ДЕВЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А08-2420/2022

город Воронеж

18 мая 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 11 мая 2023 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 18 мая 2023 года.

 

Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи                                  Осиповой М.Б.,

судей                                                                                     Афониной Н.П.,

ФИО1

 

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО2, 

при участии:

от Белгородской таможни: ФИО3, представитель по доверенности № 55 от 10.05.2023, предъявлен диплом о высшем образовании по специальности «Юриспруденция», паспорт гражданина РФ;

от индивидуального предпринимателя ФИО4: представитель не явился, доказательства надлежащего извещения имеются в материалах дела, 

 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО4 на решение Арбитражного суда Белгородской области от 15.03.2023 по делу №А08-2420/2022 по исковому заявлению ИП ФИО4 (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) к Белгородской таможне (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) о взыскании 4 144 910 руб. 00 коп., 

 

УСТАНОВИЛ:

индивидуальный предприниматель ФИО4 (далее – истец, ИП ФИО4) обратился в Арбитражный суд Белгородской области с исковым заявлением к Белгородской таможне (далее – ответчик, Белгородская таможня) о взыскании 4 144 910 руб. ущерба в виде упущенной выгоды.

Решением Арбитражного суда Белгородской области от 15.03.2023 в удовлетворении исковых требований отказано.

 

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ссылаясь на его незаконность и необоснованность, истец обратился в суд апелляционной инстанции с жалобой, в которой просит решение суда первой инстанции отменить и принять по делу новый судебный акт об удовлетворении исковых требований в полном объеме.

В обоснование доводов апелляционной жалобы ее заявитель ссылается на несоответствие обстоятельствам дела выводов суда первой инстанции об отсутствии вины ответчика в неисполнении контракта.

Истец, настаивая на законности исковых требований, указывает на то, что допущенные Белгородской таможней нарушения, а именно не передача одной единицы технических средств «внешних сетей связи 38,5 км», повлекла за собой возникновение на стороне истца убытков  виде упущенной выгоды – неполученного дохода от утилизации технических средств в размере 4 144 910,00 руб.

Размер упущенной выгоды, как полагает истец, обоснован надлежащими доказательствами, ответчиком не опровергнут.

 

В представленном суду апелляционной инстанции отзыве ответчик возражает против доводов апелляционной жалобы истца, указывает на законность и обоснованность обжалуемого судебного акта, а также на отсутствие оснований для отмены или изменения решения суда первой инстанции.

 

В судебное заседание представитель истца не явился. Лицо, участвующее в деле, о времени и месте судебного заседания извещено в установленном законом порядке.

На основании статей 123, 156, 184, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) дело рассматривалось в отсутствие не явившегося представителя заявителя жалобы.

 

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, заслушав представителя ответчика, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены или изменения решения суда первой инстанции.

Как следует из материалов дела и верно установлено судом первой инстанции, 02.11.2020 между истцом (исполнитель) и ответчиком (заказчик) по итогам электронного аукциона заключен государственный контракт №0126100003020000037 на оказание услуг по утилизации списанной вычислительной техники, оргтехники и бытовой техники. 

По условиям пункта 1.1 государственного контракта заказчик поручает и оплачивает услуги в порядке и на условиях, предусмотренных контрактом, а исполнитель принимает на себя обязательства по утилизации списанных средств вычислительной техники, оргтехники и бытовой техники, принадлежащих заказчику.

Цена контракта согласно пункту 2.1 равняется цене права заключения контракта, что составляет 5 000 руб.

В соответствии с пунктом 1.2 сдача технических средств должна осуществляться одной партией.

Перечень технических средств, предназначенный для утилизации, содержится в приложении № 7 к контракту и включает 493 единицы техники.

Согласно пункту 4.1 исполнитель производит прием списанных технических средств, подлежащих утилизации, от заказчика в течение 15 календарных дней с даты заключения контракта.

В пункте 4.2 договора установлено, что погрузка и доставка до производственного участка исполнителя списанных технических средств выполняется силами исполнителя. 

