ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-1236/2019

16 января 2023 года

г. Санкт-Петербург

/суб.1

Резолютивная часть постановления объявлена     10 января 2023 года

Постановление изготовлено в полном объеме  16 января 2023 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  судьи И.Н.Барминой,

судей   А.Ю.Слоневской, И.В.Юркова,

при ведении протокола судебного заседания ФИО1,

 

при участии:  

от ФИО2: ФИО3, представитель по доверенности от 12.09.2022, 

конкурсный  управляющий ФИО4, 

 

рассмотрев апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-37803/2022) конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Северная Холдинговая Компания» ФИО4 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 24.10.2022 по делу № А56-1236/2019/суб.1 (судья Корушова И.М.), принятое

 

по заявлению конкурсного управляющего ФИО4 

о привлечении бывшего руководителя должника ФИО2 к субсидиарной ответственности, 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Северная Холдинговая Компания»,

установил:

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 22.03.2019 в отношении ООО «Северная Холдинговая Компания» (адрес: 197110, 

<

...>, литера А, пом. 1-Н №№65-68, ОФ.206, ОГРН: 

<

***>; далее – должник) введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО4. 

Решением от 24.07.2019 Общество признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО4 

В рамках процедуры конкурсного производства 09.01.2020 конкурсный управляющий обратился с заявлением о привлечении бывшего руководителя должника ФИО2 (далее – ответчик) к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества.

В обоснование заявления конкурсный управляющий сослался на положения пункта 4 статьи 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) в редакции Закона № 134-ФЗ, полагая, что совершенные должником сделки повлекли его банкротство.

Определением от 05.10.2020 заявление конкурсного управляющего удовлетворено, признаны доказанными предусмотренные статьей 61.20 Закона о банкротстве основания для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности; производство по заявлению приостановлено до разрешения споров о признании недействительными сделок должника.

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.12.2020, оставленным без изменения постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 10.03.2021, определение от 05.10.2020 отменено в части привлечения ФИО2 к ответственности по основаниям, предусмотренным статьей 61.20 Закона о банкротстве. В остальной части указанное определение оставлено без изменения.

Определением от 20.07.2022 производство по обособленному спору возобновлено.

Определением от 24.10.2022 в удовлетворении заявления о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности отказано. Суд первой инстанции счел, что поставленные в вину ответчику сделки не могли повлечь банкротство должника, тогда как денежные средства по сделке, совершенной должником в пользу ФИО2, возвращены в конкурсную массу должника. 

В апелляционной жалобе конкурсный управляющий просит определение суда первой инстанции от 24.10.2022 отменить, признать доказанным наличие оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности по неисполненным обязательствам должника; взыскать с ответчика в порядке привлечения к субсидиарной ответственности 16 274 358,33 руб. 

Податель жалобы считает, что выводы суда об отсутствии признаков объективного банкротства у должника в спорный период являются ошибочными, противоречащими ранее принятым судебным актам с участием лиц настоящего спора, поскольку постановлением апелляционного суда от 30.08.2021 суд признал недействительными перечисления в адрес ФИО2 на сумму 1 489 133 руб. за период с 25.01.2017 по 22.08.2017, указав, что на момент осуществления спорных платежей должник обладал признаками неплатежеспособности, оборот должника по расчетному счету не покрывал размера обязательных выплат, что подтверждается прекращением исполнения налоговых обязательств уже во втором квартале 2017 года. Указанный судебный акт податель жалобы считает преюдициальным. Согласно доводам жалобы, фактический возврат в конкурную массу имущества в результате применения последствий недействительности сделки сам по себе не является основанием для освобождения ответчика от субсидиарной ответственности. Конкурсный управляющий считает ошибочным вывод суда о том, что оспоренные сделки не могли привести к критическому изменению неблагополучного финансового положения ООО «СХК», так как после освобождения ФИО2 с должности генерального директора на счету у должника имелись денежные средства в размере 422 728,02 руб., так как оставшиеся после увольнения ФИО2 денежные средства изъяты в пользу самого ответчика, указанная транзакция также признана недействительной. 

