ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

644024, г. Омск, ул. 10 лет Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А70-14086/2017

25 июня 2018 года

город Омск

 

Резолютивная часть постановления объявлена  18 июня 2018 года

Постановление изготовлено в полном объеме  25 июня 2018 года

 

Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Шаровой Н.А.,

судей  Бодунковой С.А., Смольниковой М.В.

при ведении протокола судебного заседания:  секретарем ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-4199/2018) ФИО2 на определение Арбитражного суда Тюменской области от 20 марта 2018 года по делу № А70-14086/2017 (судья Опольская И.А.) об отказе в удовлетворении заявления ФИО2 о включении требования в размере 16 413 369, 87 руб. в реестр требований кредиторов ФИО3, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) гражданина ФИО3 (ИНН 

<

***>),

разбирательство по жалобе проведено в отсутствие представителей участников обособленного спора, извещенных о времени и месте судебного заседания, 

 

установил:

определением Арбитражного суда Тюменской области от 18.12.2017 в отношении гражданина ФИО3 (далее – ФИО3) введена процедура реструктуризации долгов. Финансовым управляющим назначена ФИО4. 

Сведения о введении в отношении должника процедуры реструктуризации долгов опубликованы в печатном издании «Коммерсантъ» №240 от 23.12.2017. 

В Арбитражный суд Тюменской области 18.01.2018 обратился ФИО2 (далее – ФИО2) с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника требований в сумме 16 413 369,87 рублей, в том числе основной долг в размере 12 000 000 рублей, проценты за пользование займом в размере 4 413 369,87 рублей.

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 20 марта 2018 года по делу № А70-14086/2017 в удовлетворении заявления ФИО2 о включении требования в размере 16 413 369, 87 руб. в реестр требований кредиторов ФИО3 отказано.

В апелляционной жалобе ФИО2 просит определение суда отменить и принять новый судебный акт о включении заявленного требования в реестр требований кредиторов ФИО3

Жалоба мотивирована следующими доводами:

- в обоснование финансовой возможности предоставления займа должнику кредитором были представлены справки о доходах физического лица с 2003 по 2015 гг. на общую сумму 11 870 127 руб., а также выписки из лицевых счетов по вкладам в ПАО «Запсибкомбанк» и ПАО «Сбербанк России» на общую сумму около 9 400 000 руб. Указанные документы демонстрируют достаточный уровень доходов и социальное положение заимодавца, позволяющие предоставить должнику сумму займа;

- денежные средства на счетах по вкладам являются накоплениями за весь период деятельности, не только в связи с трудоустройством на предприятиях, но и в связи с осуществлением предпринимательской деятельности;

- кроме заработной платы и дивидендов ФИО2 получал также доходы в виде процентов за пользование денежными средствами: с 2011 г. должник регулярно кредитовался у ФИО2, за что выплачивал проценты, которые увеличивали накопления заимодавца;

- часть денег хранилась в наличной форме;

- оспаривая выводы суда, кредитор отмечает, что ни закон, ни правоприменительная практика не определяют единовременность снятия кредитором денежных средств с банковских счетов перед выдачей займа в качестве критерия наличия финансовых возможностей. Перед заключением спорного договора займа ФИО3 были возвращены все ранее полученные от ФИО2 суммы и запрошен новый заем в размере 12 000 000 руб.;

- невостребование процентов по договору займа является следствием намерения сторон урегулировать вопрос в досудебном порядке, чему воспрепятствовало введение процедур банкротства;

- ФИО2 не является лицом, аффилированным к должнику;

- суд неправомерно отказал кредитору в удовлетворении ходатайства об истребовании у должника документов о расходовании им полученных денежных средств.

24.04.2018 от ФИО2 поступило дополнение к апелляционной жалобе с приложением справки ПАО «Сбербанк России» от 16.04.2018 (сведения о поступлениях на банковские счета в иностранной валюте, выписки по которым имеются в материалах дела).

