СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

улица Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, http://7aas.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

город Томск                                                                                      Дело № А27-15380/2016

Резолютивная часть постановления объявлена 18 декабря 2019 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 17 января 2020 года.

Седьмой арбитражный апелляционный суд  в составе:

председательствующего                                       Иванова О.А.,

судей                                                                       Зайцевой О.О.,

                                                                                 ФИО1,

при ведении протокола судебного заседания до перерыва секретарем ФИО2, после перерыва помощником судьи Кузьминой В.А. с   использованием средств аудиозаписи, рассмотрел в судебном заседании апелляционные жалобы конкурсного управляющего ОАО «Железобетон-4» ФИО3 (№ 07АП-1502/2017(5)), ФИО4 (№ 07АП-1502/2017(6)) на определение от 23.09.2019 Арбитражного суда Кемеровской области по делу № А27-15380/2016 о несостоятельности (банкротстве) открытого акционерного общества «Железобетон-4», (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>; 650001, Кемеровская обл., г. Кемерово, переул. Инициативный 2-й, д. 1) по заявлению конкурсного управляющего открытого акционерного общества «Железобетон-4», город Кемерово о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц, взыскании убытков с ФИО4,

В судебном заседании приняли участие:

от конкурсного управляющего АО «Железобетон-4» – ФИО5 (доверенность от 01.02.2019),

от ФИО4 – ФИО6 (доверенность от 18.06.2018, удостоверение адвоката), 

от ФИО7 – ФИО6 (доверенность от 16.03.2018, удостоверение адвоката), 

от ФИО8 – ФИО9 (доверенность от 12.10.2019, удостоверение адвоката), 

от ФИО10 – ФИО9 (доверенность от 16.05.2018, удостоверение адвоката),

 иные лица, участвующие в деле, не явились, извещены.

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Кемеровской области от 19.01.2017 (резолютивная часть решения объявлена 17.01.2017) открытое акционерное общество «Железобетон-4», город Кемерово ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (ОАО «Железобетон-4», должник) признано банкротом, открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев. 

Определением суда от 19.01.2017   (резолютивная часть определения объявлена 17.01.2017) конкурсным управляющим должника утверждён ФИО3.

16.10.2018 года производство по делу о банкротстве открытого акционерного общества «Железобетон-4», город Кемерово приостановлено до вступления в законную силу судебного акта по заявлению о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности.

Конкурсный управляющий открытого акционерного общества «Железобетон-4», город Кемерово 06.03.2018 обратился в суд с заявлением (в редакции дополнений от 11.03.2019), в котором просит привлечь к субсидиарной ответственности п. 2 ст. 10 Закона о банкротстве:

1. Взыскать с ФИО11 - по требованиям Комитета по управлению государственным имуществом Кемеровской области, возникшим с 01.08.2010 по 19.07.2014 - на сумму 25 958 668,37 рублей

2. Взыскать с ФИО11 и ФИО4 по требованиям, возникшим с 21.08.2014 года по 30.11.2015 солидарно:

- по требованиям Комитета по управлению государственным имуществом Кемеровской области,- на сумму 2 694 029,12 рублей;

- АО «Кемеровская генерация» на сумму 283 628, 02 рублей.

3. Взыскать с ФИО11, ФИО4, ФИО8, ФИО7 по требованиям, возникшим с 31.10.2015 года по 01.08.2016 солидарно:

- по требованиям Комитета по управлению государственным имуществом Кемеровской области - 8 187 527,17 рублей (основной долг и пеня);

- по требованиям АО «Кемеровская генерация» - 2 167 495,62 рублей;

- по требованиям ПАО «Ростелеком» - 12 423,59 рублей;

- по требованиям ФИО12 - 3 893,61 рублей;

- по требованиям ЗАО «СРК» - 23 000 рублей.

Взыскать с ФИО11, ФИО4, ФИО8, ФИО7 задолженность по текущим платежам.

Привлечь к субсидиарной ответственности по пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве ФИО4 за не передачу бухгалтерской и иной документации должника.

Взыскать с ФИО4 в пользу ОАО «Железобетон-4» убытки в сумме 37 457 570,05 рублей.

В арбитражный суд 02.04.2019 поступило заявление конкурсного управляющего о взыскании убытков с бывшего руководителя должника – ФИО4 в размере 47 156 814,05 рублей.

Определением от 21.06.2019 объединено в одно производство в деле № А27-15380/2016 о банкротстве открытого акционерного общества «Железобетон-4», город Кемерово заявление конкурсного управляющего должника ФИО3 о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности и заявление конкурсного управляющего о взыскании убытков с бывшего руководителя должника – ФИО4 в размере 47 156 814,05 рублей.

