АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291–04–15

http://faspo.arbitr.ru   e–mail: info@faspo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-23544/2022

Дело № А65-14422/2020

г. Казань

23 мая 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 16 мая 2023 года.

Полный текст постановления изготовлен 23мая 2023 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Самсонова В.А.,

судей Ивановой А.Г., Кашапова А.Р.,

при участии представителя:

ФИО1 – ФИО2, доверенность от 07.12.2022,

в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом,

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью  «Аванта» ФИО3 

на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 18.01.2023 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.03.2023

по делу № А65-14422/2020

по заявлению конкурсного управляющего о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, по делу о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Аванта», ИНН 

<

***>,

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 04.02.2021 общество с ограниченной ответственностью «Аванта» (далее – должник, общество «Аванта») признано банкротом, открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО3

В рамках указанной процедуры конкурсным управляющим подано заявление о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО1.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 18.01.2023 по делу № А65-14422/2020 в удовлетворении заявления отказано.

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.03.2023 определение суд первой инстанции оставлено без изменения.

Не согласившись с принятыми судебными актами, конкурсный управляющий должником обратился в Арбитражный суд Поволжского округа с кассационной жалобой, в которой, ссылаясь на неправильное применение судами норм права и несоответствие их выводов обстоятельствам дела, просит отменить обжалуемые судебные акты, направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Конкурсный управляющий считает, что действия сторон по возврату и продаже СТО в один и тот же день (то есть без поиска потенциальных покупателей) по заниженной цене указывают на наличие фактической аффилированности между должником и ФИО1; продажа имущества в такой короткий срок указывает на осведомленность сторон о наличии риска обращения взыскания на имущество СТО с целью погашения требований кредиторов; продажа в короткие сроки имущества объясняется и желанием контролирующих лиц уменьшить размер требований к обществу «Аванта» по сальдо встречным обязательствам путем, который напрямую зависит от цены продажи имущества.

В судебном заседании представитель ФИО1 возражает против удовлетворения кассационной жалобы.

Иные лица, участвующие в обособленном споре, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Арбитражного суда Поволжского округа и Верховного Суда Российской Федерации в информационно–телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили.

Проверив законность обжалуемых судебных актов в соответствии со статьей 286 АПК РФ, изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, заслушав в судебном заседании представителя ФИО1, судебная коллегия считает кассационную жалобу не подлежащей удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, между обществом «Полимэксимпорт» (лизингополучатель) и обществом «Аванта» (лизингодатель) заключен договор лизинга от 20.10.2017 ДЛ004/1017, согласно которому лизингодатель  передал лизингополучателю оборудование СТО.

 В связи с расторжением договора лизинга по акту приема-передачи от 06.08.2019 предмет лизинга был возвращен обществом «Полимэксимпорт» должнику.

В этот же день - 06.08.2019 общество «Аванта» заключило с ФИО1 договор № 1 купли–продажи оборудования, по условиям которого общество «Аванта» передало ФИО1 оборудование СТО, ранее находившееся в лизинге у общества «Полимэксимпорт» по цене 76 000 руб.

 

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 08.06.2021 по настоящему делу договор купли-продажи оборудования от 06.08.2019 № 1, заключенный между обществом «Аванта» и ФИО1, признан недействительным по мотиву неравноценности встречного предоставления, поскольку оборудование приобретено ФИО1 по цене 76 000 руб. при рыночной стоимости 365 020 руб., в связи с чем применены последствия недействительности сделки в виде обязания ФИО1 возвратить обществу «Аванта» имущество, являвшееся предметом сделки и встречного обязательства должника выплатить ФИО1 полученные от него денежные средства в размере 76 000 руб.

В последующем определением арбитражного суда от 24.11.2022 изменен способ исполнения указанного судебного акта на взыскание с ответчика в пользу должника рыночную стоимость имущества в размере 365 020 руб.

Обращаясь в суд с рассматриваемым требованием, конкурсный управляющий ссылался на то, что в результате совершения спорной сделки ФИО1 извлек выгоду из незаконного и недобросовестного поведения руководителя должника путем приобретения актива общества «Аванта» по заниженной цене, используя свои родственные связи с руководителем общества «Полимэксимпорт», что образует основание для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательства должника.

Возражая против заявленных конкурсным управляющим требований, ФИО1 обращал внимание суда на то, что не является контролирующим должника лицом и никоим образом с должником не связан. Не отрицая наличие аффилированности с обществом «Полимэксимпорт», ФИО1 пояснил, что о расторжении договора лизинга с обществом «Аванта» он узнал от руководителя общества «Полимэксимпорт», который и предложил ему выкупить это оборудование у общества «Аванта» после его возврата. Этим и объясняется обстоятельства подписание обществом «Полимэксимпорт» акта возврата лизингового имущества и заключение между обществом «Аванта» и ФИО1 договора купли-продажи в один день.

Кроме того, ответчик обращал внимание суда на то, что вменяемая ему сделка по приобретению оборудования СТО не является для должника ни значимой, ни существенно убыточной, поскольку по данным бухгалтерского баланса общества «Аванта», имеющемся в материалах дела, балансовая стоимость активов по состоянию на последнюю отчетную дату, предшествующую дате заключения должником договора купли-продажи с ФИО1, составляла 3 878 000 руб.

Отказывая в удовлетворения заявленных требований, суд первой инстанции и согласившийся с ним суд апелляционной инстанции руководствовались положениями пунктов 1, 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве и пришли к выводу о недоказанности наличия у ФИО1 статуса контролирующего должника лица, извлечения ответчиком выгоды от спорной сделки.

