ДВЕНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

410002, г. Саратов, ул. Лермонтова д. 30 корп. 2 тел: (8452) 74-90-90, 8-800-200-12-77; 

факс: (8452) 74-90-91, http://12aas.arbitr.ru; e-mail: info@12aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело №А12-4734/2020

г. Саратов

21 сентября 2021 года

Резолютивная часть постановления объявлена 15 сентября 2021 года.

Полный текст постановления изготовлен 21 сентября 2021 года.

     Двенадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего – судьи Т.Н. Телегиной,

судей О.В. Лыткиной, В.Б. Шалкина

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания                    ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу публичного акционерного общества «Ростелеком», г. Санкт-Петербург, в лице Волгоградского филиала, г. Волгоград, макрорегионального филиала «Юг», г. Краснодар,  

на решение Арбитражного суда Волгоградской области от 12 июля 2021 года                   по делу  № А12-4734/2020

по иску общества с ограниченной ответственностью «Спринт Сеть», г. Волгоград,                    (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>),

к публичному акционерному обществу «Ростелеком», г. Санкт-Петербург,               (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), в лице Волгоградского филиала,                            г. Волгоград, макрорегионального филиала «Юг», г. Краснодар,      

о взыскании 2692376 руб. 69 коп., 

при участии в заседании: от истца – ФИО2, представителя, доверенность от 19.08.2021 (ксерокопия в деле), ответчик не явился, извещен о времени и месте судебного разбирательства надлежащим образом в порядке частей 1, 6 статьи 121, части 1 статьи 122, части 1 статьи 123, части 1 статьи 186 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, что подтверждается отчетом о публикации судебных актов от 18.08.2021, 

УСТАНОВИЛ:

в Арбитражный суд Волгоградской области обратилось общество с ограниченной ответственностью «Спринт Сеть» с иском к публичному акционерному обществу «Ростелеком» в лице Волгоградского филиала о взыскании 2692376 руб. 69 коп., в том числе 2461799 руб. 52 коп.  задолженности по договору на оказание услуг по организации городского/внутризонового продления магистральных каналов связи от 6 октября 2006 года № 1-АО-ЦКМГ-336 за период с декабря 2016 года по ноябрь 2019 года, 230577 руб. 17 коп. неустойки за просрочку оплаты оказанных услуг за период с 26 декабря 2016 года по 27 января 2020 года на основании пункта 4.4 названного договора.

     Решением Арбитражного суда Волгоградской области от 3 июня 2020 года по делу  № А12-4734/2020, оставленным без изменения постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 27 августа 2020 года, в удовлетворении иска отказано. С общества с ограниченной ответственностью «Спринт Сеть» в доход федерального бюджета взыскано 36462 руб. государственной пошлины.

     Постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 17 февраля                   2021 года решение Арбитражного суда Волгоградской области от 3 июня 2020 года и постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 27 августа 2020 года по делу № А12-4734/2020 отменены, дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд Волгоградской области.

     Арбитражный суд кассационной инстанции дал указание арбитражному суду первой инстанции установить, являются ли услуги, оказываемые истцом, исключительно услугами по предоставлению в пользование публичного акционерного общества «Ростелеком» каналов связи, на что указывалось истцом при рассмотрении настоящего спора, либо истец оказывал иной вид услуг, связанных с передачей именно им данных, что предполагает различные правовые подходы в целях установления факта оказания услуг и порядка их оплаты. Арбитражный суд Поволжского округа также указал, что ответчиком было заявлено об истечении срока исковой давности только по требованию об оплате задолженности за декабрь 2016 года, но из оспариваемых судебных актов не усматривается, каким образом, применяя исковую давность, суды определили момент начала течения срока исковой давности, а также к каким обязательствам был применен срок исковой давности.

     Указания арбитражного суда кассационной инстанции, в том числе на толкование закона, изложенные в его постановлении об отмене решения, постановления арбитражных судов первой и апелляционной инстанций, обязательны для арбитражного суда, вновь рассматривающего данное дело (часть 2 статьи 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

     Истец при новом рассмотрении дела в порядке части 1 статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обратился с заявлением об уменьшении размера исковых требований и просил взыскать с ответчика              2630776 руб. 50 коп., в том числе 2391615 руб. задолженности по договору на оказание услуг по организации городского/внутризонового продления магистральных каналов связи от 6 октября 2006 года № 1-АО-ЦКМГ-336 за период с 1 декабря 2016 года по 30 ноября 2019 года, 239161 руб. 50 коп. неустойки за просрочку оплаты оказанных услуг за период с 26 января 2017 года по 30 ноября 2019 года на основании пункта 4.4 названного договора. Уменьшение размера исковых требований принято арбитражным судом первой инстанции.

     Не является достаточным основанием для отмены судебного акта вышестоящей инстанцией принятие судом уточненных требований, если того требует принцип эффективности судебной защиты (Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11 мая 2010 года № 161/10 по делу № А29-10718/2008). 

     Решением Арбитражного суда Волгоградской области от 12 июля 2021 года                   по делу  № А12-4734/2020 иск удовлетворен: с ответчика в пользу истца взыскано 2630776 руб. 50 коп., в том числе 2391615 руб. задолженности по договору на оказание услуг по организации городского/внутризонового продления магистральных каналов связи от 6 октября 2006 года № 1-АО-ЦКМГ-336 за период с 1 декабря 2016 года по 30 ноября 2019 года, 239161 руб. 50 коп. неустойки за просрочку оплаты оказанных услуг за период с 26 января 2017 года по 30 ноября 2019 года на основании пункта 4.4 названного договора. С публичного акционерного общества «Ростелеком» в доход федерального бюджета взыскано              36154 руб. государственной пошлины.  

     Дополнительным решением Арбитражного суда Волгоградской области от                28 июля 2021 года по делу  № А12-4734/2020 с публичного акционерного общества «Ростелеком»  в пользу общества с ограниченной ответственностью «Спринт Сеть» в возмещение судебных расходов взыскано 6000 руб. государственной пошлины, уплаченной за рассмотрение апелляционной и кассационной жалоб.

     Не согласившись с решением Арбитражного суда Волгоградской области от               12 июля 2021 года по делу  № А12-4734/2020, публичное акционерное общество «Ростелеком» в лице Волгоградского филиала макрорегионального филиала «Юг» обратилось с апелляционной жалобой, в которой просит решение арбитражного суда отменить, как незаконное и необоснованное, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении иска в полном объеме.

     Заявитель апелляционной жалобы считает, что арбитражным судом первой инстанции неправильно применены нормы материального и процессуального права, выводы, содержащиеся в решении, не соответствуют обстоятельствам дела: факт оказания услуг по договору не доказан, неправомерна ссылка на решение Арбитражного суда Волгоградской области от 12 февраля 2020 года по делу                    № А12-6441/2019, неустойка начислена и взыскана незаконно, т. к. не подтвержден период просрочки платежей в связи с не направлением истцом ответчику счетов на оплату услуг и счетов-фактур, неправомерно не применен срок исковой давности по требованиям о взыскании задолженности за декабрь 2016 года. 

     Общество с ограниченной ответственностью «Спринт Сеть» не представило отзыв на апелляционную жалобу. Представитель истца возражал против доводов апелляционной жалобы, просил решение арбитражного суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу ответчика – без удовлетворения.

     Публичное акционерное общество «Ростелеком» в лице Волгоградского филиала макрорегионального филиала «Юг» обратилось с ходатайством о рассмотрении апелляционной жалобы в отсутствие своего представителя. Ходатайство удовлетворено.

     Арбитражный апелляционный суд в порядке части 1 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации повторно рассматривает дело по имеющимся в деле и дополнительно представленным доказательствам.

