СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

634050, г. Томск, ул. Набережная реки Ушайки 24. 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А27-24985/2015

г. Томск

19 января 2018 года

Резолютивная часть постановления объявлена 16 января 2018 года Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи Кудряшевой Е.В., судей: Логачева К.Д., Фроловой Н.Н., 

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Матыскиной В.В.,  при участии в судебном заседании:  

от ООО «ТФМ-Оператор»: ФИО1 по доверенности от 02.10.2017 (до перерыва), от ООО «ЗапСиб-Трассервис»: ФИО2 по доверенности от 17.07.2017, от ООО ВТБ Факторинг: ФИО3 по доверенности от 29.05.2017 (до перерыва), 

от Банка ВТБ (ПАО): ФИО3 по доверенности от 25.12.2017 (до  перерыва),.ФИО4 по доверенности от 27.01.2016 (после перерыва),  

от иных лиц: без участия (извещены), 

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной  ответственностью «ТФМ-Оператор» (рег. № 07АП-5718/2016 (32)) на определение  Арбитражного суда Кемеровской области от 25 сентября 2017 года (судья Нецлова О.А.)  по делу о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью  «Сибирская Вагоноремонтная Компания» (654010, Кемеровская область, г. Новокузнецк,  площадь Побед, 1-330; ОГРН 

<

***>; ИНН 

<

***>) по заявлению общества с  ограниченной ответственностью «ТФМ-Оператор» (ОГРН 

<

***>, ИНН  

<

***>) об установлении размера требований и включении их в реестр требований  кредиторов общества с ограниченной ответственностью «Сибирская вагоноремонтная  компания», город Новокузнецк, Кемеровская область, заявления общества с ограниченной  ответственностью «ТФМ-Оператор», город Новосибирск (ОГРН 

<

***>, ИНН  

<

***>) и публичного акционерного общества «ТрансФин-М», город Москва о  процессуальной замене заявителя, третье лицо, не заявляющее самостоятельных  

требований относительно предмета спора, общество с ограниченной ответственностью  «ЗапСиб-Транссервис», город Новосибирск в лице конкурсного управляющего  Скороспешева Дениса Игоревича,  

У С Т А Н О В И Л:

Решением Арбитражного суда Кемеровской области от 30 января 2017 года  общество с ограниченной ответственностью «Сибирская Вагоноремонтная Компания»,  город Новокузнецк Кемеровской области, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>,  зарегистрированное по месту нахождения по адресу: 654010, Кемеровская область, город  Новокузнецк, площадь Побед, дом 1, корпус 330 (далее - ООО «Сибирская  вагоноремонтная компания», должник) признано банкротом, открыто конкурсное  производство. Конкурсным управляющим утвержден ФИО6.  

Указанные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» 04 февраля 2017 года. 

Срок конкурсного производства в отношении должника был продлен, судебное  разбирательство по отчету конкурсного управляющего назначено на 12 декабря 2017 года.  

31 марта 2017 года в арбитражный суд поступило (направлено по почте 28 марта  2017 года) заявление публичного акционерного общества «ТрансФин-М», город Москва,  ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее – ПАО «ТрансФин-М», заявитель) об  установлении размера требований и включении их в реестр требований кредиторов ООО  «Сибирская вагоноремонтная компания» в размере 207 123 626,50 рублей основного долга  и 12 498 305,93 рублей финансовых санкций. Требования предъявлены к должнику, как к  поручителю.  

Определением суда от 04 апреля 2017 года заявление принято к производству, к  участию в рассмотрении настоящего обособленного спора в качестве третьего лица, не  заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен  должник по основному обязательству – общество с ограниченной ответственностью  «ЗапСиб-Транссервис», город Новосибирск (единственный участник должника, далее –  ООО «ЗапСиб-Транссервис») в лице конкурсного управляющего ФИО5.  

19.06.2017 в арбитражный суд поступило заявление от ООО «ТФМ-Оператор» о  процессуальной замене заявителя в связи с уступкой права. От ПАО «ТрансФин-М»  поступило аналогичное заявление.  

