; № 09АП-52577/2024

Дело № А40-45218/21

г. Москва

09 сентября 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 03 сентября 2024 года  

Постановление

 изготовлено в полном объеме 09 сентября 2024 года  

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:  

председательствующего судьи Вигдорчика Д.Г., судей Башлаковой-Николаевой Е.Ю., Лапшиной В.В., при ведении протокола секретарем судебного заседания Колыгановой А.С., 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы ФИО1,  ФИО2  

на определение Арбитражного суда города Москвы от 01.07.2024 по делу № А4045218/21,  

о признании недействительным договор купли-продажи транспортного средства  ФОЛЬСКВАГЕН ПОЛО, VIN: 

<

***>, заключенный от 25.09.2020 г.  между ООО «СДИ Групп» и ФИО3; о признании недействительным договор  купли-продажи транспортного средства ФОЛЬСКВАГЕН ПОЛО,  VIN:

<

***>, заключенный от 09.03.2023 г. между ФИО3 и  ФИО1; о признании недействительным договор купли-продажи  транспортного средства ФОЛЬСКВАГЕН ПОЛО, VIN: 

<

***>,  заключенный от 11.03.2023 г. между ФИО1 и ФИО2; о  применении последствий недействительности сделки в виде обязания ФИО2 вернуть в конкурсную массу ООО «СДИ Групп» легковой  автомобиль ФОЛЬСКВАГЕН ПОЛО, 2017 г. в., VIN 

<

***>,  

в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) ООО «СДИ Групп»,  при участии в судебном заседании:  

согласно протоколу судебного заседания. 

У С Т А Н О В И Л:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 27.01.2022г. в отношении  должника введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим  утвержден ФИО4.  

Сообщение о введении в отношении должника процедуры конкурсного  производства опубликовано в газете «Коммерсантъ» № 21(7222) от 05.02.2022 г.  

В Арбитражный суд города Москвы 24.11.2023г. поступило заявление  конкурсного управляющего ФИО4 о признании недействительной сделкой  договор купли-продажи транспортного средства от 25.09.2020 г. заключенный между  ООО «СДИ Групп» (продавец) и ФИО3 (покупатель) на основании которого  автомобиль ФОЛЬСКВАГЕН ПОЛО, VIN: 

<

***> отчужден в пользу  ФИО3; договор купли-продажи транспортного средства от 09.03.2023 г.  заключенный между ФИО3 (продавец) и ФИО1 (покупатель) на  

основании которого автомобиль ФОЛЬСКВАГЕН ПОЛО, VIN: 

<

***>  отчужден в пользу ФИО1; договор купли-продажи транспортного средства от  11.03.2023 г. заключенный между ФИО1 (продавец) и ФИО2  (покупатель) на основании которого автомобиль ФОЛЬСКВАГЕН ПОЛО, VIN:  

<

***> отчужден в пользу ФИО2; и применении  последствий недействительности сделки.  

Определением Арбитражного суда города Москвы от 01.07.2024 г. суд признал  недействительным договор купли-продажи транспортного средства ФОЛЬСКВАГЕН  ПОЛО, VIN: 

<

***>, заключенный от 25.09.2020 г. между ООО «СДИ  Групп» и ФИО3; признал недействительным договор купли-продажи  транспортного средства ФОЛЬСКВАГЕН ПОЛО, VIN:

<

***>,  заключенный от 09.03.2023 г. между ФИО3 и ФИО1; признал  недействительным договор купли-продажи транспортного средства ФОЛЬСКВАГЕН  ПОЛО, VIN: 

<

***>, заключенный от 11.03.2023 г. между ФИО1 и ФИО2; применил последствия недействительности сделки в виде  обязания ФИО2 вернуть в конкурсную массу ООО  «СДИ Групп» легковой автомобиль ФОЛЬСКВАГЕН ПОЛО, 2017 г. в., VIN  

<

***>.  

Не согласившись с указанным определением, ФИО1, ФИО2  поданы апелляционные жалобы.  