В поступивших на апелляционную жалобу возражениях финансовый управляющий должника находит ее не подлежащей удовлетворению.

Законность и обоснованность определения Арбитражного суда Тюменской области от 20 марта 2018 года по делу № А70-14086/2017 проверены в порядке статей 266, 268 АПК РФ.

Повторно рассмотрев материалы обособленного спора, суд апелляционной инстанции не находит оснований для его отмены.

Выводы суда соответствуют представленным доказательствам и применимым нормам материального и процессуального права.

В силу пункта 2 статьи 213.8 Закона о банкротстве для целей включения в реестр требований кредиторов и участия в первом собрании кредиторов конкурсные кредиторы, в том числе кредиторы, требования которых обеспечены залогом имущества гражданина, и уполномоченный орган вправе предъявить свои требования к гражданину в течение двух месяцев с даты опубликования сообщения о признании обоснованным заявления о признании гражданина банкротом в порядке, установленном статьей 213.7 настоящего Федерального закона. Требования кредиторов рассматриваются в порядке, установленном статьей 71 Закона о банкротстве.

В пункте 1 статьи 71 Закона о банкротстве определено, что для целей участия в первом собрании кредиторов кредиторы вправе предъявить свои требования к должнику в течение тридцати календарных дней с даты опубликования сообщения о введении наблюдения. Указанные требования направляются в арбитражный суд, должнику и временному управляющему с приложением судебного акта или иных документов, подтверждающих обоснованность этих требований, и на основании определения арбитражного суда о включении их в реестр требований кредиторов включаются в реестр.

В силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Из представленной в материалы дела расписки от 01.10.2015 следует, что ФИО3 получил от ФИО2 денежные средства в размере 12 000 000 рублей на срок до 01.10.2020 под 16% годовых, с выплатой ежемесячно процентов до 10 числа каждого месяца. Сумма 12 000 000 рублей получена наличными денежными средствами 01.10.2015 для ведения коммерческой деятельности.

Для предотвращения необоснованных требований к должнику и, как следствие, нарушений прав его кредиторов к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника - банкрота, предъявляются повышенные требования (п. 26 постановления Пленума ВАС РФ от 22 июня 2012 г. № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», п. 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20 декабря 2016 г.).

Согласно разъяснениям, данным в абзаце 3 пункта 26 постановления Пленума ВАС РФ от 22 июня 2012 г. № 35, при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д.

Целью проверки обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению законных прав и интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника.

При оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д.

В связи с вышеизложенным, при установлении требований в деле о банкротстве не подлежит применению часть 3.1 статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которой обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований.

В соответствии с процессуальными правилами доказывания (статьи 65, 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), заявитель обязан доказать допустимыми доказательствами правомерность своих требований, вытекающих из неисполнения другой стороной ее обязательств.

Так, от заимодавца суд вправе истребовать документы, подтверждающие фактическое наличие у него денежных средств в размере суммы займа к моменту их передачи должнику (в частности, о размере его дохода за период, предшествующий заключению сделки); сведения об отражении в налоговой декларации, подаваемой в соответствующем периоде, сумм, равных размеру займа или превышающих его; о снятии такой суммы со своего расчетного счета (при его наличии), а также иные (помимо расписки) доказательства передачи денег должнику.

Тем более это важно, так как процедура банкротства нередко сопровождается предъявлением лицами, близкими к должнику (его исполнительному органу, участникам), искусственно созданных требований в целях возможности контроля за процедурами банкротства), а также в целях выведения части имущества в ущерб реальным кредиторам.

В качестве доказательства передачи денежных средств в размере 12 000 000 рублей представлен оригинал расписки от 01.10.2015, содержащий отметку должника о получении наличными денежной суммы в заявленном размере.

В обоснование финансовой возможности предоставления ФИО2 денежного займа в размере 12 000 000 рублей, в материалы дела приобщены справки о доходах физического лица за период с 2003 по 2015 года, выписки по счетам банка.

