АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  КАМЧАТСКОГО КРАЯ

 

Именем Российской Федерации

 

РЕШЕНИЕ

Дело № А24-2787/2020

г. Петропавловск-Камчатский

20 января 2021 года

Резолютивная часть решения объявлена 13 января 2021 года.

Полный текст решения изготовлен 20 января 2021 года.

 

Арбитражный суд Камчатского края в составе судьи О.Н. Бляхер, при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании дело 

по иску

общества с ограниченной ответственностью "ГолдАртМаркет" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)

к 

ФИО2 

 

о взыскании 110 187 руб. убытков

 

при участии:                                не явились 

 

установил:

общество с ограниченной ответственностью «ГолдАртМаркет» (далее – истец, общество, адрес: 683003, 

<

...>) обратилось в Арбитражный суд Камчатского края с исковым заявлением (с учетом увеличения размера исковых требований – ходатайство истца  - т. 2 л.д. 13, принятого судом определением от 02.11.2020) о взыскании с бывшего директора общества ФИО2 10 187 руб. убытков, причиненных в результате присвоения/хищения ювелирных изделий согласно товарной накладной № 278 от 29.09.2017.

Требования заявлены со ссылкой на статьи 1, 10, 15, 53, 53.1, 401, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьи 32, 40, 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон об ООО).

Ответчиком был представлен отзыв на иск, согласно которому ФИО2 просит отказать обществу в удовлетворении требований, ссылаясь на наличие вступивших в законную силу судебных актов по аналогичным спорам, в которых судом уже была дана оценка действиям двух участников длительного корпоративного конфликта в обществе.

В ходе предварительного судебного заседания, которое состоялось 02.11.2020 с участием сторон, представитель общества представил дополнительные письменные пояснения по иску; ходатайство о возложении на ответчика бремени доказывания отсутствия в его действиях нарушения обязанности действовать добросовестно и разумно в интересах общества, а также представил возражения на доводы отзыва.

Рассмотрение дела было назначено на 30.11.2020, которое было отложено судом на 13.01.2021 по ходатайству представителя общества, мотивированное необходимостью представления дополнительных доказательств по существу спора, однако в заседание 13.01.2021 стороны не явились, дополнительных доказательств не представили.

Представителем общества 11.01.2021 подано шесть ходатайств, а именно: об истребовании доказательств (материалов проверки) в ОМВД России по ЗАТО г.Вилючинск по обращению общества от 27.01.2020 года (согласно копии талона-уведомления), о вызове свидетелей ФИО3, ФИО4, ФИО5, об отложении рассмотрения дела либо об объявлении перерыва по различным основаниям: в связи с нахождением представителя ФИО6 в командировке в судебных инстанциях по другим делам (маршрутные квитанции не приложены), в связи с необходимостью представления дополнительных доказательств из правоохранительных органов по обращению общества, а также в связи с подачей обществом иска о признании ничтожной сделкой соглашения об урегулировании корпоративного спора согласно действующему праву и обычаям делового оборота от 17.03.2019 (дело № А24-6118/2020, иск оставлен без движения до 27.01.2021).

Рассмотрев заявленные ходатайства, руководствуясь частью 5 статьи 159 АПК РФ, учитывая длительный период времени рассмотрения дела (иск подан в июне 2020 года), и время, которое суд уже предоставлял истцу для представления дополнительных доказательств, а также принимая во внимание ряд аналогичных рассмотренных судом исков (по аналогичным основаниям, но по иным товарным накладным), поданных обществом в лице единственного участника ФИО3 о взыскании с ФИО2 убытков (№ А24-731/2020, № А24-733/2020), а также по делу № А24-2292/2017, в котором в качестве доказательства судом была оценена товарная накладная № 278 от 29.09.2017, о фальсификации которой было заявлено обществом в лице ФИО3, суд не усматривает оснований для их удовлетворения и считает, что подача таких ходатайств явно направлена на затягивание рассмотрения спора. Кроме этого, доводы о выезде представителя за пределы региона документально не подтверждены. При этом, являясь юридическим лицом, истец имел возможность обеспечить участие в судебном заседании другого представителя, в том числе законного в лице руководителя общества. Более того, в силу статьи 68 АПК РФ обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами, поэтому утверждая о факте присвоения/хищения ФИО2 ювелирных изделий и обратившись в январе 2020 года с соответствующим заявлением в правоохранительные органы о привлечении ФИО2 к уголовной ответственности, истец осознает, что данный факт может быть установлен лишь приговором суда.

