СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-15029/2020(2)-АК

Дело № А50-249/2019

30 июня 2023 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 26 июня 2023 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 30 июня 2023 года.

 

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Чухманцева М.А.,

судей                               Чепурченко О.Н., Шаркевич М.С.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания  

ФИО1,

при участии:

от кредитора ФИО2: ФИО3, паспорт, доверенность от 30.12.2021;

иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу кредитора ФИО2

на определение Арбитражного суда Пермского края 

от 29 апреля 2023 года

об отказе в удовлетворении заявления ФИО2 о признании недействительным договора дарения от 14.05.2015, заключенного между должником и ФИО4, применение последствий недействительности сделки,

вынесенное в рамках дела № А50-249/2019

о признании ФИО5 несостоятельным (банкротом),

третье лицо: ФИО6, 

 

установил:

Определением Арбитражного суда Пермского края от 21.02.2019 принято заявление ФИО5 (далее – должник) о признании его несостоятельным (банкротом), возбуждено настоящее дело о его банкротстве.

Решением арбитражного суда от 19.04.2019 (резолютивная часть от 12.04.2019) ФИО5 признан банкротом, в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО7, о чём официальное сообщение опубликовано в Едином федеральном реестре сведений о банкротстве (ЕФРСБ) 22.04.2019 и газете «Коммерсантъ» от 27.04.2019 № 76. 

Определением суда от 28 сентября 2021 года (резолютивная часть от 21 сентября 2021 года) суд перешел к рассмотрению дела о банкротстве должника по правилам § 4 главы Х Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" "Особенности рассмотрения дела о банкротстве гражданина в случае его смерти", производство по делу о банкротстве ФИО5 на основании п. 3 ч. 1 ст. 143 АПК РФ было приостановлено до истечения срока принятия наследства и определения наследников должника. 

Определением суда от 30.11.2022 производство по делу №А50-249/2019 о несостоятельности (банкротстве) ФИО5 возобновлено, срок процедуры реализации имущества продлен до 20.01.2023.

19.12.2022 в арбитражный суд поступило заявление конкурсного кредитора ФИО2 о признании недействительным договора дарения от 14.05.2015, заключенного между должником и ФИО4 (сыном должника) и применении последствий ее недействительности в виде возврата в конкурсную массу спорного имущества, а именно 1/2 доли в праве собственности на однокомнатную квартиру общей площадью 28,1 кв.м, находящуюся на третьем этаже жилого дома по адресу: Пермский край, ЗАТО Звездный, ул. Ленина, д. 4, кв. 38, условный номер - 59-59-14/048/2010-452, кадастровый номер: 59:41:0010001:5628; а также о взыскании с ответчика в пользу ФИО2 расходы по уплате государственной пошлины в размере 6 000,00 руб. и почтовые расходы в размере 189 руб., которое принято к рассмотрению в судебном заседании суда. К участию в деле, в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена супруга должника - ФИО6.

Определением арбитражного суда Пермского края от 29.04.2023 (резолютивная часть от 25.04.2023) в удовлетворении заявления кредитора ФИО2 о признании сделки  недействительной отказано. 

Не согласившись с вынесенным определением, кредитор ФИО2 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит указанный судебный акт отменить, принять новый судебный акт об удовлетворении требований.