Определением от 23.09.2019 Арбитражного суда Кемеровской области отказано в удовлетворении заявления конкурсного управляющего открытого акционерного общества «Железобетон-4», город Кемерово о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц. Взыскано с ФИО4, город Кемерово в пользу открытого акционерного общества «Железобетон-4», город Кемерово убытки в размере 9 699 244 рублей. В остальной части заявления о взыскании убытков отказано.

С определением суда не согласился конкурсный управляющий ОАО «Железобетон-4», подавший апелляционную жалобу. Просит судебный акт отменить, принять по делу новый судебный акт, которым удовлетворить требования конкурсного управляющего.  Указывает, что судом неверно определен момент начала течения сроков исковой давности по заявленным конкурсным управляющим требованиям. Документы переданы конкурсному управляющему не полностью. ФИО4 документация и имущество общества конкурсному управляющему не передавались. О недостаточности имущества должника для удовлетворения требований кредиторов конкурсный управляющий узнал после окончания инвентаризации 08.02.2017. На территории общества имелось имущество и не принадлежавшее должнику, а также лежал снежный покров более 1 метра. Суд необоснованно учитывал, что конкурсный управляющий не обратился за выдачей исполнительного листа на исполнение судебного акта об истребовании документации.

В дальнейшем конкурсным управляющим представлены дополнения к апелляционной жалобе, в который просит исключить из мотивировочной части фразу: «Между тем, материалами дела подтверждается, что имущество должника передано членам совета директоров ФИО8 управляющему ФИО13.». 

От ФИО11 и ФИО8 поступил отзыв, в котором просят  отказать в удовлетворении апелляционной жалобы конкурсного управляющего, а также отменить определение в части взыскания с ФИО4 убытков в размере 9 699 244 руб. 

Откладывая рассмотрение апелляционной жалобы определением от 19.11.2019 апелляционный суд указал, что на обжалуемое определение суда подана еще одна апелляционная жалоба ФИО4

При этом суд предлагал лицам, участвующим в деле, заблаговременно до начала судебного заседания представить документально обоснованные отзывы и пояснения по существу  апелляционных жалоб,  указать, доказательства в подтверждение доводов и возражений.

Апелляционный суд разъяснял, что в соответствии со ст. 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности. Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

Определением от 16.12.2019 Седьмой арбитражный апелляционный суд принял апелляционную жалобу ФИО4 к совместному рассмотрению с апелляционной жалобой конкурсного управляющего ОАО «Железобетон-4» ФИО3.

В апелляционной жалобе ФИО4 просит определение суда от 23.09.2019 отменить в части взыскания с него убытков. Указывает, что не представлено доказательств фактического взыскания денежных средств после признания сделки недействительной с ООО «Железобетон-4» в пользу ОАО «Железобетон-4». 

До судебного заседания от ОАО «Железобетон-4» поступили дополнения к апелляционной жалобе. Указано, что до завершения формирования конкурсной массы невозможно было установить, что средств не хватит для расчетов с кредиторами. Срок подачи заявления ни по одному требованию не пропущен. Следует учитывать правовую позицию Верховного Суда Российской Федерации от 15.02.2018 №302-ЭС14-1472(4,5,7). В данном случае подлежит применению трехлетний срок исковой давности.  

От ФИО8, ФИО11 поступил отзыв дополнение к апелляционной жалобе конкурсного управляющего и апелляционную жалобу  ФИО4  указано, что их представитель не может участвовать в судебном заседании из-за занятости в иных процессах  и просит его отложить. С доводами апелляционной жалобы ФИО4 согласны. 

От ФИО4 поступило заявление об отложении судебного заседания в связи с невозможностью явки его представителя ФИО6 в судебное заседание из-за участия в судебном заседании  Сургутского городского  суда ХМАО-Югры. 

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего поддержал апелляционную жалобу поданную конкурсным управляющим. Против апелляционной жалобы ФИО4 возражал. Определением от 27.06.2018 конкурсное производство завершено. Денежные средства не поступили.  ФИО4 заявлены новые доводы, не заявлявшиеся в суде первой инстанции.  Срок исковой давности следует исчислять  с момента, когда стало очевидно, что невозможно удовлетворение требований кредиторов за счет конкурсной массы. То есть с учетом инвентаризации не ранее апреля 2017 года. 

Представитель  ФИО4 и  ФИО7 поддержала письменно изложенную позицию. 

