ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-46063/2023

16 мая 2024 года

г. Санкт-Петербург

Резолютивная часть постановления объявлена  14 мая 2024 года.

Постановление изготовлено в полном объеме  16 мая 2024 года.

 

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего  Новиковой Е.М., судей Орловой Н.Ф., Савиной Е.В.,

при ведении протокола судебного заседания  секретарем Капустиным А.Е.,

при участии:  

от истца –  ФИО1 по доверенности 25.12.2023, 

от ответчика – ФИО2 по доверенности от 08.11.2021,  ФИО3 по доверенности от 17.07.2023, ФИО4 по доверенности от 04.08.2022,

от третьих лиц – 1. ФИО5 по доверенности от 15.01.2024, 2. ФИО6 по доверенности от 01.09.2023,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы (регистрационный номер 13АП-7835/2024, 13АП-7836/2024) акционерного общества «Судоходная компания «Волжское пароходство» и акционерного общества «Петролеспорт» на решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 30.01.2024 по делу № А56-46063/2023, принятое по иску акционерного общества «Судоходная компания «Волжское пароходство»к акционерному обществу «Петролеспорт» о взыскании, третьи лица: 1) общество с ограниченной ответственностью «Волго-Балтик Логистик», 2) общество с ограниченной ответственностью «Универсальный экспедитор»,

установил:

акционерное общество «Судоходная компания «Волжское пароходство» обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) исковым заявлением к акционерному обществу «Петролеспорт» о взыскании убытков в размере 7 150 380 руб. 10 коп., 3 314 658 руб. 03 коп. упущенной выгоды.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены общество с ограниченной ответственностью «Волго-Балтик Логистик», общество с ограниченной ответственностью «Универсальный экспедитор».

Решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 30.01.2024 требования удовлетворены частично, с ответчика в пользу истца взыскано 5 366 803 руб. 39 коп. убытков; в удовлетворении оставшейся части требований отказано; распределены судебные расходы по уплате государственной пошлины.

С указанным решением суда не согласились истец и ответчик, в апелляционных жалобах просят отменить решение, принять по делу новый судебный акт.

Истец, оспаривая судебный акт, указал, что судом первой инстанции неправомерно снижен размер реального ущерба; представленным ответчиком сюрвейерский отчет от 25.05.2022 № 21.03.051 не может служить основанием для снижения размера требований о возмещении реального вреда. Также податель жалобы отметил, что ремонтные работы были утверждены Российским морским регистром судоходства в связи с повреждением судна; поскольку доказательств невозможности выполнения таких работ иным способом, с использованием других материалов и применением других технологий, соответствующих требованиям РМРС, ответчик не представил, у суда первой инстанции, по мнению истца, отсутствовали основания для снижения размера убытков в этой части. Также истец выразил несогласие с выводом суда первой инстанции об отсутствии правовых оснований для удовлетворения требования о взыскании убытков в виде упущенной выгоды. 

Оспаривая судебный акт, ответчик отметил, что вывод о допустимости предъявления истцом требований к ответчику на основании правил главы 59 Гражданского кодекса Российской Федерации о внедоговорном вреде сделан судом первой инстанции с нарушением норм материального права; обстоятельства настоящего дела прямо указывают на совокупность признаков, дающих основание квалифицировать требования истца как убытки в связи с исполнением договора.

По мнению ответчика, недоказанность состава деликтного правонарушения (в частности, недоказанность противоправности действий ответчика при оказании им услуг по разгрузке т/х «Сердолик» для завершения истцом договора перевозки и/или при выскальзывании заведомо дефектного грузового места № 116.2 из строп, а также повреждение судна имуществом, не принадлежащим ответчику) влечет отсутствие необходимой совокупности обстоятельств для взыскания с ответчика убытков, в том числе, в порядке главы 59 Гражданского кодекса Российской Федерации; упущенная выгода предметом исковых требований по правилам главы 59 Гражданского кодекса Российской Федерации являться не может как таковая. Заявитель также указал, что налог на добавленную стоимость в состав убытков не включается.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель истца против ее удовлетворения возражал по мотивам отзыва, приобщенного коллегией к материалам дела.

Дело рассмотрено в порядке главы 34 АПК РФ, предусматривающей пределы и полномочия суда апелляционной инстанции.

Суд первой инстанции установил, 21.03.2021 при выгрузке груза с т/х «Сердолик», принадлежащего истцу, произошло падение груза на крышку трюма, в результате чего судно получило значительные повреждения. Факт произошедшего инцидента подтверждается актом повреждения судна от 21.03.2021, письмом-протестом капитана судна от 22.03.2021, ответом на письмо-протест от 24.03.2021 № 290/ПЛП/2021 и сторонами не оспаривается.