В отзыве на апелляционную жалобу ФИО2, выражая свое согласие с обжалуемым судебным актом, просит оставить его без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения, указывая на то, что на момент составления годовой отчетности за 2016 год, ФИО2 мог обоснованно считать, что им уже приняты должные меры, которые позволят преодолеть негативные последствия управления предыдущего руководителя и отсутствуют обстоятельства, из которых могла возникнуть обязанность обратиться с заявлением о банкротстве. При этом, с 19.06.2017 руководство деятельностью должника осуществлял ФИО5, и на дату сложения с ответчика полномочий генерального директора задолженность перед ООО «РОСИНВЕСТ» отсутствовала.

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего поддержал доводы апелляционной жалобы в полном объеме. Представитель ответчика возражал против удовлетворения апелляционной жалобы по основаниям, изложенным в отзыве.

Проверив законность и обоснованность обжалуемого определения, апелляционный суд не установил оснований для его отмены или изменения.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, руководителями должника являлись:

- в период с 22.05.2015 по 02.11.2016 ФИО6;

- в период с 02.11.2016 по 06.06.2017 (по 19.06.2017 по данным в ЕГРЮЛ) ФИО2;

- в период с 19.06.2017 по дату признания должника банкротом (24.07.2019) ФИО5.

Конкурсный управляющий просит привлечь ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, в связи с совершением им от имени должника сделок, приведших к несостоятельности ООО «СХК», а именно: заключил с ООО «КомиКуэстСервис» агентский договор №СХК-2/17, по которому произвел перечисление 771462,00 руб., перечислил в адрес ФИО2 и работников должника в период с 25.01.2017 по 06.06.2017 денежные средства в размере 3386880,10 руб.

Принимая во внимание даты, в которые имели место обстоятельства, приведенные конкурсным управляющим, а также дату сложения ФИО2 полномочий генерального директора, суд первой инстанции правомерно применил к спорным правоотношениям материально-правовые нормы статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части противодействия незаконным финансовым операциям».

В силу пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, в частности, если причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего федерального закона.

Презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход (абзац первый пункта 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»; далее - Постановление № 53).

В рассматриваемом случае в вину ответчику поставлены вышеуказанные сделки должника, при этом, сделка по перечислению денежных средств в пользу ООО «КомиКуэстСервис» по договору №СХК-2/17 в размере 771 462 руб. конкурсным управляющим на основании статей 61.2, 61.3 Закона о банкротстве не оспаривалась, доводы о ее ничтожности заявителем не приведены. Деятельность ООО «КомиКуэстСервис» прекращена 06.04.2022.

Конкурный управляющий в рамках настоящего дела о банкротстве обратился с заявлениями о признании недействительными следующих сделок должника по перечислению денежных средств (заработной платы) в адрес:

- ФИО7 в размере 415 951,84 руб. (А56-1236/2019/сд.2);

- ФИО8 в размере 2 081 366,13 руб., (А56-1236/2019/сд.3);

- ФИО9 в размере 416 382,90 руб. (А56-1236/2019/сд.4);

- ФИО2 в размере 1 828 876,10 руб. (А56-1236/2019/сд.5);

- ФИО5 в размере 422 728,02 руб. (А56-1236/2019/сд.6);

- ФИО10, ФИО11 в размере 1 111 237,06 руб. (А56-1236/2019/сд.7);

- ФИО12 в размере 279 000,00 руб. (А56-1236/2019/сд.8);

- ФИО13 в размере 360 797,28 руб. (А56-1236/2019/сд.9);

- ФИО14 в размере 225 181,14 руб. (А56-1236/2019/сд.10);

- ФИО15 в размере 987 721,14 руб. (А56-1236/2019/сд.11);

- ФИО16 в размере 205 728,57 руб. (А56-1236/2019/сд.12);

- ФИО17 в размере 403 830,54 руб. (А56-1236/2019/сд.13);

- ФИО14 в размере 225 181,14 руб. (А56-1236/2019/сд.15).

При этом, в удовлетворении всех вышеуказанных заявлений судами отказано, кроме платежей, совершенных в пользу ФИО2 Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.08.2021 признаны недействительными платежи, осуществленные ООО «Северная Холдинговая Компания» в пользу ФИО2, на сумму 1 489 133 руб. (излишне выплаченная заработная плата и подотчетные суммы) и применить последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО2 в конкурсную массу общества с ограниченной ответственностью «Северная Холдинговая Компания» 1489133,00 руб. 