Таким образом, суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие сторон согласно статье 156 АПК РФ по имеющимся в деле доказательствам и с учетом обстоятельств, установленных вступившими в законную силу судебными актами, имеющимися в общем доступе, относительно взаимоотношений между двумя участниками ООО «ГолдАртМаркет» ФИО2 и ФИО3, находящимися в длительном корпоративном конфликте.

Судом установлено, что общество зарегистрировано 16.12.2011 за основным государственным регистрационным номером 

<

***>. На дату регистрации общества и до июня 2019 года участниками общества являлись ФИО2 с долей 50 % уставного капитала и ФИО3 с долей 50 % уставного капитала. 

Согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ) с 14.06.2019 ФИО2 утратил статус участника общества по собственной инициативе путем подачи соответствующего заявления, о чем в ЕГРЮЛ 19.07.2019 внесена соответствующая запись № 2194101099663.

С момента создания общества и до 16.11.2016 единоличным исполнительным органом общества являлся ФИО2 на основании приказа от 16.12.2011 № 1 о назначении на должность генерального директора на 5 лет.

Для осуществления деятельности обществом арендовано помещение по адресу 

<

...> (договор аренды от 10.01.2012 № 1-М15).

Вступившим в законную силу решением суда от 05.06.2017 по делу № А24-575/2017 установлено, что решением внеочередного собрания участников общества, оформленного протоколом от 17.11.2016, генеральным директором общества избран ФИО3 сроком на 5 лет. 02.12.2016 на основании представленных ФИО3 для государственной регистрации документов Инспекцией внесена запись в ЕГРЮЛ № 2164101232810 в отношении ФИО3 как о генеральном директоре общества. Суд признал незаконными действия налогового органа по внесению в ЕГРЮЛ указанной записи и обязал ее аннулировать, поскольку положенное в основу совершенной записи решение собрания принято в отсутствие необходимого кворума, следовательно, является ничтожным.

25.03.2019 в ЕГРЮЛ внесена запись № 2194101058468 о том, что лицом, имеющим право действовать без доверенности от имени юридического лица, является ФИО3

Как указывает истец, ответчик причинил обществу убытки путем хищения/присвоения ювелирных изделий, приобретенных обществом в сентябре 2017 года у общества с ограниченной ответственностью «Ювелирная компания АРС-Дизайн» по товарной накладной № 278 от 29.09.2017 на сумму 110 187 руб. Приобретенные ювелирные изделия были доставлены ФИО2 в г. Петропавловск-Камчатский и подлежали реализации в качестве имущества общества после 17.11.2017 (дата постановки общества на специальный учёт), однако ответчик приобретенную обществом ювелирную продукцию не реализовал и, как полагает истец, похитил/присвоил. На дату подачи иска денежные средства истцу за ювелирную продукцию не перечислены, ювелирные изделия, поименованные в товарной накладной, не возвращены. Поскольку финансовая отчетность в отношении приобретенных ювелирных изделий отсутствует, истец полагает, что ФИО2 совершил хищение имущества общества, чем причинил истцу убытки, что и послужило основанием для обращения в суд с настоящим иском. 

В соответствии с пунктом 3 статьи 53 ГК РФ лицо, которое в силу закона или учредительных документов юридического лица выступает от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно.

Положениями статьи 15 ГК РФ закреплено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Применение такой меры гражданско-правовой ответственности как возмещение убытков возможно при доказанности совокупности нескольких условий: противоправности действий причинителя убытков, причинной связи между противоправными действиями и возникшими убытками, наличия и размера понесенных убытков. При этом для удовлетворения требований о взыскании убытков необходима доказанность всей совокупности указанных фактов. Недоказанность одного из необходимых оснований возмещения убытков исключает возможность удовлетворения исковых требований.

Как разъяснено в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 25), по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ). Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. 

В пункте 1 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" (далее - Постановление № 62)  разъяснено, что по иску о привлечении лица, входящего в состав органов юридического лица, к ответственности истец в силу пунктов 5, 6 статьи 10 ГК РФ должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) привлекаемого лица, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица, а также наличие у юридического лица убытков.

В силу пункта 3 статьи 10 ГК РФ разумность и добросовестность участников гражданских правоотношений презюмируются. Следовательно, обязанность по доказыванию недобросовестности и неразумности действий единоличного исполнительного органа общества, повлекших за собой причинение убытков, возлагается на истца.

Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства. 

