ЧЕТЫРНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Батюшкова, д.12, г. Вологда, 160001

E-mail: 14ap.spravka@arbitr.ru, http://14aas.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А52-3855/2017

г. Вологда

20 июня 2018 года

 

Резолютивная часть постановления объявлена 13 июня 2018 года.

В полном объёме постановление изготовлено 20 июня 2018 года.

Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Мурахиной Н.В., судей Докшиной А.Ю. и Осокиной Н.Н.

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, 

при участии от  общества с ограниченной ответственностью «Новамед» ФИО2 по доверенности от 10.04.2018, от Управления Федеральной антимонопольной службы по Псковской области ФИО3 по доверенности от 01.08.2017 № 2505, от общества с ограниченной ответственностью «ПсковМедРесурс» ФИО4, руководителя,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу Управления Федеральной антимонопольной службы по Псковской области на решение Арбитражного суда Псковской области от 18 января 2018 года по делу № А52-3855/2017 (судья Самойлова Т.Ю.),

у с т а н о в и л:

общество с ограниченной ответственностью «Новамед» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>; место нахождения: 197342, Санкт-Петербург, улица Выборгская набережная, дом 61, литера А; далее – общество, ООО «Новамед») обратилось в Арбитражный суд Псковской области с заявлением к Управлению Федеральной антимонопольной службы по Псковской области (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>; место нахождения: 180017, 

<

...>; далее – УФАС, управление, антимонопольный орган) о признании недействительными решения и предписания от 01.09.2017 делу № 26/11/17-ТР.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено общество с ограниченной ответственностью «ПсковМедРесурс» (далее – ООО «ПсковМедРесурс»).

Решением Арбитражного суда Псковской области от 18 января 2018 года по делу № А52-3855/2017 заявленные требования удовлетворены.

УФАС с судебным актом не согласилось и обратилось с апелляционной жалобой, в которой просит решение суда отменить. В обоснование жалобы указывает на несоответствие выводов, изложенных в решении, обстоятельствам дела. Считает, что поведение ООО «Новамед» и ООО «ПсковМедРесурс» было направлено на имитацию торгов, а не на участие в торгах как единого хозяйствующего субъекта.

ООО «Новамед» и ООО «ПсковМедРесурс» в своих  отзывах  на жалобу просят решение оставить без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Заслушав объяснения лиц, участвующих в деле, исследовав доказательства по делу, проверив законность и обоснованность решения суда, изучив доводы жалобы, суд апелляционной инстанции не находит оснований для ее удовлетворения.

Как следует из материалов дела, в ходе рассмотрений полученной 23.01.2017 управлением в порядке, предусмотренном Федеральным законом от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд», жалобы ООО «Новамед» на действия Государственного комитета Псковской области по организации государственных закупок при проведении совместного аукциона на поставку колющих инструментов (извещение № 0157200000316001131), УФАС установлено наличие  между ООО «Новамед» и ООО «ПсковМедРесурс» в период с 01.01.2015 по 31.12.2016 при участии  в 31 аукционе в электронной форме признаков соглашения.

Получив на основании письма ФАС России от 20.03.2017 № АЦ/17562/17 полномочия на рассмотрение материалов проверки, управление  приказом от 16.05.2017 № 60 возбудило дело № 26/11/17-ТР по признакам нарушения                 ООО «Новамед» и ООО «ПсковМедРесурс» пункта 2 части 1 статьи 11 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» (далее – Закон № 135-ФЗ, Закон о защите конкуренции).

В ходе рассмотрения данного дела антимонопольным органом подготовлен отчет по результатам исследования конкурентной среды на торгах от 15.05.2017, а также 07.08.2018 составлено заключение об обстоятельствах дела.

По результатам рассмотрения материалов названного  антимонопольного дела УФАС пришло к выводу, что между ООО «Новамед» и ООО «ПсковМедРесурс» в устной форме заключено соглашение, направленное на поддержание цен на торгах, что является нарушением пункта 2 части 1 статьи 11 Закона о защите конкуренции, в связи с этим по делу № 26/11/17-ТР вынесло решение от 01.09.2017 № 2864/ДТ (1, л.д.18-30). 

