ЧЕТВЕРТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

672007, г. Чита, ул. Ленина, 145, http://4aas.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

дело № А19-24981/2019

г. Чита

21 сентября 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 14 сентября 2023 года.

В полном объеме постановление изготовлено 21 сентября 2023 года.

Четвертый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Антоновой О.П.,

судей: Кайдаш Н.И., Сидоренко В.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда апелляционные жалобы ФИО2, ФИО3, ФИО4 на определение Арбитражного суда Иркутской области от 03 апреля 2023 года по делу № А19-24981/2019

по результатам рассмотрения заявления конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Дорожно-строительная компания» ФИО5 о привлечении контролирующих лиц должника к субсидиарной ответственности, 

в деле о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Дорожно-строительная компания» (664009, 

<

...>, этаж 3, офис 9, ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>),

при участии в судебном заседании представителя ФИО2 – ФИО6 (доверенность от 15.06.2023),

установил:

решением Арбитражного суда Иркутской области от 22.09.2020 общества с ограниченной ответственностью «Дорожно-строительная компания» (далее – ООО ООО «Дорожно-строительная компания», должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден арбитражный управляющий ФИО5 (далее – конкурсный управляющий).

Конкурсный управляющий 17.09.2021 обратился в Арбитражный суд Иркутской области с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника контролирующих лиц: акционерного общества «Байкальская Строительная компания» (ИНН 

<

***>, далее – АО «БСК»), ФИО4 (ИНН 

<

***>, далее – ФИО4), ФИО2 (ИНН 

<

***>, далее – ФИО2), ФИО7 (ИНН 

<

***>, далее – ФИО7), ФИО3 (ИНН 

<

***>, далее – ФИО3).

Определением Арбитражного суда Иркутской области от 03.04.2023 признано доказанным наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности АО «БСК», ФИО4, ФИО2, ФИО3, производство по заявлению приостановлено до окончания расчетов с кредиторами. В удовлетворении остальной части заявления отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом по делу, ФИО2, ФИО3 и ФИО4 его обжаловали в апелляционном порядке, просили определение суда отменить.

ФИО3 в апелляционной жалобе (с учетом дополнений) указывает на то, что он стал участником ООО «ДСК» по личной просьбе ФИО4, с которым находился в дружеских отношениях. Фактически ФИО3 не имел ни какого отношения к деятельности ООО «ДСК», какие-либо сделки не заключал, указания не давал, документацией не располагал, доступа к расчетным счетам не имел. Всю хозяйственную деятельность должника вели ФИО4 и ФИО8 Конкурсным управляющим не представлено допустимых доказательств, свидетельствующих о доказанности состава правонарушения, необходимого для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности.

ФИО4 в апелляционной жалобе (с учетом дополнений) выражает несогласие с выводом суда первой инстанции о том, что он имел контроль над заключением должником сомнительных и экономически невыгодных сделок, считает указанные обстоятельства недоказанными. Указывает на то, что ООО «ДСК» и АО «БСК» являлись и должниками и поручителями (залогодателями) друг друга, имели общие экономические интересы, были взаимосвязаны персональным составом органов управления. Заключение договора залога было направлено на реализацию нормальных экономических интересов должника (на получение заинтересованным лицом кредита для развития его общего с должником бизнеса). Договор займа с ООО «Темерсо» не являлся целевым, в связи с чем ООО «ДСК» расходовало денежные средства по своему усмотрению. Конкурсным управляющим не доказана возможность ФИО4 в период с 24.12.2014 по 08.08.2018 давать обязательные для исполнения ООО «ДСК» указания или возможность иным образом определять действия должника. Выводы суда первой инстанции о наличии предусмотренных подпунктом 3 пункта 2 статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) оснований для привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности не соответствуют фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в материалах дела доказательствам.

