АРБИТРАЖНЫЙ СУД АЛТАЙСКОГО КРАЯ

656015, Барнаул, пр. Ленина, д. 76, тел.: (3852) 29-88-01

http:// www.altai-krai.arbitr.ru, е-mail: a03. info@arbitr.ru

Именем Российской Федерации

  

РЕШЕНИЕ

Дело № А03-10104/2020

16 декабря 2020 года

г.Барнаул

 

            Резолютивная часть решения объявлена 09 декабря 2020 г.

            Полный текст решения изготовлен 16 декабря 2020 г.

Арбитражный суд Алтайского края в составе судьи Пашковой Е.Н., при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску Andreas Stihl AG & Co. KG (Андреас Штиль АГ унд Ко. КГ) к индивидуальному предпринимателю ФИО2, г. Барнаул (ОГРН 

<

***>) о взыскании 300 000 руб. компенсации, 

от истца: ФИО3 (доверенность, паспорт),  

от ответчика: ФИО4 (доверенность, паспорт, копия диплома),

УСТАНОВИЛ:

Andreas Stihl AG & Co. KG (Андреас Штиль АГ унд Ко. КГ) обратилось в Арбитражный суд Алтайского края с исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю ФИО2 о взыскании 300 000 руб. компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак №573 715, 9 000 руб. расходов по оплате государственной пошлины, 895 руб. стоимости вещественного доказательства, 200 руб. за получение выписки из ЕГРИП, 223 руб. 54 коп. почтовых расходов.

Исковые требования обоснованы статьями 1229, 1233, 1242, 1252, 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) и мотивированы нарушением ответчиком исключительных авторских прав, принадлежащих истцу.

Ответчик в отзыве против удовлетворения исковых требований возражал, ссылаясь небольшую стоимость товара, в связи с чем просил снизить размер компенсации.

Заслушав пояснения истца и ответчика, рассмотрев заявленные требования, исследовав материалы дела и представленные доказательства, арбитражный суд установил следующее.

Как следует из материалов дела, Andreas Stihl AG & Co. KG (Андреас Штиль АГ унд Ко. КГ) является правообладателем исключительных прав на товарный знак (STIHL) по свидетельству о регистрации товарного знака №573715, дата 3 регистрации 14.02.1991, имеет правовую охрану, в том числе по 4 классу – МКТУ, включающему такие товары, как «масла и жиры для промышленного использования, смазочные материалы, жидкое топливо». Защита предоставлена на все товары и/или услуги (постановления от 19.10.1998 и 01.02.1999). Дата внесения следующего платежа – 14.02.2021. Данные сведения содержатся в Международном реестре знаков, выписка из международного реестра знаков приобщена к материалам дела.

21.06.2019 в торговой точке, расположенной вблизи адреса: 

<

...> «а», реализован  товар (масло штиль в пластиковой бутылке объемом 0,1 литра) (товар №1).

23.06.2019 в торговой точке, расположенной вблизи адреса: 

<

...>, реализован  товар (масло штиль в пластиковой бутылке объемом 0,1 литра) (товар №2).

28.06.2019 в торговой точке, расположенной вблизи адреса: 

<

...>, реализован  товар (масло штиль в пластиковой бутылке объемом 0,1 литра) (товар №3).

30.06.2019 в торговой точке, расположенной вблизи адреса: 

<

...>, реализован  товар (масло штиль в пластиковой бутылке объемом 1 литр) (товар №4).

03.07.2019 в торговой точке, расположенной вблизи адреса: 

<

...>, реализован  товар (масло штиль в пластиковой бутылке объемом 0,1 литра) (товар №5).

Покупка товаров подтверждается  кассовыми чеками, содержащими сведения о стоимости товара, о дате его продажи и об индивидуальном номере налогоплательщика.

Истцом представлены диски с видеозаписями, фиксирующими процессы покупки товаров в указанных торговых точках.

Также в материалы дела представлены вещественные доказательства  – 4 бутылки с маслом объемом 0,1 литра и 1 бутылка с маслом объемом 1 литр.

Нарушение ответчиком прав истца на товарный знак явилось основанием для обращения истца с настоящим иском в арбитражный суд.

Отношения сторон регулируются следующими нормами материального права.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1229 ГК РФ гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233 ГК РФ), если настоящим Кодексом не предусмотрено иное. Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением). Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными настоящим Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную настоящим Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается настоящим Кодексом.