Во исполнение указанного решения управлением целях прекращения антиконкурентного соглашения ООО «Новамед» выдано предписание от 01.09.2017 № 2865/ДТ по делу о нарушении антимонопольного законодательства № 26/11/17-ТР о прекращении в срок до 01.10.2017 нарушение пункта 2 части 1 статьи 11 Закона № 135-ФЗ, выразившегося в заключении и участии в соглашении, которое привело к поддержанию цен на торгах в открытых аукционах в электронной форме, а именно:

- прекратить соглашение с ООО «ПсковМедРесурс» при участии в торгах, направленное на поддержание цен на торгах;

- при участии в торгах вести самостоятельную подготовку документов и самостоятельную ценовую политику (том 1, листы 15-16).

Не согласившись с принятыми УФАС 01.09.2017 по делу № 26/11/17-ТР решением и предписанием, ООО «Новамед» обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании их недействительным.

Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции правомерно исходил из следующего.

Согласно части 1 статьи 198 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) для признания ненормативного правового акта государственного органа недействительным необходимо наличие двух факторов: несоответствия оспариваемого акта действующему законодательству и нарушения в результате его принятия прав и законных интересов заявителя.

При этом в силу части 1 статьи 65 и части 5 статьи 200 АПК РФ обязанность доказывания соответствия оспариваемого акта закону или иному нормативному правовому акту, законности принятого решения, а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемых актов, решений, совершения действий (бездействия), возлагается на соответствующие орган или должностное лицо, которые приняли такие акты и решения.

Из пункта 2 части 1 статьи 11 Закона № 135-ФЗ следует, что  признаются картелем и запрещаются соглашения между хозяйствующими субъектами-конкурентами, то есть между хозяйствующими субъектами, осуществляющими продажу товаров на одном товарном рынке, или между хозяйствующими субъектами, осуществляющими приобретение товаров на одном товарном рынке, если такие соглашения приводят или могут привести к повышению, снижению или поддержанию цен на торгах.

Согласно статье 4 названного Закона под соглашением в целях настоящего Федерального закона понимаются договоренности в письменной форме, содержащейся в документе или нескольких документах, а также договоренности в устной форме.

По смыслу вышеуказанных положений, квалификация поведения хозяйствующих субъектов как противоправных действий по пункту 2 части 1 статьи 11 Закона № 135-ФЗ предполагает установление антимонопольным органом таких факторов, как намеренное поведение каждого хозяйствующего субъекта определенным образом для достижения заранее оговоренной участниками аукциона цели, причинно-следственной связи между действиями участников аукциона и поддержанием цены на торгах, соответствие результата действий интересам каждого хозяйствующего субъекта и одновременно их заведомая осведомленность о будущих действиях друг друга, а также взаимная обусловленность действий участников аукциона при отсутствии внешних обстоятельств, спровоцировавших синхронное поведение участников рынка. Соглашение в устной или письменной форме предполагает наличие договоренности между участниками рынка, которая может переходить в конкретные согласованные действия.

Вместе с тем положения статьи 11 Закона № 135-ФЗ  не распространяются на соглашения между хозяйствующими субъектами, входящими в одну группу лиц, если одним из таких хозяйствующих субъектов в отношении другого хозяйствующего субъекта установлен контроль либо если такие хозяйствующие субъекты находятся под контролем одного лица, за исключением соглашений между хозяйствующими субъектами, осуществляющими виды деятельности, одновременное выполнение которых одним хозяйствующим субъектом не допускается в соответствии с законодательством Российской Федерации (часть 7 статьи 11 Закона                                 № 135-ФЗ).

Под контролем в статье 11, в статьях 11.1 и 32 названного Закона понимается возможность физического или юридического лица прямо или косвенно (через юридическое лицо или через несколько юридических лиц) определять решения, принимаемые другим юридическим лицом, посредством одного или нескольких следующих действий: 1) распоряжение более чем пятьюдесятью процентами общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции (доли), составляющие уставный (складочный) капитал юридического лица; 2) осуществление функций исполнительного органа юридического лица (часть 8 статьи 11 Закона о защите конкуренции).

Таким образом, в силу частей 7 и 8 статьи 11 Закона № 135-ФЗ соглашения, заключенные только между лицами, образующими группу лиц, не подпадают под действие части 1 статьи 11 Закона; в целях антимонопольного регулирования и запрета картелей такие лица, по сути, рассматриваются как единый экономический субъект.

