﻿

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

06 августа 2020 года

                 Дело №

А56-12211/2016

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Богаткиной Н.Ю., судей Боровой А.А., Бычковой Е.Н., 

при участии от закрытого акционерного общества «Петрофарм» Тимофеевой Д.И. (доверенность от 20.02.2020), Зигле Н.В., паспорт,  

рассмотрев 30.07.2020 в открытом судебном заседании кассационную жалобу закрытого акционерного общества «Петрофарм» на постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.03.2020 по делу № А56-12211/2016/сд.2,

у с т а н о в и л:

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 27.04.2016 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) закрытого акционерного общества «Петрофарм», адрес: 191186, Санкт-Петербург, Невский пр., д. 22 - 24, лит. А, пом. 198-Н, ОГРН 1027809218887, ИНН 7808011863 (далее – Общество, ЗАО «Петрофарм»).

Определением от 12.07.2016 в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена Павлова Елена Валентиновна.

Определением от 30.12.2016 в отношении должника введена процедура внешнего управления, внешним управляющим утверждена Павлова Е.В.

Решением от 26.04.2018 Общество признано несостоятельным (банкротом), в отношении его открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена Павлова Е.В. 

Определением от 08.05.2018 Павлова Е.В. освобождена от исполнения обязанностей конкурсного управляющего Обществом, конкурсным управляющим должника утвержден Мамзиков Вадим Иванович.

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.08.2018 решение от 26.04.2018 отменено, в удовлетворении ходатайства об открытии в отношении Общества конкурсного производства отказано.

Постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 12.11.2018 указанное постановление оставлено без изменения.

Определением от 20.11.2018 внешним управляющим должника утвержден         Мамзиков В.И. 

Решением суда от 11.02.2019, оставленным без изменения постановлением суда апелляционной инстанции от 15.05.2019, прекращена процедура внешнего управления должника, Общество признано несостоятельным (банкротом), в отношении его открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден Мамзиков В.И.

Постановлением суда кассационной инстанции от 13.09.2019 названные решение и постановление отменены, дело направлено на новое рассмотрение. 

Решением суда первой инстанции от 10.03.2020 прекращена процедура внешнего управления должника, Общество признано несостоятельным (банкротом), в отношении его открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден Мамзиков В.И.

Представитель акционеров должника Зигле Наталья Васильевна  обратилась в арбитражный суд с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), о признании недействительными сделками договора поставки от 13.02.2015, заключенного между должником и обществом с ограниченной ответственностью (далее – ООО) «Оцнеба» И/К 421269264 (далее – Договор), и договора уступки прав (цессии) от 19.06.2018, заключенного между ООО «Оцнеба» и ООО «Криптекс», адрес: 194156, Санкт-Петербург, Сочинская ул., д. 2А, лит. А, пом. 2-Н, оф. 21, ОГРН 1167847120011, ИНН 7839059791 (далее – Договор цессии).

Определением от 07.08.2019 суд удовлетворил заявление Зигле Н.В., признал недействительной (мнимой) сделкой Договор. 

Указанное определение обжаловано Мамзиковым В.И. в апелляционном порядке.

Определением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.12.2019 суд перешел к рассмотрению обособленного спора по правилам, установленным для рассмотрения дела в суде первой инстанции, в качестве соответчика привлек ООО «Криптекс». 

Постановлением суда апелляционной инстанции от 10.03.2020 определение от 07.08.2019 отменено, Договор, Договор цессии признаны недействительными. 

В кассационной жалобе Общество, ссылаясь на неправильное применение судом апелляционной инстанции норм материального и процессуального права, а также на несоответствие его выводов фактическим обстоятельствам дела, просит отменить постановление от 10.03.2020, принять по делу новый судебный акт – об отказе в удовлетворении заявления.

По мнению подателя жалобы, судами первой и апелляционной инстанций не дана оценка доводу Общества о пропуске Зигле Н.В. срока исковой давности.

