СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

ул. Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, https://7aas.arbitr.ru

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

г. Томск                                                                                                        Дело № А27-24780/2020

Резолютивная часть постановления объявлена 21 марта 2023 года.

Полный текст постановления изготовлен 24 марта 2023 года.

 

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего  

 

Иващенко А.П., 

судей

 

Сбитнева А.Ю.,

ФИО1

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО2 с использованием средств аудиозаписи рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО6 (№07АП-5030/2021(9)) на определение от 16.01.2023 Арбитражного суда Кемеровской области по делу № А27-24780/2020 (судья Коптева А.Г.) о несостоятельности (банкротстве) ФИО3 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения, 

<

...>), принятое по заявлению кредитора ФИО4 в лице финансового управляющего ФИО5 о признании обязательств должника общим обязательством супругов. 

В судебном заседании приняли участие: 

от ФИО6: ФИО7, доверенность от 16.03.2022, паспорт;

от финансового управляющего ФИО5: ФИО8, доверенность от 25.08.2022, паспорт.

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Кемеровской области от 18.02.2022 ФИО3 (далее - ФИО3, должник) признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим утвержден ФИО8 (далее – ФИО8, финансовый управляющий).

12.09.2022 финансовый управляющий ФИО4 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании обязательств должника общими обязательствами супругов, в соответствии с которым просит признать обязательства должника ФИО3 перед кредитором ФИО4 (далее – Цанг В.Н., кредитор) - задолженность в размере 65 000 000 рублей, включенную в реестр требований кредиторов ФИО3 определением Арбитражного суда Кемеровской области по делу № 27480/2020 общими обязательствами супругов ФИО3 и ФИО6 (далее – ФИО6, супруга должника).

Определением от 16.01.2023 суд удовлетворил заявление кредитора Цанга В.Н. в лице финансового управляющего ФИО5 о признании обязательств должника общим обязательством супругов. Обязательство должника ФИО3 перед кредитором ФИО4 в виде задолженности в размере 65 000 000 рублей, включенной в реестр требований кредиторов ФИО3 по определению арбитражного суда Кемеровской области по делу №А27-24780/2020 от 23.07.2020, признано общим обязательством супругов ФИО3 и ФИО6

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ФИО6 обратилась с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда от 16.01.2023 отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления кредитора Цанга В.Н.

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что выводы суда противоречат фактическим обстоятельствам дела, а также выводам, изложенным в имеющем преюдициальное значение судебном акте. В материалах дела отсутствуют доказательства использования денежных средств на нужды семьи. Денежные средства были использованы ФИО3 в своих личных интересах, во владение ФИО6 не поступали. Более того, в результате совершения сделки супруга должника лишилась собственных денежных средств. Бремя доказывания того обстоятельства, что денежные средства поступили именно в семейный бюджет, лежит на заявителе. Судом также необоснованно не дана надлежащая оценка поведению заявителя и ФИО9, злоупотребляющих правом. Требования кредитора сводятся к попытке взыскания с ФИО6 денежных средств. Вместе с тем, признание обязательства одного из супругов общим не тождественно солидарному взысканию денежных средств. 

Финансовый управляющий должника и финансовый управляющий ФИО4 представили возражения на апелляционную жалобу, в которых просят обжалуемый судебный акт оставить без изменений, ссылаясь на необоснованность доводов апелляционной жалобы.

В судебном заседании представители апеллянта и финансового управляющего  имуществом Цанга В.Н. свои позиции поддержали в полном объеме.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, в судебное заседание апелляционной инстанции не явились.

Арбитражный апелляционный суд считает возможным на основании статей 123, 156, 266 АПК РФ рассмотреть апелляционную жалобу в отсутствие неявившихся сторон.

Заслушав участников процесса, исследовав материалы дела, проверив законность и обоснованность обжалуемого судебного акта в порядке, установленном статьями 266, 268 АПК РФ, изучив доводы апелляционной жалобы, возражений на нее, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены определения суда первой инстанции.

Как следует из материалов дела, должник и ФИО6 состоят в браке, зарегистрированном 12 августа 1989 года Отделом ЗАГС Исполнительного комитета Кемеровского городского совета народных депутатов.

