Арбитражный суд  Сахалинской области

693000, г. Южно-Сахалинск, Коммунистический проспект, 28,

http://sakhalin.arbitr.ru 

Именем  Российской  Федерации

Р  Е  Ш  Е  Н  И  Е

Дело № А59-6384/2018

г. Южно-Сахалинск

20 ноября 2018 года

Резолютивная часть решения объявлена 19 ноября 2018 года. Полный текст решения изготовлен 20 ноября 2018 года.

Арбитражный суд Сахалинской области в составе судьи Киселева С.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по заявлению общества с ограниченной ответственностью частная охранная организация «Восток Безопасность Сахалин» к Управлению Федеральной службы войск национальной гвардии Российской Федерации по Сахалинской области о признании незаконным пункта 4 предписания от 02.07.2018 № 86000/109 «Об устранении нарушений законодательства», а также взыскании судебных расходов в виде уплаченной госпошлины и оплаченных услуг представителя,

с участием:

от заявителя – директора ФИО2, представителя Мещанкина И.В. по доверенности от 10.09.2018 № 2,

от управления – представителя ФИО3 по доверенности от 03.09.2018 № 22,

У С Т А Н О В И Л :

ООО ЧОО «Восток Безопасность Сахалин» (далее – заявитель, общество) обратилось в арбитражный суд с указанным заявлением к Управлению Росгвардии по Сахалинской области (далее – управление), которое определением от 02.10.2018 принято к рассмотрению, возбуждено производство по делу.

В обоснование заявленного требования указано, что оспариваемым пунктом предписания на общество незаконно возложена обязанность исключить на объекте охраны (ООО «Сахалинметаллсервис») эксплуатацию и обслуживание технических средств охраны с принятием соответствующих мер реагирования на их сигнальную информацию охранниками либо принять все необходимые меры, позволяющие оказывать охранную услугу, предусмотренную пунктом 3 части 3 статьи 3 Закона РФ от 11.03.1992 № 2487-1 «О частной детективной и охранной деятельности в Российской Федерации» (далее – Закон № 2487-1). Заявитель настаивает, что такой вид охранных услуг общество не оказывает, а доводы управления об обратном основаны на ошибочном толковании действующего законодательства и неверной оценке фактических обстоятельств. Поскольку общество не осуществляет и не намерено осуществлять спорный вид деятельности, то незаконно примененная управлением мера государственного принуждения нарушает права и законные интересы организации в осуществляемой предпринимательской деятельности.

В рамках судебных расходов общество помимо уплаченной государственной пошлины (3 000 рублей) также просит взыскать с управления расходы по оплате услуг представителя в размере 10 000 рублей, в подтверждение чего представлены заключенное с адвокатом Мещанкиным И.В. соглашения о возмездном оказании услуг от 10.09.2018, отчет о проделанной работе и квитанция серии ЛХ № 010281 об оплате услуг адвоката за подготовку искового заявления.

В судебном заседании представители общества требование поддержали по основаниям, изложенным в заявлении.

Управление в представленном отзыве и его представитель в судебном заседании с заявлением общества не согласились, считая его необоснованным и не подлежащим удовлетворению. Полагают, что в рамках заключенного договора № 2015/07-1 от 01.07.2015 «на предоставление услуг оператора системы безопасности» общество фактически оказывает лицензируемый вид охранной услуги в виде охраны объекта и имущества на объекте с использованием технических средств охраны (видеонаблюдения) и принятия соответствующим мер реагирования на их сигнальную информацию, что в силу пункта 3 части 3 статьи 3 Закон № 2487-1 предполагает обязательное наличие у охранной организации специального разрешения на такой вид деятельности. Однако общество согласно выданной ему лицензии не имеет право предоставлять данный вид охранной услуги, в связи с чем, оспариваемый пункт предписание является законным и обоснованным.

Заслушав участников процесса и изучив материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно сведениям из ЕГРЮЛ общество зарегистрировано в качестве юридического лица 27 августа 2012 года Межрайонной ИФНС России № 1 по Сахалинской области за основным государственным регистрационным номером 1126501005982, при постановке на налоговый учет присвоен ИНН 

<

***>.

Основным видом деятельности общества по данным из ЕГРЮЛ является деятельность частных охранных служб (код ОКВЭД 80.10).

УМВД России по Сахалинской области выдана обществу лицензия от 27.09.2012 № 390 (бланк серии ЧО  № 019810) на осуществление частной охранной деятельности, сроком действия до 27 сентября 2022 года с учетом продления. 

