/

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-307/19 

Екатеринбург

05 марта 2019 г.

 

Дело № А50-28226/2017

 

Резолютивная часть постановления объявлена 04 марта 2019 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 05 марта 2019 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Оденцовой Ю.А.,

судей Кудиновой Ю.В., Новиковой О.Н.

рассмотрел в судебном заседании кассационные жалобы публичного акционерного общества акционерного коммерческого банка «АК БАРС»(банк «АК БАРС», банк) и Игнатьевой Натальи Анатольевны на определение Арбитражного суда Пермского края от 17.09.2018 по делу № А50-28226/2017и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.11.2018 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседанияна сайте Арбитражного суда Уральского округа, в судебное заседаниене явились, явку своих представителей не обеспечили.

Решением Арбитражного суда Пермского края от 22.01.2018 обществос ограниченной ответственностью «Энергогазсервис» (далее – общество «Энергогазсервис», должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него введено конкурсное производство по упрощенной процедуре банкротства отсутствующего должника, конкурсным управляющим должника утвержден Машковцев Юрий Александрович.

Машковцев Ю.А. 07.03.2018 обратился в Арбитражный суд Пермского края с заявлением о признании недействительными договоров купли-продажи недвижимого имущества от 02.06.2015 № 1/2015, № 2/2015 и № 3/2015, заключенных между обществом «Энергогазсервис» и Игнатьевой Н.А., и применении последствий их недействительности.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 17.09.2018(судья Журавлева М.Н.) требования Машковцева Ю.А. удовлетворены; признаны недействительными спорные договоры купли-продажи от 20.06.2015 № 01/2015, № 02/2015, № 03/2015, заключенные между должником и Игнатьевой Н.А., применены последствия их недействительности в виде возврата должнику имущества, отчужденного по спорным сделкам.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного судаот 26.11.2018 (судьи Плахова Т.Ю., Мартемьянов В.И., Романов В.А.) определение суда первой инстанции оставлено без изменения. 

В кассационной жалобе банк «АК БАРС» просит определение от 17.09.2018 и постановление от 26.11.2018 отменить, принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении требований, ссылаясь на несоответствие выводов судов обстоятельствам дела. По мнению заявителя, делая выводо недоказанности хранения наличных денежных средств, суды не привели стандарт доказывания, требующий представления данных доказательств, не оценили представленные Игнатьевой М.А. договоры купли-продажи, не установили, как были получены денежные средства по данным договорам, не привлекли к участию в споре и не опросили покупателей по договорам купли-продажи, не учли, что отсутствие в бухгалтерском балансе должника записей о получении займов не может быть поставлено в вину Игнатьевой М.А. Заявитель полагает, что целесообразность предоставления спорных займов не имеет значения для рассмотрения настоящего спора, и на момент совершения спорных сделок Игнатьева М.А. не являлась взаимосвязанным с должником лицом более полутора лет, а то, что она представляла суду копии документов о деятельности должника за период, когда она не являлась взаимосвязанным с должником лицом, не является доказательством ее осведомленности о деятельности должника в указанный период, при том, что суды, установив фактическую взаимосвязь между должником и Игнатьевой М.А., не установили предусмотренный законом признак заинтересованности – фактическое влияние заинтересованного лица на принятие должником решений. Банк считает, что является добросовестным залогодержателем, в связи с чем признание сделок купли-продажи недействительными не влечет для него негативных последствий в виде признания договора ипотеки недействительным, а суд первой инстанции должен был указать в резолютивной части о сохранении ипотеки.

