ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Москва

22.10.2020

Дело № А40-31616/17

Резолютивная часть постановления объявлена 15.10.2020

Полный текст постановления изготовлен  22.10.2020

Арбитражный суд Московского округа

в составе: председательствующего-судьи Холодковой Ю.Е.,

судей Перуновой В.Л., Тарасова Н.Н.,

при участии в судебном заседании:

от конкурсного управляющего должником – представитель ФИО1, доверенность от 01.09.2020

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу 

конкурсного управляющего акционерного общества КБ «РЭБ» в лице – Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов»

на определение от 18.02.2020

Арбитражного суда города Москвы, 

на постановление от 13.07.2020

Девятого арбитражного апелляционного суда,

об удовлетворении заявления конкурсного управляющего о признании недействительными сделок: договора ипотеки земельных участков от 12.12.2014 N 2576/3-4 от 12.12.2014, заключенного между АО КБ «РЭБ» и должником; соглашения об отступном N 4 от 05.04.2016, заключенного между АО КБ «РЭБ» и должником; применении последствий недействительности сделок,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) акционерного общества «УКС ФИО2»,

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда города Москвы от 26.07.2017 в отношении акционерного общества «УКС ФИО2» (АО «УКС ФИО2») введена процедура банкротства - наблюдение.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 02.10.2017 в отношении АО «УКС ФИО2» применены правила § 7 - «Банкротство застройщика» главы IX Закона о банкротстве.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 15.12.2017 АО «УКС ФИО2» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим общества утвержден ФИО1

В Арбитражный суд города Москвы поступило заявление конкурсного управляющего должником о признании недействительными сделок: договора ипотеки земельных участков от 12.12.2014 N 2576/3-4 от 12.12.2014, заключенного между АО КБ «РЭБ» и должником; соглашения об отступном N 4 от 05.04.2016, заключенного между АО КБ «РЭБ» и должником; применении последствий недействительности сделок.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 18.02.2020, оставленным без изменения Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 13.07.2020, признаны недействительными договор ипотеки земельных участков от 12.12.2014 N 2576/3-4, заключенный между КБ «Росэнергобанк» (АО) и АО «УКС ФИО2», соглашение об отступном № 4 от 05.04.2016 года, заключенное между КБ «Росэнергобанк» (АО) и АО «УКС ФИО2». Стороны возвращены в первоначальное положение.

Не согласившись с принятыми по делу судебными актами, конкурсный управляющий акционерного общества КБ «РЭБ» в лице – Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит обжалуемые судебные акты отменить и принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего.

В качестве оснований для отмены судебных актов, заявитель кассационной жалобы указывает на нарушение норм процессуального права, на неправильное применение норм материального права, а также несоответствие выводов, изложенных в обжалуемых судебных актах, фактическим обстоятельствам по делу и имеющимся в деле доказательствам.

Так же заявитель указывает на следующие обстоятельства.

На момент заключения оспариваемого договора КБ «РЭБ» (АО) не мог знать о неплатежеспособности или недостаточности имущества должника - АО «УКС ФИО2». Конкурсный управляющий АО «УКС ФИО2» не доказал наличие признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества у АО «УКС ФИО2» на дату совершения оспариваемой сделки-договора ипотеки земельных участков № 2576/3-4 от 12.12.2014.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Судом в порядке статьи 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации приобщен к материалам дела отзыв конкурсного управляющего должника на кассационную жалобу, которым последний возражает против удовлетворения кассационной жалобы.

Определением Арбитражного суда Московского округа от 21.09.2020 судебное заседание отложено на 15.10.2020.

В соответствии со статьей 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации определением Арбитражного суда Московского округа от 15.10.2020 произведена замена судьи Мысака Н.Я. на судью Тарасова Н.Н.

В судебном заседании суда кассационной инстанции представитель конкурсного управляющего должником возражал против удовлетворения кассационной жалобы.

Иные участвующие в деле лица, надлежаще извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что согласно части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

Обсудив доводы кассационной жалобы, заслушав представителя конкурсного управляющего АО «УКС ФИО2», явившегося в судебное заседание, проверив в порядке статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции пришел к следующим выводам.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Как следует из материалов дела и установлено судами, между КБ "Росэнергобанк" (АО) и АО "УКС ФИО2" заключен договор ипотеки земельных участков от 12.12.2014 N 2576/3-4 от 12.12.2014 года в обеспечение кредитного договора N 2576/3-4 от 28.03.2014 года, заключенного между КБ "Росэнергобанк" (АО) и ООО "Верта". Предметом договора являлись земельные участки с кадастровыми номерами N 50:10:0080303:82, N 50:10:0080303:23, N 50:10:0080303:21, N 50:10:0080303:60, N 50:10:000000000:14070, N 50:10:0080303:81, N 50:10:0080303:51, N 50:10:0080303:71, N 50:10:0080303:20, N 50:10:0080303:63, N 50:10:0080303:22.