Судами указано, что в нарушение положений статьи 65 АПК РФ конкурсным управляющим не представлено доказательств как значимости данной сделки, так и ее существенной убыточности для должника, поскольку сами по себе факты совершения подозрительной сделки либо оказания предпочтения одному из кредиторов указанную совокупность обстоятельств не подтверждают. 

Суды также отметили, что избранный конкурсным управляющим способ защиты нарушенных имущественных прав кредиторов должника путем привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности приведет к повторному взысканию по иному гражданско-правовому основанию с него той же суммы денежных средств уже взысканных в качестве применения последствий недействительности сделки, что не отвечает целям восстановления нарушенных прав и ведет к неосновательному обогащению должника.

Поскольку иных оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности конкурсным управляющим заявлено не было, судами принято решение об отказе в удовлетворении заявленных требований.

Арбитражный суд Поволжского округа считает, что выводы, содержащиеся в обжалуемых судебных актах, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, установленных судами, имеющимся в нем доказательствам, спор разрешен без нарушения либо неправильного применения норм материального права и норм процессуального права.

В пункте 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве указано на то, что если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий. 

Пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (подпункт 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве). 

Из разъяснений, данных в пункте 7 постановления Пленума от 21.12.2017 № 53, следует, что лицо, которое извлекло выгоду из незаконного, в том числе недобросовестного, поведения руководителя должника является контролирующим (подпункт 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве). 

Так, в частности, предполагается, что контролирующим должника является третье лицо, которое получило существенный актив должника (в том числе по цепочке последовательных сделок), выбывший из владения последнего по сделке, совершенной руководителем должника в ущерб интересам возглавляемой организации и ее кредиторов (например, на заведомо невыгодных для должника условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.) либо с использованием документооборота, не отражающего реальные хозяйственные операции, и т.д.). 

Опровергая названную презумпцию, привлекаемое к ответственности лицо вправе доказать свою добросовестность, подтвердив, в частности, возмездное приобретение актива должника на условиях, на которых в сравнимых обстоятельствах обычно совершаются аналогичные сделки. 

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 22.06.2020 № 307-ЭС19-18723(2,3), при установлении того, повлекло ли поведение ответчика банкротство должника, необходимо принимать во внимание, является ли ответчик инициатором такого поведения и (или) потенциальным выгодоприобретателем возникших в связи с этим негативных последствий. 

Более того, исходя из разъяснений, изложенных в пункте 23 постановления Пленума от 21.12.2017 № 53, презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. 

К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. 

При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). 

Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана, в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход. 

В пункте 16 постановления Пленума от 21.12.2017 № 53 даны разъяснения о том, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

По мнению суда округа, суды первой и апелляционной инстанций, исследовав и оценив все представленные сторонами доказательства, а также доводы и возражения участвующих в деле лиц, руководствуясь положениями действующего законодательства, правильно определили спорные правоотношения, выяснили имеющие существенное значение для дела обстоятельства, и пришли к обоснованному выводу о том, что конкурсным управляющим ФИО3 не доказана совокупность всех требуемых законом условий для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности. 

Исходя из правовой позиции, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 22.06.2020 по делу № 307-ЭС19-18723(2,3), суд определяет степень вовлеченности каждого из ответчиков в процесс вывода спорного актива должника и их осведомленности о причинении данными действиями значительного вреда его кредиторам. 

В силу разъяснений данных в пункте 3 постановления Пленума от 21.12.2017 № 53 необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве). 

Оценив доводы конкурсного управляющего должником ФИО3, а также собранные по делу доказательства, суды пришли к выводу об отсутствии доказательств того, что ФИО1 влиял или мог оказывать влияние на деятельность должника, поскольку представленные в материалы дела документы не подтверждают его статус выгодоприобретателя в соответствии со смыслом, придаваемым разъяснениями пункта 7 постановления Пленума от 21.12.2017 № 53.

Приняв во внимание показатели бухгалтерской отчетности должника на момент совершения этой сделки, суды также пришли к выводу о том, что вменяемая ФИО1 сделка не являлась для должника значимой применительно к масштабам его деятельности, в связи с чем не могла повлечь возникновение у должника признаков объективного банкротства.

Установив отсутствие доказательств осуществления ФИО1 контроля над деятельностью должника, в том числе возможности оказания влияния на его деятельность либо отдачи обязательных для должника указаний, суды пришли к обоснованному выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявления конкурсного управляющего в части привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества «Аванта».

Доводы, изложенные в кассационной жалобе, в том числе о согласованности действий ответчика и руководителя должника, направленных на продажу имущества общества «Аванта» по заниженной цене, о наличии фактической аффилированности должника и ФИО1 и направленности их действий на причинение вреда имущественным интересам кредиторов, подлежат отклонению, так как выводов судов не опровергают, были предметом исследования судов первой и апелляционной инстанции, направлены на переоценку фактических обстоятельств, установленных судами на основании произведенной ими оценки имеющихся в деле доказательств, по причине несогласия заявителя жалобы с результатами указанной оценки судов, что не входит в круг полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, перечисленных в статьях 286, 287 АПК РФ.

Поскольку неправильного применения судами норм материального права, а также нарушений норм процессуального права, в том числе влекущих безусловную отмену судебных актов в силу части 4 статьи 288 АПК РФ, не установлено, суд кассационной инстанции оснований для отмены обжалуемых судебных актов и удовлетворения кассационной жалобы не находит.

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 286, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 18.01.2023 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.03.2023 по делу № А65–14422/2020 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения. 

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий судья                                            В.А.  Самсонов

 

Судьи                                                                                    А.Г. Иванова 

 

                                                                                              А.Р. Кашапов