АРБИТРАЖНЫЙ СУД САМАРСКОЙ ОБЛАСТИ

443001, г.Самара, ул. Самарская,203Б, тел. (846) 207-55-15

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

 

13 октября 2022 года

Дело №

А55-1559/2022

 

Резолютивная часть решения объявлена 06 октября 2022 года

Полный текст решения изготовлен 13 октября 2022 года

Арбитражный суд Самарской области

в составе

судьи Кулешовой Л.В.

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Кротовым А.И.

рассмотрев в судебном заседании  06 октября 2022 года  дело по заявлению

Акционерного общества «РНГМ-ГРУПП»,  

к  Межрайонной ИФНС России №18 по Самарской области, Межрайонной ИФНС России № 20 по Самарской области,

с участием третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, – УФНС России по Самарской области, МИФНС № 23 России по Самарской области

при участии в заседании

от заявителя – ФИО1 по доверенности от 15.03.2022, ФИО2, по доверенности от 14.01.2022;

от МИФНС № 18 – предст. ФИО3 по довер. от 16.05.2022; 

от МИФНС № 20 –  предст. ФИО3 по довер. от 16.05.2022;

от УФНС –  предст. ФИО3, по довер. от 09.09.2022;

от МИФНС № 23 – предст. ФИО3, по довер. от 12.05.2022,

установил:

АО «РНГМ-ГРУПП» обратилось в Арбитражный суд Самарской области с заявлением о признании незаконным решения Межрайонной ИФНС России № 18 по Самарской области о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения от 15.09.2021 №20-33/35. 

Судом в порядке ст. 51 АПК РФ к участию в деле качестве заинтересованного лица привлечена  Межрайонная ИФНС России № 20 по Самарской области, в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, было привлечено Управление ФНС России по Самарской области и Межрайонная ИФНС России № 23  по Самарской области. 

В судебном заседании представитель заявителя поддержал заявленные требования, основывая свою позицию на следующем:

- Спорные контрагенты осуществляли обязательства по договору поставки, дляисполнения которых наличие в штате постоянных работников, производственнойтехники не является необходимостью в отличии от отношений подряда. Налоговыморганом не учтено, что для исполнения работ нужны ресурсы, а для поставки, исходяиз предмета договора поставки (ст. 506 ГК РФ) достаточно факта согласованияпредмета, сроков, места поставки и поставки. Налоговым органом не указано какиеименно трудовые и технические ресурсы необходимы для исполнения договорапоставки,

- перевозка материалов фактически осуществлялась налоговый орган неосновательноподверг ее сомнению,

- ОКВЭДЫ спорных компаний соответствуют заявленным сделкам, налоговый органприводит один ОКВЭД по своему выбору, не указывая на дополнительные видыдеятельности, которые компании в праве производить,

- налоговый орган искажает информацию приведенную в допросе руководителя ООО «Мастер» ФИО4, что приводит к неверным выводам,

- налоговый орган в спорном решении приводит не все операции, совершаемыеспорными контрагентами по расчетному счету, а только те, что позволяют сделатьневерный вывод. Кроме того налоговый орган не учитывает возможностьосуществлять расчеты ценными бумагами, а так же возможность осуществлениязачетов, что соответствует ГК РФ и исключает вывод налоговой службы обезденежности операций,

- сделки по возврату товара законны и обоснованны, а НДС, подлежащий к уплате вбюджет при возврате АО «РНГМ-ГРУПП» товара, оплачен, что следует из представленных налоговому органу первичных документов и экономического смысла косвенного налогообложения,

- неустановление приобретения товаров спорными контрагентами не свидетельствует об отсутствии материалов, как указывает налоговый орган. Данный вывод опровергает фактическое наличие товаров на складе Заявителя, что подтверждается материалами налоговой проверки, кроме того налоговый орган для установления покупки товаров анализирует аналогичный период у спорных продавцов, без учета того, что сделка по покупке товаров могла быть и ранее,

- движения ТМЦ от спорных контрагентов к проверяемому налогоплательщику приих покупке и возврате подтверждают документы первичного учета: накладные,договоры, счета-фактуры, подлинность которых и соответствие законодательству РФне оспаривается налоговым органом,

- вывод налогового органа об установлении налоговым органом в отношенииконтрагентов   ООО «Марва», ООО«Мастер», ООО «Металлторг-СПБ» признаков «транзитных» организаций не доказанпрямыми доказательствами, содержащимися в материалах налоговой проверки, асовокупности косвенных не достаточно для подтверждения вывода налогового органа,.

- ссылки и выписки, указывающие на недействительность адресов либо закрытие иликвидацию спорных контрагентов неотносимы, как доказательства, так как вседоказательства налогового органа датируются периодом после 2018 года - периоданеуплаты НДС по оспариваемому Решению.

В отношении налога на прибыль заявитель считает правомерным уменьшение налогооблагаемой базы  на величину безнадежной дебиторской задолженности с организацией ООО «ПротектСтил» и «Роснефтемаш», поскольку доказан факт нереальности взыскания долга. 

Заинтересованные лица возражают относительно удовлетворения заявленных требований, позиция изложена в отзыве. Представитель заинтересованных лиц в судебном заседании возражали против удовлетворения заявленных требований, ссылаясь на законность и обоснованность оспариваемого решения Инспекции.При этом в части начислении НДС  налоговые органы указывают на нереальность сделок с контрагентами ООО «Марва», ООО «Мастер», ООО «Металлторг-СПБ». В части налога на прибылоь налоговые органы указывают на отсутствие оснований для уменьшения налогооблагаемой базы  на величину безнадежной дебиторской задолженности с организацией ООО «ПротектСтил» и «Роснефтемаш», поскольку не доказан факт нереальности взыскания долга. 

Третье лицо – Межрайонная ИФНС России № 23 по Самарской области и УФНС России по Самарской области согласно отзыву на заявлении просят отказать в удовлетворении требований заявителя. Представитель третьих лиц в судебном заседании возражала против удовлетворения заявленных требований по основаниям, изложенным в отзыве, поддерживая позицию Инспекции.

Дело рассмотрено в соответствии с положениями ст. 200 АПК РФ с участием представителей сторон по имеющимся в материалах дела доказательствам.

Исследовав материалы дела, оценив доводы заявителя, изложенные в заявлении, возражения заинтересованного лица в отзыве, суд пришел к выводу о том, что заявленные требования подлежат удовлетворению в части.

Как следует из материалов дела, межрайонной ИФНС России № 18 по Самарской области (далее – Инспекция, налоговый орган) по результатам выездной налоговой проверки, проведенной в отношении Акционерное общество «РНГМ-Групп» (далее – АО«РНГМ», налогоплательщик, общество, заявитель) за период с 01.01.2017 по 31.12.2018, принято решение от 15.09.2021 №20-33/35 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, в соответствии с которым налогоплательщик привлечен к налоговой ответственности, предусмотренной п.п. 1, 3 ст. 122 Налогового кодекса Российской Федерации (далее – НК РФ) в виде штрафа  в общей сумме 3 397 731руб., начислен НДС в сумме 31 074 904 руб., налог на прибыль организаций всумме 5 679 859 руб.,   также начислены  пени в общей сумме 15 010 820,76 руб. , итого общая сумма начислений по решению составила: 55 288 261,76 рублей.(указаны оспариваемые суммы). 

          Решением УФНС России по Самарской области № 3-15/46414 от 30.12.21 года по апелляционной жалобе АО «РНГМ - ГРУПП» (до 29.09.2021 АО «Роснефтегазмонтаж») и дополнению к ней на решение Межрайонной ИФНС России № 18 по Самарской области о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения от 15.09.2021 № 20-33/35 апелляционная жалоба заявителя осталась без удовлетворения.

           В качестве основания для доначисления НДС, соответствующих сумм пени и штрафа налоговый орган в оспариваемом решении и в ходе рассмотрения дела ссылается на установление в ходе налоговой проверки обстоятельств, указанных в п.1 ст. 54.1 НК РФ, в связи с тем, что Обществом организован формальный документооборот по взаимоотношениям с контрагентами ООО «Капитал-Плюс» ИНН 

<

***>, ООО «СГ-Строй» ИНН 

<

***> (впоследствии по документам заменены на ООО «Марва» ИНН 

<

***>, ООО «Мастер» ИНН 

<

***>, ООО «Металлторг-СПБ» ИНН 

<

***>) без фактического получения товара в рамках договоров с целью формального соблюдения условий для применения налоговых вычетов по НДС (расходы по прибыли не заявлялись).

По мнению налогового органа, о нереальности финансово-хозяйственных взаимоотношений между АО «РНГМ-ГРУПП» и ООО «Металлторг-СПБ», ООО «Марва», ООО «Мастер» свидетельствуют следующие обстоятельства:

- отсутствие у поставщиков основных средств, складских помещений,соответствующих материальных и трудовых ресурсов;

- перечисления по найму и услугам по предоставлению персонала повыпискам банка не установлены;

- руководители контрагентов ООО «Металлторг-СПБ», ООО «Марва» отявки для проведения допросов уклоняются;

- руководитель ООО «Мастер» ФИО4 в ходе допроса показал, чтоявляется номинальным руководителем, о финансово-хозяйственной деятельностиорганизации затрудняется ответить, основных контрагентов не помнит;

- у контрагентов отсутствуют платежи через расчетный счет на целиобеспечения ведения реальной финансово-хозяйственной деятельности (платежи закоммунальные услуги, электроэнергию, заработную плату, за наем персонала,арендную плату за офисные и складские помещения и др.), т.е. по результатампроведенного анализа не установлен факт реального ведения финансовохозяйственной деятельности данных контрагентов;

- перевозка материалов, приобретенных у ООО «Марва», ООО «Мастер» сплощадки на ул. Заводское шоссе,17 до склада АО «РНГМ-ГРУПП» сомнительна,так водители не помнят подробностей перевозки, указанные поставщики им незнакомы;

- при анализе товарно-транспортных документов на перевозку товаровООО «Металлторг-СПБ» установлены собственники транспортных средств(юридические и физические лица), которые указали, что договоры с ООО«Металлторг-СПБ» они не заключали, в указанный период времени грузоперевозкив г. Самару не осуществляли, что свидетельствует о недостоверной информации,указанной в товарно-транспортных документах и их сомнительности;

- перечисления денежных средств АО «РНГМ-ГРУПП» за ТМЦ в адрес ООО«Капитал-Плюс» и ООО «СГ-Строй», а также в адрес замененных контрагентов в2018 году не производилось, товар в последующем был возвращен;

- НДС, подлежащий к уплате в бюджет при возврате АО «РНГМ-ГРУПП»товара, фактически не был уплачен в связи с тем, что в вычетах по цепочкеотражены счета-фактуры организаций, не представивших налоговые декларации за 1квартал 2019 года и не уплативших НДС в бюджет в сопоставимом размере;

- включенные в уточненную налоговую отчетность в ходе проверкиконтрагенты ООО «Марва», ООО «Мастер» организованы незадолго до сделки сАО «РНГМ-ГРУПП» (ООО «Марва» дата регистрации 02.08.2018, сделка 03.08.2018,ООО «Мастер» дата регистрации 20.09.2018, сделка 24.09.2018);

- приобретение товара (комплектующих, материалов и др.) у стороннихорганизаций по выпискам банков ООО «Металлторг-СПБ», ООО «Марва», ООО«Мастер» не установлено, следовательно материалы данные контрагенты у иныхлиц не приобретали;

- заявленные продавцы в книгах покупок за 1 квартал 2018 года ООО«Металлторг-СПБ», ООО «Марва», ООО «Мастер» имеют высокую степень риска, в большей части ликвидированы, перечисления в их адрес по выпискамбанка не установлены.