Из определения Арбитражного суда Кемеровской области по делу №А27- 27162/2017 от 06.05.2020 следует, что в рамках дела о банкротстве Цанга В.Н., который является единственным кредитором в настоящем деле о банкротстве, рассмотрено требование ФИО3 о включении в реестр требований кредиторов Цанга В.Н. задолженности в размере 47 000 000 рублей. 

ФИО3 утверждал, что 20.08.2014 между ним и ФИО4 был заключен договор займа, в соответствии с которым займодавец (ФИО3) передает в собственность заемщику (Цангу В.Н.) денежные средства в размере 112 000 000 рублей, а заемщик обязуется вернуть займодавцу сумму займа в срок до 30.09.2014 включительно. 

В подтверждение передачи денежных средств кредитором предоставлена расписка от 20.08.2014 в получении ФИО4 суммы займа. 

В обеспечение исполнения обязательств по договору займа в этот же день заключен договор залога недвижимого имущества - часть базы, расположенная по адресу: Кемеровская область, пгт. Промышленная, ул. Некрасова, 2. 

В связи с неисполнением заемщиком своих обязательств, через два года после заключения договора займа между кредитором и должником было заключено соглашение о внесудебной реализации заложенного имущества от 01.08.2016 на сумму 65 000 000 рублей. 

01.08.2016 между кредитором и должником было заключено дополнительное соглашение к договору займа, в соответствии с которым после реализации заложенного имущества, сумма задолженности по договору займа составляет 47 000 000 рублей. 

В ходе рассмотрения требования ФИО3 финансовый управляющий Цанга В.Н. подал заявление об оспаривании всех вышеуказанных сделок - займа, залога, соглашения о внесудебной реализации, дополнительного соглашения к договору займа. 

Требование кредитора ФИО11 и оспаривание сделок были объединены в один спор, в ходе рассмотрения которого супруга ФИО11 была привлечена к рассмотрению спора в качестве третьего лица, поскольку ФИО10 утверждал, что для выдачи займа Цангу В.Н. использовались денежные средства, снятые с банковских вкладов его супруги. 

В рамках рассмотрения вышеуказанного обособленного спора в деле о банкротстве Цанга В.Н. 12.11.2019 в арбитражный суд поступило заявление ФИО6 о признании договора купли-продажи недвижимого имущества от 30.08.2016, заключенного между ФИО3 и ФИО6, ничтожной сделкой и применении последствий недействительности сделки в виде аннулирования записи о праве собственности ФИО6 на объекты недвижимого имущества и восстановления записи о праве собственности Цанга В.Н. 

Определению Арбитражного суда Кемеровской области по делу №А27-27162/2017 от 06.05.2020 ФИО3 было отказано в удовлетворении требований о включении в реестр требований кредиторов Цанга В.Н., ФИО6 отказано в признании сделки – договора купли-продажи недвижимости недействительной, а заявление финансового управляющего удовлетворено – сделки займа, залога, соглашение о внесудебной реализации, дополнительное соглашение к договору займа признаны недействительными (ничтожными) и применены последствия недействительности сделок в виде взыскания с ФИО3 65 млн. руб. 

Из определения Арбитражного суда Кемеровской области по делу №А27- 27162/2017 от 06.05.2020 (стр.30-31 определения) следует, что «по соглашению о внесудебной реализации заложенного имущества ФИО3 вправе от имени Цанга В.Н. продать, принадлежащее Цангу В.Н. имущество и удержать из вырученных денежных средств рыночную стоимость имущества – 65 000 000 рублей (пункты 2.2.2., 3.1., 3.2., 3.3. соглашения). В данном случае залогодержатель (ФИО3) совершает договор купли-продажи предмета залога, действуя в качестве агента по правилам агентского договора (статья 1005 Гражданского кодекса РФ). Залогодержатель (агент) выступает от имени и за счет залогодателя (принципала) и права и обязанности по договору купли-продажи возникают непосредственно у принципала (залогодателя). ФИО3 (залогодержателем) имущество было продано за 65 000 000 рублей от имени Цанга В.Н. (залогодателя) и данные денежные средства были им удержаны из вырученной от продажи суммы. 

Как следует из расписки от 29.08.2016, поступившей в материалы дела от Росреестра, и находящейся в составе регистрационного дела, ФИО3 получил от ФИО6 в соответствии с условиями договора купли-продажи нежилых сооружений от 30.08.2016 денежную сумму в размере 65 000 000 рублей. 