     Решение суда является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права (пункт 10 раздела «Разрешение споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав». Судебная коллегия по гражданским делам. Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации, утвержденный Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 4 марта 2015 года № 1 (2015).

     Проверив обоснованность доводов, изложенных в апелляционных жалобах, выступлениях присутствующего в судебном заседании представителя истца, исследовав материалы дела, арбитражный апелляционный суд не считает, что обжалуемый судебный акт подлежит изменению или отмене по следующим основаниям.

     Как следует из материалов дела, общество с ограниченной ответственностью «Спринт Сеть» (оператор) и публичное акционерное общество «Ростелеком» (ростелеком) заключили договор на оказание услуг по организации городского/внутризонового продления магистральных каналов связи от 6 октября 2006 года № 1-АО-ЦКМГ-336, по условиям которого оператор обязался предоставлять в пользование обществу «Ростелеком» городские и внутризоновые каналы связи и обеспечивать эксплуатацию комплекта оборудования, необходимого для подключения выделенного канала, а ростелеком обязался принять и оплатить услуги на условиях договора.

     Обязанности сторон определены в разделе 2 договора, порядок проведения расчетов – в разделе 3, ответственность сторон – в разделе 4, срок действия и порядок расторжения договора – в разделе 5, общие условия – в разделе 6, приложения – в разделе 7, адреса и банковские реквизиты сторон – в разделе 8 заключенного договора.      

     В системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения. Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны. Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное (пункт 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от                     23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»). 

     В соответствии с пунктом 1 статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

     Статья 307 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что в силу обязательства одно лицо (должник) обязано совершить в пользу другого лица (кредитора) определенное  действие,  как-то:  передать  имущество,  выполнить  работу, уплатить деньги и т.п., либо воздержаться от определенного действия, а кредитор имеет право требовать от должника исполнения его обязанности.

     Обязательства возникают из договора, вследствие причинения вреда и из иных оснований, указанных в настоящем Кодексе.

     На основании статьи 309 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований – в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями.

     В силу положений статьи 310 Гражданского кодекса Российской Федерации односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом.

     Эффективная судебная защита нарушенных прав может быть обеспечена своевременным заявлением возражений или встречного иска.  Арбитражный суд, рассматривающий дело о взыскании по договору, оценивает обстоятельства, свидетельствующие о заключенности и действительности договора независимо от того, заявлены ли возражения или встречный иск. При подготовке к судебному разбирательству дела о взыскании по договору арбитражный суд определяет круг обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения дела, к которым относятся обстоятельства о соблюдении правил его заключения, наличии полномочий на заключение договора у лиц, его подписавших (пункты 1, 2 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23 июля 2009 года № 57 «О некоторых процессуальных вопросах практики рассмотрения дел, связанных с неисполнением либо ненадлежащим исполнением договорных обязательств»). 

     В силу пунктов 1, 4 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора, условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами.

     Принцип свободы договора предполагает добросовестность действий его сторон, разумность и справедливость его условий, в частности, их соответствие действительному экономическому смыслу заключаемого соглашения.

     Свобода договора предполагает, что стороны действуют по отношению друг к другу на началах равенства и автономии воли и определяют условия договора самостоятельно в своих интересах, при этом не означает, что стороны при заключении договора могут действовать и осуществлять права по своему усмотрению без учета прав других лиц (своих контрагентов), а также ограничений, установленных Кодексом и другими законами. 

     В соответствии со статьей 431 Гражданского кодекса Российской Федерации при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

     Норма, определяющая права и обязанности сторон договора, толкуется судом исходя из ее существа и целей законодательного регулирования, то есть суд принимает во внимание не только буквальное значение содержащихся в ней слов и выражений, но и те цели, которые преследовал законодатель, устанавливая данное правило (пункт 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14 марта 2014 года № 16 «О свободе договора и ее пределах»). 

     Условия договора подлежат толкованию таким образом, чтобы не позволить какой-либо стороне договора извлекать преимущество из ее незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской федерации. Толкование договора не должно приводить к такому пониманию условия договора, которое стороны с очевидностью не могли иметь в виду (пункт 43 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора»). 

     Заключенный сторонами договор на оказание услуг по организации городского/внутризонового продления магистральных каналов связи от 6 октября 2006 года № 1-АО-ЦКМГ-336 является договором возмездного оказания услуг и регулируется, как общими положениями гражданского законодательства, так и специальными нормами для отдельных видов обязательств, содержащихся в главе 39 «Возмездное оказание услуг» Гражданского кодекса Российской Федерации, а также положениями Федерального закона от 7 июля 2003 года № 126-ФЗ «О связи», Правил оказания телематических услуг связи, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 10 сентября 2007 года    № 575, Правил оказания услуг связи по передаче данных, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 23 января 2006 года               № 32. Названный договор не признан недействительным или незаключенным в установленном законом порядке.

     Статья 779 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги.

     Предметом договора возмездного оказания услуг является совершение определенных действий или осуществление определенной деятельности.

     Исходя из норм пункта 1 статьи 779 Гражданского кодекса Российской Федерации и поскольку стороны в силу статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации вправе определять условия договора по своему усмотрению, обязанности исполнителя по договору возмездного оказания услуг могут включать в себя не только совершение определенных действий (деятельности), но и представление заказчику результата своих действий.

     Эти обязанности предполагают различную степень прилежания при исполнении обязательства. Если в первом случае исполнитель гарантирует приложение максимальных усилий, то во втором – достижение определенного результата.

     Правила настоящей главы применяются к договорам оказания услуг связи, медицинских, ветеринарных, аудиторских, консультационных, информационных услуг, услуг по обучению, туристическому обслуживанию и иных, за исключением услуг, оказываемых по договорам, предусмотренным главами 37, 38, 40, 41, 44, 45, 46, 47, 49, 51, 53 настоящего Кодекса.

     По природе договора возмездного оказания услуг, в котором отсутствует материальный результат действия, оплачивается услуга как таковая (статьи 779 - 783 Гражданского кодекса Российской Федерации).

     Оказание услуг осуществляется на основании бланков-заказов на оказание услуг

связи, которые подписываются сторонами и являются приложениями к договору. Каждая отдельная услуга оформляется отдельным бланком-заказом с указанием наименования предоставляемой услуги, ее параметров, стоимости, срока готовности и иной информации, необходимой обеим сторонам для выполнения своих обязательств по договору (пункты 1.3, 1.4 договора).

     Стороны в целях исполнения вышеуказанных условий договора подписали бланки-заказы на оказание услуг связи от 6 октября 2006 года № 1, от 24 декабря 2008 года № 2, от 6 марта 2009 года № 3.

     Истец произвел начисление ежемесячной платы за оказанные ответчику услуги за период с 1 декабря 2016 года по 30 ноября 2019 года по вышеперечисленным бланкам-заказам на общую сумму 2391615 руб.

     В связи с несвоевременной оплатой задолженности истец также начислил ответчику 239161 руб. 50 коп. неустойки за просрочку оплаты оказанных услуг за период с 26 января 2017 года по 30 ноября 2019 года на основании пункта 4.4 заключенного договора.

     Направленная ответчику претензия не была им добровольно удовлетворена.

     Неисполнение ответчиком обязательства по своевременной оплате оказанных истцом услуг по вышеназванному договору в полном объеме послужило основанием для обращения истца с настоящим иском в арбитражный суд первой инстанции.

     Согласно нормам части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

     Частью 3.1 статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований или возражений, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований.

     Арбитражный суд первой инстанции, исследовав материалы дела доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса и принимая во внимание обязательные для исполнения указания Арбитражного суда Поволжского округа, дал надлежащую правовую оценку доводам сторон и представленным ими доказательствам и правомерно удовлетворил иск в полном объеме по следующим основаниям.

