ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

644024, г. Омск, ул. 10 лет Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №   А70-9817/2017

10 декабря 2018 года

город Омск

 

Резолютивная часть постановления объявлена  04 декабря 2018 года

Постановление изготовлено в полном объеме  10 декабря 2018 года

 

Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Зориной О.В.

судей Смольниковой М.В., Тетериной Н.В.

при ведении протокола судебного заседания секретарём ФИО1, рассматривает в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-11942/2018) ФИО2 на определение Арбитражного суда Тюменской области от 20 августа 2018 года по делу №  А70-9817/2017 (судья Пронина Е.В.), вынесенное по заявлению конкурсного управляющего ФИО3 к ФИО2, обществу с ограниченной ответственностью «Гарант» о признании сделки недействительной и применении последствий её недействительности, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «ПРЕМИУМ» (ИНН:7203123949, ОГРН:1027200774094), 

 

установил:

решением Арбитражного суда Тюменской области от 05.03.2018 общество с ограниченной ответственностью «Премиум» (далее – ООО «Премиум», должник) признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство. Исполнение обязанностей конкурсного управляющего возложено на ФИО4.

Определением от 20.04.2018 Арбитражного суда Тюменской области конкурсным управляющим утвержден ФИО3 (далее – ФИО3, конкурсный управляющий).

            В Арбитражный суд Тюменской области обратился конкурсный управляющий с заявлением к ФИО2 (далее – ФИО2), обществу с ограниченной ответственностью «Гарант» (далее – ООО «Гарант»), в котором просил: 

1. признать недействительным договор от 21.04.2016, заключенный между обществом с ограниченной ответственностью «ЮНИТИ» (далее – ООО «ЮНИТИ») и ООО «Гарант», предметом которого является передача продавцом в собственность покупателя нежилого помещения, кадастровый номер 72-72-01/243/2006-012, общей площадью (134.1) кв.м., расположенное по адресу: 

<

...>, на 1 этаже в 10 этажном здании;

2. признать недействительным договор от 01.09.2016, заключенный между ООО «Гарант» и ФИО2, предметом которого является передача продавцом в собственность покупателя нежилого помещения, кадастровый номер 72-72-01/243/2006-012, общей площадью (134.1) кв.м., расположенное по адресу: 

<

...>, на 1 этаже в 10 этажном здании;

3. применить последствия недействительности сделок: обязать ФИО2 возвратить в конкурсную массу ООО «Премиум» нежилое помещение, кадастровый номер 72-72-01/243/2006-012, общей площадью (134.1) кв.м., расположенное по адресу: 

<

...>, на 1 этаже в 10 этажном здании.

Впоследствии конкурсный управляющий уточнил заявленные требования, просил: 

1. признать недействительным договор от 21.04.2016, заключенный между ООО «ЮНИТИ» и ООО «Гарант», предметом которого является передача продавцом в собственность покупателя нежилого помещения, кадастровый номер 72-72-01/243/2006-012, общей площадью (134.1) кв.м., расположенное по адресу: 

<

...>, на 1 этаже в 10 этажном здании; 

2. признать недействительным договор от 16.08.2016, заключенный между ООО «Гарант» и ФИО2, предметом которого является передача продавцом в собственность покупателя нежилого помещения, кадастровый номер 72-72-01/243/2006-012, общей площадью (134.1) кв.м., расположенное по адресу: 

<

...>, на 1 этаже в 10 этажном здании.

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 20.08.2018 требования конкурсного управляющего удовлетворены. Признаны недействительными взаимосвязанные сделки: договор купли-продажи недвижимого имущества от 21.04.2016, заключенный между обществом с ограниченной ответственностью «ЮНИТИ» и ООО «Гарант»; договор купли-продажи нежилого помещения от 16.08.2016, заключенный между ООО «Гарант» и ФИО2. Применены последствия недействительности сделок. Суд обязал ФИО2 возвратить в конкурсную массу должника нежилое помещение, общей площадью 134,1 кв.м., расположенное на 1 этаже в 10-этажном здании, по адресу: 

<

...>; кадастровый номер 72-72-01/243/2006-012.

