АРБИТРАЖНЫЙ СУД РОСТОВСКОЙ ОБЛАСТИ

Именем Российской Федерации

Р Е Ш Е Н И Е

г. Ростов-на-Дону

«16» мая 2018Дело № А53-5808/18

   Резолютивная часть решения объявлена «03» мая 2018

   Мотивированное  решение изготовлено  «16» мая 2018

Арбитражный суд Ростовской области в составе судьи Тер-Акопян О.С.,

рассмотрев в порядке упрощенного производства дело по иску Общества с ограниченной ответственностью «РУСМАШ» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) 

к ответчику – Индивидуальному предпринимателю ФИО1 (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)

третье лицо: Индивидуальный предприниматель ФИО2 (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>)

о взыскании 200 000 руб. компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак, зарегистрированный под № 473042; 500 руб. расходов по приобретению товара; 79,50 руб. почтовых расходов,  

установил:

Общество с ограниченной ответственностью «РУСМАШ» обратилось в суд с иском к Индивидуальному предпринимателю ФИО1, третье лицо: Индивидуальный предприниматель ФИО2, о взыскании 200 000 руб. компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак, зарегистрированный под № 473042; 500 руб. расходов по приобретению товара; 79,50 руб. почтовых расходов.

Определением суда от 13.02.2018 дело было назначено к рассмотрению в порядке упрощенного производства. Данным определением сторонам установлен срок для представления ответчиком отзыва на исковое заявление и обосновывающих отзыв письменных доказательств, а также срок для направления сторонами друг другу дополнительных документов, содержащих объяснения по существу заявленных требований и возражений в обоснование своей позиции. 

Стороны, будучи извещенными о принятии судом к рассмотрению заявленных истцом требований в порядке упрощенного производства в соответствии со статей 121, 122, 123 АПК РФ надлежащим образом, ходатайств, препятствующих рассмотрению дела в порядке упрощенного производства, не заявили, в связи с чем спор рассматривается в порядке статей 123, 156, 226-229 АПК РФ по имеющимся в деле доказательствам, без вызова сторон в порядке упрощенного производства согласно правилам, предусмотренным положениями главы 29 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В установленный в определении суда срок, ответчик направил отзыв на исковое заявление, в котором исковые требования не признал, против удовлетворения возражал; указал о несоразмерности заявленного размера компенсации; заявил о снижении размера компенсации до суммы – 10 000 руб.

Суд приобщил в материалы дела отзыв ответчика.

От истца поступило ходатайство о рассмотрении дела по общим правилам искового производства.

Рассмотрев ходатайство истца о рассмотрении дела по общим правилам искового производства, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для его удовлетворения  ввиду следующего.

В соответствии с частью 5 статьи 227 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд выносит определение о рассмотрении дела по общим правилам искового производства или по правилам административного судопроизводства, если в ходе рассмотрения дела в порядке упрощенного производства удовлетворено ходатайство третьего лица о вступлении в дело, принят встречный иск, который не может быть рассмотрен по правилам, установленным настоящей главой, либо если суд, в том числе по ходатайству одной из сторон, пришел к выводу о том, что: 

1) порядок упрощенного производства может привести к разглашению государственной тайны; 

2) необходимо провести осмотр и исследование доказательств по месту их нахождения, назначить экспертизу или заслушать свидетельские показания;

 3) заявленное требование связано с иными требованиями, в том числе к другим лицам, или судебным актом, принятым по данному делу, могут быть нарушены права и законные интересы других лиц; 

4) рассмотрение дела в порядке упрощенного производства не соответствует целям эффективного правосудия, в том числе в случае признания судом необходимым выяснить дополнительные обстоятельства или исследовать дополнительные доказательства. 

Согласно разъяснениям, содержащимся в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 08.10.2012 № 62 «О некоторых вопросах рассмотрения арбитражными судами дел» (пункт 2), обстоятельства, препятствующие рассмотрению дела в порядке упрощенного производства, указанные в части 5 статьи 227 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, могут быть выявлены только в ходе рассмотрения этого дела после принятия искового заявления, заявления к производству, а не одновременно с его принятием, за исключением случая, предусмотренного пунктом 1 части 5 этой статьи. 

