Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

Дело № А40-247676/17-171-2250

г. Москва

23 марта 2018 года

Резолютивная часть решения объявлена 27 февраля 2018 года

Полный текст решения изготовлен 23 марта 2018 года

Арбитражный суд г. Москвы в составе судьи Р.Т. Абрекова (единолично) 

рассмотрел в порядке упрощенного производства  дело 

по исковому заявлению АО "ВЭБ-ЛИЗИНГ" (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) 125009 

<

...> дата регистрации:19.03.2003 г.

к ответчику ООО "ПМК 47" (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) 119620, 

<

...>, ПОМЕЩЕНИЕ VI, дата регистрации: 05.06.2014

о взыскании задолженности в размере 465 485 руб.14 коп. по договору лизинга № Р16-02028-ДЛ от 09.02.2016 г.

без вызова сторон

УСТАНОВИЛ:

Истец обратился в суд с исковым заявлением к ответчику о взыскании неосновательного обогащения  в размере 454 593,58 рублей, процентов за неправомерное пользование чужими денежными средствами в размере 10 891,56 рублей за период с 08.08.2017 по 16.11.2017, процентов за неправомерное пользование чужими денежными средствами за период с 17.11.2017 по дату фактического исполнения.

Исковые требования мотивированы тем, что в связи с расторжением договора лизинга № Р16-02028-ДЛ от 09.02.2016 г. и изъятием предмета лизинга у ответчика, на стороне истца как лизингодателя образовался убыток.

В обоснование правовой позиции истец ссылается на положения ст. 309, 310,  395, 1102, 1107 ГК РФ, Постановления Пленума ВАС РФ № 17 от 14 марта 2014 г.

Стороны извещены о рассмотрении дела в порядке упрощенного производства на основании главы 29 АПК РФ. 

В материалы дела от ответчика поступило заявление о переходе к рассмотрению дела в общем порядке.

Суд считает, что отсутствуют основания для удовлетворения заявления о переходе к рассмотрению дела в общем порядке в связи со следующим. 

22.12.2017г. суд вынес определение о принятии искового заявления и рассмотрении дела в порядке упрощенного производства, в связи с наличием признаков,  предусмотренных частями 1, 2 ст. 227 АПК РФ и отсутствием ограничений, установленные частью 4 ст. 227 АПК РФ.

Так, в соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 227 АПК РФ в порядке упрощенного производства подлежат рассмотрению дела, в том числе о взыскании денежных средств, если цена иска не превышает для юридических лиц пятьсот тысяч руб., для индивидуальных предпринимателей двухсот пятидесяти тысяч руб. 

При этом в абзаце 2 п. 1.1 Постановления Пленума ВАС РФ № 62 от 08.10.2012 г. указано, что если по формальным признакам (например, цена иска, сумма требований, размер штрафа и др.) дело относится к названному перечню, арбитражный суд на основании части 2 статьи 228 Кодекса в определении о принятии искового заявления, заявления к производству указывает на рассмотрение дела в порядке упрощенного производства.

Согласие сторон на рассмотрение этого дела в порядке упрощенного производства не требуется, подготовка такого дела к судебному разбирательству по правилам главы 14 АПК РФ не осуществляется. 

При принятии искового заявления к производству суд установил, что оно содержит предусмотренные частью 1, статьи 227 АПК РФ признаки, при наличии которых дело подлежит рассмотрению в порядке упрощенного производства. 

Между тем, заявленное ходатайство о переходе к общему порядку рассмотрения спора не содержит конкретных доказательств, которые свидетельствовали бы о необходимости рассмотрения дела по общим правилам производства. Отсутствуют ссылки на документы, исследование которых дополнительно необходимо, а также не приведено объяснений тому, относительно чего именно требуется необходимость заслушивания непосредственно в судебном заседании пояснений заявителя. 

Одновременно не приведено пояснений тому, почему рассмотрение настоящего дела не будет способствовать целям эффективного правосудия. 

При таких обстоятельствах, суд пришел к выводу об отсутствии оснований о рассмотрении дела по общим правилам искового производства.

