лицом.

Кроме того, судом установлено, что по состоянию на конец 2015 года и начало 2016 года должник обладал сведениями о наличии задолженности. При этом, суд первой инстанции указал, что задолженность должника перед кредитором образовалась в период начиная с мая 2015 года. Условиями договора аренды предусмотрена оплата в размере 102 400 руб. ежемесячно. Таким образом, в конце 2015 года должник не мог не знать о наличии признаков неплатежеспособности, которые в дальнейшем привели к банкротству должника. Соответственно, в указанный момент должник должен был обратиться в суд с заявлением о признании банкротом, учитывая, что согласно бухгалтерского баланса за 2017 год должник получил убыток в размере 1 547 000 руб., у должника отсутствовало имущество для покрытия задолженности. 

Таким образом, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что в конце 2015 года должник обладал фактическими признаками неплатежеспособности и руководитель должника, действуя разумно и добросовестно, должен был обратиться в суд с заявлением о признании должника банкротом. 

Доводы ответчика Зейнетдинова Р.С. о том, что к банкротству должника привел корпоративный спор, как основание для отказа в удовлетворении настоящего заявления судом первой инстанции правомерно отклонены, поскольку названные обстоятельства не влияют на невозможность погашения требований кредитора и не исключают возможности привлечения к субсидиарной ответственности.

Поскольку предусмотренная пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве обязанность обращения с заявлением должника его бывшим руководителем не исполнена, суд первой инстанции сделал вывод о наличии оснований для привлечения его к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Апелляционный суд, повторно рассмотрев обособленный спор по правилам главы 34 АПК РФ, с выводами суда согласился.

Арбитражный суд Поволжского округа считает, что выводы, содержащиеся в обжалуемых судебных актах, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, установленным судами первой и апелляционной инстанций, имеющимся в нем доказательствам, спор разрешен без нарушения либо неправильного применения норм материального и процессуального права.

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее – Закон № 266) признана утратившей силу статья 10 Закона о банкротстве «Ответственность должника и иных лиц в деле о банкротстве»; Закон о банкротстве дополнен главой III.2 «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве». 

Согласно пункту 3 статьи 4 Закона № 266 рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу названного закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона № 266.

Поскольку заявление о привлечении к субсидиарной ответственности поступило в суд 14.06.2019, а обстоятельства, в связи с которыми заявлены настоящие требования имели место до вступления в силу Закона № 266-ФЗ, то ввиду периода времени, к которому относятся обстоятельства, являющиеся основанием для привлечения к субсидиарной ответственности, при рассмотрении настоящего спора подлежали применению нормы статьи 10 Закона о банкротстве.

Вместе с тем положения статьи 10 Закона о банкротстве в прежней редакции по содержанию мало чем отличаются от предусмотренных действующих в настоящее время статьей 61.11, 61.12 Закона о банкротстве оснований ответственности, что означает возможность применения к статье 10 Закона о банкротстве значительного объема разъяснений норм материального права, изложенных в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве».

Согласно пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве (пункт 2 статьи 61.11 в нынешней редакции Закона о банкротстве) пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, когда причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

Согласно пункту 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами, если должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества.

В соответствии с пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве (пункт 1 статьи 61.12 в нынешней редакции Закона о банкротстве) неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 названного закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых Законом о банкротстве возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

По смыслу пункта 7 статьи 61.16 Закона о банкротстве приостановление производства по обособленному спору о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 Закона о банкротстве, осуществляется судом при невозможности определения размера ответственности, но при установлении всех иных обстоятельств, имеющих значение для привлечения к такой ответственности (пункт 41 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»).

Установив наличие обстоятельств, при которых руководитель должника был обязан обратиться в суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом), а также признав не опровергнутыми презумпцию невозможности погашения требований кредиторов вследствие совершения Зейнетдиновым Р.С. необоснованной сделки должника, причинившей существенный вред кредитору, суды правомерно привлекли бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности в указанной части.

Суды действовали в рамках предоставленных полномочий и оценили обстоятельства и доказательства по своему внутреннему убеждению, что соответствует положениям статьи 71 АПК РФ.

Доводы заявителя кассационной жалобы о недоказанности конкурсным управляющим факта, что банкротство должника наступило по вине Зейнетдинова Р.С., подлежат отклонению с учетом разъяснений, содержащихся в пункте 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», согласно которым в силу прямого указания подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника. Указанное означает, что, по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем.

Другие доводы, приведенные в кассационной жалобе, выводов судов не опровергают, подлежат отклонению, поскольку по существу направлены на переоценку фактических обстоятельств, установленных судами на основании произведенной ими оценки имеющихся в деле доказательств, по причине несогласия заявителя жалобы с результатами указанной оценки судов, что не входит в круг полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, перечисленных в статьях 286, 287 АПК РФ.

При таких обстоятельствах судебная коллегия оснований для удовлетворения кассационной жалобы не находит.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 25.03.2020 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.05.2020 по делу № А65-23775/2018 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий судья					В.А. Моисеев

Судьи									А.Г. Иванова

										М.В. Коноплева