СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

ул. Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, https://7aas.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А27-9243/2020

г. Томск

12 октября 2021

Резолютивная часть постановления объявлена 11 октября 2021 года.

Постановление  изготовлено в полном объеме 12 октября 2021 года.

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего

ФИО1,

судей:

ФИО2,

ФИО3,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО4 с  использованием средств аудиозаписи, рассмотрел в судебном заседании апелляционные жалобы ФИО5, ФИО6                         (№ 07АП-8728/2021(3,4)) на решение от 04.08.2021 Арбитражного суда Кемеровской области по делу № А27-9243/2020 (судья О.И. Перевалова), 

по искам ФИО5 в интересах общества с ограниченной ответственностью "Инвестиционные технологии", г. Кемерово, ОГРН: 

<

***> к обществу с ограниченной ответственностью "Красрегион", ОГРН: 

<

***> о признании договора купли-продажи недействительным в части о признании недействительным договора займа №1 от 14.10.2018 и соглашения о зачете встречных однородных требований от 14.11.2018 и применении последствий недействительных сделок, 

третьи лица: ФИО7, г. Красноярск; ФИО8, г. Кемерово, ФИО9, г. Кемерово, ФИО10, г. Омск, ФИО6, г. Кемерово.

при участии: 

от истца: директора ФИО8 ( представлен паспорт, протокол общего собрания участников от 15 октября 2018 года), представителя ФИО11, действующего по доверенности ль 23 декабря 2020 года; 

от ответчика ООО «Красрегион» :  представителя  ФИО12, действующего по доверенности от 01 августа 2021 года;

от ФИО5 : представителя ФИО13, действующего по доверенности  от 23 января 2020 года; 

от третьего лица: не явился, извещен;

УСТАНОВИЛ:

ФИО5 в интересах общества с ограниченной ответственностью "Инвестиционные технологии" (далее - ООО «Инвестиционные технологии») обратилась в суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью "Красрегион" (далее - ООО «Красрегион»):  о признании недействительным договора № 2 купли-продажи недвижимого имущества от 25.10.2018 в части приобретения Обществом с ограниченной ответственностью «Инвестиционные технологии» доли в размере 1/2 в праве собственности на следующие объекты недвижимого имущества: 

- здание (Нежилое здание. Четырехэтажное здание административно-бытового корпуса), площадь 1 650 кв.м., адрес (местонахождение) объекта: 

<

...>, кадастровый номер 42:24:0101033:486 (регистрационный № 42:24:0101033:486-42/001/2018-22 от 07.11.2018); 

- здание (нежилое здание, КПП), площадь 8 кв.м., адрес (местонахождение) объекта: 

<

...>, кадастровый номер 42:24:0101033:1177 (регистрационный №42:24:0101033:1177-42/001/2018-8 от 07.11.2018);

 - здание (нежилое здание. одноэтажное здание склада), площадь 4 151,2 кв.м., адрес (местонахождение) объекта: 

<

...>, кадастровый номер 42:24:0101033:485 (регистрационный № 42:24:0101033:485- 42/001/2018-21 от 07.11.2018); 

- земельный участок, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: Для размещения коммунальных, складских объектов, общая площадь 1 310 кв.м., адрес (местонахождение) объекта: 

<

...>, кадастровый номер 42:24:0101033:1455 (регистрационный № 42:24:0101033:1455-42/001/2018-11 от 07.11.2018);

 - земельный участок, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: Для размещения коммунальных, складских объектов, общая площадь 5 777 кв.м., адрес (местонахождение) объекта: 

<

...>, кадастровый номер 42:24:0101033:1456 (регистрационный № 42:24:0101033:1456-42/001/2018-10 от 07.11.2018), 

а также о  применении последствия недействительности договора № 2 купли-продажи недвижимого имущества от 25.10.2018 г. в виде возврата Обществу с ограниченной ответственностью «Красрегион» доли в размере 1/2 в праве собственности на следующие объекты недвижимого имущества:

 - здание (нежилое здание, четырехэтажное здание административно-бытового корпуса), площадь 1 650 кв.м., адрес (местонахождение) объекта: 

<

...>, кадастровый номер 42:24:0101033:486 (регистрационный № 42:24:0101033:486-42/001/2018-22 от 07.11.2018);

 - здание (нежилое здание, КПП), площадь 8 кв.м., адрес (местонахождение) объекта: 

<

...>, кадастровый номер 42:24:0101033:1177 (регистрационный №42:24:0101033:1177-42/001/2018-8 от 07.11.2018); - здание нежилое здание, одноэтажное здание склада), площадь 4 151,2 кв.м., адрес (местонахождение) объекта: 

<

...>, кадастровый номер 42:24:0101033:485 (регистрационный № 42:24:0101033:485- 42/001 /2018-21 от 07.11.2018); 

- земельный участок, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: Для размещения коммунальных, складских объектов, общая площадь 1 310 кв.м., адрес (местонахождение) объекта: 

<

...>, кадастровый номер 42:24:0101033:1455 (регистрационный № 42:24:0101033:1455-42/001/2018-11 от 07.11.2018); 