Также, ответчик заявил ходатайство о прекращении производства по настоящему спору, в связи с наличием вступившего в законную силу  судебного акта  по делу №А40-56742/17 по иску между теми же лицами по тому же предмету и по тем же основаниям.

Согласно п. 2  ч.1 ст. 150 АПК РФ арбитражный суд прекращает производство по делу, если установит, что имеется вступивший в законную силу принятый по спору между теми же лицами, о том же предмете и по тем же основаниям судебный акт арбитражного суда, суда общей юрисдикции или компетентного суда иностранного государства, за исключением случаев, если арбитражный суд отказал в признании и приведении в исполнение решения иностранного суда.

Судом установлено, что, действительно, в рамках дела №А40-56742/17 истец заявил ходатайство об уточнении исковых требований, согласно которым просил взыскать с ответчика денежные средства в размере 315 899 руб., и проценты за пользование чужими денежными средствами в сумме 1594,64 руб., представив расчет сальдо встречных обязательств.

В месте с тем, из решения от 14.07.2017 и постановления Девятого арбитражного апелляционного суда №09АП-43220/2017-ГК от 30.10.2017 по делу №А40-56742/17 усматривается, что указанное заявление судом рассмотрено и отклонено в порядке ст. 49 АПК РФ, поскольку одновременное изменение предмета и оснований исковых требований не допускается. 

Таким образом, судом установлено, что в рамках дела №А40-56742/17 судом были рассмотрены требования истца к ответчику по иному предмету и по иному основанию, чем те, которые заявлены рамках настоящего дела.

Таким образом, судом установлено, что предметы и основания по настоящему иску и по иску №А40-56742/17 являются различными и  не находит оснований для прекращения производства по настоящему делу.

Ответчик против удовлетворения исковых требований в заявленном истцом размере возражал по доводам, изложенным в отзыве на иск. По существу возражения ответчика сводятся к тому, что истцом расчет сальдо составлен неверно. Также, ответчик представил свой расчет сальдо встречных обязательств в соответствии с Постановлением Пленума ВАС РФ № 17 от 14 марта 2014 г. Кроме того, ответчик сослался на то, что спорный договор не является договором выкупного лизинга, в связи с чем отсутствую правовые основания для определения сальдо встречных обязательств.

Исследовав материалы дела, суд считает требования истца подлежащими удовлетворению в части по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 309, 310 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом.

Согласно действующему законодательству на споры, вытекающие из договоров финансовой аренды лизинга, распространяются общие нормы главы 34 ГК РФ, а именно, положения об аренде.

Положениями ст. 614 ГК РФ установлена обязанность арендатора по своевременному внесению платы за пользование имуществом (арендной платы). Порядок, условия и сроки внесения арендной платы определяются договором аренды.

В соответствии с п. 5 ст. 15 ФЗ № 164-ФЗ «О финансовой аренде (лизинге)» лизингополучатель обязуется выплачивать лизинговые платежи в порядке и в сроки, предусмотренные договором лизинга.

09 февраля 2016 г. между Истцом и Ответчиком был заключен договор лизинга № Р16-02028-ДЛ (далее договор лизинга). В соответствии с заключенным договором лизинга, Истцом по договору купли-продажи № Р16-02028-ДКП от 09.02.2016(далее договор купли-продажи) был приобретен в собственность у Общество с ограниченной ответственностью «Восток-СВ» (далее Продавец) и передан Ответчику в лизинг автомобиль Hyundai IX35 (Дог. Р16-02028-ДЛ)  (предмет лизинга) в комплектациисогласно спецификации к договору купли-продажи и договору лизинга.

В соответствии с п.3.2. Договора лизинга, п.2.3.1. Общих условий договора лизинга, лизингополучатель обязан выплачивать лизинговые платежи в размерах и в сроки, установленные графиком платежей (см. договор лизинга), однако Ответчик систематически не выполнял указанные обязательства, а именно: не оплатил лизинговые платежи № 7,8,9 во время действия договора.

