ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

443070, 

<

...>, тел. 

<

***> 

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

апелляционной инстанции по проверке законности и 

обоснованности определения

Дело № А49-82/2024

г. Самара

01 ноября 2025 года

11АП-9549/2025  

Резолютивная часть постановления объявлена 28 октября 2025 года Постановление в полном объеме изготовлено 01 ноября 2025 года  

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:  

Председательствующего судьи Александрова А.И., судей Поповой Г.О., Серовой Е.А., при ведении протокола секретарем судебного заседания Горянец Д.Д., с участием: 

от ФИО1 – лично (паспорт); 

иные лица не явились, извещены, 

рассмотрев в открытом судебном заседании в зале № 2, апелляционную жалобу  

ФИО2 на определение Арбитражного суда Пензенской области  

от 07 июля 2025 года о признании недействительной сделки и применении последствий ее  

недействительности по делу № А49-82/2024 о несостоятельности (банкротстве) ФИО2  

Богдана Григорьевича, ИНН 

<

***>, 

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Пензенской области от 15 января 2024 года заявление гражданина ФИО2 принято к производству Арбитражного суда Пензенской области, возбуждено дело о банкротстве.  

Решением Арбитражного суда Пензенской области от 08 апреля 2024 года гражданин ФИО2 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина.  

Определением Арбитражного суда Пензенской области от 31 мая 2024 года финансовым управляющим гражданина ФИО2 утверждена ФИО3, член ААУ «ЦФОП АПК».  

30.09.2024 от финансового управляющего ФИО3 поступило заявление о признании сделки недействительной и применении последствий ее недействительности - договора купли-продажи гаража и земельного участка от 28.03.2023, заключенного между должником и ФИО4, по которому отчуждено нежилое помещение с кадастровым номером 58:29:4004011:1528, расположенное по адресу: 

<

...> Б., ГСК «Автолюбитель», гараж 70, а также земельный участок с кадастровым номером 58:29:4004011:2244, расположенный по адресу: местоположение установлено относительно ориентира, расположенного в границах участка, почтовый адрес ориентира: РФ, 

<

...> з/у № 18Б/70; и применении последствий недействительности сделки в виде возвращения указанного имущества в конкурсную массу. Требования заявлены на основании п.1 ст. 61.2 Закона о банкротстве.  

Определением Арбитражного суда Пензенской области от 07.07.2025 заявление финансового управляющего о признании сделки недействительной удовлетворено, расходы по экспертизе отнесены на кредитора ФИО5. Суд признал недействительным договор купли-продажи гаража и земельного участка от 28.03.2023, заключенный между должником - ФИО2 и ФИО4, по которому отчуждено нежилое помещение с кадастровым номером 58:29:4004011:1528, расположенное по адресу: 

<

...> Б., ГСК «Автолюбитель», гараж 70, а также земельный участок с кадастровым номером 58:29:4004011:2244, расположенный по адресу: местоположение установлено относительно ориентира, расположенного в границах участка, почтовый адрес ориентира: РФ, 

<

...> з/у № 18Б/70.  

Применены последствия недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу должника нежилого помещения с кадастровым номером 58:29:4004011:1528, расположенного по адресу: 

<

...> Б., ГСК «Автолюбитель», гараж 70, земельного участка с кадастровым номером 58:29:4004011:2244, расположенного по адресу: местоположение установлено относительно ориентира, расположенного в границах участка, почтовый адрес ориентира: РФ, 

<

...> з/у № 18Б/70. Взыскана с ФИО4 в доход федерального бюджета госпошлина в сумме 36 250 руб.  

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО2 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда отменить, принять новый судебный акт.  

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 20 августа 2025 г. апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание назначено на 16 сентября 2025 г.  

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 16 сентября 2025 года апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание назначено на 28 октября 2025 г. на 14 час 10 мин.  

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным ст. 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).  

В судебном заседании 28 октября 2025 г. ФИО5 возражала против удовлетворения апелляционной жалобы, просила обжалуемый судебный акт оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.  

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей не обеспечили, в связи с чем жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.  

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 АПК РФ правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены обжалуемого судебного акта.  

