ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-12217/2023

26 декабря 2023 года

г. Санкт-Петербург

Резолютивная часть постановления объявлена  04 декабря 2023 года

Постановление изготовлено в полном объеме  26 декабря 2023 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  Титовой М.Г.,

судей  Згурской М.Л., Третьяковой Н.О.,

при ведении протокола судебного заседания секретарём ФИО1,

 

при участии в судебном заседании представителя ООО «РР-СИТИ» Пасхалии Ю.Н. (доверенность от 10.04.2023), представителя межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы России № 17 по Санкт-Петербургу ФИО2 (доверенность от 14.01.2022), ФИО3 (доверенность от 30.06.2023), 

 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер  13АП-35190/2023)  межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы России № 17 по Санкт-Петербургу на решение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 01.09.2023 по делу №А56-12217/2023, принятое по иску ООО «РР-СИТИ» к межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы России № 17 по Санкт-Петербургу о признании недействительным решения, задолженности по налогу безнадежной ко взысканию,

установил:

общество с ограниченной ответственностью «РР-сити» (далее – Общество, ООО «РРсити», заявитель) обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о признании недействительным решения межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы России №17 по Санкт-Петербургу (далее - Инспекция, налоговый орган) от 06.09.2021 №03/1 об отказе в привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, в которым Обществу доначислен налог на добавленную стоимость (далее - НДС) в сумме 22 058 042 руб., доначислены пени в общей сумме  7 036 05, 18 руб.

По делу № А56-35680/2023 обществом с ограниченной ответственностью «РР-СИТИ» заявлено требование о признании безнадежной ко взысканию задолженности по налогу на добавленную стоимость в размере 22 058 042 руб., пени в размере 7 036 025,18 руб.

Определением от 18.05.2023 дело №А56-35680/2023 объединено в одно производство с делом №А56-12217/2023, с присвоением единого номера №А56-12217/2023.

Решением арбитражного суда от 01.09.2023 заявленные требования удовлетворены. 

В апелляционной жалобе и дополнения к ней Инспекция, ссылаясь на несоответствие выводов суда обстоятельствам дела, просит указанное решение отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления, ссылаясь на нарушение судом ее процессуальных прав на ознакомление с доказательствами заявителя; считает неверной данную судом оценку содержанию товарных накладных заявителя, контракта между заявителем и Комитетом по строительству, отношениям заявителя и ООО «ТСК «Веллес»; находит ошибочным вывод суда о нарушении налоговым органом сроков проведения проверки и пропуске им предельного двухлетнего срока на принудительное взыскание доначисленных проверкой налогов и пеней. 

В отзыве на апелляционную жалобу заявитель просит обжалуемое решение оставить без изменения. 

Информация о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы опубликована на Интернет-сайте «Картотека арбитражных дел». 

В судебном заседании представители Инспекции поддержали доводы апелляционной жалобы, а представитель Общества против её удовлетворения возражал.

Законность и обоснованность обжалуемого решения проверена в апелляционном порядке. 

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы России №17 по Санкт-Петербургу в период с 11.03.2019 по 30.12.2019 проведена выездная налоговая проверка заявителя по налогу на добавленную стоимость за 2 квартал 2017 года. 

По результатам проверки Инспекцией вынесено решение № 03/1 от 06.09.2021 (далее – Решение) об отказе в привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, по итогам которого Обществу доначислен НДС к уплате за 2 квартал 2017 года в размере в сумме 22 058 042 руб., а также на дату вынесения решения доначислены пени в общей сумме 7 036 05, 18 руб. 

Общество не было привлечено к ответственности в связи с истечением срока давности привлечения к налоговой ответственности. 

13.01.2023  по результатам рассмотрения апелляционной жалобы на указанное решение, УФНС России по г. Санкт-Петербургу вынесено решение № 16-15/01039 , которым жалоба оставлена без удовлетворения, что послужило основанием для обращения Общества с настоящим заявлением в арбитражный суд. 

Удовлетворяя заявленные Обществом требования, суд первой инстанции исходил из следующего.

Согласно статье 198 АПК РФ граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

В силу части 3 статьи 201 АПК РФ арбитражный суд принимает решение об отказе в удовлетворении заявленного требования в случае, если установит, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решения и действия (бездействие) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и не нарушают права и законные интересы заявителя.

Следовательно, оспаривая действие (бездействие) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц заявитель должен доказать как несоответствие, противоречие оспариваемых решений и действий (бездействия) закону, так и нарушение этими актами и действиями прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

При этом обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта закону или иному нормативному правовому акту, законности принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), наличия у органа или лица надлежащих полномочий на принятие оспариваемого акта, решения, совершение оспариваемых действий (бездействия), а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта, решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), возлагается на орган или лицо, которые приняли акт, решение или совершили действия (бездействие) (часть 5 статьи 200 АПК РФ).

Довод жалобы налогового органа о нарушении судом его процессуальных прав отклоняется апелляционным судом как несостоятельный.

Как видно из дела, заинтересованным лицом не заявлялось ходатайств об отложении судебного разбирательства либо объявлении в нем перерыва. Кроме того, суд первой инстанции предоставил заинтересованному лицу возможность ознакомления с вновь представленными документами (10 путевых листов) в судебном заседании, не ограничивая во времени. 

Из материалов дела следует, что в оспариваемом Решении налоговый орган пришел к выводу о том, что Общество неправомерно заявило к вычету НДС по втором квартале 2017 года: в сумме 16 126 358 руб. 33 коп. по контрагенту ООО «СтройСнаб» в результате искажения сведений о фактах хозяйственной жизни при не подтверждении факта реальности сделок и нарушении положения пункта 1 статьи 54.1 Налогового кодекса РФ; в сумме 5 931 683 руб. 84 коп. по контрагенту ООО «ТСК «Велес» в результате искажения сведений о фактах  хозяйственной жизни при не подтверждении факта реальности сделок и нарушении положений пункта 2 статьи 54.1 Налогового кодекса Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 1 статьи 54.1 Налогового кодекса Российской Федерации (далее – НК РФ) не допускается уменьшение налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога в результате искажения сведений о фактах хозяйственной жизни (совокупности таких фактов), об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и (или) бухгалтерском учете либо налоговой отчетности налогоплательщика.

Согласно подпункту 2 пункта 2 статьи 54.1 Налогового кодекса Российской Федерации одним из условий получения налоговой выгоды является исполнение обязательства по соответствующей сделке надлежащим субъектом - лицом, заключившим договор с налогоплательщиком, либо лицом, на которое обязанность исполнения обязательства переведена (возложена) в силу договора или закона.

В силу пункта 1 статьи 171 Налогового кодекса Российской Федерации налогоплательщик имеет право уменьшить общую сумму налога, исчисленную в соответствии со статьей 166 настоящего Кодекса, на установленные настоящей статьей налоговые вычеты.

В силу пункта 2 статьи 171  Налогового кодекса Российской Федерации вычетам подлежат суммы налога, предъявленные налогоплательщику при приобретении товаров (работ, услуг).

В соответствии с пунктом 1 статьи 172 Налогового кодекса Российской Федерации  налоговые вычеты, предусмотренные статьей 171 настоящего Кодекса, производятся на основании счетов-фактур, выставленных продавцами при приобретении налогоплательщиком товаров (работ, услуг), имущественных прав, документов, подтверждающих фактическую уплату сумм налога при ввозе товаров на территорию Российской Федерации и иные территории, находящиеся под ее юрисдикцией, документов, подтверждающих исчисление сумм налога налоговыми агентами, либо на основании иных документов в случаях, предусмотренных пунктами 3, 6 - 8 статьи 171 настоящего Кодекса.

Поскольку в силу пункта 2 статьи 171, пункта 1 статьи 172 Налогового кодекса Российской            Федерации применение налоговых вычетов по налогу на добавленную стоимость связывается с приобретением товаров (работ, услуг), их принятием к учету, реальность соответствующих хозяйственных операций является необходимым условием для использования налоговых вычетов.

При оценке соблюдения данных требований Налогового кодекса необходимо учитывать, что законодательство о налогах и сборах исходит из презумпции добросовестности налогоплательщика и иных участников правоотношений в сфере экономики.

Соответственно, на налоговом органе, оспаривающим реальность совершенных налогоплательщиком операций и обоснованность полученной в связи с этим налоговой выгоды, лежит бремя доказывания обстоятельств, которые могут свидетельствовать о невозможности осуществления спорных операций с учетом времени, места нахождения имущества или объема материальных ресурсов, экономически необходимых для производства товаров, выполнения работ или оказания услуг.

Налоговая выгода, полученная налогоплательщиком в связи с применением налоговых вычетов по налогу на добавленную стоимость не может быть признана обоснованной, если налоговым органом будет доказано, что приобретение товаров (работ, услуг) в действительности не имело места, а представленные налогоплательщиком документы являются недостоверными, о чем налогоплательщик не мог не знать.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 10 постановления Пленума ВАС РФ от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды», факт нарушения контрагентом налогоплательщика своих налоговых обязанностей сам по себе не является доказательством получения налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды. Налоговая выгода может быть признана необоснованной, если налоговым органом будет доказано, что налогоплательщик действовал без должной осмотрительности и осторожности и ему должно было быть известно о нарушениях, допущенных контрагентом, в частности, в силу отношений взаимозависимости или аффилированности налогоплательщика с контрагентом.

Налоговая выгода может быть также признана необоснованной, если налоговым органом будет доказано, что деятельность налогоплательщика, его взаимозависимых или аффилированных лиц направлена на совершение операций, связанных с налоговой выгодой, преимущественно с контрагентами, не исполняющими своих налоговых обязанностей.

Таким образом, в данной правовой ситуации налогоплательщик должен доказать, что договоры были исполнены реально и именно заявленными контрагентами, а целью заключения договоров не являлось намерение налогоплательщика получить необоснованную налоговую экономию.

При рассмотрении настоящего дела суд первой инстанции оценил представленные доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ и пришел к выводу о реальности сделок заявителя с указанными контрагентами, действительном использовании заявителем товарно-материальных ценностей и работ и об отсутствии оснований для вывода о получении обществом необоснованной налоговой выгоды.

Из материалов дела следует, что в обоснование заявленных требований Общество сослалось на выполнение всех условий правомерности принятия к вычету налога на добавленную стоимость предусмотренных Налоговым кодексом Российской Федерации в проверяемый налоговым органом период, отсутствие оснований для признания необоснованной налоговой экономии, полученной по хозяйственным отношениям с ООО «СтройСнаб»( ИНН7805691924 ) и ООО «ТСК Велес» (ИНН 

<

***>) ввиду того, что реальность поставки товара и выполнения работ данными контрагентами налоговым органом надлежащими доказательствами не опровергнуты. 

Заявитель считает, что им проявлена должная осмотрительность при заключении и исполнении договоров с указанными контрагентами, поскольку перед заключением договоров обществом осуществлена проверка их регистрации и постановки на налоговый учет, посредством официальных источников информации, в связи с чем, само по себе вступление данных контрагентов во взаимоотношения с контрагентами 2 и 3 звена, имеющих признаки «фирм-однодневок» не влечет признание необоснованной налоговой экономии. 