Из указанного доказательства следует, что денежную сумму, причитающуюся Цангу В.Н. (залогодателю) от имени и за счет которого заключен договор купли-продажи, ФИО3 не передал Цангу В.Н., а непосредственно сразу же на основании соглашения о внесудебной реализации удержал ее из вырученных денежных средств. 

Таким образом, по соглашению о внесудебной реализации заложенного имущества ФИО3 было удержано из денежных средств, причитающихся Цангу В.Н. по договору купли-продажи, 65 000 000 рублей. 

Учитывая, что соглашение о внесудебной реализации ничтожно, ФИО3 должен возвратить удержанные у Цанга В.Н. денежные средства Цангу В.Н. как лицу, у которого возникают права по договору купли-продажи (принципалу). 

При этом суд исходил из того, что договор купли-продажи действителен и порождает право Цанга В.Н. на получение денежных средств от покупателя – ФИО6, а также право ФИО6 на получение в собственность имущества. 

При применении последствий недействительности сделки судом также принято во внимание, что договор купли-продажи действителен, так как судом применена исковая давность, в связи с чем возникла невозможность возврата имущества в собственность Цанга В.Н. 

В рассматриваемых обстоятельствах имущественное состояние участников сложилось следующим образом: из собственности Цанга В.Н выбыло недвижимое имущество, ФИО3 получил денежные средства в размере 65 000 000 рублей, а ФИО6 получил в собственность недвижимое имущество стоимостью 65 000 000 рублей. Такое распределение имущества представляется не соответствующим интересам кредиторов, поэтому применение последствий недействительности должно восстановить имущественное положение кредитора и должника. 

Судом установлено, что ФИО3 денежные средства Цангу В.Н не выдавал, при этом, в итоге получил 65 000 000 рублей за счет имущества Цанга В.Н., а Цанг В.Н. утратил свое имущество, которое принадлежало ему до совершения всех оспариваемых сделок. 

С учетом действительности договора-купли продажи, восстановление имущественного положения Цанга В.Н. возможно только посредством взыскания в его пользу стоимости отчужденного имущества». 

Ссылаясь на вступившие в законную силу судебные акты, а также на то, что ФИО3 получил денежные средства в размере 65 000 000 рублей; в момент получения этих денег он состоял в зарегистрированном браке с ФИО6, на момент получения денег брачный договор между супругами не был заключен, следовательно, полученные от продажи денежные средства поступили в общую собственность супругов, кредитор Цанг В.Н. в лице своего финансового управляющего обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Суд первой инстанции, удовлетворяя заявленные требования, исходил из того, что денежные средства, полученные ФИО3, были им потрачены на нужды семьи, иное должником и его супругой не доказано, в связи с чем денежные обязательства являются общими обязательствами супругов.

Апелляционный суд соглашается с выводами суда первой инстанции.

В соответствии со статьей 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства). 

В соответствии с пунктом 3 статьи 1 Гражданского Кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) супруги должны добросовестно исполнять обязательства перед кредиторами согласно условиям состоявшегося распределения общих долгов.

В случае нарушения данной обязанности кредитор вправе потребовать исполнения обязательства без учета произошедшего распределения общих долгов; при этом супруг, исполнивший солидарную обязанность в размере, превышающем его долю, определенную в соответствии с условиями распределения общих долгов, имеет право регрессного требования к другому супругу в пределах исполненного за вычетом доли, падающей на него самого (подпункт 1 пункта 2 статьи 325 ГК РФ).

В силу пункта 7 статьи 213.26 Закона о банкротстве к общим обязательствам супругов относятся солидарные обязательства либо возникшие вследствие предоставления одним супругом за другого поручительства или залога.

В соответствии с пунктом 1 статьи 256 ГК РФ, пунктом 1 статьи 34 СК РФ имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью, если договором между ними не установлен иной режим этого имущества.

Согласно пункту 3 статьи 256 ГК РФ по обязательствам одного из супругов взыскание может быть обращено лишь на имущество, находящееся в его собственности, а также на его долю в общем имуществе супругов, которая причиталась бы ему при разделе этого имущества.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан» (далее - Постановление № 48), в деле о банкротстве гражданина учитываются как требования кредиторов по личным обязательствам самого должника, так и требования по общим обязательствам супругов. Погашение этих требований за счет конкурсной массы осуществляется в следующем порядке. Сначала погашаются требования всех кредиторов, в том числе кредиторов по текущим обязательствам, из стоимости личного имущества должника и стоимости общего имущества супругов, приходящейся на долю должника. Затем средства, приходящиеся на долю супруга должника, направляются на удовлетворение требований кредиторов по общим обязательствам (в непогашенной части), а оставшиеся средства, приходящиеся на долю супруга должника, передаются этому супругу (пункты 1 и 2 статьи 45 СК РФ).