Из материалов настоящего обособленного спора следует, что 28.03.2023 г. между ФИО2 (продавец) и ФИО4 (покупатель) заключен договор купли-продажи, по условиям которого продавец продал, а покупатель купил – принял в собственность следующие объекты  

недвижимости: нежилое помещение (гараж) с кадастровым номером 58:29:4004011:1528, расположенное по адресу: 

<

...> Б., ГСК «Автолюбитель», гараж 70, а также земельный участок из земель населенных пунктов под объекты гаражного назначения, с кадастровым номером 58:29:4004011:2244, расположенный по адресу: местоположение установлено относительно ориентира, расположенного в границах участка, почтовый адрес ориентира: РФ, 

<

...> з/у № 18Б/70.  

Согласно пункту 3 договора стоимость объектов недвижимости составляет в общей сумме 450 000 руб. (150 000 руб. - стоимость земельного участка, 300 000 руб. – стоимость гаража).  

Государственная регистрация перехода права собственности произведена 31.03.2023.  

Финансовый управляющий должника в своём заявлении в обоснование заявленных требований указывает на неравноценность договора купли-продажи от 28.03.2023, в связи с чем, просит признать его недействительным по специальным основаниям со ссылкой на положения п. 1 ст. 61.2 Федерального закона от 26.10.02 г. № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве).  

В своей апелляционной жалобе ФИО2 указывает на своё несогласие с выводом суда первой инстанции о возможной фактической аффилированности должника и ответчика. Также заявитель апелляционной жалобы указывает на то, что у ФИО4 имелась финансовая возможность для передачи денежных средств в размере 300 000 руб. по договору займа от 01 мая 2020 г. ФИО2, с ссылкой на доказательства представленные в материалы данного обособленного спора выписки по счетам открытым на имя ФИО4, а также в связи с реализацией ФИО4 квартиры на сумму 6 200 000 руб. в июле 2018 г. Кроме того, должник в своей апелляционной жалобе указывает на то, что 300 000 руб. полученные по договору займа от ФИО4 были израсходованы на выдачу заработной платы работникам.  

Суд апелляционной инстанции, с учётом совокупности установленных по делу обстоятельств приходит к выводу об отклонении доводов апелляционной жалобы в связи с их противоречием имеющимся в деле доказательствам и соглашается с выводом суда первой инстанции о наличии оснований для признания оспариваемой сделки недействительной и применении последствий её недействительности, исходя из следующего.  

Пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве установлено, что сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.  

Исходя из разъяснений, содержащихся в пункте 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63), пункт 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки.  

Так как заявление о признании должника банкротом принято арбитражным судом к производству 15.01.2024, а сделка совершена 28.03.2023, обстоятельства её оспаривания относятся к годичному периоду подозрительности, установленному п.1 ст. 61.2 Закона о банкротстве.  

Принимая во внимание результаты отраженные в заключении судебного эксперта ООО Центр бизнес планирования № 07/25/2024 СЗ от 21.04.2025, согласно которому рыночная стоимость нежилого помещения с кадастровым номером 58:29:4004011:1528 (гаража) составляет 423 750 руб., земельного участка с кадастровым номером 58:29:4004011:2244 – 141 250 руб., общая стоимость имущества – 565 000 руб. суд первой инстанции пришёл к верному выводу о том, что в рассматриваемом случае отсутствует необходимая совокупность условий для признания оспариваемой сделки недействительной по основаниям, предусмотренным п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве.  

В рассматриваемом случае рыночная стоимость имущества существенно не отличается от стоимости, по которой был реализован спорный объект – 450 000 руб. разница в цене составляет 20%, что является не существенной разницей.  

Из разъяснений, изложенных в п. 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63), следует, что пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).  

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.  

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.  

Согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:  

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;  

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (пункт 6 Постановления № 63).  

Согласно разъяснениям пункта 7 Постановления № 63 в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 Закона о банкротстве) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки. При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла,  

действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.  

Согласно пункту 4 Постановления № 63 наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.  

В соответствии со статьей 168 ГК РФ, сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.  

Не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом) (пункт 1 статьи 10 ГК РФ).  

Из разъяснений, содержащихся в пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», следует, что, исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка.  

Так, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается только в том случае, если сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.  

Как следует из пункта 3 статьи 19 Закона о банкротстве, заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга.  

Исходя из правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056, при представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обязательства, в частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.  