- земельный участок, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: для размещения коммунальных, складских объектов, общая площадь 5 777 кв.м., адрес (местонахождение) объекта: 

<

...>, кадастровый номер 42:24:0101033:1456 (регистрационный № 42:24:0101033:1456-42/001/2018-10 от 07.11.2018) (с учетом принятого судом уточнения в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Иск о признании недействительным договора купли-продажи мотивирован тем, обстоятельством, что ФИО5, которой принадлежит 78% доли в уставном капитале ООО «Инвестиционные технологии» (далее Общество) на общем собрании, состоявшемся 25.10.2019, в ходе обсуждения вопроса об утверждении годового отчета и бухгалтерского баланса узнала о заключении Обществом договора купли-продажи недвижимости между ООО «Инвестиционные технологии» и ООО «Красрегион», по результатам которого Общество приобрело ½ в праве собственности на вышеуказанные объекты недвижимости. 

Поскольку соответствующая сделка в силу положений статьи 46 ФЗ «Об общества с ограниченной ответственностью» отвечает критерию крупной сделки, то при отсутствии решения общего собрания участников об ее одобрении, а также отсутствие доказательств последующего одобрения сделки послужило основанием обращения в суд с настоящим иском. 

Обращение с иском о признании недействительным договора займа, ФИО5 мотивирует, что при рассмотрении дела А27-9243/2020 и ознакомлении с материалами дела, ей стали известны обстоятельства заключения соответствующего договора займа от  14.10.2018 с ООО «Красрегион», по условиям которого передано ООО «Красрегион» 17355500,50 руб., возврат которых осуществлён соглашением с зачетом встречных однородных требований от 14.11.2018, по результатам которого зачтены требования ООО «Красрегион» по оплате договора купли-продажи в счет требования ООО «Инвестиционные технологии» по возвращению займа. 

Просит также применить последствия недействительных сделок и обязать ООО «Красрегион» возвратить ООО «Инвестиционнеы технологии заемные денежные средства. 

Поскольку указанные сделки, по мнению истца, также отвечают критерию крупных взаимосвязанных сделок, то требуют совершение процедуры, установленной статьей 46 ФЗ «Об общества с ограниченной ответственностью», отсутствие которой послужило основанием обращения в суд с иском, принятым к производству с присвоением номера дела А27-21117/2020, объединенного судом для совместного рассмотрения с настоящим делом. 

ФИО5 полагает, что её осведомленность о заключении договора куплипродажи не свидетельствует об одобрении сделки, указывая на отсутствие доказательств недобросовестного или неразумного её поведения как участника Общества, направленное на причинение вреда Обществу или иным его участникам. 

Полагает, недобросовестными действия Нехорошего Н.М., направленные на единоличное принятие решения по всем вопросам, относящимся к компетенции общего собрания, о чем свидетельствует уклонение о предоставлении документов, не проведении в установлении сроки общего собрания участников, не отражении операций, в том числе, по приобретению спорного имущества в бухгалтерской отчетности Общества; считает, ничтожным решение общего собрания, на основании которого ФИО8 избран директором, что отражено в мотивировочной части вступившего в законную силу судебного акта по делу А27-4993/2020; полагает не пропущенным срок исковой давности, поскольку об оспариваемых сделках ФИО5 узнала 25.10.2019 года на общем собрании участников, оспорив достоверность доказательств, предоставленных в обоснование истечения срока исковой давности по правилам статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Решением Арбитражного суда Кемеровской области от 04.08.2021 в  иске отказано.

Не согласившись с судебным актом, ФИО5 обратилась с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить, принять по делу новый судебный акт.

В обоснование к отмене указывает, что решение арбитражным судом вынесено с нарушением материального и процессуального права, выводы суда первой инстанции не соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

Апеллянт ФИО5 ссылается на то, что арбитражный  суд, неправомерно отказал в назначении повторной почерковедческой экспертизы, а также, что вывод суда первой инстанции относительно отсутствия качественного признака необходимого для квалификации сделок как крупных не соответствует обстоятельствам дела и нормам материального права.

Кроме того,  ФИО5 указывает на то, что арбитражный суд неправильно применил нормы о сроках исковой давности, к тому же полагает, что суд пришел к необоснованному и неправомерному выводу о том, что оспариваемые сделки не нарушают прав и законных интересов истца, а действия ФИО5 направлены в ущерб интересам Общества.

Третье лицо,  ФИО6, также обратилась  с апелляционной жалобой, в которой просит отменить решение , принять по делу новый судебный акт.

В обоснование апелляционной жалобы указал а на то , что арбитражный  суд не применил часть 4 статьи 46 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» и пункт 1 статьи 173.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, отказав в признании спорных сделок недействительными, кроме того необоснованно применил срок исковой давности.

Податель жалобы ФИО6, также ссылается на то, что спорные договоры подписаны со стороны ООО «Инвестиционные технологии» неуполномоченным лицом.

ООО "Инвестиционные технологии" в соответствии со статьей 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представило отзыв на апелляционные жалобы ФИО5 и ФИО6, в котором изложило свои возражения по доводам жалоб, просило оставить решение суда первой инстанции без изменения, отказав в удовлетворении жалоб. 