Определением Арбитражного суда Кемеровской области от 25 сентября 2017 года  (резолютивная часть объявлена 14 сентября 2017 года) судом произведена процессуальная  замена заявителя по требованию публичного акционерного общества «ТрансФин-М»,  

город Москва его правопреемником обществом с ограниченной ответственностью «ТФМ- Оператор», город Новосибирск. ООО «ТФМ-Оператор», город Новосибирск во  включении требований в реестр требований кредиторов общества с ограниченной  ответственностью «Сибирская вагоноремонтная компания», город Новокузнецк,  Кемеровская область отказано.  

Не согласившись с принятым по делу определением, ООО «ТФМ-Оператор» в  апелляционной жалобе просит его отменить, принять по делу новый судебный акт об  удовлетворении заявления, ссылаясь на неполное выяснение судом обстоятельств,  имеющих значение для дела, неправильное применение норм материального права.  

В обоснование апелляционной жалобы заявитель указывает, что обязательство  между ООО «СВРК» и ПАО «ТрансФин-М» никак не связано с корпоративными  основаниями. На момент возникновения обязательств и на всем протяжении его  существования ПАО «ТрансФин-М» не участвовало и не участвует в капитале ООО  «СВРК». Договоры поручительства заключены на типовых условиях. Таким образом,  обязательство по оплате заявленной задолженности возникло из договоров  поручительства и никак не может быть отнесено к корпоративным. Утверждение, что  имело место покупка бенефициаром долга должника, заключение договора цессии  вытекает из факта участия в уставном капитале должника, противоречит объективным  обстоятельствам дела, поскольку долг приобретен не бенефициаром должника, а ООО  «ТФМ-Оператор» и заключение договора цессии никак не может быть связано с фактом  участия нового кредитора в капитале должника. Податель жалобы считает, что не  доказано, что договор цессии между ПАО «ТрансФин-М» и ООО «ТФМ-Оператор»  заключен со злоупотреблением правом.  

От ООО «СВРК» до дня судебного заседания поступило ходатайство об отложении  судебного заседания, мотивированное необходимостью подготовки правовой позиции по  апелляционной жалобе, копия которой в адрес прежнего конкурсного управляющего не  была направлена.  

Судебное заседание на основании пункта 5 статьи 158 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации откладывалось.  

ООО «ТФМ-Оператор» представило письменные пояснения, в которых просило  обжалуемое определение отменить, принять по делу новый судебный акт об  удовлетворении заявления. Податель полагает, что судом неверно истолкована суть и  позиция, которая содержится в Определениях Верховного Суда Российской Федерации.  

Отмечает, что наличие аффилированности само по себе не означает, что сделка совершена  со злоупотреблением правом. Злоупотребление правом Банком ВТБ доказано не было.  

Отзыв конкурсного управляющего ООО «СВРК» не принимается во внимание,  поскольку в нарушение частей 1 и 2 статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации не представлены доказательства его направления другим  участникам обособленного спора, в срок, обеспечивающий возможность ознакомления с  ним до начала судебного заседания.  

В судебном заседании факт получения участниками обособленного спора отзыва на  апелляционную жалобу не установлен.  

Банк ВТБ (ПАО), ООО ВТБ Факторинг в возражениях поддерживают позицию,  изложенную в суде первой инстанции, а именно довод уполномоченного органа о  недействительности договоров поручительства ввиду отсутствия очевидной  экономической целесообразности, существенного превышения размера обязательств по  договорам поручительства над активами ООО «Сибирская вагоноремонтная компания».  Также поддерживает доводы конкурсного управляющего об отсутствии разумной деловой  (экономической) цели при заключении договора цессии между ПАО «ТрансФин-М» и  ООО «ТФМ-Оператор»; заключение договора цессии о приобретении прав требований к  компаниям-банкротам, ликвидные активы которых находятся в залоге, свидетельствует об  отсутствии намерения получить экономический эффект в результате реальной  предпринимательской или иной экономической деятельности. По мнению кредиторов,  требования ООО «ТФМ-Оператор» к должнику, основанные на договоре цессии, следует  квалифицировать как корпоративные и не подлежащие включению в реестр требований  кредиторов должника на основании пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской  Федерации и абзаца 8 статьи 2 Федерального закона «О несостоятельности  (банкротстве)».  

