ПЯТНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ  АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ  СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27 

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А32-31322/2021

город Ростов-на-Дону

25 августа 2023 года

15АП-11635/2023

 

Резолютивная часть постановления объявлена 21 августа 2023 года

Полный текст постановления изготовлен 25 августа 2023 года

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Димитриева М.А.,

судей Николаева Д.В., Сулименко Н.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

при участии посредством проведения онлайн-заседания в режиме веб-конференции:

от ФИО2: представитель ФИО3  по доверенности от 22.11.2022;

от ФИО4: представитель ФИО5 по доверенности от 13.01.2023,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу финансового управляющего ФИО6 на определение Арбитражного суда Краснодарского края от 23.06.2023 по делу № А32-31322/2021 о признании сделки недействительной по заявлению финансового управляющего ФИО7 ФИО6 к ФИО4 в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО7,

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО7 (далее – должник) в Арбитражный суд Краснодарского края от финансового управляющего должника ФИО6 поступило заявление о признании недействительной сделки по переходу права собственности на долю в праве 21/40 на жилое здание с кадастровым номером 23:49:0420004:1286, местоположение: Краснодарский край, г. Сочи, 

<

...>, площадью 109,2 кв. м., а также сделки от 05.12.2013 по переходу права собственности на жилое помещение с кадастровым номером 23:49:0402017:1359, местоположение: Россия, Краснодарский край, г. Сочи, Адлерский район, ул. Менделеева, д. 5, площадью 93,33 кв. м. и долю в праве 67/1000 на земельный участок с кадастровым номером 23:49:0402017:22, местоположение установлено относительно ориентира, расположенного в границах участка. Почтовый адрес ориентира: Краснодарский край, город Сочи, район Адлерский, улица Менделеева, дом 5, и применении последствий недействительности сделки, поданным в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) должника - ФИО7.

Определением от 23.06.2023 суд отказал в удовлетворении заявления.

Финансовый управляющий ФИО7 - ФИО6 обжаловал определение суда первой инстанции в порядке, предусмотренном гл. 34 АПК РФ, и просил отменить судебный акт, принять новый. 

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что спорные сделки совершены между аффилированными лицами после возникновения задолженности с целью сокрытия ликвидного имущества от возможного обращения взыскания на него. Судом не приняты во внимание доводы финансового управляющего о недобросовестности поведения должника и злоупотреблении своим правом. 

В отзыве на апелляционную жалобу ФИО7 просит определение суда оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

В судебном заседании представитель ФИО7 поддержал доводы, изложенные в отзыве на апелляционную жалобу, просил определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Представитель ФИО4 поддержал доводы, изложенные в отзыве на апелляционную жалобу, просил определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, представителей в судебное заседание не направили, о времени судебного заседания извещены надлежащим образом.

Суд апелляционной инстанции, руководствуясь положениями части 3 статьи 156 АПК РФ, рассмотрел апелляционную жалобу без участия не явившихся представителей лиц, участвующих в деле, уведомленных надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства.

 

Законность и обоснованность принятого судебного акта проверяется Пятнадцатым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы и отзыва, выслушав представителей участвующих в деле лиц, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, государственная корпорация «Агентство по страхованию вкладов» обратился в Арбитражный суд Краснодарского края с заявлением о признании гражданина ФИО7 несостоятельным (банкротом).

Определением от 13.07.2021 заявление принято к производству, возбуждено производство по делу.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 08.12.2021 введена процедура реструктуризации долгов гражданина. Финансовым управляющим утвержден ФИО6.

Решением суда от 17.06.2022 должник признан несостоятельным (банкротом), в силу чего в отношении должника введена процедура, применяемая в деле о банкротстве граждан - реализация имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден арбитражный управляющий ФИО6.

В ходе осуществления финансовым управляющим своих обязанностей по выявлению имущества должника ФИО7, были направлены запросы в государственные органы о наличии движимого и недвижимого имущества, счетов в банках принадлежащего ФИО7

Согласно Выписке из Единого государственного реестра недвижимости от 08.07.2022, выданной Филиалом федерального государственного бюджетного учреждения «Федеральная кадастровая палата Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии» по Москве ФИО7 принадлежали:

-   жилое помещение с кадастровым номером 23:49:0402017:1359, местоположение: Россия, Краснодарский край, г. Сочи, Адлерский район, ул. Менделеева, д. 5, площадью 93,33 кв. м. Указанный объект был зарегистрирован за ФИО7 с 13.12.2012 и перешел к ФИО4 05.12.2013.