В соответствии с частью 1consultantplus://offline/ref=A257BCC8D78C0CD42448D547B79001E894EC6665C3173709AB103F2F43B4CAE11C2D06C568mEJ2H статьи 9 Закона о защите конкуренции группой лиц признается совокупность физических лиц и (или) юридических лиц, соответствующих одному или нескольким признакам из следующих признаков: 1) хозяйственное общество (товарищество, хозяйственное партнерство) и физическое лицо или юридическое лицо, если такое физическое лицо или такое юридическое лицо имеет в силу своего участия в этом хозяйственном обществе (товариществе, хозяйственном партнерстве) либо в соответствии с полномочиями, полученными, в том числе на основании письменного соглашения, от других лиц, более чем пятьдесят процентов общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции (доли) в уставном (складочном) капитале этого хозяйственного общества (товарищества, хозяйственного партнерства); 2) хозяйственное общество (товарищество, хозяйственное партнерство) и физическое лицо или юридическое лицо, если такое физическое лицо или такое юридическое лицо осуществляет функции единоличного исполнительного органа этого хозяйственного общества (товарищества, хозяйственного партнерства); 3) хозяйственное общество (товарищество, хозяйственное партнерство) и физическое лицо или юридическое лицо, если такое физическое лицо или такое юридическое лицо на основании учредительных документов этого хозяйственного общества (товарищества, хозяйственного партнерства) или заключенного с этим хозяйственным обществом (товариществом, хозяйственным партнерством) договора вправе давать этому хозяйственному обществу (товариществу, хозяйственному партнерству) обязательные для исполнения указания; 4) хозяйственное общество (товарищество, хозяйственное партнерство), в котором более чем пятьдесят процентов количественного состава коллегиального исполнительного органа и (или) совета директоров (наблюдательного совета, совета фонда) составляют одни и те же физические лица; 5) хозяйственное общество (хозяйственное партнерство) и физическое лицо или юридическое лицо, если по предложению такого физического лица или такого юридического лица назначен или избран единоличный исполнительный орган этого хозяйственного общества (хозяйственного партнерства); 6) хозяйственное общество и физическое лицо или юридическое лицо, если по предложению такого физического лица или такого юридического лица избрано более чем пятьдесят процентов количественного состава коллегиального исполнительного органа либо совета директоров (наблюдательного совета) этого хозяйственного общества; 7) физическое лицо, его супруг, родители (в том числе усыновители), дети (в том числе усыновленные), полнородные и неполнородные братья и сестры; 8) лица, каждое из которых по какому-либо из указанных в пунктах 1 - 7 данной части признаку входит в группу с одним и тем же лицом, а также другие лица, входящие с любым из таких лиц в группу по какому-либо из указанных в пунктах 1 - 7 данной части; 9) хозяйственное общество (товарищество, хозяйственное партнерство), физические лица и (или) юридические лица, которые по какому-либо из указанных в пунктах 1 - 8 данной части признаков входят в группу лиц, если такие лица в силу своего совместного участия в этом хозяйственном обществе (товариществе, хозяйственном партнерстве) или в соответствии с полномочиями, полученными от других лиц, имеют более чем пятьдесят процентов общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции (доли) в уставном (складочном) капитале этого хозяйственного общества (товарищества, хозяйственного партнерства).

В рассматриваемом случае согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ) ООО «Новамед» (ОГРН 

<

***>) зарегистрировано 16.12.2015 по месту нахождения: 197342, 

<

...>, лит. А.; учредителем с долей 100% является ФИО5 (ИНН 

<

***>), которая в 2016 году являлась генеральным директором, с 27.02.2017 генеральным директором назначен ФИО6.

Согласно выписке из ЕГРЮЛ, ООО «ПродМедРесурс» зарегистрировано 31.10.2014 по адресу: 

<

...>; учредителем с долей 100 % является ФИО7 (ИНН 

<

***>), директором общества указан  ФИО4 (ИНН 

<

***>).

Свидетельство о заключении брака между ФИО8 и ФИО9 от 31.07.2010, свидетельство о рождении ФИО8 от 18.07.1986, свидетельство о рождении ФИО10 от 13.01.1999, свидетельство о расторжении брака между ФИО7 и ФИО11 от 10.01.2014 подтверждают, что ФИО8 и ФИО7 являются полнородными братом и сестрой.  ФИО5 и ФИО8 являются супругами (том 1, листы 58-61). 

В спорный период деятельность ООО «ПродМедРесурс» осуществлялась с учетом договора об оказании управленческих, административных и иных услуг от 18.12.2015, заключенным с ООО «Новамед».