ФИО2 в апелляционной жалобе (с учетом дополнений) указывает на то, что он стал участником ООО «ДСК» 08.08.2018 по личной просьбе ФИО4, с которым находился в дружеских отношениях. Договоры поручительства и залога заключены в период, когда ФИО2 не являлся учредителем должника, передача банку спецтехники по соглашениям об отступном от 25.06.2018 и 25.07.2018 явилось следствием ранее заключенных договоров. ФИО2 не осуществлял контроль над заключением должником сделок, о недействительности которых заявлено конкурсным управляющим в рамках дела о банкротстве (все оспоренные сделки совершены до 08.08.2018), а также не имеет отношения факту подделки первичных документов, представленных ООО «ДСК» в дело № А45-23763/2018 в обоснование требования о включении задолженности в реестр требований кредиторов АО «БСК» (требование заявлено 20.07.2018, то есть до того, как ФИО2 стал учредителем должника). Кроме того, попытка включения требования должника в реестр требований кредиторов АО «БСК» не повлекла причинения вреда кредиторам ООО «ДСК». Совершение ФИО2 действий, которые привели к ухудшению финансового положения должника не доказано.

В отзыве на апелляционные жалобы конкурсный управляющий просит в удовлетворении апелляционных жалоб отказать, оставить определение суда первой инстанции без изменения.

Определением Четвертого арбитражного апелляционного суда от 09.08.2023 на основании пункта 2 части 3 статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации производилась замена судей в составе судей, рассматривающих дело.  В силу части 5 статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебное разбирательство производится с самого начала.

В судебном заседании представитель ФИО2 поддержал доводы апелляционной жалобы.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание в Четвертый арбитражный апелляционный суд не явились, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом. Кроме того, они извещались о судебных заседаниях по данному делу судом первой инстанции, соответственно, были осведомлены о начавшемся процессе.

Руководствуясь частью 3 статьи 156, статьей 123, частью 6 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие надлежащим образом извещенных лиц, участвующих в деле.

В судебном заседании в порядке статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации объявлялся перерыв с 07.09.2023 по 14.09.2023. Информация о перерыве размещена на официальном сайте Четвертого арбитражного апелляционного суда (http://4aas.arbitr.ru) и на официальном сайте федеральных арбитражных судов Российской Федерации (http://www.arbitr.ru).

После перерыва в судебное заседание явился тот же представитель ФИО2, поддержал доводы апелляционной жалобы (с учетом дополнения от 10.08.2023).

Дело рассмотрено в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, предусматривающей пределы и полномочия апелляционной инстанции.

Поскольку определение суда обжаловано в части признания доказанным наличия оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО2, ФИО3, ФИО4, принимая во внимание отсутствие соответствующих возражений лиц, участвующих в деле, суд апелляционной инстанции в порядке части 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и с учетом разъяснений, приведенных в пункте 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции», пересматривает определение в обжалуемой части.

При рассмотрении обособленного спора судом установлены следующие обстоятельства.

На момент подачи конкурсным управляющим в суд настоящего заявления общий размер непогашенной кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов определениями суда от 05.12.2019, 28.02.2020, 06.03.2020, 15.06.2020, 03.03.2021, 04.03.2021, 17.03.2021, 25.03.2021, составлял 74 960 556,57 рублей.

Конкурсная масса не сформирована, денежные средства на счете должника отсутствуют, зарегистрированное за должником движимое имущество конкурсному управляющему не передано, требования кредиторов ООО «ДСК» и расходы процедур банкротства не погашались.

С 24.04.2015 по 11.04.2018 генеральным директором ООО «ДСК» являлся ФИО3, с 12.04.2018 по 16.09.2019 генеральным директором ООО «ДСК» являлся ФИО7

Заявляя о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, конкурсный управляющий указал, что бывший руководитель должника не исполнил обязанность по обращению в суд с заявлением о признании ООО «ДСК» несостоятельным (банкротом), а также не исполнил обязанность по хранению и передаче документации и материальных ценностей должника конкурсному управляющему.

Наличие предусмотренных пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве оснований для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности суд первой инстанции признал недоказанным. В указанной части определение суда от 03.04.2023 лицами, участвующими в деле, не обжалуется.