Заявитель в жалобе ссылается на наличие оснований для признания сделки недействительной по основаниям, предусмотренным ст.ст.10, 168, 170 ГК РФ. Сделка совершена с заинтересованным лицом и является безвозмездной сделкой, при наличии наличия у должника неисполненных денежных обязательств перед Сбербанком и его правопреемником ФИО2 по поручительству за ООО «РСК «Регион Строй», что подтверждает злоупотребление сторонами правом. Указывает на мнимость сделки, поскольку на дату совершения сделки должник проживал в спорном жилом помещении и продолжил в нем проживать и пользоваться им после совершения спорной сделки по момент своей смерти в 2021 году. С позиции кредитора, доводы о том, что совершение сделки должником по отчуждению своего единственного жилья в пользу своего несовершеннолетнего сына было обусловлено наличием у должника проблем со здоровьем (хронических заболеваний, угрожающих жизни), только лишь подтверждают наличие в действиях должника, ответчика и третьего лица злоупотребления правом, так как указанные действия очевидно совершались в обход закона е противоправной целью, а именно в обход норы об ответственности по долгам наследодателя. Оспаривает выводы суда о том, что спорная доля в квартире в любом случае была бы защищена исполнительским иммунитетом должника и членов его семьи. В случае несовершения спорной сделки, спорная 1/2 доли в жилом помещении вошла бы в наследственную массу должника. Кроме того, спорная 1/2 доли в жилом помещении в любом случае не может являться единственным жильем для ответчика, так как ему на праве собственности принадлежит другая 1/2 доли в спорном жилом помещении. Указание суда на то, что площадь спорного жилого помещения ниже нормы предоставления по договору социального найма, не влияет на возможность признания сделки недействительной, поскольку критерий излишности жилья при рассмотрении заявлений о признании сделок недействительными не исследуется.

От ответчика ФИО4 и финансового управляющего поступили письменные отзывы, в которых возражают против доводов апелляционной жалобы.

В судебном заседании представитель кредитора ФИО2 поддержал доводы апелляционной жалобы.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства, представителей в заседание суда апелляционной инстанции не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 156 Арбитражного процессуального  кодекса  Российской  Федерации  (далее – АПК РФ) не является препятствием к рассмотрению апелляционной жалобы в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверена арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов  дела,  14.05.2015 между ФИО5 (даритель) и ФИО4, действующего с согласия своего законного представителя - матери, ФИО6 (одаряемый) заключен договор дарения, по условиям которого, даритель передает в собственность одаряемому принадлежащую на праве собственности ? (одну вторую) доли в праве собственности на однокомнатную квартиру общей площадью 28, 1 кв.м, находящуюся на третьем этаже жилого дома по адресу: Пермский край, ЗАТО Звёздный, ул. Ленина, д. 4, кв. 38, условный номер 59-59-14/048/2010-452, кадастровый номер 59:41:0010001:5628, одаряемый указанный дар принимает (л.д. 7).

Государственная регистрация права собственности произведена 27.05.2015 Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Пермскому краю, о чем имеется соответствующая отметка на договоре.

В ходе процедуры банкротства ФИО5 умер 30.06.2021, в связи с чем, определением суда от 28.09.2021 (резолютивная часть от 21.09.2021) суд перешел к рассмотрению дела о банкротстве должника по правилам § 4 главы Х Закона о банкротстве.

ФИО5 с 08.09.1992 состоял в браке с ФИО8 (ДД.ММ.ГГГГ г.р.), которая привлечена к участию в деле в качестве третьего лица. У супругов имеется сын ФИО4 – ответчик по настоящему обособленному спору.

Наличие родственных отношений указанных лиц не оспаривается.

Как следует из материалов наследственного дела № 44/2021 нотариусу нотариального округа ЗАТО Звездный Пермского края ФИО9 28.09.2021 поступили отказы от наследства умершего ФИО5 от ФИО6, от  ФИО4 (л.д. 7).

Обращаясь в суд с требованием о признании недействительным договора дарения от 14.05.2015, заключенного между должником и его сыном, кредитор ссылался на то, что оспариваемая сделка по отчуждению имущества должника совершена без встречного предоставления в пользу заинтересованного лица (сына) с целью предотвращения обращения взыскания на данное имущество, поскольку на момент их совершения должник и его сын не могли не знать о наличии у должника неисполненных обязательств перед ПАО Сбербанк России, право требования которых, в последствии уступлено кредитору ФИО2 При этом кредитор ссылается на положения пункта 7 ст. 223.1 Закона о банкротстве, о том, что в случае смерти должника, в конкурсную массу включается имущество, составляющее наследство гражданина, в том числе, жилое помещение (его части), если для гражданина-должника и членов его семьи, совместно проживающих в принадлежащем помещении, оно является единственным пригодным для постоянного проживания помещением.