В судебном заседании представитель ООО «ТФМ-Оператор» поддержал доводы  апелляционной жалобы по изложенным в ней основаниям, просил определение отменить,  принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявления. Представитель ООО  «ЗапСиб-Трассервис» поддержал позицию ООО «ТФМ-Оператор». Представитель Банка  ВТБ (ПАО) и ООО ВТБ Факторинг поддержали позицию, изложенную в возражениях в  суде первой инстанции.  

Иные лица, участвующие в обособленном споре в деле о банкротстве, надлежащим  образом и своевременно извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной  жалобы, в судебное заседание апелляционной инстанции явку своих представителей не  

обеспечили. На основании статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации дело рассмотрено в их отсутствие.  

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы и отзыва,  проверив законность и обоснованность определения суда первой инстанции в порядке  статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  апелляционной инстанции считает его подлежащим отмене.  

В силу статьи 32 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О  несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности  (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным  настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами,  регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).  

Установление требований кредиторов осуществляется арбитражным судом в  зависимости от процедуры банкротства, введенной в отношении должника в порядке,  определенном в статьях 71 и 100 Закона о банкротстве.  

Согласно пункту 6 статьи 16 Закона о банкротстве требования кредиторов  включаются в реестр требований кредиторов и исключаются из него арбитражным  управляющим или реестродержателем исключительно на основании вступивших в силу  судебных актов, устанавливающих их состав и размер, если иное не определено  настоящим пунктом.  

В силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве  проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом  независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и  лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и  предъявившим требование кредитором - с другой стороны. Установленными могут быть  признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные  доказательства наличия и размера задолженности (пункт 26 Постановления Пленума  Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22 июня 2012 года № 35 «О  некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве»).  

В силу статей 309, 310 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства  должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и  требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований  - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями.  Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его  

условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных настоящим  Кодексом, другими законами или иными правовыми актами.  

В соответствии со статьей 665 Гражданского кодекса Российской Федерации по  договору финансовой аренды (договору лизинга) арендодатель обязуется приобрести в  собственность указанное арендатором имущество у определенного им продавца и  предоставить арендатору это имущество за плату во временное владение и пользование.  

В силу статьи 625 Гражданского кодекса Российской Федерации к договору  лизинга применяются общие положения названного Кодекса об аренде.  

В соответствии со статьей 614 Гражданского кодекса Российской Федерации  арендатор обязан своевременно вносить плату за пользование имуществом (арендную  плату), порядок, условия и срок внесения которой определяются договором аренды.  

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, между  ООО «ЗапСиб-Транссервис» и ПАО «ТрансФин-М» были заключены следующие  соглашения:  

договор финансовой аренды (лизинга) № 562/13/ЗСТС(В) от 25 сентября 2013 года;  договор финансовой аренды (лизинга) № 583/13/ЗСТС(В) от 31 октября 2013 года;  

договор финансовой аренды (лизинга) № 636/14/ЗСТС(В) от 05 марта 2014 года. 

Исполнение обязательств ООО «ЗапСиб-Транссервис» по договору финансовой  аренды (лизинга) № 562/13/ЗСТС(В) от 25 сентября 2013 года и договору финансовой  аренды (лизинга) № 583/13/ЗСТС(В) от 31 октября 2013 года (с учетом дополнительного  соглашения № 1 от 31 октября 2013 года) обеспечивалось поручительством ООО  «Сибирская вагоноремонтная компания» на основании договора поручительства № 1/ЮЛ  от 25 сентября 2013 года.  

Исполнение обязательств ООО «ЗапСиб-Транссервис» по договору финансовой  аренды (лизинга) № 636/14/ЗСТС(В) от 05 марта 2014 года обеспечивалось  поручительством ООО «Сибирская вагоноремонтная компания» на основании договора  поручительства № 636/14/ЗСТСЛ от 05 марта 2014 года.  

По условиям договора поручительства № 1/ЮЛ от 25 сентября 2013 года (том 190  л.д. 25-30) ответственность поручителя является солидарной (пункт 1.2), лимит  ответственности в сумме 77 628 000 рублей, установленный изначально, был отменен с 05  марта 2014 года (том 190 л.д. 30). Срок действия поручительства по данному договору –  до 31 марта 2021 года (пункт 5.1 договора в редакции дополнительного соглашения от 31  октября 2013 года).  

