СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-3973/2023(3)-АК

Дело № А60-64021/2022

20 августа 2024 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 07 августа 2024 года.

 

Постановление в полном объеме изготовлено  20 августа 2024 года.

 

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Плаховой Т. Ю.,

судей                                       Шайхутдинова Е.М., Шаркевич М.С.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Хасаншиной Э.Г.,

при участии в режиме веб-конференции посредством использования информационной системы «Картотека арбитражных дел»:

от заявителя жалобы, финансового управляющего ФИО1 – ФИО2, доверенность от 31.05.2023, паспорт,

от должника – ФИО3, доверенность от 23.12.2022, паспорт,

от иных лиц, участвующих в деле – не явились, 

(лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статьей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу финансового управляющего ФИО1

на определение Арбитражного суда Свердловской области 

от 13 марта 2024 года

- об удовлетворении заявления должника об исключении имущества из конкурсной массы квартиры,

- об удовлетворении заявления должника о признании недействительным решения собрания кредиторов от 12.01.2024 по вопросу о замещении единственного пригодного для постоянного проживания должника и членов его семьи жилого помещения.

- об отказе в удовлетворении заявления финансового управляющего ФИО1 об утверждении Положения о порядке, об условиях и о сроках реализации имущества должника (квартиры),

вынесенное в рамках дела № А60-64021/2022 

о признании ФИО4 (ИНН 

<

***>) несостоятельным (банкротом)

третье лицо: Управление социальной политики Министерства социальной политики Свердловской области № 27, 

 

установил:

решением Арбитражного суда Свердловской области от 28.08.2023 ФИО4 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим имуществом должника утвержден ФИО1.

19.09.2023 в арбитражный суд поступило заявление ФИО4 об исключении имущества из конкурсной массы – квартиры, общей площадью 104 кв.м., расположенной по адресу: 

<

...>, как единственного пригодного для постоянного проживания жилого помещения, которое определение от 20.10.2023 принято к производству суда.

Финансовым управляющим представлен отзыв на заявление, просит отказать в его удовлетворении.

30.01.2024 в арбитражный суд поступило заявление должника о признании недействительным решения собрания кредиторов от 12.01.2024 по вопросу о замещении единственного пригодного для постоянного проживания должника и членов его семьи жилого помещения.

Определением суда от 02.02.2023 указанное заявление принято к совместному рассмотрению с заявлением должника об исключении имущества из конкурсной массы.

30.01.2024 в суд поступило ходатайство финансового управляющего об утверждении Положения о порядке, об условиях и о сроках реализации имущества должника – квартиры, общей площадью 104 кв.м., расположенной по адресу: 

<

...>, и предоставлении должнику замещающего жилья.

01.02.2024 финансовым управляющим представлено ходатайство об объединении его ходатайства об утверждении Положения о порядке продажи с заявлением должника об исключении имущества из конкурсной массы для их совместного рассмотрения. 

Определением от 02.02.2024 ходатайство финансового управляющего об утверждении Положения порядке продажи совместно с заявлениями должника об исключении имущества из конкурсной массы и признании недействительным решения собрания кредиторов объединены в одно производство.

Определением от 05.02.2024 к участию в споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено Управление социальной политики Министерства социальной политики Свердловской области № 27.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 13.03.2024 (резолютивная часть от 12.03.2024) из конкурсной массы ФИО4 исключена квартира, расположенная по адресу: 

<

...>, как единственное жилье для должника и членов его семьи; признано недействительным решение собрания кредиторов от 12.01.2024 по вопросу о замещении единственного жилья должника и его семьи; в удовлетворении ходатайства финансового управляющего об утверждении Положения о порядке продажи имущества должника (квартиры) отказано.

Не согласившись с вынесенным определением, финансовый управляющий ФИО1 обратился с апелляционной жалобой, просит определение отменить, отказать в удовлетворении заявлений должника об исключении квартиры из конкурсной массы и признании недействительным решения собрания кредиторов, удовлетворить его заявление об утверждении Положения о порядке продажи имущества должника. Ссылается на вступившее в законную силу решение Октябрьского районного суда г. Екатеринбурга от 10.10.2023 по делу № 2-4254/2023, согласно которому несовершеннолетний сын должника ФИО5 проживает совместно с матерью ФИО6 по адресу: 

<

...>; взыскание данным решением с должника алиментов на содержание сына, что, по мнению апеллянта, подразумевает проживание ребенка с матерью (при проживании с отцом должник содержал бы сына без судебного акта). С позиции управляющего, с учетом расположения квартир должника и его супруги (дома через дорогу), для ребенка не имеет значения место проживания в этих квартирах для посещения школы и других социальных объектов; при наличии квартиры матери права несовершеннолетнего ребенка включением квартиры должника в конкурсную массу не нарушаются. Считает доказанным наличие у спорной квартиры признаков роскошности жилья, о чем, по утверждению управляющего, свидетельствует ее площадь, излишняя для должника с учетом утвержденной постановлением Главы г. Екатеринбурга от 31.08.2005 № 824 минимальной нормы площади жилого помещения (16 кв.м.). Не отрицая, что замещающее жилье располагается в пределах г. Екатеринбурга, но в другом районе, отдаленном от места расположения квартиры должника, ссылается на непредставление должником доказательств наличия обстоятельств, препятствующих его переселению в другой район в пределах одного города.

До начала судебного разбирательства от должника поступил письменный отзыв на апелляционную жалобу, просит определение оставить без изменения, жалобу – без удовлетворения.

Представитель финансового управляющего доводы жалобы поддерживает в полном объеме, настаивает на отмене определения.