Данные факты являлись предметом оценки антимонопольным органом, что нашло отражение в его решении, однако УФАС  отклонило доводы о том, что ООО «Новамед» и ООО «ПродМедРесурс» образуют группу лиц по признакам пункта 7 части 1 статьи 9 Закона о защите конкуренции, поскольку учредители и руководители  данных обществ  не состоят в отношениях родства или свойства, предусмотренных в указанной норме.

В ходе рассмотрения дела судом первой инстанции  антимонопольный орган дополнил свою позицию о неправомерности объединения группы лиц между ООО «Новамед» и ООО «ПродМедРесурс» через родство с ФИО8 (том 3, листы 15-17).  

Апелляционная инстанция поддерживает вывод суда о том, что управление обоснованно  руководствовалось письмом ФАС России от 20.03.2008 № АЦ/5969 «О разъяснении применения антимонопольного законодательства», которым разъяснено, что  если в группу лиц юридического лица входит физическое лицо, то родственники, входящие с этим лицом в одну группу лиц по основанию, названному в пункте 13consultantplus://offline/ref=7F7306B2F4BE7778E3BF5E0E5CD1C570AE922F400A39C6B527AA0057C72662586BEC4DF3BC406AtAf2L части 1 статьи 9 Закона о защите конкуренции, не будут входить с указанным юридическим лицом в группу лиц по основанию, содержащемуся в пункте 14 части 1 статьи 9 при условии если эти родственники не составляют группу лиц с другим юридическим лицом по какому-либо из оснований, перечисленных в пунктах 1-12 части 1 статьи 9 Закона о защите конкуренции. 

В связи с этим в смысле антимонопольного законодательства для вхождения в группу лиц только наличия родственных связей недостаточно. 

Вместе с тем, как верно отметил суд первой инстанции, предусмотренная частью 1consultantplus://offline/ref=A257BCC8D78C0CD42448D547B79001E894EC6665C3173709AB103F2F43B4CAE11C2D06C568mEJ2H статьи 9 Закона о защите конкуренции возможность отнесения к группе лиц совокупности физических лиц и (или) юридических лиц, соответствующих одному или нескольким признакам из указанных в данной статье, предполагает при рассмотрении антимонопольного дела  оценку  представленных доказательств на наличие (отсутствие) группы лиц по каждому из признаков, указанных в статье 9 Закона о защите конкуренции, а не выборочно. 

Однако в рассматриваемом случае вывод об отсутствии группы лиц УФАС сделан по результатам оценки представленных доказательств только на  соответствие пункту 7 части 1 статьи 9 Закона о защите конкуренции  без  анализа иных нормативных положений части 1 статьи 9 Закона № 135-ФЗ.  

В связи с этим апелляционная инстанция поддерживает вывод суда о том, что при неполном исследовании доказательств обоснованность выводов антимонопольного органа о нарушении  статьи 11 Закона о защите конкуренции, указанных в решении, нельзя признать установленной и доказанной.

Оценивая в соответствии со статьей 71 АПК РФ предъявленные в дело доказательства, суд первой инстанции обоснованно отметил следующее.

Как отмечалось ранее в постановлении, в пункте 3 части 1 статьи 9 Закона о защите конкуренции предусмотрено, что хозяйствующие субъекты являются группой лиц, если один хозяйствующий субъект, в том числе, на основании договора, вправе давать другому хозяйственному обществу обязательные для исполнения указания. 

Из материалов дела следует, что ООО «Новамед» и ООО «ПродМедРесурс» заключен договор об оказании управленческих, административных и иных услуг от 18.12.2015 (том 1, листы 46-49).

Согласно решению единственного участника ООО «ПродМедРесурс» ФИО7 от 17.12.2015 № 2/2015 и решению единственного участника                    ООО «Новамед» ФИО12 от 17.12.2015 № 3, договор от 18.12.2015 одобрен учредителями указанных организаций как сделка с заинтересованностью, поскольку супруг единственного участника ООО «Новамед» (ФИО8) является полнородным братом единственного участника ООО «ПродМедРесурс» ФИО7 (том 1, листы 55-56). 

В соответствии с пунктом 1.1 указанного договора от 18.12.2015                      ООО «Новамед», как исполнитель, обязуется оказывать услуги по осуществлению управленческих, административных прав и обязанностей, направленных на обеспечение и ведение хозяйственной деятельности                         ООО «ПродМедРесурс» (заказчик); в соответствии с пунктами 2.1.2, 2.7.1 договора ООО «Новамед» решает любые вопросы, касающиеся текущей деятельности заказчика, дает обязательные для исполнения указания, что является определяющим признаком группы лиц, указанным в пункте 3 части 1 статьи 9 Закона о защите конкуренции.