Согласно акту приема-передачи от 17.11.2020 № 1 ответчик передал истцу технические средства для утилизации в количестве 1950 единиц. Технические средства в количестве 22 единиц переданы не были:

1) Автомобильное навигационное (бортовое) оборудование «М» V-Cyber GLXv.B,

2) Светофорная сигнализация,

3) Светофорная сигнализация,

4) Светофорная сигнализация,

5) Светофорная сигнализация,

6) ФИО5 НP-41C (146-174 МГц),

7) ФИО5 НР-41С (146-174 МГц),

8) Носимая радиостанция Нептун НР-35С,

9) Носимая радиостанция Нептун НР-35С,

10) Носимая радиостанция Нептун НР-35С,

11) Носимая радиостанция Нептун НР-35С,

12) Носимая радиостанция Нептун НР-35С,

13) Носимая радиостанция Нептун НР-35С,

14) ПЭВМ в комплекте Р4 Intel Celeron 2.4- BOX.

15) Переносной детектор следов взрывчатых и наркотических веществ Sabre 4000,

16) Переносной детектор следов взрывчатых и наркотических веществ Sabre 4000.

17) Переносной детектор следов взрывчатых и наркотических веществ Sabre 4000.

18) Внешние сети связи 38.5 км,

19) Внутриплощадочные линии связи 0,7 км,

20) Переносной детектор следов взрывчатых и наркотических веществ Sabre 4000,

21) Переносной детектор следов взрывчатых и наркотических веществ Sabre 4000,

22) Диктофон Sony.

Переданную часть технических средств истец утилизировал, и 30.11.2020 сторонами был подписан акт об оказанных услугах (в части фактически оказанных услуг).

От передачи остальной части технических средств, в том числе внешних сетей связи в количестве 38,5 км (позиция 283 в приложении №7 к контракту) ответчик отказался.

В связи с уклонением ответчика от исполнения своих обязательств по контракту в полном объеме истец обратился в Арбитражный суд Белгородской области с иском к ответчику о понуждении исполнения государственного контракта, взыскании штрафа и судебной неустойки.

Решением Арбитражного суда Белгородской области от 11.10.2021 по делу №А08-2544/2021, оставленным без изменения судами апелляционной и кассационной инстанций, в удовлетворении исковых требований ИП ФИО4 отказано.

Истец, полагая, что ненадлежащим исполнением ответчиком своих обязательств по государственному контракту в части неполной передачи истцу подлежащих утилизации технических средств, ответчиком были причинены истцу убытки в виде упущенной выгоды, размер которой составил 4 144 910,00 руб.,  направил в адрес ответчика претензию с требованием о возмещении убытков в срок до 18.02.2022.

Неисполнение требований претензии послужило основаниям для обращения истца в Арбитражный суд Белгородской области с настоящими исковыми требованиями.

Принимая решение по настоящему делу, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что исковые требования не подлежат удовлетворению.

Проверив законность и обоснованность судебного акта, исследовав представленные в дело доказательства и оценив их по правилам статьи 71 АПК РФ, судебная коллегия суда апелляционной инстанции находит указанный вывод суда первой инстанции соответствующим действующему законодательству и фактическим обстоятельствам дела.

Разрешая спор, суд первой инстанции правомерно руководствовался тем, что правоотношения регулируются общими нормами Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах (статьи 309 - 328 ГК РФ), специальными нормами материального права, содержащимися в главе 39 Гражданского Кодекса Российской Федерации, а также положениями Федеральным законом от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд».

В силу пункта 8 статьи 3 Закона № 44-ФЗ государственный контракт, муниципальный контракт - гражданско-правовой договор, предметом которого являются поставка товара, выполнение работы, оказание услуги (в том числе приобретение недвижимого имущества или аренда имущества) и который заключен от имени Российской Федерации, субъекта Российской Федерации (государственный контракт), муниципального образования (муниципальный контракт) государственным или муниципальным заказчиком для обеспечения соответственно государственных нужд, муниципальных нужд.

Согласно пункту 1 статьи 779 ГК РФ по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги.

В соответствии с частью 8 статьи 95 Закона о контрактной системе расторжение контракта допускается по соглашению сторон, по решению суда, в случае одностороннего отказа стороны контракта от исполнения контракта в соответствии с гражданским законодательством. 

В соответствии со статьей 309 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются (статья 310 ГК РФ).

В рассматриваемом случае истец просит взыскать с ответчика убытки в виде упущенной выгоды.

Согласно статье 12 Гражданского кодекса Российской Федерации возмещение убытков является одним из способов защиты нарушенных гражданских прав.

Согласно пункту 1 статьи 393 ГК РФ должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства. Если иное не установлено законом, использование кредитором иных способов защиты нарушенных прав, предусмотренных законом или договором, не лишает его права требовать от должника возмещения убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства.

