ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Москва

01.07.2021

Дело № А40-39250/2020

 

Резолютивная часть постановления объявлена    24.06.2021

Полный текст постановления изготовлен  01.07.2021

 

Арбитражный суд Московского округа 

в составе: 

председательствующего-судьи Кручининой Н.А.,

судей: Перуновой В.Л., Тарасова Н.Н.,

при участии в судебном заседании:

от ФИО1 – ФИО2 по доверенности 04.08.2020, 

конкурсный управляющий  ООО «Национальное Диджитал Агентство» ФИО3 (паспорт, лично),

от ООО «ГрупЭм»  - ФИО4 по доверенности от 18.03.2021 №43926675,

рассмотрев 24.06.2021 в судебном заседании кассационную жалобу ФИО1

на определение Арбитражного суда города Москвы от 28.12.2020

и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 31.03.2021, 

по заявлению конкурсного управляющего должника о признании недействительной сделки по выплате ФИО1 дивидендов в размере 47 450 304,79 руб., применении последствия недействительности сделки.

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Национальное Диджитал Агентство»,

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда города Москвы от 29.05.2020 ООО «Национальное Диджитал Агентство» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим должника утверждена ФИО5.

В Арбитражный суд города Москвы поступило заявление конкурсного управляющего должника, уточненное в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о признании недействительной сделки по перечислению денежных средств в размере 47 450 304,79 руб. с расчетного счета должника в пользу ФИО1  и применении последствий недействительности сделки.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 28.12.2020 указанное заявление конкурсного управляющего должника удовлетворено, недействительной признана сделка по выплате дивидендов ФИО1 в размере 47 450 304,79 руб., перечисленных с расчетного счета ООО «Национальное Диджитал Агентство», применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО1 в конкурсную массу ООО «Национальное Диджитал Агентство» денежных средств в размере 47 450 304,79 руб.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 31.03.2021 определение Арбитражного суда города Москвы от 28.12.2020 оставлено без изменения.

Не согласившись с принятыми судебными актами, ФИО1 обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой, ссылаясь на нарушение судами норм права, несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела, просит обжалуемые судебные акты отменить и принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении требований конкурсного управляющего.

В обоснование доводов кассационной жалобы заявитель ссылается на недоказанность конкурсным управляющим совокупности обстоятельств, свидетельствующих о недействительности спорных перечислений, указывая, что судом неверно определена дата возникновения обязательств перед кредитором, выводы о неудовлетворительном финансовом состоянии должника в спорный период не соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

Кроме того, заявитель указывает на неправильное применение судами положений Налогового кодекса Российской Федерации, утверждая, что применение последствий недействительности сделок в виде взыскания с ответчика сумм НДФЛ противоречит нормам, регламентирующим порядок возврата налога.

От конкурсного управляющего должника и ООО «ГрупЭм» поступили отзывы на кассационную жалобу, которые приобщены судом округа к материалам дела в порядке статьи 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте Верховного суда Российской Федерации http://kad.arbitr.ru.

В заседании суда кассационной инстанции представитель заявителя кассационной жалобы доводы, изложенные в ней, поддержал в полном объеме, конкурсный управляющий должника и представитель ООО «ГрупЭм»  возражали против удовлетворения кассационной жалобы, полагали обжалуемые определение и постановление законными и обоснованными.

Изучив материалы дела, выслушав явившихся в судебное заседание представителей, обсудив доводы кассационной жалобы и возражений на нее, проверив в порядке статей 284, 286 - 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность обжалуемых судебных актов, судебная коллегия суда кассационной инстанции не находит правовых оснований для их отмены ввиду следующего.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и с частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Как следует из материалов дела и установлено судами первой и апелляционной инстанций, в период с 04.04.2017 по 07.02.2018 в пользу ФИО1 (участник ООО «Национальное Диджитал Агентство») с расчетного счета должника были перечислены денежные средства на общую сумму 41 281 764,79 руб. в качестве выплаты дивидендов в пользу учредителя в порядке пункта 1 статьи 28 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью». 

Эти перечисления конкурсный управляющий и оспорил как подозрительные на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, как совершенные со злоупотреблением правом и направленные на причинение имущественного вреда кредиторам.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 63 от 23.12.10 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление №63), пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В пункте 6 названного постановления закреплено, что согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 7 постановления № 63, в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Суды, удовлетворяя заявление управляющего, исходили из того, что о наличии признака неплатежеспособности на момент совершения должником спорных платежей (04.04.2017-07.02.2018) свидетельствует наличие неисполненных обязательств перед ООО «ГрупЭм» с наступившим сроком исполнения, которые подтверждены вступившим в законную силу судебным актом и впоследствии включены в реестр требований кредиторов должника.

Кроме того, судами установлено, что единственным участником ООО «Национальное Диджитал Агентство» 22.01.2018 принято Решение № 1/2018 ликвидировать должника в добровольном порядке в связи с прекращением деятельности, ликвидатором назначен ФИО6. В журнале «Вестник государственной регистрации» (часть 1 № 6 (671) от 14.02.2018/1397) опубликовано сообщение о предстоящей ликвидации ООО «Национальное Диджитал Агентство».

При этом, ООО «ГрупЭм» неоднократно обращалось к ликвидатору с заявлением о включении задолженности по договору оказания услуг № 10/2015-1 от 01.10.2015 в размере 109 973 074,76 руб. в промежуточный ликвидационный баланс.