Представитель  ФИО10 и ФИО8 поддержал доводы отзыва.

 Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, в судебное заседание апелляционной инстанции не явились. 

Арбитражный апелляционный суд считает возможным на основании статей 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации рассмотреть апелляционную жалобу в отсутствие не явившихся участников арбитражного процесса.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционных жалоб, проверив законность и обоснованность определения суда первой инстанции в порядке статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции не находит оснований для его отмены.

Апелляционный суд учитывает, что в судебном заседании  присутствует представители конкурсного управляющего АО «Железобетон-4»,  ФИО4,  ФИО7,  ФИО8  Основания для отложения судебного заседания отсутствуют. 

Заявленные конкурсным управляющим требования основаны на неисполнении контролирующими должника лицами обязанности по обращению в суд с заявлением о признании ОАО «Железобетон-4» банкротом, а также совершением ответчиком ФИО4 подозрительной сделки, причинившей вред кредиторам, а также на не передаче документации должника и основных средств должника конкурсному управляющему.

Как следует из материалов дела,  обстоятельства, на которые ссылается конкурсный управляющий, в том числе неплатежеспособность должника, возникли в период с 2010 по 2014 годы, передача документов конкурсному управляющему  должна была быть осуществлена в течение трех дней после признания должника банкротом 19.01.2017 и утверждения конкурсного управляющего. Таким образом, данные события относятся к периоду до 30.07.2017.

Арбитражный суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что при рассмотрении настоящего спора подлежат применению положения статьи 10 Закона о банкротстве в действовавшей на тот момент редакции.

С учетом доводов сторон апелляционный суд исходит из следующего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве в указанной редакции руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд, в то числе, в случае, если:

удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

органом, уполномоченным собственником имущества должника – унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника; должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества;

Пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

Положениями статьи 9 Закона о банкротстве предусмотрена обязанность руководителя должника или индивидуального предпринимателя обратиться с заявлением о признании должника банкротом.

Абзацем 6 статьи 2 Закона о банкротстве предусмотрено, что руководителем должника является единоличный исполнительный орган юридического лица или руководитель коллегиального исполнительного органа, а также иное лицо, осуществляющее в соответствии с федеральным законом деятельность от имени юридического лица без доверенности.

Арбитражный суд первой инстанции верно указал, что применительно к редакции ст.10 Закона о банкротстве несостоятельны доводы конкурсного управляющего в части требования к ФИО8 и ФИО7 как к членам Совета директоров общества о привлечении к  субсидиарной ответственности за уклонение от обращения в арбитражный суд с заявлением должника.

Также не может являться основанием для привлечения к субсидиарной ответственности непроведение ими и несозыв общего собрания акционеров для избрания генерального директора и поручения ему подать заявление в суд.

Данная обязанность законом о банкротстве не предусмотрела. Таким полномочия у указанных лиц отсутствовали. 

Вывод суда в данной части не опровергнут апеллянтами.

Оценивая доводы о том, когда должно было бы быть подано заявление о банкротстве должника апелляционный суд учитывает разъяснения в пункте 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53) обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве. 

Таким образом, привлечение руководителя должника к субсидиарной ответственности в связи с не обращением в суд с заявлением о признании должника банкротом возможно при наличии совокупности следующих условий:

неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 закона;

возникновение одного из обстоятельств, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве;

неподача руководителем должника заявления о банкротстве должника в течение месяца с даты возникновения соответствующего обстоятельства;

возникновение обязательств должника, по которым указанные лица привлекаются к субсидиарной ответственности, после истечения срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Следовательно, для привлечения к субсидиарной ответственности по данному основанию конкурсный управляющий обязан обосновать, по какому именно обстоятельству, предусмотренному пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве, должник (руководитель должника) должен был обратиться в суд, когда именно он обязан был обратиться с заявлением, а также какие именно обязательства возникли после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 Закона о банкротстве, и до возбуждения дела о банкротстве должника.

Как следует из сведений в ЕГРЮЛ ФИО11 являлся руководителем должника с 1991 года по 19.06.2014.

Руководителем должника с 19.06.2014 по 30.10.2015 являлся ФИО4, что не оспаривается сторонами.

Применительно к ст.9 Закона о банкротстве  они имели право и обязанность по подаче от имени общества заявления о банкротстве. 

Заявление о признании должника банкротом принято судом 01.08.2016.

Конкурсный управляющий в обоснование заявленных требований ссылается на возникновение признаков неплатежеспособности должника в течение всего периода с 2010 по 2014 годы.