Не соглашаясь с определением суда, ФИО2 обратилась в суд с апелляционной жалобой.

В обоснование апелляционной жалобы ее заявитель указала следующее:

- суд первой инстанции пришел к неверному выводу о наличии признаков неплатежеспособности ООО «ЮНИТИ» на момент совершения спорных сделок;

- суд первой инстанции необоснованно указал на отсутствие со стороны ФИО2 встречного предоставления по сделке, ФИО2 является добросовестным приобретателем спорного имущества;

- доводы конкурсного управляющего являются необоснованными, не подтверждаются представленными им в материалы дела доказательствами.

ФИО2, конкурсный управляющий, иные лица, участвующие в деле о банкротстве, надлежащим образом извещенные о месте и времени рассмотрения апелляционной жалобы, явку своих представителей в заседание суда апелляционной инстанции не обеспечили. На основании части 1 статьи 266, части 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) апелляционная жалоба рассмотрена в отсутствие неявившихся лиц.

Рассмотрев материалы дела, апелляционную  жалобу, проверив законность и обоснованность обжалуемого судебного акта в порядке статьей 266, 268, 270 АПК РФ, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены или изменения определения Арбитражного суда Тюменской области от 20.08.2018 по настоящему делу.

Как следует из материалов дела, между ООО «ЮНИТИ» (новое наименование – ООО «Премиум», должник по делу о банкротстве), в лице директора ФИО5 (далее – ФИО5), (Продавец) и ООО «Гарант», в лице директора ФИО6 (далее – ФИО6), (Покупатель) 21.04.2016 заключен договор купли-продажи недвижимого имущества (т.д. 16, л.д. 51-52), в соответствии с условиями которого Продавец продает, а Покупатель покупает недвижимое имущество: нежилое помещение, кадастровый номер 72-72-01/243/2006-012, общей площадью (134,1) кв.м, расположенное по адресу: 

<

...>, на 1 этаже в 10- этажном здании.

Согласно пункту 2 договора купли-продажи от 21.04.2016 цена приобретаемого нежилого помещения составляет 4 745 800 руб.

Сумма, указанная в пункте 2.1 договора, за приобретаемое имущество погашается путем проведения взаимозачета в счет задолженности ООО «ЮНИТИ» перед ООО «Гарант» в сумме 4 745 800 руб. (пункт 2.2 договора).

По акту приема-передачи от 21.04.2016 ООО «ЮНИТИ» передало спорное нежилое помещение ООО «Гарант» (т.д. 16, л.д. 52).

Между ООО «Гарант», в лице директора ФИО6, (Продавец) и ФИО7 (Покупатель) 16.08.2016 заключен договор купли-продажи нежилого помещения (т.д. 12, л.д. 73-74, 124), согласно которому продавец продал покупателю принадлежащее ему на праве собственности нежилое помещение по адресу: Тюменская обл., 

<

...>, кадастровый номер 72-72-01/243/2006-012, общей площадью (134,1) кв.м, этаж 1, по взаимосогласованной цене за 2 800 000 руб. 

Переход права собственности  был зарегистрирован в установленном законом порядке 01.09.2016, что подтверждается  копией выписки из Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним от 01.09.2016 (т.д. 16, л.д. 76).

По акту приема-передачи от 16.08.2016 (т.д. 16, л.д. 125) ООО «Гарант» передало спорное нежилое помещение ФИО2

Конкурсный управляющий, считая, что договор купли-продажи от 21.04.2016 между ООО «ЮНИТИ» и ООО «Гарант» и договор купли-продажи недвижимого имущества от 01.09.2016 между ООО «Гарант» и ФИО2 являются взаимозависимыми сделками, направленными на незаконный вывод имущества должника с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов и прикрывающими сделку, направленную на передачу спорного недвижимого имущества заинтересованному лицу по заниженной цене либо безвозмездно, обратился в Арбитражный суд Тюменской области с заявлением о признании указанных сделок недействительными на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Суд первой инстанции, удовлетворяя заявление конкурсного управляющего, исходил из того, что совокупность действий участников спорных сделок была направлена не на фактическое осуществление гражданских прав, а на вывод активов должника в пользу заинтересованного к должнику лица – ФИО2 с использованием двух прикрывающих последовательных сделок.