Более того, оценка условий договора об оказании управленческих, административных и иных услуг от 18.12.2015  позволяет сделать вывод о том, что обязательные для исполнения указания  исполнителя распространяются на широкий спектр вопросов хозяйственной деятельности ООО «ПродМедРесурс», в том числе и касающихся  обеспечения  участия заказчика в государственных закупках (пункт 2.2.1), что согласуется с общим смыслом значения группы лиц в антимонопольном законодательстве, которое рассматривает группу лиц, как один хозяйствующий субъект, действующий на определенном товарном рынке в едином экономическом интересе и в силу особых связей (имущественных, родственных, управленческих и иных) способный оказывать ощутимое влияние на соответствующую экономическую деятельность.

Также доверенностью от 23.12.2015 ООО «ПродМедРесурс» доверяет ФИО5 представлять интересы общества во всех государственных органах, заключать любые договоры от имени общества, в том числе представлять интересы в ходе проведения государственных закупок (том 1, лист 51), доверенностью от 23.12.2015 ООО «ПродМедРесурс» аналогичные полномочия предоставило ООО «Новамед» (том 1, лист 53), что подтверждает реальные намерения ООО ««ПродМедРесурс» свою хозяйственную деятельность осуществлять с учетом договора оказания услуг от 18.12.2015.

Судом принято во внимание и наличие доказательств реального заключения в спорном периоде договоров с учетом полномочий, переданных ООО «ПродМедРесурс» обществу (том 1, листы 121-124).

Подконтрольность ООО «ПсковМедРесурс» в смысле пункта 8 части 1 статьи 11 Закона о защите конкуренции помимо изложенного подтверждается также и пояснениями ФИО5, отраженными в протоколе заседания комиссии управления от 23.06.2017, согласно которым она подтвердила, что уполномочена на ведение бизнеса ООО «ПродМедРесурс» и единолично принимала решение о том, кто победит в торгах, торги осуществлялись от двух компаний при наличии одного тендерного отдела.

В подтверждение единой хозяйственной деятельности ООО «Новамед» представило антимонопольному органу книгу учета тендерного отдела                   ООО «ПродМедРесурс» (том 2, листы 52-59), реестр договоров с покупателями (том 2, листы 60-77).

С учетом изложенного суд верно отметил, что ООО «Новамед» и                   ООО «ПродМедРесурс» не являются конкурентами на одном товарном рынке, представляют собой совокупность хозяйствующих субъектов, действующих на  одном товарном рынке в едином экономическом интересе, где  одно лицо в силу определенных связей способно оказывать влияние на деятельность другого лица и заинтересовано в результатах его деятельности, то есть  эти организации являются группой лиц, в которой установлен контроль ООО «Новамед» в отношении деятельности ООО «ПродМедРесурс», что позволяет применить к деятельности этих хозяйствующих субъектов часть 7 статьи 11 Закона о защите конкуренции.

Помимо того, судом обосновано принято во внимание следующее.

Как отмечалось ранее, для квалификации  действий по пункту 2 части 1 статьи 11 Закона № 135-ФЗ следует установить совокупность признаков, а именно наличие незаконного соглашения между хозяйствующими субъектами, являющимися конкурентами на одном товарном рынке, а также влияние таких соглашений на  конкуренцию, в результате чего происходит, в том числе поддержание  цен на торгах. Картелем признается только такое незаконное соглашение, которое приводит или может привести к негативным последствиям  для конкурентной среды на определенном товарном рынке; по смыслу статьи 11 указанного Закона незаконное соглашение должно быть направлено на получение преимуществ для участвующих в таком соглашении.

Анализ поведения участников электронных аукционов ООО «Новамед» и ООО «ПродМедРесурс» антимонопольный орган излагает в, частности, в заключении об обстоятельствах дела от 07.08.2018  № 26/11/17-ТР (том 2, листы 84-97) и  отмечает, что вход на сайт электронной площадки для подачи заявок на участие во всех рассматриваемых аукционах выполнен со стороны обоих обществ с одного IP-адреса: 80.79.251.118, выделенного абоненту                            ООО «Новамед» и установленному по адресу: Санкт-Петербург, Выборгская 

<

...>. 