Договор поручительства № 636/14/ЗСТСЛ от 05 марта 2014 года был заключен на  аналогичных условиях.  

Определением Арбитражного суда Новосибирской области от 05 июля 2016 года  по делу № А45-23915/2015 (том 190 л.д. 20-24) требования ПАО «ТрансФин-М» в размере  219 621 932 руб. 43 коп., в том числе, 207 123 626 руб. 50 коп. - основной долг, 5 879 410  руб. 35 коп. – неустойка, 6 618 895 руб. 58 коп. – штраф, включены в реестр требований  кредиторов ООО «ЗапСиб-Транссервис» с отнесением в третью очередь удовлетворения.  

Таким образом, наличие и размер обязательств должника по основному  обязательству – ООО «ЗапСиб-Транссервис» перед ПАО «ТрансФин-М» определен в  судебном порядке.  

31 октября 2016 года между ПАО «Трансфин-М» (цедент) и ООО «ТФМ- Оператор» (цессионарий), а также ООО «ЗапСиб-Транссервис» (основной должник)  заключено соглашение № 1/16/ДЦ/ЗСТС (ДФЛ) об уступке прав по договору лизинга (том  248 л.д. 49-52).  

По условиям данного соглашения цедент передает цессионарию полностью свои  права требования на получение задолженности по договору финансовой аренды (лизинга)   № 562/13/ЗСТС(В) от 25 сентября 2013 года, заключенному между цедентом и  должником, с учетом уведомления о расторжении исх. № 2406 от 30 сентября 2015 года на  дату его расторжения – 30 сентября 2015 года в сумме 138 331 553, 30 рублей, в  следующем составе:  

- 37 411 605, 00 рублей задолженности по оплате лизинговых платежей,  - 94 032 577, 00 рублей задолженности по начисленным, но не оплаченным платежам,  

- 3 154 440, 67 рублей пени за просрочку оплаты лизинговых платежей,  - 3 732 930, 63 рублей штрафа за досрочное расторжение договора.  

В соответствии с пунктом 1.5 указанного соглашения (в редакции дополнительного  соглашения от 31 октября 2016 года № 1) права (требования) к должнику, а также права  (требования), обеспечивающие исполнение должником обязательств по уплате  вышеупомянутой задолженности, и другие связанные с требованием права (требования),  переходят от цедента к цессионарию с момента полной оплаты цены передаваемых  (уступаемых) прав. С момента перехода прав (требования) к цессионарию, цедент  выбывает из соответствующих обязательств по договору с должником. Стоимость  уступаемых прав определена в сумме 138 331 553, 30 рублей (пункт 3 соглашения).  

В соответствии с пунктом 4.1 в редакции дополнительного соглашения № 1 от 31  октября 2016 года указанная в пункте 3 сумма денежных средств должна быть уплачена  

цессионарием в срок не позднее 01 июня 2017 года. Исполнение обязательств по оплате  может быть осуществлено путем передачи в счет оплаты векселей цессионария или иного  элемента по согласованию с цедентом или иным, не запрещенным законом способом по  соглашению сторон.  

В качестве оплаты за уступаемые права ООО «ТФМ-Оператор» передало ПАО  «ТрансФин-М» собственные векселя номинальной стоимостью на общую сумму 138 331  553, 30 рублей, что подтверждается актами приема-передачи векселей № 1 от 31 декабря  2016 года, № 2 от 29 мая 2017 года (том 248 л.д. 53-55).  

Также между ПАО «Трансфин-М» (цедент) и ООО «ТФМ-Оператор»  (цессионарий), а также ООО «ЗапСиб-Транссервис» (основной должник) заключено  соглашение 31 октября 2016 года № 2/16/ДЦ/ЗСТС (ДФЛ) об уступке прав по договору  лизинга (том 248 л.д. 56-59).  