В соответствии с выданной лицензий обществу в целях охраны разрешено оказывать следующие виды охранных услуг: 

- защита жизни и здоровья граждан; 

- охрана объектов и (или) имущества (в том числе при его транспортировке), находящихся в собственности, во владении, в пользовании, хозяйственном ведении, оперативном управлении или доверительном управлении, за исключением объектов и (или) имущества, предусмотренных пунктом 7 части третьей статьи 3 Закона № 2487-1;

- обеспечение внутриобъектового и пропускного режимов на объектах, за исключением объектов, предусмотренных пунктом 7 части третьей статьи 3  Закона № 2487-1.

Как видно из материалов дела, в соответствии с распоряжением № 109 от 22.06.2018 Отделом Росгвардии по Сахалинской области (в настоящее время переименовано в Управление) проведена внеплановая выездная проверка общества на предмет соблюдения обязательных требований и (или) требований, установленных муниципальными правовыми актами.

В ходе контрольных мероприятий, результаты которых оформлены актом проверки № 109 от 02.07.2018, установлен факт несоблюдения обществом законодательства о лицензировании частной охранной деятельности.

В частности, в соответствие с договором № 2015/07-1 от 01.07.2015 «на представление услуг оператора системы безопасности», заключенного с ООО «Сахалинметаллсервис», общество предоставляет услуги оператора системы безопасности для офиса и архива компании «Кроникс Сервис». Согласно условиям договора охранник общества осуществляет мониторинг движения на территории с помощью системы видеонаблюдения, контрольно-пропускной режим, проверяет работу системы видеонаблюдения, осуществляет контроль за работой установленных на предприятии приборов охранной и охранно-пожарной сигнализации, выясняет причины срабатывания сигнализации и принимает меры к задержанию нарушителей или ликвидации пожара. Тем самым общество осуществляет охрану объекта с использованием технических средств охраны (видеонаблюдения) и принимает соответствующие меры реагирования на их сигнальную информацию, тогда как в нарушение пункта 3 части 3 статьи 3 и статьи 11 Закона № 2487-1 охранная организация не имеет специального обязательного разрешения на оказание такого вида охранной услуги.

В целях устранения выявленных в ходе проверки нарушений должностным лицом управления выдано предписание № 86000/109 от 02.07.2018 со сроком исполнения до 4 сентября 2018 года, в пункте 4 которого на общество возложена обязанность исключить на объекте охраны ООО «Сахалинметаллсервис» (адрес: 

<

...>) эксплуатацию и обслуживание технических средств охраны с принятием соответствующих мер реагирования на их сигнальную информацию охранниками либо принять все необходимые меры, позволяющие оказывать охранную услугу, предусмотренную пунктом 3 части 3 статьи 3 Закона № 2487-1.

Полагая, что указанный пункт предписания не соответствует действующему законодательству, общество обратилось в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Из смысла статьи 200 АПК РФ в корреспонденции со статей 198 данного Кодекса следует, что для признания ненормативного правового акта недействительным, решений, действий (бездействий) государственного органа незаконными необходимо одновременное наличие двух условий: несоответствие данного ненормативного акта (решения, действия, бездействия) закону или иному нормативному правовому акту и нарушение им (ими) прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Проверив в судебном заседании доводы лиц, участвующих в деле, представленные в обоснование заявленных требований и возражений доказательства, суд находит заявление общества подлежащим удовлетворению в силу следующего.

В соответствии с частью 5 статьи 200 АПК РФ обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта закону или иному нормативному правовому акту, законности принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), наличия у органа или лица надлежащих полномочий на принятие оспариваемого акта, решения, совершение оспариваемых действий (бездействия), а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта, решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), возлагается на орган или лицо, которые приняли акт, решение или совершили действия (бездействие).

Как следует из материалов дела, оспариваемое предписание выдано по результатам внеплановой выездной проверки, которая согласно распоряжению № 109-р от 22.06.2018 проведена в рамках Федерального закона от 26.12.2008 № 294-ФЗ «О защите прав юридических лиц и индивидуальных предпринимателей при осуществлении государственного контроля (надзора) и муниципального контроля» (далее – Закон № 294-ФЗ).