8 ноября 2016 г. Истцом было направлено уведомление о расторжении договора лизинга Ответчику на основании п. 5.2.5. Общих условий Договора лизинга, ст. 450 Гражданского кодекса РФ и на основании принятого решения о расторжении договора лизинга, с указанием необходимости погашения задолженности по договору лизинга и возврата переданного в лизинг имущества.

Согласно п.5.3. Общих условий договора лизинга момент расторжения договора определяется моментом направления уведомления о расторжении договора. Таким образом, договор лизинга был расторгнут 8 ноября 2016 г.  

02 марта 2017 года предмет лизинга был изъят Лизингодателем, что подтверждается актом изъятия предмета лизинга от 02.03.2017 г. 

В соответствии с п. 3.1 Постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 г. № 17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга» (далее – Постановление), расторжение договора выкупного лизинга порождает необходимость соотнести взаимные предоставления сторон по договору, совершенные до момента его расторжения (сальдо встречных обязательств), и определить завершающую обязанность одной стороны в отношении другой. П. 3.2 Постановления установлено, что если полученные лизингодателем от лизингополучателя платежи (за исключением авансового) в совокупности со стоимостью возвращенного ему предмета лизинга меньше доказанной лизингодателем суммы предоставленного лизингополучателю финансирования, платы за названное финансирование за время до фактического возврата этого финансирования, а также убытков лизингодателя и иных санкций, установленных законом или договором, лизингодатель вправе взыскать с лизингополучателя соответствующую разницу.

Согласно материалам дела, истцом представлен следующий расчет сальдо встречных обязательств:

Расчет сальдо по Договору лизинга № Р16-02028-ДЛ от 09.02.2016 г.:

Показатель

Сумма руб.

Комментарии

Сумма платежей по договору лизинга (с НДС) с учетом авансового платежа, V (П)

2 329443,36

п.3.2.1 Договора лизинга

Авансовый платеж по договору лизинга (с НДС),A(п.3.2 Договора лизинга)

314 576,41

п. 3.2.1 Договора лизинга

Сумма платежей по договору лизинга (с НДС) без учета авансового платежа, S (S = V – A) 

2 014 866,95

2 329 443,36 – 314 576,41

Цена предмета лизинга (с НДС) по договору купли-продажи, K (п. 2.1 Договора купли-продажи)

1 453 033,00

п. 2.1 Договора купли-продажи, платежное поручение № 6636 от 16.02.2016 г. и платежное поручение № 6662 от 16.02.2016 г.

Дополнительные расходы (первоначальное страхование), I

265 597,73

п. 3.1. договора лизинга

Убытки лизингодателя, а также иные предусмотренные законом или договором санкции, Z (пени)

11 933,48

Пени – 11 933,48 руб.

Размер финансирования, предоставленного лизингодателем лизингополучателю, F (F = K + I – A)

1 404 054,32

1 453 033,00+ 265 597,73– 314 576,41

Плата за финансирование, исходя из срока договора лизинга (прибыль Лизингодателя по договору), L 

27,31% годовых

П. 3.2 Договора лизинга

Срок договора лизинга (дни), D

1092

С 09.02.2016 г. (дата заключения Договора лизинга) до 05.02.2019 г. (п. 3.5 Договора лизинга)

Фактический срок финансирования - с даты заключения договора лизинга до даты реализации предмета лизинга, W

545

С 09.02.2016 г. (дата заключения Договора лизинга) до 07.08.2017 г. (дата возврата финансирования, платежное поручение № 151 от 07.08.2017 г.)

Плата за финансирование, исходя из фактического срока пользования финансированием G, G (G = (F x L) * (W/365))

572 544,50

(1 404 054,32 * 27,31%) * (545 / 365)

Полученные лизингодателем от лизингополучателя платежи (за исключением авансового платежа и комиссии), P

471 938,72

В соответствии с Постановлением при расчете уплаченных лизинговых платежей исключаются аванс и комиссия

Стоимость возвращенного предмета лизинга (исходя из стоимости по договору купли-продажи БУ или отчета оценщика), R

1 062 000

П. 2.1 Договора купли-продажи № Р16-02028-БУ от 31.07.2017 г., платежному поручению № 151 от 07.08.2017 г.