В абзаце втором пункта 6 Постановления № 48 указано, что вопрос о признании обязательства общим разрешается арбитражным судом в деле о банкротстве по ходатайству кредитора при установлении его требования (пункт 2 статьи 213.8, пункт 4 статьи 213.19, пункт 4 статьи 213.24 Закона о банкротстве). Если кредитор, заявляя в деле о банкротстве требование, не ссылался на наличие общего обязательства супругов, вследствие чего арбитражный суд установил требование как личное, то впоследствии такой кредитор вправе обратиться с заявлением о признании его требования общим обязательством супругов; соответствующее заявление подлежит разрешению по правилам пункта 1 статьи 60 Закона о банкротстве с участием супруга должника.

Таким образом, кредитор, требование которого уже включено в реестр требований кредиторов должника-гражданина, не лишен права обратиться с заявлением о признании обязательства супругов общим, независимо от ранее выбранного способа защиты своего права.

В соответствии с пунктом 1 статьи 45 СК РФ по обязательствам одного из супругов взыскание может быть обращено лишь на имущество этого супруга. При недостаточности имущества кредитор вправе требовать выдела доли супруга-должника, которая причиталась бы супругу-должнику при разделе общего имущества супругов, для обращения на нее взыскания. Помимо общего совместного имущества супруги могут иметь и общие долги перед третьими лицами (пункт 2 статьи 45 СК РФ).

Общие обязательства (долги), как следует из содержания пункта 2 статьи 45 СК РФ - это те обязательства, которые возникли по инициативе супругов в интересах всей семьи, или обязательства одного из супругов, по которым все полученное им было использовано на нужды семьи.

Исходя из положений приведенных выше правовых норм, для распределения долга в соответствии с пунктом 3 статьи 39 СК РФ обязательство должно являться общим, то есть возникнуть по инициативе обоих супругов в интересах семьи, либо являться обязательством одного из супругов, по которому все полученное было использовано на нужды семьи.

Как разъяснено в пункте 5 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2016) (утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 13.04.2016), в случае заключения одним из супругов договора займа или совершения иной сделки, связанной с возникновением долга, такой долг может быть признан общим лишь при наличии обстоятельств, вытекающих из пункта 2 статьи 45 СК РФ, бремя доказывания которых лежит на стороне, претендующей на распределение долга. Таким образом, юридически значимым обстоятельством по настоящему обособленному спору является установление цели получения кредита (займа), а также траты этих средств на нужды семьи.

При этом исходя из специфики дел о банкротстве (конфликт между кредиторами и должником ввиду недостаточности средств, конкуренция кредиторов, высокая вероятность злоупотребления правом) в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.05.2014 № 1446/14 изложен подход о справедливом распределении судом бремени доказывания. 

Из определения Верховного Суда Российской Федерации от 26.02.2016 № 309-ЭС15-13978 также следует, что бремя доказывания тех или иных фактов должно возлагаться на ту сторону спора, которая имеет для этого объективные возможности и, исходя из особенностей рассматриваемых правоотношений, обязана представлять соответствующие доказательства в обоснование своих требований и возражений.

Обращаясь в арбитражный суд с настоящим заявлением, Цанг В.Н. в качестве обоснования своей позиции указал на то, что денежные средства в размере 65 000 000 руб., полученные ФИО3 по сделке, признанной впоследствии недействительной, были использованы им на нужды семьи, поскольку доказательствами использования данных денежных средств ФИО11 кредитор не обладает. Вероятность того, что денежные средства могли быть использованы на нужды семьи, сохраняется.

Учитывая изложенные выше правовые позиции, бремя доказывания того обстоятельства, что денежные средства были использованы ФИО3 в личных целях, не были направлены на нужды семьи перешло на ФИО3 и ФИО6 (супругу должника).

Вместе с тем, в нарушение статьи 65 АПК РФ каких-либо относимых и допустимых доказательств, опровергающих доводы кредитора об общем характере обязательства, ни должник, ни ФИО6 в материалы дела не представлено.