В кассационной жалобе Игнатьева Н.А. просит определение от 17.09.2018 и постановление от 26.11.2018 отменить, направить дело на новое рассмотрение, ссылаясь на несоответствие выводов судов обстоятельствам дела. По мнению заявителя, в дело представлены оригиналы договоров займа, приходных кассовых ордеров и акта взаимозачета, доказывающие выдачу Игнатьевой Н.А. должнику спорных займов, взаимозачет встречных требований отражен в бухгалтерском учете должника и был предметом рассмотрения камеральной налоговой проверки, материалы которой суду не представлены. Заявитель считает, что спорные договоры заключены не с целью причинения вреда, по данным бухгалтерского баланса, выручка от реализации за 2014 год составила 119 385 000 руб., а за 2015 год – 124 479 000 руб., убыток отсутствовал, реализованное недвижимое имущество не связано с основным видом деятельности должника – оптовой торговлей, в результате совершения сделок должник не утратил возможность осуществления хозяйственной деятельности и источник дохода. Игнатьева Н.А. полагает, что ее заинтересованность в спорных сделках не доказана, поскольку ее дочь вышла из состава участников должника 30.10.2013, возможности контроля за расходованием денежных средств и порядком ведения кассовых операций должника Игнатьева Н.А. не имела, аффилированным с должником лицом не являлась и не могла знать и влиять на решения должника. По мнению заявителя, обжалуемые судебные акты приводят к невозможности исполнения Решения постоянно действующего Третейского Суда «Право» от 31.10.2017 об обращении взыскания на спорное имущество Игнатьевой Н.А., заложенное по договору об ипотеке от 20.03.2014 № 6002/04/2014/0146-01/01.

Машковцев Ю.А. в отзывах просит обжалуемые судебные акты оставить без изменения, в удовлетворении кассационных жалоб отказать.

Законность обжалуемых судебных актов проверена арбитражным судом кассационной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов кассационной жалобы.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 31.08.2017 возбуждено настоящее дело о банкротстве общества «Энергогазсервис».

Решением Арбитражного суда Пермского края от 22.01.2018 общество «Энергогазсервис» признано банкротом, в отношении него введено конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден Машковцев Ю.А.

Машковцев Ю.А. выявил, что 02.05.2015 между должником в лице директора Пономаревой Н.М. (продавец) и Игнатьевой Н.А. (покупатель) заключены следующие договоры купли-продажи недвижимого имущества:

- договор купли-продажи недвижимого имущества № 01/2015,по которому продавец обязуется передать в собственность, а покупатель обязуется принять и оплатить принадлежащее продавцу на праве собственности следующее имущество на общую сумму 20 223 038 руб., а именно: 1) 1-этажное кирпичное здание операторской автогазозаправочной станции (лит. А), общей площадью 22,3 кв.м., навес (лит. Г), выгребная яма (лит. Г1), ограждение (лит. 1) 2 замощения (лит. 1, II ), 2 газовые колонки (лит. Ш, IV), технологический блок (лиг. V), подземный газовый баллон (лит. VI ), находящееся(-иеся) по адресу: Пермский край, г. Пермь, Дзержинский район, ул. Подлесная, д. 51 , кадастровый номер 59:01:4415032:59; 2) земельный участок, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: под проектирование и строительство автогазозаправочной станции, площадью 600 кв.м., место нахождения: Пермский край, г. Пермь, Дзержинский район, ул. Подлесная с южной стороны стадиона «Дзержинец», кадастровый номер 59:01:4415032:14.

- договор купли-продажи недвижимого имущества № 02/2015,по которому продавец обязуется передать в собственность, а покупатель обязуется принять и оплатить принадлежащее продавцу на праве собственности следующее имущество на общую сумму 13 906 886 руб., в том числе: 1) здание автогазозаправочной станции, назначение: нежилое, общей площадью 25,6 кв.м., находящееся(-неся) по адресу: Пермский край, г. Пермь, Свердловский район, ул. Хлебозаводская, д. 22, кадастровый номер 59:01:4411453:356; 2) земельный участок, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: автогазозаправочная станция площадью 649,65 кв.м., место нахождения Пермский край, г. Пермь, Свердловский район, ул. Хлебозаводская, д. 22, кадастровый номер 59:01:4411453:30;

- договор купли-продажи недвижимого имущества № 03/2015,по которому продавец обязуется передать в собственность, а покупатель обязуется принять и оплатить принадлежащее продавцу на праве собственности следующее имущество на общую сумму 9 446 384 руб., а именно: 1) автозаправочная станция, общей площадью 22,9 кв.м., в составе операторской (лит. А), навеса (лит. Г), противопожарного резервуара (лит.П), ограждения, замощения, площадки для автозаправщика находящееся(-иеся)по адресу: Пермский край, г. Пермь, Орджоникидзевский район, ул. Ново-Гайвинская. д. 81, кадастровый номер 59:01:2912802:32; 2) земельный участок, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: под автозаправочные станции, общей площадью 1523 кв.м., место нахождения: Пермский край, г. Пермь, Орджоникидзевский район, ул. Ново-Гайвинская, д. 81, кадастровый номер 59:01:3210341:53.