     В соответствии с положениями статьи 408 Гражданского кодекса Российской Федерации надлежащее исполнение прекращает обязательство.

     По природе договора возмездного оказания услуг, в котором отсутствует материальный результат действия, оплачивается услуга как таковая (статьи 779 - 783 Гражданского кодекса Российской Федерации).

     Учитывая вышеизложенное, принятие услуг заказчиком является основанием для возникновения у последнего обязательства по их оплате в соответствии со статьей 781 Гражданского кодекса Российской Федерации.

     Пунктом 1 статьи 781 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что заказчик обязан оплатить оказанные ему услуги в сроки и в порядке, которые указаны в договоре возмездного оказания услуг.

     По смыслу статей 779, 781 Гражданского кодекса Российской Федерации услуга в качестве предмета договора неотделима от процесса ее оказания и потребляется в процессе исполнения договора возмездного оказания услуг, следовательно, услуги могут не иметь материального результата, который можно было бы сдать или принять, в то же время оплате подлежат фактически оказанные услуги.

     При возмездном оказании услуг заказчика интересует именно деятельность исполнителя, не приводящая непосредственно к созданию вещественного результата и связанная с совершением действий, не имеющих материального воплощения.

     Указанная правовая позиция отражена в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27 апреля 2010 года № 18140/09 по делу № А56-59822/2008.

     При рассмотрении споров, связанных с оплатой оказанных в соответствии сдоговором услуг, арбитражным судам необходимо руководствоватьсяположениями статьи 779 Гражданского кодекса Федерации, по смыслу которыхисполнитель может считаться надлежаще исполнившим свои обязательства присовершении указанных в договоре действий (деятельности). При этом следует исходить из того, что отказ заказчика от оплаты фактически оказанных ему услугне допускается (пункт 2 Информационного письма Президиума ВысшегоАрбитражного Суда Российской Федерации от 29 сентября 1999 года № 48 «Онекоторых вопросах судебной практики, возникающих при рассмотрении споров,связанных с договорами на оказание правовых услуг»).

     Согласно пункту 3.2.1 договора оплата производится ежемесячно до 25-го числа

месяца, следующего за расчетным, на основании платежных документов оператора.

     Фактические объемы оказанных услуг и суммы месячных платежей в срок до                5-го числа месяца, следующего за расчетным, оформляются в виде бланка-заказа (пункт 3.2.2 договора).

     Оплата услуг по договору производится комплексно, все услуги включаются в один счет. В срок до 5-го числа месяца, следующего за расчетным, сторона, получатель платежа, направляет другой стороне счет на оплату и счет-фактуру с указанием согласованной сторонами стоимости оказанных услуг, которая подлежит к оплате (пункт 3.2.3 договора).

     Истец  в соответствии с бланком-заказом на оказание услуг связи от 6 октября 2006 года № 1 провел мероприятия по организации новой линии доступа в целях обеспечения передачи данных для открытого акционерного общества «БАНК Москвы» за период с декабря 2016 года по ноябрь 2019 года. Тип канала «BOЛC», скорость канала 2048 кБит/с. Ежемесячная (абонентская) плата за предоставление услуги составила 500 условных единиц.

     В соответствии с бланком-заказом на оказание услуг связи от 24 декабря               2008 года № 2 истец провел мероприятия по организации канала связи (новой линии доступа) в целях обеспечения передачи данных для Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации за период с декабря 2016 года по ноябрь 2019 года. Тип канала «BOЛC», скорость канала 2048 кБит/с. Ежемесячная (абонентская) плата за предоставление услуги за одну точку включения составила 15000 руб.

     Истец в соответствии с бланком-заказом на оказание услуг связи от 6 марта  2009 года № 3 провел мероприятия по организации канала связи (новой линии доступа) в целях обеспечения передачи данных для общества с ограниченной ответственностью «Техцентр» за период с декабря 2016 года по ноябрь 2019 года. Тип канала «BOЛC», скорость канала 2048 кБит/с. Ежемесячная (абонентская) плата за предоставление услуги за одну точку включения составила 10000 руб.

     Согласно пункту 3.3.1 договора оплата производится в рублевом эквиваленте доллара США по курсу Банка России на день выставления счета (в случае, если тариф на услугу определен в условных единицах).

     Ответчик ссылается на то, что услуга по бланку-заказу от 6 октября 2006 года            № 1 в интересах открытого акционерного общества «БАНК Москвы» расформирована с 20 октября 2008 года, услуга по бланку-заказу от 24 декабря 2008 года № 2 в интересах Высшего Арбитражного суда расформирована с 1 марта 2011 года, услуга по бланку-заказу  от 6 марта 2009 года № 3 в интересах общества с ограниченной ответственностью «Техцентр» не оказывалась, т. к. договор с клиентом расторгнут с 1 сентября 2009 года. Счета за период с декабря 2016 по ноябрь 2019 года по бланкам-заказам №№ 1, 2, 3 не выставлялись, т. к. услуги по ним уже не оказывались.

     За период с декабря 2016 года по май 2017 года по договору на оказание услуг по организации городского/внутризонового продления магистральных каналов связи от 6 октября 2006 года № 1-АО-ЦКМГ-336 действовали следующие бланки-заказы: бланк-заказ № 9 (изменение к бланку-заказу от 19 февраля 2014 года № 8) действовал с 25 февраля 2014 года по 30 апреля 2017 года, за период с декабря  2016 года по апрель 2017 года и счета-фактуры, и акты выставлены за оказание услуг по бланку-заказу № 9, бланк-заказ от 1 мая 2017 года № 10 действовал с               1 по 31 мая 2017 года, бланк-заказ № 11 от 1 мая 2017 года действовал с 1 по 31 мая 2017 года, за май 2017 счет-фактура и акт выставлены за оказание услуг по бланкам-заказам №№ 10, 11.

     В бланке-заказе № 3 в разделе 4 «Характеристики линии доступа» указана точка А: общество с ограниченной ответственностью «Техцентр» (

<

...>). Договор с обществом с ограниченной ответственностью «Техцентр» расторгнут с 1 сентября 2009 года, что подтверждается соглашением о расторжении договора от 18 ноября 2008 года № 5-ПО-СПД-1475. Ответчик считает, что указанные обстоятельства подтверждают факт прекращения действия бланка-заказа № 3 и, соответственно, необоснованность исковых требований.

     В бланках-заказах №№ 2, 3 в разделе 4 «Характеристики линии доступа» указана Точка Б: узел доступа открытого акционерного общества «Ростелеком»                               (

<

...>), т. е. оборудование, посредством которого услуга предоставляется размещено на узле доступа ответчика по адресу: 

<

...>.

     В бланке-заказе №  9 в разделе 4 «Характеристики линии доступа» указана Точка Б: узел доступа открытого акционерного общества «Ростелеком»                               (

<

...>). Ответчик пользовался услугами по договору на оказание услуг по организации городского/внутризонового продления магистральных каналов связи от 6 октября 2006 года № 1-АО-ЦКМГ-336 (по бланку-заказу № 9) до 30 апреля 2017 года, а 6 марта 2018 года было демонтировано оборудование истца по данному делу, что исключает саму возможность оказания услуг. Данный факт, по мнению ответчика, подтвержден вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Волгоградской области от 19 февраля 2019 года по делу № А12-45065/2018.

     При рассмотрении дела № А12-45065/2018 установлено, что публичное акционерное общество  «Ростелеком» обратилось в Арбитражный суд Волгоградской области с иском  о взыскании с общества с ограниченной ответственностью «Спринт Сеть» 21169 руб. 86 коп. задолженности по договору на услуги по обеспечению функционирования оборудования от 11 марта 2017 года               № 5-АО-ОФО-760. 