Правовым основанием поданного заявления являются положения статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Рассмотрев настоящий спор, арбитражный суд первой инстанции не установил основания для признания оспариваемой сделки недействительной (ничтожной) по указанным кредитором основаниям, не установлены обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом сторонами сделки, в материалы дела не представлено доказательств мнимости, фиктивности договора дарения. 

Изучив материалы дела, рассмотрев доводы апелляционной жалобы, возражений, выслушав участника процесса, исследовав имеющиеся в деле доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, проанализировав нормы материального и процессуального права, арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены обжалуемого судебного акта.

В силу ст. 32 Закона о банкротстве, ч. 1 ст. 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве). 

Согласно п. 1 ст. 213.1 Закон о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные настоящей главой, регулируются главами I-III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI названного закона.

Согласно ст. 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

В пункте 13 Федерального закона № 154-ФЗ от 29.06.2015 "Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" предусмотрено, что положения пунктов 1 и 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве применяются к совершенным с 01.10.2015 сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями. Сделки указанных граждан, совершенные до 01.10.2015 с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 ГК РФ по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3-5 статьи 213.32 Закона банкротстве.

Таким образом, поскольку оспариваемая сделка совершена должником 14.05.2015, то есть до 01.10.2015, следовательно, может быть оспорена в рамках дела о банкротстве по общим основаниям (10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (ГК РФ)).

В силу пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). Не допускается использование гражданских прав в целях ограничения конкуренции, а также злоупотребление доминирующим положением на рынке.

Как разъяснено в пункте 7 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 ГК РФ).

При этом, как следует из разъяснений, изложенных в пункте 9 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 N 127 "Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации", для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

При этом в силу п. 5 ст. 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

Приведенная норма возлагает обязанность доказывания неразумности и недобросовестности действий участника гражданских правоотношений на лицо, заявившее требования.

В соответствии с п. 1 ст. 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. Данная норма подлежит применению в том случае, если все стороны, участвующие в сделке, не имеют намерений ее исполнять или требовать ее исполнения.

Для признания сделки недействительной на основании указанной нормы необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

Таким образом, доказыванию подлежат обстоятельства того, что при совершении спорной сделки стороны не намеревались ее исполнять; оспариваемая сделка действительно не была исполнена, не породила правовых последствий для третьих лиц.

Как было указано выше, кредитором оспаривается сделка должника по отчуждению недвижимого имущества в пользу своего сына – договор дарения от 14.05.2015 в отношении ? доли в праве собственности на квартиру, расположенную по адресу: Пермский край, ЗАТО Звёздный, ул. Ленина, д. 4, кв. 38.

В соответствии с п. 1 ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Договор дарения недвижимого имущества подлежит государственной регистрации (п. 3 ст. 574 ГК РФ).

О злоупотреблении сторонами правом при заключении договора дарения может свидетельствовать совершение спорной сделки не в соответствии с ее обычным предназначением, а с целью избежания возможного обращения взыскания на отчужденное имущество должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

О заключении оспариваемой сделки со стороны должника со злоупотреблением правом в ущерб интересам кредиторов, по мнению кредитора, свидетельствует то обстоятельство, что сделка совершена поручителем ФИО5 при наличии у основного должника ООО «РСК «Регион Строй» признаков неплатежеспособности, о чём ФИО5 как руководителю данного предприятия было очевидно известно.

Действительно, как следует из материалов дела, а также установлено в рамках иного аналогичного обособленного спора, на момент совершения сделки у должника имелась неплатежеспособность и недостаточность имущества должника. Более того в эту же дату – 14.05.2015 должник заключил еще три сделки дарения с сыном по отчуждению автомобилей марки DAEWOO NEXIA BDC, автомобиля марки ГАЗ-2705, автомобиля марки AUDI-A4-1, которые признаны недействительными определением суда от 03 ноября 2020 года. Также подтверждаются доводы кредитора о том, что после заключения договора дарения должник до смерти проживал в спорном жилом помещении.

