ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 18АП-11125/2024, 18АП-11466/2024

Дело № А47-17543/2022

17 сентября 2024 года

г. Челябинск

 

Резолютивная часть постановления объявлена 09 сентября 2024 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 17 сентября 2024 года.

 

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Волковой И.В., 

судей Журавлева Ю.А., Матвеевой С.В., 

при ведении протокола секретарем судебного заседания Клочкович С.А., рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционные жалобы финансового управляющего имуществом ФИО1 ФИО2, акционерного общества «Российский Сельскохозяйственный банк» на определение Арбитражного суда Оренбургской области от 21.06.2024 по делу №А47-17543/2022 об отказе в удовлетворении заявления о признании сделки недействительной.

 

Определением Арбитражного суда Оренбургской области от 18.11.2022 на основании заявления акционерного общества «Российский сельскохозяйственный банк» (ОГРН 

<

***> ИНН 

<

***>) возбуждено дело о признании несостоятельным (банкротом) должника ФИО1 (ИНН 

<

***>).

Определением Арбитражного суда Оренбургской области от 03.04.2023 (резолютивная часть от 27.03.2023) требование кредитора признано обоснованным, в отношении ФИО1 введена процедура реструктуризации долгов, финансовым управляющим утверждена ФИО2, член Ассоциации «Межрегиональная саморегулируемая организация профессиональных арбитражных управляющих».

Информационное сообщение о введении в отношении должника процедуры реструктуризации долгов опубликовано в официальном издании газеты «Коммерсантъ» №61(7506) от 08.04.2023.

Решением Арбитражного суда Оренбургской области от 24.07.2023 (резолютивная часть от 17.07.2023) в отношении ФИО1 введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим утверждена ФИО2, член Ассоциации «Межрегиональная саморегулируемая организация профессиональных арбитражных управляющих».

Информационное сообщение о введении в отношении должника процедуры реализации имущества опубликовано в официальном издании газеты «Коммерсантъ» №132(7577) от 22.07.2023.

Финансовый управляющий 24.07.2023 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительным договора купли-продажи от 28.06.2019 жилого помещения с кадастровым номером 56:21:2901001:1160 и земельного участка с кадастровым номером 56:21:2901003:380, заключенного между должником и ФИО3 (далее - ответчик), применении последствий недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу имущества должника.

Определением суда от 10.04.2024 к участию в рассмотрении спора привлечены прокуратура Оренбургской области, ФИО4, ФИО5.

Определением Арбитражного суда Оренбургской области от 21.06.2024 (резолютивная часть от 07.06.2024) в удовлетворении заявленных требований отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, финансовый управляющий и Банк обратились с апелляционными жалобами, в которых просили отменить определение суда от 21.06.2024.

Финансовый управляющий в обоснование доводов апелляционной жалобы указывает, что в материалы дела не представлено доказательств, опровергающих выводы заключения о стоимости имущества, на момент совершения сделки стоимость аналогов составляла от 1 100 000 рублей, что существенно превышает цену продажи по договору. Также ссылается на отсутствие доказательств оплаты по стороны ответчика по оспариваемому договору. Покупатель является сестрой должника, ответчик не несет бремя содержания спорного имущества, платежи по газовому энергоснабжению осуществляет должник, что свидетельствует о мнимости спорной сделки и ее заключении с целью причинения вреда кредиторам.