Определением Арбитражного суда Иркутской области от 03.04.2023 (резолютивная часть от 27.03.2023) на ФИО3 возложена обязанность передать конкурсному управляющему движимое имущество (спецтехнику (2 единицы), автотранспортные средства (6 единиц)) и ценные бумаги - векселя, а также документацию должника, относящуюся к сомнительным (подозрительным) сделкам - договоры займа, акты приема-передачи векселей, соглашение о зачете, соглашение об уступке прав, договор субподряда.

Факт неисполнения обязанности по передаче конкурсному управляющему имущества и документов должника свидетельствует о наличии оснований для привлечения ответственного лица к субсидиарной ответственности в порядке подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Не смотря на то, что в качестве основания для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника конкурсным управляющим указано именно на неисполнение бывшим руководителем обязанности по хранению и передаче документации и материальных ценностей должника, обжалуемый судебный акт не содержит выводов о доказанности (недоказанности) наличия предусмотренных подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве оснований для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности, поскольку до настоящего времени определение Арбитражного суда Иркутской области от 03.04.2023, вынесенное по результатам рассмотрения обособленного спора об истребовании у бывших руководителей должника документации, не вступило в законную силу (обжалуется ФИО3 в апелляционном порядке), соответственно не обладает свойством преюдициальности.

Вместе с тем, приведенные в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве обстоятельства отсутствия документов бухгалтерского учета и (или) отчетности и прочих обязательных документов должника-банкрота представляют собой опровержимую презумпцию, облегчающую процесс доказывания состава правонарушения с целью выравнивания процессуальных возможностей сторон спора.

В абзаце пятом пункта 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление Пленума ВАС РФ № 53 от 21.12.2017) разъяснено, что привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть презумпцию, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в не передаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты необходимые меры для исполнения обязанности по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, которая от него требовалась.

Принимая во внимание, что названная выше презумпция ФИО3, являвшимся контролировавшим должника лицом, на которое возлагалась обязанность в соответствии с положениями Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» (статьи 6, 7, 9, 29), а также статьи 50 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» организация ведения бухгалтерского учета и обеспечения сохранности первичной документации и имущества должника, при рассмотрении настоящего обособленного спора не опровергнута, суд апелляционной инстанции признает правильным вывод суда первой инстанции о доказанности наличия оснований для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника субсидиарной ответственности за невозможность полного погашения требований кредиторов (пункт 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

На ряду с этим, материалами дела подтвержден факт умышленного искажения показателей бухгалтерской отчетности должника за 2017-2018 годы, а именно: в результате отражения сведений о принятии к оплате векселей АО «БСК» искажены финансовые показатели бухгалтерской отчетности должника (выписка из отчета по результатам проведения финансового аудита ООО «ДСК» (л.д. 21-23) определение Арбитражного суда Новосибирской области от 26.09.2019 по делу № А45-23763/2018).

ООО «ДСК» в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) № А45-23763/2018 обратилось в суд с заявлением о включении требования в размере 418 476 000 рублей в реестр требований кредиторов АО «БСК».

В обоснование требования ООО «ДСК» указало, что в период с 29.12.2017 по 12.02.2018 АО «БСК» были выпущены простые векселя в количестве 34 штук на общую сумму 418 476 000 рублей об обязательстве выплатить индоссанту ООО «СтройНефть-38» денежную сумму по предъявлении, но не ранее 30.06.2019. Далее, 27.02.2018 ООО «СтройНефть-38» заключило с ООО «ДСК» договор купли-продажи ценных бумаг, по которому ценные бумаги были переданы в собственность ООО «ДСК».

Вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Новосибирской области от 26.09.2019 по делу № А45-23763/2018 в удовлетворении заявления ООО «ДСК» о включении в реестр требований кредиторов 418 476 000 рублей было отказано в полном объеме. Судом установлен факт фальсификации письменных первичных документов (по дате их изготовления), представленных ООО «ДСК» в обоснование предъявленного требования, а именно: договора купли-продажи ценных бумаг от 27.02.2018, акта приема-передачи ценных бумаг от 27.02.2018, заключенных между ООО «Стройнефть-38» и ООО «ДСК», уведомления от ООО «СтройНефть-38» № б/н от 29.06.2018, 34 простых векселя серии НТД, порядковые номера 01-06, 08-18, 20-36, даты 29.12.2017, 12.02.2018, эмитированных АО «БСК».