Кроме того, Общество указывает на то, что Инспекцией не представлены доказательства совершения им и его контрагентами согласованных действий, направленных исключительно на искусственное создание условий для незаконного применения налоговых вычетов по налогу на добавленную стоимость.

Помимо этого Общество приводит доводы относительно нарушения налоговым органом процедуры проверки, считает, что в рассматриваемой ситуации имело место последовательное, необоснованное объективными обстоятельствами несоблюдение налоговым органом сроков вручения акта выездной налоговой проверки, совершения последующих действий по проведению и оформлению результатов дополнительных мероприятий налогового контроля, рассмотрению результатов налоговой проверки и вынесения итогового решения, предусмотренных статьями 100-101 НК РФ, что повлекло за собой истечение предельного двухлетнего срока на принудительное взыскание доначисленных проверкой налогов и пеней, в связи с чем полагает, что доначисленные суммы налога на добавленную стоимость и пени по налогу подлежат признанию безнадежными к взысканию на основании статьи 59 НК РФ.

Налоговый орган, возражая против заявленных требований, указал, что решение межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 17 по Санкт-Петербургу №03/1 об отказе в привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения законным и обоснованным, просит оставить заявление общества без удовлетворения. 

В решении налоговый орган пришел к выводу о том, что в нарушение подпункта 1 пункта 2 статьи 54.1 НК РФ, пунктов 1 и 2 статьи 169, статьи 171, статьи 172 НК РФ финансово-хозяйственные операции между Обществом и его контрагентами: ООО «СтройСнаб» и ООО «ТСК Велес» не могли осуществляться, указанные контрагенты являлись техническими организациями, отсутствовал факт поставки товаров, выполнения подрядных работ и взаимоотношения носили исключительно «бумажный» характер. Инспекция ссылается на получение обществом необоснованной налоговой экономии, создание формального документооборота в связи с завышением налоговых вычетов по НДС по взаимоотношениям со спорными контрагентами. 

Также налоговый орган указал на то, что в ходе налоговой проверки им установлено, что организации, с которыми контрагенты Общества 1 звена имели взаимоотношения (контрагенты 2 и 3 звена) имеют признаки фирм-однодневок, учредители либо руководители которых имеют признак «массовый», не подтверждена реальность операций с контрагентами, поскольку последние не имели в собственности необходимых ресурсов для ведения хозяйственной деятельности, отсутствуют факты оплаты за поставленные товары и транспортные накладные подтверждающие перевозку товара оформлены с нарушением правил заполнения указанных документов, обществом не представлены доказательства проявления должной степени осмотрительности.

Судом установлено, что оспариваемым решением (пункт 3) заявителю вменяется занижение налогооблагаемой базы по налогу на добавленную стоимость в связи с включением в регистры налогового учета по счетам 19, 68 и предъявления к налоговым вычетам во 2 квартале 2017 года в книге покупок и налоговом расчете сумм НДС по организации ООО «Торгово-строительная корпорация «Велес», поскольку  в ходе проверки Инспекцией установлено, что в нарушение подпункта 2 пункта 2 ст.54.1 НК РФ к налоговым вычетам предъявлялись суммы НДС при отсутствии факта исполнения обязательств по сделке лицом, которому передано обязательство по исполнению сделки (операции) по договору. 

Проверяя обоснованность данного обстоятельства, суд пришел к выводу об ошибочности вывода Инспекции о нарушении Обществом положений пункта 2 статьи 54.1 НК РФ, статей 169, 171, 172 НК РФ.

Проанализировав представленный в дело государственный контракт №0172200002516000248_160869 от 28.12.2016, по которому заявитель выступал подрядчиком на объекте «СПб ГУЗ Городская больница № 33», а заказчиком работ - Комитет по строительству Санкт-Петербурга, заключенный в его исполнение с ООО «ТСК «Велес» договор субподряда № 270117 РР – ВЛ от 27.01.2017, документы в его исполнение, исполнительную документацию, оформленную между ООО «РР-сити» и ООО «ТСК Велес», составленную субподрядчиком на каждом этапе работ (акты скрытых работ), исполнительные схемы, таблицы объемов, общий журнал работ, показания ФИО4, генерального директора ООО «РР-сити», содержащиеся в протоколе № 8 от 13.08.2017, отражение в ЕГРЮЛ сведений о недостоверности ООО «ТСК «Велес» в июле 2019 года, суд первой инстанции установил факт участия спорного контрагента в исполнении обязательств по договору субподряда № 270117 РР – ВЛ от 27.01.2017, указав на то, что  работы, выполненные ООО «ТСК «Велес» для ООО «РР-Сити» в рамках государственного заказа, никак не связаны с операциями по «сомнительным контрагентам», которые были выявлены налоговым органом по цепочке последующих уровней.

Апелляционный суд полагает обоснованным вывод суда первой инстанции о том, что сам по себе факт не согласования кандидатур соисполнителей субподрядчиков не может подтверждать отсутствие реальности выполненных работ и не имеет правового значения для целей рассмотрения вопроса о привлечении ООО «РР-Сити» к ответственности по эпизоду с ООО «ТСК «Велес», и соглашается с выводом суда о том, что не владение иными свидетелями информацией об ООО «ТСК «Велес» не подтверждает отсутствия указанной организации на месте производства работ, не опровергает реальности выполнения им работ по устройству монолитных конструкций по адресу: Санкт-Петербург, 

<

...>, лит. А, так как опрошенные налоговым органом свидетели в силу исполнения своих должностных обязанностей и функций могли быть не осведомлены обо всех организациях, находящихся на строительной площадке. 

Совокупность установленных по делу обстоятельств позволила суду прийти к выводу о том, что Инспекцией при проведении проверки не выявлено обстоятельств, указывающих на недобросовестность действий со стороны Общества, его намерение получить налоговую экономию путем сговора и совершения согласованных действий с контрагентом ООО «ТСК «Велес». 

Результаты проведенных мероприятий налогового контроля указывают лишь на возможное совершение нарушений законодательства о налогах и сборах исключительно со стороны указанного контрагента Общества, а возможно и контрагентов последующего звена в цепочке движения собственных денежных средств ООО «ТСК «Велес», ответственность за которые не может быть возложена на Общество в силу фактического отсутствия умысла и согласованности действий, которые налоговым органом не доказаны. 

С учетом изложенного, суд верно указал на необоснованность вывода Инспекции о том, что ООО «ТСК» Велес» создана с целью осуществления фиктивного документооборота. 

Судом также установлено, что налоговым органом каких-либо признаков взаимозависимости и (или) подконтрольности налогоплательщика с заявленными контрагентами не установлено, отсутствие доказательств, подтверждающих перечисление денежных средств в целях полного или частичного их возврата налогоплательщику, взаимозависимому либо подконтрольному лицу в наличной, безналичной форме, в виде ценных бумаг или натуральной форме. 

Налогоплательщик не может нести ответственности за всю цепочку контрагентов и контролировать налоговую добросовестность поставщиков второго и третьего звена, учитывая, что налоговое правонарушение - это наказуемое деяние, запрещенное налоговым законодательством Российской Федерации и совершенное самим налогоплательщиком. Исполнение договорных обязательств с привлечением третьих лиц (одного или нескольких) не запрещено гражданским законодательством и является обычной практикой.

При этом обстоятельства, свидетельствующие о недобросовестности контрагентов второго и последующего звеньев, учитываться в качестве самостоятельных оснований для предъявления претензий налогоплательщику не должны (Письмо ФНС России от 16.08.2017 N СА-4-7/16152@).

Довод налогового органа об отсутствии у контрагентов фактической возможности и ресурсов для исполнения договоров обоснованно отклонен судом, поскольку условиями контракта между заявителем и Комитетом по строительству не предусмотрено обязательное выполнение работ подрядчиком, который был вправе заключить договор субподряда.  

В соответствии с пунктом 2 статьи 101.4 Налогового кодекса РФ в акте и в решении о привлечении к ответственности должны быть указаны документально подтвержденные факты нарушения законодательства о налогах и сборах, а также выводы и предложения должностного лица, обнаружившего факты нарушения законодательства о налогах и сборах, по устранению выявленных нарушений и применению налоговых санкций. 

Таким образом, в соответствии с требованиями Налогового кодекса РФ налоговый орган обязан приводить точно установленные факты, а не предположения и неподтвержденные факты. При этом в подтверждение своих выводов налоговый орган обязан делать ссылку на первичные документы. 

С учетом изложенного, суд первой инстанции признал вывод Инспекции о занижение заявителем налогооблагаемой базы по налогу на добавленную стоимость во 2 квартале 2017 года по организации ООО «Торгово-строительная корпорация «Велес» ошибочным. 

Апелляционный суд полагает возможным согласиться с указанным выводом суда, основанными на всестороннем исследовании обстоятельств дела и оценке доказательств по правилам статьи 71 АПК РФ. Мотивы, по которым суд пришел к таком выводу, подробно изложены в мотивировочной части решения. 

Довод апелляционной жалобы Инспекции о неверном толковании судом пункта 2.4.23 контракта между заявителем и Комитетом по строительству, согласно которому Общество, будучи подрядчиком, обязано в течение 10 дней с момента заключения соответствующего договора предоставить заказчику информацию обо всех соисполнителях, субподрядчиках, заключивших договор или договоры с подрядчиком, цена которого или общая цена которых составляет более десяти процентов контракта, ошибочен.

Как правильно указал суд, в данном случае речь идет об обязанности подрядчика информировать заказчика о заключенных договорах, а не о согласовании их кандидатур, а нарушение указанного пункта в данном случае  свидетельствовало бы о нарушении договорных обязательств и норм гражданского законодательства, но  не является подтверждением отсутствия факта реальности выполненных работ, и, соответственно, нарушением норм налогового законодательства.

При этом ссылка налогового органа на письмо Комитета по строительству от 08.05.2019 в данном случае подтверждает то обстоятельство, что соблюдение данного условия контракта входило в зону ответственности подрядчика. 

Налоговым органом в ходе проверки установлено, что налогоплательщиком в нарушение пункта 1 статьи 54.1 НК РФ допускалось уменьшение налоговой базы и суммы подлежащего уплате налога в результате искажения сведений о фактах хозяйственной жизни при неподтвержденное факта реальности сделок по налогу на добавленную стоимость в связи с включением в регистры налогового учета по счетам 19, 68 и предъявлением к налоговым вычетам во 2 квартале 2017 года в книге покупок и налоговом расчете сумм НДС по организации ООО «СтройСнаб» (пункт 2.1 оспариваемого Решения).

К указанным выводам Инспекция пришла вследствие следующих установленных обстоятельств: представленные на анализ налогового органа документы не соответствуют Федеральному закону «О бухгалтерском учете» №402-ФЗ от 06.12.2011- отсутствуют обязательные реквизиты первичного учетного документа, а именно не во всех товарных накладных, составленных по форме ТОРГ-12 имеются подписи лиц их совершивших, на некоторых факсимиле, нет доверенностей на лиц подписавших товарные накладные от имени организации, допросы, проведенные в отношении сотрудников ООО «РР-Сити» не позволяют получить подтверждение факта получения строительных материалов; отсутствует экономическая целесообразность закупки ТМЦ у ООО «СтройСнаб», не предоставлены сведения о местах погрузки/разгрузки, хранения ТМЦ, отсутствуют сведения о получателях ТМЦ, указанных в товарных накладных; непринятие мер со стороны ООО «РР-Сити» по гашению задолженности перед ООО «СтройСнаб»: представленные товарные накладные признаны налоговым органом несоответствующими требованиям Федерального закона «О бухгалтерском учете» №402-ФЗ 06.12.2011г. (далее - Закон о бух. учете), соответственно налоговый орган не признал факт доставки реальным; показания генерального директора ООО «СтройСнаб» - не подтверждают взаимоотношения с данным контрагентом.