         Однако данные доводы налоговых органов   не могут быть признаны судом в качестве основания для признания правомерным доначисления налогов на прибыль и НДС, соответствующих штрафов и пени. 

 На основании пункта 5 статьи 200 АПК РФ обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта закону или иному нормативному правовому акту, законности принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), наличия у органа или лица надлежащих полномочий на принятие оспариваемого акта, решения, совершение оспариваемых действий (бездействия), а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта, решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), возлагается на орган или лицо, которые приняли акт, решение или совершили действия (бездействие).

Заявитель по смыслу части 1 статьи 65 АПК РФ должен доказать факт нарушения обжалуемыми актами, решениями, действиями (бездействием) своих прав и законных интересов.

В связи с этим при рассмотрении в арбитражном суде налогового спора налоговым органом могут быть представлены в суд доказательства необоснованного возникновения у налогоплательщика налоговой выгоды, в т.ч. уклонения от налогообложения. Эти доказательства, как и доказательства, представленные налогоплательщиком, подлежат исследованию в судебном заседании согласно требованиям статьи 162 АПК РФ и оценке арбитражным судом в совокупности и взаимосвязи с учетом положений статьи 71 АПК РФ.

   В соответствии с пунктом 2 статьи 171 НК РФ вычетам подлежат суммы налога на добавленную стоимость, предъявленные налогоплательщику и уплаченные им при приобретении товаров (работ, услуг).

Налоговые вычеты, предусмотренные статьей 171 НК РФ, производятся на основании счетов-фактур, выставленных продавцами при приобретении налогоплательщиком товаров (работ, услуг), и при наличии соответствующих первичных документов (пункт 1 статьи 172 НК РФ).

При этом документы, представленные налогоплательщиком в подтверждение правомерности применения налоговых вычетов, должны отвечать установленным требованиям и содержать достоверные сведения об обстоятельствах, с которыми законодательство связывает правовые последствия.

Согласно пункту 2 статьи 169 НК РФ счета-фактуры, составленные и выставленные с нарушением порядка, установленного пунктами 5 и 6 названной статьи, не могут являться основанием для принятия предъявленных покупателю продавцом сумм налога к вычету или возмещению.

В соответствии со статьей 247 НК РФ объектом налогообложения по налогу на прибыль организаций признается прибыль, полученная налогоплательщиком. Прибылью для российских организаций в целях главы 25 НК РФ признаются полученные доходы, уменьшенные на величину произведенных расходов, которые определяются в соответствии с главой 25 НК РФ.

Согласно пункту 1 статьи 252 НК РФ налогоплательщик имеет право уменьшить полученные доходы на сумму произведенных расходов. Расходами признаются обоснованные и документально подтвержденные затраты, осуществленные (понесенные) налогоплательщиком. 

Под обоснованными расходами понимаются экономически оправданные затраты, оценка которых выражена в денежной форме. Под документально подтвержденными расходами понимаются затраты, подтвержденные документами, оформленными в соответствии с законодательством Российской Федерации. Расходами признаются любые затраты при условии, что они произведены для осуществления деятельности, направленной на получение дохода.

Следовательно, налогоплательщик имеет право на отнесение затрат к расходам, уменьшающим налоговую базу по налогу на прибыль, в случае реального осуществления хозяйственных операций. 

В силу требований, содержащихся в пункте 1 статьи 54.1 НК РФ, не допускается уменьшение налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога в результате искажения сведений о фактах хозяйственной жизни (совокупности таких фактов), об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и (или) бухгалтерском учете либо налоговой отчетности налогоплательщика.

Законодательство о налогах и сборах Российской Федерации исходит из презумпции добросовестности налогоплательщика и иных участников правоотношений в сфере экономики.

В связи с этим предполагается, что действия налогоплательщика, имеющие своим результатом получение налоговой выгоды, в частности, налоговых вычетов при исчислении налога на добавленную стоимость, экономически оправданы, а сведения, содержащиеся в налоговой декларации и бухгалтерской отчетности, - достоверны.

Предоставление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных Кодексом, в целях получения налоговой выгоды, является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы. Обязанность по составлению счетов-фактур, служащих основанием для применения налогового вычета налогоплательщиком - покупателем товаров (работ, услуг), и отражению в них сведений, установленных статьей 169 НК РФ, возлагается на продавца.

Соответственно, при соблюдении контрагентом указанных требований по оформлению необходимых документов, оснований для вывода о недостоверности либо противоречивости сведений, содержащихся в указанных счетах-фактурах, не имеется, если не установлены обстоятельства, свидетельствующие о том, что налогоплательщик знал либо должен был знать об указании продавцом недостоверных либо противоречивых сведений.

При отсутствии доказательств несовершения хозяйственных операций, в связи с которыми заявлено право на налоговый вычет, вывод о том, что налогоплательщик знал либо должен был знать о недостоверности (противоречивости) сведений может быть сделан судом в результате оценки в совокупности обстоятельств, связанных с заключением и исполнением договора (в том числе с основаниями, по которым налогоплательщиком был выбран соответствующий контрагент), а также иных обстоятельств, указанных в Постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 N 53 "Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды" (далее - Постановление N 53).

О необоснованности налоговой выгоды, в частности, могут свидетельствовать подтвержденные доказательствами доводы налогового органа о наличии таких обстоятельств, как невозможность реального осуществления налогоплательщиком хозяйственных операций с учетом времени, места нахождения имущества или объема материальных ресурсов, экономически необходимых для производства товаров, выполнения работ или оказания услуг, совершение операций с товаром, который не производился или не мог быть произведен в объеме, указанном налогоплательщиком, учет для целей налогообложения только тех хозяйственных операций, которые непосредственно связаны с возникновением налоговой выгоды, отсутствие необходимых условий для достижения результатов соответствующей экономической деятельности.

В соответствии с пунктом 2 Постановления N 53 каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Обязанность доказывания обстоятельств, послуживших основанием для принятия налоговым органом оспариваемого акта, возлагается на этот орган.

В соответствии с пунктом 1 статьи 54.1 НК РФ не допускается уменьшение налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога в результате искажения сведений о фактах хозяйственной жизни (совокупности таких фактов), об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и (или) бухгалтерском учете либо налоговой отчетности налогоплательщика.

Исходя из положений пунктов 1 и 3 статьи 3 НК РФ  противодействие злоупотреблениям в сфере налогообложения выступает одной из целей правового регулирования в данной сфере, реализация которой является необходимой для обеспечения всеобщности и равенства налогообложения, взимания налогов в соответствии с их экономическим основанием, исключения произвольного налогообложения.

Как указано в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 N 53 "Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды" (далее - постановление Пленума N 53), при рассмотрении в арбитражном суде налогового спора налоговым органом могут быть представлены в суд доказательства необоснованного возникновения у налогоплательщика налоговой выгоды (пункт 2). Налоговая выгода может быть признана необоснованной, в частности, в случаях, если для целей налогообложения учтены операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом или учтены операции, не обусловленные разумными экономическими или иными причинами (целями делового характера) (пункт 3). Налоговая выгода не может быть признана обоснованной, если получена налогоплательщиком вне связи с осуществлением реальной предпринимательской или иной экономической деятельности (пункт 4).

Данные подходы к оценке обоснованности налоговой выгоды в налоговых отношениях сохраняют свою актуальность после принятия Федерального закона от 18.07.2017 N 163-ФЗ, которым часть первая Налогового кодекса дополнена статьей 54.1, конкретизировавшей обстоятельства и условия, принимаемые во внимание при оценке допустимости поведения налогоплательщика в зависимости от: наличия искажения сведений о фактах хозяйственной жизни (пункт 1); основной цели совершения сделки (операции) (подпункт 1 пункта 2); исполнения обязательства по сделке надлежащим лицом (подпункт 2 пункта 2). 

В то же время, как неоднократно указывалось в решениях Конституционного Суда Российской Федерации (постановления от 28.03.2000 N 5-П, от 17.03.2009 N 5-П, от 22.06.2009 N 10-П, определение от 27.02.2018 N 526-О и др.), налоговые органы не освобождаются от обязанности в рамках контрольных процедур принимать исчерпывающие меры, направленные на установление действительного размера налогового обязательства налогоплательщика, что исключало бы возможность вменения ему налога в размере большем, чем это установлено законом.

Контроль за полнотой и своевременностью уплаты налогов и сборов, включающий мероприятия по пресечению злоупотреблений налогоплательщиков, направленных на получение необоснованной налоговой выгоды, осуществляется налоговыми органами в рамках полномочий, предоставленных им федеральным законодателем. В частности, признание налоговой выгоды необоснованной в случаях, если для целей налогообложения учтены операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом или учтены операции, не обусловленные разумными экономическими или иными причинами (целями делового характера), предполагает доначисление суммы налогов и сборов, подлежащих уплате в бюджет так, как если бы налогоплательщик не злоупотреблял правом, на основании соответствующих положений Налогового кодекса, регулирующих порядок исчисления и уплаты конкретного налога и сбора (определения от 26.03.2020 N 544-О, от 04.07.2017 N 1440-О).

На необходимость определения объема прав и обязанностей налогоплательщика, исходя из подлинного экономического содержания соответствующей операции, также указано в пункте 7 постановления Пленума N 53.

  Из материалов проверки следует, что Общество в проверяемом периоде осуществлялоализацию нефтяного оборудования и выполнение строительно-монтажных работ на объектах.

