АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-8084/22 

Екатеринбург

16 октября 2023 г.

 

Дело № А76-20021/2020

Резолютивная часть постановления объявлена 10 октября 2023 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 16 октября 2023 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Шавейниковой О.Э.,

судей Пирской О.Н., Савицкой К.А.,

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Челябинской области от 14.04.2023 по делу № А76-20021/2020 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.08.2023 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и месте судебного разбирательства, в том числе публично, путем размещения данной информации на официальном сайте Арбитражного суда Уральского округа в сети Интернет.

В судебном заседании в суде округа принял участие представитель ФИО1 – ФИО2 (доверенность от 23.03.2022 № 74АА5828056 в порядке передоверия).

 

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 24.11.2020 общество с ограниченной ответственностью «АМД» (далее – общество «АМД», должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО3 (далее – конкурсный управляющий).

Общество с ограниченной ответственностью «Южный рынок-2» (далее – общество «Южный рынок-2») 29.12.2020 обратилось в Арбитражный суд Челябинской области с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности в сумме 720 576 руб. 46 коп., из которых 609 500 руб. – основной долг и 111 076 руб. 46 коп. – проценты за пользование денежными средствами (с учетом уточнений, принятых судом первой инстанции в порядке, предусмотренном статьей 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены общество с ограниченной ответственностью «Протон» и ФИО4.

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 14.04.2023, оставленным без изменения постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.08.2023, требования общества «Южный рынок-2»в сумме 720 576 руб. 46 коп. признаны обоснованными и подлежащими удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

Не согласившись с вынесенными судебными актами, ФИО1 обратился в Арбитражный суд Уральского округа с кассационной жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции от 14.04.2023 и постановление апелляционного суда от 01.08.2023 отменить и направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции, ссылаясь на нарушение судами норм права, несоответствие выводов судов обстоятельствам дела.

В кассационной жалобе заявитель указывает, что суды не дали надлежащей оценки его доводам об отсутствии для должника и кредитора экономической целесообразности заключения договоров займа, а также, что фактически спорные платежи возможно являлись оплатой за аренду помещений либо оплатой выкупной стоимости имущества должника. Податель жалобы отмечает, что должником не раскрыты источники, за счет которых предполагался возврат заемных денежных средств, не представлено обоснования необходимости получения займа при наличии у него достаточного количества собственных денежных средств в спорный период. 

Обществом «Южный рынок-2» представлен отзыв на кассационную жалобу, в котором он против доводов жалобы возражает, просит оставить обжалуемые судебные акты без изменения, а кассационную жалобу – без удовлетворения.

Законность обжалуемых судебных актов проверена судом округав порядке, предусмотренном статьями 274, 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов, изложенных в кассационной жалобе. 

Как установлено судами и следует из материалов дела, 01.09.2018 между обществом «Южный рынок-2» (займодавец) и обществом «АМД» (заемщик) заключен договор займа, в соответствии с условиями которого должнику предоставлены денежные средства в сумме 1 000 000 руб. на срок до 31.10.2020.

Факт перечисления должнику денежных средств подтверждается квитанциями к приходным кассовым ордерам от 28.11.2018 на сумму 35 000 руб., от 25.10.2018 – на сумму 70 000 руб., от 28.09.2018 – на сумму 70 000 руб., от 24.01.2019 – на сумму 70 000 руб., от 26.02.2019 – на сумму 70 000 руб., от 29.03.2019 – на сумму 73 000 руб., от 25.04.2019 – на сумму 71 500 руб., от 29.05.2019 – на сумму 51 500 руб., от 27.06.2019 – на сумму 98 500 руб.

Между сторонами впоследствии составлен акт сверки взаимных расчетов за период с января 2018 года по декабрь 2019 года, согласно которому задолженность должника перед кредитором по вышеуказанному договору займа составила 609 500 руб., проценты за пользование займом на 31.12.2019 составили 57 253 руб. 91 коп. Согласно акту сверки за период с января по ноябрь 2020 года задолженность по уплате процентов составила 144 915 руб. 31 коп. 

Ссылаясь на неисполнение должником обязательств по уплате задолженности по договору займа, общество «Южный рынок-2» обратилосьв арбитражный суд с рассматриваемым требованием.

Частично удовлетворяя заявленные требования, суды первой и апелляционной инстанций руководствовались следующим.

Установление требований кредиторов осуществляется арбитражным судом в соответствии с порядком, определенным в статьях 71 и 100 Закона о банкротстве, в зависимости от процедуры банкротства, введенной в отношении должника.

Действующее законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым заинтересованность (аффилированность) лица является самостоятельным основанием для отказа во включении в реестр требований кредиторов либо основанием для понижения очередности удовлетворения требований аффилированных (связанных) кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными. Вместе с тем из указанного правила имеется ряд исключений, которые проанализированы в Обзоре судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020 (далее – Обзор о субординации), обобщившем правовые подходы, позволяющие сделать вывод о наличии или отсутствии оснований для понижения очередности (субординации) требования аффилированного с должником лица.

