ЧЕТЫРНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Батюшкова, д.12, г. Вологда, 160001

E-mail: 14ap.spravka@arbitr.ru, http://14aas.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А44-4712/2022

г. Вологда

28 марта 2025 года

 

Резолютивная часть постановления объявлена 26 марта 2025 года.

В полном объеме постановление изготовлено 28 марта 2025 года.

Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Корюкаевой Т.Г., судей Марковой Н.Г. и Писаревой О.Г. при ведении протокола секретарем судебного заседания Гавриловой А.А., 

при участии от ФИО1 представителя ФИО2 по доверенности от 08.11.2024, финансового управляющего ФИО3, 

рассмотрев в открытом судебном заседании с использованием системы веб-конференции апелляционную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Новгородской области от 01 августа 2024 года по делу № А44-4712/2022,

у с т а н о в и л:

определением Арбитражного суда Новгородской области (далее – суд) от 19.09.2022 возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве) индивидуального предпринимателя ФИО4 (ИНН 

<

***>, ОГРНИП 

<

***>, дата рождения – 31.03.1984; место рождения – г. Окуловка Новгородской обл.; адрес регистрации: 

<

...>; далее – Предприниматель, должник) на основании заявления должника. 

Определением суда от 08.12.2022 в отношении Предпринимателя введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО3.

Решением суда от 02.05.2024 Предприниматель признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура банкротства – реализация имущества гражданина, исполняющим обязанности финансового управляющего утвержден ФИО3 

Определением суда от 21.05.2024 ФИО3 утвержден финансовым управляющим должника. 

Финансовый управляющий 13.11.2023 обратился в суд с заявлением о признании недействительным договора от 25.10.2021 купли-продажи транспортного средства Hyundai Solaris, 2014 года выпуска, цвет – белый, VIN 

<

***> (далее – Автомобиль), заключенного должником и ФИО1, и применении последствий недействительности сделки. 

 Обособленный спор рассмотрен с привлечением в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО5. 

Определением суда от 01.08.2024 спорный договор признан недействительным. Применены последствия недействительности сделки: суд взыскал с  ФИО1 в конкурсную массу  ФИО4 денежные средства в размере 591 400 руб. 

ФИО1 с указанным определением не согласился, обратился в Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просил отменить обжалуемый судебный акт, отказать в удовлетворении заявленных требований. Податель апелляционной жалобы считает себя добросовестным приобретателем имущества, указывает на заключение сделки по рыночной цене, отсутствие в спорном договоре признака неравноценности. 

Доводы жалобы поддержаны апеллянтом в судебном заседании апелляционной инстанции. 

Конкурсный управляющий должника в отзыве и в судебном заседании возражал относительно удовлетворения апелляционной жалобы. 

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, представителей в суд не направили, в связи с этим дело рассмотрено в их отсутствие в соответствии со статьями 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), пунктом 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 № 57 «О некоторых вопросах применения законодательства, регулирующего использование документов в электронном виде в деятельности судов общей юрисдикции и арбитражных судов».

Заслушав представителя ответчика и конкурсного управляющего должника, исследовав и оценив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в порядке статей 266–272 АПК РФ правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции не находит оснований согласиться с выводами суда первой инстанции, изложенными в оспариваемом определении. 

В силу статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве). 

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, 25.10.2021 ФИО4 (продавец) и ФИО1 (покупатель) заключен договор купли-продажи Автомобиля по цене 300 000 руб. 

Реализация Автомобиля по цене 300 000 руб. подтверждена также карточкой учета транспортного средства (том 1, лист 66). 

Полагая, что договор является недействительной сделкой по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 Закона о банкротстве, сделка совершена при неравноценном встречном исполнении, финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением, удовлетворенным судом первой инстанции.

Статьей 65 АПК РФ установлено, что каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. 

Закон о банкротстве также не устанавливает возможность удовлетворения требований о признании сделки недействительной без обоснования соответствующими доказательствами.

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее – ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Согласно пункту 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 названного Закона, может быть подано финансовым управляющим.

В пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.I Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление № 63) разъяснено, что по правилам этой главы Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться: действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т. п.).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). 

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Пунктом 8 постановления № 63 установлено, что в соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется (пункт 9 постановления № 63).

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 5 постановления № 63, в силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В пункте 7 постановления № 63 разъяснено, что в силу первого абзаца пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом.

Удовлетворяя заявленное финансовым управляющим требование об оспаривании сделки, суд первой инстанции исходил из имеющейся разницы между рыночной стоимостью Автомобиля, определенной на основании судебной экспертизы (591 0400 руб.), и стоимостью, согласованной сторонами в договоре (300 000 руб.), признал договор недействительным на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве и взыскал с ФИО1 стоимость Автомобиля, определенную экспертным путем. 