Суд первой инстанции, проверил указанные доводы налогового органа на основании документов, представленных в материалы дела, и установил, что между заявителем и ООО «СтройСнаб» заключен договор №121417 от 06.03.2017, предметом договора являлась поставка в обусловленный срок товара (оборудования), количество и ассортимент которого определяется на каждую конкретную партию согласно заявке покупателя, и фиксируется в счете-фактуре, товарной накладной. 

В подтверждение факта поставки товара Обществом представлены: товарная накладная № 9 от 31.03.2017 сумма 8 235 190 руб., счет-фактура № 9 от 31.03.2017, товарная накладная № 20 от 24.04.2017 сумма 23 169 404,30 руб., счет-фактура № 20 от 24.04.2017, товарная накладная № 41 от 31.05.2017 сумма 50 967 584 руб., счет-фактура № 41 от 31.05.2017, товарная накладная № 48 от 19.06.2017 сумма              9 749 655,14 руб., счет-фактура № 48 от 19.06.2017, товарная накладная № 30 от 22.05.2017 сумма 21 830 594,45 руб., счет-фактура № 30 от 22.05.2017, акт сверки за 2 кварта 2017 года, карточки по счетам-10,60,19 за 2 квартал 2017 года. 

Общая сумма поставки с учетом НДС составила 105 717 237,89 руб.

Представлены поручения на перечисление ООО «РР-Сити» в адрес ООО «Стройснаб» по договору № 121417 от 06.03.2017 за материалы за второй квартал 2017 года  на общую сумму с учетом НДС 5 243 135 руб. 43 коп., счета-фактуры, подписанные со стороны указанного контрагента ФИО5 на общую сумму с учетом НДС 105 717 237,89 руб.

Судом на основании подробного исследования и анализа представленных Инспекции документов установлен факт наличия взаиморасчетов между сторонами указанной сделки. 

При этом суд дал верную оценку показаниям допрошенного налоговым органом в рамках проверки  свидетеля, подписавшего товарные накладные со стороны Общества, подтвердившего реальность намерений во взаимоотношениях сторон договора, факт подписания документов, фиксирующий реальность поставок товара, а также учел, реальность  взаиморасчетов между сторонами сделки подтверждены самим налоговым органом. 

Доводы налогового органа о не принятии мер по взысканию задолженности ООО «СтройСнаб» с ООО «РР-СИТИ» опровергается платежными поручениями, подтверждающими факт перечисления денежных средств на сумму                               5 243 135,43 руб. 

Оставшаяся не взысканной кредиторская задолженность в сумме                                     37 998 256,77 руб. ООО «РР-СИТИ» согласно правилам ведения бухгалтерского учета отнесена на внереализационные доходы по налогу на прибыль, Обществом уплачен налог в соответствии с действующим законодательством. 

Вывод налогового органа об отсутствии намерений у ООО «РР-Сити» в погашении задолженности суд нашел не состоятельным, поскольку заинтересованность в ее погашении должна быть у ООО «Стройснаб».

При этом суд верно указал на то, что в отсутствие взаимозависимости и подконтрольности ООО «СтройСнаб» ООО «РР-Сити», заявитель не должен был обладать информацией об обстоятельствах не обращения ООО «СтройСнаб» в Общество за взысканием задолженности. 

Подвергая сомнению законность действий Общества и указанного контрагента, налоговый орган исходил из того, что транспортные накладные, представленные в подтверждение факта перевозки в адрес Общества товара, приобретенного у ООО «СтройСнаб», не содержат всех обязательных к заполнению реквизитов (ошибки в транспортном разделе), либо содержат недостоверные сведения, а потому предъявленная к возмещению сумма налога на добавленную стоимость не подтверждена надлежащими документами.  

В материалы дела Обществом в подтверждение реальности перевозки товарно-материальных ценностей представлены путевые листы, запрошенные им у ООО «Стройснаб», которые содержат сведения об организации – перевозчике ТМЦ, организации - приобретателе транспортных услуг - ООО «Стройснаб». 

В суде первой и апелляционной инстанции Инспекция приводит довод о наличии разночтений в путевых листах и транспортных накладных.

Проанализировав представленные документы, суд первой инстанции установил отсутствие в них разночтений, поскольку документы содержат все необходимые реквизиты, позволяющие уставить существо и реальность перевозки, так как содержат информацию о дате оказания услуги, марке машины, его государственном регистрационном номере, фамилии водителя, тарифе оказанных услуг, данные об отправителе. 

В оспариваемом решении Инспекция ссылается на то, что договор № 121417 от 06.03.2017 действует до 31.12.2016, что также, ее по мнению, указывает на формальное составление документа. 

Суд первой инстанции согласился с мотивированным доводом заявителя об очевидности того, что в данном случае имеет место опечатка, исходя из в совокупности других представленных им документов, из которых прослеживается, что договор исполнялся, в платежных поручениях, товарных накладных и в документах бухгалтерского учета указан именно этот договор, в связи с чем обоснованно отклонил вывод Инспекции о формальности данной сделки.

Претензии Инспекции относительно оформления транспортных накладных,  позволяющих ошибиться в идентификации грузополучателя и грузоотправителя, суммах, наименовании товарно-материальных ценностей, отнесении товарных накладных к договору, предъявлены в основном к оформлению документов, что, как верно указал суд, в силу пункта 3 статьи 54.1 НК РФ не может являться самостоятельным основанием для привлечения ООО «РР-Сити» к ответственности. 

Кроме того, данные, которые не содержит путевой лист: грузоотправителя и грузополучателя, наименование груза, счета-фактуры, накладные - содержит лицевая сторона транспортных накладных, представленных в налоговый орган, по заполнению которой у налогового органа нет претензий, а данные, которые не приведены в оборотной стороне транспортной накладной: информация идентифицирующая груз, о тоннаже, количестве грузовых мест, адрес места погрузки, даты и время подачи транспортного средства, пункт выгрузки, дата и время подачи под выгрузку, должность лица принявшего груз, расшифровка подписи лица принявшего груз, оттиск печати принявшей стороны указаны как раз в путевых листах.

Оценив показания свидетеля ФИО6, которыми руководствовалось Инспекция, суд верно отклонил довод налогового органа о том, что транспортные накладные по форме ТОРГ-12 не подтверждают доставку товарно-материальных ценностей в адрес ООО «Стройснаб», поскольку свидетель такую поставку подтвердил, затруднившись вспомнить наименование организации. 

Давая оценку выводу Инспекции о минимальных суммах налогов в бюджет, уплаченных ООО «Стройснаб», суд нашел его несостоятельным, посчитав, что количественная оценка данных выплат является необъективной, исходил из того, что налоговый орган не оспаривает, что суммы уплаченных ООО «Стройснаб» налогов соответствуют суммам исчисленных налогов, отраженных в налоговой отчетности данного лица, как и не оспаривает, что показатели реализации товаров, работ (услуг), содержащиеся в налоговой отчетности, соответствуют суммам сделок, совершенных с Обществом в соответствующий период, и пришел к выводу о том, данное лицо при осуществлении финансово-хозяйственных отношений с Обществом задекларировало свои налоговые обязательства в полном объеме. 

В ходе проведения мероприятий налогового контроля Инспекция посчитала  недоказанной реальность хозяйственных операций Общества с его последующим контрагентом ООО «Аванэтсервисстрой» по поставке товарно-материальных ценностей, приобретенных у ООО «Стройснаб», и, что взаимодействие данных организаций указывает на недобросовестность участников.

Не соглашаясь с указанным  выводом налогового органа, суд указал на формальную проверку Инспекцией представленных налогоплательщиком документов и отсутствие оценки всех мероприятий контроля в совокупности и взаимосвязи. 

Оценив показания свидетеля ФИО7, представленные заявителем в налоговый орган доказательства последующей продажи товарно-материальных ценностей, где их покупателем от ООО «РР-Сити» выступал ООО «Аванэтсервисстрой», суд посчитал экономическую целесообразность такой перепродажи доказанной.

Налоговый орган в решении указывает, что в ходе проверки ООО «РР-Сити» было предоставлено письмо исх.№ 38Б от 01.04.2019, в котором предоставлена информация, что по организации ООО «СтройСнаб» образовавшееся сальдо по кредиту счета 60 будет отнесено на внереализационный доход в соответствии с датой ликвидации указанного лица. Это подтверждает и налоговый регистр за 1 квартал 2020 года по внереализационным доходам, в которых отражено сальдо по данному контрагенту. Налог на прибыль был отражен и уплачен в указанный период. Согласно сопроводительному письму от 25.08.2021 также представлены налоговые регистры за IV квартал 2019г. Внереализационные доходы (11 страниц). 

Апелляционный суд соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что Инспекцией не доказан факт применения Обществом схемы, направленной на незаконное применение налоговых вычетов и получение сумм налога из бюджета, поскольку не имеется доказательств, с достоверностью свидетельствующих об организованной схеме движения денежных средств или товаров по замкнутой цепочке, а вывод Инспекции об участии заявителя в обналичивании денежных средств носит предположительный характер. 

Как верно отметил суд первой инстанции, суждения о недобросовестности налогоплательщика должны быть основаны на объективной информации, бесспорно подтверждающей, что его действия не имели разумной хозяйственной цели, а были направлены исключительно на создание необоснованных налоговых последствий. 

Проверяя обоснованно доводов заявителя и возражений налогового органа, суд верно отметил, что тот факт что ООО «СтройСнаб», которое вело в тот период финансово-хозяйственную деятельность, несмотря на то, что находилось в процессе ликвидации с апреля 2018 года, не означает, что на момент заключения сделки в 2017 году Общество не обладало необходимыми опытом, знаниями или ресурсами для исполнения договора. 

Суд нашел ошибочным вывод Инспекции о минимальных суммах налогов в бюджет, указав на необъективность количественной оценки данных выплат и на то, что отчетность со стороны ООО «СтройСнаб» подавалась в порядке, предусмотренном действующим законодательством о налогах и сборах РФ, вовремя, нарушений при подаче отчетности при проведении налоговым органом камерального контроля не установлено, что свидетельствует о надлежащем исполнении ООО «СтройСнаб» своих обязательств, пришел к выводу, что минимальные суммы к начислению отражают лишь сведения о финансовых результатах ООО «СтройСнаб» и не являются подтверждением отсутствия реальности хозяйственных операций с ООО «РР-Сити». 

Суд первой инстанции также посчитал необоснованным вменение заявителю правонарушения в связи с наличием у ООО «СтройСнаб» «сомнительных» операций и контрагентов, поскольку условия договора с указанным контрагентом не предусматривали обязанности заявителя контролировать последующую или иную финансово-хозяйственную деятельность  данного лица, включая его денежные расчеты с другими контрагентами, указав на отсутствие доказательств взаимозависимости и подконтрольности данных организаций, при этом верно исходил из положений статьи 54.1. НК РФ, не предусматривающих для налогоплательщиков негативных последствий за неправомерные действия контрагентов второго, третьего и последующих звеньев (Письмо ФНС России от 16.08.2017 №СА-4-7/16152@). 