Общество считает, что Зигле Н.В. не доказан размер причиненного кредиторам вреда, а также наличие сговора между ЗАО «Петрофарм» и ООО «Оцнеба» при заключении спорной сделки. 

Податель жалобы также просит обратить внимание на указание судом апелляционной инстанции на материалы экспертизы в рамках уголовного дела № 361917, что, по его мнению, не может являться надлежащим доказательством наличия или отсутствия договорных отношений между ООО «Оцнеба» и ЗАО «Петрофарм», так как оригинал указанного заключения эксперта не исследовался в настоящем обособленном споре, а его копия не может являться доказательством. 

Кроме этого, как считает ЗАО «Петрофарм», определением Тбилисского городского суда от 10.05.2018 по делу № 2/9468-18 рассмотрен спор между теми же сторонами, что должно являться преюдицией для арбитражного суда при рассмотрении настоящего обособленного спора. 

В отзыве Зигле Н.В. просит в удовлетворении жалобы отказать. 

В судебном заседании представитель Общества поддержала доводы кассационной жалобы, а Зигле Н.В. просила в удовлетворении жалобы отказать.

Иные лица, участвующие в деле, в соответствии с частью 1 статьи 123 АПК РФ надлежащим образом извещены о месте и времени судебного разбирательства, однако своих представителей для участия в судебном заседании не направили, что в соответствии со статьей 284 названного Кодекса не является препятствием для рассмотрения кассационной жалобы.

Законность обжалуемого судебного акта проверена в кассационном порядке.

Как следует из материалов дела и установлено судами, в обоснование своего заявления Зигле Н.В. ссылалась на отсутствие доказательств исполнения Договора, в связи с чем, по мнению заявителя, указанная сделка является мнимой, совершенной с целью причинить вред имущественным правам кредиторов. 

Суд первой инстанции принял во внимание отсутствие в материалах обособленного спора Договора, доказательств его исполнения, а также документов, подтверждающих отражение соответствующих операций в бухгалтерском учете сторон сделки, определением от 07.08.2019 заявленные требования Зигле Н.В. удовлетворил, признал Договор мнимой сделкой. 

Отменяя определение от 07.08.2019, суд апелляционной инстанции исходил из отсутствия в материалах дела доказательств, позволяющих установить факт поставки товара, указал, что товар через границу не перемещался. Также апелляционный суд принял во внимание значительный срок отсрочки оплаты уступаемого права, квалифицировал Договор и следующий Договор цессии как цепочку взаимосвязанных сделок, а также определение иностранного суда, на основании чего пришел к выводу о необходимости признания сделок мнимыми. 

Отклоняя довод о наличии вступившего в законную силу судебного акта ООО «Криптекс», суд указал, что судебным актом Тбилисского суда Республики Грузия от 10.05.2018 дело № 2/9468-18 прекращено за примирением сторон без оценки оснований сделки. 

Проверив законность обжалуемого судебного акта и обоснованность доводов, приведенных в кассационной жалобе, Арбитражный суд Северо-Западного округа приходит к следующим выводам.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным указанным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве предусмотрено, что сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее – ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в названном Федеральном законе.

В соответствии с пунктом 3 статьи 166 ГК РФ требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо. Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

Право требовать признания судом сделки ничтожной направлено на устранение правовой неопределенности, созданной совершением ничтожной сделки, а в случае, если такая сделка была исполнена, также на защиту нарушенных субъективных прав, устранение оказанного ею влияния на правоотношения сторон и их хозяйственную сферу. Субъектом, имеющим материально-правовой интерес в признании сделки ничтожной, следует считать любое лицо, в чью правовую сферу эта сделка вносит неопределенность либо в чьей правовой сфере сделка имела правовой эффект. Интерес лица состоит в устранении такой неопределенности либо устранении уже произведенного сделкой правового эффекта. Зигле Н.В. как представитель акционеров должника относится к таким лицам.

