41/2018-132942(1) 

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ОМСКОЙ ОБЛАСТИ 

ул. Учебная, д. 51, г. Омск, 644024; тел./факс (3812) 31-56-51/53-02-05; http://omsk.arbitr.ru, http://my.arbitr.ru  

Именем Российской Федерации 

Р Е Ш Е Н И Е

город Омск  № дела  02 ноября 2018 года А46-11121/2018  

Резолютивная часть решения объявлена 25 октября 2018 года. Полный текст решения  изготовлен 02 ноября 2018 года.  

Арбитражный суд Омской области в составе: судьи Воронова Т.А.  

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1  

рассмотрев в судебном заседании дело по иску общества с ограниченной ответственностью  "ТРАНСУГОЛЬ" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) к ФИО2 о взыскании 7 262 931 рубля 23 копеек,  

в заседании приняли участие: 

от истца – ФИО3 по доверенности от 04.06.2018, после перерыва также ФИО4 по доверенности от 10.10.2017;  

от ответчика – ФИО5 по доверенности от 01.11.2017 

У С Т А Н О В И Л :

общество с ограниченной ответственностью "ТРАНСУГОЛЬ" (далее - ООО  "ТРАНСУГОЛЬ", истец) обратилось в Арбитражный суд Омской области с исковым  заявлением к ФИО2 (далее - ФИО2, ответчик)  о взыскании 7 262 931 рубля 23 копеек убытков.  

Определением арбитражного суда от 11.07.2018 исковое заявление принято,  возбуждено производство по делу.  

ФИО2 исковые требования не признал по основаниям, изложенным в  отзыве.  

В судебном заседании, открытом 18.10.2018, был объявлен перерыв до 25.10.2018,  после окончания которого рассмотрение дела было продолжено.  

Рассмотрев материалы дела, заслушав представителей сторон, суд установил  следующие обстоятельства.  

04.07.2003 ООО "ТРАНСУГОЛЬ" зарегистрировано в качестве юридического лица за  основным государственным регистрационным номером 

<

***>.  

19.12.2013 на внеочередном общем собрании участников ООО «ТРАНСУГОЛЬ»  генеральным директором был избран ФИО2  

30.08.2017 решением единственного участника ООО «ТРАНСУГОЛЬ» полномочия  генерального директора Общества - ФИО2 были прекращены досрочно.  

По мнению истца, ФИО2, осуществляя в период с 19.12.2013 по 30.08.2017  полномочия единоличного исполнительного органа ООО «ТРАНСУГОЛЬ», действовал в  ущерб интересам общества, причинив последнему своими действиями и бездействием  убытки в сумме 7 262 931 рубль 23 копейки, в связи с чем истец обратился в арбитражный  суд с настоящим иском.  

В соответствии с пунктом 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации  

лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа  юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах  представляемого им юридического лица добросовестно и разумно.  

Аналогичные положения содержатся в пункте 1 статьи 44 Федерального закона от  08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью».  

В силу пункта 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо,  которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического  лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по  требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах  юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.  

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа  юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если  будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно  действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не  соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному  предпринимательскому риску.  

В соответствии с пунктом 2 статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об  обществах с ограниченной ответственностью» единоличный исполнительный орган  общества несет ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу его  виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не  установлены федеральными законами.  

Согласно пункту 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации под  убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно  будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его  имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы  при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено  (упущенная выгода).  

При обращении с иском о взыскании убытков, причиненных противоправными  действиями единоличного исполнительного органа, лицо, требующее их возмещения,  должно доказать противоправность поведения ответчика, наличие и размер понесенных  убытков, а также причинную связь между противоправностью поведения ответчика и  наступившими убытками.  

Для удовлетворения требования заявителя о взыскании убытков необходима  доказанность всей совокупности указанных фактов.  

Согласно пункту 1 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 «О некоторых  вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица»  лицо, входящее в состав органов юридического лица (единоличный исполнительный орган -  директор, генеральный директор и т.д., временный единоличный исполнительный орган,  управляющая организация или управляющий хозяйственного общества, руководитель  унитарного предприятия, председатель кооператива и т.п.; члены коллегиального органа  юридического лица - члены совета директоров (наблюдательного совета) или  коллегиального исполнительного органа (правления, дирекции) хозяйственного общества,  члены правления кооператива и т.п.; далее по тексту - директор), обязано действовать в  интересах юридического лица добросовестно и разумно. В случае нарушения этой  обязанности директор по требованию юридического лица и (или) его учредителей  (участников), которым законом предоставлено право на предъявление соответствующего  требования, должен возместить убытки, причиненные юридическому лицу таким  нарушением.  