Между КБ "Росэнергобанк" (АО) и АО "УКС ФИО2" заключено Соглашение об отступном N 4 от 05.04.2016, в соответствии с которым в собственность КБ "Росэнергобанк" (АО) в счет частичного погашения задолженности ООО "ВЕРТА" перед КБ "Росэнергобанк" (АО) на сумму 30 661 600 руб. переданы указанные выше земельные участки.

На территории отчужденных земельных участков находились и находятся в настоящее время здания (жилые дома), принадлежащие АО "УКС ФИО2" на праве собственности и не являвшиеся объектами залога по договору ипотеки N 2576/3-4 от 12.12.2014 г.

Настоящее дело о несостоятельности (банкротстве) возбуждено Определением от 27.02.2017 года.

Соответственно Договор ипотеки земельных участков от 12.12.2014 года подпадает под период подозрительности п.2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, Соглашение об отступном № 4 от 05.04.2016 года – п.1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Признавая недействительным Соглашение об отступном № 4 от 05.04.2016 года в соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, суды исходили из следующего.

Согласно соглашения об отступном N 4 от 05.04.2016 года, земельные участки, находящиеся в собственности АО "УКС ФИО2" были переданы КБ "Росэнергобанк" (АО) в счет частичного погашения задолженности ООО "ВЕРТА" перед КБ "Росэнергобанк" (АО) на сумму 30 661 600 руб., в то время как в соответствии заключением эксперта N 01/0119-Э по судебной экспертизе, в рамках настоящего дела, была установлена рыночная стоимость указанных земельных участков на дату заключения спорного соглашения в размере 57 847 000 руб. Из текста Приложения N 1 к Соглашению об отступном N 4 от 05.04.2016 года следует, что оценка независимым оценщиком стоимости земельных участков не производилась, а оценка проведена на основании соглашения сторон.

Условия совершенной сделки в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки, так как рыночная стоимость переданного по отступному имущества на 27 185 400 р. больше, чем оценочная стоимость переданного имущества по договору залога.

Доводов, опровергающих указанные выводы судов о неравноценности осуществленного отчуждения, кассационная жалоба не содержит.

Кроме того, судами учтено, что Решением Арбитражного суда Московской области от 28.12.2018 по делу N А41-12341/2018 установлено, что соглашение об отступном № 4 от 05.04.2016 является ничтожной сделкой.

Постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 02.04.2019 и Арбитражного суда Московского округа от 13.08.2019 решение Арбитражного суда Московской области от 28.12.2018 оставлено без изменения.

Судебные инстанции пришли к выводу о том, что отчуждение земельных участков без находящихся на них зданий путем заключения соглашения об отступном № 4 от 05.04.2016 является ничтожной сделкой применительно к части 4 статьи 35 Земельного Кодекса РФ.

В соответствии с частью 1 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Последующее признание судом недействительным Соглашения по специальным основаниям законодательства о банкротстве (п.1 статьи 61.2 Закона), в любом случае не нарушило права и законные интересы Банка, поскольку указанное Соглашение является ничтожным.

В связи с чем, отмена судебных актов в указанной части не приведет к восстановлению прав и законных интересов КБ «РЭБ». В указанной части кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Вместе с тем, в части признания недействительным договора ипотеки земельных участков от 12.12.2014 № 2576/3-4 от 12.12.2014 года, заключенного между КБ «Росэнергобанк» (АО) и АО «УКС ФИО2», судами не учтено следующее.

Суд первой инстанции, признавая сделку недействительной пришел к выводу о том, что на дату заключения сделки - договора ипотеки земельных участков № 2576/3-4 от 12.12.2014, АО «УКС ФИО2» обладало признаками неплатежеспособности и недостаточности имущества, указав, что анализ бухгалтерской отчетности АО «УКС ФИО2» за 2013, 2014, 2015 годы показывает планомерное снижение платежеспособности в связи с ростом необеспеченной кредиторской задолженности.

Кроме того, суд пришел к выводу о том, что имея доступ к бухгалтерским документам ООО «Верта» и АО «УКС ФИО2», КБ «РЭБ» (АО), как профессиональный участник гражданско-правовых отношений, не мог не знать о неудовлетворительном финансовом состоянии АО «УКС ФИО2», с учетом неоднократного переноса сроков сдачи объектов строительства, признаков неплатежеспособности основного дебитора должника АО «АлеутСтрой», в связи с чем, Банком подано заявление банкротстве АО «АлеутСтрой» 29.09.2015 года, и неисполненных перед Банком обязательствах ЗАО «ГК «Жилищный капитал» (дебитор должника), на основании чего пришел к выводу, что банк не мог не знать о неудовлетворительном финансовом состоянии АО «УКС ФИО2».