Повторно исследовав материалы дела, суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В соответствии с пунктом 3 статьи 129 Закона о банкротстве конкурсный управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени должника заявления о признании недействительными сделок, а также о применении последствий недействительности ничтожных сделок, заключенных или исполненных должником, и совершать другие действия, предусмотренные федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации и направленные на возврат имущества должника.

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Статьей 61.9 Закона о банкротстве предусмотрено, что заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, при этом срок исковой давности исчисляется с момента, когда арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных настоящим Федеральным законом.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Материалы дела свидетельствуют о том, что оспариваемые сделки, прикрывающие сделку с целью причинения вреда кредиторам должника, совершены 21.04.2016, 01.09.2016.

Между тем в определении Верховного Суда РФ от 09.07.2018 № 307-ЭС18-1843 по делу № А56-31805/2016 изложена следующая правовая позиция: по оспариваемому договору отчуждено недвижимое имущество, право собственности на которое подлежит государственной регистрации. Следует учитывать, что конечной целью конкурсного оспаривания подозрительных сделок является ликвидация последствий недобросовестного вывода активов перед банкротством. Следовательно, необходимо принимать во внимание не дату подписания сторонами соглашения, по которому они обязались осуществить передачу имущества, а саму дату фактического вывода активов, то есть исполнения сделки путем отчуждения имущества (статья 61.1 Закона о банкротстве). Конструкция купли-продажи недвижимости по российскому праву предполагает, что перенос титула собственника производится в момент государственной регистрации. Поэтому для соотнесения даты совершения сделки, переход права на основании которой (или которая) подлежит государственной регистрации, с периодом подозрительности учету подлежит дата такой регистрации. Соответствующая позиция изложена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 17.10.2016 № 307-ЭС15-17721 (4). 

Таким образом, датой совершения оспариваемой сделки – договора купли-продажи нежилого помещения необходимо считать 01.09.2016 (дату регистрации права за ФИО2)

Производство по делу о банкротстве должника возбуждено определением суда от 28.07.2017.

Следовательно, спорные сделки совершены в пределах срока, установленного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В настоящем случае суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что оспариваемые сделки были совершены с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника, поскольку на момент их совершения должник отвечал признаку неплатежеспособности.

Так, спорные сделки были совершены с целью причинить вред имущественным правам кредиторов.

В соответствии с пунктом 5 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 для признания сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества. 

В соответствии с абзацами 2-5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: 

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; 

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

В силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2. Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Установленные абзацами вторым-пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми – они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

По первому условию суд апелляционной инстанции считает необходимым указать следующее.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в статье 2 Закона о банкротстве.

Так в силу статьи 2 Закона о банкротстве недостаточность имущества – это превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; неплатежеспособность – это прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Как усматривается из материалов дела, между Банком ВТБ 24 (публичное акционерное общество) (Банк) и обществом с ограниченной ответственностью «Производственная фирма «Барс» (далее - ООО «ПФ «Барс») 07.09.2015 заключено кредитное соглашение № 721/1015-0000748 (т.д. 16, л.д. 45-48), согласно условиям которого Банк обязался предоставить заемщику кредит в сумме 153 000 000 руб. 

В обеспечение кредитного договора между Банком и ООО «ЮНИТИ» заключен договор поручительства от 07.09.2015 № 721/2015-0000748-п11 (т.д. 16, л.д. 49-50). 