Между тем доказательств наличия совокупности условий для признания договора недействительным как на основании пункта 1 статьи 61.2, так и на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве финансовым управляющим в нарушение статьи 65 АПК РФ не представлено. 

Судом не установлено, что на момент заключения спорной сделки у Предпринимателя имелись неисполненные обязательства перед его кредиторами.

На наличие таких признаков финансовый управляющий вообще не ссылался. 

Как следует из материалов дела, в реестр требований кредиторов должника включены требования:

- акционерного общества (далее – АО) «Российский Банк поддержки малого и среднего предпринимательства» по кредитному договору  от 25.11.2021 № 12Р-АИС-К-10470/21 в размере 6 137 465 руб. 57 коп. (основная сумма задолженности), 924 323 руб. 67 коп. (неустойка);

- АО «Федеральная Корпорация по развитию малого и среднего предпринимательства» по договору поручительства от 14.09.2021 № 092021/13, заключенному в обеспечение обязательств по кредитному договору  от 25.11.2021 № 12Р-АИС-К-10470/21, в размере 5 021 683 руб. 94 коп.  (основная сумма задолженности),  70 552 руб. 86 коп. (неустойка) ; 

- ПАО «Сбербанк» по кредитному договору от 22.09.2021 № 055/9055/20199 154841 в размере 1 622 699 руб. 24 коп. (основная сумма задолженности); 

- Банка ВТБ (ПАО) по  кредитному договору от 26.03.2021 № ЭКР/002021 000065 в размере 2 664 702 руб. 69 коп. (основная сумма задолженности), 53 337 руб. 69 коп. (пени); 

- ПАО «МТС Банк» по кредитному договору от 25.10.2021 № МТССЗФ615759/010/21 в размере 45 598 руб. 25 коп. (основная сумма задолженности); 

- общества с ограниченной ответственностью (далее – ООО) «О2-ГРУПП» по договору аренды транспортных средств от 12.01.2021 № 02 ИПБАС в размере 2 654 737 руб. 97 коп. (основная сумма задолженности по состоянию на 26.10.2021),  265 473 руб. 80 коп. (неустойка); 

- ООО «Контрол Лизинг» в результате расторжения договоров лизинга № 2780035766, 2780035539 (сальдо встречных обязательств) и возврата предмета лизинга по акту от 18.03.2021 в размере 1 222 151 руб. 78 коп.; 

- УФНС России по Новгородской области в размере 1 507 727 руб. 14 коп. за 2021 год;

- ООО «АйДи Коллект» (правопреемник АО «Альфа-Банк») по кредитному договору от 23.05.2021 № CCCPAJ63NP2105222028 в размере  311 728 руб. 62 коп. (основная сумма задолженности). 

При этом на момент заключения спорного договора купли-продажи Автомобиля срок возврата кредитных средств не наступил (договоры с кредитными учреждениями заключены 12.01.2021 – 25.11.2021); расчеты с ПАО «Сбербанк» производились до 24.01.2022, просрочка по возврату средств возникла с 31.01.2022; требование о погашении задолженности направлено Банком ВТБ (ПАО) 11.04.2022, требование АО «Корпорация «МСП» о возмещении сумм, уплаченных по договору поручительства, – 22.09.2022.

Само по себе наличие задолженностей перед конкретным кредитором не свидетельствует о безусловной неплатежеспособности должника, поскольку момент возникновения признаков неплатежеспособности хозяйствующего субъекта (наличие просроченной кредиторской задолженности) может не совпадать с моментом его фактической несостоятельности (банкротства). 

С учетом изложенного заявителем не доказано возникновение у должника признаков неплатежеспособности ранее февраля–апреля 2022 года, а следовательно, и наличие таких признаков на момент заключения спорной сделки.

Кроме того, необходимым условием для признания сделки должника недействительной по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве является осведомленность ответчика относительно неудовлетворительного финансового положения должника и наличия у него предполагаемой цели причинить вред либо иным образом ущемить имущественные права кредиторов посредством отчуждения ликвидного актива в виде Автомобиля.  

Согласно пункту 2 статьи 209 ГК РФ собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом. 

Как следует из материалов дела, основным видом экономической деятельности Предпринимателя (ОГРНИП 

<

***>) являлись аренда и лизинг легковых автомобилей и легких автотранспортных средств, дополнительными (в числе прочих) – деятельность легкового такси и арендованных легковых автомобилей с водителем, деятельность автомобильного грузового транспорта и услуги по перевозкам, деятельность сухопутного пассажирского транспорта: перевозки пассажиров в городском и пригородном сообщении. 