Представитель должника поддерживает возражения, изложенные в письменном отзыве.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства, представителей в заседание суда апелляционной инстанции не направили, что в соответствии с ст.ст. 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не является препятствием к рассмотрению дела в их отсутствие.

Законность и обоснованность судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном ст. 266, ч. 5 ст. 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела и установлено судом, должник ФИО4 состоял в браке с ФИО6, 11.02.2009 у супругов родился сын ФИО5

На основании решения Октябрьского судебного района г. Екатеринбург от 30.01.2015 брак между ФИО4 и ФИО6 расторгнут.

Определением Октябрьского районного суда г. Екатеринбурга от 03.10.2019 по делу № 2-3123/2019 утверждено мировое соглашение о разделе имущества между ФИО4 и ФИО6: в единоличную собственность ФИО6 передается следующее имущество квартира, общей площадью 143,6 кв.м., расположенная по адресу: 

<

...>; автомобиль марки PORSCHE CAYENNE GTS, 2013 г.в., идентификационный номер (VIN) 

<

***>; в собственность должника ФИО4 переходит квартира, общей площадью 14 кв.м., расположенная по адресу: 

<

...>. 

Решением от 28.08.2023 в отношении ФИО4 введена процедура реализации имущества.

Должник, обращаясь с заявлением об исключении принадлежащей ему квартиры из конкурсной массы, указал на то, что указанное имущество является единственным пригодным жильем для проживания самого должника и его несовершеннолетнего сына ФИО5, зарегистрированного по данному адресу совместно с должником.

Финансовый управляющий представил отзыв на заявление должника, в котором возражает против удовлетворения заявленных требований, ссылаясь на то, что квартира, об исключении которой заявлено должником, по своим характеристикам является роскошной и чрезмерной для проживания в ней должника, несовершеннолетний ребенок должника в ней не проживает.

Дополнительно финансовый управляющий, со ссылкой на решение собрания кредиторов о предоставлении должнику замещающего жилья, заявил об избрании замещающими помещениями: квартиры, площадью 27,9 кв.м, расположенной по адресу, г. Екатеринбург, мкр. Светлый, д. 1, кв. 84, или квартиры, площадью 36,2 кв. м, расположенной по адресу, 

<

...>; представил Положение о порядке продажи принадлежащей должнику квартиры, содержащее соответствующие условия о предоставлении замещающего жилья, с ходатайством об его утверждении.

Должник оспорил решение собрания кредиторов, возражал против удовлетворения заявления управляющего.

Рассмотрев заявленные требования, суд первой инстанции отказал в удовлетворении ходатайства финансового управляющего об утверждении положения о порядке продажи имущества должника, о предоставлении замещающего жилья, признал недействительным решение собрание кредиторов о предоставлении должнику замещающего жилья, исключил из конкурсной массы ФИО4 принадлежащую ему квартиру в качестве единственного жилья.

Исследовав имеющиеся в деле доказательства в порядке ст. 71 АПК РФ, оценив доводы апелляционной жалобы, проанализировав нормы материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены (изменения) обжалуемого определения в силу следующего.

Согласно п. 1 ст. 213.25 Закона о банкротстве все имущество гражданина, имеющееся на дату принятия решения арбитражного суда о признании гражданина банкротом и введении реализации имущества гражданина и выявленное или приобретенное после даты принятия указанного решения, составляет конкурсную массу, за исключением имущества, определенного п. 3 настоящей статьи.

По мотивированному ходатайству гражданина и иных лиц, участвующих в деле о банкротстве гражданина, арбитражный суд вправе исключить из конкурсной массы имущество гражданина, на которое в соответствии с федеральным законом может быть обращено взыскание по исполнительным документам и доход от реализации которого существенно не повлияет на удовлетворение требований кредиторов. Общая стоимость имущества гражданина, которое исключается из конкурсной массы в соответствии с положениями настоящего пункта, не может превышать десять тысяч рублей. Перечень имущества гражданина, которое исключается из конкурсной массы в соответствии с положениями настоящего пункта, утверждается арбитражным судом, о чем выносится определение, которое может быть обжаловано (п. 2 ст. 213.25 Закона о банкротстве).

В силу ст. 24 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) гражданин отвечает по своим обязательствам всем принадлежащим ему имуществом, за исключением имущества, на которое в соответствии с законом не может быть обращено взыскание. Перечень имущества граждан, на которое не может быть обращено взыскание, устанавливается гражданским процессуальным законодательством.

Пунктом 3 ст. 213.25 Закона о банкротстве определено, что из конкурсной массы исключается имущество, на которое не может быть обращено взыскание в соответствии с гражданским процессуальным законодательством.

В силу абзаца 2 ч. 1 ст. 446 ГПК РФ взыскание по исполнительным документам не может быть обращено на принадлежащее гражданину-должнику на праве собственности жилое помещение (его части), если для гражданина-должника и членов его семьи, совместно проживающих в принадлежащем помещении, оно является единственным пригодным для постоянного проживания помещением, за исключением указанного в названном абзаце имущества, если оно является предметом ипотеки и на него в соответствии с законодательством об ипотеке может быть обращено взыскание. В частности, положения названной статьи в их взаимосвязи с п. 1 ст. 78 Закона об ипотеке не исключают обращение взыскания на заложенную квартиру - при условии, что такая квартира была заложена по договору об ипотеке либо по ипотеке в силу закона в обеспечение возврата кредита на приобретение или строительство таких или иных квартир, их капитальный ремонт или иное неотделимое улучшение, а также на погашение ранее предоставленных кредита или займа на приобретение или строительство жилого дома или квартиры (соответствующая правовая позиция отражена в Определении Конституционного суда от 17.01.2012 № 13-О-О).