Руководствуясь разъяснениям, данными ФНС России в письме от 31.10.2017 №ЕД-4-9/22123@)  для квалификации эпизода по пункту 1 статьи 54.1. НК РФ по искажению сведений о фактах хозяйственной деятельности, суд, установив факты приобретения налогоплательщиком товара по договору поставки с ООО «Стройснаб» при документальном подтверждении соответствующих хозяйственных операций, посчитал опровергнутыми изложенные в Решении налоговой инспекции выводы о необоснованном получении Обществом в проверяемом периоде налоговой выгоды по нереальной сделке с данным контрагентом.

Оценив представленные в дело доказательства суд также пришел к обоснованным выводам о недоказанности фактов взаимозависимости и подконтрольности ООО «СтройСнаб» с ООО «РР-Сити», а также обстоятельств, свидетельствующих о наличии умысла в действиях участников сделки, и необоснованном вменении ответственности ООО «РР-Сити» по эпизоду с ООО «СтройСнаб». 

Апелляционный суд соглашается с судом первой инстанции и в том, что отсутствие у контрагентов задекларированной материально-технической базы, персонала, минимизация им уплаты налогов, неисполнительность в своих налоговых обязанностях, сами по себе не порочат сделки с их участием по налоговым последствиям для заявителя, касаются оценки деятельности общества «Стройснаб», за которую общество ООО «РР-СИТИ» ответственность нести не может. 

Суд обоснованно отклонил как доказательство невозможности осуществления хозяйственной деятельности доводы налогового органа об отсутствии у контрагентов управленческого и технического персонала, основных средств, производственных активов, складских помещений, транспортных средств, а также не осуществление платежей, сопровождающих фактическое осуществление деятельности (оплата за связь, коммунальные услуги, перечисление заработной платы и др.), поскольку данные обстоятельства не являются квалифицирующими признаками возможности (невозможности) ведения соответствующей предпринимательской деятельности. 

Отсутствие в штате контрагентов по договору достаточного количества работников не могло служить доказательством недобросовестности заявителя, так как гражданское законодательство предполагает привлечение поставщиком товаров, работ, услуг третьих лиц для исполнения обязательств по договору. 

Суд первой инстанции правильно учел, что контрагенты Общества были ликвидированы, в связи с чем они не могут предоставить документы, не имеют возможности исправления ТТН, пояснения относительно приобретения, транспортировки и хранения строительных материалов, указав на то, что обычным в деловой практике является использование услуг транспортных организаций, которые могут иметь как собственные транспортные средства, так и использовать арендованные транспортные средства или услуги третьих лиц по перевозке, а расчеты с такими третьими лицами транспортные организации могут производить не только денежными средствами, но также векселями, зачетом взаимных требований, бартером. 

В соответствии с правовой позицией, изложенной в Письме ФНС России от 10.03.2021 N БВ-4-7/3060@ «О практике применения статьи 54.1 Налогового кодекса Российской Федерации» (далее - Письмо ФНС России от 10.03.2021), исходя из положений подпункта 1 пункта 2 статьи 54.1 НК РФ, основным мотивом операции должна являться деловая цель. 

Установление должной правовой квалификации операции, исходя из ее действительного экономического смысла, и оценка основного мотива совершения операции представляют собой самостоятельные критерии оценки. 

При разрешении вопроса о том, что именно являлось основной целью операции (достижение деловой цели, получение экономического эффекта или уменьшение налоговой обязанности), необходимо оценивать, совершил бы налогоплательщик эту операцию исключительно по мотивам делового характера в отсутствие налоговых преимуществ. 

Таким образом, в рамках применения положения подпункта 1 пункта 2 статьи 54.1 НК РФ налоговому органу следует доказывать, что основной целью заключения налогоплательщиком сделки (операции) являлось не получение результатов предпринимательской деятельности, а получение налоговой экономии. Налоговые органы вправе предъявлять претензии по спорной сделке при доказанности умышленности действий налогоплательщика, направленных на неуплату налогов. Отсутствие фактов, опровергающих реальность совершения заявленным контрагентом сделок и операций, не является самостоятельным основанием для привлечения налогоплательщика к ответственности. 

Условиями вычета по НДС по товарам (работам, услугам) являются факты приобретения товаров, оказания работ (услуг); принятие приобретенных товаров (работ, услуг) на учет (оприходование); наличие у покупателя надлежаще оформленного счета-фактуры, выписанного поставщиком товаров (работ, услуг), с указанием суммы НДС. Одновременное соблюдение налогоплательщиком названных условий является необходимым и достаточным для предоставления ему права уменьшить общую сумму налога, исчисленную в соответствии со статьей 166 НК РФ, на установленные статьей 171 НК РФ налоговые вычеты.

Материалами дела и проверки подтверждается, что Обществом представлены налоговому органу все необходимые первичные документы для соблюдения условий вычета по НДС по взаимоотношениям с контрагентами. 

Учитывая законодательно установленную презумпцию добросовестности налогоплательщика и иных участников правоотношений в сфере экономики, совокупность установленных по делу обстоятельств не позволила суду прийти к выводу о недоказанности налоговым органом невозможности осуществления налогоплательщиком рассматриваемых в настоящем деле операций в отношении организации ООО «СтройСнаб».

Налоговая экономия, полученная налогоплательщиком в связи с отражением в целях налогообложения расходов по налогу на прибыль и применением налоговых вычетов по налогу на добавленную стоимость не может быть признана обоснованной при условии, если налоговым органом будет доказано, что приобретение товаров (работ, услуг) в действительности не имело места, а представленные налогоплательщиком документы являются недостоверными, о чем налогоплательщик не мог не знать (пункт 2 постановления Пленума ВАС № 53, Определение Верховного Суда РФ от 29.11.2016 № 305- КГ16-10399 по делу № А40-71125/2015, Постановление АС Центрального округа от 09.11.2016 по делу № А62-5017/2015). 

С учетом изложенного, суд пришел к выводу о недоказанности Инспекцией невозможности осуществления контрагентами операций по выполнению работ и поставке товаров, и обоснованно исходил из того, что право налогоплательщика на налоговый вычет не может быть обусловлено исполнением непосредственными контрагентами (продавцами, поставщиками) и предшествующими им лицами своей обязанности по уплате НДС, а также финансово-экономическим положением и поведением третьих лиц. 

При этом суд исходил из установленного в ходе судебного разбирательства факта того, что целью заключения Обществом договоров с контрагентами: ООО «СтройСнаб» и ООО «ТСК Велес» являлись разумные экономические и иные причины действий налогоплательщика, направленные на получение экономического эффекта в результате реальной предпринимательской и иной экономической деятельности, с целью извлечения прибыли, и все перечисленные контрагенты осуществляли в 2017-2018 годах различные виды деятельности. 

Возражая против доводов налогового органа, заявитель привел разумное обоснование своего поведения, пояснив, что в рамках исполнения транспортных услуг контрагентами у Общества отсутствовали претензии к их качеству, в том числе к качеству поставленных товаров, равно как и у последующих покупателей этих товаров, в связи с чем, у Общества сложилось объективное мнение о деловой репутации указанных контрагентов.

Как видно из дела, налоговым органом не доказано, что рассматриваемые сделки (операции) не имели какого-либо разумного объяснения с позиции хозяйственной необходимости их заключения и совершения, а преследовали лишь цель уменьшения налоговых обязательств и (или) являлись частью схемы, основной целью которой является уменьшение налоговых обязательств, при том, что в ходе проведения налоговой проверки и мероприятий налогового контроля налоговый орган не доказал, в чем выразилось это уменьшение.

При этом сам налоговый орган не опровергает выполнение работ с контрагентом ООО «ТСК «Велес», но не учитывает экономическую целесообразность приобретения строительных материалов у ООО «Стройснаб» с учетом их последующей продажи, но бездоказательно опровергает реальность исполнения договоров с данными контрагентами. 

Из материалов дела усматривается, что с каждым контрагентом заключен собственный договор, который имеет различные условия, сроки выполнения работ, поставки, оказания услуг, объект предмета договора, маршруты и т.д., что указывает на осуществление собственных видов деятельности. 

Кроме того, взаимоотношения со всеми указанными контрагентами в указанный период времени не дублировались какими-либо иными договорами с иными контрагентами, что налоговым органом подтверждается. 

В соответствии со статьей 9 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» все хозяйственные операции, проводимые организацией, должны оформляться оправдательными документами, служащими первичными учетными документами, на основании которых ведется бухгалтерский учет и которые могут приниматься к учету, только если они содержат обязательные реквизиты, в том числе и личные подписи должностных лиц, ответственных за совершение хозяйственных операций и правильность их оформления. Представление в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах, в целях получения налоговой выгоды является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы. 

Как видно из дела, Общество не оспаривало свою обязанность доказать правомерность применения вычетов по НДС, однако полагало, что им представлены все доказательства, предусмотренные налоговым законодательством. 

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 1 постановления Пленума ВАС РФ от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды», представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах, в целях получения налоговой выгоды является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы. 

При этом ВАС РФ указал, что судебная практика разрешения налоговых споров исходит из презумпции добросовестности налогоплательщиков и иных участников правоотношений в сфере экономики. В связи с этим предполагается, что действия налогоплательщика, имеющие своим результатом получение налоговой выгоды, экономически оправданны, а сведения, содержащиеся в налоговой декларации и бухгалтерской отчетности, - достоверны. 

Под налоговой выгодой для целей названного Постановления понимается уменьшение размера налоговой обязанности вследствие, в частности, уменьшения налоговой базы, получения налогового вычета, налоговой льготы, применения более низкой налоговой ставки, а также получение права на возврат (зачет) или возмещение налога из бюджета. 

Пунктом 3 Постановления № 53 определено, что налоговая выгода может быть признана необоснованной, в частности, в случаях, если для целей налогообложения учтены операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом или учтены операции, не обусловленные разумными экономическими или иными причинами (целями делового характера). 

Налоговая выгода не может быть признана обоснованной, если получена налогоплательщиком вне связи с осуществлением реальной предпринимательской или иной экономической деятельности (пункт 4 Постановления № 53). 

О необоснованности налоговой выгоды могут также свидетельствовать подтвержденные доказательствами доводы налогового органа об отсутствии необходимых условий для достижения результатов соответствующей экономической деятельности в силу отсутствия управленческого или технического персонала, основных средств, производственных активов, складских помещений, транспортных средств (пункт 5 Постановления № 53). 

Налоговая выгода не может рассматриваться в качестве самостоятельной деловой цели. Поэтому если судом установлено, что главной целью, преследуемой налогоплательщиком, являлось получение дохода исключительно или преимущественно за счет налоговой выгоды в отсутствие намерения осуществлять реальную экономическую деятельность, в признании обоснованности ее получения может быть отказано (пункт 9 Постановления № 53). 