Названным Федеральным законом устанавливаются: порядок организации и проведения проверок юридических лиц, индивидуальных предпринимателей органами, уполномоченными на осуществление государственного контроля (надзора), муниципального контроля; права и обязанности органов, уполномоченных на осуществление государственного контроля (надзора), муниципального контроля, их должностных лиц при проведении проверок; права и обязанности юридических лиц, индивидуальных предпринимателей при осуществлении государственного контроля (надзора), муниципального контроля; меры по защите их прав и законных интересов (часть 2 статьи 1 Закона № 294-ФЗ).

Согласно пункту 1 части 1 статьи 17 Закона № 294-ФЗ в случае выявления при проведении проверки нарушений юридическим лицом, индивидуальным предпринимателем обязательных требований или требований, установленных муниципальными правовыми актами, должностные лица органа государственного контроля (надзора), органа муниципального контроля, проводившие проверку, в пределах полномочий, предусмотренных законодательством Российской Федерации, обязаны выдать предписание юридическому лицу, индивидуальному предпринимателю об устранении выявленных нарушений с указанием сроков их устранения.

Аналогичные положения закреплены в пункте 3 части 1 статьи 7 Федерального закона от 04.05.2011 № 99-ФЗ «О лицензировании отдельных видов деятельности» (далее – Закон № 99-ФЗ), а именно: должностные лица лицензирующих органов в порядке установленном  законодательством Российской Федерации, при осуществлении лицензирования имеют право выдавать лицензиатам предписания об устранении выявленных нарушений лицензионных требований.

Из указанных нормативных актов следует, что предписание является мерой государственного принуждения в виде письменного распоряжения органа надзора, обязывающее соответствующее лицо в установленный срок устранить выявленные нарушения действующего законодательства. Следовательно, предписание подлежит выдаче лицу, противоправные действия (бездействие) которого повлекли нарушение законодательства, регулирующего соответствующие правоотношения, и должно быть направлено на устранение именно данных нарушений обязательных требований.

Кроме того, исходя характера и цели данного государственного воздействия, предписание по содержанию должно быть ясным, доступным для понимания и не влечь двоякое толкование.

Несоблюдение названных условий при реализации органом контроля своих полномочий подлежит признанию как нарушение закона, при наличии которого предписание подлежит признанию недействительным.

Из материалов дела усматривается, что основанием для выдачи рассматриваемого предписания № 86000/109 от 02.07.2018 в оспариваемой части (пункт 4) явилось, по мнению управления, неправомерное осуществление обществом в рамках договора № 2015/07-1 от 01.07.2015 «на предоставление услуг оператора системы безопасности» деятельности в виде охраны объекта с использованием технических средств охраны (видеонаблюдения) и принятием соответствующие меры реагирования на их сигнальную информацию, то есть при отсутствии специального обязательного разрешения на оказание такого вида охранной услуги. 

Общество в опровержение выводам управления настаивает на ошибочном толковании проверяющим действующего законодательства и неверной оценке фактических обстоятельств, согласно которым охранная организация не оказывает и не намерена оказывать спорный вид охранной услуги. При этом общество полагает, что закон не запрещает использовать технические средства, в том числе видеонаблюдение, при оказании разрешенных лицензией видов охранных услуг.

В соответствии со статьей 2 Гражданского кодекса РФ предпринимательской деятельностью признается самостоятельная, осуществляемая на свой риск деятельность, направленная на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнение работ или оказания услуг лицами, зарегистрированными в этом качестве в установленном законом порядке.

В случаях, предусмотренных законом, юридическое лицо может заниматься отдельными видами деятельности только на основании специального разрешения/лицензии (пункт 1 статьи 49 ГК РФ).

Основные положения о лицензировании отдельных видов деятельности установлены Федеральным законом «О лицензировании отдельных видов деятельности».

Согласно частям 1, 3 статьи 2 Закона № 99-ФЗ лицензирование отдельных видов деятельности осуществляется в целях предотвращения ущерба правам, законным интересам, жизни или здоровью граждан, окружающей среде, объектам культурного наследия (памятникам истории и культуры) народов Российской Федерации, обороне и безопасности государства, возможность нанесения которого связана с осуществлением юридическими лицами и индивидуальными предпринимателями отдельных видов деятельности. Осуществление лицензирования отдельных видов деятельности в иных целях не допускается.

К лицензируемым видам деятельности относятся виды деятельности, осуществление которых может повлечь за собой нанесение указанного в части 1 названной статьи ущерба и регулирование которых не может осуществляться иными методами, кроме как лицензированием.