Также из материалов дела следует и лицами, участвующим в деле не отрицается, что стороны оспариваемой сделки на момент ее совершения находились между собой в отношениях заинтересованности, поскольку ФИО5 является отцом ФИО4, который на момент заключения сделок являлся несовершеннолетним, в связи с чем, действовал с согласия своего законного представителя – матери ФИО6

Между тем, сама по себе аффилированность сторон сделок не может являться основанием для признания договора недействительным, необходимо также установление обстоятельств, которые свидетельствовали бы о злонамеренном умысле участников сделки и причинении вреда кредиторам.

Кроме того, как следует из пункта 7 статьи 223.1 Закона о банкротстве, регулирующей условия и порядок банкротства гражданина в случае его смерти, в конкурсную массу включается имущество, составляющее наследство гражданина.  Жилое помещение (его части), если для гражданина-должника и членов его семьи, совместно проживающих в принадлежащем помещении, оно является единственным пригодным для постоянного проживания помещением. 

Между тем указанной нормой предусмотрены и исключения, указано, что имущество, указанное в абзаце втором настоящего пункта, не включается в конкурсную массу:

до истечения срока принятия наследства, установленного законодательством Российской Федерации, если в жилом помещении (его частях) проживают лица, имеющие право на обязательную долю в наследстве гражданина, и для них такое жилое помещение (его части) является единственным пригодным для постоянного проживания помещением;

по истечении срока принятия наследства, установленного законодательством Российской Федерации, если такое имущество является единственным пригодным для постоянного проживания помещением для наследника.

Как следует из материалов дела, однокомнатная квартира общей площадью 28, 1 кв.м, по адресу: Пермский край, ЗАТО Звёздный, ул. Ленина, д. 4, кв. 38 принадлежала на праве собственности должнику и его сыну на основании договора безвозмездной передачи квартиры в порядке приватизации в 2010 году, что следует из сведений выписки из ЕГРП (л.д. 18-19). 

В квартире фактически проживали три члена семьи - должник и его супруга,  ответчик (сын), который проживал там с раннего возраста. Для всех указных лиц данное жилье являлось единственным, что подтверждается материалами дела (л.д. 10, 18-19, 34-35).

Как следует из пояснений ответчика и третьего лица,  дарение своей доли в праве собственности на жилое помещение было связано с тем, что  ФИО5 имел хроническое заболевание, и учитывая свое состояние здоровья, на случай смерти для избегания расходов по оформлению наследства передал свои права на единственное жилье своему сыну, при этом осознавал, что жилое помещение попадает под действие исполнительского иммунитета, и в любом случае, не него не может обращено взыскание. Таким образом, должник, его сын и супруга не имели умысла на причинение вреда кредитору.

Более того материалами дела, в том числе, наследственного дела, пояснениями независимого финансового управляющего подтверждаются доводы ответчика и третьего лица о том, что после смерти ФИО5, его супруга и сын, действуя добросовестно, обращались к финансовому управляющему с вопросом о необходимости вступления в наследство, который посоветовал отказаться от наследства, так как не имелось целесообразности вступления в наследство в связи с тем, что все имущество ФИО5, за исключением спорного, на которое в любом случае распространяется исполнительский иммунитет, было включено в конкурсную массу.

Так, согласно акту приема-передачи от 10.03.2021 финансовый управляющий принял на ответственное хранение, а ФИО4 передал следующее имущество: DAEWOO NEXIA VIN 

<

***>, 2005 года выпуска, двигатель G15MF 921825В, шасси отсутствует, регистрационный знак 

<

***> ГАЗ-2705, фургон цельнометаллический VIN 

<

***>, 1999 года выпуска, шасси 270500X0124835, регистрационный знак 

<

***> AUDI А4-1 VIN 

<

***>, 2004 года выпуска, двигатель ВЕВ-056239, шасси отсутствует, регистрационный знак 

<

***>. (л.д. 27-30). Иного имущества у ФИО5 не имелось. 

По утверждению ответчика и третьего лица, в случае, если бы не был заключен договор дарения, они бы вступили в права наследников на долю в спорном жилом помещении, так как это являлось и является для них единственным жильем. При этом из технического паспорта от 17.12.1998, сведений ЕГРП следует, что общая площадь квартиры составляет 28,1 кв.м., жилая 17,2 кв.м., тогда как согласно Решения Пермской городской думы от 30.05.2006 № 103 «Об утверждении учетной нормы и нормы предоставления площади жилого помещения по договору социального найма» норма составляет 15 кв.м на каждого члена семьи, соответственно, общая площадь в размере 28,1 на двух человек меньше указанного норматива (л.д. 18-19, 36-39). 