В суде апелляционной инстанции стороны поддержали свои доводы и возражения.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, отзыва на нее, проверив в порядке статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность и обоснованность решения суда первой инстанции, апелляционный суд не нашел оснований для его отмены.

Как следует из материалов дела и установлено арбитражным судом, 31.08.2018 ФИО7, ФИО5, ФИО8 принято решение об учреждении общества с ограниченной ответственностью «Инвестиционные технологии», утвержден устав Общества, размер уставного капитала Общества – 10 000 руб.; распределены доли участия в уставном капитале между учредителями: ФИО7 – 50%, ФИО5 – 39%, ФИО8 – 11%. Директором Общества избран ФИО7 

Общество с ограниченной ответственностью «Инвестиционные технологии» зарегистрировано при создании ИФНС по Кемерово 12.09.2018 за основным государственным регистрационным номером 

<

***>, присвоен ИНН 

<

***>. 

Согласно протоколу общего собрания участников ООО «Инвестиционные технологии» от 15.10.2018 участниками ФИО7, ФИО5, ФИО8 приняты решения об освобождении 15.10.2018 ФИО7 от должности директора ООО «Инвестиционные технологии» на основании заявления об увольнении по собственному желанию; об избрании директором ООО «Инвестиционные технологии» ФИО8 сроком на три года. 

Протокол подписан всеми участниками.

Законность настоящего протокола участников Общества от 15.10.2018 являлось предметом рассмотрения в рамках дела А27-4993/2020 по иску ФИО5, в удовлетворении которого решением арбитражного суда от 21.12.2020, оставленным без изменения постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 17.03.2021 отказано.

17.10.2018 ФИО7 подано заявление о выходе из состава участников Общества. 

Протоколом общего собрания участников №3 от 17.10.2018 с повесткой о распределении доли в уставном капитале в связи с выходом участника ФИО7, принято решение, согласно которому распределена доля в уставном капитале общества вышедшего участника ФИО7 между всеми участниками Общества пропорционально их долям в уставном капитале и установлено, что после распределения ФИО5 принадлежит 78% доли в уставном капитале, в то время как, ФИО8 принадлежит 22% доли в уставном капитале. 

25.10.2018 соответствующие сведения внесены в Единый государственный реестр юридических лиц. 

14.10.2018 между обществом с ограниченной ответственностью «Инвестиционные технологии» (займодавец), в лице ФИО8, действующего на основании доверенности №1 от 09.10.2018 и обществом с ограниченной ответственностью «Красрегион» (заемщик) заключён договор займа №1, в соответствии с которым займодавец передает заемщику в собственность 17355500,50 руб. путем перечисления денежных средств на счет заемщика в течение 15 рабочих дней с момента подписания договора под 10% годовых, начиная с 5-го месяца с момента предоставления займа. 

Платежными поручениями №1 от 17.10.2018 на сумму 2560000руб., №2 от 17.10.2018 на сумму 1195000руб., №3 от 3550000руб., №4 от 18.10.2018 на сумму 3450000руб., №5 от 18.10.2018 на сумму 3975000руб., №7 от 845000руб. №10 от 29.10.2018 на сумму 505000руб., №11 от 02.11.2018 на сумму 1275500,50руб. со ссылкой на реквизиты договора займа денежные средства перечислены на счет ООО «Красрегион». 

25.10.2018 между ООО «Красрегион» (далее Продавец) и ООО «Инвестиционные технологии» (покупатель 1) и ФИО7 (покупатель 2) заключён договор № 2 купли-продажи недвижимого имущества, в соответствии с которым покупатель 1 и покупатель 2 каждый по доле в размере ½ части в праве собственности на следующие объекты недвижимости: четырехэтажное здание административно-бытового корпуса, нежилое, общей площадью площадь 1 650 кв.м., инв. №2-12553/1, лит А, адрес (местонахождение) объекта: 

<

...>, кадастровый номер 42:24:0101033:486; КПП, назначение нежилое, 1 этажное, общей площадью 8 кв.м., инв. №2-12553/1, лит Б, адрес (местонахождение) объекта: 

<

...>, кадастровый номер 42:24:0101033:1177; одноэтажное здание склада, нежилое, общей площадью 4 151,2 кв.м., инв. № 2-12553/1, лит А1, адрес (местонахождение) объекта: 

<

...>, кадастровый номер 42:24:0101033:485; земельный участок, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: для размещения коммунальных, складских объектов, общей площадью 1 310 кв.м., адрес (местонахождение) объекта: 

<

...>, кадастровый номер 42:24:0101033:1455; земельный участок, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: для размещения коммунальных, складских объектов, общей площадью 5 777 кв.м., адрес (местонахождение) объекта: 

<

...>, кадастровый номер 42:24:0101033:1456, общей стоимостью долей, приобретаемых каждым покупателем составляет 17355500,50руб., которая состоит из стоимостей долей каждого из покупателей: 

Государственная регистрация прав на недвижимое имущество произведена 07.11.2018, за регистрационными номерами соответственно № 42:24:0101033:486- 42/001/2018-22, № 42:24:0101033:1177-42/001/2018-8, № 42:24:0101033:485-42/001/2018- 21, № 42:24:0101033:1455-42/001/2018-11, № 42:24:0101033:1456-42/001/2018-10. 

