Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области

191124, Санкт-Петербург, ул. Смольного, д.6

http://www.spb.arbitr.ru

 

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А56-99041/2022

10 июля 2023 года

г.Санкт-Петербург

 

Резолютивная часть решения объявлена  05 июля 2023 года.

Полный текст решения изготовлен  10 июля 2023 года.

 

Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области в составе:судьи  Коросташова А.А.

 

при ведении протокола судебного заседания: секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в судебном заседании дело по иску:

 

истец: Открытое акционерное общество "АГРОТРАНСАВТО" в лице акционера ФИО2

ответчик: Акционерное общество "ГАЗПРОМБАНК" 

 

третьи лица: 1. Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Санкт-Петербургу, 2. Нотариус нотариального округа Санкт-Петербурга ФИО3, 3. Нотариус нотариального округа Санкт-Петербурга ФИО4,  4. ФИО5,

 

о признании сделки недействительной,

 

при участии:

от истца: ФИО2,

от ответчика: ФИО6, доверенность от 02.05.2021, 

от третьих лиц: не явились, извещены, от генерального директора ОАО «Агротрансавто» ФИО7 представитель ФИО8, доверенность от 19.11.2021, 

 

установил:

Открытое акционерное общество "Агротрансавто" (далее - Общество) в лице акционера ФИО2 обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением к Акционерному обществу "Газпромбанк" (далее - Банк) о признании недействительной ничтожной сделкой заключенный между ОАО «Агротрансавто» и Банком договор об ипотеке (залога недвижимого имущества) № 2815-076-и2 от 23.08.2017, удостоверенный нотариусом ФИО4 и совершение исполнительной надписи от 30.09.2019 по указанному договору об ипотеке и применением последствий недействительности сделки  в виде обязания Росреестр погасить регистрационные записи в ЕГРП на помещение 1- Н, кадастровый № 78:14:0007563:1231 и на земельный участок с кадастровым № 78:14:0007563:8, восстановив право собственности ОАО «Агротрансавто» (далее – Общество).

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Санкт-Петербургу, Нотариус нотариального округа Санкт-Петербурга ФИО3, Нотариус нотариального округа Санкт-Петербурга ФИО4, ФИО5.

Исследовав материалы дела, выслушав объяснения представителей сторон, третьего лица, арбитражный суд установил следующее. 

23.08.2017 между сторонами заключен договор об ипотеке (залоге недвижимого имущества) № 2815-076-и2, в соответствии с котором в обеспечение надлежащего исполнения обязательств Общества с ограниченной ответственностью «Империя-Содружество» (заёмщик) перед залогодержателем  по Кредитному соглашению об открытии кредитрной линии № 2815-076, заключенному между Залогодержателем и Заемщиком в г. Щелково 10.12.2015, в порядке и на условиях, котороые предусмотрены настоящим договором, Залогодатель (Общество) передает Залогодержателю (Банк), а Залогодержатель принимает в залог (устанавливает ипотека) недвижимое имущество, указанное в ст. 2 настоящего договора.

В обоснование предъявленных требований истец указывает, что оспариваемый договор является:

- притворной сделкой, прикрывающей договор поручительства на более крупную сумму; 

- крупной сделкой для общества, не был одобрен в порядке, установленном Федеральным законом от 26.12.1995 N 208-ФЗ "Об акционерных обществах";  

- сделкой с заинтересованностью, заключенной с нарушением положений ст.83 Закона об акционерных обществах; 

-  неравноценной и безденежной (рыночная стоимость на момент заключения договора составляла 201 833 000,00 руб., а по договору – 120 189 000,00); 

- сделкой, заключенной в обход Закона о банкротстве с нарушением  очередности удовлетворения требований кредитора (Банка) без получения согласования собранием кредиторов (комитетом кредиторов) должника – АО «ТД «Фармация).

Оценив представленные в материалы дела доказательства в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в их совокупности и взаимной связи, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с разъяснениями, данными в п. 87 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», согласно п.2 ст.179 ГК РФ притворная сделка, т.е. сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна.  В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно. Из содержания указанной нормы и разъяснений Пленума ВС РФ № 25 следует, что для признания прикрывающей сделки недействительной в связи с ее притворностью суду необходимо установить, что действительная воля всех сторон сделки была направлена на заключение иной (прикрываемой) сделки. 