     По условиям вышеуказанного договора исполнитель (публичное акционерное общество  «Ростелеком») оказывал заказчику (обществу с ограниченной ответственностью «Спринт Сеть») услуги по обеспечению функционирования оборудования, размещенного на объектах заказчика (пункт 2.1 договора от                       1 марта 2017 года № 5-АО-ОФО-760). 

     Оборудование заказчика - это комплекс телекоммуникационного оборудования (технологические стойки, коммутационное оборудование, маршрутизаторы, модемы и т. п.), имеющего необходимые сертификаты и разрешение государственных органов на эксплуатацию (линии передачи, физические цепи и линейно-кабельные сооружения связи) (пункт 1.1 договора).

     Таким образом, во исполнение вышеуказанного договора ответчик установил оборудование на станции истца, с помощью которого ответчиком был организован канал связи, который он предоставил в пользование истцу по другому договору.

     Ответчик в письме от 14 марта 2017 года № 38 обратился к истцу с просьбой о разрешении специалистам общества с ограниченной ответственностью «Спринт Сеть» посетить производственное помещение ТУ-5 УД для осуществления демонтажных работ и выноса оборудования в период с 27 по 31 марта 2017 года. 

     Истец ответил, что демонтаж указанного в письме от 14 марта 2017 года № 38 оборудования приведет к отключению канала связи, арендуемого публичным акционерным обществом «Ростелеком» у общества с ограниченной ответственностью «Спринт Сеть» в интересах клиента – открытого акционерного общества «АБ «Россия», и повлечет нарушения условий договора на оказание услуг по организации городского/внутризонового продления магистральных каналов связи от 6 октября 2006 года № 1-АО-ЦКМГ-336.

     Таким образом, демонтаж оборудования в сроки, указанные в письме от                    14 марта 2017 года № 38, не был произведен. Истец пользовался предоставляемым ответчиком каналом связи в марте и апреле 2017 года и произвел оплату в установленный срок. 

     Письмом от 11 апреля 2017 года № 04/05/6070-17 о расформировании канала истец уведомил ответчика о прекращении действия бланка-заказа № 9 к договору на оказание услуг по организации городского/внутризонового продления магистральных каналов связи от 6 октября 2006 года № 1-АО-ЦКМГ-336 в интересах клиента - открытого акционерного общества «АБ Россия», расформировании канала и исключении его из расчетов с 1 мая 2017 года.

     Оплата вышеуказанных услуг по бланкам-заказам №№ 9, 10, 11 была произведена в полном объеме.

     Ответчик в связи с вышеизложенными обстоятельствами полагает, что в рассматриваемом случае отсутствуют основания для привлечения его к гражданско-правовой ответственности.

     Арбитражный суд первой инстанции, исследовав материалы дела, дал надлежащую правовую оценку правоотношениям сторон.

     Общество с ограниченной ответственностью «Спринт Сеть» и открытое акционерное общество «Южная телекоммуникационная компания» заключили договор аренды от 1 ноября 2003 года № 38-04-80/03, по условиям которого обществу с ограниченной ответственностью «Спринт Сеть» в пользование было передано нежилое помещение площадью 1 кв. м на первом этаже в линейно-аппаратном зале здания производства по зоновой междугородней и международной связи по ул. Мира, 16, в г. Волгограде под размещение и эксплуатацию телекоммуникационного шкафа «19». 

     Ответчик впоследствии выдал технические условия № 2-300-5-0 на ввод волоконно-оптического кабеля (16 ОВ) и размещение оборудования общества с ограниченной ответственностью «Спринт Сеть» в УД ТРП-32 г. Волгоград ТУ-5 публичного акционерного общества «Ростелеком» в лице Волгоградского филиала                          макрорегионального филиала «Юг» по адресу: 

<

...>, что подтверждается актом выполненных работ от 19 марта 2007 года. 

     Таким образом, кабель до ул. Землячки, д. 18, был проложен в канализации открытого акционерного общества «Южная телекоммуникационная компания».

     На узле связи открытого  акционерного общества «Ростелеком» по адресу:                    

<

...>, общество с ограниченной ответственностью «Спринт Сеть» арендовало технологическое место в телекоммуникационной стойке открытого  акционерного общества «Ростелеком», в которую был заведен кабель, услуга «последняя миля» по каналу связи предоставлялась с оборудования, расположенного с ул. Мира, д. 16 на ул. Землячки, д. 18. Данная схема также подтверждается техническими условиями на присоединение сети зоновой телефонной связи общества с ограниченной ответственностью «Спринт Сеть» к сети междугородной и международной телефонной связи открытого  акционерного общества «Ростелеком» от 10 ноября 2006 года. 

     В пункте 6 технических условий указано, что месторасположение оборудования узла связи общества с ограниченной ответственностью «Спринт Сеть» находится по адресу: 

<

...>. Данный канал связи существует до настоящего времени, что преюдициально установлено решением Арбитражного суда Волгоградской области от 12 февраля 2020 года по делу № А12-6441/2019, которым подтверждается наличие кабелей общества с ограниченной ответственностью «Спринт Сеть» на участках, указанных в бланках-заказах № 1 – 3.

     В соответствии с положениями части 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

     Преюдиция - это установление судом конкретных фактов, которые закрепляются в мотивировочной части судебного акта и не подлежат повторному судебному установлению при последующем разбирательстве иного спора между теми же лицами. Она распространяется также на содержащуюся в судебном акте, приговоре, вступившем в законную силу, констатацию тех или иных обстоятельств, которые входили в предмет доказывания по ранее рассмотренному делу. Факты, которые входили в предмет доказывания, были исследованы и затем отражены судебным актом, приобретают качества достоверности и незыблемости, пока акт не отменен или не изменен путем надлежащей процедуры.

     Одним из главных инструментов, способствующих достижению стабильности российского правопорядка и непротиворечивости судебных актов, является использование принципа преюдиции, который освобождает участников будущих споров от обязанности доказывать те обстоятельства, которые были установлены вступившим в законную силу судебным актом, по спору между теми же лицами                  (части 2 - 4 статьи  69 Арбитражного процессуального кодекса российской Федерации). Преюдициальность означает не только отсутствие необходимости доказывать соответствующие обстоятельства, но и невозможность их опровержения. Такое положение существует до отмены судебного акта, установившего данные обстоятельства, в предусмотренном законом порядке.

     Аналогичная правовая позиция содержится в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2011 года № 30-П: признание преюдициального значения судебного решения, направленное на обеспечение стабильности и общеобязательности этого решения и исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если имеют значение для его разрешения. В качестве единого способа опровержения (преодоления) преюдиции во всех видах судопроизводства должен признаваться пересмотр судебных актов по вновь открывшимся обстоятельствам. К числу оснований для такого пересмотра относится установление приговором суда преступлений против правосудия (включая фальсификацию доказательств), совершенных при рассмотрении ранее оконченного дела.

     Стороны, подписав договор на оказание услуг по организации городского/внутризонового продления магистральных каналов связи от 6 октября 2006 года № 1-АО-ЦКМГ-336, предусмотрели, что бланк-заказ на оказание услуг прекращает свое действие через тридцать календарных дней после получения уведомления от ростелеком о прекращении действия бланка-заказа с обязательным

составлением акта сверки расчетов между ростелеком и оператором (пункт 5.6 договора).

     Ответчик, ссылаясь на расформирование бланков-заказов, вопреки требованиям статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не представил в материалы дела доказательства уведомления оператора о прекращении действия бланков-заказов №№ 1-3 за спорный период - с декабря                2016 года по ноябрь 2019 года. Указанное право было реализовано ответчиком лишь 25 мая 2021 года путем направления истцу уведомления № 04/05/7737/21 о расторжении договора на оказание услуг по организации городского/внутризонового продления магистральных каналов связи от 6 октября 2006 года № 1-АО-ЦКМГ-336 с 1 июля 2021 года на основании пункта 5.4 договора.