Соглашением о зачете встречных однородных требований от 14.11.2018 между ООО «Инвестиционные технологии» (сторона 1) и ООО «Красрегион» (сторона 2) в порядке статьи 410 Гражданского кодекса Российской Федерации осуществлён взаимный зачет встречных однородных требований, согласно которым сторона 1 погашает свою задолженность в размере 17355500,50 руб. перед стороной 2 по договору купли-продажи недвижимого имущества №2 от 25.10.2018 по оплате за приобретенные объекты недвижимости, а сторона 2 погашает свои обязательства перед стороной 1 по договору займа №1 в размере 17355500,50 руб. 

Полагая, что указанные сделки отвечают критерию крупной, ФИО5, обладающая 78% уставного капитала ООО «Инвестиционные технологии», обратилась в арбитражный суд с настоящим иском , дополнительно заявляя требование о применении последствий недействительных сделок и возвращения сторон в первоначальное положение.

 Отказывая в удовлетворении иска, суд первой инстанции , со ссылкой на статьи  166, 167 Гражданского кодекса Российской Федерации , статью  46 Федерального закона от  18 февраля 1998 года № 14 –ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» , Обзор судебной практики по  некоторым вопросам применения законодательства о хозяйственных обществах, утвержденного  Президиумом Верховного Суда  Российской Федерации 25 декабря 2019 года, устав общества установил, что спорные сделки были осуществлены в процессе обычной хозяйственной деятельности, каких – либо нарушений процедуры заключения сделок не имеется,  и пришел к выводу о необоснованности требований истца.

Кроме того, арбитражным судом установлен пропуск срока исковой давности.

Не согласиться с выводами арбитражного суда у суда апелляционной инстанции оснований не имеется. 

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). 

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. 

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия. 

За исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 1 статьи 168 ГК РФ). 

В соответствии с пунктом 1 статьи 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. 

Пунктом 1 статьи 46 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" (далее - Закон N 14-ФЗ) предусмотрено, что крупной сделкой считается сделка (несколько взаимосвязанных сделок), выходящая за пределы обычной хозяйственной деятельности и при этом связанная с приобретением, отчуждением или возможностью отчуждения обществом прямо либо косвенно имущества (в том числе заем, кредит, залог, поручительство), цена или балансовая стоимость которого составляет 25 и более процентов балансовой стоимости активов общества, определенной по данным его бухгалтерской (финансовой) отчетности на последнюю отчетную дату; предусматривающая обязанность общества передать имущество во временное владение и (или) пользование либо предоставить третьему лицу право использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации на условиях лицензии, если их балансовая стоимость составляет 25 и более процентов балансовой стоимости активов общества, определенной по данным его бухгалтерской (финансовой) отчетности на последнюю отчетную дату. 

Принятие решения о согласии на совершение крупной сделки является компетенцией общего собрания участников общества. В решении о согласии на совершение крупной сделки должны быть указаны лицо (лица), являющееся ее стороной, выгодоприобретателем, цена, предмет сделки и иные ее существенные условия или порядок их определения (пункт 3 статьи 46 Закона N 14-ФЗ).

Как следует из устава ООО «Инвестиционные технологии» решение о согласии на совершении крупной сделки относится к компетенции общего собрания участников (подпункт 17 пункта 10.6 Устава), при этом решения по всем вопросам, отнесенным к компетенции общего собрания принимаются участниками единогласно (пункт 10.8 Устава). 

На основании пункта 4 статьи 46 Закона N 14-ФЗ крупная сделка, совершенная с нарушением порядка получения согласия на ее совершение, может быть признана недействительной в соответствии со статьей 173.1 ГК РФ по иску общества, члена совета директоров (наблюдательного совета) общества или его участников (участника), обладающих не менее чем одним процентом общего числа голосов участников общества. 

Доводы апеллянтов, о том, что заключение оспариваемых сделок выходит за пределы обычной хозяйственной деятельности, влечет существенные изменения деятельности общества, в связи, с чем сделки обладают качественным признаком крупных сделок, апелляционным судом отклоняются на основании следующего.

В силу пункта 8 статьи 46 Закона N 14-ФЗ для целей настоящего Федерального закона под сделками, не выходящими за пределы обычной хозяйственной деятельности, понимаются любые сделки, которые приняты в деятельности соответствующего общества либо иных хозяйствующих субъектов, осуществляющих аналогичные виды деятельности, независимо от того, совершались ли такие сделки таким обществом ранее, если такие сделки не приводят к прекращению деятельности общества или изменению ее вида либо существенному изменению ее масштабов. 

В соответствии с пунктом 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.06.2018 N 27 "Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность" (далее - Постановление N 27), для квалификации сделки как крупной необходимо одновременное наличие у сделки на момент ее совершения двух признаков: количественного (стоимостного) и качественного. 