 В качестве доказательства наличия права на налоговый вычет по контрагенту  ООО «Металлторг-СПБ» заявителем в ходе проверки и в материалы дела представлены договор поставки № 42/1Р-0818 от 27.08.2018 года, согласно которому поставщик -ООО «Металлторг-СПБ» обязуется поставить налогоплательщику товары в сроки и в порядке, определенными спецификацией, Спецификация № 1 к договору поставки товара № 42/1Р-0818 от 27.08.2018 г. от 27.08.2018 г. Сумма - 88 588 802,84 руб., Спецификация № 2 к договору поставки товара № 42/1Р-0818 от 27.08.2018 г. от 03.09. 2018 г. Сумма - 15 122 586,18 руб., Счет-фактура № ЗФ03 от 27.08.2018 г. на сумму 5 552 531,86 руб., включая НДС 18% - 846 996,39 руб., Товарная накладная № ЗФ03 от 27.08.2018 г., Счет-фактура № ЗФ25 от 28.08.2018 г. на сумму 11 231 151,90,86 руб., включая НДС 18% - 1 713 226,57 руб., Товарная накладная № ЗФ25 от 28.08.2018 г., Счет-фактура № ЗФ33 от 30.08.2018 г. на сумму 7 548 130,27 руб., включая НДС 18% -1 151 409,70 руб., Товарная накладная № ЗФ33 от 30.08.2018 г., Счет-фактура № ЗФ48 от 03.09.2018 г. на сумму 6 853 730,56 руб., включая НДС 18%, 1 050 060,65 руб., Товарная накладная № ЗФ48 от 03.09.2018 г., Счет-фактура № ЗФ49 от 03.09.2018 г. на сумму 11 240 732,95 руб., включая НДС 18% - 1 714 658,02 руб., Товарная накладная № ЗФ49 от 03.09.2018 г., Счет-фактура № ЗФ70 от 06.09.2018 г. на сумму 7 245 280,45 руб., включая НДС 18%, - 1 105 212,27 руб., Товарная накладная № ЗФ70 от 06.09.2018 г., Счет-фактура № ЗФ78 от 10.09.2018 г. на сумму 12 538 133,26 руб., включая НДС 18% - 1 912 596,60 руб., Товарная накладная № ЗФ78 от 10.09.2018 г..Счет-фактура № ЗФ101 от 11.09.2018 г. на сумму 10 235 513,60 руб., включая НДС 18% - 1 561 395,33 руб., Товарная накладная № ЗФ101от 11.09.2018 г., Счет-фактура № ЗФ105 от 14.09.2018 г. на сумму 9 139 919,82 руб., включая НДС 18% - 1 394 225,06 руб., Товарная накладная № ЗФ105 от 14.09.2018 г., Счет-фактура № ЗФ109 от 19.09.2018 г. на сумму 6 536 521,99 руб., включая НДС 18% - 1 302 181,32 руб., Товарная накладная № ЗФ109 от 19.09.2018 г., Счет-фактура № ЗФ112 от 21.09.2018 г. на сумму 10 974 989,13 руб., включая НДС 18% - 1 874 150,68 руб., Товарная накладная № ЗФ112 от 21.09.2018 г., Счет-фактура № ЗФ120 от 26.09.2018 г. на сумму 2 584 452,92 руб., включая НДС 18% - 394 238,56 руб., Товарная накладная № ЗФ120 от 26.09.2018 г.., транспортные накладные ООО «ТС» на   доставку товара. ( т. 5 л.д. 63-117). 

Реальное наличие товара установлено налоговым органом в ходе проверки, что нашло свое отражение в оспариваемом решении и в отзыве на заявление.  

В целях получения доказательной базы по факту реальной поставки товара (резервуарного оборудования и комплектующих материалов) ООО «Капитал-Плюс» ИНН 

<

***> и ООО «СГ Строй» ИНН 

<

***> Налоговым органом был проведен осмотр объектов товара и складских помещений, находящихся по адресу:

- 

<

...> Нежилое здание (производственный корпус)литера Ж. Дата проведения осмотра 23.01.2019 г.

- Самарская область, Волжский район, п. Заярье, тер. Зверохозяйство,промышленная зона. Дата осмотра 25.01.2019 г.

При осмотре резервуарного оборудования и комплектующих материаловфактически была проведена внеплановая выборочная инвентаризация товарно-материальных ценностей на основании Приказа по ОАО «Роснефтегазмонтаж» № 06/1 –ГБ от 22.01.2019 г. с включением в Приказ представителей Налогового органаЗаместителя начальника ОКП № 1 МИФНС № 18 ФИО5 и старшего налоговогоинспектора МИФНС № 18 ФИО6 В процессе проведения осмотра, рабочимидокументами для представителей Налогового органа являлись Инвентаризационные описи(форма № ИНВ-3) по складам № 1 от 29.01.2019 г., № 2 от 29.01.2019 г., Акт перемещения№ 278 от 14.01.2018 г., Товарная накладная № 1 от 14.01.2019 г., а также Спецификации кдоговорам №55Р от 24.01.2018 года и №56Р-1018 от 06.02.2018 года на поставку товараПоставщиками ООО «Капитал-Плюс» ИНН 

<

***> и ООО «СГ Строй» ИНН

<

***>.

В процессе проведения сотрудниками Налогового органа контрольныхмероприятий, производилась фотосъемка. Результаты осмотра были зафиксированысотрудниками Налогового органа в документе «Протокол осмотра принадлежащихюридическому лицу или индивидуальному предпринимателю помещений, территорий и,находящихся там вещей и документов» от 29.01.2019 г. Приложением к Протоколуявляются Инвентаризационные описи (форма № ИНВ-3) по складам № 1 от 29.01.2019 г.,№ 2 от 29.01.2019 г., Акт перемещения № 278 от 14.01.2018 г., Товарная накладная № 1 от14.01.2019 г.

При сверке фактического наличия товаров с данными, отраженными вИнвентаризационных описях, Акте перемещения, Товарной накладной и Спецификациях,излишков и/или недостачи не установлено. ( т. 5 л.д. 3).

В постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 20.04.2010 N 18162/09 отмечено, что при отсутствии доказательств не совершения хозяйственных операций, в связи с которыми заявлено право на налоговый вычет, вывод о том, что налогоплательщик знал либо должен был знать о недостоверности (противоречивости) сведений, может быть сделан судом в результате оценки в совокупности обстоятельств, связанных с заключением исполнением договора (в том числе с основаниями, по которым налогоплательщиком был выбран соответствующий контрагент), а также иных обстоятельств, упомянутых в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 N 53 "Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды" (далее - Постановление N 53).

Как указано в Постановлении N 53, судебная практика разрешения налоговых споров исходит из презумпции добросовестности налогоплательщиков и иных участников правоотношений в сфере экономики. В этой связи предполагается, что действия налогоплательщика, имеющие своим результатом получение налоговой выгоды, экономически оправданы, а сведения, содержащиеся в налоговой декларации и бухгалтерской отчетности - достоверны. 

  Пункт 1   Постановления N 53  определяет, что уменьшение размера налоговой обязанности вследствие уменьшения налоговой базы, получения налогового вычета признается налоговой выгодой. Представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах, в целях получения налоговой выгоды является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы.

При этом налоговая выгода не может быть признана обоснованной, если налоговым органом будет доказано, что приобретение товаров (работ, услуг) в действительности не имело места, а представленные налогоплательщиком документы являются недостоверными, о чем налогоплательщик не мог не знать.

Таким образом, возможность применения налоговых вычетов по налогу на добавленную стоимость и отнесения понесенных организацией затрат в состав расходов при исчислении налога на прибыль обусловлена наличием реального осуществления хозяйственных операций, а также соблюдением требований статей 169, 171, 172, 252 Кодекса в части достоверности сведений, содержащихся в первичных документах.

В пункте 9 Постановления N 53 определено, что установление судом наличия разумных экономических или иных причин (деловой цели) в действиях налогоплательщика осуществляется с учетом оценки обстоятельств, свидетельствующих о его намерениях получить экономический эффект в результате реальной предпринимательской или иной экономической деятельности.

Судам необходимо учитывать, что налоговая выгода не может рассматриваться в качестве самостоятельной деловой цели. Поэтому если судом установлено, что главной целью, преследуемой налогоплательщиком, являлось получение дохода исключительно или преимущественно за счет налоговой выгоды в отсутствие намерения осуществлять реальную экономическую деятельность, в признании обоснованности ее получения может быть отказано.

Из определения Верховного Суда Российской Федерации от 15.12.2021 N 305-ЭС21-18005 следует, что подходы к оценке обоснованности налоговой выгоды в налоговых отношениях, указанные в пунктах 2 - 4 Постановления N 53, сохраняют свою актуальность после принятия Федерального закона от 18.07.2017 N 163-ФЗ, которым часть первая Кодекса дополнена статьей 54.1, конкретизировавшей обстоятельства и условия, принимаемые во внимание при оценке допустимости поведения налогоплательщика в зависимости от: наличия искажения сведений о фактах хозяйственной жизни (пункт 1); основной цели совершения сделки (операции) (подпункт 1 пункта 2); исполнения обязательства по сделке надлежащим лицом (подпункт 2 пункта 2).

Как неоднократно указывалось в решениях Конституционного Суда Российской Федерации (постановления от 28.03.2000 N 5-П, от 17.03.2009 N 5-П, от 22.06.2009 N 10-П, определение от 27.02.2018 N 526-О и др.), налоговые органы не освобождаются от обязанности в рамках контрольных процедур принимать исчерпывающие меры, направленные на установление действительного размера налогового обязательства налогоплательщика, что исключало бы возможность вменения ему налога в размере большем, чем это установлено законом.           

Контроль за полнотой и своевременностью уплаты налогов и сборов, включающий мероприятия по пресечению злоупотреблений налогоплательщиков, направленных на получение необоснованной налоговой выгоды, осуществляется налоговыми органами в рамках полномочий, предоставленных им федеральным законодателем. В частности, признание налоговой выгоды необоснованной в случаях, если для целей налогообложения учтены операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом или учтены операции, не обусловленные разумными экономическими или иными причинами (целями делового характера), предполагает доначисление суммы налогов и сборов, подлежащих уплате в бюджет так, как если бы налогоплательщик не злоупотреблял правом, на основании соответствующих положений Налогового кодекса, регулирующих порядок исчисления и уплаты конкретного налога и сбора (определения от 26.03.2020 N 544-О, от 04.07.2017 N 1440-О).