Лицензия представляет собой специальное разрешение на право осуществления юридическим лицом или индивидуальным предпринимателем конкретного вида деятельности (выполнения работ, оказания услуг, составляющих лицензируемый вид деятельности), которое подтверждается документом, выданным лицензирующим органом на бумажном носителе или в форме электронного документа, подписанного электронной подписью, в случае, если в заявлении о предоставлении лицензии указывалось на необходимость выдачи такого документа в форме электронного документа (пункт 2 статьи 3 Закона № 99-ФЗ).

Перечень видов деятельности, на осуществление которых требуются лицензии, содержится в статье 12 Закона № 99-ФЗ. В частности, согласно пункту 32 части 1 лицензированию подлежит частная охранная деятельность.

В силу части 1 статьи 1 Закона № 2478-1 охранная деятельность определяется как оказание на возмездной договорной основе услуг физическим и юридическим лицам предприятиями, имеющими специальное разрешение (лицензию) органов внутренних дел, в целях защиты законных прав и интересов своих клиентов.

На основании части 3 статьи 3 Закона № 2487-1 к видам услуг, составляющим охранную деятельность, отнесены: 1) защита жизни и здоровья граждан; 2) охрана объектов и (или) имущества (в том числе при его транспортировке), находящихся в собственности, во владении, в пользовании, хозяйственном ведении, оперативном управлении или доверительном управлении, за исключением объектов и (или) имущества, предусмотренных пунктом 7 данной части; 3) охрана объектов и (или) имущества на объектах с осуществлением работ по проектированию, монтажу и эксплуатационному обслуживанию технических средств охраны, перечень видов которых устанавливается Правительством Российской Федерации, и (или) с принятием соответствующих мер реагирования на их сигнальную информацию; 4) консультирование и подготовка рекомендаций клиентам по вопросам правомерной защиты от противоправных посягательств; 5) обеспечение порядка в местах проведения массовых мероприятий; 6) обеспечение внутриобъектового и пропускного режимов на объектах, за исключением объектов, предусмотренных пунктом 7 данной части; 7) охрана объектов и (или) имущества, а также обеспечение внутриобъектового и пропускного режимов на объектах, в отношении которых установлены обязательные для выполнения требования к антитеррористической защищенности, за исключением объектов, предусмотренных частью третьей статьи 11 названного Закона.

Согласно статье 11 Закона № 2487-1 оказание приведенных услуг разрешается только организациям, специально учреждаемым для их выполнения и имеющим лицензию, выданную федеральным органом исполнительной власти, уполномоченным в сфере частной охранной деятельности, или его территориальным органом.

Как указывалось выше, обществу вменено нарушение, выраженное в неправомерном осуществлении охраны объекта ООО «Сахалинметаллсервис» с использованием технических средств охраны (видеонаблюдения) и принятием соответствующих мер реагирования на их сигнальную информацию, то есть без специального обязательного разрешения на оказание такого вида охранной услуги, предусмотренной пунктом 3 части 3 статьи 3 Закона № 2487-1.

Следовательно, вменяя нарушение данной нормы управление должно доказать факт выполнения работ по проектированию, монтажу и эксплуатационному обслуживанию технических средств охраны, перечень видов которых устанавливается Правительством Российской Федерации, и (или) факт принятия соответствующих мер реагирования на их сигнальную информацию при охране объекта.

Перечень видов технических средств охраны, используемых для оказания услуг по охране объектов и (или) имущества на объектах с осуществлением работ по проектированию, монтажу и эксплуатационному обслуживанию, утвержден Постановлением Правительства от 23.06.2011 № 498, согласно которому к таким техническим средствам относятся: средства аудио- и видеонаблюдения; технические средства охранной и охранно-пожарной сигнализации; средства инженерно-технической защиты и контроля доступа; технические средства обнаружения предметов и веществ, ограниченных в обороте; технические средства мониторинга и навигации подвижных и стационарных объектов.