В 2019 году после вынесения судом вышеуказанного определения операция с векселями АО «БСК» сторнирована в бухгалтерском учете ООО «ДСК».

Доводы ФИО3 о том, что он являлся номинальным руководителем должника, подлежат отклонению, так как заявитель апелляционной жалобы не указывает, какие имеющиеся в материалах настоящего обособленного спора доказательства подтверждают данные доводы.

При этом, необходимо отметить, что ФИО3 не лишен возможности при определении размера ответственности ставить перед судом вопрос о снижении этого размера на основании разъяснений, изложенных в абзацах третьем - шестом пункта 6 постановления Пленума ВАС РФ № 53 от 21.12.2017, приводя доводы о том, что размер его ответственности может быть ограничен суммой фактически причиненного вреда.

С учетом изложенного, доводы апелляционной жалобы ФИО3 являются необоснованными и не могут послужить основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

Принимая во внимание результаты проведения финансового аудита ООО «ДСК», а также учитывая, что конкурсному управляющему была передана лишь часть документации (документация по сомнительным сделкам не передана), конкурсный управляющий указывает на преднамеренный характер банкротства ООО «ДСК», вызванный умышленными действиями контролирующих должника лиц, что привело к невозможности исполнения обязательств перед кредиторами ООО «ДСК».

Заявляя о привлечении ФИО4 и ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, конкурсный управляющий указал, что указанные лица имели контроль над заключением сомнительных сделок (о недействительности которых заявлено в настоящем деле о банкротстве).

Также, по мнению конкурсного управляющего, ФИО4 принял непосредственное участие в выводе активов должника с целью последующего их приобретения в свою личную собственность.

Как установлено судом первой инстанции и не оспаривается лицами, участвующими в деле, ООО «ДСК» входило в одну группу компаний с юридическими лицами: ЗАО «Азия-Инвест» (ИНН 

<

***>), ООО «Азия-Инвест (ИНН 

<

***>), ООО «Трейд-ИН №1» (ИНН 

<

***>), АО «БСК» (ИНН 

<

***>).

Данная группа компаний осуществляла деятельность под управлением группы физических лиц во главе с ФИО4

С момента создания (24.12.2014) по 08.08.2018 учредителем ООО «ДСК» являлось ООО «Азия-Инвест» (юридический адрес: 664009, 

<

...>), осуществлявшее деятельность по управлению холдинг-компаниями.

Генеральный директором ООО «Азия-Инвест» с момента учреждения данной компании являлся ФИО9 (ИНН 

<

***>). С 05.09.2014  по 12.05.2016 участниками ООО «Азия-Инвест» являлись ФИО10 (ИНН 

<

***>) – 1/3 доля в уставном капитале, ФИО11 (ИНН 

<

***>) - 1/3 доля в уставном капитале, ФИО4 – 1/3 доля в уставном капитале.

С 12.05.2016 по 21.12.2016 единственным участником ООО «Азия-Инвест» являлся ФИО4

С 21.12.2016 по 28.11.2017 участником ООО «Азия-Инвест» являлось ООО «Трейд-ИН № 1» (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>, юридический адрес: 664009, 

<

...>). Генеральным директором ООО «Трейд-ИН № 1» с 10.06.2016 являлся ФИО12 (ИНН 

<

***>). На момент создания ООО «Трейд-ИН № 1» его единственным учредителем являлся ФИО11 (ИНН 

<

***>), доля в уставном капитале 100 %, номинальной стоимостью 10 000 руб. С 19.11.2016 до даты прекращения деятельности (27.05.2019) единственным участником ООО «Трейд-ИН № 1» был ФИО4

С 28.11.2017 по 19.06.2018 учредителем ООО «Азия-Инвест» являлась иностранная компания ООО «Анестозо Лимитед» (КИПР).