Банк в обоснование доводов апелляционной жалобы указывает, что суд не принял во внимание тот факт, что стоимость земельного участка под жилым домом по данным общедоступного сайта Росреестра составляет 397 801,53 руб., а, следовательно, кадастровая стоимость жилого дома с земельным участком составляет 731 246,54 руб., в то время как имущество реализовано за 400 000,00 руб. Суд первой инстанции не дал оценку указанному факту, хотя данные обстоятельства имеют значение для данного спора. Кроме того, судом не проанализировано отсутствие экономического смысла спорной сделки, которая совершена между заинтересованными лицами - между родными сестрами. ФИО3, являясь родной сестрой ФИО1, приобрела у последней жилой дом с земельным участком, при этом она со своей семьей (мужем и ребенком) постоянно зарегистрирована и проживает в Ленинградской области, где и работает. В связи с чем, возникает вопрос с какой целью приобреталось указанное имущество. В указанном доме никто не проживает, не зарегистрирован. По мнению Банка, данные обстоятельства также указывают на мнимость совершенной сделки и злоупотребление правом с целью вывода ликвидного имущества из конкурсной массы должника ФИО1 Также суд первой инстанции при рассмотрении дела установил погашение ФИО1 задолженности 13.01.2021 в размере 205 000 руб., как обстоятельство, свидетельствующее о ее добросовестном поведении. Между тем, должник ФИО1 ввела суд первой инстанции в заблуждение, в связи с чем, суд пришел к неправильному выводу о добросовестности должника. Так, ФИО1 в ходе рассмотрения спора умолчала тот факт, что Банк 30.11.2020 обращался в Арбитражный суд Оренбургской области с заявлением о признании ее несостоятельной (банкротом). Заявление Банка было принято к производству, назначено судебное заседание по рассмотрению заявления Банка на 19.01.2021. Однако именно в этот период времени - между подачей Банком заявления о признании ФИО1 банкротом и первым судебным заседанием по рассмотрению заявления Банка ФИО1 целенаправленно погашена сумма денежных средств в размере 205 000,00 руб., - в целях избежать денежного ценза, установленного Законом о банкротстве в размере 500 000,00 руб., для признания ее банкротом. Указанное погашение привело к тому, что арбитражный суд 04.06.2021 вынес определение о прекращении производства по делу в связи с тем, что задолженность ФИО1 формально стала менее 500 000,00 руб., а именно 481 639, 96 руб. В связи с чем, Банк настаивает на том, что действия ФИО1 по внесению суммы 205 000 рублей в погашение задолженности перед Банком не являются показателем ее добросовестности, а являются действием по уменьшению суммы долга с более чем 500 000 рублей до 481 000 рублей - и не в полном объеме, и не с целью погасить долг перед Банком, а именно с целью выйти за порог в 500 000 рублей с целью избежать процедуры банкротства в отношении нее. После чего арбитражный суд уже не имел правовых оснований в первом случае признать ее банкротом, а, соответственно, именно в связи с этим оспариваемая сделка не попала в период подозрительности. Кроме того, в ходе исполнительного производства в отношении должника ФИО1 и несостоявшейся в первом случае по заявлению Банка процедуры банкротства в отношении нее - согласно трудовой книжке ФИО1 последняя преподавала в разное время в разных образовательных учреждениях отдельные дисциплины права, что с точки зрения Банка, также имеет значение в рамках данного спора. Поскольку ФИО1, имея высшее юридическое образование, понимала, что все совершаемые ею действия по отчуждению имущества в предбанкротном периоде должны подлежать тщательной оценке по сравнению с обычными субъектами, которые не имеют указанного образования и вынуждены нанимать квалифицированных юристов для сопровождения процедуры. В соответствии со ст. 19 Закона о банкротстве ФИО3 является заинтересованным к должнику лицом - родной сестрой. В рассматриваемом случае, должник, зная об имеющейся задолженности по решению Оренбургского районного суда Оренбургской области и предвидя последствия в виде предъявления к нему имущественных требований, в целях предотвращения возможного обращения взыскания на имущество, совершил сделку по отчуждению имущества. Так как до отчуждения имущества должником у него имелось два объекта жилой недвижимости (наследственный дом в п. Экспериментальный и квартира в г. Оренбурге), следовательно, на один из объектов было возможно обратить взыскание в целях погашения требований кредиторов, но данная сделка с заинтересованным лицом позволила должнику вывести один из объектов жилой недвижимости, а второй объект жилой недвижимости с учетом проведенной сделки стал обладать исполнительским иммунитетом, так как стал являться единственным местом для проживания должника. Злоупотребление сторонами сделки правом в данном случае носит явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки - вывод имущества должника. ФИО1 должна была осознавать степень своей ответственности перед Банком и возможность удовлетворения этих требований.