В соответствии с пунктом 4 Положения о лицензировании частной охранной деятельности, утвержденного Постановлением Правительства РФ от 23.06.2011 № 498, лицензионными требованиями при осуществлении охраны объектов и (или) имущества на объектах с осуществлением работ по проектированию, монтажу и эксплуатационному обслуживанию технических средств охраны и (или) принятием соответствующих мер реагирования на их сигнальную информацию дополнительно к лицензионным требованиям, предусмотренным пунктом 2(1) названного Положения, являются:

а) наличие у соискателя лицензии (лицензиата) служебного огнестрельного оружия и специальных средств, за исключением юридических лиц, зарегистрированных и (или) расположенных на территориях закрытых административно-территориальных образований;

б) наличие у соискателя лицензии (лицензиата) дежурного подразделения с круглосуточным режимом работы;

в) наличие в штате соискателя лицензии (лицензиата) специалиста по обслуживанию технических средств охраны со стажем работы по монтажу технических средств охраны и пусконаладочным работам не менее 1 года;

г) наличие у соискателя лицензии (лицензиата) транспортных средств, а в случае использования транспортных средств, имеющих специальную раскраску, информационные надписи и знаки, - наличие согласования с органами внутренних дел в установленном порядке;

д) наличие у работников лицензиата, осуществляющих охранные функции по принятию мер реагирования на сигнальную информацию, связи с дежурным подразделением охранной организации и соответствующими дежурными частями органов внутренних дел и территориальных органов Федеральной службы войск национальной гвардии Российской Федерации;

е) использование работниками лицензиата при осуществлении охранных функций по принятию соответствующих мер реагирования на сигнальную информацию специальных средств пассивной защиты (жилеты и шлемы защитные).

Из приведенных норм в их системном толковании следует, что осуществление охраны объектов и (или) имущества на объектах с осуществлением работ по проектированию, монтажу и эксплуатационному обслуживанию технических средств охраны и (или) принятием соответствующих мер реагирования на их сигнальную информацию предполагает обязательное наличие у охранной организации, в том числе, дежурного подразделения с круглосуточным режимом работы, специалиста по обслуживанию технических средств охраны со стажем работы не менее 1 года, транспортных средств, связи с дежурным подразделением охранной организации и соответствующими дежурными частями органов внутренних дел и территориальных органов Росгвардии, использование работниками лицензиата при осуществлении охранных функций по принятию соответствующих мер реагирования на сигнальную информацию специальных средств пассивной защиты (жилеты и шлемы защитные).

Следовательно, законодатель установил обязанность получения специального разрешения на вид охранной услуги, предусмотренной пунктом 3 части 3 статьи 3 Закона № 2487-1, только в том случае, когда лицо, предоставляющее услуги охраны, оказывает их централизованным способом, то есть совокупностью совместно действующих:

- технических средств охраны, установленных на охраняемом объекте;

- объединенной единой системой инженерных сетей и коммуникаций;

- централизованным пунктом охраны, который получает и обрабатывает сигнальную информацию технических средств охраны со всех объектов, принятых под охрану;

- сотрудников охранной организации, непосредственно выезжающих на охраняемый объект при поступлении тревожного сигнала, включая и инженерный персонал.

Судом установлено и материалами дела подтверждается, что между заявителем и ООО «Сахалинметаллсервис» заключен договор № 2015/07-1 от 01.07.2015 на представление услуг оператора системы безопасности для офиса и архива компании «Кроникс Сервис».

Согласно пункту 3.2 договора и приложения № 1 к нему охранник общества осуществляет, в том числе, мониторинг движения на территории с помощью системы видеонаблюдения, контрольно-пропускной режим. Пунктом 3.1 приложения № 1 к договору согласовано, что охранник проверяет работу системы видеонаблюдения.

Совокупный анализ условий данного договора и должностной инструкции охранника позволяет прийти к выводу, что на сотрудников общества возложена обязанность по постоянному наблюдению за соответствующим техническим оборудованием – прибором видеонаблюдения, установленным на объекте охраны с целью изучения реальной обстановке на охраняемом объекте, отслеживания возможных ее изменений для предупреждения критических ситуаций. 

В отличие от охранных предприятий, использующих технические средства и обязанных реагировать на сигнальную информацию, поступающую от этих средств, на общество в случае выявления факта проникновения на охраняемый объект либо возникновение иной опасности его сохранности не возложена обязанность самостоятельно осуществлять меры реагирования по предотвращению возникшей ситуации.

В пункте 3.2 приложения № 1 к договору № 2015/07-1 сторонами согласовано, что если оператором выявлена попытка совершения противоправного действия, то сотрудник общества обязан незамедлительно проинформировать Отдел вневедомственной охраны с помощью «тревожной кнопки». В свою очередь последний (Отдел вневедомственной охраны) в силу пункта 1.1 договора № 257-КТС от 16.01.2017, заключенного между ФГКУ ОВО ВНГ России по Сахалинской области и ООО «Сахалинметаллсервис», обязан по сигналу «Тревога» прибыть на место дислокации объектов заказчика для принятия мер к задержанию лиц, создающих угрозу личной безопасности работников заказчика и/или угрозу хищения, повреждении, уничтожения имущества заказчика.