По условиям данного соглашения цедент передает цессионарию полностью свои  права требования на получение задолженности по договору финансовой аренды (лизинга)   № 583/13/ЗСТС(В) от 31 октября 2013 года, заключенному между цедентом и должником,  с учетом уведомления о расторжении исх. № 2406 от 30 сентября 2015 года на дату его  расторжения – 30 сентября 2015 года в сумме 41 241 300, 75 рублей, в следующем составе:  - 15 767 219, 00 рублей задолженности по оплате лизинговых платежей,  

- 22 838 448, 00 рублей задолженности по начисленным, но не оплаченным платежам, 

- 1 287 601, 75 рублей пени за просрочку оплаты лизинговых платежей,   -1 348 032, 00 рублей штрафа за досрочное расторжение договора.  

В соответствии с пунктом 1.5 указанного соглашения (в редакции дополнительного  соглашения от 31 октября 2016 года № 1) права (требования) к должнику, а также права  (требования), обеспечивающие исполнение должником обязательств по уплате  вышеупомянутой задолженности, и другие связанные с требованием права (требования),  переходят от цедента к цессионарию с момента полной оплаты цены передаваемых  (уступаемых) прав. С момента перехода прав (требования) к цессионарию, цедент  выбывает из соответствующих обязательств по договору с должником. Стоимость  уступаемых прав определена в сумме в сумме 41 241 300, 75 рублей (пункт 3 соглашения).  

В соответствии с пунктом 4.1 в редакции дополнительного соглашения от 31  октября 2016 года указанная в пункте 3 сумма денежных средств должна быть уплачена  цессионарием в срок не позднее 01 июня 2017 года. Исполнение обязательств по оплате  может быть осуществлено путем передачи в счет оплаты векселей цессионария или иного  

элемента по согласованию с цедентом или иным, не запрещенным законом способом по  соглашению сторон.  

В качестве оплаты за уступаемые права ООО «ТФМ-Оператор» передало ПАО  «ТрансФин-М» собственные векселя номинальной стоимостью на общую сумму  41 241 300,75 рублей, что подтверждается актом приема-передачи векселей № 3 от 29 мая  2017 года (том 248 л.д. 60).  

Между ПАО «Трансфин-М» (цедент) и ООО «ТФМ-Оператор» (цессионарий), а  также ООО «ЗапСиб-Транссервис» (основной должник) заключено соглашение от 31  октября 2016 года № 3/16/ДЦ/ЗСТС(ДФЛ) об уступке прав по договору лизинга.  

По условиям данного соглашения цедент передает цессионарию полностью свои  права требования на получение задолженности по договору финансовой аренды (лизинга)   № 636/14/ЗСТС(В) от 05 марта 2014 года, заключенному между цедентом и должником, с  учетом уведомления о расторжении исх. № 2406 от 30 сентября 2015 года на дату его  расторжения – 30 сентября 2015 года в сумме 40 049 078, 38 рублей, в следующем составе:  - 17 383 170, 50 рублей задолженности по оплате лизинговых платежей,  

- 19 690 607, 00 рублей задолженности по начисленным, но не оплаченным платежам, 

- 1 437 367, 93 рублей пени за просрочку оплаты лизинговых платежей,  - 1 537 932, 95 рублей штрафа за досрочное расторжение договора.  

В соответствии с пунктом 1.5 указанного соглашения (в редакции дополнительного  соглашения от 31 октября 2016 года № 1) права (требования) к должнику, а также права  (требования), обеспечивающие исполнение должником обязательств по уплате  вышеупомянутой задолженности, и другие связанные с требованием права (требования),  переходят от цедента к цессионарию с момента полной оплаты цены передаваемых  (уступаемых) прав. С момента перехода прав (требования) к цессионарию, цедент  выбывает из соответствующих обязательств по договору с должником. Стоимость  уступаемых прав определена в сумме 40 049 078,38 рублей (пункт 3 соглашения).  

В соответствии с пунктом 4.1 в редакции дополнительного соглашения от 31  октября 2016 года указанная в пункте 3 сумма денежных средств должна быть уплачена  цессионарием в срок не позднее 01 июня 2017 года. Исполнение обязательств по оплате  может быть осуществлено путем передачи в счет оплаты векселей цессионария или иного  элемента по согласованию с цедентом или иным, не запрещенным законом способом по  соглашению сторон.  