-   на праве общей долевой собственности, доля в праве 21/40 принадлежало жилое здание с кадастровым номером 23:49:0420004:1286, местоположение: Краснодарский край, г. Сочи, 

<

...>, площадью 109,2 кв. м. Указанный объект недвижимого имущества (доля в праве 21/40) был зарегистрирован за ФИО7 с 13.12.2013 и перешел к ФИО4 13.05.2015 на основании договора дарения.

-     на праве общей долевой собственности, доля в праве 67/1000 принадлежал земельный участок с кадастровым номером 23:49:0402017:22, местоположение установлено относительно ориентира, расположенного в границах участка. Почтовый адрес ориентира: Краснодарский край, город Сочи, район Адлерский, улица Менделеева, дом 5. Указанный объект был зарегистрирован за ФИО7 с 29.08.2013 и перешел к ФИО4 05.12.2013.

Финансовый управляющий считает, что указанные сделки были совершены должником с целью сокрытия ликвидного имущества от возможного обращения взыскания на него, поскольку должник лишился имущества, за счет реализации которого было бы возможно удовлетворение требований кредиторов к должнику т.к. на момент совершения указанной сделки у ФИО7 имелась значительная просрочка по денежным обязательствам перед кредитором - Государственная корпорация «Агентство по страхованию вкладов», которая и послужили основанием для обращения кредитора в арбитражный суд с заявлением о признании ФИО7 банкротом.

В суде первой инстанции должником заявлено ходатайство о пропуске срока исковой давности.

Рассмотрев ходатайство о применении срока исковой давности, суд первой инстанции отказал в его удовлетворении ввиду следующего.

В соответствии с абз. 4 пункта 32 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее по тексту - Постановление №63), исковая давность по заявлению об оспаривании сделки применяется по заявлению другой стороны оспариваемой сделки, при этом на ней лежит бремя доказывания истечения давности.

Заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве может быть подано в течение годичного срока исковой давности (пункт 2 статьи 181 ГК РФ). Срок исковой давности начинает течь с момента, когда оспаривающее лицо узнало или должно было узнать о наличии оснований для оспаривания, но не ранее введения процедуры конкурсного производства.

В соответствии с пунктом 10 Постановления №63 по требованию о признании недействительной сделки, совершенной со злоупотреблением правом (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса) до или после возбуждения дела о банкротстве, исковая давность в силу пункта 1 статьи 181 Гражданского кодекса составляет три года и исчисляется со дня, когда оспаривающее сделку лицо узнало или должно было узнать о наличии обстоятельств, являющихся основанием для признания сделки недействительной, но не ранее введения в отношении должника первой процедуры банкротства".

Таким образом, при обращении с заявлением о признании сделки недействительной по основаниям, предусмотренным Гражданским кодексом Российской Федерации (ст. ст. 10, 168, 170), срок исковой составляет 3 года, по специальным основаниям Закона о банкротстве (61.2, 61.3) - 1 год. Исчисляется срок исковой давности с момента, когда оспаривающее сделку лицо узнало или должно было узнать о наличии оснований для оспаривания, но не ранее введения первой процедуры и появления у кредитора принципиальной возможности знакомиться с материалами дела и оспаривать сделку.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 08.12.2021 введена процедура реструктуризации долгов гражданина. Финансовым управляющим утвержден ФИО6.

Вместе с тем, реструктуризация долгов гражданина - это одна из процедур банкротства, целью которой является удовлетворение требований кредиторов при восстановлении платежеспособности должника, в виду чего, финансовым управляющим ФИО6 не подавались в суд заявления о признании сделок недействительными.

Согласно пункту 1 ст. 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности начинает исчисляться с момента, когда арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о наличии специальных оснований для оспаривания сделки, предусмотренных ст. 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. Это правило касается и подачи иска конкурсными кредиторами (п.2 ст. 61.9 Закона о банкротстве).

Решением суда от 17.06.2022 должник признан несостоятельным (банкротом), в силу чего в отношении должника введена процедура, применяемая в деле о банкротстве граждан - реализация имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден арбитражный управляющий ФИО6.

Соответственно финансовый управляющий ФИО6 имел юридическую возможность узнать о наличии оснований для оспаривания сделки только после утверждения его в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) должника (17.06.2022), а фактическую возможность - только после получения ответов из регистрирующих органов.