Согласно сведениям, содержащимся в справках о доходах физического лица за период с 2003 по 2015 годы, ФИО2 получил доход от АО «Тюменский аккумуляторный завод» и ООО «Исток» в общей сумме 11 870 127,38 рублей. Представлен расчет суммы дохода.

В обоснование финансовой возможности предоставления займа в указанном размере представитель кредитора в суде первой инстанции ссылался также на наличие у ФИО2 счетов по вкладам в банках. На вопрос суда, являются ли данные выписки доказательством размещения ФИО2 полученного им дохода, представитель заявителя настаивал, что это иные денежные средства, которые суду необходимо принять во внимание в их совокупном, вместе с доходами, указанными в справках, размере.

Суд первой инстанции заключил, что заявителем не раскрыт источник поступления денежных средств на счета кредитных организаций, бесспорно свидетельствующий о наличии сбережений не от заработной платы и дивидендов, полученных от АО «Тюменский аккумуляторный завод» и ООО «Исток» и указанных в справках НДФЛ. Наличие иных источников получения доходов ФИО2 в материалы дела не представлено.

Оспаривая выводы суда на этот счет, ФИО2 в апелляционной жалобе указывает, что между ним и должником сложились длительные партнерские отношения, стороны работали в одном сфере бизнеса (реализация аккумуляторов), кредитор извлекал доход также от занятия предпринимательской деятельностью, регулярно предоставлял займы должнику, проценты от которых накапливались им на протяжении длительного времени.

Суд апелляционной инстанции относится к этим доводам критически, поскольку они документально не подтверждены. Не раскрыто, в какие периоды времени ФИО2 осуществлял предпринимательскую деятельность и в каком размере извлекал доход от занятия этой деятельностью. Не доказано, что ранее между сторонами имели место заемные правоотношения, и суммы процентов заемщиком систематически и регулярно выплачивались ФИО2, впоследствии за их счет (предположительно) формировались накопления на банковских вкладах.

Установив, что суммарный доход ФИО2 за период с 2003 по 2015 годы не превысил 12 000 000 рублей (согласно справкам по ф. 2-НДФЛ), в отсутствие доказательств единовременного снятия наличных денежных средств в столь значительном размере, суд критически отнесся к банковским выпискам ФИО2, сочтя их не подтверждающими наличие в распоряжении кредитора денежных средств, превышающих документально подтвержденный официальный доход. Суд апелляционной инстанции при имеющихся в материалах дела доказательствах находит изложенные в обжалуемом определении выводы правильными: суд полагает, что доходы от трудовой деятельности и остатки по банковским счетам (во вкладах) имеют происхождение из одного источника. Обратное заявителем относимыми, допустимыми и достаточными доказательствами не подтверждается.

В связи с изложенным суд обоснованно признал отсутствующей у ФИО2 финансовую возможность предоставления должнику денежных средств в размере 12 000 000 рублей в октябре 2015 года.

Суд апелляционной инстанции также принимает во внимание, что при отмеченном соотношении между сведениями о доходах за достаточно длительный период времени (2003-2015) и сведениями о снятии денежных сумм в конкретные даты (не одномоментно) с банковских вкладов кредитора последний должен был также раскрыть перечень и существо расходов, связанных с удовлетворением личных потребностей и нужд своей семьи. Однако такие доказательства не представлены.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции правильно заключил, что ФИО2 не доказал, что он действовал разумно и добросовестно в гражданских правоотношениях, не раскрыл, с какой экономической целью он вступал в заемные обязательства с должником в столь значительном размере, учитывая представленные сведения о своих доходах и в отсутствие сведений об источниках средств существования кредитора и членов его семьи. Наличие в расписке условия о процентах само по себе правомерную и разумную экономическую цель кредитовать должника не обосновывает, поскольку не исключает его установление по субъективному усмотрению заинтересованных лиц.