В силу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации истец должен  доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или)  неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия  

для юридического лица.  

Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и  представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица,  вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения  относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков  (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им  контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия  третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить  соответствующие доказательства.  

В пункте 2 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах  возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» разъяснено,  что недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в  частности, когда директор знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие)  на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил  сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица  условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой- однодневкой" и т.п.).  

При определении интересов юридического лица следует, в частности, учитывать, что  основной целью деятельности коммерческой организации является извлечение прибыли  (пункт 1 статьи 50 Гражданского кодекса Российской Федерации); также необходимо  принимать во внимание соответствующие положения учредительных документов и решений  органов юридического лица (например, об определении приоритетных направлений его  деятельности, об утверждении стратегий и бизнес-планов и т.п.). Директор не может быть  признан действовавшим в интересах юридического лица, если он действовал в интересах  одного или нескольких его участников, но в ущерб юридическому лицу.  

Неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности,  когда директор совершил сделку без соблюдения обычно требующихся или принятых в  данном юридическом лице внутренних процедур для совершения аналогичных сделок  (например, согласования с юридическим отделом, бухгалтерией и т.п.) (пункт 3  постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62).  

В соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать те  обстоятельства, на которые оно ссылается как на основания своих требований и возражений.  

Согласно статье 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению,  основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании  имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость,  достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную  связь доказательств в их совокупности.  

В соответствии с частью 1 статьи 64, статьями 71, 168 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие  обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также  иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании  представленных доказательств.  

Исследовав представленные в материалы дела доказательства, оценив доводы истца и  возражения ответчика, обстоятельства дела, применительно к положениям статей 65, 67, 68,  71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд пришел к выводу о  необоснованности требований истца. При этом суд исходит из следующего.  

01.10.2016 между ООО «ТРАНСУГОЛЬ» (поставщик) и ООО ПКФ «Роспродсервис»  (покупатель) заключен договор № OTU-У1-00408-2016, в соответствии с условиями которого  поставщик обязуется осуществить поставку угля каменного для нужд покупателя, а  

покупатель обязуется оплатить поставку угля и оказание поставщиком услуг на условиях  данного договора.  

Во исполнение принятых по договору № OTU-У1-00408-2016 обязательств  поставщиком в адрес покупателя произведены поставки угля в количестве 3 186, 6 тонн на  сумму 7 187 384 рубля по товарным накладным № 908 от 10.10.2016 на сумму 105 328  рублей, № 980 от 20.10.2016 на сумму 203 000 рублей, № 1079 от 10.11.2016 на сумму 803 880  рублей, № 1084 от 10.11.2016 на сумму 18 200 рублей, № 11 31 от 20.11.2016 на сумму 1  126 356 рублей, № 1130 от 20.11.2016 на сумму 29 120 рублей, № 1248 от 20.12.2016 на сумму  2 358 280 рублей, № 71 от 06.02.2017 на сумму 2 543 220 рублей.  

Вместе с тем, оплата поставленного по договору № OTU-У1-00408-2016 угля  произведена ООО ПКФ «Роспродсервис» не в полном объеме.  

Решением Арбитражного суда Омской области от 27.06.2017 по делу № А46-6855/2017  с ООО ПКФ «Роспродсервис» в пользу ООО «ТРАНСУГОЛЬ» взыскано 5 118 444 рубля, из  которых, 4 830 040 рублей основного долга, 288 404 рубля 49 копеек. неустойки, а также  50 035 рублей 24 копейки расходов по оплате государственной пошлины. Всего включая  расходы по оплате государственной пошлины ООО ПКФ «Роспродсервис» взыскано  5 168 479 рублей 73 копейки, которые истец полагает убытками ООО «ТРАНСУГОЛЬ»,  причиненными неразумными и направленными против интересов Общества действиями  единоличного исполнительного органа ООО «ТРАНСУГОЛЬ» ФИО2,  выразившимися в том, что несмотря на ненадлежащее исполнение ООО ПКФ  «Роспродсервис» обязательств по оплате, генеральный директор ООО «ТРАНСУГОЛЬ» -  ФИО2, не приостановил поставку, как то предусматривает пункт 6.3 договора   № OTU-У1-00408-2016, а продолжал отгружать уголь в период с ноября 2016 года по февраль  2017 года, тем самым способствуя увеличению дебиторской задолженности.  