В случае отказа директора от дачи пояснений или их явной неполноты, если суд сочтет такое поведение директора недобросовестным (статья 1 ГК РФ), бремя доказывания отсутствия нарушения обязанности действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно может быть возложено судом на директора (абзацы 4 и 5 пункта 1 Постановления № 62).

В абзаце 4 пункта 3 Постановления № 62 указано, что арбитражным судам следует давать оценку тому, насколько совершение того или иного действия входило или должно было, учитывая обычные условия делового оборота, входить в круг обязанностей директора, в том числе с учетом масштабов деятельности юридического лица, характера соответствующего действия и т.п.

Негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий связана с риском предпринимательской и (или) иной экономической деятельности. Директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска.

Таким образом, обстоятельствами, подлежащими доказыванию, являются: факт причинения убытков; недобросовестное/неразумное поведение генерального директора общества при исполнении своих обязанностей, выходящее за пределы предпринимательского риска; причинно-следственная связь между ненадлежащим исполнением обязанности и причиненными убытками; размер убытков.

Добросовестность и разумность при исполнении возложенных на исполнительный орган обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством (пункт 4 постановления № 62).

Недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица (пункт 2 Постановления № 62).

Проанализировав представленные истцом доказательства, суд приходит к выводу о недоказанности совокупности обстоятельств, положенных в основание исковых требований, с которыми общество связывает возникновение у него убытков, а именно: хищение/присвоение ФИО2 ювелирных изделий.

Как уже было указано выше, в силу статьи 68 АПК РФ указанное обстоятельство может быть признано доказанным по результатам рассмотрения уголовного дела, однако на момент рассмотрения дела приговор в отношении ФИО2 отсутствует. 

В материалы дела истцом представлена копия отзыва ответчика, который представлялся ФИО2 в рамках дела № А24-2292/2017, где ответчик со ссылкой, в том числе, на товарную накладную от 29.09.2017 № 278, указывает, что приобрел для общества ювелирные изделия на общую сумму более 600 000 руб.

Изучив содержание решения Арбитражного суда Камчатского края от 01.02.2018 по делу № А24-2292/2017, к которому относится вышеуказанный отзыв, суд установил, что в данном деле общество в лице участника ФИО3 предъявило ФИО2 требование о возмещении убытков, причиненных ответчиком в результате получения со счета предприятия денежных средств с назначением «на хозяйственные нужды». В рамках дела № А24-2292/2017 ФИО2 в ходе пояснений указывал, что полученные со счета общества денежные средства потрачены им на закуп в сентябре 2017 года ювелирных изделий в целях последующей реализации от имени корпорации, в подтверждение чего предоставил финансовые документы, включая товарную накладную от 29.09.2017 № 278. В свою очередь, общество в лице участника ФИО3, который на сегодняшний день является его единственным участником, настаивало на фальсификации представленных ФИО2 доказательств, в том числе товарной накладной от 29.09.2017 № 278, утверждая, что общество не имело отношений с указанным в накладной поставщиком. Суд на основе исследования и оценки представленных доказательств пришел к выводу, что на полученные со счета общества денежные средства ФИО2 приобрел для общества ювелирные изделия, в том числе по вышеуказанной товарной накладной.

Указанное решение по делу № А24-2292/2017 общество обжаловало в порядке апелляционного производства, а затем, еще до того, как апелляционный суд приступил к его пересмотру, отказалось от исковых требований в полном объеме без аргументации заявленного отказа (при том, что ответчиком его требования о возмещении убытков не были удовлетворены), что повлекло отмену решения с прекращением производства по делу. Однако содержание отмененного судебного акта согласуется с доводами ответчика о том, что по спорной товарной накладной ответчик приобрел для общества ювелирные изделия.

Вместе с тем, оценивая доводы истца о присвоении ответчиком приобретенных для корпорации ювелирных изделий, суд приходит к выводу, что истцом в нарушение статьи 65 АПК РФ не представлены отвечающие принципам относимости и допустимости доказательства, достоверно свидетельствующие и фиксирующие факт присвоения ответчиком приобретенных для общества ювелирных изделий и их использование в личных целях. 

Более того, с ноября 2016 года именно вторым участником ФИО3 была инициирована процедура незаконного отстранения ФИО2 от должности генерального директора, и с указанного периода именно ФИО3 считал себя генеральным директором общества до момента признания ничтожным  протокола от 17.11.2016 года в рамках дела № А24-575/2017.

Ссылка сторон на наличие двух соглашений, заключенных ФИО2 и ФИО3 17.03.2019 и 15.06.2019, в целях урегулирования корпоративного конфликта правового значения для рассмотрения настоящего спора не имеет, поскольку данные соглашения фактически сторонами не исполняются и урегулировать корпоративный конфликт участникам так и не удалось. 