Финансовый результат сделки, с учетом стоимости возвращенного/реализованного предмета лизинга, C (C = (F+G+Z) -(P+R))

454 593,58

(1 404 054,32 + 572 544,50+ 11 933,48) - (471 938,72 + 1 062 000)

Согласно расчету сальдо встречных обязательств по договору лизинга, представленного истцом, на стороне лизингодателя образовался убыток за счет лизингополучателя на сумму 454 593,58 рублей.

В свою очередь ответчик представил следующий расчет сальдо встречных обязательств по договору лизинга:

Комментарий

Сумма руб.

Комментарии

п.3.2.1. Договора лизинга

2 329 443,36

п.3.2.1. Договора лизинга

п.3.2.1 договора лизинга

314 576,41

п.3.2.1 договора лизинга

п.1.-п.2

2 014 866,95

1.-2

п.3.1.Договора лизинга (без страхования)

1 231 383,90

п.3.1. Договора лизинга (без страхования)

Цена страхования за фактическое пользование предметом лизинга с 20.02.2016 по 18.11.2016 - 272 дня

66 399,43

Цена страхования за фактическое пользование предметом лизинга с 20.02.2016 по 18.11.2016 - 9 мес

Пени по п.2.3.4 Договора

В исковых требованиях отказано по делу №А40-56742/2017

Цена предмета лизинга + допрасходы-авансовый платеж

1 182 405,22

Цена предмета лизинга + допрасходы-авансовый платеж

Плата за финансирование

27,31%

п.3.2. Договора

Срок договора лизинга

1 092,00

36 месяцев

Фактический срок финансирования с 20.02.2016 (акт приема-передачи в лизинг) по 18.03.17 (разумный срок для реализации предмета лизинга)

179

Срок рассчитан по фактическую дату возврата предмета лизинга -18 ноября 2016 года + 90 дней

п.7*1092/272

158 360,99

плата за финансирование за фактический срок 466 дней

Полученные лизингодателем от лизингополучателя платежи

471 938,72

Возврат финансирования

1 400 000,00

Закупочная цена предмета лизинга

Финансовый результат

-531 172,51

Согласно расчету сальдо встречных обязательств по договору лизинга, представленного ответчиком, истец обогатился за счет ответчика на сумму 531 172,51 руб.

Проверяя представленные расчеты, суд приходит к выводу о том, что расчет ответчика необоснован и арифметически неверен и не соответствует методике расчета, изложенной в Постановлении Пленума ВАС РФ № 17 от 14.03.2014.

Суд соглашается с истцом в части определения цены предмета лизинга, в связи со следующим.

Судом установлено, что для расчета сальдо используется цена, указанная в договоре купли-продажи № Р16-02028-ДКП, то есть сумма, которую фактически уплатил лизингодатель.

В п. 3.1 Договора лизинга стоимость товара указана без НДС.

В соответствии с п. 2.1 договора купли-продажи № Р16-02028-ДКП стоимость товара составляет 1 453 033 рублей.

Кроме того, суд приходит к выводу о том, что довод ответчика о том, что расходы на страхование в расчёте учтены трижды, не соответствует действительности и основан на неверном понимании расчета сальдо.

Сумма расходов на страхование не включена в закупочную цену предмета лизинга, которая определяется в соответствии с п. 2.1 договора купли-продажи № Р16-02028-ДКП.

Размер финансирования в соответствии с п. 3.4 Постановления Пленума ВАС РФ № 17 определяется как закупочная цена предмета лизинга (за вычетом авансового платежа лизингополучателя) в совокупности с расходами по его доставке, ремонту, передаче лизингополучателю и т.п.