В определении Конституционного Суда Российской Федерации от 04.12.2003 № 456-О разъяснено, что положения ст. 446 ГПК РФ, запрещающие обращать взыскание не на любое принадлежащее должнику жилое помещение, а лишь на то, которое является для него единственным пригодным для проживания, направлены на защиту конституционного права на жилище не только самого должника, но и членов его семьи, в том числе находящихся на его иждивении несовершеннолетних, престарелых, инвалидов, а также на обеспечение охраны государством достоинства личности, как того требует ст. 21 (ч. 1) Конституции Российской Федерации, условий нормального существования и гарантий социально-экономических прав в соответствии со ст. 25 Всеобщей декларации прав человека.

Исходя из разъяснений, данных в п. 39 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан», при рассмотрении дел о банкротстве граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, суды должны учитывать необходимость обеспечения справедливого баланса между имущественными интересами кредиторов и личными правами должника (в том числе его правами на достойную жизнь и достоинство личности).

В постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 12.07.2007 № 10-П указано, что необходимость обеспечения баланса интересов кредитора и гражданина-должника требует защиты прав последнего путем не только соблюдения минимальных стандартов правовой защиты, отражающих применение мер исключительно правового принуждения к исполнению должником своих обязательств, но и сохранения для него и лиц, находящихся на его иждивении, необходимого уровня существования, с тем, чтобы не оставить их за пределами социальной жизни.

В п.3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан» разъяснено, что исполнительский иммунитет в отношении единственного пригодного для постоянного проживания жилого помещения, не обремененного ипотекой, действует и в ситуации банкротства должника (п. 3 ст. 213.25 Закона о банкротстве, абзац второй ч. 1 ст. 446 ГПК РФ).

При наличии у должника нескольких жилых помещений, принадлежащих ему на праве собственности, помещение, в отношении которого предоставляется исполнительский иммунитет, определяется судом, рассматривающим дело о банкротстве, исходя из необходимости, как удовлетворения требований кредиторов, так и защиты конституционного права на жилище самого гражданина-должника и членов его семьи, в том числе находящихся на его иждивении несовершеннолетних, престарелых, инвалидов, обеспечения указанным лицам нормальных условий существования и гарантий их социально-экономических прав.

В данном случае имеются разногласия между финансовым управляющим, должником и кредиторами по вопросу об исключении  принадлежащей должнику квартиры из конкурсной массы как единственного жилого помещения, при наличии заявления финансового управляющего об ограничении исполнительского иммунитета в отношении данной квартиры ввиду наличия у квартиры по ул. Красноармейская признаков избыточного (роскошного) жилья, решения собрания кредиторов о предоставлении должнику замещающего жилья

В апелляционной жалобе финансовый управляющий также приводит доводы об избыточности площади у спорной квартиры для проживания должника, настаивая на проживании сына должника с матерью, наличии условий для предоставления должнику замещающего жилья.

Согласно абз. 4 п. 3.2 Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 14.05.2012 № 11-П, положение абз. 2 ч. 1 ст. 446 ГПК РФ, устанавливающее запрет обращения взыскания на жилое помещение, если для гражданина-должника и членов его семьи оно является единственным пригодным для постоянного проживания, во взаимосвязи со ст. 24 ГК РФ предоставляет гражданину должнику имущественный (исполнительский) иммунитет с тем, чтобы – исходя из общего предназначения данного правового института – гарантировать указанным лицам условия, необходимые для их нормального существования. Исполнительский иммунитет должен распространяться на жилое помещение, которое по своим объективным характеристикам (параметрам) является разумно достаточным для удовлетворения конституционно значимой потребности в жилище как необходимом средстве жизнеобеспечения.

Обусловленные конституционно значимыми ценностями границы института исполнительского иммунитета в отношении жилых помещений, как они вытекают из Постановления № 11-П, состоят в том, чтобы гарантировать гражданам уровень обеспеченности жильем, необходимый для нормального существования без умаления достоинства человека. Это, однако, не должно исключать ухудшения жилищных условий гражданина-должника и членов его семьи на том лишь основании, что жилое помещение, принадлежащее ему на праве собственности, - независимо от его количественных и качественных характеристик, включая стоимостные, - является для этих лиц единственным пригодным для постоянного проживания.

Такое ухудшение жилищных условий тем более не исключено для тех случаев несостоятельности (банкротства), когда права кредиторов нарушает множественное и неоднократное (систематическое) неисполнение должником обязательств при общих размерах долга, явно несоразмерных имущественному положению гражданина.

При этом, по смыслу разъяснений, данных в п. 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», должник не вправе обходить правила об исполнительском иммунитете, меняя место жительства в отсутствие к тому объективных причин (и как следствие, перенося своими односторонними действиями в ущерб интересам взыскателя иммунитет с одного помещения на другое) после того, как взыскатель начал предпринимать активные действия, направленные на получение исполнения.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 29.11.2018 № 305-ЭС18-15724, при рассмотрении спора об исключении из конкурсной массы должника единственного пригодного для проживания помещения арбитражный суд должен исследовать доводы кредиторов о недобросовестности должника и злоупотреблении с его стороны правом в виде создания ситуации, когда дорогостоящий объект недвижимости получает статус единственного пригодного для проживания помещения, что недопустимо.