Следовательно, в рассматриваемом случае в соответствии с условиями договора № 2015/07-1 общество приняло на себя обязательство при получении сведений о возникновении какой-либо угрозы в отношении охраняемого объекта информировать об этом уполномоченные организации, что не является синонимом слова «реагирование» в смысле, придаваемом в пункте 3 части 3 статьи 3 Закона № 2487-1. Реагирование предполагает принятие активных, адекватных мер, методов и средств в целях защиты жизни, здоровья и имущества, например, выезд на охраняемый объект наряда полиции, осуществляющего оперативное реагирование на сигналы тревоги из охраняемых объектов, в то время как информирование означает  распространение (передачу) информации в соответствующие негосударственные охранные предприятия или в правоохранительные органы.

Немаловажен и тот факт, что согласно пункту 1.1 договора № 2015/07-01 от 01.07.2015 общество приняло на себя обязательство по предоставлению услуг оператора системы безопасности для офиса и архива компании «Кроникс Сервис», а видеонаблюдение, как следует из абзаца 4 пункта 3.2 приложения  № 1 к договору, применяется не для видеонаблюдения за офисом и архивом, а исключительно для мониторинга движения на территории заказчика.

Наряду с изложенным общество в рамках осуществляемой охранной деятельности не оказывает услуги по проектированию, монтажу и эксплуатационному обслуживанию технических средств охраны, перечень видов которых устанавливается Правительством Российской Федерации, что подтверждается представленными в материалы дела договорами, в соответствии с которыми:

- проектирование, монтаж- и эксплуатационное обслуживание технических средств охраны (система передачи тревожного оповещения) на объекте осуществляет ФГКУ «Отдел вневедомственной охраны войск национальной гвардии РФ по Сахалинской области» и заказчик ООО «Сахалинметаллсервис» (пункты 1.1, 1.3, 2.3, 2.5, 3.1.5 договора № 257-КТС от 16.01.2017);

- проектирование, монтаж и эксплуатационное обслуживание технических средств охраны (охранно-пожарная сигнализация) на объекте осуществляет ООО «Лига-ДВ» (пункты 1.1.2, 1.1.3, 1.2.1 договора № 11/17 «казания услуг по передачи данных с систем объектовой пожарной сигнализации, техническому обслуживанию пожарной, охранно-пожарной сигнализации» от 11.12.2017, заключенного между ООО «Кроникс Рекордз Менеджмент» и ООО «Лига-ДВ»;

- проектирование, монтаж и эксплуатационное обслуживание технических средств охраны (видеонаблюдение, шлагбаум, электромагнитные замки с кодовым считывателем) заказчик ООО «Сахалинметаллсервис» осуществляет самостоятельно (договор № 2015/07-01 от 01.07.2015).

На основании изложенного суд приходит к выводу, что систему видеонаблюдения на охраняемом объекте установил сам заказчик, данная система не подключена по какой-либо связи или сети связи к системам охраны или дежурного подразделения общества, которое должно находиться по другому адресу. Соответственно, общество не имеет возможности в рамках спорного лицензируемого вида охранной услуги получать с данной системы видеонаблюдения заказчика на свою систему сигнальную информацию и прореагировать на нее как подразделения вневедомственной охраны по выезду на объект по сигналу «Тревога».

В связи с этим представленные управлением в качестве доказательств документы не позволяют отнести осуществляемую обществом деятельность к деятельности по охране объекта с осуществлением работ по проектированию, монтажу и эксплуатационному обслуживанию технических средств охраны, перечень видов которых устанавливается Правительством Российской Федерации, и (или) с принятием соответствующих мер реагирования на их сигнальную информацию.

Согласно части 1 статьи 65 и части 5 статьи 200 АПК РФ в сфере публичных правоотношений обязанность доказывания обстоятельств, послуживших основанием для принятия государственными органами оспариваемого акта (решения), возлагается на соответствующие орган или должностное лицо.

Однако данное процессуальное требование управление оставило без внимания, ограничившись декларативными умозаключениями, а также ошибочным толкованием действующего законодательства.