При аффилированности сторон сделки к ним должен быть применен более строгий стандарт доказывания, чем к обычному участнику в деле о банкротстве. Заинтересованное с должником лицо обязано исключить любые разумные сомнения в реальности оспариваемой сделки, поскольку общность экономических интересов повышает вероятность представления ответчиками внешне безупречных доказательств исполнения по существу фиктивной сделки с противоправной целью причинения вреда имущественным правам кредиторов путем уменьшения имущества должника, что не отвечает стандартам добросовестного осуществления прав.  

Как следует из материалов данного обособленного спора ФИО2 и ФИО4 с 2009 года являлись участниками/учредителями (50% доли у каждого) ООО «Строительная компания ББИК» (ОГРН 

<

***>), основной вид деятельности – строительные и отделочные работы. ФИО4 являлся руководителем Общества (выписка из ЕГРН по состоянию на 19.03.2025). Впоследствии ИП ФИО2 также выполнял ремонтно-строительные, отделочные работы, в том числе, на объекте кредитора  

ФИО1, включенной в реестр должника (договор подряда на выполнение строительных работ от 01.06.2022, дополнительное соглашение к нему № 1 от 21.03.2023). Из представленной в материалы дела выписке по движению денежных средств по счету ФИО2, исследованной в рамках проведенной прокуратурой проверки законности/незаконности отказа в возбуждении уголовного дела в отношении должника, усматривается поступление/выдача денежных средств должником ФИО4 наряду с другими физическими лицами в процессе осуществления хозяйственной деятельности.  

Данные обстоятельства надлежащим образом не были опровергнуты должником и ответчиком при рассмотрении настоящего обособленного спора в судах первой и апелляционной инстанциях.  

Следовательно, как верно указал суд первой инстанции в обжалуемом судебном акте, вышеуказанные обстоятельства свидетельствуют о возможной фактической аффилированности должника и ответчика, в связи с чем, с учетом доводов кредитора о безвозмездности сделки, к обстоятельствам исполнения договора купли-продажи (его оплаты) должен быть применен повышенный стандарт доказывания.  

Кроме того, суд апелляционной инстанции отмечает, что представление должником вместе с апелляционной жалобой выписок по счетам ФИО4. открытым в кредитных учреждениях (ББР Банк (АО), ПАО Сбербанк), которые относятся к документам содержащим банковскую тайну, является ещё одним достоверным подтверждением наличия между ФИО6 и ФИО4 признаков заинтересованности.  

В качестве доказательств оплаты по договору купли-продажи от 28.03.2023, его возмездности, ответчик и должник, при рассмотрении данного обособленного спора в суде первой инстанции, представили копию договора займа от 01 мая 2020 г., по условиям которого ФИО4 (займодавец) передает в собственность ФИО2 денежные средства в размере 300 000 руб., а заемщик обязуется возвратить сумму займа и уплатить проценты за пользование займом в срок до 01 мая 2022 г.  

За пользование займом заемщик выплачивает займодавцу проценты из расчета 20% годовых.  

Общая сумма займа на 1 мая 2022 г. составляет 420 000 руб. – сумма основного долга – 300 000 руб. и 120 000 руб. – проценты.  

28 марта 2023 г. стороны пришли к соглашению расторгнуть договор займа от 01.05.2020 на следующих условиях: заемщик обязуется передать в собственность займодавца принадлежащее ему на праве собственности следующее имущество: нежилое помещение (гараж) с кадастровым номером 58:29:4004011:1528, расположенное по адресу: 

<

...> Б., ГСК «Автолюбитель», гараж 70, земельный участок с кадастровым номером 58:29:4004011:2244, разрешенное использование по объекты гаражного назначения, расположенный по адресу: местоположение установлено относительно ориентира, расположенного в границах участка, почтовый адрес ориентира: РФ, 

<

...> з/у № 18Б/70.  

Стороны установили, что после подписания настоящего дополнительного соглашения обязательства сторон по договору займа денежных средств от 01.05.2020 считаются исполненными.  

Таким образом, оспариваемая финансовым управляющим и кредитором сделка – договор купли-продажи вышеуказанных объектов недвижимости является соглашением о взаимозачете, вытекающем из обязательств по договору займа.  

При рассмотрении настоящего обособленного спора в суде первой инстанции конкурсным кредитором были приведены доводы о ничтожности (мнимости) договора займа в соответствии с п.1 ст. 170 ГК РФ.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 807 ГК РФ по договору займа одна сторона (займодавец) передает или обязуется передать в собственность другой стороне (заемщику) деньги, вещи, определенные родовыми признаками, или ценные бумаги, а заемщик  

обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество полученных им вещей того же рода и качества либо таких же ценных бумаг.  

Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 ГК РФ сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (мнимая сделка), ничтожна. Данная норма направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота.  

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достичь заявленные результаты. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для получения незаконных преимуществ, в том числе в виде возникновения залоговых прав в отношении имущества должника, находящегося в предбанкротном состоянии.  

Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.  

Совершая мнимые сделки, их стороны, будучи заинтересованными в сокрытии от третьих лиц истинных мотивов своего поведения, как правило, верно оформляют все деловые бумаги, но создавать реальные правовые последствия, соответствующие тем, что указаны в составленных ими документах, не стремятся.  

Факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств.  

При наличии обоснованных возражений об отсутствии реальной задолженности, на кредитора возлагается бремя опровержения этих утверждений и он обязан раскрыть экономические цели заключения договоров, положенных в основание заявленного требования, а также представить надлежащие доказательства существования задолженности.  

Поэтому при наличии в рамках дела о банкротстве возражений о мнимости договора суд не должен ограничиваться проверкой соответствия документов, представленных кредитором, формальным требованиям, установленным законом. Суду необходимо принимать во внимание и иные свидетельства, следуя принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия фактических отношений по сделке.  

Согласно правовой позиции высшей судебной инстанции, приведенной в абзацах третьем и четвертом пункта 27 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.12.2024 № 40 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие Федерального закона от 29 мая 2024 года № 107-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и статью 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации», при рассмотрении обособленного спора суд с учетом поступивших возражений проверяет требование кредитора на предмет мнимости или предоставления компенсационного финансирования.  

Под реальной финансовой возможностью понимается наличие у ответчика, соответствующих денежных средств, правовая природа возникновения которых неоспорима с учетом реально объективных источников дохода, позволяющих производить оборот финансов в таком размере без ущерба для этого лица.  

Однако наличный расчет является способом, не позволяющим проверить реальность исполнения, поскольку минует банковскую систему и формы безналичных расчетов.  

Механизм повышенного стандарта доказывания фактических обстоятельств финансовых расчетов в наличной форме, применяемый в делах о банкротстве, в силу его универсальности распространяется, в том числе на споры о недействительности сделок должника.  

Согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.10.2011 № 6616/11 при наличии сомнений в действительности договора займа суд не лишен права потребовать и от должника представления документов, свидетельствующих о его операциях с этими денежными средствами (первичные бухгалтерские документы или банковские выписки с расчетного счета индивидуального предпринимателя), в том числе об их расходовании.  

Учитывая данные разъяснения, судом первой инстанции было предложено ответчику представить доказательства финансовой возможности выдачи займа и соответственно приобретения у должника объектов недвижимости по договору купли-продажи от 28.03.2023.  

В подтверждение наличия финансовой возможности ФИО4 в материалы дела представлен договор купли-продажи (реализации) квартиры от 02.07.2018 на сумму 6 200 000 руб., акт приема-передачи квартиры.  

Исходя из того, что факт нахождения в распоряжении ФИО4 в июле 2018г. денежных средств, полученных от реализации квартиры, без представления иных доказательств размещения их в кредитных учреждениях, не свидетельствует безусловно о том, что к моменту выдачи займа (01.05.2020) у ответчика имелись в наличии денежные средства от продажи указанной квартиры, суд первой инстанции обосновано не принял данные доказательства во внимание при оценке наличия финансовой возможности для выдачи займа.  

Для установления факта наличия финансовой возможности передачи в заем денежных средств необходимо установить факт одномоментного снятия наличных в сумме 300 000 руб., или частями с разных счетов в преддверии дня выдачи суммы займа (либо в коротком промежутке), их накопление (аккумулирование), а соответственно, наличие суммы займа на момент составления договора займа.  

Представленные должником вместе с апелляционной жалобой выписки по счетам ФИО4 не свидетельствуют наличии и (или) снятии денежных средств в размере 300 000 руб. на момент заключения договора займа. Из выписки следует, что денежные средства снимались, так и вносились на счета ФИО4 в периоды времени никак не связанные с датой выдачи займа.  