В обоснование требований апелляционной жалобы ФИО1 указывает, что  судом нарушены нормы процессуального права в части извещения ответчика о начале  судебного процесса.  

В обоснование требований апелляционной жалобы ФИО2 указывает,  что судом нарушены нормы процессуального права в части извещения ответчика о  начале судебного процесса; договор купли-продажи ТС является реальной сделкой; в  момент совершения сделки должник не отвечал признакам неплатежеспособности;  указывает, что не является аффилированным лицом.  

Лица, участвующие в деле, извещены надлежащим образом о дате и времени  рассмотрения в соответствии с ст. 121, 123, 156 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации.  

Законность и обоснованность обжалуемого определения суда первой инстанции  проверены арбитражным апелляционным судом в соответствии со статьями 266, 268  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Повторно исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела  доказательства, арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены  обжалуемого определения суда первой инстанции по следующим основаниям.  

В силу части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации пункта 1 статьи 32 Федерального закона «О несостоятельности  (банкротстве)» дела о банкротстве рассматриваются арбитражным судом по правилам,  предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.  

Из материалов дела следует, 09.04.2022 г. в адрес конкурсного управляющего  ООО «СДИ Групп» поступил ответ на запрос от МО ГИБДД ТНРЭР № 2 ГУ МВД  России по г. Москве от 26.03.2022 г. № 3/227707317211 согласно которому за  должником зарегистрировано следующее транспортное средство: легковой автомобиль,  седан ФОЛЬСКВАГЕН ПОЛО, VIN 

<

***>, белого цвета, 2017 г. в.  

Данный автомобиль приобретен Должником у АО «Лизинговая компания  «Европлан» (ИНН 

<

***> ОГРН 

<

***> юр. адрес: 119049, 

<

...>) на основании Договора лизинга № 1681270-ФЛ/МСК-17 от  14.09.2017 г.  

02.08.2023 г. конкурсным управляющим ООО «СДИ Групп» получен ответ на  запрос № 32/1435 от МРЭО ГИБДД № 1 (г. Чехов) от 13.07.2023 г. в отношении  

оспариваемого автомобиля, на основании, которого установлены следующие  обстоятельства:  

25.09.2020 г. между ООО «СДИ Групп» (продавец) и ФИО3  (покупатель) заключен договор купли-продажи транспортного средства, согласно  которому оспариваемый автомобиль приобретен ФИО3 за 800 000  (восемьсот тысяч) рублей.  

09.03.2023 г. между ФИО3 (продавец) и ФИО1 (покупатель)  заключен договор купли-продажи транспортного средства, согласно которому  оспариваемый автомобиль приобретен ФИО1 за 700 000 (семьсот тысяч)  рублей.  

11.03.2023 г. между ФИО1 (продавец) и ФИО2  (покупатель) заключен договор купли-продажи транспортного средства, согласно  которому оспариваемый автомобиль приобретен ФИО2 за 650 000  (шестьсот пятьдесят тысяч) рублей  

Полагая, что в результате совершения указанной цепочки взаимосвязанных сделок  причинен вред имущественным правам кредиторов, конкурсный управляющий  должника просил признать сделку недействительной на основании положений п. 2 ст.  61.2 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности  (банкротстве)", ст. 10, 168, 170 ГК РФ.  

Суд первой инстанции, принимая во внимание, что транспортное средство  ФОЛЬКСВАГЕН ПОЛО зарегистрировано только последним приобретателем  ФИО2, пришел к выводу, что договор купли-продажи между ООО «СДИ  Групп» и ФИО3, равно как и договор купли-продажи, заключенный между  ФИО3 и ФИО1 не заключались с целью породить реальные  договорные отношения и образуют притворную сделку с целью отчуждения  транспортного средства конечному приобретателю – ФИО2  

Апелляционная коллегия, изучив материалы дела, доводы апелляционной жалобы,  выслушав лиц, явившихся в судебное заседание, не усматривает оснований для отмены  судебного акта.  