Среди обстоятельств, которые могли бы иметь значение в соответствующей оценке поведения должника, предшествующего взысканию долга, суды, помимо прочего, вправе учесть и сопоставить, с одной стороны, время присуждения долга этому гражданину, в том числе момент вступления в силу соответствующего судебного постановления, время возбуждения исполнительного производства, а также извещения должника об этих процессуальных событиях и, с другой стороны, время и условия, в том числе суммы (цену) соответствующих сделок и других операций (действий), если должник вследствие их совершения отчуждал деньги, имущественные права, иное свое имущество, с тем чтобы приобрести (создать) объект, защищенный исполнительским иммунитетом.

В соответствии с п. 1 ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Из постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 26.04.2021 № 15-П следует, что Конституционный Суд Российской Федерации рассматривал два варианта лишения единственного пригодного для постоянного проживания жилого помещения исполнительского иммунитета:

- как способ и условие удовлетворение требований кредиторов, а не карательная санкция, условиями применения которой является наделение гражданина должника жилым помещением меньшей площадью и стоимостью (без изменения места жительства (поселения), но соответствующей нормам предоставления жилья по условиям социального найма);

- в виде отказа в защите прав при условии, что данное жилое помещение приобретено со злоупотреблением такими правами, которые могут быть установлены при условии, что должник был осведомлен о наличии кредиторской задолженности и совершал действия, направленные на отчуждение имущества, не обладающего исполнительским иммунитетом с целью приобретения имущества, таким иммунитетом обладающего.

Назначение исполнительского иммунитета состоит не в том, чтобы в любом случае сохранить за гражданином-должником право собственности на жилое помещение, а в том, чтобы не допустить нарушения конституционного права на жилище в самом его существе, как и умаления человеческого достоинства, гарантируя гражданину-должнику и членам его семьи сохранение обеспеченности жильем на уровне, достаточном для достойного существования.

Следовательно, запрет обращения взыскания на единственное пригодное для постоянного проживания гражданина-должника и членов его семьи жилое помещение конституционно оправдан постольку, поскольку он обеспечивает этим лицам сохранение жилищных условий, приемлемых в конкретной социально-экономической обстановке, от которой и зависят представления о том, какое жилое помещение можно или следует считать достаточным для удовлетворения разумной потребности человека в жилище.

Со вступлением в силу Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 26.04.2021 № 15-П «По делу о проверке конституционности положений абзаца второго части первой статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и пункта 3 статьи 213.25 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» в связи с жалобой гражданина ФИО7» абзац второй ч. 1 ст. 446 ГПК РФ в дальнейшем не может служить нормативно-правовым основанием безусловного отказа в обращении взыскания на жилые помещения, в нем указанные, если суд считает необоснованным применение исполнительского иммунитета, в том числе при несостоятельности (банкротстве) гражданина-должника, поскольку отказ в применении этого иммунитета не оставит его без жилища, пригодного для проживания самого должника и членов его семьи, площадью по крайней мере не меньшей, чем по нормам предоставления жилья на условиях социального найма, и в пределах того же поселения, где эти лица проживают.

Это условие может быть обеспечено, в частности, если соответствующее жилое помещение предоставляет гражданину-должнику кредитор (взыскатель) в порядке, который установит суд, в том числе в процедуре несостоятельности (банкротства).

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 26.07.2021 № 303-ЭС20-18761, сами по себе правила об исполнительском иммунитете не исключают возможность ухудшения жилищных условий должника и членов его семьи:

ухудшение жилищных условий не может вынуждать должника помимо его воли к изменению поселения, то есть предоставление замещающего жилья должно происходить, как правило, в пределах того же населенного пункта (иное может быть обусловлено особенностями административно-территориального деления, например, существованием крупных городских агломераций (компактно расположенных населенных пунктов, связанных совместным использованием инфраструктурных объектов и объединенных интенсивными экономическими, в том числе трудовыми, и социальными связями));

отказ в применении исполнительского иммунитета не должен оставить должника и членов его семьи без жилища, пригодного для проживания, площадью по крайней мере не меньшей, чем по нормам предоставления жилья на условиях социального найма;

отказ от исполнительского иммунитета должен иметь реальный экономический смысл как способ удовлетворения требований кредиторов, а не быть карательной санкцией (наказанием) за неисполненные долги или средством устрашения должника, в связи с чем, необходимым и предпочтительным является проведение судебной экспертизы рыночной стоимости жилья, имеющего, по мнению кредиторов, признаки излишнего (это влечет за собой необходимость оценки и стоимости замещающего жилья, а также издержек конкурсной массы по продаже существующего помещения и покупке необходимого).

Таким образом, включение единственного пригодного для проживания должника жилого помещения в его конкурсную массу должно быть целесообразно и свидетельствовать о наличии реального экономического эффекта от его реализации в будущем для удовлетворения требований кредиторов должника.

При рассмотрении вопроса об исключении из конкурсной массы единственного пригодного для проживания должника и членов его семьи жилья важным является соблюдение баланса интересов всех заинтересованных лиц, который достигается, в том числе за счет исследования фактических обстоятельств дела по существу, в данном случае недопустимо установление только формальных условий применения нормы права. Иной подход не может быть признан соответствующим целям судопроизводства и направленным на защиту прав и законных интересов граждан и юридических лиц.

Настоящее дело о банкротстве ФИО4 возбуждено в связи со взысканием с должника денежных средств в порядке привлечения его к  субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Генерация-Новые технологии» определением Арбитражного суда Свердловской области от 03.03.2022 по делу №А60-48779/2017. 

Согласно названному судебному акту, ФИО4 привлечен к субсидиарной ответственности на основании п. 4 ст. 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ) в связи с причинением вреда имущественным правам кредиторов общества в результате совершения в период с 2014 г. по 2017 г. сделок, признанных недействительными в рамках дела о банкротству по ст. 61.2 Закона о банкротстве. 