Работы по выгрузке груза производились ответчиком. 

По результатам внеочередного освидетельствования представителями Балтийского филиала ФАУ «Российский морской регистр судоходства», был составлен перечень повреждений.

Ремонт судна истец поручил ЗАО «Канонерский судоремонтный завод» на основании договора № 09/2021 от 31.03.2021, исполнительной ремонтной ведомости на общую сумму 13 787 720 руб. 16 коп. Истец оплатил выполненные АО «Канонерский судоремонтный завод» работы в полном объеме, что подтверждается платежными поручениями от 07.04.2021 № 26296, от 25.05.2021№ 43093. 

Кроме того, истцом были оплачены услуги по внеочередному освидетельствованию судна в сумме 16 125 руб. (счет № 21.01941/120 от 05.04.2021 оплачен платежным поручением от 16.04.2021 № 29633), услуги по техническому наблюдению за ремонтом в сумме 17 200 руб. (счет № 21.03436/120 от 03.06.2021 оплачен платежным поручением от 18.06.2021 № 51977),  услуги по перешвартовке судна и лоцманские проводки в общей сумме 349 466 руб. 29 коп. (оплачены платежными поручениями от 16.04.2021 № 29659, от 28.04.2021 № 34181, от 11.05.2021 № 37043, от 27.05.2021 № 44290, от 27.05.2021 № 44289, от 15.04.2021 № 29159, от 28.04.2021 № 34241, от 12.05.2021 № 38303, от 27.05.2021 № 44327, от 27.05.2021 № 44328).

Всего понесены расходы в сумме 14 170 511 руб. 45 коп.

Из них страховая компания ответчика АО «Альфастрахование» по договору Z691F/048/00005/20 от 03.03.2020 возместила 7 020 131 руб. 35 коп., что подтверждается платежным поручением № 431735 19.11.2021. Оставшаяся часть расходов составила 7 150 380 руб. 10 коп., ответчиком данная сумма не оплачена.

Истец также заявил об упущенной выгоде в связи с невозможностью коммерческого использования поврежденного судна, указав, что им велись переговоры с компанией «RUSAL Marketing GmbH» о договоре фрахтования судна «Сердолик». Однако договор не был заключен ввиду повреждения судна «Сердолик», истец не смог предоставить иное судно в ожидаемые и согласованные даты (22-24 марта 2021 года). Упущенная выгода рассчитана исходя из цены предполагаемой сделки  фрахтования с компанией «RUSAL Marketing GmbH», за вычетом предполагаемых расходов истца.

Истец 04.04.2023 направил ответчику претензию с требованием оплатить убытки и упущенную выгоду, которая оставлена без удовлетворения (письмом от 05.05.2023 ответчик сообщил об отказе в выплате и несогласии с предъявленными требованиями).

Рассмотрев доводы апелляционных жалоб и отзывы на жалобы, исследовав материалы дела и проверив соблюдение судом первой инстанции норм материального и процессуального права, апелляционная коллегия приходит к следующим выводам.

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В соответствии с пунктом 1 статьи 393 ГК РФ должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства. Если иное не установлено законом, использование кредитором иных способов защиты нарушенных прав, предусмотренных законом или договором, не лишает его права требовать от должника возмещения убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства.

Таким образом, реализация такого способа защиты как возмещение убытков предполагает применение к правонарушителю имущественных санкций, а потому возможна лишь при наличии общих условий гражданско-правовой ответственности: совершение противоправного действия (бездействие), возникновение у потерпевшего убытков, причинно-следственная связь между действиями и его последствиями и вина правонарушителя. Отсутствие одного из элементов вышеуказанного состава правонарушения влечет за собой отказ в удовлетворении иска.

В силу пункта 1 статьи 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

Согласно абзацу второму пункта 1 статьи 1079 ГК РФ обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Пунктом 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (разъяснено, что по смыслу статей 15 и 393 ГК РФ, кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков, и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (статья 404 ГК РФ).

В пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - Постановление N 25) разъяснено, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ). Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности.

В пункте 14 постановления Пленума № 25 разъяснено, что по смыслу статьи 15 ГК РФ упущенной выгодой является неполученный доход, на который увеличилась бы имущественная масса лица, право которого нарушено, если бы нарушения не было. Поскольку упущенная выгода представляет собой неполученный доход, при разрешении споров, связанных с ее возмещением, следует принимать во внимание, что ее расчет, представленный истцом, как правило, является приблизительным и носит вероятностный характер. Это обстоятельство само по себе не может служить основанием для отказа в иске.