В соответствии с. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве Сделка, совершенная должником  в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана  арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение  трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия  указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред  имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной  цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).  Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана  заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении  интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или  недостаточности имущества должника.  

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если  на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки  стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и  сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо  направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю  (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников)  должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:  

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких  взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности  составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для  кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов  

должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на  последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;  

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления  кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо  скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие  документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные  документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской  Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по  хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены  указанные документы;  

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал  осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания  его собственнику об определении судьбы данного имущества.  

Принимая во внимание дату возбуждения дела о банкротстве (10.03.2021г.) и  совершения сделки в период с 25.09.2020 по 09.03.2023 (с учетом того, что автомобиль  поставлен на учет только 17.03.2023 последним собственником – ФИО2),  суд приходит к выводу о том, что сделка совершена в период подозрительности,  предусмотренный п.2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.  

Как разъяснено в пункте 5 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63 "О  некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О  несостоятельности (банкротстве)" пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве  предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной  должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов  (подозрительная сделка).  

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному  основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие  совокупности всех следующих обстоятельств:  

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам  кредиторов;  

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам  кредиторов;  

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели  должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего  Постановления).  

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в  признании сделки недействительной по данному основанию.  

Судом первой инстанции установлено, что из анализа финансового состояния,  представленного в материалы обособленного спора следует, что ООО «СДИ Групп» на  момент сделки испытывало существенные финансовые трудности, при расчетах с  кредиторами и чрезмерном накоплении величины обязательств.  

По состоянию на 01.01.2019 г. должнику требовалось не менее полутора лет,  чтобы погасить текущую задолженность за счет выручки при условии, что вся выручка  направлялась на указанные цели.  

В настоящее время деятельность организацией прекращена, выручка отсутствует. 

Апелляционная коллегия отмечает, что доказательств обратного ответчиками в  материалы дела не представлено.  

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду,  что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается  уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера  имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных  должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие  

привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить  удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.  

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 7 Постановления N 63, в силу  абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая  сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным  правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого  Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов  кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности  имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они  применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.  

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об  указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла,  действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота  осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.  

В своем заявлении конкурсный управляющий Должником ссылается, что в  результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов,  который выразился в уменьшении конкурсной массы на стоимость спорного  транспортного средства.  

Из материалов дела также следует, что спорное транспортное средство выбыло из  имущественной сферы ООО «СДИ Групп» в пользу ФИО3 безвозмездно.  

При отчуждении имущества должника в преддверии его банкротства и  последующем оформлении передачи права собственности на данное имущество от  первого приобретателя к иным лицам по цепочке сделок следует различать две  ситуации.  

В первом случае, когда волеизъявление первого приобретателя отчужденного  должником имущества соответствует его воле: этот приобретатель вступил в реальные  договорные отношения с должником и действительно желал создать правовые  последствия в виде перехода к нему права собственности. В таком случае при  отчуждении им спорного имущества на основании последующих (второй, третьей,  четвертой и т.д.) сделок права должника (его кредиторов) подлежат защите путем  предъявления заявления об оспаривании первой сделки по правилам статьи 61.8 Закона  о банкротстве к первому приобретателю и виндикационного иска по правилам статей  301 и 302 ГК РФ к последнему приобретателю, а не с использованием правового  механизма, установленного статьей 167 указанного кодекса (постановление  Конституционного Суда Российской Федерации от 21.04.2003 N 6-П).  