При этом спорное жилое помещение было приобретено должником и его супругой задолго до возникновения обязательств по субсидиарной ответственности (право собственности зарегистрировано за ФИО6 26.06.2012), перешло к должнику в результате раздела имущества между бывшими супругами (после утверждения мирового соглашения по разделу имущества с супругой в 2019 г.). 

При таком положении суд пришел к правильному выводу об отсутствии признаков злоупотребления правами должником при приобретении спорого жилого помещения, отсутствии . 

Несогласие с данным выводом управляющим не выражено, опровергающие его обстоятельства не указаны, соответствующие доказательства не представлены.

Позиция управляющего сводится к наличию оснований для ограничения исполнительского иммунитета в отношении спорной квартиры ввиду ее «роскошности», избыточности для удовлетворения потребностей должника в жилье.

Согласно материалам дела, общая площадь квартиры составляет 104 кв.м. 

Жилой дом (квартира, комната, иное жилое помещение), в котором гражданин зарегистрирован и постоянно или преимущественно проживает по основаниям, предусмотренным законодательством Российской Федерации, признается постоянным местом жительства гражданина (абзац восьмой ст. 2 Закона Российской Федерации от 25.06.1993 № 5242-1 «О праве граждан Российской Федерации на свободу передвижения, выбор места пребывания и жительства в пределах Российской Федерации»).

Аналогичное положение содержится в абзаце втором п. 3 Правил регистрации и снятия граждан Российской Федерации с регистрационного учета по месту пребывания и по месту жительства в пределах Российской Федерации, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 17.07.1995 № 713.

Судом установлено, что в спорной квартире с 08.11.2019 зарегистрированы должник ФИО4 и его несовершеннолетний ребенок ФИО5, что подтверждается материалами дела (справка МКУ «Центр обслуживания в жилищно-коммунальной сфере от 21.11.2023 № 81225325 (л.д.37), ответ от заместителя начальника отдела адресно-справочной работы Управления по вопрос миграции ГУ МВД России по Свердловской области12.12.2023).

Несмотря на отсутствие государственной регистрации перехода права собственности на спорную квартиру по итогам состоявшегося раздела имущества между бывшими супругами, руководствуясь указанными выше нормами права и разъяснениями Конституционного суда Российской Федерации, Верховного Суда Российской Федерации, суд первой инстанции верно установил, что местом постоянного проживания должника, с учетом его регистрации, является 

<

...>. 

Иного жилого помещения для проживания у должника не имеется, что никем из участвующих в деле лиц не отрицается. 

Положениями п. 1в Постановления Правительства Российской Федерации № 541 от 29.08.2005 установлен федеральный стандарт социальной нормы площади жилого помещения в размере 18 кв.м. общей площади жилья на 1 гражданина. Соответственно для семьи из 2 человек социальная норма площади жилья равна 36 кв.м., для трех – 54 кв.м.

Законом Свердловской области от 08.06.1995 № 17-ОЗ «Об основах жилищной политики в Свердловской области» (в редакции Закона Свердловской области от 20.01.1997 № 2-3-ОЗ) социальная норма площади жилья, приходящейся на одного человека, устанавливается в размере 18 кв.м. общей площади на одного человека и дополнительно 9 квадратных метров общей на семью.

Согласно Постановлению Главы города Екатеринбурга от 31.08.2005 № 824 «Об утверждении учетной нормы площади жилого помещения и нормы предоставления площади жилого помещения, действующих на территории муниципального образования «город Екатеринбург», норма площади жилого помещения составляет 16 кв.м. общей площади на одного человека.

Размер общей площади предоставляемого жилого помещения устанавливается с учетом имеющегося у гражданина (членов его семьи) жилых помещений, принадлежащих ему (им) на праве собственности. Общая площадь жилого помещения, предоставляемого гражданам по договору социального найма на одного человека, не должна быть менее учетной нормы площади жилого помещения, установленной органом местного самоуправления по месту предоставления жилого помещения.

Таким образом, указанным ненормативным актом установлен минимальный размер подлежащей предоставлению жилой площади без указания его максимума. 

На каждого фактически проживающего в спорной квартире приходится по 52 кв.м. общей площади, что не может быть признано судом избыточным. 

Площадь, приходящаяся на одного человека, существенно (кратно) разумный уровень конституционно значимых потребностей для должника и лиц, совместно с ним проживающих, не превышает.

Иное толкование приведет к тому, что любая квартира, размер которой превышает установленный минимум предоставления жилой площади по законодательству субъекта Российской Федерации, может быть реализована в деле о банкротстве в случае, если на территории данного субъекта имеются в продаже квартиры, имеющие меньшую площадь и стоимость.

Законодательство не содержит конкретных признаков, по которым может быть установлен статус роскошного жилого помещения, при этом судейское усмотрение не может базироваться исключительно на внутреннем убеждении и сформированных представлениях, а разработка норм предоставления жилых помещений по договорам социального найма изначально имело иное предназначения, нежели определения достаточности обеспечения граждан жильем с целью его ограничения.