С 19.06.2018 участниками ООО «Азия-Инвест» стали ФИО4 (с долей в 0,03) и ФИО13 (ИНН 

<

***>) (с долей 99,97%).

Указанные регистрационные изменения свидетельствуют о сохранении контроля ФИО4 за деятельностью ООО «ДСК».

После предъявления 20.07.2018 к ООО «ДСК» крупного искового требования (в рамках дела № А45-23763/2018 в Арбитражном суде Новосибирской области на сумму 19 550 747 руб.), с 08.08.2018 в ЕГРЮЛ отражена смена участника в ООО «ДСК» с ООО «Азия-Инвест» на ФИО2, которому до настоящего времени принадлежит доля в уставном капитале должника в размере 100 %, номинальной стоимостью 10 000 рублей.

Признавая доказанным наличие предусмотренных Законом о банкротстве оснований для привлечения ФИО4, ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, суд первой инстанции согласился с доводами конкурсного управляющего о том, что указанные лица контролировали деятельность должника, осуществляли заключение экономически невыгодных для ООО «ДСК» сделок в период с 2016 по 2019 годы, совершали экономически нецелесообразные операции по займам, проведение платежей за третьих лиц, вывод денежных средств из организации через фиктивный обмен денежных обязательств на ценные бумаги (векселя), обналичивание денежных средств через фирмы, отвечавшие признакам фирм - «однодневок», что привело к невозможности исполнения обязательств перед кредиторами должника.

Подпунктом 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве установлена презумпция вины контролирующего должника лица в невозможности полного погашения требований кредиторов в случае установления обстоятельств причинения существенного вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

В рамках настоящего дела о банкротстве конкурсным управляющим оспаривался ряд сделок должника.

Определением Арбитражного суда Иркутской области от 05.04.2022 признан недействительным договор купли-продажи №01/КП-19 от 07.02.2019, заключенный между ООО «ДСК» и индивидуальным предпринимателем ФИО14 по отчуждению экскаватора САТ 329 DL, 2014 г.в.; бульдозера САТ D9R, 2006 г.в., применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ответчика в конкурсную массу должника 23 600 000 руб. действительной стоимости вышеуказанного имущества.

Определением Арбитражного суда Иркутской области от 15.12.2021 признан недействительным договор купли-продажи, заключенный 25.12.2018 между должником и ФИО15, применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ответчика в пользу должника 910 000 руб.

Кроме того, по результатам проведения финансового аудита ООО «ДСК» установлено заключение должником экономически невыгодных сделок.

Так, ООО «ДСК» на протяжении 2016-2018 годов производило оплаты в адрес контрагентов АО «БСК», в том числе денежными средствами, которые само ООО «ДСК» получило в заем.

В определении Арбитражного суда Иркутской области от 17.03.2021 по настоящему установлено, что денежные средства в размере 40 000 000 рублей, полученные должником 19.05.2017 в займ от АО «Темерсо», были перечислены с расчетных счетов ООО «ДСК» на предоставление и погашение займов аффилированным и связанным компаниям.

АО «БСК» за счет полученных от ООО «ДСК» денежных средств произвело частичное гашение своего кредита в АО «Братский АНКБ» по договору кредитной линии от 03.05.2017 № 0110517-2И.

Из анализа расчетных счетов должника следует, что денежные средства, полученные по процентному займу от АО «Темерсо», ООО «ДСК» направило в АО «БСК», ООО «СтройНефть-38» (ИНН 

<

***>), ООО «Профстройторг», ООО «ЯнтаСервис» (ИНН 

<

***>), ООО «Онгой» (ИНН 

<

***>). Таким образом, полученные по договору займа от 19.05.2017 от АО «Темерсо» денежные средства в сумме 40 000 000 рублей ООО «ДСК» направило не на текущую деятельность, а на предоставление займов аффилированному лицу АО «БСК» и связанным организациям, погашения кредиторской задолженности перед АО «БСК» по полученному от него ранее займу, приобретение векселей АО «БСК», предоставление беспроцентных займов, и на вывод денежных средств через организации, с которыми отсутствовала реальная деятельность.