Размер финансирования определен лизингодателем в соответствии с приведенными разъяснениями, как закупочная цена предмета лизинга (1 453 033 рублей) за вычетом авансового платежа лизингополучателя (314 576,41 рублей) в совокупности с расходами по страхованию предмета лизинга (265 597,73 рублей). Таким образом, размер финансирования составляет 1 453 033,00 + 265 597,73 - 314 576,41 = 1 404 054,32 рублей.

Из изложенного следует, что сумма затрат на страхование предмета лизинга учтена лизингодателем один раз, как дополнительные расходы, и используется в расчете размера финансирования в силу прямого указания п. 3.4 Постановления Пленума ВАС РФ № 17.

В части определения срока финансирования, суд также соглашается с истцом, в связи со следующим.

Заявление ответчика о возврате предмета лизинга 18.11.2016 г. не подтверждено доказательствами.

Нахождение одного из представителей ответчика в г. Владивостоке в определенные периоды не является доказательством возврата предмета лизинга лизингодателю в указанные периоды.

Отсутствие представителя ответчика в г. Владивостоке не препятствовало изъятию предмета лизинга, поскольку в силу ч. 3 ст. 11 Закона о лизинге право лизингодателя на распоряжение предметом лизинга включает право изъять предмет лизинга из владения и пользования у лизингополучателя в случаях и в порядке, которые предусмотрены законодательством Российской Федерации и договором лизинга.

П. 2.2.4 Общих условий договора лизинга предусмотрено, что при нарушении Лизингополучателем сроков возврата Предмета лизинга Лизингодателю в случае досрочного расторжения Договора лизинга лизингодатель вправе вступить во владение Предметом лизинга и самостоятельно произвести его демонтаж (транспортировку).

Таким образом, в случае расторжения договора лизинга лизингодатель вправе изъять предмет лизинга в отсутствие представителя лизингополучателя, составив односторонний акт.

Доказательств, подтверждающих иную дату возврата предмета лизинга, ответчиком не представлено.

Судом также установлено, что ответчиком неправомерно для расчета сальдо используется срок пользования предметом лизинга, поскольку указанное не соответствует разъяснениям Постановления Пленума ВАС РФ № 17.

Согласно п. 2 Постановления Пленума ВАС РФ № 17 по общему правилу в договоре выкупного лизинга имущественный интерес лизингодателя заключается в размещении и последующем возврате с прибылью денежных средств, а имущественный интерес лизингополучателя - в приобретении предмета лизинга в собственность за счет средств, предоставленных лизингодателем, и при его содействии.

Согласно п. 3.2 Постановления Пленума ВАС РФ № 17 если полученные лизингодателем от лизингополучателя платежи (за исключением авансового) в совокупности со стоимостью возвращенного ему предмета лизинга меньше доказанной лизингодателем суммы предоставленного лизингополучателю финансирования, платы за названное финансирование за время до фактического возврата этого финансирования, а также убытков лизингодателя и иных санкций, установленных законом или договором, лизингодатель вправе взыскать с лизингополучателя соответствующую разницу.

Таким образом, при расчете сальдо применяется показатель «срок пользования финансированием», а не «срок пользования предметом лизинга».

Поскольку финансирование лизингополучателя лизингодателем осуществляется в денежной форме, путем оплаты имущества по договору купли-продажи, то возвратом финансирования может считаться только дата фактического возврата указанного финансирования в денежной форме. То есть дата возврата финансирования не может быть ранее даты реализации изъятого имущества. При этом в случае, если денежных средств от реализации изъятого предмета лизинга в совокупности с внесенным лизинговыми платежами (за исключением авансового) будет недостаточно, для того чтобы возместить лизингодателю финансирование и плату за пользование финансированием, а также иные убытки и санкции, то плата за финансирование подлежит дальнейшему начислению в соответствии с процентной ставкой годовых, заложенной в договоре лизинга.

Предмет лизинга изъят истцом 02.03.2017 г. по акту, реализован по договору купли-продажи № Р16-02028-БУ от 31.07.2017 г. Срок реализации - 4 месяца, что, по мнению суда, является разумным сроком. Данный срок был изначально учтен Истцом в расчетах сальдо. 