При таких обстоятельствах, в случае, если бы должник не заключил оспариваемую сделку, наследники бы вступили в права наследования, что попадает под действие положений п.7 ст. 223.1 Закона о банкротстве, о том, что не включается в конкурсную массу после смерти должника жилое помещение (его части) по истечении срока принятия наследства, установленного законодательством Российской Федерации, если такое имущество является единственным пригодным для постоянного проживания помещением для наследника.

Доводы кредитора о злоупотреблении правами сыном должника и супругой в связи с отказом от наследства отклонены судом первой инстанции как необоснованные.

Апелляционный суд отмечает, что в данной ситуации в случае смерти должника после совершения спорной сделки имущество не подлежало принятию в порядке наследования, так как уже было подарено и являлось собственностью ответчика.   

Исходя из устных пояснений представителя кредитора, приведенных в заседании суда первой инстанции, его доводы сводятся, по сути, к тому, что сын и супруга должника должны были вступить в наследство и принять обязательства должника перед кредитором ФИО2, при этом, отвечать по долгам наследодателя не в пределах наследственной массы, а своим личным имуществом. Тогда как положениями статьи 1175 Гражданского кодекса Российской Федерации наследники, принявшие наследство, отвечают по долгам наследодателя солидарно (статья 323), каждый из наследников отвечает по долгам наследодателя в пределах стоимости перешедшего к нему наследственного имущества. 

В силу п. 5 ст. 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

По мнению заявителя жалобы, приведённые выше обстоятельства позволяют сделать вывод о возможности ограничения исполнительского иммунитета в отношении доли в квартире при её возврате в конкурсную массу.

Из материалов дела и пояснений сторон следует, что в данной квартире фактически проживают супруга должника, сын должника, спорное имущество является единственным жильем.

С учетом изложенного, вывод суда первой инстанции о том, что оспариваемый  кредитором договор дарения не мог повлечь за собой причинение ущерба для кредиторов должника, является обоснованным. При недоказанности возможности причинения убытков спорная сделка не может быть признана недействительной применительно к заявленным кредитором основаниям. В силу вышеизложенного наличие злоупотребления правом также не усматривается.

Судом апелляционной инстанции принимается во внимание, что договор дарения зарегистрирован в установленном законом порядке.

Доводы о мнимости оспариваемого договора подлежат отклонению, поскольку сторонами сделки совершены все необходимые действия, направленные на создание соответствующих правовых последствий, связанных с переходом права собственности на жилое помещение.

Доказательств мнимости, фиктивности договора дарения в материалы дела также не представлено. Договор исполнен сторонами, переход права собственности зарегистрирован в установленном порядке.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что спорная квартира не подлежит включению в конкурсную массу для последующей реализации в силу положений ч. 3 ст. 213.25 Закона о банкротстве, а так же ст. 446 ГПК РФ. 

Указанное жилое помещение с учетом его площади и количества лиц, проживающих в нем, не может быть отнесено к категории «роскошного жилья». 

Такое имущество не подлежит включению в конкурсную массу. В связи с чем отсутствует признак причинения вреда оспариваемой сделкой, что является основанием для отказа в удовлетворении требования о признании ее недействительной.

Из конкурсной массы исключается имущество, на которое не может быть обращено взыскание в соответствии с гражданским процессуальным законодательством (пункт 3 статьи 213.25 Закона о банкротстве).

Согласно пункту 1 статьи 446 ГПК РФ взыскание по исполнительным документам не может быть обращено на следующее имущество, принадлежащее гражданину-должнику на праве собственности: жилое помещение (его части), если для гражданина-должника и членов его семьи, совместно проживающих в принадлежащем помещении, оно является единственным пригодным для постоянного проживания помещением, за исключением указанного в настоящем абзаце имущества, если оно является предметом ипотеки и на него в соответствии с законодательством об ипотеке может быть обращено взыскание.