Однако, возникновение признаков объективного банкротство может быть определено конкретным моментом времени, а не периодом 4 лет.

Конкурсный управляющий долен был указать такой момент и представить доказательства того, что именно к указанной дате имелись основания для подачи заявления о банкротстве общества установленные законом.

Из материалов дела невозможно определить в какой именно момент времени возникла ситуация банкротства общества.

Отчетность должника применительно к данному периоду отсутствует.

Даже наличие в деле решения Арбитражного суда Кемеровской области от 24.09.2013  по делу № А27-15689/2011 о взыскании с ОАО «Железобетон-4» в пользу Комитета по управлению государственным имуществом задолженности  по внесению арендной платы по договору аренды земельного участка не является достаточным доказательством наличия неплатежеспособности или недостаточности имущества должника (определение Верховного Суда РФ, сформулированной в определении от 20.07.2017 № 309-ЭС17-1801). 

В соответствии со статьей 2 Закона о банкротстве неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Вместе с тем, сам по себе момент возникновения признаков неплатежеспособности хозяйствующего субъекта (наличие просроченной кредиторской задолженности) может не совпадать с моментом его фактической несостоятельности (банкротства), когда у руководителя появляется соответствующая обязанность по обращению с заявлением о признании должника банкротом.

Наличие у предприятия кредиторской задолженности в определенный период времени не свидетельствует о неплатежеспособности организации в целом, не является основанием для обращения руководителя с заявлением о банкротстве должника и не свидетельствует о совершении контролирующими лицами действий по намеренному созданию неплатежеспособного состояния организации, поскольку не является тем безусловным основанием, которое свидетельствует о том, что должник был неспособен исполнить свои обязательства, учитывая, что структура активов и пассивов баланса находится в постоянной динамике в связи с осуществлением хозяйственной деятельности.

С учетом изложенного, для установления даты возникновения у руководителя должника обязанности обратиться в суд с заявлением о признании должника банкротом необходимо установить возникновение у должника признаков объективного банкротства.

По смыслу приведенных в пункте 4 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»  разъяснений, объективное банкротство представляет собой момент, в который должник стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе об уплате обязательных платежей, из-за превышения совокупного размера обязательств над реальной стоимостью его активов.

Согласно правовой позиции, изложенной в Определениях Верховного Суда РФ от 13.06.2017 № 305-ЭС17-6013, от 03.08.2017 № 305-ЭС15-4454, от 05.10.2018 № 303-ЭС17-3401 даже формальное превышение размера кредиторской задолженности над размером активов, отраженное в бухгалтерском балансе должника, не является свидетельством невозможности общества исполнить свои обязательства.

Кроме того, если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности либо обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве (критическом моменте, в который должник из-за снижения стоимости чистых активов стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе по уплате обязательных платежей), и руководитель несмотря на временные финансовые затруднения добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил максимальные усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель с учетом общеправовых принципов юридической ответственности (в том числе предполагающих по общему правилу наличие вины) освобождается от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным (определение Верховного Суда РФ, сформулированной в определении от 20.07.2017 3 309-ЭС17-1801).

Таким образом, апелляционный суд считает, что конкурсным управляющим не исполнена процессуальная обязанность доказать наличие оснований для привлечения к субсидиарной обязанности руководителя должника за неподачу заявления о банкротстве общества. Имеющиеся в материалах дела доказательства не позволяют достоверно установить момент наступления объективного банкротства должника.

В апелляционной жалобе такие доводы и доказательств дополнительно конкурсным управляющим не приведены.

В части доводов относительно пропуска срока давности подачи заявления апелляционный суд исходит из следующего.

ФИО3 утвержден конкурсным управляющим должника 19.01.2017.

В дело представлены акты и реестры о передаче документации общества датированные 15.02.2017,  29.09.2016.

При этом конкурсный управляющий уже с момента своего утверждения не лишен был права и возможности самостоятельного получения информации о финансовом положении должника, запрашивать сведения о его счетах и произведенных денежных операциях. Конкурсный управляющим мог получить из ФНС России сведения о сданной отчетности должника. Он мог получить являющиеся общедоступными сведения о судебным спорах с участием общества и вынесенных судебных актах.