В соответствии с пунктом 1 статьи 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. 

Согласно пункту 2 статьи 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которое лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода). 

По смыслу статьи 15 ГК РФ лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать: наличие причинной связи между нарушением права и возникшими убытками; факт нарушения обязательства; размер убытков. 

Как разъяснено в пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ). 

Согласно пункту 5 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», по смыслу статей 15 и 393 ГК РФ, кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков, и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (статья 404 ГК РФ).

Таким образом, предъявляя требования о возмещении причиненных убытков, истец в соответствии с пунктом 1 статьи 65 АПК РФ должен доказать противоправность поведения ответчика как причинителя вреда, наличие убытков и их размер, а также причинную связь между незаконными действиями ответчиков и возникшими убытками. Отсутствие любого из вышеназванных элементов состава правонарушения влечет отказ суда в удовлетворении требования о взыскании убытков.

В пункте 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 25 также разъяснено, по смыслу статьи 15 ГК РФ, упущенной выгодой является неполученный доход, на который увеличилась бы имущественная масса лица, право которого нарушено, если бы нарушения не было.

Поскольку упущенная выгода представляет собой неполученный доход, при разрешении споров, связанных с ее возмещением, следует принимать во внимание, что ее расчет, представленный истцом, как правило, является приблизительным и носит вероятностный характер. Это обстоятельство само по себе не может служить основанием для отказа в иске.

Лицо, предъявившее требование о взыскании упущенной выгоды, должно доказать, что возможность получения им доходов существовала реально, то есть документально подтвердить совершение им конкретных действий и сделанных с этой целью приготовлений, направленных на извлечение доходов, которые не были получены в связи с допущенным должником нарушением, то есть доказать, что допущенное ответчиком нарушение явилось единственным препятствием, не позволившим ему получить упущенную выгоду (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 21.05.2013 N 16674/12).

Таким образом, основанием для удовлетворения требований о взыскании упущенной выгоды являются как общие требования для исков о возмещении убытков, так и специальные требования для требований о взыскании упущенной выгоды.

Истец указывает на то, что упущенная выгода возникла вследствие ненадлежащих виновных действий ответчика по исполнению государственного контракта.

Обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, в соответствии с частью 2 статьи 69 АПК РФ не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Под обстоятельствами, которые могут быть установленными, следует понимать обстоятельства, имеющие правовое значение. Правовое значение обстоятельств выявляется и устанавливается в результате правовой оценки доказательств их существования и смысла. Обстоятельства, существование и правовое значение которых установлено с соблюдением установленного законодательством порядка, в случаях, предусмотренных законом, не нуждаются в повторном доказывании и должны приниматься, как доказанные.

Преюдициальная связь судебных актов арбитражных судов обусловлена указанным свойством обязательности как элемента законной силы судебного акта, в силу которой в процессе судебного доказывания суд не должен дважды устанавливать один и тот же факт в отношениях между теми же сторонами.

Иной подход означает возможность опровержения опосредованного вступившим в законную силу судебным актом вывода суда о фактических обстоятельствах другим судебным актом, что противоречит общеправовому принципу определенности, а также принципам процессуальной экономии и стабильности судебных решений.

Признание преюдициального значения судебного решения, будучи направленным на обеспечение стабильности и общеобязательности судебного акта, исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если они имеют значение для разрешения данного дела. Тем самым преюдициальность служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определенности (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 21.12.2011 N 30-П).

При этом, свойством преюдиции обладают установленные судом конкретные обстоятельства, содержащиеся в мотивировочной части судебного акта, вынесенного по другому делу и имеющие юридическое значение для разрешения спора, возникшего позднее (определение Верховного Суда Российской Федерации от 11.01.2016 N 309-ЭС15-15682 по делу N А50-19978/2014).

Следовательно, факты, которые входили в предмет доказывания, были исследованы и затем отражены в судебных актах по ранее рассмотренному делу, приобретают качество достоверности и не подлежат повторному установлению либо иной оценке до тех пор, пока не отменены или не изменены такие судебные акты.

Как установлено судами, в рамках рассмотрения дела № А08-2544/2021, решение по которому, в силу статьи 69 АПК РФ, имеет преюдициальное значение по отношению к настоящему спору, при составлении ответчиком программного перечня имущества для проведения закупки услуг по утилизации была допущена техническая ошибка, а именно: при внесении в перечень позиции «внешние сети связи 38,5 км» не было учтено, что данное имущество не демонтировано, находится в грунте.