При этом в настоящее время Министерством экономического развития Российской Федерации на основе существующих в Российской Федерации экономических реалий разработан и Правительством Российской Федерации внесен на рассмотрение проект Федерального закона «О внесении изменений в Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации, Семейный кодекс Российской Федерации и Федеральный закон «Об исполнительном производстве», согласно которому предлагается установить следующие признаки роскошного жилого помещения: размер такого жилого помещения превышает двукратную норму предоставления площади жилого помещения, установленную в соответствии с законодательством Российской Федерации, на гражданина-должника и членов его семьи, совместно проживающих в указанном жилом помещении, и при этом составляет не менее 36 квадратных метров на одного человека; стоимость такого жилого помещения превышает двукратную стоимость жилого помещения, по размеру соответствующего норме предоставления площади жилого помещения, установленной в соответствии с законодательством Российской Федерации, на гражданина-должника и членов его семьи, совместно проживающих в указанном жилом помещении, рассчитанную с учетом среднего удельного показателя кадастровой стоимости объектов недвижимости для кадастрового квартала, в пределах которого находится такое имущество, на территории субъекта Российской Федерации, утвержденного в соответствии с законодательством Российской Федерации об оценочной деятельности.

С учетом предлагаемых признаков для оценки помещения как избыточного (роскошного), размер жилого помещения, необходимого для должника и его несовершеннолетнего внука не может быть менее 72 кв.м. (36 (минимальная норма на 1 человека по проекту приказа) * 2). Следовательно, спорное помещение превышает данную норму незначительно (104 кв.м.), с учетом чего оснований полагать данное жилое помещение излишним по площади, как критерия его «роскошности», не имеется. 

Доводы управляющего о необходимости установления излишности жилья, исходя из проживания в нем только должника, подлежат отклонению.

Действительно, решением Октябрьского районного суда г. Екатеринбурга от 10.10.2023 по делу № 2-4254/2023 установлено, что несовершеннолетний сын должника ФИО5 проживает совместно с матерью ФИО6 по адресу: 

<

...>, с должника взысканы алименты на его содержание.

Вместе с тем, должник в суде первой и апелляционной инстанции пояснил, что должником совместно с бывшей супругой избрана модель воспитания совместного ребенка, предполагающая периодичность (2 недели/ 1 месяц) проживания сына с матерью и отцом. 

Наличие в собственности у матери ребенка должника жилого помещения, равно как и факт уплаты должником алиментов на содержание сына, не свидетельствуют о том, что ребенок проживает исключительно совместно со своей матерью или непременно должен проживать с ней, принимая во внимание пояснения должника о том, что он не устранился от обязанности по воспитанию своего сына после с развода.

Оснований полагать пояснения должника недостоверными не имеется. Лицами, участвующими в деле, указанные должником обстоятельства не оспорены и не опровергнуты. 

Кроме того, ранее, в рамках первого дела о банкротстве ФИО4 (№ А60-14266/2017) вопрос об исключении спорной квартиры из конкурсной массы должника уже был предметом исследования суда. Вступившим в законную силу определением от 25.11.2019 квартира в 

<

...> была исключена судом из конкурсной массы как единственное для должника жилье. При этом, исходя из содержания названного судебного акта, суд не устанавливал количество проживающих в квартире членов семьи должника, в частности, несовершеннолетнего ребенка должника, разрешил данный вопрос с учетом проживания в квартире только самого должника.

Другие признаки, позволяющие отнести спорную квартиру к «роскошному» жилью, финансовым управляющим не названы. 

Сами по себе расположение дома в центральном районе г.Екатеринбурга, стоимость квартиры достаточными для признания жилого помещения «роскошным», ограничения в этой связи исполнительского иммунитета не являются. 

Управляющий, заявляя о значительности стоимости спорной квартиры как критерия роскошности жилья, должным образом данное утверждение не подтвердил.

Наличие у квартиры каких-либо особенностей планировки, отделки, повышающих ее комфортность, из материалов дела не усматривается. Рыночная стоимость спорной квартиры обусловлена площадью и местом ее расположения – в центральном районе г.Екатеринбурга. 

При этом доказательства превышения стоимости спорного жилого помещения над стоимостью жилого помещения, по размеру соответствующего норме предоставления площади жилого помещения, установленной в соответствии с законодательством Российской Федерации, на гражданина-должника и членов его семьи, совместно проживающих в указанном жилом помещении, управляющим не представлены.

Сравнение стоимости спорной квартиры со стоимостью предложений о продаже квартир, предложенных в качестве замещающего жилья, не допустимо ввиду несоответствия параметров данных квартир, их местоположения. Суд правильно отметил, что низкая стоимость предложенных замещающих жилых помещений обусловлена, в большей степени, их территориальной удаленностью от центральной части города.

Управляющий указывает на целесообразность реализации спорной квартиры и приобретения должнику замещающего жилья, предлагая в качестве такового два варианта квартир, на выраженную кредитором готовность в приобретении одной из этих квартир для предоставления должнику в качестве замещающего жилья. 

Сложившаяся в развитие правовых позиций постановления № 15-П судебная практика исходит из необходимости обсуждения вопроса о характеристиках и местонахождении замещающего жилья одновременно с принятием решения о реализации единственного пригодного для проживания жилья.

Столь значимый вопрос о приобретении замещающего жилья отдельным кредитором за свой счет (с последующей компенсацией затрат за счет конкурсной массы) либо финансовым управляющим за счет выручки от продажи существующего имущества должника, разрешаемый судом в отсутствие прямого законодательного регулирования на основании Постановления № 15-П, должен предварительно выноситься на обсуждение собрания кредиторов применительно к правилам о принятии собранием решения об обращении в арбитражный суд с ходатайством о введении реализации имущества гражданина (абзац пятый п. 12 ст. 213.8 Закона о банкротстве, п. 1 ст. 6 Гражданского кодекса Российской Федерации), которое созывается финансовым управляющим по собственной инициативе либо по требованию кредитора или должника.