В абзаце 3 пункта 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 №7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» разъяснено, что упущенной выгодой являются не полученные кредитором доходы, которые он получил бы с учетом разумных расходов на их получение при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено.

В силу пункта 4 статьи 393 ГК РФ при определении упущенной выгоды учитываются предпринятые стороной для ее получения меры и сделанные с этой целью приготовления. Данные обстоятельства имеют существенное значение для определения реальности (достоверности) тех доходов, которые потерпевшее лицо предполагало получить. Бремя доказывания наличия и размера упущенной выгоды лежит на истце, который должен доказать, что он мог и должен был получить определенные доходы, и только неправомерные действия ответчика стали единственной причиной, лишившей его возможности получить прибыль от невозможности осуществления предпринимательской деятельности.

Лицо, взыскивающее упущенную выгоду, должно подтвердить, что им совершены конкретные действия, направленные на извлечение доходов, которые не были получены только в связи с допущенным должником нарушением, ставшим единственным препятствием для получения дохода (определение Верховного Суда Российской Федерации от 19.01.2016 № 18-КГ15-237).

Согласно действующей судебной практике лицо, взыскивающее упущенную выгоду, должно доказать, что возможность получения им доходов существовала реально, то есть документально подтвердить, что оно совершило конкретные действия и сделало с этой целью приготовления, направленные на извлечение доходов, которые не были получены в связи с допущенным должником нарушением. Другими словами, взыскатель должен доказать, что допущенное ответчиком нарушение явилось единственным препятствием, не позволившим истцу получить упущенную выгоду (определение Верховного Суда Российской Федерации от 29.01.2015 №302-ЭС14-735 по делу N А19-1917/2013).

В рассматриваемом случае факт причинения вреда (прямой ущерб) имуществу истца (судну) вследствие падения груза на судно при его выгрузке подтверждается материалами дела и сторонами не оспаривается.

В обоснование причинно-следственной связи между наступившим прямым ущербом и поведением ответчика в материалы дела представлен сюрвейерский отчет от 26.03.2021, согласно которому в результате освидетельствования с участием капитана судна, старшего сюрвейера ООО «Агентство экспертиз МГБ» (представитель страховщика стивидора), представителя АО «Петролеспорт», сюрвейера ООО «Еврогал» (представитель фрахтователя), сюрвейера ООО «СКС-Международный грузовой сюрвей» (представитель грузополучателя), установлены следующие обстоятельства инцидента.

14.03.2021 судно было пришвартовано к причалу порта Гамбург (Германия), погрузка на судно началась 15.03.2021. 17.03.2021 судно проследовало в порт Санкт-Петербург с грузом на борту. Прибыв в порт Санкт-Петербург, 21.03.2021 судно было пришвартовано к причалу, разгрузка судна началась в этот же день в 14:20. 15.03.2021 в 21:40, при выгрузке грузовой единицы № 116.2 «Стальная плита», транспортная упаковка груза была повреждена, груз соскользнул со строп и упал на крышку люка № 5.

В качестве причины повреждения указано, что инцидент можно разумно объяснить ошибкой стивидора (АО «Петролеспорт»). Все другие обстоятельства, а также рекомендации по транспортировке грузов, выпущенные владельцем судна, были исследованы, и установлено, что на момент подготовки настоящего отчета не обнаружены какие-либо обстоятельства, исходя из которых возможно сделать вывод о некорректных действиях со стороны владельца судна.

Из сюрвейерского отчета от 26.03.2021 следует, что стивидоры, обладая полной информацией об упаковке груза, начали разгрузку вместо приостановки работ, приняв на себя риски своих действий.

Кроме того, в предоставленном самим ответчиком сюрвейерском отчете от 25.05.2022 (страница 8 Отчета) в графе «событие» в 21.03.2021 21:40 указано, что по сообщению крановщика вначале произошел рывок и только после этого груз начал соскальзывать, то есть падение произошло после действий крановщика (работника ответчика).

Ответчик в соответствии со статьей 4 Федерального закона от 08.11.2007 №261-ФЗ «О морских портах в Российской Федерации и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», является оператором морского терминала, то есть транспортной организацией, осуществляющей эксплуатацию морского терминала, операции с грузами, в том числе их перевалку, обслуживание судов, иных транспортных средств.

Факт выгрузки груза ответчиком с использованием принадлежащего ему крана (источника повышенной опасности) подтверждается материалами дела и ответчиком не опровергается. Ответчик, являясь лицом, на профессиональной основе оказывающим услуги по выгрузке грузов в порту, располагая сведениями о недостатках упаковки (на которые он ссылается), имел возможность и должен был предполагать, что действия по выгрузке груза в таких условиях приведут к смещению груза, тем не менее, начал производить выгрузку грузов и не принял мер к определению более безопасного способа его перемещения.