Согласно пункту 1 статьи 1477 ГК РФ на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, признается исключительное право удостоверяемое свидетельством на товарный знак (статья 1481).

Свидетельство на товарный знак удостоверяет приоритет товарного знака и исключительное право на товарный знак в отношении товаров, указанных в свидетельстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 настоящего Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 настоящей статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак.

 В силу пункта 2 статьи 1484 ГК РФ исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации.

Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения (пункт 3 статьи 1484 ГК РФ).

В силу пункта 1 статьи 1515 ГК РФ товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до степени смешения обозначение, являются контрафактными.

Для признания сходства обозначения достаточно уже самой опасности, а не реального смешения товарных знаков (обозначений) в глазах потребителя (соответствующая правовая позиция выражена в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 18.07.2006 по делу 3 3691/06).

Понятия тождественности и сходства определяются в пункте 41 Правил составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков, утвержденных Приказом Минэкономразвития России от 10.10.2016 3647 (далее - Правила № 647). Так, обозначение считается тождественным с другим обозначением (товарным знаком), если оно совпадает с ним во всех элементах. Обозначение считается сходным до степени смешения с другим обозначением (товарным знаком), если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия.

Аналогичные признаки тождественности и сходства приведены в пункте 14.4.2 ранее действовавших Правил составления, подачи и рассмотрения заявки на регистрацию товарного знака и знака обслуживания, утвержденных Приказом Роспатента от 05.03.2003№ 32.

Исключительные права истца на товарный знак (STIHL) №573715  подтверждены материалами дела.

 В соответствии с пунктом 13 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 13.12.2007 № 122 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности» вопрос о сходстве до степени смешения обозначений является вопросом факта и по общему правилу может быть разрешен судом без назначения экспертизы. Вопрос о сходстве до степени смешения изображений, применяемых на товарах истца и ответчика, может быть разрешен судом с позиции рядового потребителя и специальных знаний не требует.

Угроза смешения имеет место, если один товарный знак воспринимается за другой или если потребитель понимает, что речь идет не об одном и том же товарном знаке, но полагает, что оба товарных знаков принадлежат одному и тому же предприятию. Такая угроза зависит от нескольких обстоятельств: от различительной способности знаков, от сходства противопоставляемых знаков, от оценки однородности обозначенных знаком товаров и услуг.

В силу пункта 42 Правил № 647 словесные обозначения сравниваются со словесными обозначениями и с комбинированными обозначениями, в композиции которых входят словесные элементы. Сходство словесных обозначений оценивается по звуковым (фонетическим), графическим (визуальным) и смысловым (семантическим) признакам.

 Согласно пунктам 5.2.1, 5.2.2 Методических рекомендаций по проверке заявленных обозначений на тождество и сходство (Утверждены Приказом Роспатента от 31.12.2009 № 197) при определении сходства изобразительных и объемных обозначений наиболее важным является первое впечатление, получаемое при их сравнении. Именно оно наиболее близко к восприятию товарных знаков потребителями, которые уже приобретали такой товар. Поэтому, если при первом впечатлении сравниваемые обозначения представляются сходными, а последующий анализ выявит отличие обозначений за счет расхождения отдельных элементов, то при оценке сходства обозначений целесообразно руководствоваться первым впечатлением.

Поскольку зрительное восприятие отдельного зрительного объекта начинается с его внешнего контура, то именно он запоминается в первую очередь. Поэтому оценку сходства обозначений целесообразно основывать на сходстве их внешней формы, не принимая во внимание незначительное расхождение во внутренних деталях обозначений.

Из пункта 5.3 Методических рекомендаций следует, что при оценке сходства изобразительных и объемных обозначений, состоящих из двух и более элементов, решающим является тождество или сходство следующих элементов: пространственно доминирующих элементов; элементов, на которых в большей степени фиксируется внимание потребителей (к таким элементам относятся, в первую очередь, изображения людей, животных, растений и других объектов, окружающих человека, а также изображения букв, цифр); элементов, которые лучше запоминаются потребителями (например, симметричные элементы; элементы, представляющие собой изображения конкретных объектов, а не абстрактных).

Судом установлено, что на товарах №1-№5 имеются изображения, сходные до степени смешения с товарным знаком №573 715. 