Необходимость установления количественного и качественного показателя при оценке крупной сделки также обозначена в пункте 20 Обзора судебной практики по некоторым вопросам применения законодательства о хозяйственных обществах, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25.12.2019, из которого следует, что для квалификации сделки в качестве крупной необходимо установить наличие у сделки не только количественного, но и качественного критерия, который заключается в том, что сделка заключалась с целью прекращения деятельности общества или изменения ее вида либо существенного изменения ее масштабов.

 В пункте 18 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.06.2018 N 27 также разъяснено, что в силу абзаца третьего пункта 5 статьи 46 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ на истца возлагается бремя доказывания того, что другая сторона по сделке знала (например, состояла в сговоре) или заведомо должна была знать о том, что сделка являлась для общества крупной сделкой (как в части количественного (стоимостного), так и качественного критерия крупной сделки) и (или) что отсутствовало надлежащее согласие на ее совершение. 

По общему правилу, закон не устанавливает обязанности третьего лица по проверке перед совершением сделки того, является ли соответствующая сделка крупной для его контрагента и была ли она надлежащим образом одобрена (в том числе отсутствует обязанность по изучению бухгалтерской отчетности контрагента для целей определения балансовой стоимости его активов, видов его деятельности, влияния сделки на деятельность контрагента). Третьи лица, полагающиеся на данные единого государственного реестра юридических лиц о лицах, уполномоченных выступать от имени юридического лица, по общему правилу, вправе исходить из наличия у них полномочий на совершение любых сделок (абзац второй пункта 2 статьи 51 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

Согласно условиям заключённого оспариваемого договора №2 купли-продажи недвижимого имущества от 25.10.2018, в совокупности с представленными в материалы дела иными доказательствами, арбитражный суд правомерно установил, что количественный показатель оспариваемой сделки отвечает критерию крупной сделки, вместе с тем, судом первой инстанции одновременно не установлен качественный показатель.

Согласно пункту 2.2 Устава ООО «Инвестиционные технологии» для достижения цели предпринимательской деятельности и получения прибыли общество осуществляет следующие виды деятельности, как то аренда или управление собственным или арендованным недвижимым имуществом (код ОКВЭД 2014-68.20); деятельность в области права (код ОКВЭД 2014-69.10); деятельность по оказанию услуг в области бухгалтерского учета, по проведению финансового аудита, по налоговому консультированию (код ОКВЭД 2014-69.20); консультирование по вопросам коммерческой деятельности и управления (код ОКВЭД- 70.22). 

Согласно сведениям, отраженным в Едином государственном реестре юридических лиц, основным видом деятельности ООО «Инвестиционные технологии» является аренда или управление собственным или арендованным недвижимым имуществом (код ОКВЭД 2014-68.20). 

Таким образом, поскольку ООО «Инвестиционные технологии» зарегистрировано в Едином государственном реестре юридических лиц 12.09.2018, при этом основным видом деятельности Общества, ради которого оно создано, является аренда или управление собственным или арендованным недвижимым имуществом. 

Следовательно, приобретение Обществом недвижимого имущества, являющего предметом договора №2 купли-продажи от 25.12.2018, по убеждению арбитражного суда, относится к обычной хозяйственной деятельности.

Любая сделка общества считается совершенной в пределах обычной хозяйственной деятельности, пока не доказано иное (пункт 4 статьи 78 Закона об акционерных обществах, пункт 8 статьи 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью). 

Бремя доказывания совершения оспариваемой сделки за пределами обычной хозяйственной деятельности лежит на истце (пункт 9 Постановления №27). 

Судебная практика признает наличие ущерба в согласовании условий сделки, которые явно невыгодны соответствующей стороне и носят нерыночный и экономически нерациональный характер (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 12.05.2017 N 305-ЭС17-2441). 

Применительно к спорному правоотношению ФИО5 в порядке статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в материалы дела не представила никаких доказательств относительно направленности деятельности Общества на сдачу имущества в аренду.

В свою очередь, истцом не представлено доказательств, что в результате совершения Обществом, поставленных под сомнение ФИО5 сделок, Общество прекратит свою деятельность либо в результате оспариваемых сделок произойдет существенное изменение масштабов деятельности, как хозяйствующего субъекта (п. 9 Постановления Пленума ВС РФ от 26.06.2018г. №27 «Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность»). 

В результате всестороннего исследования обстоятельства дела, основанных прежде всего на представленных в дело сторонами письменных доказательств, судом первой инстанции доподлинно установлена слаженная синхронная деятельность внешне не связанных между собой самостоятельных субъектов гражданских правоотношений (ФИО7, ФИО5, ФИО8, ООО «Инвестиционные технологии» и ООО «Красрегион») в целях достижения единой цели, а именно приобретение недвижимого имущества. 

Приобретение недвижимого имущества, законность сделок с которым поставлена под сомнение при рассмотрении настоящего спора ФИО5, как участников ООО «Инвестиционные технологии», как раз наоборот было направлено на начало функционирования Общества, как самостоятельного хозяйствующего субъекта  и полностью соответствующее уставным целям его создания, причем за месяц до совершения ряда оспариваемых ФИО5 сделок. 