На этом собрании свое мнение могут высказать каждый из кредиторов, должник, финансовый управляющий и иные заинтересованные лица (в том числе, относительно наличия у существующего жилья признаков излишнего, об экономической целесообразности его реализации для погашения требований кредиторов, об условиях, на которых кредитор (собрание кредиторов) готовы предоставить (приобрести) замещающее жилье, а также о требованиях, которым такое замещающее жилье должно соответствовать).

Указанное обсуждение предваряет последующую передачу на рассмотрение арбитражного суда, в производстве которого находится дело о банкротстве, заинтересованными лицами (финансовым управляющим, кредитом, должником) вопроса об ограничении исполнительского иммунитета путем предоставления замещающего жилья.

12.01.2024 состоялось собрание кредиторов должника, на котором кредиторы приняли решение о замещении жилья должника.

Решение о замещении жилья принято мажоритарным кредитором, представившим сведения о примерной стоимости квартир в качестве замещающего жилья (площадью 27,9 кв.м. и 36,2 кв.м) и предложившим приобрести должнику замещающее жилье меньшего размера.

Судом первой инстанции установлено, что обращаясь в суд с заявлением, финансовый управляющий в качестве замещающего жилья предложил два варианта: квартиру, площадью 27,9 кв.м., расположенную по адресу, г. Екатеринбург, мкр. Светлый, д. 1, кв. 84; квартиру, площадью 36,2 кв.м., расположенную по адресу, 

<

...>.

Как установлено ранее, спорная квартира находится в доме, расположенном в центре г.Екатеринбурга.

Обе квартиры, предложенные в качестве замещающего жилья, расположены на существенном удалении от центра города - на Кольцовском тракте и в мкрн. Эльмаш, то есть территориально далеки от места расположения спорной квартиры.

Управляющий указывает на недоказанность должником нарушения его прав при предоставлении ему одной из указанных квартир. 

Между тем, площади этих квартир не соответствуют по своей площади требованиям предоставления жилой площади, исходя из указанных выше критериев, с учетом проживания в них должника и его несовершеннолетнего сына.

Кроме того, изменение места жительства, обучения и получения медицинских услуг сыном должника может существенно повлиять на интересы несовершеннолетнего ребенка, приведет к нарушению баланса интересов должника и его кредиторов, на что обоснованно указал суд первой инстанции.

Оснований полагать данный вывод ошибочным не имеется.

Как следует из материалов дела, несовершеннолетний ребенок зарегистрирован по месту постоянного проживания в спорной квартире, посещает образовательное учреждение, наблюдается в лечебном учреждении по месту своей регистрации, проживает в спорной квартире в установленных его родителями порядке и периодичности. 

Мать должника, по утверждению управляющего, проживает в соседнем доме. В такой ситуации возможно сохранение места обучения и получения медицинских услуг сыном должника, но только в период его проживания с матерью. В периоды проживания с отцом посещение несовершеннолетним ребенком своей школы, лечебного учреждения, где он наблюдается в течение длительного времени, будет затруднено ввиду значительной удаленности квартиры, предложенных в качестве замещающего жилья, что очевидно нарушит права должника и его сына.

Более того, должное обоснование экономической целесообразности реализации спорной квартиры с предоставлением одной из предложенных в качестве замещающего жилья квартир из материалов дела не представлено. 

Управляющий в судебном заседании суда апелляционной инстанции не отрицал несоответствие заявленных замещающих жилых помещений необходимым требованиям; по его утверждению, не утрачена возможность предложения в качестве таковых других квартир с меньшей площадью, в районе расположения спорной квартиры. Однако, стоимость таких квартир не указал, возможность получения экономического эффекта от продажи спорной квартиры с предоставлением иного замещающего жилья не обосновал, соответствующие доказательства не представил.

Как указано ранее, отказ от исполнительского иммунитета должен иметь реальный экономический смысл.

Разрешение вопроса о возможности реализации жилья должника на торгах возможно с таким расчетом, чтобы за счет вырученных от продажи жилого помещения средств должник и члены его семьи могли бы быть обеспечены замещающим жильем, а требования кредиторов были бы существенно погашены. 

Однако, с учетом состояния рынка недвижимости в настоящее время, когда предложение превышает спрос, возможность получения заявленного кредитором дохода от реализации спорной квартиры, его достаточности для приобретения иного жилого помещения для должника и членов его семьи, соответствующего по площади, месту нахождения и пр. критериям выбора замещающего жилья, погашения текущих обязательств и требований кредиторов, не усматривается. 

Доказательства, в достаточной степени подтверждающих наличие положительного экономического смысла в продаже спорного помещения и покупке должнику замещающего жилья, в материалах дела отсутствуют.

В такой ситуации оснований для несогласия с выводами суда первой инстанции о недоказанности возможного положительного эффекта от продажи дома с приобретением должнику замещающего жилья у апелляционного суда не имеется.

Указанное подтверждается и недостаточной защищенностью должника, обусловленной повышенным риском лишения его единственного жилья в ситуации существенной неопределенности процедуры приобретения замещающего жилья. 