В части определения стоимости реализации ТС после изъятия, суд также соглашается с истцом. В связи со следующим.

В соответствии с п. 4 Постановления, стоимость возвращенного предмета лизинга определяется по его состоянию на момент перехода к лизингодателю риска случайной гибели или случайной порче предмета лизинга (по общему правилу ст. 669 ГК РФ - при возврате предмета лизинга лизингодателю) исходя из суммы, вырученной лизингодателем от продажи предмета лизинга в разумный срок после получения предмета лизинга, либо на основании отчета оценщика.

При этом сумма продажи, полученная лизингодателем от реализации изъятого имущества, имеет приоритетное значение для целей расчета сальдо встречных обязательств, так как именно указанная сумма свидетельствует о размерах фактического возврата предоставленного финансирования в денежной форме, что подтверждается сложившейся судебной практикой (Определение Верховного Суда РФ от 28.06.2016 г. № 305-ЭС16-7931, Определение Верховного Суда РФ от 03.03.2016 г. № 305-ЭС16-489, Постановление Арбитражного суда Московского округа от 28.09.2017 по делу № А40-224165/2016, Постановление Арбитражного суда Московского округа от 25.04.2017 по делу № А40-122753/2016, Постановление Арбитражного суда Московского округа от 23.11.2016 по делу № А40-7463/2016, Постановление Арбитражного суда Московского округа от 06.09.2016 г. по делу № А40-229339/2015, Постановление Арбитражного суда Московского округа от 10.08.2016 г. по делу № А40-158054/2015, Постановление Арбитражного суда Московского округа от 11.07.2016 г. по делу № А40-6104/2015, Постановление Арбитражного суда Московского округа от 20.04.2016 г. по делу № А40-78477/2015, Постановление Арбитражного суда Московского округа от 11.04.2016 г. по делу № А40-146930/2014, Постановление Арбитражного суда Московского округа от 23.03.2016 г. по делу № А40-129146/2015).

Лизингополучатель может доказать, что при определении цены продажи предмета лизинга лизингодатель действовал недобросовестно или неразумно, что привело к занижению стоимости предмета лизинга при расчете сальдо взаимных обязательств сторон. В таком случае суду при расчете сальдо взаимных обязательств необходимо руководствоваться, в частности, признанным надлежащим доказательством отчетом оценщика.

Между тем, в силу положений п. 5 ст. 10 ГК РФ, добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, при этом в материалах дела отсутствуют доказательства, подтверждающие неразумность и недобросовестность АО «ВЭБ-лизинг» при реализации транспортного средства. Ответчиком не доказано, что у Истца имелась реальная возможность реализации предмета лизинга как в более короткий срок, так и по более высокой цене.

То обстоятельство, что привлеченный оценщик иначе определил стоимость изъятого предмета лизинга не означает, что продажа предмета лизинга была вызвана неразумными действиями лизингодателя, а не состоянием рынка и сложившимся на нем спросом.

Как разъяснено в п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 г. № 7 «О применении судами некоторых положений ГК РФ об ответственности за нарушение обязательств», риски изменения цен на сопоставимые товары, работы или услуги возлагаются на сторону, неисполнение или ненадлежащее исполнение договора которой повлекло его досрочное прекращение, например, в результате расторжения договора в судебном порядке или одностороннего отказа другой стороны от исполнения обязательства.

Поскольку договор расторгнут в связи с ненадлежащим исполнением лизингополучателем своих обязательств, лизингополучатель не может извлекать выгоду при определении сальдо, связанную с повышением цен на транспортное средство.

Согласно ст. 3 Федерального закона от 29.07.1998 № 135-ФЗ «Об оценочной деятельности в Российской Федерации», рыночная цена отражает лишь вероятную стоимость имущества без учета реальной возможной ее продажи по такой цене в конкретных обстоятельствах.

Более того, до момента реализации предмета лизинга АО «ВЭБ-лизинг» был заказан отчет об оценке предмета лизинга № М526/17, в соответствии с которым стоимость предмета лизинга составляет 896 080 рублей, что ниже цены фактической реализации. Таким образом, лизингодатель действовал разумно и добросовестно, и реализовал имущество в разумный срок по максимально возможной цене.