Арбитражный суд первой инстанции учитывал, что в заключении от 22.12.2016 о наличии (отсутствии) признаков фиктивного или преднамеренного банкротства ОАО «Железобетон-4», составленном временным управляющим должника ФИО3 уже было указано о том, что имеются основания для привлечения к субсидиарной ответственности контролирующих лиц:  во-первых, ФИО11, ФИО7 и ФИО8 должны нести солидарную ответственность в размере задолженности перед кредиторами, возникшей в период с ноября 2013, а также в размере выведенного имущества (если имущество не будет возвращено в состоянии пригодном для осуществления должником основного вида деятельности); во-вторых, ФИО11, ФИО7, ФИО8 и ФИО4 солидарно должны возместить кредиторам 13238068 (выведенное имущество 2013 г.); в-третьих, в результате проведенного анализа сделок ОАО «Железобетон-4» за период с 2013-2016 г. были выявлены сделки и действия (бездействие) органов управления ОАО «Железобетон-4», не соответствующие законодательству Российской Федерации, что послужило причиной возникновения и увеличения признаков неплатежеспособности ОАО «Железобетон-4». То есть уже на момент открытия конкурсного производства 19.01.2017 ФИО3 усматривались основания для субсидиарной ответственности контролирующих лиц. 

Заявление о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности подано 06.03.2018, то есть  за пределами годичного срока давности.

Доводы о применении трехлетнего срока подачи заявления изложенные в апелляционной жалобе и дополнениях несостоятельны. Ссылка на судебную практику не может быть принята во внимание, поскольку судебные акты вынесены при иных фактических обстоятельствах. 

В суде первой инстанции конкурсный управляющий не оспаривал пропуск срока на подачу заявления, заявил ходатайство о его восстановлении.

Арбитражный суд первой инстанции  пришел к верному выводу о том, что отсутствуют уважительные причины пропуска конкурсным управляющим срока на подачу заявления. 

Апелляционный суд учитывает, что изложенные апеллянтом доводы о том, что о наличии оснований для подачи заявления стало известно только после окончательного формирования конкурсной массы, не могут являться уважительными причинами неподачи заявления. 

Конкурсный управляющий не был лишен возможности подать заявления по существу, а затем уточнить его размер с учетом погашения требований кредиторов. Суд мог приостановить производство по заявлению до окончания расчетов с кредиторами.

Оценивая доводы конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО4 за непередачу  бухгалтерской и иной документации должника, материальных и иных ценностей, в связи с чем, не была сформирована конкурсная масса, апелляционный суд исходит из того, что ФИО4 являлся директором ОАО «Железобетон-4» в период с 19.06.2014 по 30.10.2015. 

Конкурсное производство в отношении должника открыто 19.01.2017.

К указанной дате  ФИО4 уже не являлся единоличным исполнительным органом общества.

Арбитражный суд первой инстанции верно учитывал, что собранием акционеров ОАО «Железобетон-4» 26.06.2015 был избран Совет директоров общества, собрание проводилось регистратором - ЗАО «Сибирская регистрационная компания».

В дальнейшем, как следует из протокола №17 от 30.09.2015 заседания Совета директоров ОАО «Железобетон-4»,  было принято решение Совета созвать 23.10.2015 внеочередное общее собрание акционеров, в том числе по вопросам досрочного прекращения полномочий генерального директора и о назначении нового генерального директора.

Согласно акту приема-передачи от 30.10.2015, составленному между ФИО4  и представителем Совета директоров ФИО8, ФИО4  переданы материальные ценности, связанные с финансово-хозяйственной деятельностью ОАО «Железобетон-4». В акте указано на то, что бухгалтерские документы за 2015 г. находятся у главного бухгалтера общества – ФИО14, ранее у ФИО15 Учредительные, регистрационные документы и свидетельства, договоры (соглашения, контракты) – действующие лицензии, оформленные на общество, кадровые архивы, бухгалтерские архивы с 2010 г. по 2014 г., документы, содержащие коммерческую информацию находятся у юрисконсульта общества – ФИО12 