Однако возможна обратная ситуация, при которой первый приобретатель,  формально выражая волю на получение права собственности на имущество должника  путем подписания договора об отчуждении, не намеревается породить отраженные в  этом договоре правовые последствия. Например, личность первого, а зачастую, и  последующих приобретателей может использоваться в качестве инструмента для  вывода активов (сокрытия принадлежащего должнику имущества от обращения на него  взыскания по требованиям кредиторов), создания лишь видимости широкого  вовлечения имущества должника в гражданский оборот, иллюзии последовательного  перехода права собственности на него от одного собственника другому (оформляются  притворные сделки), а в действительности совершается одна единственная  (прикрываемая) сделка -сделка по передаче права собственности на имущество от  должника к бенефициару указанной сделки по выводу активов: лицу, числящемуся  конечным приобретателем, либо вообще не названному в формально составленных  договорах. Имущество после отчуждения его должником все время находится под  контролем этого бенефициара, он принимает решения относительно данного  имущества (определение Верховного Суда Российской Федерации от 27.08.2020 N 306- ЭС17-11031(6).  

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 22 Обзора судебной практики  Верховного Суда Российской Федерации N 1 (2021), утвержденного Президиумом  Верховного Суда Российской Федерации 07.04.2021, при отчуждении имущества  должника в преддверии его банкротства и последующем оформлении передачи права  собственности на данное имущество от первого приобретателя к иным лицам по  цепочке сделок возможна ситуация, когда создается лишь видимость вовлечения  имущества должника в гражданский оборот, иллюзия последовательного перехода  права собственности на него от одного собственника другому (оформляются  притворные сделки), а в действительности совершается одна единственная  (прикрываемая) сделка - сделка по выводу активов во избежание обращения взыскания  со стороны кредиторов. Имущество после отчуждения его должником все время  находится под контролем бенефициара данной сделки, он принимает решения  относительно данного имущества. Таким образом, цепочкой последовательных  притворных сделок купли-продажи с разным субъектным составом может  прикрываться одна сделка, направленная на прямое отчуждение должником своего  имущества в пользу бенефициара или связанного с ним лица. Такая цепочка  прикрываемых притворных сделок является недействительной на основании пункта 2  статьи 170 ГК РФ, а прикрываемая сделка может быть признана недействительной как  подозрительная на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

Как разъяснено в абзаце третьем пункта 86, абзаце первом пункта 87, абзаце  первом пункта 88 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от  23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой  Гражданского кодекса Российской Федерации", притворная сделка может прикрывать  сделку с иным субъектным составом; для прикрытия сделки может быть совершено  несколько сделок; что не препятствует квалификации данных сделок как ничтожных на  основании пункта 2 статьи 170 ГК РФ.  

Действующее законодательство исходит из того, что правопорядок признает  совершенной лишь прикрываемую сделку - ту сделку, которая действительно имелась в  виду. Именно она подлежит оценке в соответствии с применимыми к ней правилами. В  частности, прикрываемая сделка может быть признана судом недействительной по  основаниям, установленным ГК РФ или специальными законами (определение  Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации  от 19.06.2020 N 301-ЭС17-19678).  

Таким образом, цепочкой последовательных сделок с разным субъектным  составом может прикрываться одна единственная сделка, направленная на прямое  отчуждение должником своего имущества в пользу бенефициара. Именно в этом  заключается смысл оспаривания цепочки последовательно совершенных должником  сделок (действий) и смысл применения реституции в рамках дела о банкротстве без  обращения с последующим виндикационным иском. Следовательно, существенное  значение для правильного рассмотрения обособленных споров о признании цепочки  сделок недействительными имеют значение обстоятельства, касающиеся перехода  фактического контроля над имуществом, реальности передачи прав на него по  последовательным сделкам.  

Принимая во внимание, что транспортное средство ФОЛЬКСВАГЕН ПОЛО  зарегистрировано только последним приобретателем ФИО2, суд пришел к  выводу, что договор купли-продажи между ООО «СДИ Групп» и ФИО3,  равно как и договор купли-продажи, заключенный между ФИО3 и  ФИО1 не заключались с целью породить реальные договорные отношения и  образуют притворную сделку с целью отчуждения транспортного средства конечному  приобретателю – ФИО2  

Доводы апелляционных жалоб подлежат отклонению в силу следующего. 

Оценка требований и возражений сторон осуществляется судом с учетом  положений статьи 65 АПК РФ о бремени доказывания исходя из принципа  состязательности, согласно которому риск наступления последствий несовершения  соответствующих процессуальных действий несут лица, участвующие в деле.  