     Арбитражный суд первой инстанции верно указал, что сам факт переоформления договора от 18 ноября 2008 года № 5-ПО-СПД-1475, заключенного с обществом с ограниченной ответственность «Техцентр», на общество с ограниченной ответственность «Зубр» не может повлиять на правоотношения истца и ответчика, сложившиеся по договору на оказание услуг по организации городского/внутризонового продления магистральных каналов связи от 6 октября 2006 года № 1-АО-ЦКМГ-336 при том, что, как было указано выше, порядок прекращения бланка-заказа установлен положениями пункта 5.6 договора.

     Довод апеллянта об отсутствии средств измерений, средств связи с измерительными функциями, учитывающий объем оказанных услуг связи операторами связи, с приложением соответствующей выгрузки из собственной программы уже был заявлен им при рассмотрении иска и правомерно отклонен арбитражным судом первой инстанции, как несостоятельный.

     Правовые основы деятельности в области связи на территории Российской Федерации и на находящихся под юрисдикцией Российской Федерации территориях, полномочия органов государственной власти в области связи, а также права и обязанности лиц, участвующих в указанной деятельности или пользующихся услугами связи, установлены Федеральным законом от 7 июля               2003 года № 126-ФЗ «О связи».

     Согласно положениям статьи 44 Закона о связи на территории Российской Федерации услуги связи оказываются операторами связи пользователям услугами связи на основании договора об оказании услуг связи, заключаемого в соответствии с гражданским законодательством и правилами оказания услуг связи.

     В соответствии с частью 2 статьи 54 Закона о связи основанием для осуществления расчетов за услуги связи являются показания средств измерений, средств связи с измерительными функциями, учитывающих объем оказанных услуг связи операторами связи, а также условия заключенного с пользователем услугами связи договора об оказании услуг связи.

     На основании пунктов 38 и 41 Правил оказания телематических услуг связи, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от                         10 сентября 2007 года № 575, пункта 44 Правил оказания услуг связи по передаче данных, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 23 января 2006 года № 32, основанием для выставления счета абоненту или списания средств с лицевого счета за предоставленные услуги связи являются данные, полученные с помощью оборудования, используемого оператором связи для учета объема оказанных им услуг связи. Счета, выставляемые абоненту за услуги связи, являются расчетным документом, в которых отражаются данные о денежных обязательствах абонента.

     Из смысла условий заключенного договора следует, что плата за оказанные услуги фактически является абонентской. Абонентская плата регулируется положениями статьи 429.4 Гражданского кодекса Российской Федерации.

     В силу норм статьи 429.4 Гражданского кодекса Российской Федерации договором с исполнением по требованию (абонентским договором) признается договор, предусматривающий внесение одной из сторон (абонентом) определенных, в том числе периодических, платежей или иного предоставления за право требовать от другой стороны (исполнителя) предоставления предусмотренного договором исполнения в затребованных количестве или объеме либо на иных условиях, определяемых абонентом.

     Абонент обязан вносить платежи или предоставлять иное исполнение по абонентскому договору независимо от того, было ли затребовано им соответствующее исполнение от исполнителя, если иное не предусмотрено законом или договором.

     Условие об абонентской плате формулируется в договоре, как обязанность заказчика ежемесячно вносить одинаковую плату, если в этом месяце заказчик не отказывался от потребления услуг. Данное условие содержится в договорах с неограниченным объемом потребления услуг, а также в договорах, по которым из установленного перечня услуги оказываются по мере необходимости (юридические, охранные и другие). Следовательно, объем оказанных и потребленных услуг не может быть определен сторонами в момент заключения договора и зависит от будущих событий или действий заказчика.

     Размер абонентской платы носит фиксированный характер и предполагает, что объем оказанных услуг может быть большим или меньшим в различные периоды действия договора; размер платы при этом остается постоянным, если иное не предусмотрено договором. Соответственно, наличие или отсутствие у заказчика действительной необходимости в получении услуг по договору правового значения не имеет.

     Арбитражный суд первой инстанции установил, что за период с 1 декабря                   2016 года по 30 ноября 2019 года истец оказал ответчику услугу по предоставлению в пользование только канала связи, по условиям договора оплата предусматривается в виде фиксированной суммы абонентской платы, не связанной с объемом переданных данных и информации по данному каналу.

     Кроме того, из выгрузок следует, что клиент обратился к ответчику с запросом на отключение от данной услуги, далее ответчик должен был произвести отключение только со своей стороны, при этом не уведомляя истца о расформировании канала, как того требуют условия договора.

     Таким образом, арбитражный суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что в заявленный в иске период каналы-связи по бланкам-заказам №№ 1-3 не были расформированы во исполнение условий договора, поэтому истец вправе требовать внесения платы за период с 1 декабря 2016 года по 30 ноября 2019 года.

     Представленный истцом расчет задолженности проверен арбитражным судом первой инстанции и обоснованно признан верным. Ответчик не заявил о наличии арифметических ошибок в расчете, не представил контррасчет задолженности.

     Не направление истцом счетов на оплату и счетов-фактур, на которое ссылается апеллянт, не является основанием для освобождения заказчика от оплаты оказанных и принятых услуг в силу следующего.

     Выставление счета на оплату само по себе не является обстоятельством, с которым закон или договор о возмездном оказании услуг связывают возникновение обязательства заказчика по оплате услуг (постановление Федерального арбитражного суда Московского округа от 20 декабря 2012 года по делу № А40-10258/12-23-93). 

     Отсутствие счета на оплату не может являться основанием для освобождения ответчика от обязанности оплатить оказанные истцом услуги (работы), так как обязанность по оплате услуг (работ) возникает в силу их выполнения (сдачи заказчику), что следует из императивно закрепленных норм части 1 статьи 711 Гражданского кодекса Российской Федерации: по договору строительного подряда оплате подлежит фактически выполненный (переданный заказчику) результат работ (пункт 8 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24 января 2000 года № 51 «Обзор практики разрешения споров по договору строительного подряда», постановление Федерального арбитражного суда Московского округа Московского округа от                      26 февраля 2010 года № КГ-А40/792-10 по делу № А40-67522/09-77-458).

     Действующее гражданское законодательство связывает возникновение у заказчика обязанности оплаты услуг с фактом их выполнения и принятия. Счет на оплату является документом бухгалтерского учета и не может рассматриваться в качестве основания для возникновения гражданско-правового обязательства заказчика по оплате оказанных и принятых им услуг. Ответчик не был лишен возможности оплатить оказанные истцом услуги и в отсутствие счета, перечислив сумму, указанную в акте, на банковский счет истца, указанный в разделе 9 «Адреса и банковские реквизиты сторон» заключенного договора, тем более, что абонентская плата за каждый месяц одна и та же, поскольку не зависит от объема оказанных услуг. 

     Условие договора об оплате оказанных услуг после получения счета не может по смыслу статьи 190 Гражданского кодекса Российской Федерации считаться условием о сроке наступления обязательства, поскольку не отвечает признакам события, которое должно неизбежно наступить.

     Отсутствие счета не может являться основанием для отказа заказчика в оплате фактически выполненных работ (услуг) и не продлевает срок исполнения соответствующей обязанности, поскольку в силу статьи 711 Гражданского кодекса Российской Федерации заказчик обязан уплатить подрядчику (исполнителю) обусловленную цену после сдачи результатов работ (услуг) на основании актов при условии, что работа выполнена надлежащим образом (постановление Арбитражного суда Северо-Западного округа от 7 июля 2017 года № Ф07-5724/2017 по делу № А66-9238/2016, постановление Федерального арбитражного суда Центрального округа от 22 марта 2006 года, 29 марта 2006 года по делу                   № А08-7597/05-22).