Согласно пояснениям финансового управляющего Предприниматель для оказания услуг такси располагал парком автотранспортных средств, состоящим из более чем 200 автомобилей, находящихся в лизинге, и 6 автомобилей, являющихся собственностью должника. 

При продаже спорного Автомобиля одним из ценообразующих факторов явился факт использования имущества для оказания услуг такси. 

Цена оспариваемой сделки в сравнении с масштабами деятельности должника не свидетельствует о том, что заключением спорного договора Предприниматель преследовал цель вывода имущества.

Факт заключения сделки в состоянии заинтересованности не установлен, объективных доказательств, с очевидностью свидетельствующих о том, что покупатель располагал информацией о финансовом состоянии должника, не предъявлено.

Таким образом, само по себе отчуждение должником имущества не свидетельствует о недобросовестности действий последнего, поскольку финансовым управляющим не представлено доказательств осведомленности ответчика о наличии возможных кредиторов у должника и совершения сделки исключительно с целью причинить имущественный вред таковым.

Суд первой инстанции при оценке приведенных финансовым управляющим доводов пришел к выводу, что в рассматриваемом случае значимым является выяснение вопроса о равноценности встречного предоставления по сделке со стороны покупателя, то есть о соответствии согласованной договором цены имущества его реальной (рыночной) стоимости на момент отчуждения.

Сделав вывод о том, что цена Автомобиля была существенно занижена, суд указал на совершение оспариваемой сделки в условиях неравноценности. 

Между тем в части, касающейся согласования договорной цены, неравноценность имеет место в тех случаях, когда эта цена существенно отличается от рыночной.

Помимо цены для определения признака неравноценности во внимание должны приниматься и все обстоятельства совершения сделки, то есть суд должен исследовать контекст отношений должника с контрагентом для того, чтобы вывод о подозрительности являлся вполне убедительным и обоснованным (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 15.02.2019 № 305-ЭС18-8671(2)).

Понятие неравноценности является оценочным, в силу чего к нему не могут быть применимы заранее установленные формальные критерии отклонения цены. Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 03.02.2022 № 5-П, наличие в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве оценочных характеристик создает возможность эффективного ее применения к неограниченному числу конкретных правовых ситуаций.

Таким образом, квалификация осуществленного предоставления как неравноценного определяется судом в каждом случае исходя из конкретных характеристик сделки и отчуждаемого имущества (его количества, ликвидности, периода экспозиции и т. п.). 

Как установлено апелляционной коллегией, после заключения спорного договора Автомобиль трижды продавался: по договору от 27.01.2022 от ФИО1 ФИО6 (в г. Ульяновске), по договору от 19.08.2023 – от ФИО6 ФИО7 (в Екатеринбурге), по договору от 15.09.2023 – от ФИО7 ФИО5 (в Екатеринбурге). При этом во всех случаях сторонами в качестве рыночной стоимости Автомобиля, как и в спорном договоре, определена сумма 300 000 руб.

Доказательств того, что стороны оспариваемой сделки состояли в сговоре и их действия были направлены на вывод имущества должника с последующей его передачей заинтересованным лицам, не представлено.

Ответчиком приведены пояснения о порядке приобретения Автомобиля, поиска продавца, разумности и экономической целесообразности заключения оспариваемого договора (о намерении дальнейшего использования Автомобиля для личных, бытовых нужд семьи), о порядке определения согласованной в договоре цене (исходя из пробега, технического состояния, использования имущества для оказания услуг в такси, низкого потребительского спроса). 

Из содержания спорного договора следует, что денежные средства получены должником от ответчика в наличной форме при заключении договора, что не противоречит обычным правилам совершения сделок купли-продажи автомобилей между гражданами на вторичном рынке. 

В обоснование финансовой возможности рассчитаться за приобретенное имущество ответчик представил суду банковскую выписку, сведения о продаже личного имущества. 

Ответчик зарегистрировал на свое имя приобретенный Автомобиль, открыто им владел, нес бремя его содержания, заключил договор обязательного страхования, что подтверждается представленными копиями страховых полисов.  

В данной ситуации само по себе отклонение согласованной в спорном договоре стоимости Автомобиля от цены, определенной по результатам судебной экспертизы, не может рассматриваться как неравноценное без учета фактического технического состояния имущества ввиду следующего. 