Истец также указывает на то, что решение Арбитражного суда Омской области от  27.06.2017 по делу № А46-6855/2017 до настоящего времени не исполнено по причине  отсутствия у должника, имущества, на которое может быть обращено взыскание, что  подтверждается постановлением о возбуждении исполнительного производства от  12.10.2017 № 26735/17/55007-ИП.  

Между тем, из представленных истцом доказательств не следует, что ФИО2 знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их  совершения не отвечали интересам ООО «ТРАНСУГОЛЬ» или что им совершена сделка с  заведомо неспособным исполнить обязательство лицом (в данном случае ООО ПКФ  «Роспродсервис»).  

Как пояснил ответчик, договор с ООО ПКФ «Роспродсервис» был заключен с учетом  факта заключения последним контракта с ООО «Любинское ЖКХ», в связи с чем  ФИО2 рассчитывал на погашение задолженности со стороны ООО ПКФ  «Роспродсервис» по мере расчета ООО «Любинское ЖКХ» с последним.  

Кроме того, ФИО2 воспользовался правом, предусмотренным пунктом 6.3  договора № OTU-У1-00408-2016, и отменил поставку угля в адрес ООО ПКФ  «Роспродсервис», запланированную на март 2017 года.  

Также ответчиком были предприняты меры по взысканию с ООО ПКФ  «Роспродсервис» задолженности в судебном порядке (дело № А46-6855/2017).  

Утверждая, что наличие дебиторской задолженности является обычным явлением для  хозяйственной деятельности ООО «ТРАНСУГОЛЬ» ответчик сослался на наличие такой  задолженности по состоянию на даты, предшествующие и последующие периоду  исполнения им обязанностей единоличного исполнительного органа Общества.  

Согласно разъяснениям, данным в пункте 1 постановления Пленума ВАС РФ от  30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав  органов юридического лица» арбитражным судам следует принимать во внимание, что  негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в  

состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о  недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность  возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской  деятельности. Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав  юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую  целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен  к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия  (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового  (предпринимательского) риска.  

С учетом данной правовой позиции суд полагает требования о взыскании с ответчика  5 168 479 рублей 73 копеек убытков необоснованными.  

Истец также ссылается на заключение в период действия договоров поставки угля   № OTU-У1-00408-2016 от 01.10.2016 (с ООО ПКФ «Роспродсервис») и № OTU-У1-00208- 2016 от 02.08.2016 (с ООО «Главное Предприятие Омский Завод Подъемных Машин»)  договоров ответственного хранения № OTU-ДУ-00004-2016 от 01.10.2016 (с ООО ПКФ  «Роспродсервис») и б/н от 21.07.2016 (с ООО «Главное Предприятие Омский Завод  Подъемных Машин») соответственно, по условиям которых указанные лица на возмездной  основе оказывали услуги ООО «ТРАНСУГОЛЬ» по переработке и хранению угля каменного  различных марок.  

По мнению истца, указанные лица, получив в собственность от ООО «ТРАНСУГОЛЬ»  уголь по договорам № OTU-У1-00408-2016 и № OTU-У1-00208-2016 осуществили хранение и  переработку собственного (то есть принадлежащего им) угля за счет ООО «ТРАНСУГОЛЬ».  Стоимость таких услуг составила 463 020 рублей по договору с ООО ПКФ «Роспродсервис»  и 469 950 рублей по договору с ООО «Главное Предприятие Омский Завод Подъемных  Машин».  

Оценивая обоснованность заявленных требований в данной части суд пришел к выводу  о том, что истцом не приняты во внимание положения пунктов 2.1.1 – 2.1.10 договоров   № OTU-ДУ-00004-2016 от 01.10.2016 и б/н от 21.07.2016 , согласно которым исполнители  (ООО ПКФ «Роспродсервис», ООО «Главное Предприятие Омский Завод Подъемных  Машин») принимали на своей площадке уголь заказчика, не были вправе распоряжаться и  пользоваться полученным углем без соответствующего письменного распоряжения  заказчика, не должны были допускать смешивания угля, поступившего от заказчика, с  однородной угольной продукцией, поступившей от других контрагентов, обязаны были  возвратить уголь заказчику по его письменному распоряжению.  

Из приведенных условий договоров следует заключить вывод о том, что уголь, в  отношении которого исполнителями должны были осуществляться работы, принадлежал  именно ООО «ТРАНСУГОЛЬ» и не являлся углем, право собственности на который  перешло к ООО ПКФ «Роспродсервис» и ООО «Главное Предприятие Омский Завод  Подъемных Машин» на основании договоров № OTU-У1-00408-2016 от 01.10.2016 и № OTU- У1-00208-2016 от 02.08.2016. Следовательно, оплата услуг по договорам № OTU-ДУ-00004- 2016 от 01.10.2016 и б/н от 21.07.2016 не является убытком для ООО «ТРАНСУГОЛЬ» в том  смысле, как это указано в исковом заявлении.  