Определениями Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.08.2024, от 13.08.2024 апелляционные жалобы приняты к производству, судебное заседание назначено на 09.09.2024.

Судом в порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации отказано в приобщении к материалам дела отзыва на апелляционную жалобу, поступившего от ФИО1, так как не представлено доказательств заблаговременного направления в адрес лиц, участвующих в деле (вх.№52149 от 06.09.2024).

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы уведомлены посредством почтовых отправлений, а также путем размещения информации на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в судебное заседание не явились.

В соответствии со статьями 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) дело рассмотрено судом апелляционной инстанции в отсутствие лиц, участвующих в деле.

Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, согласно выписке из Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество, за должником до 05.07.2019 были зарегистрированы следующие объекты недвижимого имущества, расположенные по адресу: 

<

...>: 

- земельный участок с кадастровым номером 56:21:2901003:380, виды разрешенного использования объекта недвижимости: для ведения личного подсобного хозяйства, площадью: 1071 +/- 23, 

- жилое помещение с кадастровым номером 56:21:2901001:1160, площадью: 37.5 кв.м. 

28.06.2019 между должником (продавец) и ФИО3 (покупатель) заключен договор купли-продажи вышеуказанного имущества, стоимость которого составила 400 000 руб. 

Из п.7 договора купли-продажи следует, что расчет по договору между сторонами произведен в день подписания договора. 

Согласно п. 10 договора на дату его подписания имущество не состоит под арестом, не заложено, никому не продано, не подарено, в споре и под запрещением не состоит. 

05.07.2019 произведена государственная регистрация перехода права собственности. 

Считая данный договор недействительным, финансовый управляющий обратился в суд с рассматриваемым заявлением.

В обоснование заявленных требований финансовый управляющий ссылается на то, что указанная сделка совершена должником по заниженной стоимости, поскольку цена договора составила 400 000 руб., а рыночная стоимость указанного имущества на дату заключения сделки по расчету финансового управляющего составляет 1 100 000 руб. Финансовый управляющий также ссылается на то, что на момент совершения сделки у должника имелись неисполненные обязательства перед АО «Россельхозбанк» на основании решения Оренбургского районного суда Оренбургской области от 22.09.2015 по делу № 2-1308/2015, в связи с чем, по мнению финансового управляющего, кредиторам должника оспариваемой сделкой причинен имущественный вред. Финансовый управляющий также ссылается на мнимость совершенной сделки, поскольку она совершена между заинтересованными лицами (родственниками) с целью вывода имущества из конкурсной массы в период наличия у должника задолженности, что свидетельствует, по мнению финансового управляющего, о злоупотреблении сторонами своими правами.

Ответчиком 14.11.2023 в материалы дела представлен отзыв на заявление и дополнения к нему (12.03.2024), в котором требования не признает, Ответчику на момент совершения сделки не было известно о наличии задолженности должника перед кредиторами, сведения о наличии запретов на регистрацию имущества отсутствовали, стоимость имущества в договоре указана с учетом фактического неудовлетворительного состояния помещения. Ответчик также указывает на то, что жилое помещение приобретено им для своих детей, возможность оплатить помещение имелась, поскольку ответчик имеет доход, с момента заключения договора ответчик в полном объеме несет расходы на содержание имущества. Кроме того, ответчик ссылается на то, что с момента приобретения им спорного имущества, в нем никто не проживает, несмотря на то, что до настоящего времени в нем числятся зарегистрированными ФИО4 и ФИО5. В отзыве на заявление ответчик ссылается также на то, что оспариваемая сделка совершена за пределами трехлетнего периода до принятия заявления о признании должника несостоятельным (банкротом). 