В силу пункта 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. При этом определения точной цели, которую преследовали стороны, не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Довод подателя жалобы о том, что имеющиеся в деле доказательства исполнения Договора сторонами являются достаточными для подтверждения намерений сторон создать соответствующие ему правовые последствия, отклоняется судом кассационной инстанции.

Исходя исключительно из текста сделки, невозможно сделать вывод о ее мнимости. Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. Доказательства, обосновывающие требования и возражения, представляются в суд лицами, участвующими в деле, и суд не вправе уклониться от их оценки (статьи 65, 168, 170 АПК РФ).

Отсюда следует, что при наличии обстоятельств, очевидно указывающих на мнимость сделки, либо доводов стороны спора о мнимости установление только тех обстоятельств, которые указывают на формальное исполнение сделки, явно недостаточно.

При рассмотрении вопроса о мнимости договора поставки и документов, подтверждающих передачу товара, суд не должен ограничиваться проверкой соответствия копий документов установленным законом формальным требованиям. Необходимо принимать во внимание и иные документы первичного учета, а также иные доказательства, рассмотреть обстоятельства возникновения спорной задолженности путем исследования всей цепочки движения товара.

Суд должен осуществлять проверку, следуя принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия фактических отношений по поставке.

Следует также учитывать, что стороны мнимой сделки могут осуществить для вида ее формальное исполнение (пункт 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 25).

Приведенная правовая позиция изложена в определениях Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 25.07.2016 № 305-ЭС16-2411, от 29.10.2018 № 308-ЭС18-9470, от 21.02.2019 № 308-ЭС18-16740 и в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 18.10.2012 № 7204/12.

С учетом данных разъяснений суды при разрешении настоящего спора правомерно не ограничились установлением только тех обстоятельств, которые указывают на формальное исполнение сделки, и констатацией правильности оформления сторонами документов.

При приведении убедительных доводов и доказательств мнимого характера сделки, невозможности осуществления поставки по договору, позволяющих суду с разумной степенью достоверности усомниться в реальном характере сделки и достоверности оформляющих такую сделку и ее исполнение документов, на лицо, полагающее сделку действительной, переходит бремя опровержения этих сомнений.

Сторона, настаивающая на действительности сделки, должна представить доказательства наличия у нее реального экономического содержания, а также доказательства, опровергающие доводы другой стороны о заключении таких договоров без намерения породить правовые последствия.

При этом стороне, настаивающей на действительности сделки, не должно составлять затруднений опровергнуть такие доводы, поскольку она должна обладать всеми доказательствами своих правоотношений с другой стороной сделки.

Кроме того, поскольку то обстоятельство, что мнимая сделка не повлекла правовых последствий и у сторон отсутствовали намерения породить такие последствия, является отрицательным фактом, недопустимо возложение бремени доказывания данных обстоятельств на сторону, заявляющую о ничтожности сделки.

Указанный правовой подход сформирован в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 18.10.2012 № 7204/12 и в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 25.07.2016 № 305-ЭС16-2411.

Таким образом, поскольку Зигле Н.В. были приведены доводы и представлены доказательства в подтверждение мнимого характера Договора и Договора цессии, вопрос их действительности стал предметом состязательности сторон и бремя опровержения данных обстоятельств перешло на ответчиков.

В силу закрепленного в статье 9 АПК РФ принципа состязательности задача лиц, участвующих в деле, – собрать и представить в суд доказательства, подтверждающие их правовые позиции.

Согласно статье 65 АПК РФ обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, определяются арбитражным судом на основании требований и возражений лиц, участвующих в деле, в соответствии с подлежащими применению нормами материального права. При этом каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается, как на основание своих требований и возражений.

Ответчики могли представить в суд доказательства наличия возможности приобретения или производства товара для его поставки должнику, согласования наименований, ассортимента и количества каждой партии товара и иных условий поставки, доказательства физической возможности поставки такого количества товара и экономической целесообразности приобретения товара в таком количестве, однако не сделали этого.