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда города Москвы от 19.11.2019 по делу №А40-108486/2018 установлено, что должник имеет задолженность перед ООО «ГрупЭм» по дополнительным соглашениям о премировании № 6 от 30.12.2016 и № 7 от 30.03.2017 к договору об оказании услуг № 10/2015-1 от 01.10.2015

При этом, как установлено указанным решением суда у должника возникла задолженность перед ООО «ГрупЭм» по соглашению № 6 от 30.12.2016 о выплате премии по итогам 1 квартала 2017 года в размере 68 951 961,51 руб.; по соглашению о премировании № 7 от 30.03.2017 о выплате премии по итогам 2 квартала 2017 года в размере 34 988 147,77 руб.

Кроме того, судами установлено, что в соответствии с Анализом финансовой деятельности должника финансовая активность ООО «Национальное Диджитал Агентство» к концу 2017 года значительно снизилась, что отражено на графике финансовых показателей.

При этом, суды отметили и осведомленность ответчика о неплатежеспособности должника и о цели причинения вреда кредиторам оспариваемой сделкой, так как ФИО1 являлся участником должника, признавшего обязательства перед ООО «ГрупЭм» за 1 и за 2 кварталы 2017 года в акте сверки, то есть, ФИО1 обладал сведениями о финансовом положении должника, наличии признака неплатежеспособности.

Учитывая вышеизложенное, суды пришли к выводу, что оспариваемые сделки осуществлялись в пользу заинтересованного лица.

В связи с изложенным суды пришли к обоснованным выводам, что выплата дивидендов участнику общества в ситуации наличия объективного банкротства общества лишено экономической обоснованности и не отвечает принципу разумности и добросовестности участников гражданского оборота, соответственно направленность действий должника по выплате дивидендов не на защиту прав и законных интересов участника, а на затруднение расчетов с кредиторами должника, представляет собой проявление недобросовестного поведения сторон, подтверждающее цель причинения вреда имущественным правам кредиторов должника.

Таким образом, на основании изложенного судами сделан обоснованный вывод о недействительности указанных платежей в силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Кроме того, оспариваемые действия должника по перечислению ФИО1 денежных средств в счет выплаты дивидендов признаны судами недействительными сделками как по пункту  2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, также и по статьям 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации если из закона не следует иное, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна.

На основании пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции, действовавшей на момент заключения спорной сделки) не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

Под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с нарушением установленных в названной статьей пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам или создающее условия для наступления вреда.

Между тем, как правомерно отметили суды первой и апелляционной инстанций, совершение сделки по выплате дивидендов в условиях недостаточности имущества для удовлетворения требований внешних кредиторов означает не просто знание другой стороны сделки о цели должника причинить вред внешним кредитором, а злонамеренный сговор между ФИО1 и должником, и вытекающее из такого сговора их совместное намерение причинить вред внешним кредиторам, что свидетельствует о злоупотреблении правом.

Судебная коллегия считает, что, исследовав и оценив доводы сторон и собранные по делу доказательства в соответствии с требованиями статей 67, 68, 71 АПК РФ, руководствуясь положениями действующего законодательства, суды первой и апелляционной инстанций пришли к обоснованному выводу о недействительности сделок по перечислению должником ФИО1 денежных средств в качестве выплаты дивидендов.

Суд округа также соглашается с выводами судебных инстанций о применении последствий недействительности сделок, в том числе, в виде взыскания с ФИО1 сумм НДФЛ.

Нормы статьи 78 Налогового кодекса Российской Федерации устанавливают порядок зачета и возврата излишне уплаченного налога.

Должник не является плательщиком НДФЛ в силу статьи 207 Налогового кодекса Российской Федерации, в спорных правоотношениях он выступал в качестве  налогового агента.

Спорный платеж в силу статьи 217 Налогового кодекса Российской Федерации  не подпадает в перечень доходов, не подлежащих налогообложению (освобождаемые от налогообложения).

Спорный платеж не связан с осуществлением трудовой деятельности, а вытекает из предпринимательской деятельности (участие в обществе, получение дохода от участия в виде дивидендов).

Произведенный платеж НДФЛ осуществлен не за счет должника, а за счет ответчика.

Таким образом, у должника как налогового агента отсутствует право на требование возврата в конкурсную массу денежных средств, перечисленных в бюджет в качестве сумм НДФЛ

При этом, суды правомерно учитывали правовую позицию, указанную в пункте 10 Обзора практики рассмотрения судами дел, связанных с применением главы 23 Налогового кодекса Российской Федерации, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 21.10.2015, гражданин вправе скорректировать ранее отраженные в налоговой декларации доходы в случае признания недействительным (расторжения) договора, при исполнении которого они были получены, и возврата соответствующих средств.

Приведенные в кассационной жалобе доводы являлись предметом проверки судов первой и апелляционной инстанций и направлены на переоценку исследованных судами обстоятельств, что в силу положений статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не входит в полномочия суда кассационной инстанции.

С учетом изложенного, оснований для отмены определения суда первой инстанции и постановления суда апелляционной инстанции по приведенным в кассационной жалобе доводам у суда кассационной инстанции не имеется.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, безусловным основанием для отмены принятых судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено.

            Руководствуясь статьями 284, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Москвы от 28.12.2020 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 31.03.2021 по делу  № А40-39250/2020 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

            Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в двухмесячный срок.

 

Председательствующий – судья                                   Н.А. Кручинина

 

Судьи:                                                                                 В.Л. Перунова

 

                                                                                              Н.Н. Тарасов