При проведении судебной экспертизы экспертом приняты условия (допущения и ограничения), исходя из которых Автомобиль не имел повреждений и неисправностей, находился в технически исправном состоянии, не требовал работ по техническому обслуживанию и ремонту; пробег на дату оценки не установлен. Для проведения оценки использованы аналоги с пробегом 66 008–178 314 км. 

Вместе с тем информация о том, что Автомобиль на дату заключения спорного договора являлся участником пяти дорожно-транспортных происшествий, произошедших в Санкт-Петербурге, неоднократно выставлялся на продажу, имел пробег более 350 000 км, размещена на общедоступных сервисах (ГИБДД РФ «Проверка автомобилей», auto.ru). 

Использование экспертом сведений, полученных им из открытых общедоступных источников, не противоречит действующему законодательству в области экспертной деятельности, поскольку не является самостоятельным сбором материалов по смыслу статьи 16 Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации». 

Заключения экспертов являются одним из доказательств по делу и оцениваются наряду с другими доказательствами (часть 2 статьи 64, часть 3 статьи 86 АПК РФ).

Согласно положениям частей 4 и 5 статьи 71 АПК РФ заключение эксперта не имеет для суда заранее установленной силы и подлежит оценке наряду с другими доказательствами.

При исследовании отчета о рыночной стоимости имущества не следует исходить из формального подхода принятия выводов оценщика на веру, без проверки судом достоверности содержащихся в отчете данных.

Исходя из обстоятельств дела имеются обоснованные сомнения в правильности выводов эксперта, изложенных в заключении от 26.06.2024 № 639-3-24. 

Вместе с тем оснований для назначения повторной судебной экспертизы судебная коллегия не усматривает, поскольку выводы о рыночной стоимости спорного Автомобиля очевидно следуют из материалов дела – в течение двух лет после передачи имущества ответчику Автомобиль трижды перепродавался независимым участникам рынка по сформированной цене 300 000 руб. 

Доказательств тому, что исходя из технических параметров, состояния и функциональных (эксплуатационных) свойств продаваемого транспортного средства для ответчика было очевидно значительное занижение цены его реализации по сравнению с рыночной стоимостью аналогичных товаров, свидетельствующее о явно невыгодной для должника сделке и вызывающее у осмотрительного покупателя обоснованные подозрения, не приведено. 

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 23.12.2021 № 305-ЭС21-19707, при определении признаков осведомленности о цели причинения вреда сделкой, недобросовестности контрагента следует руководствоваться критерием кратности, носящим явный и очевидный характер для любого участника рынка. 

Судебной практикой сформирован подход, согласно которому очевидным свидетельством невыгодности для стороны условий сделки является разница в стоимости в два и более раза по сравнению с тем, что получает сторона сделки в обмен на предоставленное ею в пользу своего контрагента исполнение. 

В рассматриваемом случае, даже без учета фактического технического состояния Автомобиля на дату его продажи, критерий кратности отсутствовал. 

Таким образом, вывод о документальном подтверждении заключения договора по заниженной стоимости ошибочен. 

При таких условиях оснований для признания оспариваемой сделки недействительной у суда не имелось. В удовлетворении заявления финансового управляющего надлежит отказать. 

С учетом изложенного обжалуемый судебный акт подлежит отмене. 

Так как в удовлетворении заявленных требований отказано, а апелляционная жалоба ФИО1 признана обоснованной, расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение дела судами первой и апелляционной инстанции относятся на должника в силу статьи 110 АПК РФ. 

ФИО1 с депозитного счета апелляционного суда надлежит возвратить денежные средства в размере 25 000 руб., внесенные в целях оплаты повторной экспертизы, целесообразность в назначении которой не установлена. 

Руководствуясь статьями 108, 110, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда Новгородской области от 01 августа 2024 года по делу № А44-4712/2022 отменить в части признания недействительной сделкой договора купли-продажи от 25.10.2021, заключенного ФИО4 и ФИО1, применения последствий недействительности сделки, взыскания с ФИО1 в пользу ФИО4 6 000 руб.  государственной пошлины и 11 000 руб.  расходов на проведение судебной экспертизы.

В удовлетворении заявления финансового управляющего индивидуального предпринимателя ФИО4 отказать.

Взыскать с ФИО4 в пользу ФИО1 10 000 руб. расходов по уплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы. 

Возвратить ФИО1 с депозитного счета Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда 25 000 руб., внесенных по чеку от 10.03.2025 для оплаты экспертизы, при предоставлении указанным лицом реквизитов для перечисления.

Постановление может быть обжаловано в течение месяца со дня принятия в Арбитражный суд Северо-Западного округа.

Председательствующий

Т.Г. Корюкаева

Судьи

Н.Г. Маркова

О.Г. Писарева