Истец не представил доказательств, которые бы подтверждали, что действительная воля сторон договора об ипотеке - Банк и Общество, была направлена на создание иных правовых последствий, которые прямо вытекают из содержания договора об ипотеке. Отсутствуют также доказательства, подтверждающие наличие у сторон мотивов заключения притворной сделки – договора поручительства под видом договора об ипотеке.

Истец не указал какие у сторон были юридические препятствия к заключению собственно договора поручительства, в связи с чем указанный договор не может быть квалифицирован судом притворным на основании статьи 170 ГК РФ. 

Кроме того, Истец не учитывает, что признание договора притворной сделкой не влечет таких последствий, как реституция, о которых им заявлено, поскольку законом в отношении притворных сделок предусмотрены иные последствия - применение к сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемой сделке), относящихся к ней правил с учетом существа и содержания такой прикрываемой сделки.

С учётом изложенного доводы истца в указанной части отклонены судом.

Пунктом 1 статьи 78 Закона об акционерных обществах установлено, что крупной сделкой считается сделка, связанная с приобретением, отчуждением или возможностью отчуждения обществом прямо или косвенно имущества, стоимость которого составляет 25 и более процентов балансовой стоимости активов общества, определенной по данным его бухгалтерской отчетности на последнюю отчетную дату, за исключением сделок, совершаемых в процессе обычной хозяйственной деятельности общества, сделок, связанных с размещением посредством подписки (реализацией) обыкновенных акций общества, и сделок, связанных с размещением эмиссионных ценных бумаг, конвертируемых в обыкновенные акции общества.

 В случае отчуждения или возникновения возможности отчуждения имущества с балансовой стоимостью активов общества сопоставляется наибольшая из двух величин - балансовая стоимость такого имущества либо цена его отчуждения (п.1.1. ст. 78 Закона об акционерных обществах). 

В силу положений п. 1 ст. 340 Гражданского кодекса РФ стоимость предмета залога определяется по соглашению сторон, если иное не предусмотрено законом (иное не предусмотрено). 

Для целей квалификации договора залога в качестве крупной сделки ценой отчуждения предмета залога является его залоговая стоимость, что подтверждается судебной практикой. 

Согласно данным бухгалтерского учета по состоянию на 30.06.2017 стоимость активов Общества составляла – 480 052 000,00 руб., а общая залоговая стоимость предмета ипотеки 52 125 084,75 руб. (п.2.3 договора об ипотеке). Общая кадастровая стоимость предмета ипотеки по оспариваемому договору составляет 79 116 048,09 руб., что подтверждается сведениями из ЕГРП.

Согласно определению ВС РФ от 22.02.2018 № 306-ЭС17-17171 по делу N А12-44790/2015 «…кадастровая и рыночная стоимости объектов взаимосвязаны. Кадастровая стоимость по существу отличается от рыночной методом ее определения (массовым характером). Установление рыночной стоимости, полученной в результате индивидуальной оценки объекта, направлено, прежде всего, на уточнение результатов массовой оценки, полученной без учета уникальных характеристик конкретного объекта недвижимости (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.06.2013 N 10761/11). Заключение эксперта не имеет для суда заранее установленной силы и подлежит оценке наряду с другими доказательствами. В заключении эксперта должно быть указано какие индивидуальные особенности зданий, не учтенные при проведении оценки массовым методом в ходе государственной кадастровой оценки, привели к значительному завышению кадастровой стоимости по отношению к рыночной цене, не сослался на какие-либо ошибки, допущенные при проведении кадастровой оценки земельных участков (в том числе, на недостоверность сведений о недвижимости, использованных при кадастровой оценке).»

 Таким образом, стоимость предмета ипотеки составляла 10,86% (от залоговой стоимости) и 16,48% (от кадастровой стоимости) от балансовой стоимости активов Общества.

Следовательно, оспариваемый договор об ипотеке не подлежал одобрению как крупная сделка, поскольку по количественному (стоимостному) критерию не подпадает под категорию крупных сделок в соответствии с положениями ст.78 Закона об акционерных обществах. 