Ответчик не опроверг документально рыночную стоимость транспортного средства (ст. 8, 9, 65, 82 АПК РФ). Соответствующее ходатайство о назначении экспертизы в надлежащем виде суду не заявлено, своего отчета ответчик не представил.

Следовательно, при расчете сальдо встречных обязательств по договору лизинга в качестве стоимости возвращенного предмета лизинга должна быть учтена стоимость предмета лизинга по договору купли-продажи. 

Суд также отклоняет довод ответчика о том, что право собственности не перешло покупателю, ввиду следующего.

В соответствии с п. 1.3 договора № Р16-02028-БУ от 31.07.2017 г. право собственности переходит к покупателю после подписания сторонами акта приема-передачи.

Акт о переходе права собственности на товар подписан сторонами 17.08.2017 г.

П. 1 ст. 313 ГК РФ предусмотрено, что кредитор обязан принять исполнение, предложенное за должника третьим лицом, если исполнение обязательства возложено должником на указанное третье лицо.

В назначении платежа в платежном поручении № 151 от 07.08.2017 г. указано: «Оплата по договору № Р16-02028-БУ от 31.07.2017». Сумма платежа соответствует цене, установленной п. 2.1 договора № Р16-02028-БУ.

Исходя из информации в назначении платежа и суммы платежа, истец имел основания полагать, что исполнение обязательства по оплате возложено покупателем на третье лицо.

При этом, в соответствии с п. 20 Постановления Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 22.11.2016 № 54 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении», кредитор по денежному обязательству не обязан проверять наличие возложения, на основании которого третье лицо исполняет обязательство за должника, и вправе принять исполнение при отсутствии такого возложения.

Таким образом, действия Истца по зачислению денежных средств, поступивших по платежному поручению № 151 от 07.08.2017 г., в счет оплаты по договору № Р16-02028-БУ соответствуют требованиям закона.

Суд также отклоняет довод ответчика о том, что сумма пеней не подлежит включению в расчет сальдо, как необоснованный. Сумма пеней учитывается при расчете сальдо независимо от того, уплачена ли эта сумма, и заявлялось ли такое требование ранее.

В расчете также учитывается оплата лизингополучателем пеней.

Включение пеней в расчет сальдо не означает, что истец заявляет требование о взыскании суммы пеней.

Указанные период для начисления неустоек полностью соответствует правовой позиции Пленума Верховного суда, изложенной в п. 66 Постановления №7 от 24 марта 2016 г., в котором указано, что если при расторжении договора основное обязательство не прекращается, например, при передаче имущества в аренду, ссуду, заем и кредит, и сохраняется обязанность должника по возврату полученного имущества кредитору и по внесению соответствующей платы за пользование имуществом, то взысканию подлежат не только установленные договором платежи за пользование имуществом, но и неустойка за просрочку их уплаты (статья 622, статья 689, пункт 1 статьи 811 ГК РФ).

Таким образом, суд приходит к выводу о правомерности включения в расчет сальдо неустойки.

Проанализировав расчеты, представленные сторонами, суд приходит к выводу о том, что финансовый результат сделки составляет 454 593,58 руб.  и является убытком лизингодателя.

Суд также приходит к выводу о том, что довод ответчика о том, что спорный договор лизинга не является договором выкупного лизинга, не соответствует законодательству и имеющимся в деле доказательствам.

Согласно ч. 1 ст. 19 Федерального закона «О финансовой аренде (лизинге)» договором лизинга может быть предусмотрено, что предмет лизинга переходит в собственность лизингополучателя по истечении срока договора лизинга или до его истечения на условиях, предусмотренных соглашением сторон.

П. 1.6, 1.7, 6.1 Общих условий договора лизинга предусмотрены условия перехода права собственности на предмет лизинга лизингополучателю по истечении срока договора лизинга или до его истечения.