Должником в материалы дела 31.05.2024 представлен письменный отзыв на заявление, в котором требования также не признает, ссылаясь на то, что после заключения договора купли-продажи продолжал исполнять обязанности по оплате возникшей перед кредитором Россельхозбанком задолженности в рамках возбужденного исполнительного производства. Должник также ссылается на то, что в спорной квартире он проживал со своей семьей до 2006 года, пока не приобрел собственное жилое помещение (по состоянию на 2006 год спорное имущество принадлежало матери должника, а после ее смерти было получено в порядке наследования должником). Расходы по содержанию имущества с момента его продажи несет ответчик. Должник также ссылается на то, что сделка совершена за пределами трехлетнего срока подозрительности.

Арбитражный суд Оренбургской области определением от 21.06.2024 в удовлетворении заявленных требований отказал в силу отсутствия правовых оснований.

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции в силу следующего.

Статьей 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и статьей 32 Закона о банкротстве предусмотрено, что дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В силу части 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника.

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Производство по делу о банкротстве возбуждено определением суда от 18.11.2022, оспариваемый договор купли-продажи жилого помещения и земельного участка заключен должником 28.06.2019, то есть за переделами периода подозрительности, установленного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, данная сделка не может быть признана недействительной по специальным основаниям Закона о банкротстве.

В соответствии с разъяснениями, данными в абзаце 4 пункта 4 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). Если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункт 7 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой ГК РФ»).

В соответствии с разъяснениями, изложенными в п. 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам. Исковая давность по такому требованию в силу пункта 1 статьи 181 ГК РФ составляет три года и исчисляется со дня, когда оспаривающее сделку лицо узнало или должно было узнать о наличии обстоятельств, являющихся основанием для признания сделки недействительной, но не ранее введения в отношении должника первой процедуры банкротства.

Наличие умысла обоих участников оспариваемой сделки судом не установлено.

Доказательства, свидетельствующие о том, что при заключении договора купли-продажи недвижимости от 28.06.2019 стороны действовали исключительно с намерением причинить вред другому лицу, в обход закона с противоправной целью, в материалы дела не представлены.

Финансовый управляющий ссылается на то, сделка заключена с аффилированным лицом (между сестрами) и по заниженной стоимости, поскольку согласно полученному им заключению специалиста №16- 2/06 от 16.06.2023 о среднерыночной стоимости имущества, его стоимость составляла 1 100 000 руб., а из договора купли-продажи от 28.06.2019 следует, что недвижимое имущество продано за 400 000 руб. (Т.1 л.д.29-32). 

Между тем, представленное финансовым управляющим заключение не может быть принято судом во внимание, поскольку заключение было выдано специалистом без фактического исследования объектов недвижимости на основании информации о стоимости продаваемого аналогичного имущества, размещенным на сайтах в сети Интернет о продаже недвижимости, при этом специалист проводил сравнение спорного жилого помещения, площадь которого составляет 37,5 кв.м., с объектами недвижимости, площадь которых составляет от 55,5 кв.м. до 120 кв.м., а часть объектов для сравнения выбрана в другом населенном пункте (п.Первомайский). 

В то же время, согласно полученным судом самостоятельно на общедоступном сайте Росреестра сведениям об объектах недвижимости, кадастровая стоимость спорного жилого помещения составляет 333445 руб. 

Согласно определению Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 05.05.2022 по делу N 306-ЭС21-4742, понятие неравноценности является оценочным, в силу чего к нему не могут быть применимы заранее установленные формальные (процентные) критерии отклонения цены. 

В рассматриваемом случае, само по себе отклонение стоимости недвижимого имущества от цены, определенной финансовым управляющим на основании объявлений о продаже без фактического осмотра недвижимого имущества на дату его продажи, не может рассматриваться как неравноценное встречное исполнение без приведения дополнительных доводов, поскольку покупатель и продавец при заключении договора определяли его фактическую стоимость, исходя из общего состояния продаваемого недвижимого имущества на дату продажи.

Таким образом, у суда отсутствовали основания согласиться с выводами финансового управляющего о занижении стоимости автомобиля. 