В соответствии с пунктом 3.1 Обзора о субординации заинтересованное по отношению к должнику лицу, пытающееся вернуть подконтрольное общество, пребывающее в состоянии имущественного кризиса, к нормальной предпринимательской деятельности посредством предоставления данному обществу финансирования, в частности, с использованием конструкции договора займа, т.е. избравшее модель поведения, отличную от предписанной Законом о банкротстве, принимает на себя все связанные с этим риски, в том числе риск утраты компенсационного финансирования на случай объективного банкротства. Данные риски не могут перекладываться на других кредиторов.

В том же положении, что и контролирующее лицо, находится кредитор, не обладающий контролем над должником, аффилированный с последним, предоставивший компенсационное финансирование под влиянием контролирующего должника лица. При этом в ситуации, когда аффилированные должник и кредитор имеют одного конечного бенефициара, предполагается, что финансирование предоставлено по указанию контролирующего лица, пока не доказано иное (пункт 4 Обзора о субординации).

Поэтому в случае признания подобного финансирования компенсационным вопрос о распределении риска разрешается так же, как и в ситуации выдачи контролирующим лицом займа.

При этом контролирующее лицо, опровергая факт выдачи компенсационного финансирования, вправе доказать, что согласованные им условия (его действия) были обусловлены объективными особенностями соответствующего рынка товаров, работ, услуг (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

При рассмотрении обособленного спора суды установили, что учредителями должника являются ФИО5, ФИО4 с долей участия в уставном капитале 25 % каждый и общество с ограниченной ответственностью «Авто-Модуль» с долей участия 50 %, учредителями общества «Южный рынок-2» являются общества с ограниченной ответственностью «Гласс» (далее – общество «Гласс») и «Протон», полномочия директора общества «Южный рынок-2» исполняет ФИО6, имеющая в то же время статус участника общества «Авто-Модуль», директором которого выступает ФИО7, являющийся, в свою очередь, директороми учредителем (с долей участия 65 %) общества «Гласс», обладающего 65 % доли в уставном капитале общества «Южный рынок-2». 

Исходя из установленных обстоятельств, суды заключили, что общества «Южный рынок-2» и «АДМ» являются аффилированными по отношению друг к другу лицами (статья 19 Закона о банкротстве), что требует применения повышенного стандарта доказывания заявленного требования и раскрытия разумных экономических мотивов совершения данной сделки.

Оценивая доводы о фиктивности договора займа, проанализировав представленные в материалы дела доказательства в их взаимосвязи и совокупности, в том чисел налоговые декларации по налогу на прибыль за 2018 и 2019 годы, согласно которым прибыль кредитора составила 428 369 руб. и 7 814 380 руб. (соответственно), бухгалтерскую отчетность должника и кредитора, в которых отражены сведения о выдаче займа, выписку по счету бухгалтера должника, содержащую сведения о зачислении денежных средств от кредитора, впоследствии внесенных в кассу должника, установив, что спорные денежные средства были направлены на оплату текущих платежей, обеспечивающих его деятельность, в том числе на хозяйственные нужды, обязательные платежи, выплату заработной платы, оплату электроэнергии, что подтверждается кассой должника за 2016–2020 годы, авансовыми отчетами, договором подряда от 15.05.2017, актом приема-передачи выполненных работ от 31.10.2017, квитанциями к приходно-кассовым ордерам, сведениями о страхователе, расчетами по страховым взносам, книгами покупок и продаж за 2018–2019 годы, суды пришли к выводу о реальности правоотношений сторон по договорам займа, отметив, что использование должником для осуществления своей хозяйственной деятельности заемных денежных средств носило систематический характер и обусловлено наличием ограничений на счетах должника.

Отклоняя доводы ФИО1 об отсутствии целесообразности заключения договора займа ввиду нахождения в подотчете у главного бухгалтера должника денежных средств (на конец 2017 года в сумме более 500 000 руб. и на конец 2018 года – в сумме 890 000 руб.), суды отметили, что сам по себе факт нахождения денежных средств в подотчете у работника должника без указания их источника не свидетельствует о неразумности заключения договора займа. При этом судами учтено, что факт использования должником заемных денежных средств в собственных интереса подтвержден надлежащими доказательствами.

Принимая во внимание, что на стороне должника в рассматриваемый период прослеживается наличие финансового кризиса, в частности, согласно бухгалтерскому балансу за период с 2015 по 2018 год деятельность должника носила убыточный характер, учитывая ранее установленные в рамках дела о банкротстве обстоятельства прекращения производственной деятельности должника в связи с консервацией предприятия на основании приказа от 12.08.2008 № 15, установив, что на момент заключения договора займа у должника имелись неисполненные обязательства перед кредиторами, требования которых впоследствии включены в реестр требований кредиторов должника, констатировав недостаточность у должника средств для проведения расчетов с кредиторами, суды констатировали, что подтвержденные соответствующими документами обязательства сторон по договору займа совершены между заинтересованными лицами в ситуации имущественного кризиса должника.