В случае выявления таких обстоятельств, арбитражный суд выносит определение о рассмотрении дела по общим правилам искового производства или по правилам административного судопроизводства и указывает в нем действия, которые надлежит совершить лицам, участвующим в деле, и сроки совершения этих действий (часть 6 статьи 227 Кодекса), то есть переходит к подготовке дела к судебному разбирательству, осуществляемой в соответствии с положениями частей 1 и 2 статьи 135 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Названное определение может быть вынесено, в том числе, по результатам рассмотрения арбитражным судом ходатайства стороны, указавшей на наличие одного из обстоятельств, предусмотренных пунктами 1 - 4 части 5 статьи 227 Кодекса, в случае его удовлетворения. 

В определении о рассмотрении дела по общим правилам искового производства или по правилам административного судопроизводства должно содержаться обоснование вывода арбитражного суда о невозможности рассмотрения дела в порядке упрощенного производства; обжалование такого определения Кодексом не предусмотрено. 

Рассмотрев ходатайство истца, суд не установил наличия предусмотренных частью 5 статьи 227 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации оснований для рассмотрения дела по общим правилам искового производства. 

При таких обстоятельствах, ходатайство истца о переходе по общим правилам искового производства удовлетворению не подлежит.

Дело рассмотрено судом в порядке упрощенного производства в соответствии с правилами главы 29 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и 03.05.2018 по делу принято решение путем подписания резолютивной части решения. Принятая по результатам рассмотрения дела резолютивная часть решения размещена на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» - 04.05.2018.

08.05.2018 Общество с ограниченной ответственностью «РУСМАШ» обратилось с заявлением о составлении мотивированного решения, в связи с чем, суд принимает решение по данному делу по правилам, установленным главой 20 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и составляет мотивированное решение по настоящему делу, рассмотренному в порядке упрощенного производства.

Рассмотрев материалы дела, арбитражный суд установил следующее.

ООО «РУСМАШ» является правообладателем товарного знака: свидетельство Федеральной службы по интеллектуальной собственности, патентам и товарным знакам на товарный знак № 473042 (Класс МКТУ 12). Также истцу принадлежит право использования патента на полезную модель № 104268 – «Натяжитель цепи двигателя автомобиля». Дата государственной регистрации – 17.10.2012; дата истечения срока действия исключительного права – 13.09.2021.

24.04.2017 года в магазине «Автозапчасти», расположенном по адресу: Ростовская область, Мясниковский район, ч. Чалтырь, ул. Большесальская, д. 2А, в котором осуществляет предпринимательскую деятельность Индивидуальный предприниматель ФИО1 (далее – ИП ФИО1), с целью извлечения прибыли осуществлялась реализация Автоматического натяжителя цепи «ПИЛОТ» для автомобилей ВАЗ (АНЦ «ПИЛОТ»), на упаковке которого имеются изображения, сходные до степени смешения с товарным знаком № 473042 (Класс МКТУ 12).

По заявлению истца, по внешним признакам, ввиду явных и существенных различий полиграфии от оригинальной продукции - данный товар содержит признаки несоответствия легальной продукции.

Покупка указанного товара стоимостью 500 (пятьсот) рублей подтверждается товарным чеком от 24.04.2017, а также видеосъемкой, произведенной в целях самозащиты гражданских прав на основании ст.ст. 12, 14 ГК РФ. 

Таким образом, согласно ст. 493 ГК РФ, с ответчиком был заключен договор розничной купли-продажи указанного товара.

Разрешение на использование объектов интеллектуальной собственности, принадлежащих ООО «РУСМАШ», путем заключения соответствующего договора, предусмотренного ст. 1235 ГК РФ, ответчик не получал. Следовательно, ответчик незаконно осуществил продажу (распространение) спорного товара, на котором использованы изображения, сходные с товарным знаком правообладателя, нарушив тем самым исключительное право ООО «РУСМАШ» на использование товарного знака.

Истцом в материалы дела предоставлено заключение специалиста № 2/06/2017 от 05.06.2017, данное по результатам проведенного исследования приобретенного товара, согласно которому предоставленные для исследования АНЦ «ПИЛОТ», не изготовлен ООО «РУСМАШ» и имеет технические признаки контрафактности.

Истец заявляет, что в результате незаконного использования чужого товарного знака, знака обслуживания, наименования места происхождения товара или сходных с ним обозначений для однородных товаров, ответчик причинил Правообладателю имущественный ущерб в виде упущенной выгоды, которая состоит из стоимости лицензионной продукции, в невозврате затрат, осуществленных на приобретение прав на данный товарный знак, рекламу товарного знака, производство легальной продукции, содержащей обозначение товарного знака, других производственных затрат, связанных с воспроизведением и распространением легальной продукции, содержащей обозначение товарного знака.