В подтверждение вышеизложенной позиции, судом первой инстанции были совершенно обоснованно установлены такие существенные обстоятельства, как: 

• избрание учредителями Общества юридического адреса, соответствующего адресу приобретенных Обществом сразу после его создания объектов недвижимости по сделке с ООО «Красрегион»; 

• избрание в качестве основного вида деятельности Общества «аренда; и управление собственным недвижимым имуществом (ОКВЭД 68.20)»;

• приобретение лично ФИО5 у ФИО14 за три месяца до создания ООО «Инвестиционные технологии» и за четыре месяца до заключения оспариваемых сделок теплотрассы, которая является инфраструктурным объектом, посредством которой осуществляется теплоснабжения объектов недвижимости, приобретенный Обществом по договору купли-продажи №2 от 25.10.2018г.;

• предоставление ФИО5 и ФИО8 денежных займов ООО «Инвестиционные технологии» в размере денежных средств, достаточных для приобретения доли в праве собственности на объекты недвижимости у ООО «Красрегион» по договору купли-продажи №2 от 25.10.2018г. 

Таким образом, в спорном правоотношении, действия ФИО5, ФИО8, ООО «Красрегион», ФИО7 и самого Общества были направлены на приобретение недвижимого имущества для осуществления ООО «Инвестиционные технологии» своей уставной деятельности, как следствие цели создания коммерческой организации.

Судебная коллегия отклоняет доводы подателей жалоб, о том, что судом первой инстанции неправомерно отказано в назначении повторной почерковедческой экспертизы, в связи с тем, что подпись ФИО5 малоинформативна.

В материалы дела представлен договор №1 безвозмездного пользования теплотрассой от 03.09.2018, в соответствии с которым ФИО14 и ФИО5 (ссудодатель) и ООО «Экспедиция» (ссудополучатель) предоставили ссудополучателю в безвозмездное временное пользование теплотрассу, расположенную по адресу: Кемеровская область, г. Кемерово от территории проспекта Кузнецкого, 129а до врезки в теплопровод в районе сортировки ж/д Топки-Барзас, общей протяженностью 780, присоединенную к сетям ООО «Кузбасс-Ойл». Теплотрасса принадлежит ссудодателем на праве собственности на основании договора кули-продажи от 15.06.2018 , о чем в ЕГРП сделана запись за номером 42:24:0101033:527-42/001/2018-6 от 22.06.2018. 

ООО «Инвестиционные технологии» также представлено соглашение о замене стороны в договоре №1 от 03.09.2018 безвозмездного пользования теплотрассой от 14.02.2019, между ФИО14 и ФИО5 (ссудодатель) и ООО «Экспедиция» (ссудополучатель) и ООО «Инвестиционные технологии» (новый ссудополучатель), в соответствии с которым в связи с приобретением новым ссудополучателем в собственность (в размере ½ в праве собственности) объектов недвижимости (здание АБК и склада) по адресу: Кемеровская область, г. Кемерово от территории проспекта Кузнецкого, 129а до врезки в теплопровод в районе сортировки ж/д Топки-Барзас, общей протяженностью 780. присоединенную к сетям ООО «Кузбасс-Ойл», являющейся предметом договора №1 от 03.09.2018 безвозмездного пользования теплотрассой, заключённого между ссудодателями и ссудополучателем, стороны пришли к соглашению о замене в договоре ссудополучателя с прежнего на нового. 

Определением суда от 19.03.2020 по делу назначено почерковедческая экспертиза, проведение которой поручено федеральному бюджетному учреждению «Кемеровская лаборатория судебной экспертизы» (65001, 

<

...> Октября, 20), экспертам ФИО15, ФИО16, ФИО17 (на усмотрение руководителя). 

На разрешение экспертизы поставлен следующий вопрос: Кем, ФИО5 или иным лицом, выполнена подпись от ее имени, расположенные в графе «Ссудодатели» договора №1 безвозмездного пользования теплотрассой от 03.09.2018 и соглашения от 14.02.2019 о замене стороны в договоре №1 безвозмездного пользования теплотрассой от 03.09.2018. 

Экспертом ФИО16, которой поручено проведение экспертизы, указано, что исследованию подлежат две подписи от имени ФИО5, расположенные в расположенные в графе «Ссудодатели» договора №1 безвозмездного пользования теплотрассой от 03.09.2018 и соглашения от 14.02.2019 о замене стороны в договоре №1 безвозмездного пользования теплотрассой от 03.09.2018 и выполненные красящим веществом (веществами) сине-фиолетового цвета. Транскрипция и связность исследуемых подписей следующие: «Н+росчерк». Степень выработанности исследуемых подписей – выше средней с соответствующим уровнем координации движений и темпом. Размер букв и разгон не определяются ввиду отсутствия строчных букв. Наклон – правый. Размещение подписей относительно линии бланковой строчки – на ней и пересекает. Данные подписи по своему конструктивному строению являются краткими и простыми. 