В качестве оплаты за уступаемые права ООО «ТФМ-Оператор» передало ПАО  «ТрансФин-М» собственные векселя номинальной стоимостью на общую сумму  

40 049 078,38 рублей, что подтверждается актом приема-передачи векселей № 4 от 29 мая  2017 года.  

Пунктом 7 вышеперечисленных Соглашений об уступке прав предусмотрено, что  должник считается уведомленным о состоявшемся переходе прав (требований) цедента к  цессионарию.  

Ссылаясь на ненадлежащее исполнение должником обязательств по договорам  поручительства, ПАО «ТрансФин-М» (правопредшественник ООО «ТФМ-Оператор»)  обратилось в арбитражный суд с настоящим заявлением.  

Суд первой инстанции, отклоняя доводы о недействительности договоров  поручительства ввиду того, что они заведомо не могли быть исполнены, и в связи с  отсутствием очевидной экономической целесообразности их заключения, признал  договоры поручительства № 1/ЮЛ от 25.09.2013, № 636/14/ЗСТСЛ от 05.03.2014 суд  признает надлежащими.  

При этом правомерно исходил из того, что для признания договора поручительства  недействительной сделкой по причине допущенного при ее заключении злоупотребления  правом (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации), или по основаниям  мнимости (статья 170 Гражданского кодекса Российской Федерации), необходимо  доказать наличие злоупотребления правом или отсутствие намерения создать  соответствующие договору правовые последствия у обеих сторон сделки, ее  совершивших.  

Кредитор ПАО «ТрансФин-М» указал на отсутствие аффилированности и  заинтересованности между ним и должником. Лицами, заявившими возражения в рамках  данного спора, не приведено никаких доводов и не представлено доказательств в  опровержение этого, ни в суде первой, ни в суде апелляционной инстанций.  

При том не доказано, что должник не имел намерения исполнять принятые на себя  акцессорные обязательства, а заявитель не рассчитывал на их реальное исполнение.  

Отклоняя возражения о том, что договоры поручительства заведомо не могли быть  исполнены должником ввиду превышения размера обязательств над активами ООО  «Сибирская вагоноремонтная компания», суд первой инстанции признал их основанными  на предположении.  

Суд первой инстанции правомерно учел правовую позицию, приведенную в  определении Верховного Суда Российской Федерации от 28.02.2017 № 22-КГ16-16, от  26.01.2016 № 57-КГ15-15, от 17.05.2016 № 2-КГ16-1 и № 2-КГ16-2, и других, о том, что  недостаточность имущества у поручителя на момент заключения договора поручительства  

сама по себе не свидетельствует о его мнимости и не означает, что у стороны договора  поручительства и в будущем будет отсутствовать возможность удовлетворить требования  кредитора.  

При этом суд первой инстанции учитывал длительный срок действия  поручительства – до 2021 года. Кроме того, действующее гражданское законодательство  не ставит возможность заключения договора поручительства, а также обязанность  поручителя нести солидарную ответственность с должником вследствие неисполнения  последним обеспеченных поручительством обязательств, в зависимость от  платежеспособности поручителя либо наличия у него имущества, достаточного для  исполнения такого обязательства.  

Намерение кредитора ПАО «ТрансФин-М» получить ординарное обеспечение и  расчет на исполнение обязательств тремя солидарными действующими должниками (в  отношении которых в тот момент еще не были возбуждены дела о банкротстве), что  означает пропорциональное распределение риска дефолта заемщика между всеми членами  группы компаний, признано судом первой инстанции добросовестным и  соответствующим поведению, ожидаемому в аналогичной ситуации от любого участника  гражданского оборота.  

Суд первой инстанции правомерно принял во внимание правовую позицию,  изложенную в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской  Федерации от 11.02.2014 № 14510/13 о том, что наличие у заемщика и поручителей  корпоративных или иных (в частности, экономических) связей, объясняет мотивы  совершения обеспечительных сделок.  

Произведя процессуальную замену и отказывая в удовлетворении заявления о  включении требования в реестр требований кредиторов, суд первой инстанции исходил из  наличия у кредитора и должника признаков аффилированности, при этом указал, что  такие действия сторон имеют исключительно противоправную цель, а именно  уменьшение в интересах должника количества голосов, приходящихся на долю  независимых кредиторов.  

Между тем, судом первой инстанции не учтено следующее. 