Однако, определением суда от 12.12.2016 удовлетворено ходатайство временного управляющего ФИО3 об истребовании от ФИО4, город Кемерово перечень имущества открытого акционерного общества «Железобетон-4», город Кемерово, в том числе имущественных прав, а также копии бухгалтерских и иных документации, отражающих экономическую деятельность ООО «Железобетон-4» за три года до введения наблюдения; истребовании от ФИО8, город Кемерово перечень имущества открытого акционерного общества «Железобетон-4», город Кемерово, в том числе имущественных прав, а также копии бухгалтерских и иных документации, отражающих экономическую деятельность ООО «Железобетон-4» за три года до введения наблюдения; истребовании от ФИО16, город Кемерово перечень имущества открытого акционерного общества «Железобетон-4», город Кемерово, в том числе имущественных прав, а также копии бухгалтерских и иных документации, отражающих экономическую деятельность ООО «Железобетон-4» за три года до введения наблюдения; истребовании от ФИО17, город Кемерово перечня имущества открытого акционерного общества «Железобетон-4», город Кемерово, в том числе имущественных прав, а также копии бухгалтерских и иных документации, отражающих экономическую деятельность ООО «Железобетон-4» за три года до введения наблюдения; истребовании от ФИО7, город Кемерово перечень имущества открытого акционерного общества «Железобетон-4», город Кемерово, в том числе имущественных прав, а также копии бухгалтерских и иных документации, отражающих экономическую деятельность ООО «Железобетон-4» за три года до введения наблюдения; истребовании от ФИО18, город Кемерово перечень имущества открытого акционерного общества «Железобетон-4», город Кемерово, в том числе имущественных прав, а также копии бухгалтерских и иных документации, отражающих экономическую деятельность ООО «Железобетон-4» за три года до введения наблюдения. Обязании ФИО4, город Кемерово, ФИО8, город Кемерово, ФИО16, город Кемерово, ФИО17, город Кемерово, ФИО7, город Кемерово, ФИО18, город Кемерово передать истребованные сведения и документы временному управляющему ФИО3 в течение 15 (календарных) дней с момента вынесения настоящего определения.

В данном судебном акте не указано, какие именно документы общества не переданы контролирующими лицами, не был учтен факт передачи документов ФИО4

Конкурсным управляющим не представлено доказательств того, что документация ФИО4 при прекращении его полномочий не была передана полностью. 

Не представлено доказательств того, что акту приема-передачи от 30.10.2015  ФИО4  передана не вся документация ФИО8

В дальнейшем ФИО8 передавались документация ОАО «Железобетон-4» временному управляющему ФИО3, что подтверждается актом приема-передачи документов от 29.09.2016, реестрами документов в коробке № 1, реестрами документов в коробке № 2.   При этом отсутствуют доказательства того, что ФИО8 предпринимались действия по получению какой-либо не полученной документации от ФИО4 Такие не переданные документы не указаны и в рамках настоящего спора.

Арбитражный суд апелляционной инстанции считает недоказанным наличие оснований для привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности по указанному основанию.

С учетом отсутствия оснований для привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности по данному основанию не имеет правового значения довод о пропуске срока привлечении к субсидиарной ответственности по данному основанию. Однако, применительно к дате подачи заявления арбитражный суд первой и нстанции седлал верный вывод о пропуске указанного срока. 

Конкурсный управляющий в обоснование требования о привлечении ФИО4 к субсидиарной ответственности ссылается на заключение ФИО4 от имени должника  подозрительной сделки.

Как следует  из материалов дела, в  деле о банкротстве было подано и рассмотрено  заявление конкурсного управляющего ФИО3 о признании недействительной сделкой  договора купли-продажи имущества от 07.07.2014   заключенного между ОАО «Железобетон-4» (продавец) и обществом с ограниченной ответственностью «Железобетон-4» (покупатель). Определением Арбитражного суда Кемеровской области  от 19.02.2018 по делу №27-15380/2016, оставленным в силе Постановлением Седьмого арбитражного суда от 22.05.2018,  удовлетворено   заявление конкурсного управляющего открытого акционерного общества «Железобетон-4», город Кемерово  о признании сделки должника недействительной, применении последствий ее недействительности. Признан  недействительной сделкой – договор купли-продажи имущества от 07.07.2014, заключенный между  открытым  акционерным обществом  «Железобетон-4», город Кемерово и обществом с ограниченной ответственностью «Железобетон-4», город Кемерово. Применены  последствия недействительности сделки в виде взыскания с общества с ограниченной ответственностью «Железобетон-4», город Кемерово в пользу открытого акционерного общества «Железобетон-4», город Кемерово действительной  стоимости имущества в размере 9 699 244 рублей.  

Арбитражный суд первой инстанции в рамках настоящего спора учитывал, что  ФИО4 заявлено о пропуске срока исковой давности.       

Оценивая доводы сторон в данной части, апелляционный суд исходит из того, что         течение срока исковой давности по требованиям юридического лица начинается со дня, когда лицо, обладающее правом самостоятельно или совместно с иными лицами действовать от имени юридического лица, узнало или должно было узнать о нарушении права юридического лица и о том, кто является надлежащим ответчиком   п. 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности»).

Подавая заявление о признании сделки недействительной конкурсный управляющий ФИО3 уже имел информацию об условиях сделки, лицах, подписавших оспариваемый договор, а также полагал, что данная сделка имеет пороки позволяющие признать ее недействительной, повлекла негативные последствия для должника.