Судами установлено, что заемные средства предоставлены в период имущественного кризиса (имелась кредиторская задолженность и фактически отсутствовала выручка в связи с прекращением производственной деятельности, по пояснениям третьего лица, использован вариант привлечения дополнительных денежных средств посредством заключения договоров займа, поскольку собрание участников не достигло согласия по увеличению уставного капитала должника, модель финансирования текущей деятельности носила инвестиционный характер, поэтому приходилось продлевать сроки действия договоров займа). Таким образом, должник регулярно использовал заемные средства в целях осуществления компенсационного финансирования.

При таких обстоятельствах, установив заинтересованность кредитора и должника, исходя из того, что кредитор должен был быть осведомлен о финансовом положении должника, учитывая длительное невостребование кредитором выданных должнику средств и заключив, что приведенные обстоятельства не могут быть объяснены иной причиной, чем осуществление компенсационного финансирования, которое представлено в условиях имущественного кризиса должника, суды первой и апелляционной инстанций  пришли к обоснованному выводу об осуществлении общества «Южный рынок-2» по существу финансирования должника и, соответственно, об отнесении на него риска утраты данного финансирования на случай объективного банкротства, в связи с чем признали заявленное требование подлежащим удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

Суд округа по результатам рассмотрения кассационной жалобы считает, что судами нижестоящих инстанций правильно установлены фактические обстоятельства, имеющие значение для разрешения спора,им дана надлежащая правовая оценка, приведенные сторонами спора доводы и возражения исследованы в полном объеме с указанием в судебных актах мотивов, по которым они были приняты или отклонены, выводы судов соответствуют установленным фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам, нормы права, регулирующие спорные правоотношения, применены правильно.

Доводы кассатора о том, что перечисления кредитором должнику денежных средств являлись оплатой по договору аренду, судом округа не принимаются, поскольку являлись предметом исследования судами первой и апелляционной инстанций и мотивированно ими отклонены. Отклоняя вышеуказанные доводы ФИО1, суды приняли во внимание, что само по себе данное обстоятельство не является безусловным основанием для вывода о мнимости совершенной сделки,  не свидетельствует о безденежности договора займа и при доказанности соответствующих правоотношений между сторонами означает лишь исправление допущенной в платежном поручении неточности, что в данном случае и было установлено судами. Исходя из совокупной оценки доказательств, суды заключили, что в рассматриваемом случае изменение назначения платежа обусловлено ошибкой при оформлении бухгалтерских документов, плательщик и получатель знали о внесении такого изменения, цель выдачи займа (хозяйственные нужды, выплата заработной платы, налогов и взносов) перед судом раскрыта, факт последующего расходования должником полученными заемными денежными средствами подтвержден надлежащим доказательствами.  Оснований для иных выводов у суда округа не имеется.

Вопреки позиции подателя жалобы предоставление кредитором должнику компенсационного финансирования путем заключения договора займа в силу разъяснений, изложенных в пунктах 3.1, 3.4 Обзора о субординации, может явиться основанием для субординации требований такого кредитора, но не является самостоятельным основанием для отказа во включении его требований в реестр требований кредиторов должника.

Иные приведенные заявителем в кассационной жалобе доводы, дублирующие возражения по существу заявленных требований и апелляционную жалобу, в том числе о нецелесообразности заключения договора займа, наличии у должника собственных активов для расчета по своим обязательствам, являлись предметом детальной проверки судов, получили исчерпывающую оценку, отклонены как несостоятельные с подробным изложением мотивов отклонения, ее обоснованности не опровергают и не свидетельствуют о нарушении ими норм права при принятии обжалуемых судебных актов, касаются фактических обстоятельств, доказательственной базы по спору и вопросов их оценки. Вместе с тем переоценка судом округа доказательств по делу, то есть иные по сравнению со сделанными судами первой и апелляционной инстанций выводы относительно того, какие обстоятельства по делу можно считать установленными исходя из иной оценки доказательств, не допускается (пункт 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции»). Выводы судов основаны на полном, всестороннем и объективном исследовании материалов дела и не противоречат им. Само по себе несогласие заявителя с выводами судов, основанными на оценке фактических обстоятельств и имеющихся в деле доказательств, не свидетельствует о наличии в принятых по спору судебных актах нарушений норм права, повлиявших на исход судебного разбирательства.

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для безусловной отмены судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом округа не установлено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты следует оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Челябинской области от 14.04.2023 по делу № А76-20021/2020 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.08.2023 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий                                                       О.Э. Шавейникова 

 

Судьи                                                                                    О.Н. Пирская 

 

                                                                                              К.А. Савицкая