Как заявляет истец, спорная продукция произведена не на заводах, принадлежащих компании ООО «РУСМАШ». 

Согласно Договору о предоставлении неисключительной лицензии на право использования товарных знаков по свидетельствам № 473042, № 561554 от 01.03.2016, заключенного истцом с ИП ФИО2, стоимость права использования товарного знака № 473042 составляет 100 000 (сто тысяч) рублей. 

Таким образом, согласно пп 2. п. 4 ст. 1515 ГК РФ компенсация за использование товарного знака (№ 473042), в двукратном размере составляет 200 000 рублей.

Указанные обстоятельства послужили основанием для предъявления рассматриваемых исковых требований. 

Ответчик исковые требования не признал, против удовлетворения возражал по основаниям, изложенным в отзыве на исковое заявление; заявил о снижении размера компенсации.

Изучив материалы дела, обозрев подлинные письменные доказательства, суд пришел к выводу о том, что исковые требования подлежат частичному удовлетворению по следующим основаниям.

В силу пункта 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации, гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. 

Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если настоящим Кодексом не предусмотрено иное. Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными настоящим Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную настоящим Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается настоящим Кодексом. 

Согласно пункту 1 статьи 1482 Гражданского кодекса Российской Федерации, в качестве товарных знаков могут быть зарегистрированы словесные, изобразительные, объемные и другие обозначения или их комбинации. 

Товарный знак служит средством индивидуализации производимых товаров, позволяет покупателю отождествлять маркированный товар с конкретным производителем, вызывает определенное представление о продукции.

По смыслу статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 данного Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 названной статьи. К таким способам отнесено, в частности, использование исключительного права на товарный для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, путем размещения товарного знака на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; 

Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения (пункт 3 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

            В соответсвии с п. 4 ст. 1515 ГК РФ правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: 

1) в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения;

2) в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Исходя из указанных норм, правообладателю предоставлено право выбора способа опредления копменсации либо в произвольном размере от 10 000 руб. до 5 000 000 руб., либо в размере двукратной стоимости использования товарного знака или двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак. 

В рассматриваемом случае стоимость товара «Автоматический натяжитель цепи», на котором незаконно размещен товарный знак, составляет 500 руб., в материалы дела предоставлены доказательства реализации товара в количестве 1 штука, следовательно, двукратная стоимость товара составит 1 000 руб. 

В связи с незначительностью данной суммы истец, предъявил требования о взыскании 200 000 руб., исходя из двукратной стоимости права использования товарного знака.

Обосновывая данный размер, истец представил договор № 2 от 01.03.2016, заключенный между ООО «РУСМАШ» и ИП ФИО2, согласно которому стоимость неисключительной лицензии на право использования товарных знаков № 473042, № 561554 в отношении всех товаров 12 класса МКТУ составляет  по 100 000 руб. за каждый товарный знак сроком в течение – 12 месяцев. 

Договоров с иными лицами в подтверждение того факта, что цена за право использования спорного товарного знака в размере 100 000 руб. соответствует обычным  рыночным ценам и является соизмеримой со стоимостью  права использования товарного знака, предоставленного иным лицам, помимо предпринимателя, являющегося  взаимосвязанным с истцом лицом, не представлено. 

Судом к участию в деле в качестве третьего лица привлечен ИП ФИО2, являющийся стороной лицензионного договора № 2 от 01.03.2016.  

Согласно выпискам из ЕГРЮЛ и ЕГРИП, Индивидуальный предприниматель ФИО2 является одновременно учредителем ООО «РУСМАШ», размер его вклада в уставный капитал общества составляет 17 000 руб., при размере уставного капитала 50 000 руб., то есть, доля ФИО2 в уставном капитале общества составляет более 20% уставного капитала. 

В силу положений статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 N 948-1 "О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках", стороны лицензионного договора № 2 от 01.03.2016 являются аффилированными лицами.

Таким образом, в данном случае факт аффилированности лиц лицензионного договора мог повлиять на установленный в этом договоре размер лицензионного вознаграждения. 

Аналогичная правоприменительная практика приведена в постановлении Суда по интеллектуальным правам от 24.05.2017 по делу № А45-20577/2015.

Судом установлено, что истец не заключал иных лицензионных договоров в отношении спорного товарного знака, следовательно, установить, соответствует ли определенная лицензионным договором № 2 от 01.03.2017 цена неисключительной лицензии, рыночной цене данного права по материалам дела не представляется возможным. 