Приведенное выше правоприменение и оценка фактических обстоятельств также изложена в состоявшихся судебных актах (решении Арбитражного суда Сахалинской области от 04.09.2018 и постановлении Пятого арбитражного апелляционного суда от 25.10.2018) по делу № А59-4506/2018, в рамках которого заявление управления о привлечении общества к административной ответственности по части 2 статьи 14.1 КоАП РФ признано необоснованным.  

В силу части 2 статьи 69 АПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

В дополнение суд отмечает, что действующее законодательство о лицензировании частной охранной деятельности не содержит запрета на использование установленных на объекте охраны технических средств (видеонаблюдение, турникеты, шлагбаумы и др.) при оказании таких видов услуг охраны как:

- охрана объектов и (или) имущества (в том числе при его транспортировке), находящихся в собственности, во владении, в пользовании, хозяйственном ведении, оперативном управлении или доверительном управлении (пункт 2 части 3 статьи 3 Закона № 2487-1);

- обеспечение внутриобъектового и пропускного режимов на объектах (пункт 6 части 3 статьи 3  Закона № 2487-1).

Таким образом, результаты проведенной управлением внеплановой выездной проверки не подтверждают в действиях/бездействии общества нарушение пункта 3 части 3 статьи 3 и статьи 11 Закона № 2487-1.

Изложенное в совокупности исключает правомерность применения к обществу мер государственного принуждения, а, следовательно, оспариваемое предписание в части пункта 4 не направлено на устранение спорного нарушения, что повлекло нарушение прав и законных интересов общества в осуществляемой экономической деятельности путем возложения на заявителя незаконной обязанности, а также в виде возможности привлечения к административной ответственности за неисполнение такого пункта предписания.

В соответствии с частью 2 статьи 201 АПК РФ арбитражный суд, установив, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение органов, осуществляющих публичные полномочия, не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, принимает решение о признании ненормативного правового акта недействительным, решений незаконными.

На основании изложенного суд удовлетворяет заявленное обществом требование и признает недействительным оспариваемый пункт 4 предписания от 02.07.2018 № 86000/109 «Об устранении нарушений законодательства».

 Нарушение срока на подачу заявления в суд со стороны общества не выявлено.

Согласно статье 110 АПК РФ судебные расходы возлагаются на стороны пропорционально удовлетворенной части иска.

Судебные расходы состоят из государственной пошлины и судебных издержек, связанных с рассмотрением дела арбитражным судом (статья 101 АПК РФ).

В силу статьи 333.21 НК РФ при подаче заявлений о признании ненормативного правового акта недействительным, решений и действий (бездействия) государственных органов незаконными, размер государственной пошлины для юридических лиц составляет 3 000 рублей.

Принимая во внимание результаты рассмотрения настоящего дела, а также то, что законодательством не предусмотрено освобождение органов, осуществляющих публичные полномочия, от возмещения судебных расходов в случае принятия решения не в их пользу, суд в силу статьи 110 АПК РФ относит судебные расходы в виде уплаченной обществом по платежному поручению № 110 от 24.09.2018 госпошлины в размере 3 000 рублей на управление.

Из материалов дела следует, что общество в составе судебных расходов также просит взыскать с управления 10 000 рублей за оказанные адвокатом НО КА «Хабаровский краевой юридический центр» Мещанкиным И.В. юридические услуги.

В обоснование данного требования общество сослалось на заключенное соглашение от 10.09.2018, в соответствии с предметом которого адвокат Мещанкин И.В. принял на себя обязательства по оказанию юридических услуг, связанных с изучением, консультацией и подготовкой административного искового заявления об обжаловании предписания Отдела Росгвардии по Сахалинской области от 02.07.2016 «Об устранении нарушений законодательства».

Стоимость услуги согласована сторонами в размере 10 000 рублей (пункт 3.1 соглашения), оплата которой производится единовременно в течение 3-х дней с момента подписания соглашения (пункт 3.2 соглашения).

Срок действия соглашения определен до момента получения доверителем административного искового заявления и отчета о проделанной работе, подписанного сторонами (пункт 4.2 соглашения).

В подтверждение оплаты услуг адвоката общество представило квитанцию Коллегии адвокатов «Хабаровский краевой юридический центр» серии ЛХ         № 010281 на сумму 10 000 рублей за подготовку искового заявления по соглашению от 10.09.2018.

Реальность оказания юридических услуг подтверждается имеющимися в материалах дела административным исковым заявлением от 24.09.2018 «о признании частично незаконным решения органа государственной власти» на 14-ти листах и подписанным сторонами соглашения отчетом о проделанной работе.