Как указывает управляющий, о совершении оспариваемых сделок он узнал из выписки из Единого государственного реестра недвижимости от 08.07.2022.

Таким образом, заявление подано в пределах годичного и трехлетнего сроков исковой давности при отсчете сроков от любой даты, которая может считаться началом течения срока. Доводы должника признаны судом первой инстанции необоснованными, как противоречащие представленным в материалы дела доказательствам, основаны на неверном толковании норм действующего законодательства.

Оценив представленные доказательства в совокупности, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что суд первой инстанции обоснованно отказал в удовлетворении заявления, исходя из следующего.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии со статьей 61.1 Закона о банкротстве, сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в названном Федеральном законе.

Специальные основания для оспаривания сделок должника перечислены в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

В силу пункта 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника подается в суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника.

Цель оспаривания сделок в конкурсном производстве по специальным основаниям главы Закона о банкротстве подчинена общей цели названной процедуры - наиболее полное удовлетворение требований кредиторов исходя из принципов очередности и пропорциональности.

Соответственно, главный правовой эффект, достигаемый от оспаривания сделок, заключается в необходимости поставить контрагента в такое положение, в котором бы он был, если бы сделка (в том числе по исполнению обязательства) не была совершена, а его требование удовлетворялось бы в рамках дела о банкротстве на законных основаниях (определение Верховного Суда Российской Федерации от 14.02.2018 N 305-ЭС17-3098 (2) N А40-140251/2013).

В силу пункта 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем, наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 названного постановления).

Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Оспариваемые сделки совершены 05.12.2013 и 13.05.2015, т.е. за четыре и два года до принятия судебного акта, и за 6 и 8 лет до даты возбуждения дела о банкротстве. Совершение сделок задолго до возникновения обязательств не может быть расценено как причинение вреда кредиторам с целью снижения вероятности погашения их требований.

Как следует из материалов дела, настоящее дело возбуждено 13.07.2021, оспариваемые сделки совершены 05.12.2013 и 13.05.2015, то есть за пределами трехлетнего периода подозрительности.

Предусмотренный законом трехлетний период подозрительности не является сроком исковой давности.

При рассмотрении требования о признании сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве суд независимо от доводов и возражений участников спора обязан проверить, совершена ли оспариваемая сделка в пределах указанного срока. Сделка, совершенная за пределами трехлетнего срока, не может быть оспорена по специальным основаниям, предусмотренным в главе III.1 Закона о банкротстве.

Таким образом, указанная сделка не может быть оспорена по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве, соответственно управляющему требуется доказывание и установление наличия у сделки пороков, выходящих за пределы подозрительности сделки согласно статье 61.2 Закона о банкротстве.

Статьей 61.1 Закона о банкротстве предусмотрено, что сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Как следует из разъяснений указанной нормы Закона о банкротстве, предусмотренных в пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - постановление N 63), для признания сделки недействительной по основанию ее подозрительности необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

При этом, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве трехлетний срок является пресекательным, поэтому у конкурсного управляющего отсутствует материальное право оспаривать сделку, совершенную за пределами периода подозрительности.

Таким образом, финансовый управляющий должника не вправе оспаривать сделки, заключенные 015.12.2013 и 13.05.2015 по специальным основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Как следует из заявления, финансовый управляющий должника указывает на то, что оспариваемые сделки являются недействительными на основании статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, как совершенный со злоупотреблением права.

В абзаце 4 пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением Главы Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - постановление N 63) разъяснено, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

В упомянутых разъяснениях речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 N 10044/11, определения Верховного Суда Российской Федерации от 29.04.2016 N 304- ЭС15-20061, от 28.04.2016 N 306-ЭС15-20034).

Правонарушение, заключающееся в совершении сделки, направленной на уменьшение имущества должника или увеличение его обязательств, в преддверии его банкротства при неравноценном встречном предоставлении, является основанием для признания соответствующих действий недействительными по специальным правилам, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии со статьей 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Согласно пункту 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Из приведенных норм права следует, что под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченных лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам.

Положения статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации применяются при недобросовестном поведении (злоупотреблении правом) прежде всего при заключении сделки, которая оспаривается в суде (в том числе в деле о банкротстве), а также при осуществлении права исключительно с намерением причинить вред другому лицу или с намерением реализовать иной противоправный интерес, не совпадающий с обычным хозяйственным (финансовым) интересом сделок такого рода.