Факт наличия финансовой возможности покупки недвижимого имущества ответчиком в данном случае подтверждается представленными ответчиком в материалы дела справками НДФЛ. Доказательств того, что ответчик не передавал должнику денежные средства в размере стоимости имущества, финансовым управляющим в материалы дела не представлено.

Вопреки доводам финансового управляющего, исходя из представления допустимых доказательств, как заключения, так и исполнения сторонами условий обязательства, из материалов дела не следует направленность сделки на заведомое причинение вреда должнику и его кредиторам, либо о ее мнимости и злоупотреблении правом, поэтому основания для применения положений ст.ст.10, 168, 170 ГК РФ у суда не имелось. 

У суда отсутствуют основания считать, что оспариваемая сделка совершена путем злоупотребления должником своими правами. 

В обоснование доводов о мнимости сделки и фактическом пользовании должником недвижимым имуществом после его реализации, финансовый управляющий доказательств в материалы дела не представил, а материалы дела таких доказательств не содержат. Напротив, из представленной в материалы дела финансовым управляющим справки МУП «Эксперт сервис» от 12.03.2024 следует, что договор водоснабжения с собственником не заключался, поскольку по данному адресу никто не проживает. 

Из материалов дела также следует, что до 2006 года спорное имущество принадлежало матери должника и до указанного периода должник со своей семьей проживал в этом помещении. Между тем, в 2006 году должник купил собственное жилье и переехал из спорного помещения. Из материалов дела также следует, что из имеющейся у должника задолженности перед Россельхозбанком, взысканной с должника судебным актом суда общей юрисдикции в 2015 году, как с поручителя, должник периодически исполнял обязанности по оплате задолженности в рамках исполнительного производства, в результате чего сумма задолженности с 871427 руб. снизилась до 465079 руб., т.е. после совершения оспариваемой сделки, должник продолжал погашать имеющуюся задолженность, в том числе 13.01.2021 внес значительную сумму в погашение задолженности перед Россельхозбанком в размере 205000 руб. По мнению суда, указанное поведение должника не может быть расценено как злоупотребление своими правами в целях причинения вреда кредиторам. 

Из представленных в материалы дела доказательств также следует, что бремя содержания недвижимого имущества несет на себе ответчик (оплачивает налоги и иные расходы). Доказательств того, что оплату текущих расходов, связанных с владением указанным имуществом, несет должник, финансовый управляющий в материалы дела не представил.

Более того, из материалов дела следует, что решением Оренбургского районного суда Оренбургской области от 22.09.2015 года по гражданскому делу № 2-1308/2015, вступившим в законную силу 29.10.2015 года, с должника, как с наследника поручителя по кредитному договору, принявшего наследство, в солидарном порядке в пользу АО «Российский сельскохозяйственный банк» взыскана задолженность по кредитному договору об открытии кредитной линии № 100532/007 от 11.06.2010 года в размере 864 450 рублей, (в пределах стоимости наследственного имущества), а также государственная пошлина в размере 11 844,50 рублей.

Во исполнение вышеуказанного судебного решения на основании исполнительного листа ФС № 010661897 от 05.11.2015 года, выданного Оренбургским районным судом Оренбургской области, в отношении должника возбуждено исполнительное производство № 25412/16/56003-ИП от 13.01.2016 года. 

В ходе исполнительного производства за период с 31.01.2016 по 23.08.2022, возбужденного в отношении должника по взысканию задолженности в пользу АО «Россельхозбанк» в размере 864 450 руб., из заработной платы должника удержаны денежные средства в погашение долга в общем размере 411 214,54 руб. Сведения о злостном уклонении должника от погашения указанной задолженности перед данным кредитором в период исполнительного производства материалы дела не содержат. 