Суд апелляционной инстанции не нашел оснований для переоценки выводов суда первой инстанции и отмены определения по доводам апелляционной жалобы.

Из содержания пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве следует, что подозрительная сделка должника может быть признана недействительной при наличии следующих признаков в совокупности: - сделка совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления; - сделка совершена с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов; - в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов; - другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 6 Постановления N 63 согласно абзацам 2 - 5 п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

Установив признаки неплатежеспособности должника, судебные акты не содержат выводов относительно иных оснований установления цели причинения вреда кредиторам.

Кроме того, судебная коллегия обращает внимание об отсутствии в судебных актах мотивированных выводов о наличии вреда имущественным правам кредиторов должника в связи с заключением спорной сделки.

В абзаце 6 пункта 8 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" разъяснено, что судам необходимо учитывать, что по правилам п. 1 ст. 61.2 могут оспариваться только сделки, в принципе или обычно предусматривающие встречное исполнение; сделки же, в предмет которых в принципе не входит встречное исполнение (например, договор дарения) или обычно его не предусматривающие (например, договор поручительства или залога), не могут оспариваться на основании пункта 1 статьи 61.2 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", но могут оспариваться на основании пункта 2 этой статьи.

Кроме того, судами не учтено, что сделки поручительства и залога обычно не предусматривают встречного исполнения со стороны кредитора в пользу предоставившего обеспечение лица. Поэтому не имелось оснований ожидать, что залогодержатель должен был заботиться о выгодности спорных сделок для поручителя (залогодателя). (Определение Верховного суда РФ от 28 декабря 2015 г. № 308-ЭС15-1607).

Вопрос о недействительности обеспечительной сделки, заключенной кредитной организацией, в контексте причинения ею вреда интересам кредиторов лица, выдавшего обеспечение, неоднократно являлся предметом рассмотрения Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации и Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.02.2014 N 14510/13, определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 10 28.12.2015 N 308-ЭС15-1607, от 15.06.2016 N 308-ЭС16-1475, от 15.02.2019 N 305-ЭС18-17611 и др.).

Как указано в определении Верховного Суда РФ N 305-ЭС18-22264 от 08.04.2019 по делу N А41-25952/16, согласно сложившейся судебной арбитражной практике наличие корпоративных либо иных связей между залогодателем (поручителем) и заемщиком объясняет мотивы совершения сделок, обеспечивающих исполнение кредитных обязательств.

Внутренние отношения указанных солидарных должников, лежащие в основе предоставления ими обеспечения друг за друга, могут быть как юридически формализованными (юридически закрепленная аффилированность по признаку вхождения в одну группу лиц или совместные действия на основе договора простого товарищества и т.д.), так и фактическими (фактическая подконтрольность одному и тому же бенефициару либо фактическое участие неаффилированных заемщика и поручителя (залогодателя) в едином производственном и (или) сбытовом проекте, который объективно нуждается в стороннем финансировании и т.д.).

При кредитовании одного из названных лиц банк оценивает кредитные риски посредством анализа совокупного экономического состояния заемщика и всех лиц, предоставивших обеспечение, что является стандартной банковской практикой.

В связи с этим, само по себе получение кредитной организацией обеспечения не свидетельствует о наличии признаков неразумности или недобросовестности в ее поведении в ситуации, когда совокупные активы всех лиц, выдавших обеспечение, соотносятся с размером задолженности заемщика, но при этом каждый из связанных с заемщиком поручителей принимает на себя обязательства, превышающие его финансовые возможности.

Выстраивание отношений подобным образом указывает на стандартный характер поведения как банка-кредитора, так и его контрагентов.

О злоупотреблении правом со стороны кредитной организации при заключении обеспечительных сделок могло бы свидетельствовать, например, совершение банком названных сделок не в соответствии с их обычным предназначением (не для создания дополнительных гарантий реального погашения долговых обязательств), а в других целях, таких как: участие банка в операциях по неправомерному выводу активов; получение банком безосновательного контроля над ходом дела о несостоятельности; реализация договоренностей между банком и поручителем (залогодателем), направленных на причинение вреда иным кредиторам, лишение их части того, на что они справедливо рассчитывали (в том числе, не имеющее разумного экономического обоснования принятие новых обеспечительных обязательств по уже просроченным основным обязательствам в объеме, превышающем совокупные активы поручителя (залогодателя), при наличии у последнего неисполненных обязательств перед собственными кредиторами), и т.п. (Определение Верховного суда РФ от 28.12.2015 № 308-ЭС15-1607 по делу № А63-4164/2014).

В силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации именно на арбитражном управляющем лежала обязанность доказывания того, что выдавая кредит под предоставленное должником обеспечение, банк отклонился от стандарта поведения обычной кредитной организации, поставленной в сходные обстоятельства, злоупотребив при этом правом. Однако данный вопрос судами должным образом не исследовался.

Вместе с тем, существенные обстоятельства для настоящего обособленного спора, включая структуру заключения Банком обеспечительной сделки, стандартность и разумность поведения Банка с учетом изложенных выше правовых позиция Верховного суда РФ, судами не устанавливались и не исследовались.

Как отмечено выше, в силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Пункт 7 Постановления N 63 разъясняет, что при решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 12.2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63, сам по себе тот факт, что другая сторона сделки является кредитной организацией, не может рассматриваться как единственное достаточное обоснование того, что она знала или должна была знать о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. При этом оспаривающее сделку лицо должно представить конкретные доказательства недобросовестности кредитной организации.

В случаях, когда законодательство или кредитный договор предусматривают получение кредитной организацией от заемщика документов о его финансовом положении, судам следует, в том числе учитывать, имелись ли в представленных документах конкретные сведения, заметно свидетельствующие о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Исходя из положений статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, бремя доказывания недобросовестности контрагента должника возлагается на лицо, оспаривающее сделку, в данном случае в качестве такового выступает конкурсный управляющий.

Учитывая изложенное, выводы судов о доказанности наличия совокупности условий, необходимых для признания совершенной сделки недействительной являются преждевременными.

Кроме того, исходя из содержания судебных актов также усматривается, что на земельных участках, переданных в ипотеку, находятся объекты недвижимого имущества.

В связи с чем, существенным является исследование вопроса правовой судьбы указанных объектов недвижимости применительно к датам заключения Договора ипотеки, цели выдачи кредита и обеспечения.

При этом судам, в зависимости от установленных обстоятельств, необходимо учитывать сложившуюся практику по указанному вопросу (Определение Верховного суда РФ от 23.03.2016 года № 305-ЭС15-15840).

В рамках дела о банкротстве арбитражный управляющий не имеет самостоятельного интереса в оспаривании требований отдельных кредиторов. Его возражения, исходя из возложенных на управляющего Законом о банкротстве обязанностей, должны быть направлены на защиту прав и охраняемых законом интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего кредиторов должника.

Суды не учли, что банк, так же как и АО «УКС «Лавочкин», находится в процедуре конкурсного производства. Вследствие принятого судами решения о лишении договоров ипотеки юридической силы, правовая защищенность добросовестных кредиторов банка стала ниже, чем защищенность кредиторов должника в настоящем деле, что не согласуется с положениями пунктов 1 и 2 статьи 1 ГК РФ. (Определение ВС РФ от 24.08.2020 года № 305-ЭС20-6599).

В соответствии со статьей 71, частью 4 статьи 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд устанавливает обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела, путем всестороннего, полного, объективного и непосредственного исследования и оценки имеющихся в деле доказательств.

Согласно пункту 7 статьи 71, пункту 2 части 4 статьи 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации результаты оценки доказательств суд отражает в судебном акте, содержащем мотивы, по которым суд отверг те или иные доказательства, принял или отклонил доводы лиц, участвующих в деле, приведенные в обоснование их требований и возражений.

Учитывая изложенное, кассационная инстанция полагает, что определение суда первой инстанции и постановление апелляционного суда в части признания недействительным договора ипотеки приняты с нарушением норм права, в связи с чем, в соответствии с частью 3 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, определение и постановление в указанной части подлежат отмене.

Так как для принятия обоснованного и законного судебного акта требуется исследование и оценка доказательств, а также иные процессуальные действия, установленные для рассмотрения дела в суде первой инстанции, что невозможно в суде кассационной инстанции в силу его полномочий, дело в соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 287 названного Кодекса подлежит передаче на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

При новом рассмотрении суду следует учесть изложенное, определить предмет доказывания по делу, установить существенные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения спора, рассмотреть заявленные сторонами ходатайства с учетом целей судопроизводства, дать полную и всестороннюю оценку доводам и возражениям лиц, участвующих в деле, результаты оценки доказательств отразить в судебном акте.

руководствуясь статьями 176, 284-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Москвы от 18.02.2020 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 13.07.2020 по делу № А40-31616/17 в части удовлетворения заявления конкурсного управляющего о признании недействительным договора ипотеки земельных участков от 12.12.2014 N 2576/3-4 от 12.12.2014, заключенного между АО КБ «РЭБ» и должником отменить.

В отмененной части обособленный спор направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд г. Москвы.

В остальной части определение Арбитражного суда города Москвы от 18.02.2020 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 13.07.2020 по делу № А40-31616/17; – оставить без изменения, кассационную жалобу – оставить без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий-судьяЮ.Е. Холодкова 

Судьи:В.Л. Перунова

 

Н.Н. Тарасов