Истец не подтвердил соответствие свободному рынку определенной в договоре цены неисключительной лицензии.

В определении суда от 13.03.2018 суд предлагал истцу и третьему лицу представить расшифровку видов экономический деятельности по зарегистрированным ОКВЭД, цели получения лицензии, пояснения о виде ее использования в деятельности предпринимателя, доказательства фактического использования, в том числе, подтверждение факта выпуска аналогичных или иных изделий, использования спорного товарного знака, отчеты об объемах выпуска, данные о продажах  (договоры, ТН, ТТН, оплата), пояснить, как определена стоимость лицензии, каковы были параметры  стоимости лицензии.  

Требования суда, изложенные в определении от 13.03.2018, ни истцом, ни третьим лицом не исполнены. Документы в обоснование действительности и исполнимости лицензионного договора № 2 от 01.03.2017 не представлены.

В соответствии с зарегистрированными кодами ОКВЭД, предприниматель вправе заниматься деятельностью по аренде и управлению собственным или арендованным недвижимым имуществом, как основным видом деятельности. В качестве дополнительных указаны полиграфическая деятельность, торговля канцелярскими и писчебумажными товарами, операции с невидимым имуществом, деятельность в области фотографии, туристических агентств, туристических информационных услуг,  экскурсионных туристических услуг, услуг связанных с бронированием, других персональных услуг.   

Указанные виды экономической деятельности также не предполагают возможным использование полученного права в соответствии с зарегистрированными классами МКТУ и перечнем товаров и/или услуг по товарному знаку № 473042.

Так, спорный товарный знак зарегистрирован по 12 классу МКТУ - аксессуары тормозные; амортизаторы для автомобилей; амортизаторы подвесок; валы карданные; двигатели, в том числе их составные части, в частности натяжители цепи двигателя; коробки передач для наземных транспортных средств; крепления для ступиц колес; муфты сцепления для наземных транспортных средств; оси; передачи зубчатые для наземных транспортных средств; преобразователи крутящего момента для наземных транспортных средств; приспособления противоугонные для транспортных средств; пружины амортизационные; рессоры подвесок; рули; сигнализации противоугонные; сигнализация заднего хода; стеклоочистители для ветровых стекол; ступицы колес; сцепления для наземных транспортных средств; тормоза; торсионы; трансмиссии для наземных транспортных средств; цепи для автомобилей; цепи приводные для наземных транспортных средств.

Указанные виды ОКВЭД предпринимателя и МКТУ товарного знака различны, не совпадают ни в каких их частях и исключают использование переданного права в пределах и на условиях ограниченной регистрации такого права. 

           При этом, согласно п. 2.2 лицензионного договора, лицензиар имеет право использовать вышеуказанный товарный знак в собственной коммерческой деятельности любым способом, не нарушающим действующего законодательства РФ.

Таким образом, не предполагается возможным также использование переданного права и в соответствии с условиями договора.

Согласно п. 3.2 договора, лицензиат обязан обеспечить соответствие качества изготавливаемых товаров, на которых он помещает лицензионный товарный знак, требованиям к качеству, устанавливаемым Техническими регламентами на изготавливаемые товары и всем иным требованиям государственных органов Российской Федерации.

В соответствии с п. 3.4, качество товаров, изготавливаемых Лицензиатом, должно быть не ниже качества товаров Лицензиара.

В соответствии с условиями п. 5.2 договора, Лицензиат гарантирует добросовестное использование товарного знака при осуществлении экономической деятельности и качественное изготовление товара по лицензии. 

Пунктом 3.5 согласовано, что проверка может производиться на предприятии Лицензиата, либо в порядке, определяемом по соглашению между Лицензиаром и Лицензиатом.

Между тем, из предоставленных доказательств следует, что совершение таких действий для лицензиата не являлось и не является возможным. 

Указанное обстоятельство не может быть безразличным для сторон спорного договора, поскольку связано не только с охраной прав на товарный знак, но и прав и обязанностей, возникающих в связи с его использованием, поддержанием имиджевой составляющей, свойственной продукции, маркируемой таким товарным знаком.

Кроме того, документы, содержащие условия о возможности контроля и проверки качества продукции, изготавливающейся на предприятиях третьих лиц, в материалы дела не представлены. 

Цель охраны права на товарный знак имеет и публично-правую природу, т.к. преследует не только цель защиты правообладателя, но и защиты потребителя от продукции, имеющей такую маркировку, но не происходящей от того производителя, которого она обозначает.  