Не востребование процентов в данном случае имеет значение при оценке добросовестности и разумности действий кредитора: согласно расписке, проценты должны выплачиваться ежемесячно до 10-го числа каждого месяца вплоть до возврата суммы основного долга. Между тем, доказательства уплаты процентов по спорной расписке не представлены. Все доводы жалобы о мотивах и действиях сторон, касающихся урегулирования задолженности по процентам в досудебном порядке, носят декларативный характер, относимыми, допустимыми и достоверными доказательствами не подтверждены.

Разумный заимодавец, совершивший реальное экономическое предоставление заемщику, с условием о периодической выплате процентов до возврата суммы основного долга, не имеет причин воздерживаться от принудительного взыскания при систематическом уклонении должника. 

Согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, определении Верховного Суда РФ от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056 (6) по делу № А12-45751/2015 доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

ФИО2 в апелляционной жалобе не исключил, что между ним и ФИО3 имелись отношения фактической аффилированности. Это косвенно вытекает из того факта, что, как утверждает ФИО2, он и должник имели длительные партнерские отношения в одной сфере бизнеса, а ФИО2 и ранее регулярно кредитовал ФИО3

Суд апелляционной инстанции принимает во внимание и не может игнорировать тот факт, что сам должник не только не возражал против требования кредитора, но, напротив, поддерживал его при рассмотрении обособленного спора судом первой инстанции, просил включить требование в реестр.

Такое поведение должника при отсутствии убедительных доказательств реальности займа не исключает создание искусственной задолженности для получения должником контроля над делом о банкротстве через вовлечение дружественного кредитора, параметры финансового положения которого могли быть адаптированы под конкретный размер кредиторского требования в целях соблюдения доказательственных стандартов в деле о банкротстве (п. 26 постановления Пленума ВАС РФ от 22 июня 2012 г. № 35).

При таких обстоятельствах суд первой инстанции обоснованно отклонил ходатайство кредитора об истребовании у должника доказательств, подтверждающих расходование спорного займа.

Финансовый управляющий в судебном заседании первой инстанции пояснял, что в законодательно установленном порядке должником ФИО3 документы о расходовании денежных средств переданы управляющему не были. 

Отклоняя ходатайство ФИО2 об истребовании документов у самого должника, суд исходил и того, что при возбуждении производства по делу о банкротстве на основании заявления конкурсного кредитора или уполномоченного органа должник обязан представить предусмотренные пунктом 6 статьи 213.5 Закона о банкротстве документы вместе с отзывом на заявление (статья 47 Закона). 

В статье 47 Закона о банкротстве определено, что наряду со сведениями, предусмотренными Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, в отзыве должника, направляемом в арбитражный суд, заявителю, указываются, в том числе общая сумма задолженности должника по обязательствам перед кредиторами, оплате труда работников должника, обязательным платежам. 

В отзыве должника, направляемом заявителю, могут быть указаны иные имеющие отношение к рассмотрению дела о банкротстве сведения. 

Однако данное требование Закона о банкротстве ФИО3 не исполнил, доказательств задолженности перед кредиторами в суд не представил, а также не передал такие доказательства финансовому управляющему. Таким образом, ФИО3 выразил объективно свое мнение об отсутствии такого долга.

Поддерживая требование ФИО2, должник, тем не менее, по своей инициативе никаких доказательств, хотя бы в минимальном объеме могущих подтвердить поступление в его имущественную сферу спорных заемных средств, не представил, что косвенно указывает на отсутствие займа как такового.

Обстоятельства, имеющие правовое значение для дела, установлены судом с учетом имеющихся в деле доказательств, нормы материального и процессуального права  применены правильно.

С учетом изложенного суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены обжалуемого определения суда.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, суд апелляционной инстанции не установил.

Апелляционная жалоба ФИО2 удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь п. 1 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восьмой  арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Тюменской области от 20 марта 2018 года по делу № А70-14086/2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно-Cибирского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме.

 

Председательствующий

 

Н.А. Шарова

 

Судьи

 

С.А. Бодункова

 

М.В. Смольникова