В соответствии со статьей 112 АПК РФ вопросы распределения судебных расходов, отнесения судебных расходов на лицо, злоупотребляющее своими процессуальными правами, и другие вопросы о судебных расходах разрешаются арбитражным судом, рассматривающим дело, в судебном акте, которым заканчивается рассмотрение дела по существу, или в определении.

К судебным издержкам, связанным с рассмотрением дела в арбитражном суде, в силу статьи 106 АПК РФ относятся денежные суммы, подлежащие выплате экспертам, специалистам, свидетелям, переводчикам, расходы, связанные с проведением осмотра доказательств на месте, расходы на оплату услуг адвокатов и иных лиц, оказывающих юридическую помощь (представителей), и другие расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением дела в арбитражном суде.

Частью 2 статьи 110 АПК РФ предусмотрено, что расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах.

Таким образом, для возмещения судебных расходов стороне, в пользу которой принят судебный акт, значение имеет единственное обстоятельство: понесены ли соответствующие расходы. Независимо от способа определения размера вознаграждения (почасовая оплата, заранее определенная твердая сумма гонорара, абонентская плата, процент от цены иска) и условий его выплаты (например, только в случае положительного решения в пользу доверителя) суд, взыскивая фактически понесенные судебные расходы, оценивает их разумные пределы.

Обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя и тем самым на реализацию требования статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации. Именно поэтому в части 2 статьи 110 АПК РФ речь идет об обязанности суда установить баланс между правами лиц, участвующих в деле.

Согласно пункту 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

В соответствии с часть 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основании своих требований и возражений. 

Руководствуясь вышеназванными нормами АПК РФ, с учетом разъяснений Верховного Суда Российской Федерации, на основании исследования и оценки представленных доказательств, характера спора, степени сложности дела и его результатов, а также исходя их принципа разумности и баланса процессуальных прав и обязанностей сторон,  суд пришел к выводу о том, что предъявленные обществом к взысканию с управления расходы на оплату услуг представителя в размере 10 000 рублей являются разумными и соотносимыми с объемом защищаемого права.

Изложенное также согласуется с рекомендациями по определению размеров гонорара (вознаграждения) за правовую помощь, оказываемую адвокатами, утвержденными Постановлениями Совета Сахалинской адвокатской палаты от 01.12.2016 (тариф за составление искового заявления составляет от 10 000 рублей). 

Доказательств обратного, в том числе чрезмерности данной суммы расходов, управлением в соответствии со статьей 65 АПК РФ не представлено.

Согласно части 2 статьи 9 АПК РФ лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий, в том числе ввиду непредставления тех или иных документов в обоснование своих требований и возражений.

В судебном заседании по делу с участием, в том числе представителя управления, судом непосредственно исследовались как доказательства по существу спора, так и документы, представленные заявителем в подтверждение судебных издержек.

Статьей 41 АПК РФ также гарантировано право участников процесса знакомиться с материалами дела, делать выписки из него и снимать копии.

 Следовательно, управление не лишено было возможности представить мотивированные письменные пояснения в отношении предъявленных обществом к взысканию 10 000 рублей по оплате услуг представителя, что фактически оставлено без внимания.

Не воспользовалось управление своими правами и в судебном заседании путем устных мотивированных возражений.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 110, 167-170, 176 и 201 АПК РФ, арбитражный суд

Р Е Ш И Л :

Признать пункт 4 предписания от 02.07.2018 № 86000/109 «Об устранении нарушений законодательства», выданное Отделом Федеральной службы войск национальной гвардии Российской Федерации по Сахалинской области в отношении общества с ограниченной ответственностью частная охранная организация «Восток Безопасность Сахалин», недействительным, как не соответствующий Федеральному закону от 26.12.2008 № 294-ФЗ «О защите прав юридических лиц и индивидуальных предпринимателей при осуществлении государственного контроля (надзора) и муниципального контроля».

Взыскать с Управления Федеральной службы войск национальной гвардии Российской Федерации по Сахалинской области в пользу общества с ограниченной ответственностью частная охранная организация «Восток Безопасность Сахалин» судебные расходы в размере 3 000 рублей в виде уплаченной государственной пошлины и 10 000 рублей по оплате услуг представителя.

Решение может быть обжаловано в Пятый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Сахалинской области в течение месяца со дня его принятия. 

Судья                                                                                                        С.А. Киселев