В общемировой и Российской практике изготовление, например, запчастей для автотранспортных средств (как заявляемых истцом и третьим лицом в настоящем случае)  возможно не вследствие передачи права на товарный знак производителя, например, ГАЗ, ВАЗ, Мерседес и др., а на основании подрядных и производных сделок, франчайзинговых сделок, правовая природа которых обеспечивает контроль качества изделия и права потребителя   на его соответствие качеству, заявляемому производителем. 

В спорном случае такая цель не обеспечивается и не преследуется истцом и третьим лицом.

Таким образом, нанесение маркировки спорного товарного знака на изделия, которые изготавливаются неизвестными для производителя лицами, носят те же самые риски, что и спорный натяжитель цепи, приобретенный у ответчика, изготовление которого также не производилось ИП ФИО2, как лицензиатом.  

Кроме того, ООО «РУСМАШ» учрежденное тремя лицами – ИП ФИО3, ФИО2, ФИО4 в настоящее время имеет тех же участников, т.е. близких родственников - отца и сыновей. 

Единоличным органом управления ООО «РУСМАШ» является один из учредителей - ФИО4

Лицензионный договор между ООО «РУСМАШ» в лице генерального директора ФИО4 (участника общества) заключен с ИП ФИО2 (участником общества).  

 Таким образом, фактически, лицензионный договор заключен в пределах участников общества, являющихся одновременно близкими родственниками.  

Такая сделка, определяемая востребованной для не декларируемых целей в структуре бизнеса истца, не имеет рыночной природы и не является следствием учета спроса и предложения на передаваемое право в условиях свободной конкуренции.

В указанных условиях и в обстоятельствах отсутствия иных любых доказательств действительной стоимости такой лицензии, представленный истцом лицензионный договор № 2 от 01.03.2016 не является относимым и допустимым доказательством стоимости права использования спорного товарного знака. 

Определяемая в таком договоре цена права не отражает его действительной стоимости и устанавливается волей одних и тех же бенефициаров, в связи с чем, не является значимой в той мере, в которой предполагает ее учет в соответствии с нормой п. 2. ч. 4 ст. 1515 ГК РФ.

В связи с чем, указанная единичная сделка не является надлежащим доказательством действительной стоимости права. 

Информация об иных, обычно заключаемых ООО «РУСМАШ» лицензионных договорах, предусматривающих простую (неисключительную лицензию) на момент совершения нарушения, истцом не представлено. 

Каких-либо доказательств определения стоимости такой лицензии иными способами истцом также не представлено.

Учитывая все вышеуказанные обстоятельства, суд фактически не снижает размер компенсации ниже низшего предела, а определяет ее в размере, установленном п. 1 ч. 4 ст. 1515 ГК РФ, как соответствующим последствиям допущенного нарушения.  

При этом, суд учитывает, что к равнозначному праву истца отнесен выбор требования о компенсации как в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения, так и в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая, при сравнимых обстоятельствах, обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Среди дополнительных видов деятельности отсутствует деятельность по реализации и изготовлению деталей для автотранспортных средств. 

 Факт реализации ИП ФИО1 товара документально подтвержен и ответчиком не оспаривается. Товарный знак, размещенный на спорном товаре сходен до степени смешения с товарным знаком № 473042 (Класс МКТУ 12), доказательств, подтверждающих право использования товарного знака, ответчиком в материалы дела не представлено, в связи с чем суд приходит к выводу о доказанности факта незаконного использования ответчиком товарного знака истца.

Между тем, суд, при соответствующем обосновании, не лишен возможности взыскать сумму компенсации в меньшем размере по сравнению с заявленным требованием (Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 02.04.2013 N 16449/12).

В соответстви с п. 3 ст. 1252 ГК РФ, размер компенсации определяется судом в пределах, установленных настоящим Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

Если одним действием нарушены права на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, размер компенсации определяется судом за каждый неправомерно используемый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации. При этом, в случае, если права на соответствующие результаты или средства индивидуализации принадлежат одному правообладателю, общий размер компенсации за нарушение прав на них с учетом характера и последствий нарушения может быть снижен судом ниже пределов, установленных настоящим Кодексом, но не может составлять менее пятидесяти процентов суммы минимальных размеров всех компенсаций за допущенные нарушения.