На необходимость определения объема прав и обязанностей налогоплательщика, исходя из подлинного экономического содержания соответствующей операции, также указано в пункте 7 постановления Пленума N 53.

Применительно к операциям налогоплательщика, совершенным с использованием "технических" компаний это означает, что возможность применения "налоговой реконструкции", в том числе в условиях действия статьи 54.1 Налогового кодекса, определяется не формальными, а материальными условиями - установлением по результатам налоговой проверки, в том числе при содействии самого налогоплательщика, лица, которое фактически производило исполнение по сделке, таким образом, чтобы вывести реально совершенные хозяйственные операции из "теневого" (не облагаемого налогами) оборота и осуществить их полное налогообложение (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 19.05.2021 N 309-ЭС20-23981).

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 15 декабря 2021 г. по делу N 305-ЭС21-18005,  противодействие злоупотреблениям в сфере налогообложения не должно приводить к определению налоговой обязанности в относительно более высоком размере - превышающем потери казны от неуплаты налогов, возникшие на той или иной стадии обращения товаров (работ, услуг), приобретенных налогоплательщиком. Иное означало бы применение санкции, что выходит за пределы мер, необходимых для обеспечения всеобщности и равенства налогообложения.

Если в цепочку поставки товаров включены "технические" компании, и в распоряжении налогового органа имеются сведения и доказательства, в том числе раскрытые налогоплательщиком - покупателем, позволяющие установить лицо, которое действовало в рамках легального хозяйственного оборота (осуществило фактическое исполнение по сделке с товаром и уплатило причитавшиеся при ее исполнении суммы налогов), то необоснованной налоговой выгодой покупателя может быть признана та часть расходов, учтенных при исчислении налога на прибыль организаций, и примененных им налоговых вычетов по НДС, которая приходится на наценку, добавленную "техническими" компаниями.

Аналогичный подход к разрешению споров о получении необоснованной налоговой выгоды за счет встраивания "технических" компаний в цепочку поставки товаров ранее был поддержан Судебной коллегией по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации в определениях от 27.09.2018 N 305-КГ18-7133, от 04.03.2015 N 302-КГ14-3432 и сохраняет свою актуальность, поскольку в силу пункта 3 статьи 54.1 Налогового кодекса подписание первичных учетных документов неустановленным или неуполномоченным лицом, нарушение контрагентом налогоплательщика законодательства о налогах и сборах не могут рассматриваться в качестве самостоятельного основания для признания уменьшения налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога неправомерным.

В данном случае представленные документы соответствуют требованиям налогового законодательства,  сам по себе факт реального наличия у налогоплательщика товара свидетельствует о реальности сделки с заявленным контрагентом, что дает налогоплательщику право на заявление налогового вычета, пока налоговым органом не доказано иное. Ни в ходе налоговой проверки, ни в ходе судебного разбирательства налоговыми органами не представлены доказательства, свидетельствующие о получении товара от иного поставщика, по иным ценам и т.д.

          При таких обстоятельствах  определение  инспекцией   недоимки   НДС в полном размере заявленного вычета  по налогу  без сведений о реальном поставщике и реальном размере уплаченного НДС, может привести   к произвольному завышению сумм налогов, пени и штрафов, начисленных по результатам проверки. Аналогичная правовая позиция содержится в определении в  Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 15.12.2021 N 305-ЭС21-18005 по делу N А40-131167/2020. 

            В силу пунктов 1 - 2 статьи 71 АПК РФ   арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. При этом арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

           При рассмотрении дела судом установлено, что закупка спорного товара товара производилась заявителем в связи с намерением принять участие в тендерах, проводимых АО «Газпромнефть» и АО «Роснефть». Данное обстоятельство подтверждено представленными в ходе рассмотрения дела принт-скринами с сайта госзакупок. ( т.7 л.д.1-12). Аналогичные показания получены в ходе допроса руководителя  АО «РНГМ-Групп», который пояснял, что изначально товар приобретался  Заявителем для поставки в адрес АО «Газпромнефть» и АО «Роснефть» и был возвращен, так как налогоплательщик не был признан победителем торгов (Протокол допроса от 13.07.2020). 

 Товар, приобретенный у ООО «Металлторг-СПБ»,  в 1 квартале 2019 г. был возращен поставщику, налогоплательщик отразил хозяйственную операцию по реализации товара в книге продаж и исчислил  НДС к уплате в размере 17 578 201,52 руб.  

          Данное обстоятельство подтверждается дополнительным соглашением к договору поставки № 42/1Р-0818 от 27.08.2018 г., по условиям которого стороны пришли к соглашению о возврате товара, Счет-фактура № 44 от 20.03.2019 г. на сумму 8 681 208,80 руб., включая НДС 20% -1 446 868,13 руб., Товарная накладная № 44 от 20.03.2019 г., Счет-фактура № 45 от 20.03.2019 г. на сумму 2 628 257,21 руб., включая НДС 20% -438 042,87 руб., Товарная накладная № 45 от 20.03.2019 г., Счет-фактура № 46 от 20.03.2019 г. на сумму 11 421 510,50 руб., включая НДС 20% - 903 585,08 руб., Товарная накладная № 46 от 20.03.2019 г., Счет-фактура № 47 от 20.03.2019 г. на сумму 12 750 643,99 руб., включая НДС 20% - 125 107,33 руб., Товарная накладная № 47 от 20.03.2019 г., Счет-фактура № 48 от 21.03.2019 г. на сумму 7 676 064,68 руб., включая НДС 20% -1 279 344,11 руб., Товарная накладная № 48 от 21.03.2019 г., Счет-фактура № 49 от 21.03.2019 г. на сумму 11 431 253,47 руб., включая НДС 20% - 1 905 208,91 руб., Товарная накладная № 49 от 21.03.2019 г., Счет-фактура № 50 от 21.03.2019 г. на сумму 7 000 404,36 руб., включая НДС 20% -1 166 734,06 руб., Товарная накладная № 50 от 21.03.2019 г. ( т. 5 л.д. 118-140).

           Таким образом, совокупность имеющихся в материалах дела доказательств свидетельствует о реальности поставки спорной продукции, что не отрицается налоговыми органами.

     При таких обстоятельствах доначисление по результатам налоговой проверки НДС вследствие необоснованного, по мнению налогового органа, заявления налогового вычета по взаимоотношениям с ООО «Металлторг-СПБ» не отвечает основным принципам налогообложения о необходимости установления налоговым органом   действительного размера налогового обязательства налогоплательщика и исключения возможности  вменения ему налога в размере большем, чем это установлено законом.

          Кроме того в данном случае НДС, заявленный к вычету, был исчислен налогоплательщиком при возврате товара. Поэтому фактически недоимка по налогу у налогоплательщика в федеральном бюджете отсутствует. Доначисление НДС при таких обстоятельствах свидетельствует о нарушении основополагающих   принципов    справедливости, соразмерности и однократности налогообложения.

          Доводы налогового органа об отсутствии фактической уплаты НДС за 1 квартал 2019 года в связи с заявлением налогового вычета по т.н. «техническим» контрагентам, не могут быть признаны судом обоснованными.

В пункте 3.2  Определения Конституционного Суда РФ от 04.07.2017 N 1440-О указывается, что контроль за полнотой и своевременностью уплаты налогов и сборов, включающий мероприятия по пресечению злоупотреблений налогоплательщиков, направленных на получение необоснованной налоговой выгоды, осуществляется налоговыми органами в рамках полномочий, предоставленных им федеральным законодателем.

   Налоговые органы вправе осуществлять налоговый контроль в формах, предусмотренных главой 14 Кодекса, в частности посредством выездных и камеральных налоговых проверок, получения объяснений налогоплательщиков, проверок данных учета и отчетности, осмотра помещений, используемых для извлечения дохода, и в других формах, предусмотренных Кодексом (пункт 1 статьи 82 Кодекса).

Налоговые органы при осуществлении налогового контроля вправе потребовать у налогоплательщика информацию, влияющую на определение объема налогового обязательства, в частности данные об объектах, подлежащих налогообложению либо связанных с налогообложением, документы, служащие основанием для исчисления налога, и иные документы о деятельности налогоплательщика (статья 31, пункт 1 статьи 54, статья 88 Кодекса).

          В ходе рассмотрения дела налоговым органом не представлены доказательства  проведения мер налогового контроля в отношении правильности исчисления и уплаты налогоплательщиком НДС за 1 квартал 2019 года. 

           Более того, в названном налоговом периоде  по данному контрагенту налогоплательщик   не заявлял налоговый вычет, а напротив, исчислил НДС с суммы возвращенного товара. 

         Таким образом, анализ всех материалов дела в совокупности и взаимозависимости свидетельствует о том, что    все хозяйственные операции являются реальными, основной целью налогоплательщика по взаимоотношениям с данным контрагентом являлось получение реального результата   от исполнения договора.  Данный вывод подтверждается реальным наличием товара на момент проверки, а также фактом его возврата и исчисления с этой операции НДС.

С учетом изложенного  оспариваемое решение в этой части следует признать недействительным, заявленные требования удовлетворить.