Ответчиками даже с подачей апелляционных жалоб не представлено необходимых  доказательств, а именно доказательств, подтверждающих реальность заключенных  сделок:  

- отсутствуют доказательства подтверждения расчетов ФИО1 как с  продавцом автомобиля, так и с ФИО2  

- отсутствуют доказательства возможности приобретения автомобиля в 2023 году  по цене 700 000 руб. ФИО1 При этом имеются доказательства того, что в 2023  году такой возможности не было, о чем сам апеллянт в обоснование ходатайства об  отсрочке уплаты пошлины представляет Справку за 2023 г., где указана сумма дохода  за календарный год - 78 839,77 руб.  

- отсутствуют доказательства возможности приобретения автомобиля в 2023 году  по цене 650 000 руб. ФИО2 Как и доказательств подтверждения расчетов  ФИО2 с продавцом автомобиля ФИО1  

Апеллянтами не доказана реальность сделок и не представлены доказательства их  оплаты.  

Апеллянт, приобретая автомобиль получил на руки документы о цепочке сделок,  датированную трехлетним сроком и ПТС, на котором владельцем было указано ООО  «СДИ Групп», что не вызвало у него вопросов.  

Более того, не вызвало вопросов отсутствие постановки на учет автомобиля в  течении трех последних лет, несмотря на переход права собственности.  

Апеллянт не проявил осмотрительность при заключении сделки и не проверил  сведения о владельце автомобиля ООО «СДИ Групп», указанном в ПТС, в свою  очередь, на момент сделки в свободном доступе имелись сведения о банкротстве  должника.  

Из материалов дела также следует, что спорное транспортное средство выбыло из  имущественной сферы ООО «СДИ Групп» в пользу ФИО3 безвозмездно.  Денежные средства в размере 800 000 рублей, ни на расчетный счет, ни в кассу  Должника не поступали.  

Отсутствие доказательств проведения сторонами расчетов по договору купли-продажи свидетельствует о том, что в результате заключения оспариваемой сделки  была уменьшена конкурсная масса должника, то есть причинен вред его  имущественным правам кредиторов.  

В результате совершения оспариваемой сделки Должник лишился ликвидного  актива, за счет реализации которого могли быть удовлетворены требования кредиторов.  

Следовательно, стороны сделки имели цель причинить вред имущественным  правам кредиторов, так как оспариваемая сделка совершена в отношении лица, которое  получило имущественную выгоду в обход процедуры расчетов должника по своим  обязательствам.  

При этом, суд апелляционной инстанции учитывает, что ответчики по цепочке  сделок извещены судом первой инстанции надлежащим образом, что подтверждается  судебными отправлениями (л.д. 60, 61, 62), а также адресной справкой ФКУ «ГИАЦ  МВД России» (л.д. 55).  

ФИО1 в апелляционной жалобе указывает соответствующий адрес, по  которому судом направлялись извещения. Адрес, по которому осуществлялось  уведомление ФИО2, также был указан им при заключении оспариваемой  сделки, судом истребовалась информация о месте проживания данного лица, что  подтвердило информацию, имеющуюся у заявителя. Более того, доказательств места  

регистрации по иному адресу в период рассмотрения дела в суде первой инстанции  ответчиками не представлено.  

Согласно пункту 1 статьи 165.1 ГК РФ заявления, уведомления, извещения,  требования или иные юридически значимые сообщения, с которыми закон или сделка  связывают гражданско-правовые последствия для другого лица, влекут для этого лица  такие последствия с момента доставки соответствующего сообщения ему или его  представителю. Сообщение считается доставленным и в тех случаях, если оно  поступило лицу, которому оно направлено (адресату), но по обстоятельствам,  зависящим от него, не было ему вручено или адресат не ознакомился с ним.  

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня  2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой  Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что риск неполучения  поступившей корреспонденции несет адресат (пункт 67). Статья 165.1 ГК РФ подлежит  применению также к судебным извещениям и вызовам, если гражданским  процессуальным или арбитражным процессуальным законодательством не  предусмотрено иное (пункт 68).  