ФИО2 возвратил в конкурсную массу должника 1489133,00 руб.

Конкурсный управляющий полагал, что к банкротству должника привели именно сделки по перечислению денежных средств ФИО2, поскольку в их отсутствии долг кредитора заявителя ООО «Росинвест» был бы погашен.

Суд первой инстанции, оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные в материалы дела доказательства, установив, что несмотря на выплаченную ФИО2 заработную плату к дате его увольнения на счетах должника оставались денежные средства в размере 422728,02 руб., что установлено судебными актами по обособленному спору №А56-1236/2019/сд.6, притом, что долг кредитора-заявителя составлял 462000 руб., пришел к верному выводу, что оспоренная сделка с ФИО2 не могла повлечь возникновение у должника признаков объективного банкротства, в связи с чем обоснованно отказал в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности абзаца третьего пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве.

Суд апелляционной инстанции не усматривает оснований не согласиться с указанным доводом, поскольку ФИО2 сложил с себя полномочия генерального директора должника (19.06.2017) за 1,5 года до даты возбуждения в отношении должника процедуры банкротства (определение от 18.01.2019), при этом, на дату прекращения его полномочий задолженность перед кредитором-заявителем у должника отсутствовала.

Как следует из материалов дела, ООО «РОСИНВЕСТ» обратилось с заявлением о взыскании с должника задолженности в размере 450000 руб. спустя почти год после прекращения полномочий ФИО2 – 14.05.2018, которое было удовлетворено решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 10.08.2018 по делу № А56-59931/2018.

До этого момента должник лишь единожды был ответчиком в суде по делу А56-26939/2018 на сумму 5500 руб. по заявлению Государственного учреждения - Управления Пенсионного фонда Российской Федерации в Петроградском районе Санкт-Петербурга.

Тогда как договору №1-СХК/2017 от 16.01.2017, заключенному с ООО «КомиКуэстИнтренешенл» была дана оценка постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.12.2020, которым указанный договор, с учетом того, что получателем денежных средств являлся должник, был признан совершенным к выгоде должника.

В отношении сделки - платежей в пользу ФИО2 им полностью возвращена взысканная с него сумма в конкурсную массу должника.

В этой связи суд первой инстанции правомерно отказал конкурсному управляющему в удовлетворении заявления.

Кроме того, апелляционный суд обращает внимание на некорректное исчисление конкурсным управляющим размера субсидиарной ответственности, в состав которой им также включена задолженность аффилированного по отношению к должнику кредитора – ООО «КомиКуэстИнтренешенл» в размере 13700000 руб.

Институт субсидиарной ответственности, в том числе положения подпункта 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, призван защищать интересы независимых кредиторов, которые не участвовали и не могли участвовать в сделке, в результате которой третье лицо извлекло выгоду.

Согласно положениям пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве, при обращении с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности защите подлежат только требования кредиторов, включенные в реестр требований кредиторов должника, требования «опоздавших» кредиторов, а также требования кредиторов по текущим платежам.

По общему правилу при разрешении требования о привлечении к субсидиарной ответственности интересы кредиторов противопоставляются лицам, управлявшим должником, контролировавшим его финансово-хозяйственную деятельность. Таким образом, требование о привлечении к субсидиарной ответственности в материально-правовом смысле принадлежит независимым кредиторам, является исключительно их средством защиты. Именно поэтому, в том числе абзац третий пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве, в настоящее время устанавливает правило, согласно которому в размер субсидиарной ответственности не включаются требования, принадлежащие ответчику либо заинтересованным по отношению к нему лицам.

Факт аффилированности ООО «КомиКуэстИнтренешенл» и должника установлен судебным актом и не оспаривается сторонами. Таким образом, требование указанного кредитора не подлежит учету при расчете размера субсидиарной ответственности.

При таких обстоятельствах оснований для отмены или изменения определения суда первой инстанции и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

Руководствуясь статьями 176, 223, 268, 269 ч. 1, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

Определение арбитражного суда первой инстанции от 24.10.2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

 

Председательствующий

 

И.Н. Бармина

 

Судьи

 

А.Ю. Слоневская

 

 И.В. Юрков