Поскольку ООО «ПФ «Барс» не исполняло обязательства по кредитному соглашению № 721/1015-0000748 от 07.09.2015, Банк обратился в Арбитражный суд Тюменской области с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Ирбис+», обществу с ограниченной ответственностью Компания «Гарант», обществу с ограниченной ответственностью «Авангард», обществу с ограниченной ответственностью «Имидж», обществу с ограниченной ответственностью «Имидж+», обществу с ограниченной ответственностью «Новые линии», обществу с ограниченной ответственностью ПФ «Окна оптом», обществу с ограниченной ответственностью «МАСТЕРПЛАСТ», ООО «ЮНИТИ», обществу с ограниченной ответственностью Охранное предприятие «Барс», обществу с ограниченной ответственностью «Безопасный город», обществу с ограниченной ответственностью «Имидж Т», обществу с ограниченной ответственностью «Авангард плюс», обществу с ограниченной ответственностью «Ирбис» (именуемые далее совместно «ответчики») о солидарном взыскании 157 165 163 руб. 01 коп. на основании кредитного соглашения № 721/1015-0000748 от 07.09.2015 и договоров поручительства, в том числе 153 000 000 руб. основного долга по кредиту, 4 107 945 руб. 20 коп. процентов за пользование кредитом, 57 217 руб. 81 коп. пени. 

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Тюменской области от 22.06.2016 по делу № А70-248/2016 (т.д. 16, л.д. 47-40) с ответчиков, в том числе, ООО «ЮНИТИ», солидарно взыскано 157 165 163 руб. 01 коп., в том числе: 153 000 000 руб. основного долга, 4 107 945 руб. 20 коп. процентов за пользование кредитными средствами, 57 217 руб. 81 коп. неустойки за просрочку исполнения обязательств, а также 200 000 руб. расходов на оплату государственной пошлины.

Кроме того, согласно определению Арбитражного суда Тюменской области от 06.10.2017 по делу № А70-9817/2017 должник имел неисполненные обязательства по уплате обязательных платежей: 

- по налогу на добавленную стоимость в 3, 4 квартале 2015 года, 2 квартале 2016 года в сумме 1 265 597 руб. 03 коп., в том числе: 1 103 474 руб. 29 коп. – основной долг, 107 827 руб. 54 коп. – пени, 54 295 руб. 20 коп. – штраф; 

- по налогу на прибыль организаций в 3 квартале 2015 года, 4 квартале 2012 года в сумме 10 870 руб. 68 коп., в том числе: 10 347 руб. – основной долг, 502 руб. 68 коп. – пени, 21 руб. – штраф.

Таким образом, судом первой инстанции правильно установлено, что на момент совершения оспариваемых сделок должник отвечал признаку неплатежеспособности.

Доводы заявителя апелляционной жалобы об обратном являются несостоятельными.

По второму условию суд апелляционной инстанции считает необходимым указать, что заявителем апелляционной жалобы не доказано, что спорные сделки (в частности, договор купли-продажи нежилого помещения между ООО «Гарант» и ФИО7 от 16.08.2016) были совершены возмездно.

Ответчиком в качестве доказательств, подтверждающих исполнение им обязательств по оплате нежилого помещения, в материалы дела представлены копии чека-ордера от 02.08.2016 на сумму 2 800 000 руб., счета на оплату № 6 от 02.08.2016 (т.д. 16, л.д. 77), а на обозрение суда первой инстанции – подлинники указанных документов.

Между тем суд первой инстанции обоснованно применил в рамках настоящего дела повышенные стандарты доказывания, предъявляемые к ФИО2, указав, что надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение стороны сделки (с учетом ее доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д.

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 19.06.2018 ФИО2 предлагалось представить доказательства наличия финансовой возможности для приобретения нежилого помещения по договору купли-продажи от 16.08.2016.

Во исполнение определения суда ФИО2 представлена выписка публичного акционерного общества «Сбербанк России» по счету № 40817810567100990938 (т.д. 16, л.д. 127-131), согласно которой 25.07.2017 на счет ФИО2 поступили денежные средства в размере 5 843 880 руб. в качестве дополнительного взноса, из назначения платежа которого усматривается, что на банковский счет ФИО2 были зачислены наличные денежные средства в указанном размере, внесенные в других филиалах банка.