Таким образом, уже к моменту подачи заявления об оспаривании сделки (08.02.2017) конкурсный управляющий обладал всеми необходимыми возможностями для предъявления требования о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО4

Кроме того, уже в заключении от 22.12.2016 о наличии (отсутствии) признаков фиктивного или преднамеренного банкротства ОАО «Железобетон-4», составленном временным управляющим должника, ФИО3  делается вывод о том, что договор купли-продажи имущества от 07.07.2014 является убыточной  сделкой. То есть, уже на дату открытия конкурсного производства и утверждения ФИО3  конкурсным управляющим имелись сведения позволяющие прийти к выводу о наличии оснований для предъявления требований к ФИО4

Однако заявление подано 06.03.2018, то есть с пропуском установленного законом срока, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований  (абзац второй пункта 2 статьи 199 ГК РФ).

Апелляционный суд учитывает, что отказ в привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности не препятствует решению вопроса о взыскании с него убытков, причиненных его действиями.

На основании пункта 1 статьи 133, пункта 1 статьи 168 АПК РФ с учетом обстоятельств, приведенных в обоснование иска, суды должны самостоятельно определять характер спорного правоотношения, возникшего между сторонами по делу, а также нормы законодательства, подлежащие применению.   По смыслу статьи 6, части 1 статьи 168, части 4 статьи 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд не связан правовой квалификацией спорных отношений, которую предлагают стороны, и должен рассматривать заявленное требование, исходя из фактических правоотношений.    

Соответствующие разъяснения содержатся в  пункте 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»,      в пункте 3 совместного постановления Пленумов ВС РФ и ВАС РФ № 10/22 от 29.04.2010.   

Кроме того, в пункте 20 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» независимо от того, каким образом при обращении в суд  заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации самостоятельно квалифицирует предъявленное требование.  При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 ГК РФ, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков.  

Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», в силу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица. Обязанность доказывания отсутствия вины в причинении убытков лежит на привлекаемом к гражданско-правовой ответственности единоличном исполнительном органе.

Как следует из материалов дела и установлено при рассмотрении спора о недействительности сделки должника, директором общества ФИО4  заключен  договор купли-продажи имущества от 07.07.2014 с  обществом с ограниченной ответственностью «Железобетон-4», город Кемерово. 

Не смотря на вынесение определения Арбитражного суда Кемеровской области  от 19.02.2018 о признании сделки должника недействительной, применении последствий ее недействительности, денежные средства  должнику не перечислены. Имущество должником утрачено. 

Доказательства обратного не представлены.

Таким образом, в результате  действий ФИО4  как руководителя общества по продаже имущества должника по цене, значительно ниже рыночной, обществу был нанесен ущерб, что является основанием для привлечения ФИО4  к ответственности в виде взыскания убытков.                

Размер убытков как указывает  конкурсный управляющий должника 9 699 244 рублей   (рыночная стоимость имущества, проданного ООО «Железобетон-4»).             

 Также, в обоснование заявленного требования управляющим указано на то, что ФИО4 не передано имущество должника на сумму 37 457 570 рублей. 

Конкурсный управляющий ссылается на то, что в соответствии с последним сданным ФИО4 балансом должника за 2014 год, активы  должника составляли 54 876 000 рублей.  Конкурсным управляющим  обнаружены десять объектов  недвижимости (основных средств) остаточной стоимостью 7 042 096 руб. 30 коп., что подтверждается следующими документами:   инвентаризационная опись №1 от 01.03.2017, инвентаризационная опись №2 от 01.03.2017; инвентаризационная опись №3 от 01.03.2017; инвентаризационная опись №4 от 01.03.2017; инвентаризационная опись №5 от 01.03.2017; инвентаризационная опись №6 от 01.03.2017; инвентаризационная опись №7 от 01.03.2017; инвентаризационная опись №8 от 25.04.2017; инвентаризационная опись №9 от 25.04.2017; инвентаризационная опись №9 от 13.06.2017; акт на списание материалов №1 от 01.03.2017; акт на списание материалов №2 от 01.03.2017; акт на списание материалов №3 от 01.03.2017; акт на списание материалов №4 от 01.03.2017; акт на списание материалов №5 от 01.03.2017;  акт на списание материалов №6 от 01.03.2017; акт на списание материалов №7 от 01.03.2017;  акт на списание материалов №42-8 от 01.03.2017. Обнаружено движимое имущество 34 наименований на сумму 1 666 800 руб.