         В качестве доказательства наличия права на налоговый вычет по контрагенту     ООО «Марва»  налогоплательщиком в ходе налоговой проверки и в ходе рассмотрения дела представлены  Договор поставки № 70Р-0218 от 03.08.2018 года, согласно которому поставщик - 000«Марва» обязуется поставить налогоплательщику товары в сроки и в порядке, определенные спецификацией, Спецификация № 1 к договору поставки № 70Р-0218 от 03.08.2018 г. Сумма товара -92 936 600 руб. (НДС 18% - 14 175 759,39 руб.). Самовывоз - 30.09.2018 г., Счет-фактура № 1 от 05.08.2018 г. на сумму 3 446 833,97 руб., включая НДС 18% - 525 788,23 руб., Товарная накладная № 1 от 05.08.2018 г., Счет-фактура № 2 от 07.08.2018 г. на сумму 6 400 288,69 руб., включая НДС 18% -976 315,22 руб., Товарная накладная № 2 от 07.08.2018 г., Счет-фактура № 3 от 08.08.2018 г. на сумму 12 506 163,42 руб., включая НДС 18% - 1907 719,84 руб., Товарная накладная № 3 от 08.08.2018 г., Счет-фактура № 4 от 10.08.2018 г. на сумму 5 293 951,35 руб., включая НДС 18% - 807 553,43 руб.,Товарная накладная № 4 от 10.08.2018 г., Счет-фактура № 5 от 15.08.2018 г. на сумму 5 358 811,58 руб., включая НДС 18% -817 451,94 руб., Товарная накладная № 5 от 15.08.2018 г., Счет-фактура № 6 от 20.08.2018 г. на сумму 6 974 357,45 руб., включая НДС 18% -1 063 885,03 руб., Товарная накладная № 6 от 20.08.2018 г., Счет-фактура № 7 от 17.08.2018 г. на сумму 2 031 404,93 руб., включая НДС 18% -309 875,33 руб., Товарная накладная № 7 от 17.08.2018 г.,Счет-фактура № 8 от 21.08.2018 г. на сумму 8 015 593,23 руб., включая НДС 18% -1 222 717,61 руб., Товарная накладная № 8 от 21.08.2018 г., Счет-фактура № 9 от 30.08.2018 г. на сумму 13 010 644,99 руб., включая НДС 18% -1 984 674,66 руб., Товарная накладная № 9 от 30.08.2018 г., Счет-фактура № 10 от 04.09.2018 г. на сумму 7 050 694,87 руб., включая НДС 18% -1 075 529,73 руб., Товарная накладная № 10 от 04.09.2018 г., Счет-фактура № 11 от 07.09.2018 г. на сумму 11 841 211,58 руб., включая НДС 18% -1 806 286,51 руб.,Товарная накладная № 11 от 07.09.2018 г., Счет-фактура № 12 от 19.09.2018 г. на сумму 9 490 368,28 руб., включая НДС 18% -1 447 683,30 руб., Товарная накладная № 12 от 19.09.2018 г., Счет-фактура № 13 от 26.09.2018 г. на сумму 1 518 225,65 руб., включая НДС 18% -231 286,66 руб., Товарная накладная № 13 от 04.09.2018 г. ( т. 5л.д. 146-153, т. 6 л.д. 1-27).

  Реальное наличие товара установлено налоговым органом в ходе проверки, что нашло свое отражение в оспариваемом решении и в отзыве на заявление.  

В целях получения доказательной базы по факту реальной поставки товара (резервуарного оборудования и комплектующих материалов) ООО «Капитал-Плюс» ИНН 

<

***> и ООО «СГ Строй» ИНН 

<

***> Налоговым органом был проведен осмотр объектов товара и складских помещений, находящихся по адресу:

- 

<

...> Нежилое здание (производственный корпус)литера Ж. Дата проведения осмотра 23.01.2019 г.

- Самарская область, Волжский район, п. Заярье, тер. Зверохозяйство,промышленная зона. Дата осмотра 25.01.2019 г.

При осмотре резервуарного оборудования и комплектующих материаловфактически была проведена внеплановая выборочная инвентаризация товарно-материальных ценностей на основании Приказа по ОАО «Роснефтегазмонтаж» № 06/1 –ГБ от 22.01.2019 г. с включением в Приказ представителей Налогового органаЗаместителя начальника ОКП № 1 МИФНС № 18 ФИО5 и старшего налоговогоинспектора МИФНС № 18 ФИО6 В процессе проведения осмотра, рабочимидокументами для представителей Налогового органа являлись Инвентаризационные описи(форма № ИНВ-3) по складам № 1 от 29.01.2019 г., № 2 от 29.01.2019 г., Акт перемещения№ 278 от 14.01.2018 г., Товарная накладная № 1 от 14.01.2019 г., а также Спецификации кдоговорам №55Р от 24.01.2018 года и №56Р-1018 от 06.02.2018 года на поставку товараПоставщиками ООО «Капитал-Плюс» ИНН 

<

***> и ООО «СГ Строй» ИНН

<

***>.

В процессе проведения сотрудниками Налогового органа контрольныхмероприятий, производилась фотосъемка. Результаты осмотра были зафиксированысотрудниками Налогового органа в документе «Протокол осмотра принадлежащихюридическому лицу или индивидуальному предпринимателю помещений, территорий и,находящихся там вещей и документов» от 29.01.2019 г. Приложением к Протоколуявляются Инвентаризационные описи (форма № ИНВ-3) по складам № 1 от 29.01.2019 г.,№ 2 от 29.01.2019 г., Акт перемещения № 278 от 14.01.2018 г., Товарная накладная № 1 от14.01.2019 г.

При сверке фактического наличия товаров с данными, отраженными вИнвентаризационных описях, Акте перемещения, Товарной накладной и Спецификациях,излишков и/или недостачи не установлено. ( т. 5 л.д. 3).

 В постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 20.04.2010 N 18162/09 отмечено, что при отсутствии доказательств не совершения хозяйственных операций, в связи с которыми заявлено право на налоговый вычет, вывод о том, что налогоплательщик знал либо должен был знать о недостоверности (противоречивости) сведений, может быть сделан судом в результате оценки в совокупности обстоятельств, связанных с заключением исполнением договора (в том числе с основаниями, по которым налогоплательщиком был выбран соответствующий контрагент), а также иных обстоятельств, упомянутых в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 N 53 "Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды" (далее - Постановление N 53).

Как указано в Постановлении N 53, судебная практика разрешения налоговых споров исходит из презумпции добросовестности налогоплательщиков и иных участников правоотношений в сфере экономики. В этой связи предполагается, что действия налогоплательщика, имеющие своим результатом получение налоговой выгоды, экономически оправданы, а сведения, содержащиеся в налоговой декларации и бухгалтерской отчетности - достоверны.

Представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных НК РФ в целях получения налоговой выгоды является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы (пункт 1 Постановления N 53).

 Как указано в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 N 53 "Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды" (далее - Постановление N 53), уменьшение размера налоговой обязанности вследствие уменьшения налоговой базы, получения налогового вычета признается налоговой выгодой. Представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах, в целях получения налоговой выгоды является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы.

При этом налоговая выгода не может быть признана обоснованной, если налоговым органом будет доказано, что приобретение товаров (работ, услуг) в действительности не имело места, а представленные налогоплательщиком документы являются недостоверными, о чем налогоплательщик не мог не знать.

Таким образом, возможность применения налоговых вычетов по налогу на добавленную стоимость и отнесения понесенных организацией затрат в состав расходов при исчислении налога на прибыль обусловлена наличием реального осуществления хозяйственных операций, а также соблюдением требований статей 169, 171, 172, 252 Кодекса в части достоверности сведений, содержащихся в первичных документах.

В пункте 9 Постановления N 53 определено, что установление судом наличия разумных экономических или иных причин (деловой цели) в действиях налогоплательщика осуществляется с учетом оценки обстоятельств, свидетельствующих о его намерениях получить экономический эффект в результате реальной предпринимательской или иной экономической деятельности.

Судам необходимо учитывать, что налоговая выгода не может рассматриваться в качестве самостоятельной деловой цели. Поэтому если судом установлено, что главной целью, преследуемой налогоплательщиком, являлось получение дохода исключительно или преимущественно за счет налоговой выгоды в отсутствие намерения осуществлять реальную экономическую деятельность, в признании обоснованности ее получения может быть отказано.

Из определения Верховного Суда Российской Федерации от 15.12.2021 N 305-ЭС21-18005 следует, что подходы к оценке обоснованности налоговой выгоды в налоговых отношениях, указанные в пунктах 2 - 4 Постановления N 53, сохраняют свою актуальность после принятия Федерального закона от 18.07.2017 N 163-ФЗ, которым часть первая Кодекса дополнена статьей 54.1, конкретизировавшей обстоятельства и условия, принимаемые во внимание при оценке допустимости поведения налогоплательщика в зависимости от: наличия искажения сведений о фактах хозяйственной жизни (пункт 1); основной цели совершения сделки (операции) (подпункт 1 пункта 2); исполнения обязательства по сделке надлежащим лицом (подпункт 2 пункта 2).

Как неоднократно указывалось в решениях Конституционного Суда Российской Федерации (постановления от 28.03.2000 N 5-П, от 17.03.2009 N 5-П, от 22.06.2009 N 10-П, определение от 27.02.2018 N 526-О и др.), налоговые органы не освобождаются от обязанности в рамках контрольных процедур принимать исчерпывающие меры, направленные на установление действительного размера налогового обязательства налогоплательщика, что исключало бы возможность вменения ему налога в размере большем, чем это установлено законом.

В данном случае сам по себе факт реального наличия у налогоплательщика товара свидетельствует о реальности сделки с заявленным контрагентом, что дает налогоплательщику право на заявление налогового вычета, пока налоговым органом не доказано иное. Ни в ходе налоговой проверки, ни в ходе судебного разбирательства налоговыми органами не представлены доказательства, свидетельствующие о получении товара от иного поставщика, по иным ценам и т.д.

         При таких обстоятельствах  определение  инспекцией   недоимки   НДС в полном размере заявленного вычета  по налогу  без сведений о реальном поставщике и реальном размере уплаченного НДС, может привести   к произвольному завышению сумм налогов, пени и штрафов, начисленных по результатам проверки. Аналогичная правовая позиция содержится в определении в  Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 15.12.2021 N 305-ЭС21-18005 по делу N А40-131167/2020. 

            В силу пунктов 1 - 2 статьи 71 АПК РФ   арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. При этом арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

           При рассмотрении дела судом установлено, что закупка спорного товара товара производилась заявителем в связи с намерением принять участие в тендерах, проводимых АО «Газпромнефть» и АО «Роснефть». Данное обстоятельство подтверждено представленными в ходе рассмотрения дела принт-скринами с сайта госзакупок. ( т.7 л.д.1-12). Аналогичные показания получены в ходе допроса руководителя  АО «РНГМ-Групп», который пояснял, что изначально товар приобретался  Заявителем для поставки в адрес АО «Газпромнефть» и АО «Роснефть» и был возвращен, так как налогоплательщик не был признан победителем торгов (Протокол допроса от 13.07.2020). 

 Товар, приобретенный у ООО «Марва»,  в 1 квартале 2019 г. был возращен поставщику, налогоплательщик отразил хозяйственную операцию по реализации товара в книге продаж и исчислил  НДС к уплате в размере 14 176 769, 39 руб.  