Конкурсным управляющим в материалы дела представлены копии письма Инспекции Федеральной налоговой службы по г. Тюмени № 1 от 02.11.2017 № 03-05/043459 и приложенных к нему справках о доходах физического лица (ФИО2) (т.д. 16, л.д. 100-107), из которых следует, что максимальный ежегодный доход ФИО2 не превышал 400 000 руб.

В материалах дела содержится письмо Инспекции Федеральной налоговой службы по г. Тюмени № 1 от 29.06.2018 № 07-21/001763дсп) (т.д. 16, л.д. 96), согласно которому в период с 2013 по 2016 год сумма дохода ФИО2 за год, согласно сведениям, предоставленным налоговым агентом, составляла не более 172 508 рую. 89 коп.

Конкурсный управляющий представил суду собственный расчет, отражающий превышение расходов ФИО2 над ее доходами в трехлетний период, предшествующий совершению сделки (т.д. 16, л.д. 108).

Указанный расчет ФИО2 не оспорен.

При таких обстоятельствах финансовая возможность ФИО2 оплатить покупку недвижимого имущества материалами дела не подтверждается, напротив, из материалов дела следует сомнительность такого обстоятельства.

Источник поступления 5 843 880 руб. на счет ФИО2 не раскрыт, денежные средства были в кратчайший срок  сняты со счета наличными.

Таким образом, данные обстоятельства свидетельствуют об искусственном обороте денежных средств, направленном на создание видимости расчета по спорной сделке.

При этом расчет хотя и в половинном размере от  первоначальной целы реализации был осуществлен не в пользу должника, а в пользу аффилированного с должником лица – ООО «Гарант» (якобы первого покупателя).

Должник денежных средств от ФИО2 или от ООО «Гарант» не получил.

Доказанная невозможность ФИО2 оплатить покупку нежилого помещения входит в противоречие с представленными ей в материалы дела в подтверждение такой оплаты документами.

Поскольку  доказательства оплаты ФИО2 покупки не прошли проверку на достоверность в совокупности с другими доказательствами (части 1-5 статьи 71 АПК РФ), суд первой инстанции правомерно исходил из создания ФИО2 видимости оплаты с использованием внесения денежных средств по чеку-ордеру.

Доказательства возмездности договора купли-продажи недвижимого имущества между ООО «ЮНИТИ» и ООО «Гарант» от 21.04.2016 в материалах дела также отсутствуют.

С учетом отсутствия таких доказательств суд первой инстанции правомерно исходил из признания за ООО «Гарант» статуса фактически аффилированного к должнику лица, совершившего с ним сделку на заведомо нерыночных условиях.

Суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что возмездность спорных сделок ее сторонами не доказана.

Указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что спорные сделки были совершены с целью прикрыть вывод актива должника в пользу ФИО2 – дочери руководителя и одного из участников должника ФИО5.

При этом ФИО2 в силу своей заинтересованности считается осведомленной и о цели заключения спорных сделок и о нарушении прав кредиторов должника.

В результате совершения спорных сделок был причинен вред имущественным правам кредиторов.

Так, при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Оспариваемыми сделками должником безвозмездно осуществлено отчуждение недвижимого имущества стоимостью не менее 2 800 000 руб.

То есть в результате оспариваемых сделок из конкурсной массы должника выбыло имущество, которое могло быть направлено на погашение требований кредиторов, что свидетельствует о причинении вреда кредиторам спорными сделками.

Относительно осведомленности ответчика о противоправной цели при осуществлении оспариваемых перечислений суд апелляционной инстанции считает необходимым указать следующее:

В силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Толкование того, что судебная практика подразумевает под понятием «должно было быть известно», содержится в пункте 7 Постановления Пленума ВАС РФ № 63, согласно которому при решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 19 Закона о банкротстве в целях настоящего Федерального закона заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются: 

- лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26 июля 2006 года № 135-ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником; 

- лицо, которое является аффилированным лицом должника; 

- руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве или до даты назначения временной администрации финансовой организации (в зависимости от того, какая дата наступила ранее), либо лицо, имеющее или имевшее в течение указанного периода возможность определять действия должника; 

- лица, находящиеся с физическими лицами, указанными в абзаце втором настоящего пункта, в отношениях, определенных пунктом 3 настоящей статьи; 

- лица, признаваемые заинтересованными в совершении должником сделок в соответствии с гражданским законодательством о соответствующих видах юридических лиц. 