При визуальном сравнении товарного знака и изображения, размещенного на реализованных ответчиком товарах №1 - №5, судом установлено, что  изображения совпадают до степени смешения с товарным знаком, правообладателем которых является истец.

Тем самым ответчиком без разрешения правообладателя осуществлена продажа товаров №1-№5 с изображениями, сходными до степени смешения с зарегистрированным товарным знаком истца.

Доказательства наличия у ответчика права на использование товарного знака №573 715 в материалах дела отсутствуют. Ответчиком не представлено доказательств того, что истец в установленном законом порядке передавал ему свои исключительные права на товарный знак.

Довод ответчика о том, что контрафактный товар был им приобретен у ООО «Энергоальянс» сам по себе не может служить доказательством правомерного использования принадлежащих истцам исключительных прав, поскольку о наличии у продавца соответствующих прав ответчиком не представлено.

Таким образом, из представленных в материалы дела доказательств усматривается, что ответчик, осуществив действия по распространению товара (масла Штиль), допустил нарушение исключительного права истца. 

На основании оценки всех представленных доказательств суд признает доказанным  факт нарушения ответчиком принадлежащих истцу исключительных прав.

Определяя размер компенсации, суд учитывает следующее.

В силу статьи 1301 ГК РФ в случаях нарушения исключительного права на произведение автор или иной правообладатель наряду с использованием других применимых способов защиты и мер ответственности, установленных названным Кодексом (статьи 1250, 1252 и 1253), вправе в соответствии с пунктом 3 статьи 1252 названного Кодекса требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда; в двукратном размере стоимости экземпляров произведения или в двукратном размере стоимости права использования произведения, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование произведения. 

В силу пункта 3 статьи 1252 ГК РФ в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков. 

Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных настоящим  Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости. 

Истец полагает, что ответчиком допущено 5 нарушений (по пяти фактам продажи товаров) исключительного права на товарный знак №573 715. 

В связи с чем истец заявил требование о взыскании компенсации в размере 300 000 руб. (60000 руб. х 5 =300 000 руб.).

Из разъяснений, содержащихся в пункте 62 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» следует, что, рассматривая дела о взыскании компенсации, суд, по общему правилу, определяет ее размер в пределах, установленных Гражданским кодексом Российской Федерации (абзац второй пункта 3 статьи 1252). По требованиям о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей суд определяет сумму компенсации исходя из представленных сторонами доказательств не выше заявленного истцом требования. 

При определении размера компенсации суд, учитывая, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения. 

Абзац 3 пункта 3 статьи 1252 ГК РФ предусматривает, что если одним действием нарушены права на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, размер компенсации определяется судом за каждый неправомерно используемый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации. 

При этом в случае, если права на соответствующие результаты или средства индивидуализации принадлежат одному правообладателю, общий размер компенсации за нарушение прав на них с учетом характера и последствий нарушения может быть снижен судом ниже пределов, установленных ГК РФ, но не может составлять менее пятидесяти процентов суммы минимальных размеров всех компенсаций за допущенные нарушения. 

Как установлено судом, в ходе закупок, произведенных истцом с 21.06.2019 по 03.07.2019, ответчиком были реализованы товары – масло, размещенное в пластиковую упаковку объемом 0,1 литра и 1 литр, имеющую изображения товарного знака, права на которые принадлежат истцу. 

Согласно постановлению Конституционного Суда Российской Федерации от 13.12.2016, абзац второй пункта 3 статьи 1252 ГК РФ обязывает суд определять размер подлежащей взысканию компенсации за нарушение соответствующих интеллектуальных прав в пределах, установленных данным Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости. 

Рассматривая дела о взыскании компенсации, суд, по общему правилу, определяет ее размер в пределах, установленных ГК РФ (абзац второй пункта 3 статьи 1252 ГК РФ). 

Следовательно, установление разумного размера компенсации в пределах, определенных нормой статьи 1301 ГК РФ, является обязанностью суда вне зависимости от реализации процессуальных прав сторонами, с целью установления баланса интересов сторон и реализации компенсационной природы указанной нормы. 