Злоупотребление правом при совершении сделки является нарушением запрета, установленного в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в связи с чем, такая сделка подлежит признанию недействительной на основании статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В силу статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным названным кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено лицами, указанными в настоящем Кодексе. Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки может быть предъявлено любым заинтересованным лицом. Суд вправе применить такие последствия по собственной инициативе.

Пунктом 1 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 названной статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Согласно пункту 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В силу правовой позиции Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 7 постановления от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - постановление N 25), если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Сделка, совершенная исключительно с намерением причинить вред другому лицу, является злоупотреблением правом и квалифицируется как недействительная по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В равной степени такая квалификация недобросовестного поведения применима и к нарушениям, допущенным должником-банкротом в отношении своих кредиторов, в частности к сделкам по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам, направленным на уменьшение конкурсной массы (разъяснения пункта 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 N 32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - постановление N 32).

О злоупотреблении сторонами правом при совершении оспариваемых сделок может свидетельствовать совершение спорной сделки не в соответствии с ее обычным предназначением, а с целью избежания возможного обращения взыскания на отчужденное имущество должника.

При этом, для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

Согласно пункту 9 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 N 127 "Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации" с целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки.

Обязательным признаком сделки для целей квалификации ее как ничтожной в соответствии с пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации является направленность такой сделки на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

Финансовый управляющий в обоснование заявленных требований указывал, что оспариваемые сделки совершены должником с целью сокрытия ликвидного имущества от возможного обращения взыскания на него, поскольку должник лишился имущества, за счет реализации которого было бы возможно удовлетворение требований кредиторов к должнику т.к. на момент совершения указанной сделки у ФИО7 имелась значительная просрочка по денежным обязательствам перед кредитором - Государственная корпорация «Агентство по страхованию вкладов», которая и послужили основанием для обращения кредитора в арбитражный суд с заявлением о признании ФИО7 банкротом.

Общая сумма задолженности, согласно определению Арбитражного суда Краснодарского края от 08.12.2021 года по делу А32-31322/2021, которую должник не оспаривал, составила 78 345 000 руб.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края по делу № А32-25196/2008 от 28.01.2015 суд признал наличие вины ФИО7 в банкротстве Банка, признал наличие причинно-следственной связи между действиями (бездействием) Должника и наступившими неблагоприятными последствиями в виде банкротства Банка, ФИО7 привлечена к субсидиарной ответственности.

Постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда № 15АП9815/2015, № 15АП-9818/2015 от 07.12.2017 по делу № А32-25196/2008 Определение от 23.04.2015 отменено, в том числе ФИО7 и ФИО8 привлечены к субсидиарной ответственности, с ФИО7 и ФИО8 в солидарном порядке взыскано в пользу Банка 78 345 000 руб. Выдан исполнительный лист.

Правопреемником указанной задолженности является Государственная корпорация «Агентство по страхованию вкладов».

При этом, финансовый управляющий указал, что заявление о привлечении ФИО7 к субсидиарной ответственности подано 07.07.2014 года в рамках дела № А32-25196/2008 о банкротстве ООО «Коммерческий ипотечно-инвестиционный банк «Сочи».

Являясь контролирующим должника (ООО «Коммерческий ипотечно-инвестиционный банк «Сочи») лицом, ФИО7 как член кредитного комитета, член Совета директоров и член Правления банка, финансовый управляющий полагал, что ФИО7 не могла не знать о возможных последствиях в виде привлечения её к субсидиарной ответственности по долгам банка перед кредиторами.

Таким образом, финансовый управляющий отметил, что сделки по отчуждению недвижимого имущества - договор дарения от 13.05.2015 и 05.12.2013 были совершены ФИО7 после возбуждения дела о банкротстве ООО «Коммерческий ипотечно-инвестиционный банк «Сочи» (03.12.2008 года).

Более того, ФИО7 после совершенной сделки и по настоящее время зарегистрирована и проживает по адресу: Краснодарский край, Адлерский район, г. Сочи, Красная Поляна, пер Мельничный, д.12.

Финансовый управляющий полагал, что указанные сделки были совершена лишь для вида, при этом ФИО7 сохранила контроль за использованием спорного недвижимого имущества.

Финансовый управляющий отметил, что ФИО7 и ФИО4 являются аффилированными лицами (мать и сын), что подтверждается решением Адлерского районного суда г. Сочи Краснодарского края от 11.10.2021 по делу № 2-1008/2021, в связи с чем доказыванию не подлежат.