Управление в обоснование своей позиции ссылается также на то, что ООО «Новамед» и ООО «ПродМедРесурс» использовали единую тактику поведения. Торги по вышеназванным аукционам проходили единообразно: делалось предложение одним из двух участников, подавших предложение с одного IP-адреса. Дальше вносилось предложение следующим участником с того же IP-адреса. Большинство торгов на этом оканчивалось, либо делался еще один шаг и торги оканчивались. По мнению управления, основная цель такой модели поведения - имитация торгов. При участии в аукционах общества  использовали идентичные названия файлов, предоставляемых в составе второй части заявки. С минимальным шагом аукциона участники достигали снижения цены близкого к минимальному, в результате чего снижение по 31 аукциону составило в среднем 1 %.

Вместе с тем, такое поведение само по себе не является безусловным доказательством наличия ограничивающего конкуренцию соглашения, результатом которого могло явиться поддержание  цен на торгах.

Так, подача заявок ООО «Новамед» и ООО «ПродМедРесурс» с использованием единой инфраструктуры может являться признаком заключения указанными лицами соглашения о поведении на торгах, но не подтверждает того, что антиконкурентное соглашение имело место.

В соответствии с положениями части 5.1 статьи 45 вышеуказанного Закона при рассмотрении дела о нарушении антимонопольного законодательства антимонопольный орган проводит анализ состояния конкуренции в объеме, необходимом для принятия решения о наличии или об отсутствии нарушения антимонопольного законодательства.

В силу пункта 1.3 Порядка проведения анализа состояния конкуренции на товарном рынке, утвержденного приказом ФАС России от 28.04.2010 № 220, по делам, возбужденным по признакам нарушения пункта 2 части 1 статьи 11 Закона № 135-ФЗ, анализ состояния конкуренции проводится в объеме, установленном пунктом 10.9 настоящего Порядка.

При этом управлением проведен аналитический анализ поведения обществ при участии в аукционах: 0372200011916000081, 0372200030616000128, 0372200258516000092, 0372200258516000093, 0372200168116000298, 0324100001116000410, 0372200199916000138, 0372200199916000136, 0372100037116000282, 0850200000416002040, 0372200265416000121, 0372200044916000035, 0850200000416001197, 0850200000416001410, 0324100001116000282, 0324100001116000298, 0157200000316000499, 0850200000416001094, 0850200000416001111, 0324100001116000209, 0850200000416001059, 0850200000416001060, 0372200190716000036, 0357200030016000120, 0157200000316000165, 0357200017616000028, 0372200044916000018, 0372100037116000092, 0372200258516000023, 0372200199916000016.

Из проведенного управлением анализа состояния конкурентной среды на торгах при рассмотрении дела 26/11/17-ТР, изложенного в отчете (том 3, листы 20-57), следует, что при проведении электронных аукционов других участников, помимо ООО «Новамед» и ООО «ПродМедРесурс» не имелось, при этом доказательств того, что отсутствие иных участников в аукционах обусловлено стратегией поведения ООО «Новамед» и ООО «ПродМедРесурс» в материалы дела антимонопольным органом не представлено.

Не привело управление и доказательств того, что поведение ООО «Новамед» и ООО «ПродМедРесурс» направлено на получение кем-либо из них каких-либо преимуществ, поскольку при отсутствии на торгах других участников снижения цены вообще могло не произойти. 

С учетом изложенного, суд первой инстанции правомерно признал недействительными принятые 01.09.2017 УФАС по делу № 26/11/17-ТР решение и предписание.

Доводы, приведенные управлением в апелляционной жалобе, были предметом исследования суда первой инстанции, им в соответствии со статьей 71 АПК РФ дана надлежащая оценка.

Выводы суда, изложенные в решении от 18.01.2018, соответствуют обстоятельствам дела. Решение принято с учетом доказательств, исследованных в ходе судебного разбирательства. Имеющие значение для дела обстоятельства выяснены полно и доказаны в судебном заседании.

Оснований для отмены судебного акта не усматривается.

Руководствуясь статьями 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд 

п о с т а н о в и л :

решение Арбитражного суда Псковской области от 18 января 2018 года по делу № А52-3855/2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу Управления Федеральной антимонопольной службы по Псковской области – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд                      Северо-Западного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.

Председательствующий

Н.В. Мурахина

Судьи

А.Ю. Докшина

Н.Н. Осокина