     Услуги по договору были оказаны исполнителем и приняты заказчиком, поэтому последний  обязан был уплатить истцу оказанные и принятые услуги.

     При этом арбитражный суд апелляционной инстанции принимает во внимание, что ответчика не обращался к истцу с просьбой предоставить ему счета для оплаты услуг. Банковские реквизиты истца были известны ответчику из раздела  8 «Адреса и банковские реквизиты сторон» заключенного договора, поэтому он мог произвести оплату услуг по этим реквизитам.

     Принятие услуг свидетельствует об их потребительской ценности для заказчика и желании ими воспользоваться, возврат оказанных услуг и использованных при их исполнении материалов невозможен. При таких обстоятельствах заявленное исковое требование подлежит удовлетворению, а понесенные исполнителем затраты – компенсации (пункт 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24 января 2000 года № 51).

     Как разъяснено в пункте 6 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора», если сторона приняла от другой стороны полное или частичное исполнение по договору либо иным образом подтвердила действие договора, она не вправе недобросовестно ссылаться на то, что договор является незаключенным (пункт 3 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации). Например, если работы (услуги) выполнены до согласования всех существенных условий договора подряда, но впоследствии сданы подрядчиком и приняты заказчиком, то к отношениям сторон подлежат применению правила о подряде (возмездном оказании услуг) и между ними возникают соответствующие обязательства. Аналогичный правовой подход содержится в пункте 7 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25 февраля 2014 года № 165 «Обзор судебной практики по спорам, связанным с признанием договоров незаключенными».

     Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 17 августа 2018 года № 305-ЭС18-12453 по делу                № А40-250326/2016, если отказ заказчика от исполнения договора не соответствует характеру нарушения, то является неправомерным, поэтому подлежит признанию недействительным.

     Отказ заказчика от исполнения договора после фактического оказания услуг недопустим и не может являться основанием для отказа в их оплате (постановление Федерального Арбитражного Суда Волго-Вятского округа от 8 октября 2010 года по делу № А29-12869/2009).

     Как разъяснено в пункте 14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 ноября 2016 года № 54 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении», при осуществлении стороной права на одностороннее изменение условий обязательства или односторонний отказ от его исполнения она должна действовать разумно и добросовестно, учитывая права и законные интересы другой стороны (пункт 3 статьи 307, пункт 4 статьи 450.1 Гражданского кодекса Российской Федерации). Нарушение этой обязанности может повлечь отказ в судебной защите названного права полностью или частично, в том числе признание ничтожным одностороннего изменения условий обязательства или одностороннего отказа от его исполнения (пункт 2 статьи 10, пункт 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

     Арбитражный суд апелляционной инстанции обращает внимание, что в гражданском законодательстве закреплена презумпция разумности и добросовестности участников гражданских, в том числе, корпоративных правоотношений (пункт 3 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации). В случаях, когда закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права разумно и добросовестно, разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагаются (пункт 3 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

     Оценивая действия сторон, как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

      Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

     Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, то суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично.

     При наличии доказательств, свидетельствующих о недобросовестном поведении стороны по делу, эта сторона несет бремя доказывания добросовестности и разумности своих действий (пункт 1 раздела 1 «Основные положения гражданского законодательства». Судебная коллегия по экономическим спорам. Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации, утвержденной Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 26 июня 2015 года № 2 (2015).

     Факт оказания истцом услуг по договору за вышеуказанный период и факт наличия у ответчика задолженности по их оплате подтверждается представленными в материалы дела доказательствами и апеллянтом не опровергнут.

     Ответчик не предъявил истцу за спорный период какие-либо замечания по качеству оказываемых услуг, не составлял акты о нарушении истцом договорных обязательств, что свидетельствует об отсутствии нарушений со стороны истца.

     Ответчик не представил доказательства не оказания истцом услуг, оказания услуг в меньшем объеме, иной стоимости или некачественно,  следовательно, услуги фактически были оказаны ему и, по общему правилу, должны быть оплачены с учетом возмездного характера отношений сторон и во избежание возникновения неосновательного обогащения на стороне ответчика за счет истца. 

     Ненадлежащее исполнение ответчиком договорных обязательств в виде не оплаты фактически оказанных истцом услуг свидетельствует о недобросовестном поведении ответчика.

     Доказательства оплаты задолженности не были представлены апеллянтом при рассмотрении иска, поэтому задолженность была правомерно взыскана с него в пользу истца в полном объеме.

     Довод апеллянта о пропуске истцом срока исковой давности в отношении исковых требований о взыскании задолженности за декабрь 2016 года подлежит отклонению, как несостоятельный, в силу следующего.

     Вопросы исковой давности урегулированы в главе 12 Гражданского кодекса Российской Федерации.

     В соответствии со статьей 195 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

     Пропуск срока исковой давности влечет за собой утрату права на иск в материально-правовом смысле.

    Согласно статье 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности устанавливается в три года.

    В силу пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

     На основании норм статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

      При этом, исходя из конституционно-правового смысла рассматриваемых норм (Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2006 года № 576-О, от 20 ноября 2008 года № 823-О-О, от 25 февраля 2010 года № 266-О-О), установление сроков исковой давности (то есть срока для защиты интересов лица, права которого нарушены), а также последствий его пропуска обусловлено необходимостью обеспечить стабильность гражданского оборота, и не может рассматриваться, как нарушающее конституционные права заявителя.

     Установление законодателем срока исковой давности преследует своей целью повысить стабильность гражданского оборота и соблюсти баланс интересов его участников, не допустить возможных злоупотреблений правом и стимулировать исполнение обязанности действовать добросовестно.

     Применение положений главы 12 Гражданского кодекса Российской Федерации разъясняется в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 28 февраля 1995 года № 2/1 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 года № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности».

      Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 года № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», течение исковой давности по требованиям юридического лица начинается со дня, когда лицо, обладающее правом самостоятельно или совместно с иными лицами действовать от имени юридического лица, узнало или должно было узнать о нарушении права юридического лица и о том, кто является надлежащим ответчиком (пункт 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

     В соответствии со статьей 190 Гражданского кодекса Российской Федерации установленный законом, иными правовыми актами, сделкой или назначаемый судом срок определяется календарной датой или истечением периода времени, который исчисляется годами, месяцами, неделями, днями или часами.

     Течение срока, определенного периодом времени, начинается на следующий день после календарной даты или наступления события, которыми определено его начало (статьи 190 Гражданского кодекса Российской Федерации).

     В силу части 1 статьи 191 Гражданского кодекса Российской Федерации срок, исчисляемый годами, истекает в соответствующие месяц и число последнего года срока.

     Если последний день срока приходится на нерабочий день, днем окончания срока считается ближайший следующий за ним рабочий день (статья 193 Гражданского кодекса Российской Федерации).

     Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, положение пункта 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации сформулировано таким образом, что наделяет суд необходимыми полномочиями по определению момента начала течения срока исковой давности, исходя из фактических обстоятельств дела (Определения от 20 октября 2011 года № 1442-О-О, от 25 января 2012 года № 183-О-О, от 16 февраля 2012 года № 314-О-О, от 21 ноября 2013 года № 1723-О, от 23 июня 2015 года № 1509-О, от 22 декабря 2015 года № 2933-О и др.).