Кроме того, ООО «ДСК» выступило поручителем и залогодателем по кредитному обязательству АО «БСК», передав банку в счет исполнения обязательств АО «БСК» основные средства (7 единиц спецтехники), что привело к невозможности продолжать хозяйственную деятельность юридического лица.

Как установлено судом в определении от 17.03.2021 по настоящему делу между АО «БСК» и «Братский АНКБ» (АО) был заключен договор кредитной линии № 0110517-2И от 03.05.2017, по котором банк предоставил заемщику (АО «БСК») целевой кредит на финансирование текущей финансово-хозяйственной деятельности предприятия путем открытия кредитной линии с лимитом выдачи в сумме 50 000 000 рублей на срок до 25.10.2018.

ООО «ДСК» выступило поручителем и залогодателем по указанному кредитному обязательству АО «БСК» на основании договора поручительства № П0090517-2И от 03.05.2017, договора залога автотранспортных средств № 30250517-2И от 03.05.2017 (общая залоговая стоимость составила 17 670 000 руб.).

В результате указанных обстоятельств у ООО «ДСК» образовалась кредиторская задолженность перед банком.

Спецтехника, которая являлась для ООО «ДСК» основными средствами и без которой невозможна работа предприятия, была передана банку по соглашениям об отступном от 25.06.2018 и от 25.07.2018, что привело к последующему прекращению хозяйственной деятельности должника.

Сведений о том, каким образом АО «БСК» израсходовало кредит в размере 50 000 000 рублей по заключенному с АО «Братский АНКБ» кредитному договору, не имеется. Отсутствуют сведения о том, было ли произведено гашение кредита за счет залогового имущества самого АО «БСК».

При этом, при отсутствии просрочек со стороны основного заемщика и требований со стороны банка к поручителю об оплате, ООО «ДСК» производило оплату по кредитному обязательству АО «БСК» (платежные поручения ООО «ДСК» № 213 от 25.07.2017, № 263 от 25.09.2017, № 385 от 25.12.2017 № 42, от 26.02.2018, № 79 от 26.03.2018, № 137 от 24.04.2018, № 180 от 24.05.2018), а затем передало банку имущество (7 единиц спецтехники) по соглашениям об отступном от 25.06.2018 и от 25.07.2018 в счет погашения долга АО «БСК» по кредитному договору, не получив при этом встречного возмещения.

Все перечисленные операции совершены должником в интересах аффилированного лица - АО «БСК», при этом они ущемляют интересы добросовестных кредиторов ООО «ДСК» не аффилированных с должником, требования которых включены в реестр в судебном порядке и остаются неоплаченными.

Согласно сведениям, предоставленным Гостехнадзором по Иркутской области (письмо от 06.09.2021 № 02-78-539-21), правообладателем спецтехники, переданной должником банку по соглашениям об отступном от 25.06.2018 и от 25.07.2018, впоследствии стал ФИО4, который зарегистрировался в качестве индивидуального предпринимателя (ОГРН ИП 320385000021851, ОКВЭД 77.32 – аренда и лизинг строительных машин и оборудования).

Указанные обстоятельства обоснованно признаны судом первой инстанции достаточными для признания доказанным наличия предусмотренных Законом о банкротстве оснований для привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Ссылка суда первой инстанции на положения подпункта 3 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, не опровергает правильные по существу выводы суда о наличии совокупности обстоятельств, необходимых для привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на основании подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве. Допущенная судом первой инстанции опечатка основанием для отмены судебного акта не является.

Доводы апелляционной жалобы ФИО4 об отсутствии доказательств, подтверждающих возможность ФИО4 в период с 24.12.2014 по 08.08.2018 давать обязательные для исполнения ООО «ДСК» указания или возможность иным образом определять действия должника, подлежат отклонению, поскольку не могут повлиять на выводы суда.

Под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством (пункт 16 постановление Пленума ВАС РФ № 53 от 21.12.2017).

Процесс доказывания обозначенных выше оснований привлечения к субсидиарной ответственности упрощен законодателем для истцов посредством введения соответствующих опровержимых презумпций, при подтверждении условий которых предполагается наличие вины ответчика в доведении должника до банкротства, и на ответчика перекладывается бремя доказывания отсутствия оснований для удовлетворения иска.