Представленная должником в суде первой инстанции копия платежной ведомости от 01 мая 2020 г., в подтверждение распоряжения полученными денежными средствами, а также трудовые соглашения (договор) ремонтно-строительные работы), представленные только при рассмотрении настоящего обособленного спора в суде апелляционной инстанции, в которых отсутствует указания о стоимости выполняемых работ, не могут быть признаны относимыми и допустимыми доказательствами, свидетельствующими о расходовании денежных средств полученных по договору займа, при отсутствии доказательств финансовой возможности его выдать.  

Кроме того, следует отметить, что наличие указанных выше документов в отсутствие платежных документов, подтверждающих получение указанных денежных средств работниками ФИО2, отчетных сведений из налогового органа, не подтверждает того факта, что заёмные денежные средства были израсходованы должником именно на указанные цели.  

Иных доказательств в подтверждение выдачи займа и расходования полученных денежных средств в материалы настоящего обособленного спора, при рассмотрении в судах первой и апелляционной инстанций, представлено не было.  

Учитывая изложенное, исследовав представленные ответчиком и должником документы, суд приходит к выводу об отсутствии относимых и допустимых доказательств, свидетельствующих о возмездном характере оспариваемой сделки.  

Кроме того, следует отметить тот факт, что оригиналы договора займа, соглашения к нему, договора купли-продажи, в материалы дела были предоставлены только при рассмотрении в суде апелляционной инстанции, без представления доказательств  

невозможности из представления при рассмотрении обособленного спора в суде первой инстанции.  

Материалами дела также подтверждается, что на момент заключения оспариваемого договора 28.03.2023 должник отвечал признакам неплатежеспособности. У должника имелись неисполненные обязательства перед ПАО «Росбанк» по кредитным обязательствам по кредитным договорам в сумме 1 397 472,93 руб., ФИО8- ФИО7 - по договору подряда в сумме 3 075 425,47 руб. Требования указанных кредиторов включены в реестр требований кредиторов должника.  

Исходя из наличия доказательств заинтересованности между должником и ФИО4, отсутствия финансовой возможности, на дату заключения договора займа от 01 мая 2020 г., у ФИО4, недоказанности расходования денежных средств по займу, а также наличие у должника просроченных обязательств перед иными кредиторами, впоследствии включенными в реестр требвоаний кредиторов, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что в рассматриваемом случае должником, совместно с ФИО4 был совершён ряд действий направленных на вывод спорных объектов недвижимого имущества из собственности должника, с целью невозможности обращения на них взыскания.  

Суд первой инстанции обосновано были учтены доводы конкурсного кредитора ФИО8 о том, что в преддверии заключения договора купли-продажи, ФИО2 01 марта 2023 года прекратил строительные и ремонтные работы на объекте кредитора, расположенного по адресу: г. Пенза, 

<

...>, после получения 21 марта 2023 года претензии от кредитора о безвозмездном устранении подрядчиком недостатков работы, выполненной по договору подряда и выплате штрафа в размере 7 000 000 руб. После совершения сделки по отчуждению имущества, 24 мая 2023г., на основании определения Октябрьского районного суда г. Пензы по делу № 2-1398/2023 кредитору был выдан исполнительный лист; на имущество, принадлежащее ИП ФИО2, наложен арест в пределах суммы 3 820 452 руб. Решение суда должником не исполнено. 19 мая 2023 г. им было подано заявление о государственной регистрации прекращения физическим лицом деятельности в качестве индивидуального предпринимателя.  

В преддверии банкротства должник, осознавая наличие у него кредиторов (по требованиям как с наступившим, так и не наступившим сроком исполнения), может предпринимать действия, направленные либо на вывод имущества, либо на принятие фиктивных долговых обязательств перед доверенными лицами в целях их последующего включения в реестр. Обозначенные действия объективно причиняют вред настоящим кредиторам, снижая вероятность погашения их требований. В деле о банкротстве негативные последствия от такого поведения должника могут быть нивелированы посредством конкурсного оспаривания (статьи 61.2, 213.32, 189.40 Закона о банкротстве, статьи 10, 168, 170 ГК РФ), направленного на приведение конкурсной массы в состояние, в котором она находилась до совершения должником противоправных действий, позволяющее кредиторам получить то, на что они вправе справедливо рассчитывать при разделе имущества несостоятельного лица (определение Верховного Суда Российской Федерации от 17.12.2020 № 305-ЭС20-12206).  

Совершение сделки в условиях прекращения исполнения обязательств перед кредиторами и в отношении аффилированного лица, исходя из разъяснений пунктов 6, 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» образуют презумпции цели совершения сделки - причинение вреда кредиторам и осведомленности ответчика об этой цели.  