Финансовый управляющий ссылался на постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.12.2017 по делу № А32-25196/2008, в соответствии с которым ФИО7 была привлечена к субсидиарной ответственности.

Как отмечено выше, дело о несостоятельности (банкротстве) возбуждено 13.07.2021, оспариваемые сделки совершены 05.12.2013 и 13.05.2015, то есть за пределами трехлетнего периода подозрительности, установленного статьей 61.2 Закона о банкротстве, следовательно, данные сделки не могут быть оспорены по специальным основаниям, предусмотренным законодательством о несостоятельности.

В силу изложенного заявление управляющего по данному обособленному спору могло быть удовлетворено только в том случае, если он доказал наличие в оспариваемых договорах пороков, выходящих за пределы подозрительной сделки.

В отношении данного подхода сформирована устойчивая судебная практика (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 N 10044/11 по делу N А32-26991/2009, определения Верховного Суда Российской Федерации от 28.04.2016 N 306-ЭС15-20034, от 29.04.2016 N 304-ЭС15-20061, от 31.08.2017 N 305-ЭС17-4886).

Однако в рассматриваемом случае конкурсным управляющим не доказано наличие обстоятельств, свидетельствующих о выходе действий сторон за рамки состава статьи 61.2 Закона о банкротстве.

С учетом вышеизложенных фактических обстоятельств дела, судом апелляционной инстанции не установлено оснований для признания оспариваемого договора недействительным на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации. Управляющим не представлено достаточных, достоверных доказательств в подтверждение доводов в указанной части.

Доказательств, очевидно свидетельствующих об отклонении оспариваемой сделки от стандартов разумного и добросовестного осуществления гражданских прав, не представлено.

В силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Суд апелляционной инстанции также отмечает, что в материалы дела также не представлены доказательства того, что в результате совершения спорных сделок должник стал отвечать признакам неплатежеспособности.

В материалы дела предоставлены справки о заработной плате, из которых следует, что за 2012-2015 годы ФИО7 была выплачена заработная плата в общей сумме 7 030 184 руб.

В нарушение ст. 65 АПК РФ доказательств того, что на дату совершения оспариваемых сделок должник имел непогашенные обязательства, финансовым управляющим не представлено.

В опровержение довода финансового управляющего о том, что заключение спорных договоров являлось лишь формальным прикрытием передачи имущества должника, должником указано следующее.

Регистрация перехода права на жилое помещение с кадастровым номером 23:49:0402017:1359, местоположение: Россия, Краснодарский край, г. Сочи, Адлерский район, ул. Менделеева, д. 5, площадью 93,33 кв. м. совершена 05.12.2013.

Регистрация перехода права собственности на долю в праве 21/40 на жилое здание с кадастровым номером 23:49:0420004:1286, местоположение: Краснодарский край, г. Сочи, 

<

...>, площадью 109,2 кв. м. совершена 13.05.2015.

По смыслу положений параграфа 7 главы 30 ГК РФ правовые последствия заключения договора купли-продажи недвижимого имущества состоят в переходе права собственности на реализованное имущество от продавца к покупателю на возмездной основе.

На основании вышеизложенного, суд первой инстанции правомерно отклонил доводы финансового управляющего как не соответствующие фактическим обстоятельствам дела.

Кроме того, из заявления финансового управляющего следует, что должник зарегистрирована и проживает по адресу г. Сочи, пгт. Красная Поляна, пер. Мельничный ручей, д. 12.

В ситуации банкротства гражданина-должника положения п. 3 ст. 213.25 Закона о банкротстве, абз. 2 ч. 1 ст. 446 ГПК РФ вводят в отношении единственного пригодного для постоянного проживания жилого помещения, не обремененного ипотекой исполнительский иммунитет. В связи с чем не допускает включения единственного жилья в конкурсную массу в рамках дела о банкротстве.

Оспаривание сделок, совершенных должником-банкротом или за его счет, имеет сугубо практические цели: либо наполнить конкурсную массу должника ликвидным имуществом для его последующей реализации и погашения требований кредиторов, либо уровнять шансы кредиторов (очередность) на соразмерное удовлетворение их требований за счет имущества, составляющего конкурсную массу должника. Об этом же даны разъяснения в пункте 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 №48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан». Как следствие, у кредиторов должника-банкрота не может быть охраняемого законом интереса в оспаривании сделок в отношении имущества, которое ни при каких условиях не попадет в конкурсную массу должника.