Согласно одной из таких презумпций предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица в ситуации, когда имущественным правам кредиторов причинен существенный вред в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (подпункт 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, абзац первый пункта 23 постановление Пленума ВАС РФ № 53 от 21.12.2017).

Установленные в настоящем деле фактические обстоятельства свидетельствуют о том, что кредиторам был причинен вред посредством осуществления расчетов между контролируемыми ФИО4 аффилированными лицами с использованием внутригруппового перераспределения активов, в результате которого активы были выведены из имущественной массы должника без равноценного встречного возмещения, при отсутствии у должника разумного экономического интереса.

С учетом изложенного, доводы апелляционной жалобы ФИО4 являются необоснованными и не могут послужить основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

Вместе с тем, заслуживают внимания доводы апелляционной жалобы ФИО2 о том, что он не совершал действий, повлекших объективное банкротство ООО «ДСК»

Как следует из представленных в дело доказательств, ФИО2 стал единственным учредителем ООО «ДСК» с 08.08.2018.

По мнению конкурсного управляющего, ФИО2 имел контроль над заключением сомнительных сделок, о недействительности которых заявлено в деле о банкротстве. В частности, попытка включения ООО «ДСК» в реестр требований кредиторов АО «БСК» по поддельным первичным документам (определение Арбитражного суда Новосибирской области от 26.09.2019 по делу № А45-23763/2018) была совершена в период, когда единственным участником ООО «ДСК» являлся именно ФИО2

Вместе с тем, требование ООО «ДСК» о включении в реестр требований кредиторов АО «БСК» по делу № А45-23763/2018 заявлено 20.07.2018, т.е. до того, как ФИО2 стал учредителем ООО «ДСК», соответственно ФИО2 не мог влиять как на предъявление требования ООО «ДСК», так и на формирование документального обоснования наличия права требования у ООО «ДСК» к АО «БСК».

Кроме того, из представленных в материалы дела документов не следует, что что попытка включения ООО «ДСК» фиктивного требования в реестр требований кредиторов АО «БСК» повлекла причинение вреда должнику и его кредиторам.

О наличии иных совершенных ФИО2 действий, ухудшивших финансовое положение должника, конкурсным управляющим не указано.

Доказательств того, что ФИО2 имел возможность оказывать влияние на совершение оспоренных конкурсным управляющим сделок, материалы дела не содержат.

При таких обстоятельствах, обжалуемый судебный акт в части признания доказанным наличия оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ДСК», подлежит отмене в соответствии с пунктами 2, 3 части 1 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, с принятием нового судебного акта об отказе в удовлетворении заявления в указанной части.

В остальной части определение по делу подлежит оставлению без изменения, апелляционные жалобы ФИО4 и ФИО3 - без удовлетворения.

Настоящее постановление выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленными квалифицированными электронными подписями судей, в связи с чем направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет». По ходатайству указанных лиц копии постановления на бумажном носителе могут быть направлены им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства заказным письмом с уведомлением о вручении или вручены им под расписку.

Лица, участвующие в деле, могут получить информацию о движении дела в общедоступной базе данных «Картотека арбитражных дел» по электронному адресу: www.kad.arbitr.ru.

Руководствуясь ст. ст. 258, 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

П О С Т А Н О В И Л :

определение Арбитражного суда Иркутской области от 03 апреля 2023 года по делу № А19-24981/2019 отменить в части признания доказанным наличия оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам акционерного общества «Байкальская строительная компания».

В удовлетворения заявления в указанной части отказать.

В остальной части определение Арбитражного суда Иркутской области от 03 апреля 2023 года по делу № А19-24981/2019 оставить без изменения, апелляционные жалобы ФИО4 и ФИО3 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа в течение одного месяца с даты принятия через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий судья                                                      О.П. Антонова

 

Судьи                                                                                               Н.И. Кайдаш

 

                                                                                                          В.А. Сидоренко