Кроме того, согласно п. 20 Обзора судебной практики по некоторым вопросам применения законодательства о хозяйственных обществах, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25.12.2019, для квалификации сделки в качестве крупной необходимо установить наличие у сделки не только количественного, но и качественного критерия, который заключается в том, что сделка заключалась с целью прекращения деятельности общества или изменения ее вида либо существенного изменения ее масштабов. Согласно практике Верховного Суда (определение от 18.01.2022 № 305- ЭС21-26202 по делу N А40-160589/2020) для вывода о соответствии оспариваемых сделок качественному критерию необходимо исходить из того, что определяющим для квалификации сделки как крупной является не предположение о том, к каким результатам могла привести или привела сделка, а то, что сделка изначально заключалась с целью прекращения деятельности общества или изменения ее вида либо существенного изменения ее масштабов. 

Истец не представил доказательств, подтверждающих что оспариваемый договор об ипотеке изначально заключался с целью прекращения деятельности Общества или изменения ее вида либо существенного изменения ее масштабов.

С учётом изложенного доводы истца в указанной части отклонены судом.

ФИО2 указывает, что договор об ипотеке являлся сделкой и заинтересованностью, ввиду чего требовал корпоративного одобрения.

 По мнению ФИО2, заинтересованность в сделке определяется по двум лицам:  ФИО9 – являлся одновременно председателем Совета директоров ОАО «Агротрансавто» и ООО «Империя-Содружество»;  ФИО10 – являлся одновременно членом Совета директоров ОАО «Агротрансавто» и Генеральным директором ООО «ИмперияСодружество». 

Также заинтересованность ФИО2 определил по ФИО11, который одновременно являлся членом Совета директоров ОАО «Агротрансавто» и начальником юридической службы ООО «Империя-Содружество». 

Абзацем 2 пункта 1 статьи 84 Закона об акционерных обществах установлено, что сделка, в совершении которой имеется заинтересованность, может быть признана недействительной (пункт 2 статьи 174 ГК РФ) по иску общества, члена совета директоров (наблюдательного совета) общества или его акционеров (акционера), владеющих в совокупности не менее чем одним процентом голосующих акций общества, если она совершена в ущерб интересам общества и доказано, что другая сторона сделки знала или заведомо должна была знать о том, что сделка являлась для общества сделкой, в совершении которой имеется заинтересованность, и (или) о том, что согласие на ее совершение отсутствует. 

При этом отсутствие согласия на совершение сделки само по себе не является основанием для признания такой сделки недействительной. 

Исходя из договора об ипотеке (п.9.1.3) ОАО «Агротрансавто» приняты все необходимые разрешения и одобрения, согласования для заключения договор и исполнения обязательств по нему. 

При заключении договора об ипотеке нотариусу предоставлялся протокол № б/н заседания Совета директоров ОАО «Агротрансавто» от 03.08.2017, в соответствии с которым по первому вопросу повестки дня было принято решение о предоставлении согласия на совершение (заключение) договора об ипотеке (залоге недвижимого имущества), как сделки, в которой имеется заинтересованность двух членов Совета директоров – ФИО9 и Шмидта Е.В. 

Согласно п.4 ст.83 Закона об акционерных обществах решение о согласии на совершение сделки, в совершении которой имеется заинтересованность, принимается общим собранием акционеров большинством голосов акционеров - владельцев голосующих акций, принимающих участие в собрании и не являющихся заинтересованными в совершении сделки или подконтрольными лицам, заинтересованным в ее совершении, если сумма сделки или нескольких взаимосвязанных сделок либо цена или балансовая стоимость имущества, с приобретением, отчуждением или возможностью отчуждения которого связаны такие сделки, составляет 10 и более процентов балансовой стоимости активов общества по данным его бухгалтерской (финансовой) отчетности на последнюю отчетную дату, за исключением сделок, предусмотренных абзацами третьим и четвертым настоящего пункта. 

Таким образом, по смыслу п. 4 ст. 83 Закона об акционерных обществах в материальном смысле правом на иск о признании сделки с заинтересованностью недействительной обладает не любой акционер, а только акционер, не заинтересованный в ее совершении, наделенный полномочиями на принятие корпоративного решения об одобрении (неодобрении) такой сделки. 