В соответствии с приказом Белгородской таможни от 28.06.2021 № 580 «О создании комиссии» была создана рабочая комиссия по проведению обследования расположения внешних сетей связи 38,5 км и возможности их демонтажа, с выездом комиссии на место нахождения.

По итогам обследования комиссия пришла к заключению о том, что демонтаж внешних сетей связи 38,5 км невозможен в связи с отсутствием схем прокладки их в грунте, прохождения внешних сетей связи под жилыми домами, дорожного полотна, линий правительственной связи.

Указанные обстоятельства истцом опровергнуты не были. 

В рамках указанного дела, судом было установлено, что фактически часть спорного имущества, в том числе внешние сети связи 38,5 км у ответчика физически отсутствует, вследствие чего у ответчика отсутствует реальная (объективная) возможность по исполнению обязательства в натуре. 

Ввиду изложенного, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что неисполнение условий контракта связано с обстоятельствами, не зависящими от воли ответчика, и вина ответчика в неисполнении контракта отсутствует.

 При изложенных обстоятельствах, как правомерно указал суд первой инстанции, ввиду отсутствия доказательств  противоправного поведения ответчика в неисполнении контракта, как обязательного условия для наступления ответственности по возмещению убытков истцу, основания для взыскания с ответчика таких убытков, в том числе, в виде упущенной выгоды отсутствует.

Каких-либо нормативно и документально обоснованных доводов, опровергающих выводы суда первой инстанции, ответчиком не приведено, качественно иной совокупности доказательств по отношению к делу №А08-2544/2021, которая свидетельствовала  бы о противоправности поведения заказчика, равно как и опровергала бы доводы и доказательства заказчика об отсутствии его вины  в неисполнении обязательства по контракту, материалы настоящего дела не содержат.

Кроме того, суд апелляционной инстанции полагает необходимым отметить, что спорные правоотношения сторон регулируются, специальным законом - положениями Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд».

Согласно части 23 статьи 95 Закона N 44-ФЗ при расторжении контракта в связи с односторонним отказом стороны от его исполнения другая сторона контракта вправе требовать возмещения только фактически понесенного ущерба, непосредственно обусловленного обстоятельствами, являющимися основанием для принятия решения об одностороннем отказе от исполнения контракта.

В Определении от 24.12.20202 N 2990-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы общества с ограниченной ответственностью «ГлавИнвестСтрой» на нарушение его конституционных прав частью 23 статьи 95 Федерального закона «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» Конституционный Суд разъяснил, что часть 23 статьи 95 Федерального закона «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд», устанавливающая ограниченную ответственность при расторжении контракта в связи с односторонним отказом стороны контракта от исполнения контракта, сама по себе направлена - исходя из особенностей регулируемых отношений - на обеспечение эффективного использования средств бюджетов и внебюджетных источников финансирования, участия физических и юридических лиц в осуществлении закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных или муниципальных нужд на условиях добросовестной конкуренции и предотвращение злоупотреблений в этой сфере.

Рассматриваемая в системе действующего правового регулирования, в частности во взаимосвязи с пунктом 1 статьи 400 Гражданского кодекса Российской Федерации, предусматривающим, что по отдельным видам обязательств и по обязательствам, связанным с определенным родом деятельности, законом может быть ограничено право на полное возмещение убытков (ограниченная ответственность), данная норма с учетом вытекающего из Конституции Российской Федерации принципа свободы договора, включая свободу вступления в договорные отношения, не может расцениваться как нарушающая в указанном в жалобе аспекте конституционные права заявителя, в процессе рассмотрения дела которого судом установлена невозможность исполнения государственного контракта в полном объеме каждой из сторон.

Из правовой позиции, изложенной в Определении Верховного Суда №307-ЭС21-7771 от 15.06.2021 по делу № А56-16579/2020, Определении Верховного Суда № 305-ЭС17-19009 от 27.03.2018 по делу № А40-171449/2016 следует, что стороне контракта из правил специального Закона N 44-ФЗ, регулирующего спорные правоотношения, не предоставляется право требования возмещения упущенной выгоды с учетом определения понятия «убытки» содержащиеся в пункте 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации Российской Федерации, то есть неполученных доходов, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено.