Факт нарушения контрагентом налогоплательщика своих налоговых обязанностей сам по себе не является доказательством получения налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды. Налоговая выгода может быть признана необоснованной, если налоговым органом будет доказано, что налогоплательщик действовал без должной осмотрительности и осторожности и ему должно было быть известно о нарушениях, допущенных контрагентом, в частности, в силу отношений взаимозависимости или аффилированности налогоплательщика с контрагентом (пункт 10 Постановления № 53). 

Таким образом, при решении вопроса о правомерности применения вычетов по НДС необходимо исходить из реальности расходов, произведенных в целях получения дохода, а также их документального подтверждения; налогоплательщик должен располагать оформленными в установленном порядке документами, подтверждающими реальное осуществление хозяйственных операций. 

При этом суды в налоговых спорах, оценивая обоснованность заявленных вычетов по НДС должны исходить не из формального представления налогоплательщиком всех необходимых документов, а устанавливать реальность финансово-хозяйственных отношений налогоплательщика и его контрагента и их действительное экономическое содержание. 

Непредставление таких документов, либо предоставление фиктивных документов, составленных формально и не подтверждающих реальность отраженных финансово-хозяйственных операций, является основанием для отказа в реализации права на получение налоговой выгоды. 

В подобной ситуации предполагается, что выбор контрагента отвечал условиям делового оборота, пока иное не будет доказано налоговым органом. 

При применении указанных положений необходимо учитывать правовую позицию, выраженную в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 14.05.2020 № 307-ЭС19-27597, в праве на вычет не может быть отказано, если налогоплательщик не преследовал цель уклонения от налогообложения в результате согласованных с иными лицами действий, а при отсутствии такой цели не знал и не должен был знать о допущенных этими лицами нарушениях, действуя в рамках разумного поведения. 

С учетом изложенного, суд первой инстанции верно исходил из того, что Общество в данном случае не может нести ответственность за то, что в свою очередь его контрагенты заключали договоры с организациями, не исполняющими налоговые обязательства (которые в свою очередь не имеют никакого отношения к заявителю). 

Удовлетворяя настоящее заявление, суд пришел к выводу об отсутствии бесспорного доказательства наличия со стороны налогоплательщика осведомленности о нарушении налогового законодательства его контрагентами и их взаимозависимости с Обществом, о недоказанности налоговым органом наличия у ООО «РР-СИТИ» умысла на уклонение от налогообложения, соблюдении заявителем всех условий для применения к вычету НДС по взаимоотношениям с вышеуказанными контрагентам, и незаконности в этой связи ему доначислений на сумму налога на добавленную стоимость в размере 22 058 042 руб. и пеней по налогу в размере 7 036 025 руб. 18 коп. 

Поскольку утверждение налогового органа об искажении налогоплательщиком сведений о фактах хозяйственной жизни, об объектах налогообложения при совершении сделок с контрагентами ООО «Стройснаб», ООО «ТСК «Велес» не нашло своего подтверждения в ходе судебного разбирательства, то суд пришел к правильному выводу об отсутствии доказательств нарушения заявителем требований законодательства о налогах и сборах.

Апелляционный суд соглашается с указанными выводами суда и не усматривает оснований для их переоценки.

В соответствии с подпунктом 4 пункта 1 статьи 59 НК РФ безнадежной к взысканию признается задолженность, числящаяся за налогоплательщиком, плательщиком сборов, плательщиком страховых взносов или налоговым агентом и повлекшая формирование отрицательного сальдо единого налогового счета такого лица, погашение и (или) взыскание которой оказались невозможными, в в случае принятия судом акта, в соответствии с которым налоговый орган утрачивает возможность взыскания задолженности в связи с истечением установленного срока ее взыскания, в том числе вынесения им определения об отказе в восстановлении пропущенного срока подачи заявления в суд о взыскании задолженности

Проверяя правомерность доводов заявителя и возражений налогового органа, суд первой инстанции признал доводы Общества о том, что необоснованное затягивание налоговым органом сроков проведения проверки не соответствуют действующему законодательству и нарушает права и законные интересы Общества как хозяйствующего субъекта, и, что налоговым органом пропущен предельный двухлетний срок на принудительное взыскание доначисленных проверкой налогов и пеней, что является основанием для признания задолженности по налогам и пени, начисленной по итогам проверки, безнадежной ко взысканию. 

При этом суд руководствовался разъяснениями Президиумом Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации (постановления от 08.02.2011 № 8229/10, от 21.06.2011 № 16705/10, от 29.11.2011 № 7551/11, от 05.02.2013 № 11254/12, от 28.05.2013 № 333/13), неоднократно отмечавшего, что процедура принудительного взыскания налоговым органом задолженности по обязательным платежам состоит из взаимосвязанных этапов, при отсутствии одного из которых взыскание налогов, страховых взносов, пеней и штрафов за счет имущества плательщика нарушает установленный законом порядок бесспорного взыскания обязательных платежей, а также указанием постановления Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.03.2005 №13592/04 о том, что взыскание налога – длящийся процесс. 

На первом этапе налоговым органом направляется налогоплательщику требование об уплате с предложением в установленный срок уплатить начисленную сумму. На втором этапе налоговым органом применяются принудительные меры взыскания, предусмотренные статьями 46 и 47 НК РФ. 

Именно с момента направления требования об уплате налога начинается этап принудительного исполнения обязанности по уплате налога или сбора, то есть направление требования – это составная часть процедуры принудительного исполнения обязанности по уплате налога для организации. 

Предусмотренные статьями 46 и 47 НК РФ меры принудительного взыскания налоговой задолженности за счет денежных средств на счетах в банках и за счет иного имущества налогоплательщика-организации представляют собой последовательные этапы единого внесудебного порядка взыскания налоговой задолженности, а не самостоятельные, независимые друг от друга процедуры.

В соответствии с пунктом 3 статьи 46 НК РФ решение о взыскании принимается после истечения срока, установленного в требовании об уплате налога, но не позднее двух месяцев после истечения указанного срока. Решение о взыскании, принятое после истечения указанного срока, считается недействительным и исполнению не подлежит. 

В этом случае налоговый орган может обратиться в суд с заявлением о взыскании с налогоплательщика (налогового агента) - организации или индивидуального предпринимателя причитающейся к уплате суммы налога. Заявление может быть подано в суд в течение шести месяцев после истечения срока исполнения требования об уплате налога. 

Пропущенный по уважительной причине срок подачи заявления может быть восстановлен судом. 

В абзацах 2, 3, 4, 6, 7 пункта 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 57 «О некоторых вопросах, возникающих при применении арбитражными судами части первой Налогового кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление № 57) указано, что по смыслу положений статьи 44 Кодекса утрата налоговым органом возможности принудительного взыскания сумм налогов, пеней, штрафа, то есть непринятие им в установленные сроки надлежащих мер к взысканию, сама по себе не является основанием для прекращения обязанности налогоплательщика по их уплате и, следовательно, для исключения соответствующих записей из его лицевого счета. 

Согласно взаимосвязанному толкованию норм подпункта 5 пункта 3 статьи 44 и подпункта 4 пункта 1 статьи 59 Кодекса исключение соответствующих записей из лицевого счета налогоплательщика возможно только на основании судебного акта, в соответствии с которым налоговый орган утрачивает возможность взыскания недоимки, пеней, штрафов в связи с истечением установленного срока их взыскания, в том числе в случае отказа в восстановлении пропущенного срока подачи в суд заявления о взыскании этих сумм. 

Таким образом, для установления факта утраты налоговым органом возможности взыскания недоимки, пеней, штрафов, необходимо, чтобы у налогоплательщика имелась обязанность по уплате данных сумм налогов, пени и штрафов, однако налоговый орган пропустил установленный срок их взыскания, в том числе в случае истечения предельного срока взыскания этих сумм в принудительном порядке. 

Судом первой инстанции  отклонены доводы налогового органа об отсутствии нарушений сроков проведения проверки, суд признал неверным расчет предельных сроков на принудительное взыскание сумм установленных налогов и пеней, представленный налоговым органом, и пришел к выводу о том, что решение об отказе в привлечении налогоплательщика к ответственности Инспекция была обязана принять в срок до 10.07.2020. 

Апелляционный суд соглашается с выводами суда первой инстанции о том, что в ходе проведения проверки Инспекцией нарушена процедура проверки и сроки ее проведения. 

В соответствии со статьей 89 НК РФ выездная налоговая проверка не может продолжаться более двух месяцев. 

Указанный срок может быть продлен до четырех месяцев, а в исключительных случаях - до шести месяцев. 

Для продления проверки у налогового органа должны быть веские основания – получение информации от правоохранительных органов, утаивание документов, большой объем проверяемой информации, обстоятельства непреодолимой силы и т.п. 

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, выездная налоговая проверка началась 11.03.2019, а окончилась 01.11.2019, по факту – мероприятия налогового контроля окончены 30.06.2022 года (фактическая дата вручения Решения №03/1 определена на 06.09.2021). 

При этом налоговая проверка приостанавливалась 4 раза, дата приостановления проверки 11.03.2019, дата возобновления проверки 09.04.2019, дата приостановления проверки 12.08.2019 дата возобновления проверки 23.08.2019, дата приостановления проверки 12.09.2019, дата возобновления проверки 16.09.2019, дата приостановления проверки 17.10.2019 дата возобновления проверки 01.11.2019. 

Обществом оспариваемое Решение получено 30.06.2022, дата его регистрации - 06.09.2021 (затянуто на 16 месяцев). 

Существенная задержка с вынесением акта налоговой проверки, дополнений к нему и решений по налоговым проверкам увеличило сумму пени в 2 раза. 

В Постановлении от 18.03.2008 № 13084/07 Президиум ВАС РФ указал, что регламентация сроков взыскания налогов, равно как и сроков проведения выездных налоговых проверок, направлена на достижение равновесия интересов участников отношений, регулируемых законодательством о налогах и сборах». Длительный срок проведения проверки свидетельствует о нарушении налоговой инспекцией целей налогового администрирования, которые не могут иметь дискриминационного характера, препятствующего предпринимательской деятельности налогоплательщика. 

В определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 16.03.2018г. №305-КГ17-19973 указано: воля законодателя на установление процессуальных сроков на проведение мероприятий налогового контроля очевидно направлена для защиты прав налогоплательщиков, в противном случае законодатель не установил бы эти сроки в НК РФ. 

Налоговые органы обязаны соблюдать законодательство о налогах и сборах (пп.1 п.1 ст.32 НК РФ). Должностные лица налоговых органов обязаны действовать в строгом соответствии с НК РФ (п.1 ст.33 НК РФ). Строгое соответствие – это неукоснительное соблюдение, в том числе и процессуальных норм НК РФ. 

Это значит, что нарушать сроки налоговой проверки и вынесения решения по ней нельзя ни при каких обстоятельствах. Нарушение сроков проведения налоговой проверки (срока принятия решения) приводит к неправомерному увеличению размера доначисленных налоговым органом пеней, так как излишние пени в таком случае носят не компенсационный характер (как предусмотрено законодателем), а являются (становятся) незаконным обогащением бюджета, в результате бездействия налогового органа. 