Согласно пунктам 1 и 2 статьи 382 Гражданского кодекса Российской Федерации  право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть  передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому  лицу на основании закона. Для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется  согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором.  

Уступка права (требования) представляет собой замену кредитора в обязательстве.  Последствием уступки права (требования) является замена кредитора в конкретном  обязательстве, в содержание которого входит уступленное право (требование) (пункт 6  Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской  Федерации № 120 от 30 октября 2007 года «Обзор практики применения арбитражными  судами положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации»).  

Если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального  кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые  существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят  права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с  требованием права, в том числе право на проценты (статья 384 Гражданского кодекса  Российской Федерации).  

Кредитор, уступивший требование другому лицу, обязан передать ему документы,  удостоверяющие право требования, и сообщить сведения, имеющие значение для  осуществления требования (пункт 2 статьи 385 Гражданского кодекса Российской  Федерации).  

Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в пункте 11  Информационного письма от 30 октября 2007 года № 120 «Обзор практики применения  арбитражными судами положений главы 24 Гражданского кодекса Российской  Федерации» разъяснил, что невыполнение первоначальным кредитором обязанностей по  передаче документов, предусмотренных статьей 385 Кодекса, по общему правилу не  влияет на возникновение у нового кредитора прав в отношении должника. К новому  кредитору права (требования) по общему правилу переходят в момент совершения сделки  уступки права (требования). Передача документов, удостоверяющих право и  подтверждающих его действительность, производится на основании уже совершенной  сделки.  

Из материалов дела следует, что 31 октября 2016 года между ПАО «Трансфин-М»  (цедент) и ООО «ТФМ-Оператор» (цессионарий), а также ООО «ЗапСиб-Транссервис»  (должник) заключен ряд соглашений ( № 1/16/ДЦ/ЗСТС (ДФЛ), № 2/16/ДЦ/ЗСТС (ДФЛ),   № 3/16/ДЦ/ЗСТС (ДФЛ)) об уступке прав по договору лизинга (том 248 л.д. 49-52, 56-59).  

Сведения об оспаривании указанных соглашений, а также об оспаривании договора  лизинга, лежащего в основе уступки требования, признании их недействительными, у  суда апелляционной инстанции отсутствуют.  

Принимая во внимание, что факт выбытия ПАО «Трансфин-М» в спорном  материальном правоотношении документально подтвержден, данное обстоятельство в  силу статьи 48 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации признано  судом первой инстанции основанием для осуществления процессуального  правопреемства.  

Вместе с тем, судом первой инстанции отказ во включении требований ООО  «ТФМ-Оператор» в реестр требований кредиторов общества с ограниченной  ответственностью «Сибирская вагоноремонтная компания» в связи с наличием у  кредитора и должника признаков аффилированности, апелляционный суд считает  ошибочными в связи со следующим.  

В соответствии с частью 1 статьи 421 Гражданского кодекса Российской  Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора.  

В пунктах 3, 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации определено,  что при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении  гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать  добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или  недобросовестного поведения.  

Статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающая  пределы осуществления гражданских прав, не допускает их осуществление  исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также действия в обход  закона с противоправной целью и иное заведомо недобросовестное осуществление  гражданских прав (злоупотребление правом).  

По пункту 2 данной статьи в случае несоблюдения указанных требований суд,  арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного  злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или  частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.  

Согласно пункту 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации  добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий  предполагаются.  

При этом, действующее законодательство не ограничивает права лиц на  заключение договоров между аффилированными лицами. Сам по себе факт  аффилированности сторон спорной сделки не свидетельствует непосредственно о  злоупотреблении правом сторонами спорного договора, а также о его незаключенности.  

В данном случае, не доказано совершение названными юридическими лицами  действий, осуществляемых исключительно с намерением причинить вред должнику, а  также злоупотребление правом в иных формах.  

Заключение соглашения об уступке права и замена кредитора не свидетельствуют о  нарушении законных прав и интересов должника (пункт 14 Информационного письма от  30 октября 2007 года № 120 «Обзор практики применения арбитражными судами  положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации»).  

Само по себе наличие аффилированности у кредитора и должника не может  указывать на безусловный факт злоупотребления правами.  