Как разъяснено в пункте 65 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», компенсация является мерой ответственности за факт нарушения, охватываемого единством намерений правонарушителя. Если истец-правообладатель обратился в суд с требованием о взыскании компенсации в твердом размере на основании пункта 1 статьи 1301, пункта 1 статьи 1311, пункта 1 статьи 1406.1, подпункта 1 пункта 4 статьи 1515, подпункта 1 пункта 2 статьи 1537 ГК РФ в связи с созданием ответчиком контрафактных экземпляров (товаров), новые требования о взыскании компенсации к тому же лицу в отношении товара из той же партии (тиража, серии и т.п.) не подлежат рассмотрению. 

Распространение нескольких материальных носителей при неправомерном использовании одного результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации составляет одно правонарушение, если такое нарушение охватывается единством намерений правонарушителя (например, единое намерение нарушителя распространить партию контрафактных экземпляров одного произведения или контрафактных товаров). 

При этом каждая сделка купли-продажи (мены, дарения) материальных носителей (как идентичных, так и нет) квалифицируется как самостоятельное нарушение исключительного права, если не доказано единство намерений правонарушителя при совершении нескольких сделок (п. 65 Постановления Пленума Верховного суда РФ от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации).

При доказанном единстве намерений правонарушителя количество контрафактных экземпляров, товаров (размер партии, тиража, серии и так далее) может свидетельствовать о характере правонарушения в целом и подлежит учету судом при определении конкретного размера компенсации. 

Согласно подходу, изложенному в определении Верховного Суда РФ от 07.12.2015 по делу №А03-14243/2014, в случае, если закупки товаров производились в течение короткого промежутка времени, по всем фактам после осуществления первой закупки ответчик не предупреждался истцом о нарушении исключительных прав на товарные знаки, требований о прекращении нарушения прав истца ответчику не поступало, реализацию ответчиком такого товара можно рассматривать как один случай незаконного использования товарных знаков истца.

Судом установлено, что ответчик в пяти точках продаж реализовал товар – масло в пластиковой упаковке, в незначительный промежуток времени, о продаже контрафактного товара ответчик истцом не предупреждался.

Кроме того, весь указанный товар приобретен по товарной накладной № 1041 от 20.12.2018 (л.д.98 т.1).

В судебном заседании ответчик пояснил, что в декабре 2018г. им была закуплена пробная партия товара – масло для бензопил, которое в связи с сезонным спросом было реализовано летом 2019г.

К доводам ответчика о том, что на видеозаписях покупок количество масло превышает количество, указанное в товарной накладной № 1041, суд относится критически, поскольку на видеозаписях не видны этикетки предложенного к продаже масла, равно как и товарные знаки, нанесенные на бутылки с маслом.

То обстоятельство, что ответчиком был реализован товар в бутылках с разным объемом, само по себе не свидетельствует о принадлежности товара к разным партиям, так как согласно определению партии товара, данному в Википендии, под партией понимается некоторое количество единовременно поставляемого товара.

Ссылка истца на реализацию товара в разных торговых точках, также не свидетельствует о наличии нескольких нарушений, поскольку в данном случае имел место единый умысел предпринимателя на реализацию закупленного товара через принадлежащую ему сеть торговых точек. 

С учетом изложенного, суд приходит к выводу о том, что истцом реализована одна партия контрафактного масла, что свидетельствует о едином намерении распространить партию товара, на котором размещен товарный знак №573 715. 

Суд по интеллектуальным правам также неоднократно указывал на недопустимость взыскания нескольких компенсаций, если истец на протяжении периода времени производит закупку партии товаров, а затем предъявляет несколько исков по каждому из товаров. 

Так, при рассмотрении дел № А03-22423/2014, А04-1524/2020, А03-10314/2019,№А04-1524/2020 Суд по интеллектуальным правам указал, что предложение ответчиком к продаже товара, содержащего обозначения, сходные до степени смешения с товарными знаками истца, и их приобретение на основании последовательных сделок купли-продажи можно рассматривать как одно нарушение исключительных прав истца на спорные товарные знаки.

 Таким образом, суд полагает, что в данном случае совершение пяти сделок купли – продажи следует рассматривать как один случай нарушения исключительных прав истца на спорный товарный знак.

Следовательно, при заключении сделок ответчик нарушил права на 1 объект авторского права - товарный знак №573 715. 

При определении разумного и справедливого размера компенсации судом принимается во внимание характер действий истца, направленных на защиту нарушенного права, которые по сути своей пресекательный характер не носили, прекращения нарушения прав истец не требовал, ответчика не уведомлял, закупки товаров из одной партии осуществлялись фактически с целью сбора доказательств для обращения в суд за соответствующей компенсацией, а также - сетевой характер деятельности ответчика, осуществляющего розничную реализацию партии товара через несколько торговых точек.