Из представленных документов объективно усматривается, что после заключения с ФИО3 договора купли-продажи спорных квартиры и земельного участка от 28.06.2019 года ФИО1 на протяжении трех лет (2020, 2021 и 2022 годы) продолжала производить платежи в счет погашения задолженности перед кредитором - АО «Россельхозбанк». Общая сумма платежей за период с 2020 года по 2022 год включительно, произведенных в погашение задолженности перед АО «Россельхозбанк» после заключения оспариваемого финансовым управляющим договора купли-продажи от 28.06.2019 года составила 284 158,74 рубля.

В связи с чем, у суда отсутствовали основания считать, что оспариваемая сделка совершена путем злоупотребления должником своими правами.

На основании статьи 170 ГК РФ сделки участников оборота, совершенные в связи с намерением создать внешне легальные основания осуществления передачи денежных средств или иного имущества, в том числе для легализации доходов, полученных незаконным путем, в зависимости от обстоятельств дела могут быть квалифицированы как мнимые (совершенные лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия) или притворные (совершенные с целью прикрыть другие сделки, в том числе сделки на иных условиях), ничтожные сделки. 

Из разъяснений, изложенных в п. 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части 1 Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – постановление Пленума № 25), мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (п. 1 ст. 170 ГК РФ). Следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. 

Следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

Вместе с тем, таких признаков суд первой инстанции не выявил. В обоснование доводов о мнимости сделки и фактическом пользовании должником объектом недвижимости после его реализации, финансовый управляющий доказательств в материалы дела не представил, а материалы дела таких доказательств не содержат.

Реальное исполнение должником и ответчиком договора купли-продажи спорного имущества подтверждается материалами дела, в нарушение статьи 65 АПК РФ кредитор не представил доказательств, свидетельствующих о том, что указанная сделка заключена сторонами как мнимая, то есть лишь для вида без намерения создать соответствующие ей правовые последствия.

Таким образом, спорная сделка имела возмездный характер, что свидетельствует об отсутствии злоупотребления правом при ее совершении. Следовательно, совокупность условий для признания сделки недействительной не доказана, в удовлетворении требований отказано правомерно. 

Вопреки доводам жалоб доход должника не позволял ему нести расходы по оплате коммунальных услуг на содержание спорных объектов недвижимости и при этом надлежащим образом исполнять кредитные обязательства перед Банком.

Доводы финансового управляющего о том, что лицевой счет по газоснабжению спорной квартиры оформлен на имя ФИО1 и именно она оплачивает коммунальные услуги по газоснабжению является не состоятельным, поскольку своевременное переоформление лицевого счета предполагает совершение действий по такому переоформлению новым собственником - ФИО3, которая, в связи с проживанием в г. Санкт-Петербург, не имела возможности переоформить указанный лицевой счет. При этом, представленное в материалы настоящего обособленного спора письмо ООО «Газпром Межрегионгаз Оренбург» от 20.02.2024 года, не подтверждает утверждение финансового управляющего об оплате должником коммунальных услуг (в данном письме указано, что ООО «Газпром Межрегионгаз Оренбург» не располагает данными, кто именно производит оплату за поставляемый газ по данному адресу).

С учетом вышеизложенного, суд первой инстанции законно и обоснованно отказал в признании сделки недействительной и применении последствий ее недействительности. Определение суда по доводам, изложенным в апелляционной жалобе, отмене не подлежит. 

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта на основании части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судом апелляционной инстанции не установлено.

Государственная пошлина и расходы по ее уплате по апелляционной жалобе относятся на заявителя в силу статьи 110 АПК РФ.

Руководствуясь статьями 176, 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Оренбургской области от 21.06.2024 по делу №А47-17543/2022 оставить без изменения, апелляционные жалобы финансового управляющего имуществом ФИО1 ФИО2, акционерного общества «Российский Сельскохозяйственный банк» - без удовлетворения.

Взыскать с ФИО1 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения, место рождения с. Александровка Грачевского района Оренбургской области) в доход федерального бюджета государственную пошлину за подачу апелляционной жалобы в сумме 3 000 рублей.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение одного месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий судья                                         И.В. Волкова

 

Судьи:                                                                               Ю.А. Журавлев

 

С.В. Матвеева