25.08.2016 между ООО «ТРАНСУГОЛЬ» и АО «Омская топливная компания» были  заключены договоры оказания услуг № 352-у-ю и № 355-у-ю.  

Как следует из предмета договора № 352-у-ю от 25.08.2016 АО «Омская топливная  компания» (исполнитель) оказывает услуги ООО «ТРАНСУГОЛЬ» (заказчик) по хранению и  переработке угля, поступившего на ж/д тупик необщего пользования, принадлежащий  исполнителю, в Нововаршавском районе Омской области ст. Любовка в количестве 11 000  тонн.  

В соответствии с пунктом 3.1. названного договора стоимость услуг исполнителя  определяется в следующем порядке: заказчик обязуется в срок до 30.04.2017 обеспечить  

поступление угля на ж/д тупик исполнителя, расположенный по адресу: Омская область,  Нововаршавский район, ж/д станция Любовка: в количестве 11 000 тонн. Стоимость услуг  исполнителя за 11 000 тонн составит 1 100 000 рублей (в том числе НДС 18%). Оплата  осуществляется заказчиком равными частями по 183 000 рублей (в том числе НДС 18%), не  позднее 30.09.2016, 31.10.2016, 30.11.2016, 31.12.2016, 31.01.2017 и 28.02.2017. Оплата  производится вне зависимости от количества и сроков поступления угля на ж/д тупик  исполнителя в пределах установленного объема в 11 000 тон.  

Договором № 352-у-ю от 25.08.2016 предусмотрено, что АО «Омская топливная  компания» (исполнитель) оказывает услуги ООО «ТРАНСУГОЛЬ» (заказчик) по хранению и  переработке угля, поступившего на ж/д тупик необщего пользования, принадлежащий  исполнителю, в р.п. Москаленки Омской области в количестве 9 000 тонн.  

В соответствии с пунктом 3.1. названного договора стоимость услуг исполнителя  определяется в следующем порядке: заказчик обязуется в срок до 30.04.2017 обеспечить  поступление угля на ж/д тупик исполнителя, расположенный по адресу: 

<

...>: в количестве 9 000 тонн. Стоимость услуг Исполнителя за 9  000 тонн составит 900 000 рублей (в том числе НДС 18%). Оплата осуществляется  заказчиком равными частями по 150 000 рублей (в том числе НДС 18%), не позднее  30.09.2016, 31.10.2016 30.11.2016 31.12.2016 31.01.2017 и 28.02.2017. Оплата производится  вне зависимости от количества и сроков поступления угля на ж/д тупик исполнителя в  пределах установленного объема в 9 000 тонн.  

При этом в силу пунктов 6.1. договоров в случае неисполнения заказчиком обязанности  по поставке угля в согласованном сторонами объеме и внесения им предоплаты по  настоящему договору в установленный срок, сумма штрафа составляет разницу между  внесенной суммой предоплаты по договору и стоимостью фактически оказанных услуг, т.о.  внесенная предоплата по договору не подлежит возврату и зачитывает в оплату штрафа.  

С учетом того, что заявленное количество угля ООО «ТРАНСУГОЛЬ» не поставило,  АО «Омская топливная компания» произвело зачет ранее перечисленной предварительной  оплаты в счет штрафа по договорам на сумму 656 980 рублей и 504 501 рубль 50 копеек  соответственно.  

Истец полагает, что заключая договоры оказания услуг № 352-у-ю и № 355-у-ю от  25.08.2016 с АО «Омская топливная компания», ФИО2 заведомо располагал  реальными сведениями о невозможности выполнения условий договоров по поставке  заявленного количества угля в сумме 20 000 тонн, а также о последующих за срыв поставок  штрафных санкциях. При этом порядок определения штрафных санкции специально был  разработан к указанным договорам, т.к. иные схожие договоры не столь кабальны.  

Таким образом, действия единоличного исполнительного органа ООО  «ТРАНСУГОЛЬ» ФИО2 оцениваются истцом как недобросовестные и  неразумные, повлекшие причинение ущерба Обществу на общую сумму 1 161 481 рубль 50  копеек.  

Между тем, из представленных истцом доказательств не следует, что ФИО2 знал или должен был знать о том, что его действия по заключению договоров оказания  услуг № 352-у-ю и № 355-у-ю от 25.08.2016 на момент их совершения не отвечали интересам  ООО «ТРАНСУГОЛЬ».  