Доказательств того, что денежные средства действительно были использованы ФИО3 в личных целях, а также на поддержание здоровья, материалы дела также не содержат (не представлены выписки по счету, подтверждающие такое расходование денежных средств, чеки об оплате и иные доказательства).

Позиция апеллянта сводится лишь к ничем не подкрепленному отрицанию факта общего характера обязательства супругов ФИО11 перед кредитором.

Судом установлено, что супруги более 33 лет состоят в браке и проживают совместно, раздел совместно нажитого имущества до получения указанных денег не производили, материалами дела не доказано наличие между должником и его супругой каких-либо разногласий в части ведения совместного хозяйства. Кроме того, судебная коллегия учитывает осведомленность ответчика о полученных денежных средствах и презумпцию согласия другого супруга по распоряжению общим имуществом, в том числе, деньгами.

При таких обстоятельствах, учитывая, что ФИО11 не справились с бременем доказывания по настоящему обособленному спору, каких-либо доказательств, подтверждающих свою позицию, в суд не представили, у суда первой инстанции отсутствовали основания для отказа в удовлетворении требований Цанга В.Н.

Доводы апеллянта о том, что денежные средства в распоряжение ФИО6 не поступали безусловно не свидетельствует о том, что денежные средства не были использованы для удовлетворения потребностей семьи и, в том числе, ФИО6 (такие как оплата коммунальных платежей, приобретение продовольственных товаров, бытовых товаров и т.д.).

Доводы апеллянта основаны на неверном толковании норм права, не учитывают распределение бремени доказывания по спору о признании обязательств супругов общими, не подтверждены надлежащими доказательствами по делу, в связи с чем не могут служить основанием для отмены законного и обоснованного судебного акта.

Ссылка апеллянта на Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 19.12.2022 № 309-ЭС22-16470 по делу № А71-2503/2021, в котором изложена правовая позиция о недопустимости смешения требования о признании обязательств супругов общими и требования о взыскании с супруга должника в солидарном порядке по обязательству, отклоняется апелляционным судом за неотносимостью, поскольку данная позиция Верховного Суда РФ применима в случае обращения кредитора с заявлением о взыскании долга, признанного общим обязательством супругов, с супруги должника, тогда как в рамках настоящего обособленного спора рассматривается вопрос о наличии оснований для признания обязательств супругов общими, правовым последствием которого является возникновение у кредитора возможности обращения взыскания не только на имущество должника, но и на совместно нажитое имущество супругов.

Доводы апеллянта о злоупотреблении ФИО4 правом, выразившееся в противоречивом поведении, подлежат отклонению, поскольку, как верно указано судом первой инстанции, все заявления кредитора, сделанные в ходе того или иного спора, не являются фактически сообщенными обстоятельствами или предоставленными сведениями, а являются контраргументами на доводы, представленные супругами ФИО11 и направлены на проверку судом тех или иных обстоятельств, которые сообщают сами супруги ФИО11. При рассмотрении обособленного спора в деле о банкротстве Цанга В.Н. судом не было установлено, что ФИО6 не передавала деньги ФИО3 Более того, именно ФИО3 утверждал, что получал деньги от ФИО6 для их последующей передачи Цангу В.Н., а ФИО6, участвуя в деле в качестве третьего лица, данные утверждения не опровергала.

Фактически, позиция апеллянта направлена на недопущение признания судом обязательства перед ФИО12 общим обязательством супругов ФИО11 при условии отсутствия доказательств использования денежных средств ФИО3 в своих личных интересах. 

На основании выше изложенного, с учетом доводов апелляционной жалобы, апелляционный суд приходит к выводу о соответствии оспариваемого определения требованиям законодательства. Апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит. 

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно пункту 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

           Руководствуясь статьей 156, пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд  

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение от 16.01.2023 Арбитражного суда Кемеровской области по делу № А27-24780/2020 оставить без изменения, а апелляционную жалобу ФИО6 – без удовлетворения.   

 Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня вступления его в законную силу, путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Кемеровской области.      

 Настоящее постановление выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, в связи с чем направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет».  

 

Председательствующий                                                                            А.П. Иващенко

 

Судьи                                                                                                          А.Ю. Сбитнев

 

                                                                                                                     ФИО1