Кроме того, применительно к отношениям, регулируемым Федеральным законом  «О несостоятельности (банкротстве)» от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ (далее - Закон о  банкротстве), а также правилам пункта 4 статьи 1 и статьи 10 Гражданского кодекса  Российской Федерации недопустимо создание фиктивной задолженности должника перед  аффилированным с ним кредитором с целью захвата последним контроля над банкротным  процессом и необоснованного распределения в свою пользу конкурсной массы во вред  другим кредиторам, требования которых к должнику основаны на действительных и  исполненных с их стороны обязательствах.  

Между тем кредитор, обладающий реальным правом требования к должнику, не  может быть лишен возможности уступить это право другому кредитору только по  причине того, что цессионарий будет являться лицом, аффилированным с должником.  Подобная аффилированность в силу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской  Федерации сама по себе еще не свидетельствует о наличии у цессионария единственной  цели осуществления своих прав, полученных по цессии, в виде причинения вреда другим  кредиторам.  

Иное понимание закона полностью не позволяло бы аффилированным с  должником кредиторам, обладающим действительными правами требования к должнику,  реализовывать такие права в соответствии с установленным стандартом добросовестности  в пределах, регламентированных статьей 10 Гражданского кодекса Российской  Федерации, и неоправданно поражало бы таких кредиторов в гражданских правах по  сравнению с кредиторами, неаффилированными с должником.  

В силу третьего абзаца пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда  Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых  положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»  оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить  

из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего  права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении  необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса  Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и  разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.  

Апелляционный суд, отклоняя доводы кредиторов о том, что единственной целью,  которая могла преследоваться ООО «ТФМ-Оператор» при приобретении прав требований  к предприятиям-банкротам, было включиться в реестр требований кредиторов для  уменьшения количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов, в  интересах аффилированных с должником лиц, в частности, бенефициара должника, для  обеспечения возможности влияния на ход процедуры банкротства, отмечает следующее.  

Лицами, участвующими в деле, не оспаривается факт наличия задолженности по  договору лизинга, следовательно, замена кредитора (ПАО «Трансфин-М» на ООО «ТФМ- Оператор») никак не могла повлиять на размер суммы долга, подлежащей включению в  реестр требований кредиторов общества с ограниченной ответственностью «Сибирская  вагоноремонтная компания» и свидетельствовать об искусственном создании  задолженности.  

При указанных обстоятельствах, суд апелляционной инстанции, находит  определение суда первой инстанции подлежащим отмене на основании пунктов 3,4 части  1 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и принимает  новый судебный акт, которым требования ООО «ТФМ-Оператор» в размере  207 123 626,50 рублей основного долга с отнесением в третью очередь удовлетворения,  требование в размере 12 498 305,93 рублей финансовых санкций подлежат учету в реестре  требований кредиторов общества с ограниченной ответственностью «Сибирская  вагоноремонтная компания» отдельно для удовлетворения после погашения основной  суммы задолженности и причитающихся процентов по третьей очереди.  

Опечатка, допущенная при объявлении резолютивной части, исправлена  определением от 16.01.2018.  

Руководствуясь статьями 258, 268, статьей 271, пунктом 2 статьи 269, пунктами 3, 4  части 1, пунктом 3 части 2 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации,  

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Кемеровской области от 25 сентября 2017 года по делу   № А27-24985/2015 отменить, принять по делу новый судебный акт.  

Включить требование общества с ограниченной ответственностью «ТФМ-Оператор»  (ОГРН 1064217067881, ИНН 4217088696) в реестр требований кредиторов общества с  ограниченной ответственностью «Сибирская вагоноремонтная компания» (ОГРН  1094217000679, ИНН 4217112317) в размере 207 123 626,50 рублей основного долга с  отнесением в третью очередь удовлетворения, требование в размере 12 498 305,93 рублей  финансовых санкций учесть отдельно как подлежащее удовлетворению после погашения  основной суммы долга и причитающихся процентов.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть  обжаловано в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в течение месяца путем  подачи кассационной жалобы через суд первой инстанции.  

 Председательствующий Е.В. Кудряшева 

 Судьи К.Д. Логачев  

 Н.Н. Фролова