Экспертом применен метод оценки априорной информативности подписей на автоматизированном уровне с помощью ПК и сканера. С помощью программы «Око-1» в результате применения модельного метода было установлено, что исследуемые подписи содержат 94 и 101 единиц информации (при границе пригодности не менее 120 единиц). Таким образом, исследуемые подписи непригодны для идентификации исполнителя используемыми при производстве судебно-почерковедческих экспертиз методами.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что при рассмотрении дела №А27-4993/2020 в Седьмом Арбитражном апелляционном суде с целью проверки доводов апелляционной жалобы была назначено повторная экспертиза, проведение которой поручено ООО «Судебная экспертиза» (г. Томск). По результатам проведения экспертизы в экспертном заключении ООО «Судебная экспертиза» №С030/2021 от 15.04.2021 сделаны выводы, что подписи от имени ФИО5 в протоколе №2 от 15.10.2018 являются не только краткими и простыми, но и малоинформативными (103 и 97 единиц графической информации при нижней границе пригодности в 120 единиц), что делает их непригодными для проведения сравнительного исследования и не позволяет ответить на вопрос о принадлежности ей. 

Таким образом, в ходе многократных экспертных исследований, разными экспертными учреждениями и разными методами исследования, эксперты пришли к общему выводу о непригодности подписи ФИО5 для экспертного исследования.

Суд апелляционной инстанции полагает, ФИО5 зная о том, что подпись малоинформативна (в рамках проведенных почерковедческих экспертиз) ФИО5 дальше продолжала использовать ее в рамках корпоративных споров, тем самым невозможным признавать не существенным тот или иной факт.

Доводы апеллянтов о том, что арбитражным судом неправомерно применены сроки исковой давности, судом апелляционной инстанции отклоняется исходя из следующего.

В соответствии со статьей 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. 

В силу пункта 2 статьи 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске. 

Исходя из разъяснений, приведенных в пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности", истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске. Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела. 

Согласно позиции Конституционного суда Российской Федерации, изложенной в определениях от 21.12.2006 N 576-О, от 19.06.2007 N 452-О-О, истечение срока исковой давности, то есть срока, в пределах которого суд обязан предоставить защиту лицу, право которого нарушено, является самостоятельным основанием для отказа в иске. В этом случае принудительная (судебная) защита прав истца независимо от того, имело ли место в действительности нарушение его прав, невозможна. 

При этом согласно пункту 4 статьи 46 Закона N 14-ФЗ срок исковой давности по требованию о признании крупной сделки недействительной в случае его пропуска восстановлению не подлежит. 

Как следует из положений пункта 1 статьи 196, пункта 1 статьи 197 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса. Однако для отдельных видов требований законом могут устанавливаться специальные сроки исковой давности, сокращенные или более длительные по сравнению с общим сроком. 

В пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.06.2018 N 27 "Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность" даны разъяснения, согласно которым срок исковой давности по требованиям о признании крупных сделок и сделок с заинтересованностью недействительными и применении последствий их недействительности исчисляется по правилам пункта 2 статьи 181 ГК РФ и составляет один год. 

Срок исковой давности по искам о признании недействительной сделки, совершенной с нарушением порядка ее совершения, и о применении последствий ее недействительности, в том числе когда такие требования от имени общества предъявлены участником (акционером) или членом совета директоров (наблюдательного совета) (далее - совет директоров), исчисляется со дня, когда лицо, которое самостоятельно или совместно с иными лицами осуществляет полномочия единоличного исполнительного органа, узнало или должно было узнать о том, что такая сделка совершена с нарушением требований закона к порядку ее совершения, в том числе, если оно непосредственно совершало данную сделку.

 При таких обстоятельствах, арбитражный суд соглашается с заявлением об истечении срока исковой давности по оспариванию сделки.

Из пункта 17 Обзора судебной практики по некоторым вопросам применения законодательства о хозяйственных обществах, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25.12.2019, следует, что составной частью интереса общества являются, в том числе интересы участников.

 В связи с этим ущерб интересу общества также имеет место, когда сделка хотя и не причиняет ущерб юридическому лицу, но не является разумно необходимой для хозяйствующего субъекта, совершена в интересах только части участников и причиняет неоправданный вред остальным участникам общества, которые не выражали согласие на совершение соответствующей сделки. 

Судебная практика признает наличие ущерба в согласовании условий сделки, которые явно невыгодны соответствующей стороне и носят нерыночный и экономически нерациональный характер (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 12.05.2017 N 305-ЭС17-2441). 

Применительно к спорным правоотношениям, доказательств того, что оспариваемые сделки носят нерыночный или экономических неоправданных характер материалы дела не содержат.

Исходя из содержания соглашения от 14.02.2019 о замене стороны в договоре №1 безвозмездного пользования теплотрассой от 03.09.2018 явствует однозначная ссылка на приобретение новым ссудополучателем в праве собственности (в размере ½ в праве собственности) объектов недвижимости (здание АБК и склада) по адресу: Кемеровская область, г. Кемерово от территории проспекта Кузнецкого, 129а, которые присоединены к сетям ООО «Кузбасс-Ойл» до врезки в теплопровод в районе сортировки ж/д Топки-Барзас. Таким образом, подписывая настоящее соглашение ФИО5 не могла не знать о приобретении ООО «Инвестиционные технологии» объектов недвижимого имущества, информацию о которой ФИО5 могла истребовать у Общества и его директора.Исходя из вышеперечисленного суд апелляционной инстанции соглашается с выводами арбитражного суда о признании пропуска исковой давности ФИО5 по оспариванию сделки.