В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 2 постановления от 13.12.2016 № 28-П «По делу о проверке конституционности подпункта 1 статьи 1301, подпункта 1 статьи 1311 и подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с запросами Арбитражного суда Алтайского края», положения подпункта 1 статьи 1301, подпункта 1 статьи 1311 и подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ признаны не соответствующими Конституции Российской Федерации, ее статьям 17 (часть 3), 19 (части 1 и 2), 34 (часть 1) и 55 (часть 3), в той мере, в какой в системной связи с пунктом 3

статьи 1252 ГК РФ и другими его положениями они не позволяют суду при определении размера компенсации, подлежащей выплате правообладателю в случае нарушения индивидуальным предпринимателем при осуществлении им предпринимательской деятельности одним действием прав на несколько объектов интеллектуальной собственности, определить с учетом фактических обстоятельств конкретного дела общий размер компенсации ниже минимального предела, установленного данными законоположениями, если размер подлежащей выплате компенсации, исчисленной по установленным данными законоположениями правилам с учетом возможности ее снижения, многократно превышает размер причиненных правообладателю убытков (притом что эти убытки поддаются исчислению с разумной степенью достоверности, а их превышение должно быть доказано ответчиком) и если при этом обстоятельства конкретного дела свидетельствуют, в частности, о том, что правонарушение совершено индивидуальным предпринимателем впервые и что использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью его предпринимательской деятельности и не носило грубый характер.

Учитывая системную связь подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ с пунктом 3 статьи 1252 ГК РФ, аналогичный подход должен применяться как к размеру компенсации, определяемому по усмотрению суда, так и к двукратной  стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или двукратной стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

При этом, суд не вправе снижать размер компенсации ниже минимального  предела, установленного законом, по своей инициативе. Сторона, заявившая о необходимости такого снижения, обязана в соответствии со статьей 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказать необходимость применения судом такой меры. Снижение размера компенсации ниже минимального предела, установленного законом, с учетом требований разумности и справедливости должно быть мотивировано судом и подтверждено соответствующими доказательствами.

Данная правовая позиция сформирована в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации № 305- ЭС16-13233 от 21.04.2017.

Истцом  при обращении с настоящим иском был избран вид компенсации, взыскиваемой на основании подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ, следовательно, снижение размера компенсации ниже двукратной стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или двукратного размера стоимости права использования товарного знака,  определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака, возможно только при наличии мотивированного заявления предпринимателя, подтвержденного соответствующими доказательствами.

В материалах дела имеется отзыв предпринимателя, в котором им заявляется о необходимости снижения размера компенсации до минимального предела, установленного законом.

Пункт  3 статьи 1252 ГК РФ  предусматривает, что размер компенсации определяется судом в пределах, установленных настоящим Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 2 постановления от 13.12.2016 № 28-П "По делу о проверке конституционности подпункта 1 статьи 1301, подпункта 1 статьи 1311 и подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с запросами Арбитражного суда Алтайского края"  суд не вправе снижать размер компенсации ниже минимального  предела, установленного законом, по своей инициативе.

Таким образом, независимо от выбранного способа расчета суммы  компенсации ее размер может быть снижен судом по своей инициативе не ниже минимального размера, а по заявлению стороны ниже минимального размера компенсации соответствующего вида. 

При этом, при заявлении требований на основании подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ  минимальным является размер компенсации  10 000 руб., а при заявлении требований на основании подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ минимальным является двукратный размер стоимости товара, на котором незаконного размещен товарный знак (в рассматриваемом случае – 1 000 руб.) или двукратная стоимость права использования товарного знака (в рассматриваемом  случае  200 000 руб.). 

В своем отзыве ответчик указал на несоразмерность заявленной истцом компенсации вреду, причиненному правообладателю. При этом, материалами дела не подтверждается, что ответчик является изготовителем данного товара. Доводы предпринимателя материалами дела не опровергаются и истцом не оспариваются. 

Учитывая, что суд не принимает во внимание для определения цены использования права лицензионный  договор № 2 от 01.03.2016, как единичный договор, заключенный с заинтересованным лицом, не подтверждающий реальную рыночную стоимость права использования товарного знака, суд исходит из предельных размеров компенсации, установленных  подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 ГК  РФ от 10 000 руб. до 5 000 000 руб. 

Суд полагает возможным и необходимым снизить размер компенсации до 10 000 руб. – минимального размера, предусмотренного подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 ГК  РФ.