          В качестве подтверждения данного обстоятельства налогоплательщиком представлены дополнительное соглашение    к договору поставки товара № 70Р-0218 от 03.08.2018 г. на возврат товара, Счет-фактура № 31 от 14.03.2019 г. на сумму 3 505 254,89 руб., включая НДС 20% -584 209,15 руб., Товарная накладная № 31 от 14.03.2019 г., Счет-фактура № 32 от 14.03.2019 г. на сумму 6 508 768,16 руб., включая НДС, Товарная накладная № 32 от 14.03.2019 г., Счет-фактура № 33 от 14.03.2019 г. на сумму 1 271 813,30 руб., включая НДС 20% - 2 119 688,72 руб., Товарная накладная № 33 от 14.03.2019 г., Счет-фактура № 34 от 15.03.2019 г. на сумму 5 383 689,50 руб., включая НДС 20% -897 281,58 руб., Товарная накладная № 34 от 15.03.2019 г., Счет-фактура № 36 от 15.03.2019 г. на сумму 5 449 679,58 руб., включая НДС 20% -908 279,92 руб., Товарная накладная № 36 от 15.03.2019 г. Счет-фактура № 37 от 18.03.2019 г. на сумму 7 092 566,90 руб., включая НДС 20% -1 182 094,48 руб., Товарная накладная № 37 от 18.03.2019 г., Счет-фактура № 38 от 18.03.2019 г. на сумму 2 065 835,53 руб., включая НДС 20% -344 305,92 руб., Товарная накладная № 38 от 18.03.2019 г., Счет-фактура № 39 от 18.03.2019 г. на сумму 8 151 450,74 руб., включая НДС 20% -1358 575,12 руб., Товарная накладная № 39 от 18.03.2019 г., Счет-фактура № 40 от 19.03.2019 г. на сумму 13 231 164,40 руб., включая НДС 20% - 2205 194,07 руб.Товарная накладная № 40 от 19.03.2019 г., Счет-фактура № 41 от 19.03.2019 г. на сумму 7 170 210,16 руб., включая НДС 20% -1195 035,02 руб., Товарная накладная № 41 от 19.03.2019 г., Счет-фактура № 42 от 19.03.2019 г. на сумму 12 041 910,07 руб., включая НДС 20% -2006 985,00 руб., Товарная накладная № 42 от 19.03.2019 г., Счет-фактура № 43 от 19.03.2019 г. на сумму 11 193 146,36 руб., включая НДС 20% -1 865 524,39 руб. , Товарная накладная № 43 от 19.03.2019 г.( т. 6 л.д. 28-53). 

            Таким образом, совокупность имеющихся в материалах дела доказательств свидетельствует о реальности поставки спорной продукции, что не отрицается налоговыми органами.

     При таких обстоятельствах доначисление по результатам налоговой проверки НДС вследствие необоснованного, по мнению налогового органа, заявления налогового вычета по взаимоотношениям с ООО «Марва»  не отвечает основным принципам налогообложения о необходимости установления налоговым органом   действительного размера налогового обязательства налогоплательщика и исключения возможности  вменения ему налога в размере большем, чем это установлено законом.

          Кроме того в данном случае НДС, заявленный к вычету, был исчислен налогоплательщиком при возврате товара. Поэтому фактически недоимка по налогу у налогоплательщика в федеральном бюджете отсутствует. Доначисление НДС при таких обстоятельствах свидетельствует о нарушении основополагающих   принципов    справедливости, соразмерности и однократности налогообложения.

          Доводы налогового органа об отсутствии фактической уплаты НДС за 1 квартал 2019 года в связи с заявлением налогового вычета по т.н. «техническим» контрагентам, не могут быть признаны судом обоснованными.

В пункте 3.2  Определения Конституционного Суда РФ от 04.07.2017 N 1440-О указывается, что контроль за полнотой и своевременностью уплаты налогов и сборов, включающий мероприятия по пресечению злоупотреблений налогоплательщиков, направленных на получение необоснованной налоговой выгоды, осуществляется налоговыми органами в рамках полномочий, предоставленных им федеральным законодателем.

   Налоговые органы вправе осуществлять налоговый контроль в формах, предусмотренных главой 14 Кодекса, в частности посредством выездных и камеральных налоговых проверок, получения объяснений налогоплательщиков, проверок данных учета и отчетности, осмотра помещений, используемых для извлечения дохода, и в других формах, предусмотренных Кодексом (пункт 1 статьи 82 Кодекса).

Налоговые органы при осуществлении налогового контроля вправе потребовать у налогоплательщика информацию, влияющую на определение объема налогового обязательства, в частности данные об объектах, подлежащих налогообложению либо связанных с налогообложением, документы, служащие основанием для исчисления налога, и иные документы о деятельности налогоплательщика (статья 31, пункт 1 статьи 54, статья 88 Кодекса).

          В ходе рассмотрения дела налоговым органом не представлены доказательства  проведения мер налогового контроля в отношении правильности исчисления и уплаты налогоплательщиком НДС за 1 квартал 2019 года. 

           Более того, в названном налоговом периоде  по данному контрагенту налогоплательщик   не заявлял налоговый вычет, а напротив, исчислил НДС с суммы возвращенного товара. 

         Таким образом, анализ всех материалов дела в совокупности и взаимозависимости свидетельствует о том, что    все хозяйственные операции являются реальными, основной целью налогоплательщика по взаимоотношениям с данным контрагентом являлось получение реального результата   от исполнения договора.  Данный вывод подтверждается реальным наличием товара на момент проверки, а также фактом его возврата и исчисления с этой операции НДС.

С учетом изложенного  оспариваемое решение в этой части следует признать недействительным, заявленные требования удовлетворить.

         В качестве доказательства наличия права на налоговый вычет  по поставщику ООО «Марва» налогоплательщиком в ходе налоговой проверки и в материалы дела представлены договор поставки товаров № 69Р-0218 от 24.09.2018 г.,  согласно которому поставщик - ООО «Мастер» обязуется поставить налогоплательщику товары в сроки и в порядке, определенными спецификацией, Спецификация № 1 к договору поставки № 69Р-0218 от 24.09.2018 г. Сумма товара -7 065 269,31 руб., Счет-фактура № 20 от 26.09.2018 г. на сумму 7 065 269,31 руб., включая НДС 18% -1 077 752,95 руб., Товарная накладная № 20 от 26.09.2018 г.( т. 6 л.д. 77-86).

Реальное наличие товара установлено налоговым органом в ходе проверки, что нашло свое отражение в оспариваемом решении и в отзыве на заявление.  

В целях получения доказательной базы по факту реальной поставки товара (резервуарного оборудования и комплектующих материалов) ООО «Капитал-Плюс» ИНН 

<

***> и ООО «СГ Строй» ИНН 

<

***> Налоговым органом был проведен осмотр объектов товара и складских помещений, находящихся по адресу:

- 

<

...> Нежилое здание (производственный корпус)литера Ж. Дата проведения осмотра 23.01.2019 г.

- Самарская область, Волжский район, п. Заярье, тер. Зверохозяйство,промышленная зона. Дата осмотра 25.01.2019 г.

При осмотре резервуарного оборудования и комплектующих материаловфактически была проведена внеплановая выборочная инвентаризация товарно-материальных ценностей на основании Приказа по ОАО «Роснефтегазмонтаж» № 06/1 –ГБ от 22.01.2019 г. с включением в Приказ представителей Налогового органаЗаместителя начальника ОКП № 1 МИФНС № 18 ФИО5 и старшего налоговогоинспектора МИФНС № 18 ФИО6 В процессе проведения осмотра, рабочимидокументами для представителей Налогового органа являлись Инвентаризационные описи(форма № ИНВ-3) по складам № 1 от 29.01.2019 г., № 2 от 29.01.2019 г., Акт перемещения№ 278 от 14.01.2018 г., Товарная накладная № 1 от 14.01.2019 г., а также Спецификации кдоговорам №55Р от 24.01.2018 года и №56Р-1018 от 06.02.2018 года на поставку товараПоставщиками ООО «Капитал-Плюс» ИНН 

<

***> и ООО «СГ Строй» ИНН

<

***>.

В процессе проведения сотрудниками Налогового органа контрольныхмероприятий, производилась фотосъемка. Результаты осмотра были зафиксированысотрудниками Налогового органа в документе «Протокол осмотра принадлежащихюридическому лицу или индивидуальному предпринимателю помещений, территорий и,находящихся там вещей и документов» от 29.01.2019 г. Приложением к Протоколуявляются Инвентаризационные описи (форма № ИНВ-3) по складам № 1 от 29.01.2019 г.,№ 2 от 29.01.2019 г., Акт перемещения № 278 от 14.01.2018 г., Товарная накладная № 1 от14.01.2019 г.

При сверке фактического наличия товаров с данными, отраженными вИнвентаризационных описях, Акте перемещения, Товарной накладной и Спецификациях,излишков и/или недостачи не установлено. ( т. 5 л.д. 3).  

В постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 20.04.2010 N 18162/09 отмечено, что при отсутствии доказательств не совершения хозяйственных операций, в связи с которыми заявлено право на налоговый вычет, вывод о том, что налогоплательщик знал либо должен был знать о недостоверности (противоречивости) сведений, может быть сделан судом в результате оценки в совокупности обстоятельств, связанных с заключением исполнением договора (в том числе с основаниями, по которым налогоплательщиком был выбран соответствующий контрагент), а также иных обстоятельств, упомянутых в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 N 53 "Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды" (далее - Постановление N 53).

Как указано в Постановлении N 53, судебная практика разрешения налоговых споров исходит из презумпции добросовестности налогоплательщиков и иных участников правоотношений в сфере экономики. В этой связи предполагается, что действия налогоплательщика, имеющие своим результатом получение налоговой выгоды, экономически оправданы, а сведения, содержащиеся в налоговой декларации и бухгалтерской отчетности - достоверны.

Представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных НК РФ в целях получения налоговой выгоды является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы (пункт 1 Постановления N 53).

 Как указано в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 N 53 "Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды" (далее - Постановление N 53), уменьшение размера налоговой обязанности вследствие уменьшения налоговой базы, получения налогового вычета признается налоговой выгодой. Представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах, в целях получения налоговой выгоды является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы.

При этом налоговая выгода не может быть признана обоснованной, если налоговым органом будет доказано, что приобретение товаров (работ, услуг) в действительности не имело места, а представленные налогоплательщиком документы являются недостоверными, о чем налогоплательщик не мог не знать.

Таким образом, возможность применения налоговых вычетов по налогу на добавленную стоимость и отнесения понесенных организацией затрат в состав расходов при исчислении налога на прибыль обусловлена наличием реального осуществления хозяйственных операций, а также соблюдением требований статей 169, 171, 172, 252 Кодекса в части достоверности сведений, содержащихся в первичных документах.

В пункте 9 Постановления N 53 определено, что установление судом наличия разумных экономических или иных причин (деловой цели) в действиях налогоплательщика осуществляется с учетом оценки обстоятельств, свидетельствующих о его намерениях получить экономический эффект в результате реальной предпринимательской или иной экономической деятельности.