Поскольку ответчики не опровергли доводы Зигле Н.В. путем представления соответствующих доказательств, они понесли неблагоприятные для них последствия несовершения соответствующих процессуальных действий в виде признания сделок недействительными (часть 2 статьи 9 АПК РФ).

В соответствии со статьей 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Статьей 199 ГК РФ предусмотрено, что требование о защите нарушенного права принимается к рассмотрению судом независимо от истечения срока исковой давности. Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Согласно статье 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 указанного Кодекса.

Статьей 200 ГК РФ предусмотрено, что, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права. 

Довод подателя жалобы о пропуске Зигле Н.В. срока исковой давности подлежит отклонению, поскольку данное возражение, как видно из судебных актов, судами воспринято, однако ими установлено, что спорная сделка в силу ее мнимого характера фактически не исполнялась, на основании чего верно констатировано, что течение срока исковой давности по ней не начиналось (пункт 1 статьи 181 ГК РФ).

Суд округа считает необходимым отметить, что с учетом даты Договора – 13.02.2015, положений пункта 1 статьи 181 ГК РФ и разъяснений, приведенных в пункте 69 Постановления № 25, рассматриваемое требование предъявлено лицом, не являющимся стороной сделки. 

Указанное согласуется с позицией, изложенной в постановлении Суда по интеллектуальным правам от 21.11.2019 № С01-1125/2019 по делу № А45-45503/2018.

Отклоняются судом кассационной инстанции и возражения подателя жалобы относительно размера причиненного кредиторам вреда и отсутствие сговора между Обществом и ООО «Оцнеба» при заключении спорной сделки. 

Размер причиненного кредиторам вреда и наличие либо отсутствие сговора между сторонами сами по себе не препятствуют квалификации сделки как мнимой. 

Доводы Общества о том, что указании суда апелляционной инстанции на материалы экспертизы в рамках уголовного дела № 361917 (ее копии) не может являться надлежащим доказательством наличия или отсутствия договорных отношений между ООО «Оцнеба» и Обществом, ввиду отсутствия оригинала  данной экспертизы, отклоняются, поскольку Общество не отрицает факта существования данных документов в рамках уголовного дела и не представило доказательств их фальсификации.

Отказ в удовлетворении заявления Зигле Н.В. о фальсификации Договора не имеет правового значения ввиду отсутствия доказательств фактической поставки товара. 

Довод подателя жалобы относительно того, что определением Тбилисского городского суда от 10.05.2018 по делу № 2/9468-18 рассмотрен спор между теми же сторонами, имеющим преюдициальную силу при рассмотрении настоящего дела, указанным определением установлен факт действительности оспариваемой сделки, правомерно не принят во внимание.

При рассмотрении дела № 2/9468-18 обстоятельства, связанные с выяснением действительной воли сторон при заключении Договора, судом не устанавливались, как верно указал суд апелляционной инстанции, названное  дело прекращено за примирением сторон, оценка документальным доказательствам поставки товара в Республику Грузия судом не дана. 

В связи с этим суд апелляционной инстанции пришел к обоснованному выводу, что определение иностранного суда по указанному делу в части оценки действительности сделки не может иметь преюдициальную силу при рассмотрении настоящего дела.

Приведенные в жалобе доводы являлись предметом исследования и оценки суда апелляционной инстанции, их необоснованность отражена в обжалуемом судебном акте с изложением соответствующих мотивов.

При рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного акта апелляционный суд установил все существенные для дела обстоятельства и дал им надлежащую правовую оценку. Выводы суда основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств по делу. Нормы материального права применены правильно. Нарушений норм процессуального права, которые могли бы явиться основанием для отмены обжалуемого судебного акта, кассационной инстанцией не установлено.

Кассационная жалоба удовлетворению не подлежит. 

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 и 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.03.2020 по делу № А56-12211/2016 оставить без изменения, кассационную жалобу закрытого акционерного общества «Петрофарм» – без удовлетворения. 

 

Председательствующий

Н.Ю. Богаткина

Судьи

А.А. Боровая

Е.Н. Бычкова