     Течение срока исковой давности не может начаться ранее момента нарушения права. В обязательственных отношениях ненадлежащее исполнение или неисполнение обязательства должника нарушает субъективное материальное право кредитора, а, значит, право на иск возникает с момента нарушения права кредитора, и именно с этого момента определяется начало течения срока давности (с учетом того, когда об этом стало известно или должно было стать известно кредитору).

     В силу статьи 201 Гражданского кодекса Российской Федерации перемена лиц в обязательстве не влечет изменения срока исковой давности и порядка его исчисления.

     Как разъяснено в пункте 6 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 года № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», по смыслу статьи 201 Гражданского кодекса Российской Федерации переход прав в порядке универсального или сингулярного правопреемства (наследование, реорганизация юридического лица, переход права собственности на вещь, уступка права требования и пр.), а также передача полномочий одного органа публично-правового образования другому органу не влияют на начало течения срока исковой давности и порядок его исчисления. 

     В этом случае срок исковой давности начинает течь в порядке, установленном статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, со дня, когда первоначальный кредитор узнал или должен был узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права. 

     Согласно пункту 3 статьи 202 Гражданского кодекса Российской Федерации течение срока исковой давности приостанавливается, если стороны прибегли к несудебной процедуре разрешения спора, обращение к которой предусмотрено законом, в том числе к обязательному претензионному порядку (например, пункт 2 статьи 407 Кодекса торгового мореплавания Российской Федерации, статья 55 Федерального закона от 7 июля 2003 года № 126-ФЗ «О связи», пункт 1 статьи 16.1 Федерального закона от 25 апреля 2002 года № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», пункт 1 статьи 12 Федерального закона от 30 июня 2003 года № 87-ФЗ «О транспортно-экспедиционной деятельности»). В этих случаях течение исковой давности приостанавливается на срок, установленный законом для проведения этой процедуры, а при отсутствии такого срока - на шесть месяцев со дня начала соответствующей процедуры (пункт 16 Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации 29 сентября 2015 года № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности»).

     Как разъяснено в пункте 14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 года № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», со дня обращения в суд в установленном порядке за защитой нарушенного права срок исковой давности не течет на протяжении всего времени, пока осуществляется судебная защита (пункт 1 статьи 204 Гражданского кодекса Российской Федерации), в том числе в случаях, когда суд счел подлежащими применению при разрешении спора иные нормы права, чем те, на которые ссылался истец в исковом заявлении, а также при изменении истцом избранного им способа защиты права или обстоятельств, на которых он основывает свои требования (часть 1 статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). В случае истечения срока исковой давности принудительная (судебная) защита прав истца независимо от того, было ли в действительности нарушение его прав, невозможна.

     С учетом разъяснений, изложенных в пункте 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 года № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

     В соответствии с положениями статьи 203 Гражданского кодекса Российской Федерации и пунктом 20 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 года № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» течение срока исковой давности прерывается совершением обязанным лицом действий, свидетельствующих о признании долга.

     К действиям, свидетельствующим о признании долга в целях перерыва течения срока исковой давности, в частности, могут относиться: признание претензии; изменение договора уполномоченным лицом, из которого следует, что должник признает наличие долга, равно как и просьба должника о таком изменении договора (например, об отсрочке или о рассрочке платежа); акт сверки взаимных расчетов, подписанный уполномоченным лицом. Ответ на претензию, не содержащий указания на признание долга, сам по себе не свидетельствует о признании долга.

     Признание части долга, в том числе путем уплаты его части, не свидетельствует о признании долга в целом, если иное не оговорено должником.

     В тех случаях, когда обязательство предусматривало исполнение по частям или в виде периодических платежей и должник совершил действия, свидетельствующие о признании лишь части долга (периодического платежа), такие действия не могут являться основанием для перерыва течения срока исковой давности по другим частям (платежам).

     На основании пункта 21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 года № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» перерыв течения срока исковой давности в связи с совершением действий, свидетельствующих о признании долга, может иметь место лишь в пределах срока давности, а не после его истечения.

     Вместе с тем, по истечении срока исковой давности течение исковой давности начинается заново, если должник или иное обязанное лицо признает свой долг в письменной форме (пункт 2 статьи 206 Гражданского кодекса Российской Федерации).

     Согласно пункту 26 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 12 ноября 2001 года № 15 и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2001 года № 18 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», если в ходе судебного разбирательства будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и уважительных причин (если истцом является физическое лицо) для восстановления этого срока не имеется, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования именно по этим мотивам, поскольку в соответствии с абзацем вторым пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске.

     Арбитражный суд первой инстанции установил, что досудебная претензия направлена истцом ответчику 9 декабря 2019 года, исковое заявление подано в Арбитражный суд Волгоградской области 25 февраля 2020 года. При этом, следует учитывать, что срок оплаты оказанных услуг производится до 25 числа следующего за расчетным. За декабрь 2016 года оплата услуг должна быть произведена до 25 января 2020 года. Срок исковой давности должен быть определен с учетом обязательного соблюдения досудебного порядка, предусмотренного частью 5 статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, т. е. три года и один месяц. Следовательно, на момент обращения истца в арбитражный суд срок исковой давности не истек, поэтому  исковые требования в указанной части заявлены обоснованно и правомерно удовлетворены. 

     Истец также просил взыскать с ответчика 239161 руб. 50 коп. неустойки за просрочку оплаты оказанных услуг за период с 26 января 2017 года по 30 ноября 2019 года на основании пункта 4.4 названного договора.

     Согласно пункту 4.4 договора в случаях ненадлежащего исполнения обязательств по оплате услуг, потребляемых в рамках настоящего договора, ростелеком выплачивает по дополнительному письменному требованию оператора неустойку в размере 0,05% от несвоевременно уплаченной суммы за каждый день просрочки, но всего не более 10% от неуплаченной или несвоевременно уплаченной суммы.

     В соответствии с пунктом 1 статьи 329 Гражданского кодекса Российской Федерации исполнение обязательства может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием имущества должника, поручительством, банковской гарантией, задатком и другими способами, предусмотренными законом или договором.

     В силу пункта 1 статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков. 

     Осуществляя правовое регулирование оснований, условий и сроков привлечения к юридической ответственности, суд должен исходить из того, что юридическая ответственность может наступать только за те деяния, которые законом или договором, действующим на момент их совершения, признаются правонарушениями; наличие состава правонарушения является необходимым основанием для всех видов ответственности, а его признаки, как и содержание конкретных составов правонарушений, должны согласовываться с конституционными принципами демократического правового государства, включая требование справедливости, в его взаимоотношениях с физическими и юридическими лицами как субъектами ответственности; общепризнанным принципом привлечения к ответственности во всех отраслях права является наличие вины как элемента субъективной стороны состава правонарушения, а всякое исключение из него должно быть выражено прямо и недвусмысленно, т.е. предусмотрено непосредственно в законе.

     Закрепляя и изменяя меры ответственности за совершение правонарушений, суд обязан соблюдать гарантированное статьей 19 (часть 1) Конституции Российской Федерации равенство всех перед законом, означающее, что любое правонарушение и санкции за его совершение должны быть четко определены в законе или договоре, причем таким образом, чтобы исходя непосредственно из текста соответствующей нормы - в случае необходимости с помощью толкования, данного ей судами, - каждый мог предвидеть правовые последствия своих действий (бездействия). 

     Названные принципы привлечения к юридической ответственности в силу статей 8 (часть 2) и 19 (части 1 и 2) Конституции Российской Федерации в равной мере относятся ко всем физическим и юридическим лицам, которые являются участниками определенных правоотношений. (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 19 января 2016 года № 2-П).