Судам необходимо учитывать, что налоговая выгода не может рассматриваться в качестве самостоятельной деловой цели. Поэтому если судом установлено, что главной целью, преследуемой налогоплательщиком, являлось получение дохода исключительно или преимущественно за счет налоговой выгоды в отсутствие намерения осуществлять реальную экономическую деятельность, в признании обоснованности ее получения может быть отказано.

Из определения Верховного Суда Российской Федерации от 15.12.2021 N 305-ЭС21-18005 следует, что подходы к оценке обоснованности налоговой выгоды в налоговых отношениях, указанные в пунктах 2 - 4 Постановления N 53, сохраняют свою актуальность после принятия Федерального закона от 18.07.2017 N 163-ФЗ, которым часть первая Кодекса дополнена статьей 54.1, конкретизировавшей обстоятельства и условия, принимаемые во внимание при оценке допустимости поведения налогоплательщика в зависимости от: наличия искажения сведений о фактах хозяйственной жизни (пункт 1); основной цели совершения сделки (операции) (подпункт 1 пункта 2); исполнения обязательства по сделке надлежащим лицом (подпункт 2 пункта 2).

Как неоднократно указывалось в решениях Конституционного Суда Российской Федерации (постановления от 28.03.2000 N 5-П, от 17.03.2009 N 5-П, от 22.06.2009 N 10-П, определение от 27.02.2018 N 526-О и др.), налоговые органы не освобождаются от обязанности в рамках контрольных процедур принимать исчерпывающие меры, направленные на установление действительного размера налогового обязательства налогоплательщика, что исключало бы возможность вменения ему налога в размере большем, чем это установлено законом.

В данном случае сам по себе факт реального наличия у налогоплательщика товара свидетельствует о реальности сделки с заявленным контрагентом, что дает налогоплательщику право на заявление налогового вычета, пока налоговым органом не доказано иное. Ни в ходе налоговой проверки, ни в ходе судебного разбирательства налоговыми органами не представлены доказательства, свидетельствующие о получении товара от иного поставщика, по иным ценам и т.д.

          При таких обстоятельствах  определение  инспекцией   недоимки   НДС в полном размере заявленного вычета  по налогу  без сведений о реальном поставщике и реальном размере уплаченного НДС, может привести   к произвольному завышению сумм налогов, пени и штрафов, начисленных по результатам проверки. Аналогичная правовая позиция содержится в определении в  Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 15.12.2021 N 305-ЭС21-18005 по делу N А40-131167/2020. 

            В силу пунктов 1 - 2 статьи 71 АПК РФ   арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. При этом арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

           При рассмотрении дела судом установлено, что закупка спорного товара товара производилась заявителем в связи с намерением принять участие в тендерах, проводимых АО «Газпромнефть» и АО «Роснефть». Данное обстоятельство подтверждено представленными в ходе рассмотрения дела принт-скринами с сайта госзакупок. ( т.7 л.д.1-12). Аналогичные показания получены в ходе допроса руководителя  АО «РНГМ-Групп», который пояснял, что изначально товар приобретался  Заявителем для поставки в адрес АО «Газпромнефть» и АО «Роснефть» и был возвращен, так как налогоплательщик не был признан победителем торгов (Протокол допроса от 13.07.2020). 

          Товар, приобретенный у ООО «Мастер»,  в 1 квартале 2019 г. был возращен поставщику, налогоплательщик отразил хозяйственную операцию по реализации товара в книге продаж и исчислил  НДС к уплате в размере 1 197 503,28 руб. 

           В подтверждение данного обстоятельства налогоплательщиком представлены   дополнительное соглашение к договору поставки № 69Р-0218 от 24.09.2018 г. на возврат товара, Счет-фактура № 35 от 15.03.2019 г., включая НДС 20% - 1 197 503,28 руб., Товарная накладная № 35 от 15.03.2019 г.( . 6 л.д. 87-90). 

Таким образом, совокупность имеющихся в материалах дела доказательств свидетельствует о реальности поставки спорной продукции, что не отрицается налоговыми органами.

     При таких обстоятельствах доначисление по результатам налоговой проверки НДС вследствие необоснованного, по мнению налогового органа, заявления налогового вычета по взаимоотношениям с ООО «Металлторг-СПБ» не отвечает основным принципам налогообложения о необходимости установления налоговым органом   действительного размера налогового обязательства налогоплательщика и исключения возможности  вменения ему налога в размере большем, чем это установлено законом.

          Кроме того в данном случае НДС, заявленный к вычету, был исчислен налогоплательщиком при возврате товара. Поэтому фактически недоимка по налогу у налогоплательщика в федеральном бюджете отсутствует. Доначисление НДС при таких обстоятельствах свидетельствует о нарушении основополагающих   принципов    справедливости, соразмерности и однократности налогообложения.

          Доводы налогового органа об отсутствии фактической уплаты НДС за 1 квартал 2019 года в связи с заявлением налогового вычета по т.н. «техническим» контрагентам, не могут быть признаны судом обоснованными.

В пункте 3.2  Определения Конституционного Суда РФ от 04.07.2017 N 1440-О указывается, что контроль за полнотой и своевременностью уплаты налогов и сборов, включающий мероприятия по пресечению злоупотреблений налогоплательщиков, направленных на получение необоснованной налоговой выгоды, осуществляется налоговыми органами в рамках полномочий, предоставленных им федеральным законодателем.

   Налоговые органы вправе осуществлять налоговый контроль в формах, предусмотренных главой 14 Кодекса, в частности посредством выездных и камеральных налоговых проверок, получения объяснений налогоплательщиков, проверок данных учета и отчетности, осмотра помещений, используемых для извлечения дохода, и в других формах, предусмотренных Кодексом (пункт 1 статьи 82 Кодекса).

Налоговые органы при осуществлении налогового контроля вправе потребовать у налогоплательщика информацию, влияющую на определение объема налогового обязательства, в частности данные об объектах, подлежащих налогообложению либо связанных с налогообложением, документы, служащие основанием для исчисления налога, и иные документы о деятельности налогоплательщика (статья 31, пункт 1 статьи 54, статья 88 Кодекса).

          В ходе рассмотрения дела налоговым органом не представлены доказательства  проведения мер налогового контроля в отношении правильности исчисления и уплаты налогоплательщиком НДС за 1 квартал 2019 года. 

           Более того, в названном налоговом периоде  по данному контрагенту налогоплательщик   не заявлял налоговый вычет, а напротив, исчислил НДС с суммы возвращенного товара. 

         Таким образом, анализ всех материалов дела в совокупности и взаимозависимости свидетельствует о том, что    все хозяйственные операции являются реальными, основной целью налогоплательщика по взаимоотношениям с данным контрагентом являлось получение реального результата   от исполнения договора.  Данный вывод подтверждается реальным наличием товара на момент проверки, а также фактом его возврата и исчисления с этой операции НДС.

С учетом изложенного  оспариваемое решение в этой части следует признать недействительным, заявленные требования удовлетворить.

           Оспариваемым решением налогоплательщику также доначислен налог на прибыль, штраф и пени в соответствующей части  в связи с нарушением  заявителем   п.2 ст. 226 НК РФ, а именно  неправомерное включение в состав внереализационных расходов в 2017, 2018 году безнадежной дебиторской задолженности по взаимоотношениям с организациями ООО «ПротектСтил», ООО «Роснефтемаш».

 Так решением №20-33/35 от 15.09.2021 года налогоплательщику начислен налог на прибыль в связи с неправомерным   включением в состав внереализационных расходов в 2017 году как безнадежной дебиторской задолженности   ООО «ПротектСтил», что привело, по мнению, налогового органа к занижению налога на прибыль в 2017 году в размере 1 913 369,5 руб. 

Как следует из материалов дела   что между АО «РНГМ РУПП» (заимодавец) и ООО «ПротектСтил» (заемщик) заключен договор беспроцентного займа № 158Р-0513 от 22.05.2013. 

В установленные договором сроки (31.12.2013) займ должником ООО «Протект Стал» полностью возвращен не был, в связи с чем АО «РНГМ-ГРУПП» обратилось в суд. 

Решением АС СО по делу № А55-3568/2014 от 11.07.2014 г. с ООО «ПротектСтил» в пользу Заявителя было взыскано 6 495 500 руб., а также расходы по госпошлине в размере 51 847,50 руб. Также были взысканы пени из расчета 0,1% от основного долга за каждый день просрочки с 01.07.2014 г. по день фактического возврата.

Решением АС СО по делу № А55-19923/2014 от 29.10.2014 г. с ООО «Протект Стил» в пользу Заявителя было взыскано 2 514 228,34 руб., а также 35 571,14 руб. - возмещение расходов по уплате государственной пошлины. 

АО «РНГМ-ГРУПП» в 2017 году на основании приказа №110/ГБ от 29.12.2017 года «О списании безнадежной дебиторской задолженности, признанной безнадежным долгом» и акта инвентаризации дебиторской задолженности, подлежащей списанию в 2017 году от 31.12.2017 года включило в состав внереализационных расходов сумму безнадежной дебиторской задолженности в размере 9 566 847,50 рублей.

Заявитель оспаривает решение в этой части, ссылаясь на наличие законных оснований для уменьшения налогооблагаемой базы на величину внереализационных расходов в этой части, поскольку факт безнадежности взыскания полностью доказан и в ходе налоговой проверки и в ходе рассмотрения дела представленными доказательствами. При этом  в качестве обоснование невозможности взыскания долга заявитель указывает на то, что должник признан несостоятельным (банкротом). 

Между тем, данные доводы заявителя на основаны на нормах налогового законодательства.

На основании подпункта 2 пункта 2 статьи 265 НК РФ к внереализационным расходам приравниваются убытки, полученные налогоплательщиком в отчетном (налоговом) периоде, в частности, суммы безнадежных долгов, а в случае, если налогоплательщик принял решение о создании резерва по сомнительным долгам, суммы безнадежных долгов, не покрытые за счет средств резерва.

В соответствии с п.2 ст.266 НКРФ безнадежными долгами (долгами,нереальными ко взысканию) признаются те долги перед налогоплательщиком, покоторым истек установленный срок исковой давности, а также те долги, покоторым в соответствии с гражданским законодательством обязательствопрекращено вследствие невозможности его исполнения, на основании актагосударственного органа или ликвидации организации.

В силу  п. 9 ст. 63 ГК РФ ликвидация юридического лица считается завершенной, а юридическое лицо - прекратившим существование после внесения сведений о его прекращении в единый государственный реестр юридических лиц в порядке, установленном Федеральным законом от 08.08.2001 N 129-ФЗ "О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей".