Из материалов дела усматривается, что ответчик располагал сведениями о состоянии упаковки до начала выгрузки, доказательств того, что указанные свойства упаковки груза были визуально не определимы, не имеется.

Исполняя обязанности перед своим договорным контрагентом по выгрузке грузов, согласно статье 716 ГК РФ (пункт 1) ответчик обязан был приостановить работу при обнаружении возможных неблагоприятных для заказчика последствий выполнения его указаний о способе исполнения работы. При этом ответчик, продолжив работу, не вправе при предъявлении к нему соответствующих требований ссылаться на указанные обстоятельства (пункт 2 статьи 719 ГК РФ).

Следовательно, стандартом разумного поведения ответчика, использующего в работе источник повышенной опасности, располагающего полными данными об упаковке груза до начала работ по выгрузке, является приостановка выгрузки при наличии возможности наступления неблагоприятных последствий при выполнении таких работ. 

Поскольку стандарт не был соблюден, действия ответчика являются противоправными; при таких обстоятельствах суд первой инстанции пришел к верному выводу о причинно-следственной  связи между действиями ответчика и наступившими убытками истца в виде прямого ущерба.

При этом суд отметил, что размер истцом рассчитан исходя из стоимости  затрат на ремонт судна по договору от 31.03.2021 № 09/2021, а также сопутствующих услуг (работ) по внеочередному освидетельствованию судна, по техническому наблюдению за ремонтом по перешвартовке судна и лоцманским проводкам (14 170 511 руб. 45 коп.) за вычетом суммы страховой выплаты АО «Альфастрахование» (7 020 131 руб. 35 коп.). Соответственно, сумма заявленных к возмещению расходов составила 7 150 380 руб. 10 коп.

Возражая по размеру убытков, ответчик представил сюрвейерский отчет от 25.05.2022 № 2103.051, составленный ООО «Агентство экспертиз МГБ» по заказу АО «Альфастрахование» в целях проверки обоснованности суммы страховой выплаты, подлежащей уплате истцу по договору страхования.

В сюрвейерском отчете от 25.05.2022 № 2103.051, составленном ООО «Агентство экспертиз МГБ» по заказу АО «Альфастрахование» в целях проверки обоснованности суммы страховой выплаты, подлежащей уплате истцу по договору страхования, сделан вывод, что не все заявленные истцом расходы (в том числе, выполненные АО «Канонерский судоремонтный завод» по договору № 09/2021 от 31.03.2021) непосредственно связаны с инцидентом.

Из заявленной суммы расходов 14 170 511 руб. 45 коп. непосредственно с инцидентом (повреждение судна вследствие падения груза) связаны расходы на общую сумму 12 386 934 руб. 74 коп. (страница 39 сюрвейерского отчета от 25.05.2022).

Вышеуказанный расчет, изложенный в сюрвейерском отчете от 25.05.2022, истцом документально не опровергнут, основания, по которым в отчете сделаны такие выводы, мотивированно не оспорены. 

Принимая во внимание указанное выше, суд первой инстанции верно констатировал, что размер расходов, непосредственно связанных с восстановлением поврежденного имущества (судна)  вследствие инцидента, составляет 12 386 934 руб. 74 коп. (включая НДС). С учетом произведенной страховой выплаты истцу (7 020 131 руб. 35 коп.), остаток непогашенной суммы расходов составляет 5 366 803 руб. 39 коп., который и был взыскан судом первой инстанции с ответчика в пользу истца, в удовлетворении оставшейся части требований правомерно отказано.

Доводы истца, изложенные в апелляционной жалобе, относительно неправомерного уменьшения судом первой инстанции размера убытков следует отклонить с учетом изложенных обстоятельств. Проведение ремонта судна под надзором РМРС означает лишь контроль над процессом проведения работ с целью его соответствия требованиям органа технического надзора; Из сюрвейерского отчета от 25.05.2022 № 2103.051, подготовленного ООО «Агентство Экспертиз МГБ», прямо следует, что акт РМРС о внеочередном освидетельствовании судна № 21.03648.120 от 25.03.2021, на который ссылается истец, при анализе объема ремонта и заявленных расходов был изучен (страница 29 отчета).

Довод истца о том, что отчет датирован после того, как истец получил страховое возмещение, не может являться основанием для отмены обжалуемого судебного акта, поскольку на существо вывода о выполнении в ходе ремонта иных работ, не имеющих отношение к инциденту, не влияет.