Из представленного управляющим Положения о порядке, об условиях и о сроках продажи недвижимого имущества и предоставления замещающего жилья не ясен механизм предоставления замещающего жилья, раздел 11.5. «Порядок предоставления замещающего жилья Должнику» носит декларативный характер. Сведения о замещающем жилье неопределенные – согласно п. 11.3.1. Положения, замещающим жильем (иное жильё, которое предоставляется взамен роскошного жилья) являются аналоги следующих квартир: объект № 1 - жилое помещение – квартира, площадью: 27,9 кв.м., расположенная на 11 этаже 25-и этажного жилого дома по адресу: Свердловская область, г. Екатеринбург, мкр. Светлый, д. 1, кв. 84, либо объект № 2 - жилое помещение – квартира, площадью: 36,2 кв.м., расположенная на 7 этаже 9-и этажного жилого дома по адресу: 

<

...>. В п.п. 11.3.2, 11.3.2 указана рыночная стоимость данных объектов - 3 069 000,00 руб. и 3 982 000,00 руб. соответственно.

При этом критерии определения аналогов данных квартир не указаны. Определенность по данному вопросу отсутствует.

Исходя из условий Положения, о характеристиках замещающего жилья до его фактической передачи должнику ни последний, ни иные кредиторы, помимо кредитора, приобретшего данное жилье, осведомлены не будут.

Вопреки позиции управляющего, из содержания протокола собрания кредиторов, Положения о порядке, об условиях и о сроках продажи недвижимого имущества и предоставления замещающего жилья  усматривается, что кредиторы, принимая решение о замещении должнику жилья, исходили из сведений о предложении в качестве таковых именно квартир в мкр. Светлый, и по ул. Краснофлотцев; эти же квартиры указаны в Положении.

Как указано ранее, решение о замещении жилья принято мажоритарным кредитором, представившим сведения о стоимости квартир в качестве замещающего жилья и предложившим приобрести должнику замещающее жилье меньшего размера.

При этом из материалов дела не усматривается предоставление финансовым управляющим на собрание кредиторов надлежащего обоснования возможности ограничения исполнительского иммунитета в отношении спорой квартиры, получения экономического эффекта от продажи квартиры должника и покупки ему замещающего жилья. 

При таком положении следует согласиться с выводом суда о том, что решение собрание кредиторов о замещении жилья имело своей направленностью нарушение баланса интересов кредиторов и обеспечения права должника и члена его семьи на жилище, имеет признаки наказания должника, на недопустимость которого указал Конституционный Суд Российской Федерации. 

Более того, управляющий в судебном заседании суда апелляционной инстанции не отрицал несоответствие заявленных замещающих жилых помещений необходимым требованиям; по его утверждению, не утрачена возможность предложения в качестве таковых других квартир с меньшей площадью, в районе расположения спорной квартиры. Однако, стоимость таких квартир не указал, возможность получения экономического эффекта от продажи спорной квартиры с предоставлением иного замещающего жилья не обосновал, соответствующие доказательства не представил.

Данные пояснения управляющего, не устраняют неопределенность в отношении порядка и характеристик замещающего жилья, напротив, усугубляют ситуацию.

Из процессуальных документов финансового управляющего не усматривается проведение им расчета экономического эффекта от продажи спорной квартиры и предоставления замещающего жилья, с учетом затрат на проведение торгов, покупку замещающего жилья, оформление соответствующих документов.

Таким образом, возможность получения положительного экономического результата продажи спорного помещения и покупки должнику замещающего жилья управляющим не доказана.

При таких обстоятельствах, исследовав основания возникновения прав должника на находящееся в его собственности жилое помещение, его характеристики, с учетом проживающих в нем лиц, основания возникновения включенных в реестр требований кредиторов, учитывая, что в материалы дела не представлено доказательств, свидетельствующих об избыточности спорной квартиры, существенной выгоде для конкурсной массы ее реализации с приобретением замещающего жилья, в отсутствие признаков злоупотребления правами со стороны должника, суд первой инстанции пришел к убеждению в том, что продажа квартиры неправомерно ограничит конституционное право ФИО4 на жилище и достойное человеческое существование (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного суда Российской Федерации от 18.04.2022 № 302-ЭС21-25189). Иного суду в нарушение положений ст. 65 АПК РФ не доказано. 

Разрешая спор и соблюдая баланс интересов кредиторов и должника суд счел возможным исключить спорную квартиру из конкурсной массы должника как единственное жилье.

При таком положении суд не усмотрел оснований для ограничения исполнительского иммунитета путем предоставления замещающего жилья в отношении ФИО4 

Данные выводы суда коллегия судей находит правомерными, соответствующими фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам. Оснований для несогласия с ними у апелляционного суда не имеется.

В указанной ситуации суд обоснованно отказал в удовлетворении заявления управляющего об утверждении Положения о порядке продажи спорной квартиры.

Доводы заявителя апелляционной жалобы фактически сводятся к повторению утверждений, исследованных и правомерно отклоненных арбитражным судом первой инстанции, и не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены обжалуемого судебного акта, поскольку не свидетельствуют о нарушении судом первой инстанции норм материального и процессуального права, а лишь указывают на несогласие заявителя апелляционной жалобы с оценкой судом доказательств.

Таким образом, суд первой инстанции правильно определил юридически значимые обстоятельства, дал правовую оценку установленным обстоятельствам, постановил законное и обоснованное решение. Выводы суда первой инстанции соответствуют обстоятельствам дела. Нарушений норм материального и процессуального права, влекущих отмену решения, судом первой инстанции допущено не было.

Доводы апелляционной жалобы не опровергают выводов решения суда первой инстанции и не содержат указаний на новые имеющие значение для дела обстоятельства, не исследованные судом первой инстанции, в связи с чем, оснований для отмены решения суда первой инстанции в обжалуемой части по доводам апелляционной жалобы не имеется.

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 13 марта 2024 года по делу № А60-64021/2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

 

Председательствующий

 

Т.Ю. Плахова 

 

Судьи

 

Е.М. Шайхутдинов 

 

 

М.С. Шаркевич