Кроме того, соглашение от 15.06.2019 признано ничтожной сделкой согласно решению суда в рамках дела № А24-2789/2020 по иску общества и участника ФИО3, а соглашение от 17.03.2019 также оспаривается обществом в рамках дела № А24-6118/2020. 

Суд при этом отмечает, что из текста соглашений следует, что на хранении и у ФИО3, и у ФИО2 имеются ювелирные изделия и, пытаясь урегулировать конфликт, стороны определяли размер своих обязательств друг перед другом, в том числе, исходя из стоимости находящихся у каждого из них на хранении ювелирных изделий. Однако на сегодняшний день эти договоренности не исполняются.

При этом признание ФИО2 конфликта интересов между собственной деятельностью в качестве индивидуального предпринимателя и деятельностью общества, а также факта осуществления в 2016-2019 годах такой деятельности на базе активов общества, конкурентного характера указанной деятельности, и, как следствие, недобросовестности своих действий в должности генерального директора общества, что следует из текста этих соглашений, а также зафиксировано в мировом соглашении, утвержденном судом в рамках дела № А24-1636/2017, не подтверждает положенные в обоснование иска обстоятельства, поскольку в основу настоящего иска положены иные фактические обстоятельства, а именно: причинение обществу убытков вследствие присвоения/хищения ювелирных изделий. Ответчик такие факты никогда не признавал, о чем также  указал в отзыве на иск.

Таким образом, надлежащих доказательств присвоения/хищения ответчиком ювелирных изделий, истец суду не представил.

В данном случае суд не нашел оснований для возложения в соответствии с абзацем 5 пункта 1 Постановления № 62 бремени доказывания отсутствия нарушения обязанности действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно на ФИО2 ввиду того, что согласно указанным разъяснениям при предъявлении к руководителю организации требования о возмещении убытков бремя доказывания наличия убытков и нарушения руководителем обязанности действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно возлагается на истца. На директора указанное бремя может быть переложено судом только в случаях отказа директора от дачи пояснений или их явной неполноты, если суд сочтет такое поведение директора недобросовестным. Вместе с тем, ответчик изложил свои возражения на иск, сослался на вступившие в законную силу судебные акты со схожими обстоятельствами, что не свидетельствует о его недобросовестности.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу, что факт причинения обществу убытков по вине ответчика истцом не доказан, как и не доказана противоправность его поведения.

Доводы истца об отсутствии одобрения общего собрания на совершение действий, положенных в обоснование иска, в порядке, предусмотренном Законом об ООО, суд отклоняет, поскольку совершение ответчиком оспариваемых действий по хищению/присвоению ювелирных изделий документально не подтверждено, а действиям ФИО2 по факту закупа ювелирной продукции по товарной накладной № 278 от 29.09.2017 уже дана оценка судом в рамках дела № А24-2292/2017. Также суд не принимает во внимание как не имеющие отношения к предмету спора доводы истца о доведения общества до состояния банкротства неправомерными действиями ответчика, поскольку требование о взыскании убытков заявлено по иным фактическим основаниям.

Оценив обстоятельства рассматриваемого спора, поведение сторон в рамках затянувшегося с 2016 года корпоративного конфликта, проанализировав судебные акты по имевшим место в производстве суда многочисленным делам, инициированным обществом в лице ФИО3 в отношении ФИО2 с целью взыскания с последнего убытков по различным основаниям, суд приходит к выводу о том, что вопреки статье 65 АПК РФ наличие состава для применения к ответчику гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков истцом не доказано, поскольку в материалах дела не нашел своего подтверждения тот факт, что ответчик в спорный период похитил/присвоил ювелирные изделия.

Государственная пошлина по иску в размере 4 306 руб. относится на истца и подлежит взысканию с него в доход федерального бюджета за вычетом частично уплаченной пошлины в сумме 2 000 руб., поскольку в остальной части обществу предоставлялась отсрочка по ее уплате. 

Руководствуясь статьями 167–170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд 

 

решил:

в иске отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью "ГолдАртМаркет" в доход федерального бюджета 2 306 руб. государственной пошлины.

Решение может быть обжаловано в Пятый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Камчатского края в срок, не превышающий одного месяца со дня принятия решения, а также в Арбитражный суд Дальневосточного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления решения в законную силу.

 

Судья                                                                                       О.Н. Бляхер