Суд полагает, что избранный истцом вид компенсации не ограничивает право суда снижать размер компенсации, исчисленной в порядке, предусмотренном подпунктом 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ, поскольку согласно правовой позиции Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 20.11.2012 N 8953/12, размер компенсации за неправомерное использование объекта интеллектуальной собственности должен определяться исходя из необходимости восстановления имущественного положения правообладателя. Это означает, что он должен быть поставлен в имущественное положение, в котором находился бы, если бы объект интеллектуальной собственности использовался правомерно.

Пунктом 4 статьи 1515 ГК РФ предусматривается одна мера гражданско-правовой ответственности - компенсация, взыскиваемая вместо убытков, которая лишь рассчитывается разными способами (пункты 1 и 2 названной статьи), ввиду чего выработанные в упомянутом постановлении подходы применимы и к практике взыскания компенсации, рассчитанной согласно подпункту 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ. Суд при соответствующем обосновании не лишен возможности взыскать сумму такой компенсации в меньшем размере по сравнению с заявленным требованием (Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 02.04.2013 N 16449/12).

Правовая природа компенсации в гражданском правоотношении следует принципам возмездности и эквивалентности и  направлена не на наказание правонарушителя, а на восстановление нарушенного права правообладателя в целях сохранения их баланса. Взыскание значительных сумм, явно не соответствующих последствиям допущенного нарушения права, ведет к нарушению цели правового регулирования нормы статьи 1515 ГК РФ.

Судом учитывается, что в настоящем деле имеются обстоятельства, указанные в Постановлении  Конституционного Суда Российской Федерации  от 13 декабря 2016 г. N 28-П «По делу о проверке конституционности подпункта 1 статьи 1301, подпункта 1 статьи 1311 и подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с запросами Арбитражного суда Алтайского края», а именно: правонарушение совершено индивидуальным предпринимателем впервые,  использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не является существенной частью его предпринимательской деятельности, не носит грубый характер (продавцу не было заведомо известно о контрафактном характере реализуемой им продукции).

Изложенное свидетельствует о необходимости снижения размера компенсации  с учетом принципа разумности и цели института компенсации, являющегося альтернативой возмещения убытков и, в связи с чем, несмотря на внешние атрибуты санкции, применяющейся в целях восстановления нарушенного права, а не возмездия и, тем более, не обогащения правообладателя.   

Ответчик ранее не допускал аналогичных нарушений, в том числе и в отношении прав истца.

С учетом незначительной степени вины ответчика, характера и последствий нарушения, отсутствия доказательств и расчетов убытков истца вследствие действий ответчика, незначительной цены товара, возможности предъявления истцом требований не только к конечному продавцу товара, но и к производителю и перепродавцам товара, исходя из принципов справедливости и соразмерности компенсации последствиям нарушения, а также с учетом того, что ответчиком реализован лишь один экземпляр товара, суд полагает возможным удовлетворить требование о взыскании компенсации частично, в сумме 10 000 руб.

В остальной части в удовлетворении исковых требований надлежит отказать.

Кроме того, истец просит взыскать с ответчика расходы на покупку товара в сумме 500 руб., почтовые расходы 79,50 руб.

Согласно правовой позиции, содержащейся в пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела" (далее - постановление от 21.01.2016 N 1), к судебным издержкам относятся расходы, которые понесены лицами, участвующими в деле, включая третьих лиц, заинтересованных лиц в административном деле (статья 94 ГПК РФ, статья 106 АПК РФ, статья 106 КАС РФ).

Перечень судебных издержек, предусмотренный указанными кодексами, не является исчерпывающим. Так, расходы, понесенные истцом, административным истцом, заявителем в связи с собиранием доказательств до предъявления искового заявления, административного искового заявления, заявления в суд, могут быть признаны судебными издержками, если несение таких расходов было необходимо для реализации права на обращение в суд и собранные до предъявления иска доказательства соответствуют требованиям относимости, допустимости. Например, истцу могут быть возмещены расходы, связанные с легализацией иностранных официальных документов, обеспечением нотариусом до возбуждения дела в суде судебных доказательств (в частности, доказательств, подтверждающих размещение определенной информации в сети "Интернет"), расходы на проведение досудебного исследования состояния имущества, на основании которого впоследствии определена цена предъявленного в суд иска, его подсудность.

При удовлетворении требования о взыскании компенсации суд определяет ее размер не произвольно. Истец должен представить доказательства, обосновывающие расчет суммы компенсации (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Ответчик же вправе оспаривать как сам факт нарушения, так и размер требуемой истцом компенсации. Суд оценивает представленные сторонами доказательства (статья 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) и на их основе принимает решение о размере подлежащей взысканию суммы компенсации, руководствуясь принципами разумности и справедливости, исходя из характера нарушения и иных значимых обстоятельств (пункт 43.3 Постановления от 26.03.2009 N 5/29).