С учетом вышеизложенного, принимая во внимание, что в исковом заявлении истец просил взыскать за совершение каждого нарушения по 60 000 руб. компенсации, с учетом установленного судом количества нарушений (1 нарушение), суд определяет размер компенсации в сумме 60 000 руб.

В судебном заседании ответчик заявил ходатайство о снижении размера компенсации, ссылаясь на изъятие товара из оборота, пенсионный возраст ответчика, а также на то, что использование объектов интеллектуальной собственности истца не является существенной частью деятельности ответчика и не носило грубого характера.

Основания для снижения размера компенсации ниже минимального предела в соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 13.12.2016 N 28-П «По делу о проверке конституционности подпункта 1 статьи 1301, подпункта 1 статьи 1311 и подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с запросами Арбитражного суда Алтайского края»), а также на основании пункта 3 статьи 1252 ГК РФ отсутствуют, поскольку предпринимателем не представлены доказательства, свидетельствующие о наличии фактических обстоятельств, соответствующих обозначенным в постановлении № 28-П критериям.

Кроме того, положения абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 ГК РФ о снижении размера компенсации применяются только при множественности нарушений, что в данном случае судом не установлено.

То обстоятельство, что ответчик является пенсионером, само по себе не свидетельствует о крайне тяжелом материальном положении последнего с учетом осуществления им предпринимательской деятельности. 

С учетом изложенного, оснований для снижения размера компенсации ниже минимального размера, установленного законодателем, суд не находит.

При таких обстоятельствах с ответчика в пользу истца подлежит взысканию компенсация в размере 60 000 руб., в удовлетворении остальной части иска суд отказывает.

При обращении в арбитражный суд с настоящим иском истцом также заявлено требование о взыскании с ответчика понесенных судебных расходов:

- 895 руб. – расходов по приобретению 5 контрафактных товаров,

 - 223 руб. 54 коп. – почтовых расходов,

- 200 руб. за получение выписки из ЕГРИП,

-9 000 руб. – расходов по оплате госпошлины.

В обоснование произведенных расходов в материалы дела представлены: кассовые и товарный чек на общую сумму 895 руб. на приобретение товаров; почтовая квитанция на сумму 223 руб. 54 коп. за направление копии иска и претензии в адрес ответчика, платежное поручение об оплате выписки из ЕГРИП.

В связи с тем, что судом исковые требования удовлетворены частично, судебные расходы подлежат взысканию пропорционально размеру удовлетворенных требований (20%), а именно в размере 179 руб. (895 руб. х 20%), по приобретению товара, почтовые расходы в сумме 44 руб. 71 коп. (223,54 руб. х 20%), по оплате госпошлины при подаче иска в сумме 1 800 руб. (9000 х20%).

Аналогичный подход ко взысканию судебных расходов пропорционально размеру удовлетворенных требований изложен в Определении Верховного Суда от 26 февраля 2020г. по делу №305-ЭС19-26346, постановлении Суда по интеллектуальным правам от 22 апреля 2020г. по делу №А33-23547/2019, постановлении Суда по интеллектуальным правам от 14 апреля 2020г. по делу №А33-23493/2019.

На основании статей 309, 310 Гражданского кодекса Российской Федерации, и руководствуясь статьями 27, 65, пунктом 3.1 статьи 70, 110, 227-229 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд Алтайского края

Р Е Ш И Л :

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2, г. Барнаул (ОГРН 

<

***>) в пользу Andreas Stihl AG & Co. KG (Андреас Штиль АГ унд Ко. КГ) 60 000 руб. компенсации, 895 руб. расходов по приобретению товара, 44 руб. 71 коп. почтовых расходов, 40 руб. расходов за получение выписки из ЕГРИП, 1 800 руб. расходов по оплате госпошлины.

В удовлетворении иска в оставшейся части отказать.

Решение может быть обжаловано через Арбитражный суд Алтайского края в Седьмой арбитражный апелляционный суд, г. Томск, в течение месяца со дня принятия решения, либо в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в течение двух месяцев со дня вступления решения в законную силу, если такое решение было предметом рассмотрения в арбитражном суде апелляционной инстанции или если арбитражный суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Судья                                                                                                          Е.Н. Пашкова