Данный подход к толкованию п.4 ст.83 Закона об акционерных обществах подтверждается судебной практикой. В определении от СКЭС ВС РФ от 08.07.2015 № 305-ЭС14-8348 по делу № А40-107554/2013 указал, что «…по смыслу абзаца второго пункта 3, абзаца четвертого пункта 5 статьи 45 Закона об обществах с ограниченной ответственностью в материальном смысле правом на иск о признании сделки с заинтересованностью недействительной обладает не любой участник общества, а только участник, не заинтересованный в ее совершении, наделенный полномочиями на принятие корпоративного решения об одобрении (неодобрении) такой сделки.». 

Обращаясь с иском в рамках настоящего дела ФИО2 указывает, что он стал мажоритарным акционером ОАО «Агротрансавто» (82,69 % акций) в результате заключения договора купли-продажи акций Общества, принадлежащих АО «ТД «Фармация», по итогам торгов, проведенных в рамках дела о банкротстве АО «ТД «Фармация».

 Наряду с этим истец также указывает, что АО «ТД «Фармация» является лицом, заинтересованным в заключении оспариваемого договор об ипотеке. Учитывая совокупность указанных обстоятельств, ФИО2 не обладает правом на оспаривание договора об ипотеке как сделки с заинтересованностью, поскольку он является правопреемником АО «ТД «Фармация». 

Согласно п.2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.06.2018 N 27 «Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность» (далее также – Пленум № 27) срок исковой давности по требованиям о признании крупных сделок и сделок с заинтересованностью недействительными и применении последствий их недействительности исчисляется по правилам п. 2 ст. 181 ГК РФ и составляет один год. Срок исковой давности по искам о признании недействительной сделки, совершенной с нарушением порядка ее совершения, и о применении последствий ее недействительности, в том числе когда такие требования от имени общества предъявлены участником (акционером) или членом совета директоров, исчисляется со дня, когда лицо, которое самостоятельно или совместно с иными лицами осуществляет полномочия единоличного исполнительного органа, узнало или должно было узнать о том, что такая сделка совершена с нарушением требований закона к порядку ее совершения, в том числе если оно непосредственно совершало данную сделку. 

Таким образом, независимо от того, кем от имени общества предъявляется требование об оспаривании сделки общества, срок исковой давности исчисляется со дня, когда о том, что такая сделка совершена с нарушением требований закона, узнало или должно было узнать лицо, которое самостоятельно или совместно с иными лицами осуществляет полномочия единоличного исполнительного органа, в том числе если такое лицо непосредственно совершало данную сделку.

 Исключение из указанного правила предусмотрено абз.3 п. 2 Пленума N 27, согласно которому срок исковой давности может исчисляться иным образом, только если был доказан сговор лица, осуществлявшего полномочия единоличного исполнительного органа в момент совершения сделки, с другой стороной сделки.

 В материалах дела отсутствуют доказательства, подтверждающие наличие сговора двух директоров сторон договора об ипотеке. 

ФИО7 – Генеральный директор Общества исполнял свои обязанности на протяжении всего спорного периода времени, в том числе и после обращения взыскания на предмет ипотеки с переходом права собственности на недвижимое имущество в пользу Банка – 12.12.2019.

 Действия ФИО7 по заключению оспариваемого договора об ипотеке были предварительно одобрены решением Совета директоров Общества, что подтверждается протоколом заседания Совета директоров б/н от 03.08.2017.

Данное обстоятельство само по себе исключает сговор руководителей сторон договора.

Оспариваемый договор об ипотеке удостоверен нотариально с регистрацией ипотеки в ЕГРП, сведения из которого находятся в открытом доступе. Т.е. факт заключения оспариваемого договора не скрывался на протяжении всего спорного периода.

Вся информация, необходимая и достаточная для обращения в суд с требованием об оспаривании договора об ипотеке, находится в свободном доступе. 

Поэтому момент начала течения срока исковой давности для обращения в суд с иском по настоящему делу следует исчислять с даты, когда ФИО2 стал акционером ОАО «Агротрансавто», т.е. как минимум с 16.07.2021.

Таким образом, срок исковой давности пропущен.

С учётом изложенного в иске следует отказать. 

Руководствуясь статьями 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  

 

решил:

В иске отказать. 

Решение может быть обжаловано в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня принятия Решения.

 

Судья                                                                            Коросташов А.А.