Таким образом, риск последствий нереализации лицом, участвующим в деле,  процессуальных прав при отсутствии обстоятельств, объективно препятствующих их  реализации, возложен на данное лицо.  

В силу абзаца второго пункта 4 статьи 121 АПК РФ судебные извещения,  адресованные гражданам, в том числе индивидуальным предпринимателям,  направляются по месту их жительства.  

Согласно пункту 1 статьи 20 Гражданского кодекса РФ местом жительства  признается место, где гражданин постоянно или преимущественно проживает.  Гражданин, сообщивший кредиторам, а также другим лицам сведения об ином месте  своего жительства, несет риск вызванных этим последствий.  

При этом, в соответствии с пунктом 5 статьи 123 АПК РФ в случае, если адрес или  место жительства ответчика неизвестны, надлежащим извещением считается  направление извещения по последнему известному адресу или месту жительства  ответчика.  

Суд апелляционной инстанции отмечает, что после рассмотрения апелляционных  жалоб по существу, в суд поступило ходатайство ФИО2 об отложении  судебного заседания, мотивированное тем, что судом было отклонено ходатайство об  участии в судебном заседании онлайн, а также предоставлением отзыва на  апелляционную жалобу управляющим.  

В соответствии с частью 3 статьи 158 АПК РФ в случае, если лицо, участвующее в  деле и извещенное надлежащим образом о времени и месте судебного заседания,  заявило ходатайство об отложении судебного разбирательства с обоснованием  причины неявки в судебное заседание, арбитражный суд может отложить судебное  разбирательство, если признает причины неявки уважительными.  

Из содержания части 5 статьи 158 АПК РФ следует, что суд по своему  усмотрению с учетом характера и сложности дела решает вопрос о возможности  отложить судебное разбирательство.  

Таким образом, отложение судебного заседания по делу является правом суда, а не  его обязанностью.  

Апелляционная коллегия считает возможным указать, что указанные в  ходатайстве об отложении судебного заседания обстоятельства не являются  безусловным основанием для отложения судебного разбирательства в соответствии с  нормами статьи 158 АПК РФ, а правовая позиция изложена в поданной апелляционной  жалобе.  

Ответчиком не приведено обстоятельств, препятствующих рассмотрению  обособленного спора, с учетом предмета и основания заявления. Кроме того, не указано  

на необходимость осуществления процессуальных действий, которые могут повлиять  на рассмотрение обособленного спора.  

Апелляционная коллегия полагает, что арбитражный суд первой инстанции  всесторонне и полно исследовал материалы дела, дал надлежащую правовую оценку  всем доказательствам, применил нормы материального права, подлежащие  применению, не допустив нарушений норм процессуального права.  

Доводы заявителей апелляционных жалоб не содержат ссылок на факты, которые  не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и  имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на  обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой  инстанции, в связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции  несостоятельными и не могут служить основанием для отмены определения суда  первой инстанции.  

Выводы, содержащиеся в судебном акте, соответствуют фактическим  обстоятельствам дела, и оснований для его отмены, в соответствии со статьей 270  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционная  инстанция не усматривает.  

На основании изложенного и руководствуясь статьями 176, 266 - 269, 272  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации Девятый арбитражный  апелляционный суд  

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 01.07.2024 по делу № А4045218/21 оставить без изменения, а апелляционные жалобы ФИО1, ФИО2 – без удовлетворения.  

Взыскать с ФИО2 в доход федерального бюджета государственную  пошлину в размере 3 000 рублей по апелляционной жалобе.  

Взыскать с ФИО1 в доход федерального бюджета государственную  пошлину в размере 3 000 рублей по апелляционной жалобе.  

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть  обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в  Арбитражный суд Московского округа.  

Председательствующий судья: Д.Г. Вигдорчик Судьи: Е.Ю. Башлакова-Николаева  В.В. Лапшина Телефон справочной службы суда – 8 (495) 987-28-00.