Таким образом, поскольку на законодательном уровне ответственность субъекта государственного заказчика ограничена возмещением реального ущерба, причиненного исполнителю контракта основания для удовлетворения требования о взыскании упущенной выгоды также отсутствуют и по специальным основаниям.

Также судом первой инстанции обоснованно принято во внимание следующее.  

 Истец в обоснование своих требований ссылается на то, что ненадлежащее исполнение ответчиком обязательств по государственному контракту в части неполной  передачи на утилизацию технических средств привело к возникновению убытков на стороне истца в виде упущенной выгоды, а именно не получении денежных средств от реализации лома алюминия, который мог получить истец при утилизации 38,5 км телефонного кабеля.

В соответствии с пунктом 1.3. контракта утилизация списанных технических средств проводится в соответствии с методикой, утвержденной Государственным комитетом Российской Федерации по телекоммуникациям и включает в себя, в том числе, обеспечение утилизации, обращения  и размещения отходов, не содержащих драгоценные металлы, образовавшиеся в процессе переработки технических средств на производственном участке исполнителя в соответствии с требованиями законодательства Российской Федерации. 

В силу пункта 1.3.3. контракта продукты переработки и утилизации принятых технических средств являются собственностью исполнителя.

 Исходя из буквального толкования условий данного контракта, как обоснованно указал суд, в обязанности истца входила именно утилизация списанных технических средств.

В рассматриваемом случае утилизации подлежал телефонный кабель.

В соответствии со статьей 1 Федерального закона от 24.06.1998 № 89-ФЗ «Об отходах производства и потребления» вещества или предметы, которые образованы в процессе производства, выполнения работ, оказания услуг или в процессе потребления, которые удаляются, предназначены для удаления или подлежат удалению в соответствии с настоящим Федеральным законом являются отходами производства и потребления (далее - отходы).

Утилизация отходов – использование отходов для производства товаров (продукции), выполнения работ, оказания услуг, включая повторное применение отходов, в том числе повторное применение отходов по прямому назначению (рециклинг), их возврат в производственный цикл после соответствующей подготовки (регенерация), извлечение полезных компонентов для их повторного применения (рекуперация), а также использование твердых коммунальных отходов в качестве возобновляемого источника энергии (вторичных энергетических ресурсов) после извлечения из них полезных компонентов на объектах обработки, соответствующих требованиям, предусмотренным пунктом 3 статьи 10 настоящего Федерального закона (энергетическая утилизация).

Исходя из буквального толкования положений заключенного сторонами контракта и положений вышеуказанного Федерального закона от 24.06.1998 N 89-ФЗ «Об отходах производства и потребления», истец в рамках исполнения контракта должен был использовать спорный кабель для производства товаров, выполнения работ, оказания услуг, повторного применения данного кабеля по прямому назначению (при наличии соответствующей технической возможности состояния кабеля, с учетом его износа). При этом условия контракта не предполагали извлечение из данного кабеля соответствующих алюминиевых либо медных проводов для их реализации, в том числе в качестве лома цветных металлов, для извлечения прибыли, не получение которой и явилось основанием для предъявления истцом настоящего иска.

Кроме того, суд справедливо отметил, что предпринимательской является самостоятельная, осуществляемая на свой риск деятельность, направленная на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг лицами, зарегистрированными в этом качестве в установленном порядке (п. 1 ст. 2 ГК РФ).

В этой связи истец, являясь лицом, осуществляющим индивидуальную предпринимательскую деятельность, принял на себя все предпринимательские риски, связанные с осуществлением такой деятельности, в связи с чем наступление обстоятельств, указанных ответчиком, а именно, неполучение ожидаемой прибыли от заключенной сделки, относится к предпринимательским рискам истца.

 Давая оценку размеру заявленной истцом упущенной выгоды, суд обоснованно исходил из следующего.

Истцом в обоснование размера упущенной выгоды представлено экспертное заключение от 03.02.2022 №73, подготовленное Независимой экспертно-оценочной организацией «Эксперт».

Согласно данному заключению эксперт пришел к выводу, что объектом исследования, то есть телефонным кабелем, применяемым в 1996 году, для внешних сетей связи, может быть кабель с маркировкой ТБ 10х2х0,5.

Для оценки стоимости кабеля экспертом применяется сравнительный подход, а именно стоимость продажи пяти аналогов данного кабеля по состоянию на 03.02.2022.