Суд первой инстанции верно учитывал, что в дел представлены     акт приёме-передаче здания (сооружения) №0042-00001 от 21.08.2017, акт о приёме-передаче здания (сооружения) №0042-00002 от 21.08.2017, акт о приёме-передаче здания (сооружения) №0042-00003 от 21.08.2017, акт о приёме-передаче здания (сооружения) №0042-00004 от 21.08.2017, акт о приёме-передаче здания (сооружения) №0042-00005 от 21.08.2017,  акт о приёме-передаче здания (сооружения) №0042-00006 от 21.08.2017, которые  подтверждают получение конкурсным управляющим от дочерней организации ООО «Железобетон» и включение в конкурсную массу следующих объектов недвижимости (основных средств): теплопункт горячей воды, центральный склад и гараж, гараж на 4  бокса, ремонтно-механический цех, здание столовой, здание №2 арматурного цеха №3.              Письмом оценщика ФИО19 от 05.09.2017 с отчётом оценщика  подтверждается  обнаружение и включение конкурсным управляющим в конкурсную массу объекта - станка металлообрабатывающего GH-1640ZX рыночной стоимостью  144 000 руб.              Отчётом  об оценке ООО «Независимая профессиональная оценка» №170211 от 27.04.2017  подтверждает обнаружение, включение в конкурсную массу и реализацию конкурсным управляющим  объектов недвижимого имущества как строительных материалов (на разбор) на общую  сумму 498 658 рублей.   

Однако, с учетом выявления имущества должника в ходе процедуры банкротства, даты прекращение полномочий ФИО4 как руководителя общества и последующего неназначения единоличного исполнительного органа, факта передачи документации ФИО4 ФИО8 апелляционный суд считает недоказанным факт удержание имущества должника ФИО4, его отчуждения или утраты по вине ФИО4 Доказательств подтверждающих данные обстоятельства не представлено.

Суд первой инстанции также указал на недоказанность факта наличия имущества должника на дату открытия конкурсного производства, сделал вывод о том, что требования  управляющего  о возложении на руководителя должника ответственности в виде возмещения убытков в размере стоимости не переданного (сокрытого) имущества, фактическое наличие которого не подтверждено,  не подлежат удовлетворению.

Конкурсный управляющий должника утвержден  19.01.2017. Оценивая заявление ФИО4 о пропуске срока исковой давности, арбитражный суд первой инстанции верно указал, что поскольку заявление о взыскании убытков направлено в суд конкурсным управляющим 02.04.2019, то трехгодичный  срок  исковой давности  заявителем не  пропущен.

Апелляционный суд оценивает требование конкурсного управляющего  об исключении из мотивировочной части обжалуемого определения вывода суда о том, что материалами дела подтверждается, что имущество должника передано членом Совета директоров ФИО8 ФИО3 

При этом апелляционный суд учитывает, что арбитражным судом первой инстанции не приведены доказательства подтверждающие факт передачи именно имущества конкурсному управляющему.

Из материалов дела следует лишь то, что ФИО8 передавались документы ОАО «Железобетон-4» временному управляющему ФИО3, что подтверждается актом приема-передачи документов от 29.09.2016, реестрами документов в коробке № 1, реестрами документов в коробке № 2. Передача документов не означает передачи и имущества должника.

Таким образом, требование конкурсного управляющего в данной части является обоснованным.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в абзаце 2 пункта 35 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 28.05.2009 № 36 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции» изменение мотивировочной части возможно и без отмены обжалуемого судебного акта.

Апелляционный суд приходит к выводу о необходимости исключения из мотивировочной части определения Арбитражного суда Кемеровской области  от 23.09.2019  вывода суда о том, что материалами дела подтверждается, что имущество должника передано членом Совета директоров ФИО8 ФИО3 

Апелляционный суд приходит к выводу о том, что арбитражный суд первой инстанции всесторонне и полно исследовал материалы дела, дал надлежащую правовую оценку всем доказательствам, применил нормы материального права, подлежащие применению, не допустив нарушений норм процессуального права. Оснований для отмены определения, в соответствии со статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционная инстанция не усматривает.

Руководствуясь статьями 258, 268, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение от 23.09.2019 Арбитражного суда Кемеровской области по делу № А27-15380/2016 оставить без изменения, а апелляционные жалобы конкурсного управляющего ОАО «Железобетон-4» ФИО3, ФИО4 - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня вступления его в законную силу, путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Кемеровской области.

                      Председательствующий                                                         О.А. Иванов

          Судьи                                                                                        О.О.Зайцева

                                                                                                            ФИО1