Поскольку ответчиком не представлены доказательства реальности передачи денежных средств должнику по спорному договору, опровергающие сомнения в мнимости перечисления денежных средств, учитывая отсутствие экономической  

обоснованности заключения спорного договора, следовательно, мнимость правоотношений являлся основанием для безосновательной передачи спорного имущества ФИО2, что фактически уменьшило конкурсную массу должника в период наличия задолженности перед кредиторами должника, тем самым причинив последним вред.  

Принимая во внимание, что реальность правоотношений, заявленных в качестве оснований для передачи должником в пользу ответчика спорного имущества, должным образом обоснована не была, наличие правовых условий для получения ответчиком спорного имущества не доказано, заинтересованными лицами была создана лишь видимость возмездности спорного договора купли-продажи гаража с земельным участком, суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции о наличии в данном конкретном случае всех условий для признания оспариваемой сделки недействительной – договора купли-продажи от 28.03.2023 в соответствии с положениями п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, п.1 ст. 170 ГК РФ.  

Принимая во внимание положения пункта 3 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации», в силу пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах. С учетом императивного положения закона о недопустимости злоупотребления правом возможность квалификации судом действий лица как злоупотребление правом не зависит от того, ссылалась ли другая сторона спора на злоупотребление правом противной стороной. Суд вправе по своей инициативе отказать в защите права злоупотребляющему лицу, что прямо следует и из содержания пункта 2 статьи 10 ГК РФ.  

Критерии оценки действий сторон на предмет добросовестности отражены в абзаце 3 пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», исходя из которых следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.  

С учётом установленных обстоятельств является верным вывод суда первой инстанции об инициировании должником мер, направленных на отчуждение ликвидного имущества, при наличии угрозы его отчуждения ввиду инициирования мер, направленных на взыскание задолженности в судебном порядке, в то время как эквивалентное встречное предоставление не последовало и имущество было реализовано ответчику безвозмездно.  

На основании п. 2 ст. 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.  

В соответствии с п. 1 ст. 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной, подлежит возврату в конкурсную массу.  

Из смысла указанных норм следует, что последствием недействительности сделки является возврат каждой из сторон в первоначальное положение, существовавшее до совершения сделки.  

Поскольку спорное недвижимое имущество (нежилое помещение с кадастровым номером 58:29:4004011:1528, расположенное по адресу: 

<

...> Б., ГСК «Автолюбитель», гараж 70, земельный участок с кадастровым номером 58:29:4004011:2244) зарегистрированы за ответчиком, объекты подлежат возврату в конкурсную массу должника.  

Оснований к восстановлению прав требования ФИО4 к должнику в размере 450 000 руб. не усматривается ввиду безвозмездного характера совершенной сделки.  

Несогласие заявителя с оценкой, установленных по делу обстоятельств не может являться основанием для отмены судебного акта.  

Обращаясь с апелляционной жалобой, заявителем не представлено в материалы дела надлежащих и бесспорных доказательств в обоснование своей позиции, доводы заявителя, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые были бы не проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта.  

Так как доводы апелляционной жалобы не опровергают выводов суда, нарушений норм материального и процессуального права, являющихся основанием к безусловной отмене судебного акта по статье 270 АПК РФ, не установлено, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что определение Арбитражного суда Пензенской области от 07 июля 2025 года по делу № А49-82/2024 является законным и обоснованным. Апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.  

Согласно подпункту 4 пункта 1 статьи 333.37 Налогового кодекса Российской Федерации граждане, в отношении которых введена процедура, применяемая в деле о несостоятельности (банкротстве), освобождаются от уплаты государственной пошлины по обособленным спорам, связанным с освобождением от обязательств перед кредиторами, формированием конкурсной массы и реестра требований кредиторов, в деле об их несостоятельности (банкротстве).  

Таким образом, уплаченная заявителем государственная пошлина за подачу апелляционной жалобы подлежит возврату.  

Руководствуясь статьями 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Пензенской области от 07 июля 2025 года по делу № А49-82/2024 оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.  

Возвратить ФИО2 из федерального бюджета государственную пошлину, уплаченную при подаче апелляционной жалобы, в размере 10 000 руб.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в месячный срок, через арбитражный суд первой инстанции.  

Председательствующий А.И. Александров 

Судьи Г.О. Попова  

Е.А. Серова