Заявителем исчислены следующие сроки в соответствии со статьей 100-101 НК РФ с даты составления акта выездной налоговой проверки: 16.01.2020 – 5 дней срок вручения акта ВНП с даты составления (п. 5 ст. 100 НК РФ),16.02.2020 – срок подачи возражений на акт ВНП (п. 6 ст. 100 НК РФ), 28.02.2020 - срок принятия решения о проведении дополнительных мероприятий налогового контроля течение 10 дней со дня истечения срока, указанного в пункте 6 статьи 100 (п. 1 ст. 101 НК РФ), 28.03.2020 - срок окончания проведения дополнительных мероприятий налогового контроля (п. 6 ст. 101 НК РФ), согласно Указам Президента РФ от 25.03.2020 N 206, от 02.04.2020 N 239, от 28.04.2020 N294 с 30 марта 2020 по 30 апреля 2020 и с 6 по 8 мая 2020 нерабочих дней, с учетом этого 30.05.2020 - срок изготовления дополнения к Акту (15 раб. дней, п. 6.1. ст. 101 НК РФ), 5.06.2020 - срок вручения дополнения к Акту (5 раб. дней, п. 6.1. ст. 101 НК РФ), 26.06.2020 - срок представления возражений на дополнение к акту ВНП (15 раб. дней, п. 6.2. ст. 101 НК РФ),10.07.2020- срок для вынесения решения по проверке (абз. 2 п. 1 ст. 101 НК РФ - 10 раб. дней со дня истечения срока на преставление возражений на дополнение к Акту), 20.07.2020 - срок вручения решения, если решение отправлено почтой (на 6-й раб. день после отправки), 20.08.2020 - срок на подачу апелляционной жалобы на решение (п. 9 ст. 101, п. 2 ст. 139.1 НК РФ), 25.07.2020 - срок направления апелляционной жалобы в вышестоящий налоговый орган (3 р.д. с момента получения инспекцией, п. 1 ст. 139.1 НК РФ), 25.09.2020 - срок принятия решения по апелляционной жалобе Управлением (с учетом возможности продления срока рассмотрения на 1 мес.), вступление в законную силу решения по проверке, 22.10.2020 - срок направления требования (20 р.д. после вступления в силу решения, п. 2 ст. 70 НК РФ), 30.10.2020 - требование считается полученным, если направлено по почте (6 р.д., п. 6 ст. 69 НК РФ), 12.11.2020 - истечение срока исполнения требования (8 р.д. с момента получения, абз. 4 п. 4 ст. 69 НК РФ), 12.01.2021 - истечение срока принятия решения о взыскании за счет денежных средств (до 2 мес. после истечения срока исполнения требования, п. 3 ст. 46 НК РФ), 12.11.2021 - истечение срока принятия решения о взыскании налога за счет имущества налогоплательщика (п. 1 ст. 47 НК РФ в течение одного года после истечения срока исполнения требования об уплате налога), 12.11.2022 - истек двухлетний срок на обращение налогового органа в суд о взыскании недоимки за счет имущества налогоплательщика (п. 1 ст. 47 НК РФ, Определение ВС РФ от 05.07.2021 по делу № А21-10479/2019 течение двух лет со дня истечения соответственно срока исполнения требования об уплате налога). 

Таким образом, как верно указал суд, решение об отказе в привлечении к ответственности Инспекция была обязана принять в срок до 10.07.2020. Вместе с тем, фактически решение по итогам выездной налоговой проверки принято налоговым органом 06.09.2022. 

В указанный срок подлежит включению и период рассмотрения апелляционной жалобы Управлением ФНС от 13.01.2023 и вступления в силу решения ВНП, указанное решение получено по факту Обществом 26.01.2023.

Таким образом, нарушение срока административной процедуры производства по делу о нарушении налогового законодательства составило 2 года 6 месяцев и 17 дней, что привело к истечению предельного двухлетнего срока для взыскания доначислений по проверке. 

Ссылка Инспекции на постановление Правительства РФ от 02.04.2020 №409 «О мерах по обеспечению устойчивого развития экономики» является несостоятельной в сложившейся ситуации, т.к. указанный Постановление направлен исключительно на поддержку организаций и индивидуальных предпринимателей, занятых в сфере деятельности, наиболее пострадавших в условиях ухудшения ситуации в связи с распространением коронавирусной инфекции, перечень которых утверждается Правительством РФ (пункт 1).

Общество не входит в указанный перечень организаций и по своей деятельности не относится к сферам деятельности наиболее пострадавших в условиях ухудшения ситуации в связи с распространением коронавируса, следовательно, вышеуказанное Постановление не действует в отношении Общества. 

Апелляционный суд соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что  длительность рассмотрения материалов проверки с учетом приостановления сроков проведения проверки не была обусловлена необходимостью обеспечения прав проверяемого лица на определение его действительных налоговых обязательств, так как налоговым органом начислялись пени в период приостановления проведения налоговой проверки на основании Постановления № 409.

Применительно к положениям статьи 401 ГК РФ обстоятельства, вызванные угрозой распространения новой коронавирусной инфекции, а также принимаемые органами государственной власти и местного самоуправления меры по ограничению ее распространения, в частности, установление обязательных правил поведения при введении режима повышенной готовности или чрезвычайной ситуации, запрет на передвижение транспортных средств, ограничение передвижения физических лиц, приостановление деятельности предприятий и учреждений, отмена и перенос массовых мероприятий, введение режима самоизоляции граждан и т.п., могут быть признаны обстоятельствами непреодолимой силы, если будет установлено их соответствие названным выше критериям таких обстоятельств и причинная связь между этими обстоятельствами и неисполнением обязательства. Налоговая инспекция не имела объективных обстоятельств и причин, препятствующих осуществлению мероприятий налогового контроля, при том что, никаких мероприятиях налоговый орган после истечения данного периода и не проводил, что по мнению суда не препятствовало окончанию налоговой проверки в сроки предусмотренные налоговым кодексом. 

Таким образом, для применения в данном случае обстоятельства непреодолимой силы, связанного с распространением коронавирусной инфекции, Инспекция в порядке статьи 65 АПК РФ обязана доказать в чем выразилось непреодолимость и невозможность проведения мероприятий, учитывая, что все мероприятия налоговым органом согласно приложения к решению осуществлялись дистанционно (то есть документы направлялись и получались электронно) без взаимодействия с организациями. 

Со стороны Инспекции данные доказательства и сведения не предоставлены, Налоговая инспекция имела возможность подать соответствующее требование в срок дистанционно, но, по неизвестным причинам, этого не сделала. 

Суд первой инстанции отметил, что решение о приостановлении проведения выездной налоговой проверки от 09.04.2019 не обусловлено никакими объективными причинами, поскольку в соответствии с решением основанием приостановления выездной налоговой проверки являлась необходимость истребования информации у контрагента ООО «ТСК Велес». 

Как следует из материалов дела, по требованию № 24/8479 от 28.08.2017 в отношении указанного контрагента Обществом были представлены документы письмом от 05.09.2017. 

Так, в период приостановления проведения выездной налоговой проверки, а именно после принятия Решения № 03/1/1 от 09.04.2019, с указанной даты Инспекцией данное Решение фактически не исполнялось, а потому необходимости приостановления не было. 

В рамках указанного решения Инспекция указала на необходимость истребования документов у ООО «ТСК Велес». 

В ответ на требование № 13502 от 22.08.2019 Инспекции Обществом был представлен полный комплект документов по данному контрагенту, а именно: письмо с пояснениями, договор с организацией осуществлявшей охрану объекта Городская больница №33 при производстве работ во 2 квартале 2017, журналы учета выполненных работ, исполнительная документация и акты скрытых работ за период 2 квартал 2017, карточки счета 68 и 19 за 2 квартал 2017, Счета-фактуры ООО «ТСК Велес» за 2 квартал 2017г, требования М-15 и отчеты по форме М-29 (с нормами списания) за 2 квартал 2017г - 23л., Договоры, акты выполненных работ и счет- фактуры с организациями (ООО «ТСК «Велес» Договор №2701 17 РР-ВЛ от 27.01.2017, привлекавшимися к выполнению работ во 2 квартале 2017 года на объекте Городская больница №33, Договор с ООО «Аванэтсервисстрой» № 01\03-17\04 от 034.2017, товарные накладные, счета-фактуры за 2 квартал 2017 года. 

Кроме того, в Единый государственный реестр юридических лиц  10.01.2019 самим же налоговым органом внесена запись о недостоверности в результате проверки самим же налоговым органом, в связи с чем налоговый орган должен был знать, что данный контрагент уже не представляет налоговую отчетность и не ведет хозяйственную деятельность, в связи с чем оснований приостанавливать проверку на 4 месяца по формальному контрагенту, по которому у налогового органа уже были представлены документы, не было никаких объективных оснований. 

При этом подтверждения того, что эти документы у контрагента запрашивались материалы налоговой проверки не содержат, то есть после вынесения Решения о приостановлении какие-либо поручения на истребование запрашиваемых документов (информации) у поименованных в данном Решении контрагента Инспекцией не направлялись, в связи с тем, что данные документы (информация) уже были истребованы Инспекцией ранее у самого Заявителя. 

Суд первой инстанции также обоснованно указал, что приостановление проверки 23.08.2019 по решению № 03/1/3 в связи с истребованием документов (информации) у ООО «Металлгрупп Северо-Запад » и ООО «СВ-М» является незаконным, так как оснований для истребования информации и документов у данных лиц не имелось. 

Налоговым органом не представлены ни поручения на истребования, ни документы полученные от налоговых органов, обстоятельства по данным контрагентам не описываются ни в акте ни в решении налогового органа. 

Решением от 16.09.2019 № 03/1/05 Инспекция приостановила проведение выездной налоговой проверки в связи с истребованием документов у ООО «Электромонтаж», ООО « ПСК Геострой-СПб». 

Решением № 03./1/06 от 17.10.2019 выездная налоговая проверка возобновлена. 

Ни в акте, ни в решении указанных контрагентов нет, ни поручения, ни истребуемые документы не приложены оснований для приостановления проверки у налогового органа не было.

В соответствии с подпунктом 1 пункта 9 статьи 89 НК РФ налоговый орган вправе приостановить проведение выездной налоговой проверки для истребования документов в соответствии с пунктом 1 статьи 93.1 НК РФ на срок не более 6 (шести) месяцев в совокупности всех сроков приостановления проверки. 

Суд апелляционной инстанции считает верным вывод суда первой инстанции о том, что налоговый орган имел реальную возможность во время первого приостановления запросить документы по всем выявленным трем контрагентам, с учетом того, что практически все документы были представлены еще до проверки и во время проверки.

Незаконное невозобновление проведения выездной налоговой проверки Инспекции в течение более чем 4-х месяцев (с 09.04.2019 по 12.08.2019), а соответственно незаконное затягивание сроков проведения проверки является нарушением налогового законодательства при проведении налоговой проверки и сборе доказательств и должно быть исключено из расчета общего времени проведения проверки. 

Доводы налогового органа о том, что отложение рассмотрения материалов налоговой проверки от 25.08.2021 было обусловлено инициативой самого налогоплательщика, ничем не подтверждено, из оспариваемого Решения следует, что отложение произошло по причине неявки руководителя, однако, указанные обстоятельства не препятствуют направлению налоговым органом заказным письмом результатов проверки либо отправлению их по ТКС. 

Таким образом, приостановления проверки носили формальный характер, использовалось Инспекцией в целях искусственного затягивания сроков проведения выездной налоговой проверки, что привело к нарушению прав и законных интересов налогоплательщика в сфере предпринимательской деятельности, выразившемуся в осуществлении избыточного и необоснованного налогового контроля. 