Согласно пункту 3 статьи 213.25 Закона о банкротстве из конкурсной массы должника - гражданина исключается имущество, на которое не может быть обращено взыскание в соответствии с гражданским процессуальным законодательством, в том числе земельный участок и находящееся на нем жилое помещение, если для гражданина-должника и членов его семьи, совместно проживающих в принадлежащем помещении, оно является единственным пригодным для постоянного проживания, за исключением нахождения указанного имущества в залоге (часть 1 статьи 446 ГПК РФ).

Суд первой инстанции указал, что 21/40 доля в праве на жилое здание с кадастровым номером 23:49:0420004:1286, площадью 109,2 кв. м составляет 54,6 кв.м. При этом фактического выдела в натуре указанной площади не производилось. Доказательства возможности такого выдела отсутствуют. Доказательств наличия замещающего жилья отсутствуют.

Вопреки доводам управляющего, судом не установлено обстоятельств, достаточных для квалификации спорной сделки как ничтожной в силу статьи 10 ГК РФ.

Довод о том, что ФИО4 является сыном должника, в связи с чем, в соответствии с положениями статьи 19 Закона о банкротстве его заинтересованность признается в силу закона и не требует иных доказательств подлежит отклонению судом апелляционной инстанции, так как аффилированность сторон в данной ситуации правового значения не имеет.

Таким образом, законодательство пресекает возможность извлечения сторонами сделки, причиняющей вред, преимуществ из их недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации), однако наличие схожих по признакам составов правонарушения не говорит о том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации. Поскольку определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки.

В противном случае оспаривание сделки по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации по тем же основаниям, что и в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, открывает возможность для обхода сокращенного срока исковой давности, установленного для оспоримых сделок, и периода подозрительности, что явно не соответствует воле законодателя.

В силу изложенного заявление финансового управляющего по данному обособленному спору могло быть удовлетворено только в том случае, если он доказал наличие в оспариваемом договоре пороков, выходящих за пределы подозрительной сделки. В отношении данного подхода сформирована устойчивая судебная практика (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 N 10044/11 по делу N А32-26991/2009, определения Верховного Суда Российской Федерации от 28.04.2016 N 306-ЭС15-20034, от 29.04.2016 N 304-ЭС15-20061, от 31.08.2017 N 305-ЭС17-4886).

В рассматриваемом случае финансовым управляющим не доказано наличие обстоятельств, свидетельствующих о выходе действий сторон за рамки состава пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, не доказано и причинение вреда интересам независимых кредиторов.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для иной оценки выводов суда первой инстанции, изложенных в обжалуемом определении.

Несогласие с оценкой имеющихся в деле доказательств и с толкованием судом первой инстанции норм материального права, подлежащих применению в деле, не свидетельствует о том, что судом допущены нарушения, не позволившие всесторонне, полно и объективно рассмотреть дело.

Фактически доводы апелляционной жалобы направлены на переоценку обстоятельств дела, исследованных судом первой инстанции, по существу сводятся к несогласию с выводами суда первой инстанции, но не содержат фактов, которые не были бы учтены судом при рассмотрении дела.

С учетом установленного, правовые основания для удовлетворения апелляционной жалобы отсутствуют, в связи с чем, определение суда отмене не подлежит.

Нарушений, являющихся согласно части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основанием для безусловной отмены судебного акта, судом первой инстанции не допущено.

Из разъяснений абзаца 4 пункта 19 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" следует, что по смыслу пункта 3 статьи 61.8 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки по правилам главы III.1 Закона о банкротстве оплачивается государственной пошлиной в размере, предусмотренном для оплаты исковых заявлений об оспаривании сделок (подпункт 2 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации).

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе относятся на ее заявителя.

Поскольку при принятии апелляционной жалобы к производству подателю апелляционной жалобы было предложено представить подлинные документы, подтверждающие факт уплаты государственной пошлины, однако данное требование исполнено не было, в доход федерального бюджета надлежит взыскать 3000 руб. госпошлины по апелляционной жалобе.

 

На основании изложенного, руководствуясь статьями 258, 269 – 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Краснодарского края  от 23.06.2023  по делу № А32-31322/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Взыскать с ФИО2 в доход федерального бюджета государственную пошлину за рассмотрение апелляционной жалобы в размере 3 000 рублей.

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в месячный срок в порядке, определенном статьей 188 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа.

Председательствующий                                                           М.А. Димитриев

 

Судьи                                                                                             Д.В. Николаев

 

Н.В. Сулименко