Нереальность взыскания определяется самостоятельно хозяйствующим субъектом, который руководствуется совокупностью объективных обстоятельств, сложившихся в процессе его деятельности. Безнадежные долги подлежат включению в состав внереализационных расходов в том налоговом периоде, в котором они признаны налогоплательщиком нереальными ко взысканию (безнадежными), с учетом положений пункта 2 статьи 266 Кодекса.

Безнадежными долгами (долгами, нереальными ко взысканию) такжепризнаются долги, невозможность взыскания которых подтвержденапостановлением судебного пристава –исполнителя об окончания исполнительногопроизводства, вынесенным в порядке, установленным Федеральным законом от02.10.2007г. № 229-ФЗ « Об исполнительном производстве», в случае возвратавзыскателю исполнительного документа по следующим основаниям:

- невозможно установить место нахождения должника, его имущества,либо получить сведения о наличии принадлежащих ему денежных средств и иных ценностей, находящихся на счетах, во вкладах или на хранении в банках или иных кредитных организациях; 

- у должника отсутствует имущество, на которое может быть обращеновзыскание, и все принятые судебным приставом-исполнителем допустимыезаконом меры по отысканию его имущества оказались безрезультатными.Таким образом, сумма задолженности может быть включена в составвнереализационных расходов для целей расчета налога на прибыль организаций, вслучае если такая возможность признается безнадежной в соответствии сприведенными выше нормами налогового законодательства.  

Согласно аналитической записке, составленной заместителем генерального директора Заявителя по правовым вопросам ФИО7, исполнительные производства по требованиям на сумму 6 547 347,50 руб. и на сумму 2 549 799,48 руб. не возбуждались в связи с тем, что на момент вступления в законную силу судебных актов, Арбитражным судом Самарской области было возбуждено дело № А55-23036/2014 о несостоятельности (банкротстве) в отношении ООО «Протект Стил». Все процессуально-правовые возможности взыскания задолженности с ООО «Протект Стил» в пользу АО «Роснефтегазмонтаж» исчерпаны, что необходимо отразить в данных бухгалтерского учета АО «Роснефтегазмонтаж» путем списания дебиторской задолженности как безнадежной.

  Как следует из материалов дела определением арбитражного суда Самарской области от 30 сентября 2014 года возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) Общества с ограниченной ответственностью «Протект Стил».

 Решением арбитражного суда Самарской от 28.01.2015 г. Общество с ограниченной ответственностью «Протект Стил»,   признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство.   

 Однако исходя из положений ч. 2 ст. 266 НК РФ введения процедуры банкротства не предусмотрено в качестве основания для признания задолженности нереальной ко взысканию.

Статьей 2 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) установлено, что конкурсное производство - это процедура, применяемая в деле о банкротстве к должнику, признанному банкротом, в целях соразмерного удовлетворения требований кредиторов. 

В соответствии со статьей 142 Закона о банкротстве   конкурсный управляющий или лица, имеющие в соответствии со статьями 113 и 125 Закона о банкротстве право на исполнение обязательств должника, производят расчеты с кредиторами в соответствии с реестром требований кредиторов.

Как установлено в ходе налоговой проверки общество включено в реестр требований кредиторов ООО «Протект Стил».

Требования кредиторов, не удовлетворенные по причине недостаточности имущества должника, считаются погашенными.

Согласно пункту 1 статьи 147 Закона о банкротстве после завершения расчетов с кредиторами, а также при прекращении производства по делу о банкротстве в случаях, предусмотренных статьей 57 Закона о банкротстве, конкурсный управляющий обязан представить в арбитражный суд отчет о результатах проведения конкурсного производства.

В соответствии с пунктом     1 статьи 149 Закона о банкротстве после рассмотрения арбитражным судом отчета конкурсного управляющего о результатах проведения конкурсного производства арбитражный суд выносит определение о завершении конкурсного производства, которое подлежит немедленному исполнению.

   Таким образом, введение процедуры банкротства не означает невозможность получения кредитором задолженности с должника, изменяется лишь порядок взыскания долга. В этом случае требования к должнику могут быть предъявлены только в ходе конкурсного производства. Все расчеты с кредиторами, чьи требования установлены в порядке статьи 100 Закона N 127-ФЗ и включены в реестр требований кредиторов, производятся конкурсным управляющим. Определение арбитражного суда об установлении требований к должнику по делу о банкротстве представляет собой судебный акт, которым признана обоснованность таких требований. 

            Исходя из названных положений Закона о банкротстве и Налогового кодекса Российской Федерации в их совокупности,    задолженность  «Протект Стил» подлежит признанию безнадежным долгом с момента вынесения      определения суда о завершении конкурсного производства.

Конкурсное производство в отношении ООО «Протект Стил» завершено 29.12.2021 г. соответствующим определением суда.  В нем указано, что все необходимые мероприятия в рамках конкурсного производства произведены, денежные средства распределены, иных возможностей для расчетов с кредиторами не имеется.

Таким образом, названный судебный акт установил невозможность дальнейшего взыскания задолженность в рамках конкурсного производства.   

         Поскольку в силу  подпункта 2 пункта 2 статьи 265 НК РФ к внереализационным расходам приравниваются убытки, полученные налогоплательщиком в отчетном (налоговом) периоде, принимая во внимание, что основания для признания задолженности ООО «Протект Стил» возникли после завершению процедуры конкурсного производства должника в 2019 году, у налогоплательщика  отсутствовали законные основания для признания задолженности ООО «Протект Стил» безнадежной в 2017 г. В связи с чем оспариваемое решение в этой части   является законным и обоснованным.

         Заявителем в представленном в ходе рассмотрения дела уточнении заявлено ходатайство о снижении размера налоговых санкций.

         Принимая во внимание, что оспариваемым решением сумма штрафов, предусмотренных п.п. 2 и 3 ст. 122 НК РФ, снижена в 4 раза, учитывая отсутствие доказательств, свидетельствующих о наличии обстоятельств, которые могли бы в контексте ст.ст. 112, 114 НК РФ явиться основанием для снижения штрафа в большем размере, суд не усматривает оснований для снижения штрафных санкций. 

          С учетом изложенного в удовлетворении заявленных требований по данном эпизоду следует отказать. 

Заявитель также оспаривает решение в части доначисления налога на прибыль в размере 3 339 820,00 руб., соответствующих штрафа и пени  в связи включением дебиторской задолженности ООО «Роснефтемаш» в состав внереализационных расходов.

Между тем заявителем не учтено, что в соответствии с частью 5 статьи 4 АПК РФ, если для определенной категории споров федеральным законом установлен претензионный или иной досудебный порядок урегулирования либо он предусмотрен договором, спор передается на разрешение арбитражного суда после соблюдения такого порядка.

 В части 1 статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации определено, что заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов, в том числе с требованием о присуждении ему компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок, в порядке, установленном настоящим Кодексом.

Несоблюдение истцом претензионного или иного досудебного порядка урегулирования спора с ответчиком в соответствии с пунктом 2 части 1 статьи 148 АПК РФ является основанием для оставления искового заявления без рассмотрения.

В силу пункта 2 статьи 138 НК РФ акты налоговых органов ненормативного характера, действия или бездействие их должностных лиц (за исключением актов ненормативного характера, принятых по итогам рассмотрения жалоб, апелляционных жалоб, актов ненормативного характера федерального органа исполнительной власти, уполномоченного по контролю и надзору в области налогов и сборов, действий или бездействия его должностных лиц) могут быть обжалованы в судебном порядке только после их обжалования в вышестоящий налоговый орган в порядке, предусмотренном НК РФ.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 67 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 57 "О некоторых вопросах, возникающих при применении арбитражными судами части первой Налогового кодекса Российской Федерации", судам надлежит принимать во внимание, что прежде, чем передать возникшие разногласия на рассмотрение суда, налогоплательщик и налоговый орган должны принять меры к урегулированию спора во внесудебном порядке.

При этом согласно абзацу третьему пункта 67 постановления N 57 решение о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения считается обжалованным в вышестоящий налоговый орган в полном объеме, если только из поданной жалобы (апелляционной жалобы) прямо не следует, что решение обжалуется в части.

Судом установлено, что общество в  апелляционной жалобе от 18.10.2021    обжаловало в УФНС России по Самарской области решение только в части привлечения к налоговой ответственности в части доначисления по налогу на добавленную стоимость и по налогу на прибыль по взаимоотношениям с контрагентом ООО «ПротектСтил».  

        Апелляционная жалоба была рассмотрена Управлением в указанных пределах. 

Обращаясь  в суд общество указало, что оспаривает решение Инспекции в части взыскания штрафа и пени отменить в части взыскания сумм пени, штрафов, НДС и прибыли в размере 55 089 313,36 рублей, оспариваемая сумма включает в себя, в том числе и сумму доначисления по контрагенту ООО «Роснефтемаш» в отсутствие доказательств соблюдения досудебного порядка урегулирования спора по данному контрагенту.

При таких обстоятельствах заявление о признании недействительным оспариваемого решения в части контрагента  ООО «Роснефтемаш» подлежит оставлению без рассмотрения. 

 В соответствии с правовой позицией, изложенной в Постановлении Президиума ВАС от 13 ноября 2008 г. N 7959/08, в случае признания обоснованным полностью или частично заявления об оспаривании ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц судебные расходы подлежат возмещению соответственно этим органом в полном размере. В связи с изложенным расходы по госпошлине следует отнести на Межрайонную ИФНС России № 18 о Самарской области. 

 

Руководствуясь п. 2 ч.1 ст. 148, ст.ст. 110, 167-170, 176, 180-182 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

Р Е Ш И Л:

Заявленные требования удовлетворить частично.

Признать недействительным решение Межрайонной ИФНС России № 18 по Самарской области о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения от 15.09.2021 №20-33/35 в части начисления НДС  31 074 904 рублей,  пени и штрафа в соответствующем размере.

Требования о   признании недействительным решение Межрайонной ИФНС России № 18 по Самарской области от 15.09.2021 №20-33/35  в части начисления    налога на прибыль   по контрагенту ООО «Роснефтемаш» оставить без рассмотрения.

В остальной части в удовлетворении заявленных требований отказать.

Взыскать с Межрайонной ИФНС России № 18 в пользу заявителя 3000 руб. государственной пошлины.

          Решение  может быть обжаловано в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд, г.Самара с направлением апелляционной жалобы через Арбитражный суд Самарской области.

 

Судья

/

Л.В. Кулешова