Указанные объекты недвижимости по всем трем договорам переданы Игнатьевой Н.А. по актам приема-передачи от 02.06.2015.

Разделом 3 всех трех договоров купли-продажи от 02.06.2015 установлено, что уплата денежных средств производится покупателем в безналичном порядке путем перечисления денежных средств на расчетный счет продавца в течение 30 календарных дней с момента подписания договора.

В дополнительных соглашениях ко всем договорам от 02.06.2015 стороны согласовали наличие обременений, в том числе – «ипотеки» в пользу банка и «аренды» - в пользу обществ с ограниченной ответственностью «Газ-Трейд» и «Уралинвестстрой».

Обращаясь в арбитражный суд с настоящим требованием о признании указанных договоров купли-продажи от 02.06.2015 недействительными на основании статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), конкурсный управляющий должника ссылался на то, что в результате совершения указанных сделок должником не получено встречное исполнение, а также на то, что данные сделки фактически имели своей целью безвозмездный вывод активов должника и невозможность формирования конкурсной массы, что в совокупности привело к нарушению прав кредиторов должника.

Удовлетворяя заявленные требования, суды исходили из следующего.

В соответствии со статьей 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пунктом 1 статьи 32 Закона о банкротстве, делао банкротстве рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве, сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, и по основаниям и в порядке, указанным в Законе о банкротстве.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если она была совершена в течение 3 лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после его принятия и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление Пленума № 63) разъяснено,что для признания сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Законао банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 названного Постановления).

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требованийпо обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно абзацам 2 - 5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами 2 - 5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Установленные абзацами 2 - 5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки (пункт 6 постановления Пленума № 63).

При оценке достоверности факта наличия требования, основанногона передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемоготолько его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерскоми налоговом учете и отчетности и т.д. (пункт 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35«О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дело банкротстве» (далее – постановление Пленума № 35)).

Как установлено судами и следует из материалов дела, спорные договоры купли-продажи от 02.06.2015 заключены в течение трех лет до принятия судом заявления о признании должника банкротом (31.08.2017), то есть в период подозрительности, установленный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, и на дату их совершения у должника имелись неисполненные денежные обязательства перед кредиторам, требования которых в последующем в установленном порядке включены в реестр требований кредиторов должника.

Кроме того, по результатам исследования и оценки всех имеющихся доказательств, исходя из конкретных обстоятельств дела, приняв во внимание, что Игнатьева Н.А. является матерью Игнатьевой М.А., которая в период с 06.05.2013 по 30.10.2013 являлась учредителем должника и владела 90 % доли в его уставном капитале, а с момента выхода из состава учредителей сохраняла с должником отношения бывшего учредителя, что подтверждается фактическими обстоятельствами дела, в том числе, тем, что в ходе судебного разбирательства Игнатьева М.А. давала пояснения относительно деятельности должника в 2014 и 2015 годах, включая ведение бухгалтерского учета, представляла суду документы по деятельности должника за 2014 – 2015 годы, в то время как определением от 28.03.2018 по настоящему делу установлено, что конкурсному управляющему не переданы документы по деятельности должника, и данное определение до настоящего времени не исполнено, суды установили, что спорные договоры купли-продажи совершены лицами, между которыми имеет место фактическая аффилированность, из чего следует, что Игнатьевой М.А. и Игнатьевой Н.А. на момент совершения спорных сделок должно было быть известно об имущественном, финансовом положении и обязательствах должника, а надлежащие и достаточные доказательства, опровергающие данные обстоятельства, и, свидетельствующие об ином, не представлены.

При этом довод банка о том, что суды не установили предусмотренные законом признаки заинтересованности между сторонами спорной сделки, подлежит отклонению, как основанный на неверном толковании норм права, поскольку в данном случае, руководствуясь правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, согласно которой, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической, но и фактической, о наличии которой может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка, суды по результатам исследования и оценки всех имеющихся в деле доказательств установили, что между сторонами спорных сделок имеет место фактическая аффилированность, при том, что надлежащие и достаточные доказательства, опровергающие данные обстоятельства, и, свидетельствующие об ином, не представлены.