Таким образом, договор № Р16-02028-ДЛ является договором выкупного лизинга.

Вместе с тем, в части требования истца о взыскании с ответчика процентов за пользование чужими денежными средствами, суд приходит к следующим выводам.

Так, истцом заявлено требование о взыскании с ответчика процентов за неправомерное пользование чужими денежными средствами в размере 10 891,56 рублей за период с 08.08.2017 по 16.11.2017.

Согласно п. 4 ст. 453 ГК РФ в случае, когда до расторжения договора одна из сторон, получив от другой стороны исполнение обязательства по договору, не исполнила свое обязательство либо предоставила другой стороне неравноценное исполнение, к отношениям сторон применяются правила об обязательствах вследствие неосновательного обогащения (гл. 60), если иное не предусмотрено законом или договором либо не вытекает из существа обязательства.

Положениями п. 2 ст. 1107 ГК РФ установлено, что на сумму неосновательного денежного обогащения подлежат начислению проценты за пользование чужими средствами (ст. 395) с того времени, когда приобретатель узнал или должен был узнать о неосновательности получения или сбережения денежных средств.

Таким образом, начисление предусмотренных ст. 395 ГК РФ процентов при расторжении договора связано с моментом, в который стороне договора стало известно или должно было стать известно в обычных условиях гражданского оборота, что полученное ею от другой стороны исполнение является излишним.

Вместе с тем, истцом не представлено доказательств того, что ответчик (лизингополучатель), узнал или должен был узнать о неосновательности получения или сбережения денежных средств именно 08.08.2017.

Дата реализации ТС известна истцу, но в данном случае не была известна должнику. 

Позиция, изложенная в "Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 4 (2016)" (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 20.12.2016), относится к ситуации, определяющей тот момент, в который узнал или должен был узнать о неосновательности получения или сбережения денежных средств лизингодатель, но не лизингополучатель.

Суд отмечает, что истцом не представлено доказательств, из которых суду представлялось бы возможным установить период начисления процентов в порядке ст. 395 ГК РФ на сумму неосновательного обогащения.

С учетом изложенного суд отказывает истцу в удовлетворении требований о взыскании с ответчика процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 10 891,56 рублей за период с 08.08.2017 по 16.11.2017.

Вместе с тем, согласно пункту 3 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации проценты за пользование чужими денежными средствами взимаются по день уплаты суммы этих средств кредитору, если законом, иными правовыми актами или договором не установлен для начисления процентов более короткий срок.

Таким образом, истец праве требовать взыскания с ответчика проценты за пользование чужими денежными средствами на сумму  454 593,58 руб. с 27.02.2018г. (дата вынесения решения) по дату фактического исполнения, начисляемые по правилам ст. 395 ГК РФ.

Расходы по госпошлине возлагаются на сторон пропорционально в порядке ст. 110 АПК РФ.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 8, 11, 12, 307,  309, 310, 395, 1102, 1107 ГК РФ,  ст.ст. 101, 106, 110,167-170, 227, 229 АПК РФ, суд 

РЕШИЛ:

Отказать в удовлетворении заявления о рассмотрении дела по общим правилам искового производства.

Отказать в удовлетворении ходатайства о прекращении производства по делу.

Взыскать с ООО "ПМК 47" в пользу АО "ВЭБ-ЛИЗИНГ" неосновательное обогащение в размере 454 593,58 руб., расходы по государственной пошлине в размере 12 022 руб. 

Взыскать с ООО "ПМК 47" в пользу АО "ВЭБ-ЛИЗИНГ"  проценты за пользование чужими денежными средствами на сумму  454 593,58 руб. с 27.02.2018г. (дата вынесения решения) по дату фактического исполнения, начисляемые по правилам ст. 395 ГК РФ.

В остальной части иска отказать. 

Решение подлежит немедленному исполнению, может быть обжаловано в течение 15-ти дней со дня принятия в арбитражный суд апелляционной инстанции, а в случае составления мотивированного решения - в течение 15-ти дней со дня принятия решения в полном объеме.

Судья:

Р.Т. Абреков