С учетом изложенного удовлетворение на основании представленных сторонами доказательств требований истца о взыскании компенсации в размере, меньше чем изначально заявленный, является частичным удовлетворением иска по смыслу абзаца второго части 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и влечет отнесение судебных расходов на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

Иными словами, при определении размера компенсации, подлежащей взысканию, суд учитывает конкретные обстоятельства, которые определяются на основе принципа состязательности сторон по результатам оценки представленных сторонами доказательств, что предусматривает активную роль лиц, участвующих в деле, по доказыванию/опровержению не только факта наличия/отсутствия правонарушения как такового, но и факторов, влияющих на определение размера подлежащей взысканию компенсации.

Следовательно, в условиях, когда в законе указан минимальный и максимальный размер компенсации, а также предусмотрено право суда определять конкретный размер компенсации исходя из конкретных обстоятельств дела на основе состязательности судопроизводства, истец, заявляя исковые требования в максимальном размере, в силу статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации фактически несет риск наступления последствий совершения им процессуальных действий, который может заключаться в отнесении на истца судебных расходов пропорционально размеру необоснованно заявленной компенсации.

Таким образом, основополагающим для рассмотрения вопроса о возмещении судебных расходов при частичном удовлетворении имущественного требования является заложенный в абзаце 2 части 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации принцип отнесения судебных расходов на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

Как разъясняется в пунктах 20 и 21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела" при неполном (частичном) удовлетворении имущественных требований, подлежащих оценке, судебные издержки присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику - пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано (статьи 98, 100 ГПК РФ, статьи 111, 112 КАС РФ, статья 110 АПК РФ).

Положения процессуального законодательства о пропорциональном возмещении (распределении) судебных издержек (статьи 98, 102, 103 ГПК РФ, статья 111 КАС РФ, статья 110 АПК РФ) не подлежат применению при разрешении:

иска неимущественного характера, в том числе имеющего денежную оценку требования, направленного на защиту личных неимущественных прав (например, о компенсации морального вреда);

иска имущественного характера, не подлежащего оценке (например, о пресечении действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения);

требования о взыскании неустойки, которая уменьшается судом в связи с несоразмерностью последствиям нарушения обязательства, получением кредитором необоснованной выгоды (статья 333 ГК РФ);

требования, подлежащего рассмотрению в порядке, предусмотренном КАС РФ, за исключением требований о взыскании обязательных платежей и санкций (часть 1 статьи 111 указанного кодекса).

Иск о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак имеет имущественный характер и подлежит оценке. Таким образом, к нему применяется правило о пропорциональном распределении судебных расходов.

Суммы затрат истца на покупку товара в сумме 500 руб., почтовых расходов в сумме 79,50 руб. материалами дела подтверждена и ответчиками не оспаривается, в связи с чем они признаются судом подлежащими распределению в указанном порядке.

В силу части 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которой судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований, судебные расходы подлежат взысканию в следующем размере: 25 руб. расходы на покупку товара, 3,98  руб. почтовые расходы, 350 руб. расходов по уплате государственной пошлины. 

Руководствуясь статьями 110, 226-229 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении ходатайства истца о рассмотрении дела по общим правилам искового производства отказать. 

             Взыскать с Индивидуального предпринимателя ФИО1 (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в пользу Общества с ограниченной ответственностью «РУСМАШ» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) 10 000 руб. компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак, зарегистрированный под № 473042; 25 руб. расходов по приобретению товара; 3,98 руб. почтовых расходов; 350 руб.- судебных расходов по уплате государственной пошлины.

В остальной части исковых требований отказать.

Решение суда по настоящему делу подлежит немедленному исполнению и  вступает в законную силу по истечении пятнадцати дней со дня принятия, если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции. 

Лица, участвующие в деле, вправе подать ходатайство о составлении мотивированного решения в течение пяти дней со дня размещения резолютивной части решения на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет». 

Решение суда по настоящему делу может быть обжаловано в апелляционном порядке в Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в срок, не превышающий пятнадцати дней со дня его принятия, а в случае составления мотивированного решения арбитражного суда – со дня принятия решения в полном объеме.

СудьяТер-Акопян О. С.