     Одно из основных начал гражданского законодательства – свобода договора (пункт 1 статьи 1, статья 421 Гражданского кодекса Российской Федерации), а одним из частных его проявлений, в свою очередь, является закрепленная параграфом 2 Гражданского кодекса Российской Федерации возможность сторон договора предусмотреть на случай неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства неустойку, которой данный Кодекс называет определенную законом или договором денежную сумму, подлежащую уплате должником кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства (пункт 1 статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации) (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 15 января 2015 года № 6-О).

     Таким образом, гражданское законодательство предусматривает неустойку в качестве способа обеспечения исполнения обязательств и меры имущественной ответственности за их неисполнение или ненадлежащее исполнение.

     Ответчик не просил о применении норм основании статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, не представил контррасчет, но заявил о наличии арифметических ошибок в расчете истца, ссылаясь на то, что истцу следовало производить расчет неустойки ежемесячно с нарастающим итогом суммы задолженности за каждый месяц, в связи с чем, расчет истца является неверным.

     Арбитражный суд первой инстанции, проверив расчет неустойки, пришел к правомерному выводу о том, что ошибочно исчисленная истцом неустойка в размере 239161 руб. 50 коп., выполненная без учета нарастающей суммы задолженности за каждый месяц, не привела к нарушению прав ответчика, поскольку ее размер не превысил установленное пунктом 4.4 договора ограничение - не более 10% от неуплаченной или несвоевременно уплаченной суммы (т. е. 10% от 2391615 руб. задолженности за оказанные истцом услуги по договору).

     Таким образом, исковое требование о взыскании неустойки также правомерно удовлетворено арбитражным судом первой инстанции в заявленном истцом размере. 

     Апелляционная жалоба не содержит иные доводы.

     Апеллянт вопреки требованиям статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не представил доказательства, обосновывающие доводы апелляционной жалобы и являющиеся основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

     В соответствии с частью 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации судопроизводство осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

     Положения частей 1, 2 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривают, что лицо, не исполнившее обязательства либо исполнившее его ненадлежащим образом, несет ответственность при наличии вины (умысла или неосторожности), кроме случаев, когда законом или договором предусмотрены иные основания ответственности.

     Лицо признается невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащего исполнения обязательства.

     Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство.

     По смыслу правовой позиции, содержащейся в пункте 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 года № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», не проявление должником хотя бы минимальной степени заботливости и осмотрительности при исполнении обязательства признается умышленным нарушением обязательства.

     Факт надлежащего исполнения обязательств, равно как и отсутствие вины в неисполнении либо ненадлежащем исполнении обязательства, по общему правилу, доказывается обязанным лицом. 

     Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство. Вина должника в нарушении обязательства предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в неисполнении или ненадлежащем исполнении обязательства доказывается должником (пункт 2 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

     В Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 года № 7 (в редакции от 7 февраля 2017 года) «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств»,  разъяснено, если должник несет ответственность за нарушение обязательства или за причинение вреда независимо от вины, то на него возлагается бремя доказывания обстоятельств, являющихся основанием для освобождения от такой ответственности. 

     Согласно статье 2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации одной из задач судопроизводства в арбитражных судах является защита нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов лиц, осуществляющих предпринимательскую и иную экономическую деятельность.

     В соответствии с положениями статьи 8 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе равноправия сторон. Стороны пользуются равными правами на представление доказательств, участие в их исследовании, осуществление иных процессуальных прав и обязанностей, предусмотренных настоящим Кодексом. Арбитражный суд не вправе своими действиями ставить какую-либо из сторон в преимущественное положение, равно как и умалять права одной из сторон.

     В силу статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности.  

     Каждому лицу, участвующему в деле, гарантируется право представлять доказательства арбитражному суду и другой стороне по делу, обеспечивается право заявлять ходатайства, высказывать свои доводы и соображения, давать объяснения по всем возникающим в ходе рассмотрения дела вопросам, связанным с представлением доказательств. Арбитражный суд, сохраняя независимость, объективность и беспристрастность, оказывает содействие в реализации лицами, участвующими в деле, их прав, создает условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законов и иных нормативных правовых актов при рассмотрении дела.

     В силу закрепленного в Арбитражном процессуальном кодексе Российской Федерации принципа состязательности задача лиц, участвующих в деле, собрать и представить в суд доказательства, подтверждающие их правовые позиции, арбитражный суд не является самостоятельным субъектом собирания доказательств.

     При таких обстоятельствах, арбитражный суд не может обязать сторону спора представлять доказательства, как в обоснование своей позиции, так и в обоснование правовой позиции другой стороны, поскольку в силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, самостоятельно доказывает обстоятельства, на которых основывает свои требования и возражения.

     В ходе рассмотрения спора арбитражный суд первой инстанции предоставил сторонам достаточно времени для подготовки своей позиции по делу, представлении доказательств в обоснование своих требований и возражений.

     Процессуальные права лиц, участвующих в деле, определены в части 1 статьи 41 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

     Лица, участвующие в деле, должны добросовестно пользоваться всеми принадлежащими им процессуальными правами (часть 2 статьи 41 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

     Поскольку на основании части 1 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности, то непредставление доказательств должно квалифицироваться исключительно, как отказ от опровержения того факта, на наличие которого аргументированно со ссылкой на конкретные документы указывает процессуальный оппонент, участвующее в деле лицо, не совершившее процессуальное действие, несет риск наступления последствий такого своего  поведения (Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 6 марта 2012 года № 12505/11). 

     Всем доводам, содержащимся в апелляционной жалобе, арбитражный суд первой инстанции дал надлежащую правовую оценку при разрешении спора по существу заявленных исковых требований в соответствии с положениями статей 67, 68, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, оценив все доказательства по своему внутреннему убеждению и с позиций их относимости, допустимости, достоверности, достаточности и взаимной связи в их совокупности, правовые основания для переоценки доказательств отсутствуют.

     Согласно Постановлению Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23 июля 2009 года № 62 «О внесении дополнений в пункт 61.9 главы 12 Регламента арбитражных судов Российской Федерации» считается определенной практика применения законодательства по вопросам, разъяснения по которым содержатся в постановлениях Пленума и информационных письмах Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации».

     В порядке пункта 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 года № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», пункта 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» в соответствии со статьей 148 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации или статьей 133 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации на стадии подготовки дела к судебному разбирательству суд должен определить, из какого правоотношения возник спор, и какие нормы права подлежат применению при разрешении дела.

     По смыслу статьи 6, части 1 статьи 168, части 4 статьи 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд не связан правовой квалификацией спорных отношений, которую предлагают стороны, и должен рассматривать заявленное требование по существу, исходя из фактических правоотношений, определив при этом, круг обстоятельств, имеющих значение для разрешения спора и подлежащих исследованию, какие законы и иные нормативные правовые акты подлежат применению в конкретном спорном правоотношении (Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2010 года № 8467/10, Определение Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 1 марта 2013 года № ВАС-1877/13).

     Представленные в материалы дела доказательства исследованы полно и всесторонне, оспариваемый судебный акт принят при правильном применении норм материального права, выводы, содержащиеся в решении, не противоречат установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся доказательствам, не установлено нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта.

     При таких обстоятельствах у арбитражного суда апелляционной инстанции не имеется правовых оснований для изменения или отмены обжалуемого судебного акта в соответствии с положениями статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.    

     Руководствуясь статьями 268-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Волгоградской области от 12 июля 2021 года по делу  № А12-4734/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу публичного акционерного общества «Ростелеком» в лице Волгоградского филиала макрорегионального филиала «Юг» - без удовлетворения.

     Направить копии постановления арбитражного суда апелляционной инстанции лицам, участвующим в деле, в соответствии с требованиями части 4 статьи 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

     Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме через арбитражный суд первой инстанции.

     ПредседательствующийТ.Н. Телегина               

     СудьиО.В. Лыткина

    ФИО3