Из пункта 3 статьи 19 Закона о банкротстве следует, что заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга. 

Как правильно установлено судом первой инстанции, ФИО6 на момент заключения спорных договоров являлась руководителем и единственным участником ООО «Гарант» (т.д. 16, л.д. 51-52), а также работником ООО «ПФ Барс», одним из поручителей которого по кредитному соглашению являлось ООО «ЮНИТИ».

Директором ООО «ЮНИТИ» на момент заключения договора купли-продажи недвижимого имущества от 21.04.2016 являлся ФИО5, дочерью которого является ФИО2, что установлено решением Арбитражного суда Тюменской области от 18.04.2016 по делу № А70-15996/2015 (т.д. 16, л.д. 33-36), участником ООО «ЮНИТИ» являлся также ФИО8 (далее – ФИО8) (т.д. 16, л.д. 19-22).

Согласно выписке из ЕГРЮЛ от 01.01.2015 (т.д. 16, л.д. 27-28), руководителем ООО «Гарант» являлась ФИО9, единственным участником – ФИО10 (далее – ФИО10).

ФИО10 является акционером открытого акционерного общества «Автотранспортное предприятие № 11» наряду с ФИО5, ФИО2, ФИО8, что установлено вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Тюменской области по делу № А70-15996/2015 от 18.04.2016 (т.д. 16, л.д. 33-36).

Таким образом, ФИО2, ФИО5, ФИО6, ФИО8, ФИО10, ООО «ЮНИТИ» (должник), ООО «Гарант», ООО «ПФ Барс» являются по отношению друг к другу заинтересованными лицами, в связи с чем и ФИО2 и  ФИО6 не могли не знать о цели причинения вреда имущественным правам кредиторов совершением оспариваемых сделок.

Доводы ФИО2 о том, что она является добросовестным приобретателем, судом отклоняются.

Как уже  было сказано выше, ФИО2 сама являлась стороной сделки по продаже должником в ее пользу спорного актива. Поэтому нормы о добросовестном приобретателе к ней не применяются, так как имущество было отчуждено от собственника (ООО Юнити»), а не у лица, не имевшего право его отчуждать.

К тому же сама схема с использованием двух  прикрывающих притворных сделок была использована с целью создания видимости добросовестного расчета и добросовестного приобретения.

В действительности же расчет с должником не осуществлялся, а целью сделок являлась передача имущества именно ФИО2, а не ООО «Гарант». 

На основании вышеизложенного судом первой инстанции обоснованно установлено наличие совокупности признаков, необходимых для признания сделок недействительными по пункту 2 статьи 170 ГК РФ (в части прикрывающих сделок) пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (в части прикрываемой сделки).

Конкурсный управляющий также считает спорные сделки недействительными на основании статей 10, 168, 170 ГК РФ.

Наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную по статьям 10 и 168 ГК РФ (пункт 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)», пункт 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)»).

Между тем в упомянутых разъяснениях речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11 по делу № А32-26991/2009, определения Верховного Суда Российской Федерации от 29.04.2016 № 304-ЭС15-20061 по делу № А46-12910/2013, от 28.04.2016 № 306-ЭС15-20034 по делу № А12-24106/2014).

Направленность сделки на уменьшение имущества должника или увеличение его обязательств в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника в преддверии его банкротства в ситуации, когда другая сторона сделки (кредитор) знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки, является разновидностью сделки, совершенной со злоупотреблением правом (статья 10, 168  ГК РФ).