Проанализировав приведенные правовые положения, изучив и оценив по правилам статьи 71 АПК РФ представленные в материалы дела доказательства, суд первой инстанции, принимая во внимание, что истцом не доказаны обстоятельства того, что возможность получения прибыли существовала реально, а не в качестве его субъективного представления, а допущенное ответчиком нарушение (произошедший инцидент с судном «Сердолик») явилось единственным препятствием, не позволившим ему получить соответствующие доходы, суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении требования о взыскании суммы убытков в виде упущенной выгоды. 

Доводы истца о том, что суд первой инстанции неправомерно отказал в удовлетворении требований в указанной части, подлежат отклонению коллегией судей. В обоснование возникновения упущенной выгоды, истец ссылается на согласование условий договора фрахтования судна «Сердолик» с компанией «RUSAL Marketing GmbH» с предоставлением данного судна (22-24 марта 2021). Однако в связи с инцидентом 21.03.2021 с судном «Сердолик», компания «RUSAL Marketing GmbH», отказалась от договора.

В качестве обоснования согласования договора, его расторжения, упущенной выгоды истец представил копию электронной переписки от 16 – 22 марта 2021 года, которая велась со следующих адресов: Vladimir.nesterov@rusal.com (ФИО7); V.perevyazko@nwship.ru (Владимир Перевязко). 

Между тем, из представленной переписки не следует, что причиной отмены соглашения является именно инцидент с судном «Сердолик». Из содержания переписки следует, что судно предполагалось представить 22-24 марта 2021 года, тогда как выгрузка с судна еще не была завершена на 21.03.2021 21:40 (согласно отчету об инциденте). Согласно пояснениям ответчика суду первой инстанции, не опровергнутым истцом, выгрузка судна не могла быть завершена к 22.03.2021 вне зависимости от инцидента, следовательно, доказательства отказа контрагента в заключении сделки с истцом исключительно вследствие инцидента отсутствуют.

Также истцом не представлено мотивированных объяснений о том, что истец объективно не мог предоставить предполагаемому контрагенту иное (аналогичное) судно в запрашиваемые даты.

Ответчик   необоснованно   утверждает,   что   к   рассматриваемому   спору   должны применяться нормы о договорной ответственности. В данном случае, из представленных в материалы дела документов, отражающих правоотношения сторон в связи с повреждением имущества (судна), принадлежащего истцу, усматривается, что между истцом (собственником судна) и ответчиком (заявленным причинителем вреда) отсутствуют прямые гражданско-правовые обязательственные отношения (вытекающие из договора), в ходе которых ответчик причинил вред истцу. При таких обстоятельствах, истец правомерно  ссылается в рамках требований к ответчику на нормы о деликтной ответственности за причинение вреда своему имуществу.

Доводы ответчика о неправомерности включения в размер убытков суммы налога на добавленную стоимость (НДС) отклоняются, поскольку данная сумма оплачена истцом в составе расходов на ремонт судна, при этом положений, ограничивающих включение НДС при определении ущерба, действующее законодательство не содержит.

Ответчик ошибочно трактует положения статьи 1079 ГК РФ, утверждая, что вред должен был быть причинен именно  источником опасности.

Аргументы апелляционных жалоб  проверены судом второй инстанции в полном объеме и отклонены по вышеуказанным основаниям.

Арбитражным судом первой инстанции обстоятельства спора исследованы всесторонне и полно, нормы материального и процессуального права применены правильно, выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Основания для переоценки обстоятельств, правильно установленных судом первой инстанции, у суда апелляционной инстанции отсутствуют. Несогласие заявителей с выводами суда, иная оценка ими фактических обстоятельств дела и иное толкование закона не означают допущенной при рассмотрении дела ошибки и не подтверждают существенных нарушений судом норм права, в связи с чем доводы заявителей жалоб признаются необоснованными.

Учитывая вышеизложенное, оснований для удовлетворения апелляционной жалобы не имеется. Обжалуемый судебный акт соответствует нормам материального права, а содержащиеся в нем выводы – установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам.

Нарушений норм процессуального законодательства, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены принятых судебных актов, допущено не было.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ с учетом результатов рассмотрения жалоб расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционных жалоб относятся на заявителей.

Руководствуясь статьями 269 – 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд 

 

постановил:

решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 30.01.2024 по делу № А56-46063/2023 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Постановление  может быть  обжаловано  в  Арбитражный  суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.

 

Председательствующий

 

Е.М. Новикова

Судьи

 

Н.Ф. Орлова

 Е.В. Савина