С учетом изложенного, эксперт посчитал, что  среднерыночная стоимость 38,5 км кабеля составит 4 144 910,00 руб., исходя из среднерыночной стоимости 1 м кабеля в размере 107,66 руб.

Не согласившись с приведенной экспертом оценкой, по мнению судебной коллегии, суд первой инстанции справедливо указал на то, что эксперт определяет стоимость кабеля по рыночной стоимости нового готового кабеля. Между тем, спорный кабель был не новым, длительное время находящимся в грунте, сильно изношенным и списанным с баланса ответчика. Кроме того, у истца, в соответствии с условиями контракта, отсутствовало право реализации данного кабеля.

Также суд отметил, что истцом достаточными и относимыми доказательствами не доказан факт того, что спорный кабель являлся именно кабелем марки ТБ 10х2х0,5 либо какой-либо иной марки, поскольку у ответчика доказательства того, какой именно кабель был проложен в 1996 году отсутствуют, а в настоящее время в силу вышеизложенных обстоятельств доступ к данному кабелю отсутствует.

При  таких обстоятельствах, предложенный истцом расчет упущенной выгоды, как рыночной стоимости нового аналога спорного кабеля, признан не отвечающим признакам обоснованности и достоверности.

Также истец в обоснование цены иска представил расчет стоимости алюминиевого кабеля, исходя из его веса 38 846,5 кг, который определен с использованием калькулятора расчета веса алюминиевого кабеля марки ТБ 10х2х0,5 длиной 28 500 м по данным интернет-сайта https://cable.ru и рыночной стоимости 1 кг алюминия. Согласно расчету истца стоимость кабеля составила 5 438 510,00 руб.

Суд также посчитал указанный расчет ошибочным, поскольку истцом определена не масса алюминиевых жил в данном кабеле, а масса всего кабеля, включая его оболочку, которая для кабелей марки ТБ изготавливается из стальных лент. В связи с чем стоимость лома алюминия рассчитана не из фактической массы алюминия в кабеле, а исходя из массы всего кабеля.

При этом, используя калькулятор истца и предложенный им кабель марки ТБ 10х2х0,5, то есть кабель, содержащий 20 алюминиевых жил сечением 0,5мм2, стоимость лома алюминия в 38,5 км. такого кабеля составит 479 710,00 руб.:

1)0,5 мм2х20 шт.=10мм2 (общая площадь сечения все проводов в кабеле);

2)10 мм2х38,5 км=385000 см3 (объем всех проводов кабеля, то есть общий объем алюминия в кабеле);

3)385000х8,9г/см3 (плотность алюминия)=3426500гр=3426,5кг (общая масса алюминия в кабеле);

4)3426,5х140 (рыночная стоимость 1 кг лома алюминия)=479710,00 руб.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к обоснованному и соответствующему обстоятельствам дела выводу о том, истцом не доказан ни сам факт наличия упущенной выгоды, ни  противоправность поведения ответчика, ни ее размер.

Ввиду изложенного требования истца оставлены без удовлетворения на законных основаниях.

Таким образом, суд первой инстанции полно установил фактические обстоятельства дела, всесторонне исследовал доказательства, представленные лицами, участвующими в деле, дал им правильную правовую оценку и принял обоснованное решение, соответствующее требованиям норм материального и процессуального права. 

Доводы апелляционной жалобы по существу не опровергают выводов суда первой инстанции, сводятся к несогласию с установленными в решении суда обстоятельствами и оценкой доказательств, что не может являться основанием для отмены или изменения принятого судебного акта.

У суда апелляционной инстанции отсутствуют основания полагать, что при оценке имеющихся в материалах дела доказательств судом первой инстанции нарушены положения ст. 71 АПК РФ.

Нарушений норм процессуального законодательства, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены принятого судебного акта, допущено не было.

В силу положений статьи 110 АПК РФ и с учетом результатов рассмотрения дела расходы за рассмотрение апелляционной жалобы в виде государственной пошлины в сумме 3 000 руб. относятся на заявителя.

Руководствуясь статьями 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, 

 

П О С Т А Н О В И Л:

решение Арбитражного суда Белгородской области от 15.03.2023 по делу №А08-2420/2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО4 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Арбитражный суд Центрального округа в двухмесячный срок через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий судья                                М.Б. Осипова

 

Судьи                                                                       Н.П. Афонина

 

                                                                                 ФИО1