 Подлежит отклонению как  ошибочный  довод апеллянтов, о том, что оспариваемые сделки  купли-продажи №2 от 25.10.2018 и соглашение о зачете от 14.11.2018 являются ничтожными сделками ввиду их подписания со стороны ООО «Инвестиционные технологии»  неуполномоченным лицом ФИО8

Спор относительно действительности и легитимности полномочий директора ООО «Инвестиционные технологии» являлся предметом рассмотрения в рамках дела №А27-4993/2020 по иску ФИО5 к ООО «Инвестиционные технологии» о признании недействительными решений общего собрания участников №2 от 15.10.2018г., на которым были прекращены полномочия директора ФИО7 и избран директор Нехорошее Н.М. Решением Арбитражного суда Кемеровской области от 21.12.2020 по делу №А27- 493/2020 в удовлетворении исковых требований ФИО5 к ООО «Инвестицирнные технологии» о признании недействительными решений общего собрания участников №2 от 15.10.2018г отказано полностью. 

Постановлением Седьмого Арбитражного апелляционного суда от 16.05.2021 указанное решение по делу №А27-4993/2020 оставлено без изменения. 

Постановлением Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 23.08.2021 вышеуказанные судебные акты оставлены без изменения. 

Согласно данным ЕГРЮЛ по настоящее время Нехорошее Н.М. является легитимных руководителем ООО «Инвестиционные технологии», доказательств обратно лицами, участвующими в деле не представлено. 

Таким образом, вопрос о легитимности назначенного директора Общества - ФИО8 уже являлся предметом рассмотрения дела №А27-4993/2020 и не подлежит переоценке при рассмотрении настоящего спора.

 Довод апеллянта ФИО5 о том, что суд пришел к необоснованному и неправомерному выводу о том, что оспариваемые сделки не нарушают прав и законных интересов истца, а действия ФИО5 направлены в ущерб интересам Общества, судом апелляционной инстанции отклоняется.

В пункте 1 Постановления Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

 Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное. 

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ). 

При рассмотрении настоящего дела судом принимается во внимание, что российский правопорядок базируется также на необходимости защиты прав добросовестных лиц и поддержании стабильности гражданского оборота, что в числе прочего подразумевает направленность правового регулирования и правоприменительной практики на сохранение юридической силы заключенных сделок.

 В спорном правоотношении, действия ФИО5, ФИО8, ООО «Красрегион», ФИО7 и самого Общества направлены на приобретение недвижимого имущества для осуществления ООО «Инвестиционные технологии» своей уставной деятельности, как следствие цели сознания коммерческой организации. 

Уникальность сложившего правоотношения сводится к тому, как указывалось ранее, что Общество создано с целью приобретения спорного имущества, при этом отлаженные и синхронные действия каждого из участников спорного правоотношения, включая ФИО5 были направлены на получение этого результата, выраженного в приобретении ООО «Инвестиционные технологии» и ФИО7 права собственности на недвижимое имущество в целях ведения своей деятельности. 

Лишение Общества права на соответствующее имущество препятствует продолжению осуществления им уставной деятельности.

Таким образом, суд первой инстанции правомерно признал, что действия ФИО5 направлены в ущерб интересам Общества, на аннулирование правоотношений, порождающих возникновение у Общества права собственности на объекты недвижимости, что, с учетом установленных по делу обстоятельств, что не согласуется с принципом добросовестности (ст. 1 и 10 ГК РФ). 

Поскольку участник общества сам способствовал созданию данной ситуации и потому не может требовать признать недействительным сделку (пункт 4 статьи 1, пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

Доводы жалоб на выводы суда первой инстанции не опровергают, а лишь выражают несогласие с ними, что не может являться основанием для их удовлетворения.

Иных доводов, основанных на доказательной базе, которые бы влияли на законность и обоснованность обжалуемого определения, либо опровергали выводы арбитражного суда, в апелляционных жалобах не содержится.

С учетом изложенного, арбитражный суд апелляционной инстанции признает обжалуемое решение  соответствующим нормам материального и процессуального права и фактическим обстоятельствам дела и не подлежащим отмене, а апелляционную жалобу – не подлежащей удовлетворению.

Государственная пошлина по апелляционной жалобе по правилам статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относится на ее подателя.

Руководствуясь ст. 110, ст. 268, п. 1 ст. 269, ст. 271, ст. 272.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Седьмой арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение от 04.08.2021 Арбитражного суда Кемеровской области по делу № А27-9243/2020 оставить без изменения, а апелляционные жалобы - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления его в законную силу, путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Кемеровской области.

Председательствующий:  

ФИО1 

Судьи:

ФИО2

ФИО3