Как следует из пунктов 1.4 договоров № 352-у-ю и № 355-у-ю гарантия поставки угля в  количестве 11 000 тонн и 9 000 тонн со стороны ООО «ТРАНСУГОЛЬ» являлась встречной  по отношению к гарантии АО «Омская топливная компания» по предоставлению заказчику  эксклюзивного права на оказание услуг по станциям, указанным в пунктах 1.2.1 договоров, а  также гарантии того, что услуги, указанные в пунктах 1.2 договоров, не будут оказываться  иным контрагентам в течение срока действия договоров № 352-у-ю и № 355-у-ю.  

Необходимость получения таких гарантий от АО «Омская топливная компания»  ФИО2, объясняет намерением установить доминирующее положение ООО  

«ТРАНСУГОЛЬ» в Нововаршавском, Москаленском и прилегающих районах Омской  области на рынке поставок угля, уменьшить долю конкурентов.  

Следует отметить, что приложенные к дополнению к исковому заявлению,  представленному в судебном заседании 01.08.2018, договоры между ООО «ТРАНСУГОЛЬ»  и АО «Омская топливная компания», не содержат условий об эксклюзивных правах и  гарантиях для заказчика, что подтверждает нетипичность договоров № 352-у-ю и № 355-у-ю  не только в смысле, придаваемом данным договорам истцом (ухудшение условий об  ответственности заказчика), но и в смысле достижения целей, заявленных ответчиком  (установления доминирующего положения Общества, уменьшение доли конкурентов).  

При этом заведомая для ФИО2 невозможность осуществления поставок  угля в согласованном с АО «Омская топливная компания» количестве (в том числе путем  получения угля от ПАО «Кузбасская топливная компания» (единственного участника ООО  «ТРАНСУГОЛЬ») материалами дела не подтверждается.  

Следует также отметить, что цена услуг по договорам № 352-у-ю и № 355-у-ю,  заключенным с АО «Омская топливная компания», меньше стоимости услуг по договорам   № OTU-ДУ-00004-2016 от 01.10.2016 и б/н от 21.07.2016, заключенным с ООО ПКФ  «Роспродсервис» и ООО «Главное Предприятие Омский Завод Подъемных Машин», что  также свидетельствует о заключении договоров № 352-у-ю и № 355-у-ю в интересах  Общества.  

Согласно разъяснениям, данным в пункте 2 постановления Пленума ВАС РФ от  30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав  органов юридического лица» под сделкой на невыгодных условиях понимается сделка, цена  и (или) иные условия которой существенно в худшую для юридического лица сторону  отличаются от цены и (или) иных условий, на которых в сравнимых обстоятельствах  совершаются аналогичные сделки (например, если предоставление, полученное по сделке  юридическим лицом, в два или более раза ниже стоимости предоставления, совершенного  юридическим лицом в пользу контрагента). Невыгодность сделки определяется на момент ее  совершения; если же невыгодность сделки обнаружилась впоследствии по причине  нарушения возникших из нее обязательств, то директор отвечает за соответствующие  убытки, если будет доказано, что сделка изначально заключалась с целью ее неисполнения  либо ненадлежащего исполнения.  

Оценив представленные в дело доказательства суд приходит к выводу о том, что  основания для признания договоров № 352-у-ю и № 355-у-ю сделками на невыгодных для  ООО «ТРАНСУГОЛЬ» условиях применительно к приведенным выше разъяснениям  Пленума ВАС РФ отсутствуют.  

При таких обстоятельствах заявленные требования удовлетворению не подлежат.  

По правилам статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации расходы по государственной пошлине подлежат отнесению на истца.  

На основании изложенного, руководствуясь статьями 110, 167-170, 176 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, суд именем Российской Федерации  

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении заявленных требований отказать. 

В соответствии с частью 5 статьи 15 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации настоящий судебный акт выполнен в форме электронного документа  и подписан усиленной квалифицированной электронной подписью судьи.  

Арбитражный суд Омской области разъясняет, что в соответствии со статьей 177  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации решение, выполненное в  форме электронного документа, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его  

размещения на официальном сайте арбитражного суда в информационно- телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа не позднее  следующего дня после дня его принятия.  

По ходатайству указанных лиц копии решения на бумажном носителе могут быть  направлены им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства в  арбитражный суд заказным письмом с уведомлением о вручении или вручены им под  расписку.  

Решение вступает в законную силу по истечении месяца со дня его принятия и может  быть обжаловано в этот же срок путем подачи апелляционной жалобы в Восьмой  арбитражный апелляционный суд.  

Судья Т.А. Воронов