В силу принципа правовой определенности, выступающего одним из элементов правового государства (часть 1 статьи 1 Конституции Российской Федерации) и с учетом конституционных гарантий свободы экономической деятельности, охраны частной собственности, запрета несоразмерного ограничения прав частных лиц (статьи 34 и 35, часть 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации), налогоплательщики должны иметь возможность в разумных пределах предвидеть последствия своего поведения и быть уверенными в неизменности своего официально признанного статуса, приобретенных прав, прежде всего, в том, что касается размера налоговой обязанности, полноты и правильности ее исполнения. 

В связи с этим судебная практика исходит из недопустимости избыточного или не ограниченного по продолжительности применения мер налогового контроля в отношении налогоплательщиков, что по существу означало бы придание дискриминационного характера налоговому администрированию и приводило бы к препятствованию предпринимательской деятельности (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 16.07.2004 №14-П и постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 18.03.2008 №13084/07). 

Между тем, как указывает заявитель, на момент вступления в законную силу оспариваемого Решения, налоговым органом была утрачена возможность применения мер их принудительного взыскания, поскольку длительное и ничем не обоснованное необоснованное нарушение Инспекцией сроков проведения административной процедуры по делу о нарушении налогового законодательства, оформления и вручения налогоплательщику их результатов и, как следствие, принятия итогового решения по налоговой проверке привело к истечению предельного двухлетнего срока на принятие мер по взысканию налогов и пеней в принудительном порядке. 

При этом, как указывает заявитель, срок на принудительное взыскание доначислений по налоговой выездной налоговой проверке Общества с учетом установленных НК РФ сроков истек: за счет денежных средств налогоплательщика – 12.01.2021, за счет имущества налогоплательщика – 12.11.2021, путем обращения в суд о взыскании недоимки за счет имущества налогоплательщика - 12.11.2022. 

По результатам проведенной проверки составлен Акт №03/758465933 от 30.12.2019, который вручен 01.09.2020. По результатам рассмотрения Акта налоговым органом было принято решение №03/1/07 от 15.10.2020 о проведении дополнительных мероприятий налогового контроля. 

Как установлено судом, по окончании проведения дополнительных мероприятий налогового контроля Обществу 29.07.2021 вручены дополнения к Акту налоговой проверки №11/1095742727 от 16.11.2020.

Суд первой инстанции, исследовав представленные документы, пришел к выводу, что истребование документов, которые налоговый орган уже запрашивал, повторный допрос руководителя по ранее допрошенным обстоятельствам, не могут являться законным основанием для проведения мероприятий дополнительного налогового контроля. 

Иные мероприятия налогового контроля, как установил суд, в рамках дополнительных налоговым органом не проводились. 

Таким образом, суд верно отметил, что проведение дополнительных мероприятий налогового контроля проведено без законных оснований, не мотивировано, привело к затягиванию процедуры проведения выездной налоговой проверки. 

Право на предоставление налогоплательщиком возражений реализуется определённым образом – путем заблаговременного вручения копий соответствующих документов. Право на ознакомление с материалами проверки не отменяет обязанность Инспекции обеспечить заблаговременное вручение копий документов, подтверждающих факты нарушений законодательства . 

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 38 Постановления № 57, в силу  положений статьи 101 Налогового кодекса РФ, материалы, полученные в ходе проведения дополнительных мероприятий налогового контроля, подлежат исследованию руководителем (заместителем руководителя) налогового органа наряду с иными материалами налоговой проверки в целях принятия решения по итогам соответствующей проверки. 

При этом лицо, в отношении которого проводилась налоговая проверка, вправе до вынесения такого решения знакомиться со всеми материалами дела о налоговом правонарушении, в том числе и с материалами дополнительных мероприятий налогового контроля. 

Принимая во внимание, что названной статьей не предусмотрены порядок и сроки направления лицу, в отношении которого проводилась налоговая проверка, материалов дополнительных мероприятий налогового контроля, а также не установлен срок для направления данным лицом возражений на такие материалы, судам необходимо исходить из того, что применительно к положениям пунктов 5 и 6 статьи 100 Налогового кодекса РФ налоговым органом направляются такому лицу (его представителю) эти материалы, а лицо (его представитель) вправе представить налоговому органу свои возражения.

При этом рассмотрение материалов налоговой проверки с учетом материалов дополнительных мероприятий налогового контроля и принятие по ним решения применительно к пункту 1 статьи 101 Налогового кодекса РФ должно быть осуществлено руководителем (заместителем руководителя) налогового органа в течение 10 дней со дня истечения срока направления лицом (его представителем), в отношении которого проводилась налоговая проверка, возражений на материалы дополнительных мероприятий налогового контроля. 

В случае ненаправления налоговым органом лицу, в отношении которого проводилась налоговая проверка, материалов дополнительных мероприятий налогового контроля суд с учетом положений пункта 14 статьи 101 Налогового кодекса РФ оценивает существенность данного нарушения. 

Таким образом, в нарушение пункта 14 статьи 101 НК РФ материалы дополнительных мероприятий налогового контроля не направлены Обществу, в связи с чем Общество не имело возможность выразить свою позицию, в том числе представить документы, что является существенным нарушением прав и законных интересов Общества, а также указывает на отсутствие оснований для проведения мероприятий дополнительного контроля . 

Однако данный отрезок времени несопоставим с общим периодом нарушения длительности административной процедуры производства по делу о нарушении налогового законодательства и просрочкой вынесения Инспекцией решения по проверке, который составил 3 года 1 месяц и 13 дней.

 Кроме того, вопрос о соблюдении общего срока на принудительное взыскание налогов, а также каждого в отдельности срока на совершение определенных действий, предшествующих процедуре взыскания, должен учитываться при рассмотрении вопроса непосредственно о взыскании налоговых платежей (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 06.04.2020 № 305-ЭС20-2983 по делу № А40-30988/2019). 

Несоблюдение указанного срока не лишает налоговый орган права на взыскание налога и пеней в пределах общих сроков, установленных НК РФ, но не влечет изменения порядка исчисления срока на принудительное взыскание налога и пеней. В случае пропуска налоговым органом срока направления требования об уплате налога, установленного статьей 70 НК РФ, исчисление установленного Кодексом срока принудительного взыскания налога производится исходя из совокупности сроков, установленных в статьях 46, 47, 70 НК РФ. 

Согласно правовой позиции, сформулированной в пункте 12 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016, если при проведении мероприятий налогового контроля, рассмотрении результатов налоговой проверки со стороны налогового органа допущено нарушение сроков совершения соответствующих действий, в частности, предусмотренных пунктом 2 статьи 88, пунктом 6 статьи 89, пунктами 1 и 5 статьи 100, пунктами 1, 6, 9 статьи 101, пунктами 1, 6, 10 статьи 101.4, пунктом 3 статьи 140 (в случае подачи апелляционной жалобы) Кодекса, на время такой просрочки, не обусловленной объективными причинами, течение сроков не приостанавливается. 

Аналогичная правовая позиции изложена в пунктах 6, 9 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 17.03.2003 № 71 «Обзор практики разрешения арбитражными судами дел, связанных с применением отдельных положений части первой Налогового кодекса Российской Федерации», Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 22.07.2019 №305-ЭС 19-2960, а также в Письме ФНС России от 10.01.2019 № ЕД-4-2/55 «О соблюдении процессуальных сроков, предусмотренных Налоговым кодексом Российской Федерации». 

Из вышеизложенного следует, что нарушение сроков проведения мероприятий налогового контроля не влечет безусловную отмену итоговых решений по налоговым проверкам, но такие нарушения процессуальных сроков не могут не приниматься во внимание при исчислении сроков, предусмотренных НК РФ в отношении процедур принудительного взыскания задолженности. 

Обратное толкование приводило бы к бессмысленности возможности заявления налогоплательщиком доводов о несоблюдении указанных сроков в рамках оспаривания решения о взыскании налога, пеней, штрафа, принятого в соответствии со статьей 46 НК РФ (абзац 2 пункта 31 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 57), то есть к отсутствию возможности получения реальной судебной защиты. 

Аналогичная позиция относительно исчисления рассматриваемых сроков изложена в Определениях Конституционного Суда Российской Федерации. 

Так, согласно Определению от 24.12.2013 № 1988-0, в силу конституционного предписания статьи 57 Конституции Российской Федерации вводимый законодателем механизм регулирования налогообложения должен обеспечивать полноту и своевременность уплаты налогов и сборов и одновременно - правомерный характер связанной с их взиманием деятельности уполномоченных органов и должностных лиц. Нарушение сроков, установленных статьей 70 НК РФ, не может приводить к увеличению сроков, установленных для принудительного взыскания налогов иными статьями данного Кодекса. 

В Определении Конституционного Суда РФ от 20.04.2017 № 790-О разъяснено, что установленные статьей 101 НК РФ сроки призваны ограничить право налогового органа на продление срока рассмотрения материалов налоговой проверки и тем самым направлены на защиту прав налогоплательщика от необоснованно длительного вмешательства налогового органа в его хозяйственную деятельность. Нарушение налоговым органом сроков рассмотрения материалов налоговой проверки не препятствует ему в принятии того или иного итогового решения и не может само по себе предрешать его законность, что не позволяет признать такое процессуальное нарушение в качестве безусловного основания для отмены итогового решения налогового органа по смыслу пункта 14 статьи 101 НК РФ. Вместе с тем, несоблюдение налоговым органом при совершении определенных действий в рамках осуществления мероприятий налогового контроля и принятии соответствующего решения сроков, предусмотренных, в частности, статьей 70, пунктом 2 статьи 88, пунктом 6 статьи 89, пунктами 1 и 5 статьи 100, пунктами 1, 6 и 9 статьи 101, пунктами 1, 6 и 10 статьи 101.4, пунктом 6 статьи 140 НК РФ, не влечет изменения порядка исчисления сроков на принятие мер по взысканию налога, пеней, штрафа в принудительном порядке, исчисляемых исходя из той продолжительности сроков совершения упомянутых действий, которая установлена указанными нормами, что, в конечном счете, гарантирует определенные временные рамки возможного вмешательства государства в имущественную сферу налогоплательщика. 

Аналогичное мнение изложено в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 25.03.2021 № 580-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы общества с ограниченной ответственностью «Муромский завод трубопроводной арматуры» на нарушение его конституционных прав пунктом 6 статьи 101 НК РФ». 

Таким образом, Конституционный Суд Российской Федерации указал на ограничение возможного вмешательства государства в имущественную сферу налогоплательщика временными рамками. 

Нарушение таких временных рамок может повлечь сокращение срока или утрату возможности осуществления принудительного взыскания налоговой задолженности. Согласно Федеральному конституционному закону от 21.07.1994 № 1-ФКЗ «О Конституционном Суде Российской Федерации», в случае выявления конституционно правового смысла законоположений запрещается их применение в правоприменительной практике вопреки данному Конституционным Судом РФ истолкованию, в связи с чем суд не может не принять во внимание указанную выше правовую позицию Конституционного Суда Российской Федерации. 