Выводы суда первой инстанции соответствуют установленным по делу фактическим обстоятельствам и нормам Закона о банкротстве.

Судом правильно установлены фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, им дана надлежащая правовая оценка, верно применены нормы материального права, регулирующие спорные отношения.

Кроме того, судом апелляционной инстанции принимаются во внимание, разъяснения, изложенные в пункте 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан», в котором указано на то, что целью оспаривания сделок в рамках дела о банкротстве является возврат в конкурсную массу того имущества, которое может быть реализовано для удовлетворения требований кредиторов. Поэтому не подлежит признанию недействительной сделка, направленная на отчуждение должником жилого помещения, если на момент рассмотрения спора в данном помещении продолжают совместно проживать должник и члены его семьи и при возврате помещения в конкурсную массу оно будет защищено исполнительским иммунитетом (статья 446 ГПК РФ).

В соответствии с пунктом 3 указанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 №48 исполнительский иммунитет в отношении единственного пригодного для постоянного проживания жилого помещения, не обремененного ипотекой, действует и в ситуации банкротства должника (пункт 3 статьи 213.25 Закона о банкротстве, абзац второй части 1 статьи 446 ГПК РФ).

При наличии у должника нескольких жилых помещений, принадлежащих ему на праве собственности, помещение, в отношении которого предоставляется исполнительский иммунитет, определяется судом, рассматривающим дело о банкротстве, исходя из необходимости как удовлетворения требований кредиторов, так и защиты конституционного права на жилище самого гражданина-должника и членов его семьи, в том числе находящихся на его иждивении несовершеннолетних, престарелых, инвалидов, обеспечения указанным лицам нормальных условий существования и гарантий их социально-экономических прав.

Таким образом, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что оспариваемая сделка не повлекла уменьшение конкурсной массы посредством отчуждения спорного имущества должника и не повлекла причинение вреда кредиторам, поскольку спорное имущество, как единственное жилье, не подлежит включению в конкурсную массу и не может быть признана недействительной по заявленным кредитором основаниям.

Доказательств недобросовестности поведения сторон совершенной должником сделки, неопровержимо свидетельствующих о том, что стороны действовали не в соответствии с обычно применяемыми правилами, а исключительно с целью причинения вреда кредиторам должника в материалы дела не представлено. Как не представлено и доказательств того, что, заключая оспариваемую сделку, участники сделки имели намерение и действовали совместно исключительно с целью причинения вреда кредиторам должника.

Таким образом, кредитором не доказано наличия у оспариваемой сделки признаков их недействительности по основаниям, предусмотренным ст. 10 ГК РФ, не представлено достаточных доказательств злоупотребления правом сторонами сделки, экономической нецелесообразности сделки, а также совершения спорной сделки в нарушение интересов должника и с намерением причинить вред как самому должнику, так и его кредиторам, в связи с чем, отсутствуют основания для признания оспариваемой сделки недействительной на основании ст. 10 ГК РФ.

При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции об отсутствии оснований для признания совершенной сделки недействительной, ничтожной и применении последствий ее недействительности (ничтожности).

Суд апелляционной инстанции находит ошибочным доводы апеллянта о доказанности совокупности обстоятельств, позволяющих удовлетворить заявленные требования. 

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, не свидетельствуют о нарушении судом норм материального и процессуального права и сводятся лишь к несогласию с оценкой правильно установленных по делу обстоятельств, что не может являться основанием к отмене обжалуемого судебного акта.

При отмеченных обстоятельствах, оснований для отмены определения суда, содержащихся в апелляционной жалобе, не имеется.

В соответствии со ст.110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе относятся на ее заявителя.

Руководствуясь статьями 104, 110, 258, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Пермского края от 29 апреля 2023 года по делу № А50-249/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

 

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Пермского края.

 

Председательствующий

 

М.А. Чухманцев 

 

Судьи

 

О.Н. Чепурченко 

 

 

М.С. Шаркевич