При этом положения пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве являются специальными по отношению к предусмотренным статьями 10,  168 ГК РФ основаниями для признания сделок недействительными.

Поэтому в условиях конкуренции норм о недействительности сделки лица, оспаривающие сделки с неравноценным встречным предоставлением одновременно по основаниям, предусмотренным ГК РФ и Законом о банкротстве, обязаны доказать, что выявленные нарушения выходят за пределы диспозиции пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

В пункте 87 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что в связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. 

К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 ГК РФ).

Притворной сделкой считается также та, которая совершена на иных условиях.

Прикрываемая сделка может быть также признана недействительной по основаниям, установленным ГК РФ или специальными законами.

Согласно пункту 88 указанного Постановления, применяя правила о притворных сделках, следует учитывать, что для прикрытия сделки может быть совершена не только одна, но и несколько сделок. В таком случае прикрывающие сделки являются ничтожными, а к сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 ГК РФ).

Как следует из материалов дела и установлено судом апелляционной инстанции, оспариваемые конкурсным управляющим договоры купли-продажи являются притворными сделками, совершенными с целью прикрыть другую сделку (безвозмездное отчуждение должником принадлежащего ему имущества, по сути, вывод такого имущества с целью уберечь его от обращения взыскания по обязательствам перед кредиторами).

В этой связи такие сделки являются ничтожными на основании пункта 2 статьи 170 ГК РФ.

В то же время прикрываемая ими сделка является сделкой, совершенной с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов и подлежит признанию недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Конкурсный управляющий просил применить последствия недействительности сделок в виде обязания ФИО2 возвратить в конкурсную массу должника нежилое помещение, кадастровый номер 72-72-01/243/2006-012, общей площадью (134.1) кв.м., расположенное по адресу: 

<

...>, на 1 этаже в 10 этажном здании.

Согласно пункту 1 статьи 167 ГК РФ недействительная сделка недействительна с момента ее совершения. Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения (статья 167 ГК РФ). 

Пункт 1 статьи 61.6 Закона о банкротства предусматривает, что в случае признания сделки в соответствии с настоящей главой недействительной все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по такой сделке подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями ГК РФ об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения. 

Суд первой инстанции заявление конкурсного управляющего в данной части удовлетворил, применил последствия недействительности сделок, обязал ФИО2 возвратить в конкурсную массу должника нежилое помещение, общей площадью 134,1 кв.м., расположенное на 1 этаже в 10-этажном здании, по адресу: 

<

...>; кадастровый номер 72-72-01/243/2006-012.

Примененные судом первой инстанции последствия недействительности прикрываемой сделки являются законными и обоснованными.

С учетом изложенного суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены обжалуемого определения Арбитражного суда Тюменской области. 

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, суд апелляционной инстанции не установил.

Апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Расходы по уплате государственной пошлины в размере 3 000 руб. при подаче апелляционной жалобы в связи с отказом в ее удовлетворении суд апелляционной инстанции по правилам статьи 110 АПК РФ относит на подателя жалобы.

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 1 статьи 269, статьей 271, пунктом 1 части 4 статьи 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восьмой арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Тюменской области от 20 августа 2018 года по делу № А70-9817/2017 (судья Пронина Е.В.), вынесенное по заявлению конкурсного управляющего ФИО3 к ФИО2, обществу с ограниченной ответственностью «Гарант» о признании сделки недействительной и применении последствий её недействительности, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «ПРЕМИУМ» (ИНН:7203123949, ОГРН:1027200774094), оставить без изменения, апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-11942/2018) ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно-Cибирского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме.

Выдача исполнительных листов осуществляется судом первой инстанции после поступления дела из Восьмого арбитражного апелляционного суда.

При условии предоставления копии настоящего постановления, заверенной в установленном порядке, в суд первой инстанции взыскатель вправе подать заявление о выдаче исполнительного листа до поступления дела из Восьмого арбитражного апелляционного суда.

 

Председательствующий

 

О.В. Зорина

Судьи

 

М.В. Смольникова

 Н.В. Тетерина