В пункте 31 Постановления № 57 разъяснено, что несоблюдение налоговым органом при совершении определенных действий в рамках осуществления мероприятий налогового контроля сроков, предусмотренных пунктом 2 статьи 88, пунктом 6 статьи 89, пунктами 1 и 5 статьи 100, пунктами 1, 6, 9 статьи 101, пунктами 1,6, 10 статьи 101.4, пунктом 3 статьи 140 (в случае подачи апелляционной жалобы), статьей 70 НК РФ, не влечет изменения порядка исчисления сроков на принятие мер по взысканию налога, пеней, штрафа в принудительном порядке, в связи с чем при проверке судом соблюдения налоговым органом сроков осуществления принудительных мер сроки совершения упомянутых действий учитываются в той продолжительности, которая установлена нормами НК РФ. 

Однако соответствующие доводы о несоблюдении указанных сроков могут быть заявлены налогоплательщиком в суде только в рамках оспаривания либо требования об уплате налога, пеней и штрафа, направленного ему на основании статьи 70 НК РФ, либо решения о взыскании налога, пеней, штрафа, принятого в соответствии со статьей 46 НК РФ, либо в качестве возражений на иск, предъявленный налоговым органом по правилам статьи 46 НК РФ. Правовая позиция Пленума ВАС РФ, изложенная в пункте 31 постановления от 30.07.2013 №57, получила дальнейшее развитие в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 05.07.2021 № 307-ЭС21 -2135 по делу № А21 - 10479/2019. 

Как отмечено в данном Определении, само по себе нарушение длительности проведения налоговой проверки не может иметь юридического значения для оценки правомерности действий налогового органа на стадии взыскания задолженности по налогам.

В то же время судебная практика признает, что регламентация сроков взыскания налогов, равно как и сроков проведения налоговых проверок, имеет общие итоговые цели, поскольку направлена на достижение равновесия интересов участников отношений, регулируемых законодательством о налогах и сборах, на обеспечение правовой определенности. Поэтому длительный срок проведения налоговой проверки может быть признан недопустимым в той мере, в какой приводит к избыточному или не ограниченному по продолжительности применению мер налогового контроля в отношении налогоплательщиков (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 16.07.2004 № 14-П и постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 18.03.2008 № 13084/07). 

Согласно принципу недопустимости избыточного или неограниченного по продолжительности применения мер налогового контроля, сформулированного в постановлении Конституционного Судом РФ от 16.07.2004 №14-П, все мероприятия налогового контроля должны осуществляться только в пределах установленного законом срока. 

Налоговый контроль всегда ограничивает права проверяемых лиц, и законодатель обязан установить определенные гарантии прав указанных лиц, в частности путем установления временных ограничений. В статьях 46 и 47 НК РФ в первоначальной редакции отсутствовали положения, которые бы объективно ограничивали срок взыскания задолженности по налогам. Однако, начиная с 02.09.2010, в абзаце третьем пункта 1 статьи 47 НК РФ (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 229-ФЗ) установлен двухлетний предельный срок судебного взыскания задолженности, применяемый при утрате налоговым органом возможности внесудебного взыскания. 

По смыслу закона упомянутый предельный двухлетний срок выступает гарантией соблюдения принципа правовой определенности: он исчисляется с момента истечения срока добровольного исполнения обязанности по уплате, указанного в требовании, и поглощает иные предусмотренные статьями 46-47 НК РФ сроки совершения промежуточных действий, направленных на взыскание задолженности налоговым органом. В соответствии с волей законодателя по истечении названного предельного срока налоговый орган, утративший возможность принятия собственных решений (постановлений) о взыскании задолженности, также утрачивает и право на обращение с соответствующим требованием в суд. 

Превышение длительности производства по делу о нарушении законодательства о налогах (совершение определенных действий в рамках осуществления мероприятий налогового контроля с нарушением сроков) само по себе не лишает налоговый орган права на принятие мер внесудебного взыскания, предусмотренных статьями 46-47 Налогового кодекса, но, во всяком случае, ограничивает возможность взыскания пределами двух лет. 

В случае превышения двухлетнего срока (что имеет место в настоящем споре), возражения относительно нарушения длительности проведения налоговой проверки могут быть заявлены налогоплательщиком как при рассмотрении предъявленного к нему в судебном порядке требования о взыскании задолженности, так и при оспаривании самим налогоплательщиком выставленного налоговым органом требования об уплате налога, оспаривании решений (постановлений), принятых налоговым органом в рамках внесудебного взыскания задолженности, что согласуется с пунктом 31 постановления Пленума № 57. 

Таким образом, вопреки доводам налогового органа, Верховный Суд РФ прямо указал, что доводы налогоплательщика о нарушении налоговым органом сроков проведения и рассмотрения материалов налоговой проверки в силу прямого указания, содержащегося в пункте 31 Постановления Пленума ВАС РФ № 57, имеют юридическое значение для рассмотрения настоящего дела и подлежат правовой оценке судом. 

Позиция Инспекции о необходимости исчисления срока на принудительное взыскание недоимки с даты фактического вынесения решения по налоговой проверке, без учета и оценки судом более чем двухлетней просрочки совершения налоговым органом действий в рамках административных процедур и вынесения итогового решения, верно отклонена судом первой инстанции, поскольку основана на неправильном толковании норм материального права, разъяснений и судебных актов высших судебных инстанций РФ. 

Федеральный законодатель, закрепляя в подпунктах 1 - 4 пункта 3 статьи 44 НК РФ конкретные основания прекращения обязанности по уплате налога и (или) сбора, указал, что таковыми могут быть признаны иные обстоятельства, с которыми законодательство о налогах и сборах связывает прекращение обязанности по уплате соответствующего налога или сбора (подпункт 5 статьи 44 НК РФ).

Так, безнадежными к взысканию признаются недоимка, задолженность по пеням и штрафам, числящиеся за отдельными плательщиками страховых взносов, уплата и (или) взыскание которых оказались невозможными в случае принятия судом акта, в соответствии с которым налоговый орган утрачивает возможность взыскания недоимки, задолженности по пеням и штрафам в связи с истечением установленного срока их взыскания, в том числе вынесения им определения об отказе в восстановлении пропущенного срока подачи заявления в суд о взыскании недоимки, задолженности по пеням и штрафам (подпункт 4 пункта 1 статьи 59 НК РФ). 

Исходя из взаимосвязанного толкования приведенных норм статей 44 и 59 НК РФ, исключение соответствующих записей из лицевого счета налогоплательщика возможно только на основании судебного акта, в соответствии с которым налоговый орган утрачивает возможность взыскания недоимки, пеней, штрафов в связи с истечением установленного срока их взыскания, в том числе в случае отказа в восстановлении пропущенного срока подачи в суд заявления о взыскании этих сумм. 

Как разъяснено в пункте 9 Постановления № 57, из взаимосвязанного толкования норм статьи 44 и подпункта 4 пункта 1 статьи 59 Кодекса следует, что исключение соответствующих записей из лицевого счета налогоплательщика возможно только на основании судебного акта, в соответствии с которым налоговый орган утрачивает возможность взыскания недоимки, пеней, штрафов в связи с истечением установленного срока их взыскания, в том числе в случае отказа в восстановлении пропущенного срока подачи в суд заявления о взыскании этих сумм. 

При этом инициировать соответствующее судебное разбирательство вправе не только налоговый орган, но и налогоплательщик путем подачи в суд заявления о признании сумм, возможность принудительного взыскания которых утрачена, безнадежными ко взысканию и обязанности по их уплате прекращенной. Приведенные нормы не ограничивают право лица, за которым числится недоимка по указанным налогам, страховым взносам и задолженность по начисленным пеням инициировать соответствующее судебное разбирательство путем подачи в суд заявления о признании сумм, возможность принудительного взыскания которых утрачена, безнадежными к взысканию. 

Институт признания налоговой задолженности безнадежной к взысканию предполагает существование юридических или фактических препятствий к реальному исполнению обязанности по уплате налогов (пени, штрафов). Списание задолженности как безнадежной означает, что применение мер, направленных на принудительное исполнение налоговой обязанности, является невозможным, в связи с чем задолженность исключается из лицевого счета налогоплательщика и более не может выступать предметом взыскания. 

Подобный подход к исчислению сроков предоставляет ничем не обоснованное преимущество налоговому органу, поскольку в этом случае итоговое оформление результатов налоговой проверки в виде их доведения до налогоплательщика продлевается на неопределенный срок. 

Между тем, в силу принципа правовой определенности, выступающего одним из элементов правового государства (часть 1 статьи 1 Конституции Российской Федерации) и с учетом конституционных гарантий свободы экономической деятельности, охраны частной собственности, запрета несоразмерного ограничения прав частных лиц (статьи 34 и 35, часть 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации), налогоплательщики должны иметь возможность в разумных пределах предвидеть последствия своего поведения и быть уверенными в неизменности своего официально признанного статуса, приобретенных прав, прежде всего, в том, что касается размера налоговой обязанности, полноты и правильности ее исполнения. 

В связи с этим судебная практика исходит из недопустимости избыточного или не ограниченного по продолжительности применения мер налогового контроля в отношении налогоплательщиков, что по существу означало бы придание дискриминационного характера налоговому администрированию и приводило бы к препятствованию предпринимательской деятельности (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 16.07.2004 №14-П и постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 18.03.2008 №13084/07). 

Налогоплательщикам гарантируется административная и судебная защита их прав и законных интересов. Права налогоплательщиков обеспечиваются соответствующими обязанностями должностных лиц налоговых органов и иных уполномоченных органов. Конституционный Суд Российской Федерации в контексте толкования принципа доверия к закону и действиям публичной власти отметил, что участники правоотношений должны в разумных пределах иметь возможность предвидеть последствия своего поведения и быть уверенными в устойчивости своего официально признанного статуса, приобретенных прав, действенности их государственной защиты.

Принцип поддержания доверия к действиям государства вытекает из конституционных принципов юридического равенства и справедливости в правовом демократическом государстве, поскольку они требуют не только правовой определенности, но и предсказуемости правового регулирования. (Информация «Конституционно-правовая защита предпринимательства: актуальные аспекты (на основе решений Конституционного Суда Российской Федерации 2018 - 2020 годов)» (одобрено решением Конституционного Суда РФ от 17.12.2020)).

С учетом изложенного требования заявителя о признании безнадежной ко взысканию задолженности по налогу на добавленную стоимость в сумме                       22 38 058 042 руб., доначисленных пени по налогу в размере 7 036 05, 18 руб. по оспариваемому Решению обоснованно удовлетворены судом первой инстанции.

Все доводы налогового органа, изложенные в апелляционной жалобе, свидетельствуют о несогласии с выводами суда, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, повлияли бы на их обоснованность и законность либо опровергли выводы суда.

Несогласие ответчика с выводами суда, основанными на оценке доказательств, равно как и иное толкование норм законодательства, не свидетельствуют о наличии в принятом судебном акте существенных нарушений норм материального права, повлиявших на исход судебного разбирательства или допущенной судебной ошибке.

Нарушений судом норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием к отмене судебного акта, апелляционным судом не установлено.

Руководствуясь статьями 269-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд 

 

постановил:

решение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  от 01.09.2023 по делу №  А56-12217/2023  оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление  может быть  обжаловано  в  Арбитражный  суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.

 

Председательствующий

 

М.Г. Титова

 

Судьи

 

 

М.Л. Згурская

 

 Н.О. Третьякова