Возражая против довода о безвозмездности спорных сделок, Игнатьева Н.А. ссылается на то, что оплата по спорным договорам произведена путем взаимозачета задолженности должника перед Игнатьевой Н.А. по договорам займа в общей сумме 53 112 790 руб. и задолженности Игнатьевой Н.А. перед должником по спорным договорам в общей сумме 43 576 308 руб., а в качестве подтверждения передачи должнику денежных средств по договорам займа Игнатьева Н.А. представила квитанции к приходным кассовым ордерам от 01.12.2008 № 1, от 21.01.2009 № 1, от 16.08.2010 № 1, от 02.07.2013 № 1, от 26.07.2013 № 2, от 19.01.2015 № 1, от 11.02.2015 № 2, от 20.03.2015 № 3, от 02.04.2015 № 4, от 14.04.2015 № 5, от 29.04.2015 № 6 и от 20.05.2015 № 7, а в подтверждение финансовой возможности выдачи займа - копии договоров купли-продажи квартир от 20.12.2004, заключенного с Игнатьевым А.Б., от 02.12.2013, заключенного с Нарель Е.С., от 20.01.2015, заключенного с Борисовым С.А., а также копию договора купли-продажи жилого дома с земельным участком от 07.10.2013, заключенного с Зыковым К.С.

Учитывая изложенное, руководствуясь вышеназванными нормами права и соответствующими разъяснениями, исследовав и оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации все представленные доказательства, исходя из конкретных обстоятельств дела, приняв во внимание, что, помимо квитанций к приходным кассовым ордерам, никаких иных доказательств, подтверждающих наличие у Игнатьевой Н.А. на момент предоставления займов денежных средств в достаточном размере для выдачи должнику спорных займов (цена каждого из которых составляет от 1 000 000 руб. до 6 500 000 руб.), в том числе, подтверждающих снятие указанных сумм с расчетного счета и хранения их в наличной форме, не представлены, а сами по себе договоры купли-продажи квартир и жилого дома, в отсутствие доказательств их исполнения в части передачи денежных средств, фактическое наличие у Игнатьевой Н.А. на момент совершения спорных сделок наличных денежных средств не подтверждают, учитывая, что наличие реальных заемных правоотношений между должником и Игнатьевой Н.А. также не подтверждено и сведениями бухгалтерского баланса должника за 2014 год, согласно разделу IV «Долгосрочные обязательства» которого заемные средства у должника на конец 2012 года составляли 0 руб. 00 коп., в то время как общая сумма заемных средств по договорам займа от 01.12.2008, от 21.01.2009 и от 16.08.2010 составляла 7 210 000 руб., и, исходя из того, что целесообразность предоставления Игнатьевой Н.А. займов должнику в течение семи лет при невозвратности предыдущих займов и неоплате заемных процентов ничем не подтверждена и соответствующая информация суду не раскрыта, доказательства, подтверждающие расходование должником заемных денежных средств, не представлены, суды пришли к выводам о недоказанности материалами дела реальных заемных правоотношений между должником и Игнатьевой Н.А. и о создании сторонами искусственной задолженности должника перед Игнатьевой Н.А. по договорам займа с целью последующего проведения зачета названной искусственной задолженности в счет оплаты по спорным договорам купли-продажи недвижимого имущества от 02.06.2015.

При этом по результатам исследования и оценки доказательств, исходя из конкретных обстоятельств дела, суды также приняли во внимание и то, что по условиям договора от 20.12.2004 Игнатьева Н.А. продала квартиру за 1,5 млн. руб., а, согласно договорам займа, в период с 01.12.2008 по 26.07.2013 Игнатьева Н.А. предоставила должнику займы на сумму более 13 млн. руб., по условиям договоров от 02.12.2013 и от 07.10.2013 Игнатьева Н.А. продала квартиры на сумму 26 млн. руб., но в период с 27.07.2013 по 18.01.2015 Игнатьева Н.А. займов должнику не предоставляла, по договору от 20.01.2015 Игнатьева Н.А. продала квартиру за 8,75 млн. руб., и в период с 19.01.2015 по 20.05.2015 предоставила должнику займы на сумму более 3 000 000 руб., в то время как указанные противоречия Игнатьевой Н.А. не опровергнуты, никакой информации о хранении и расходовании денежных средств Игнатьевой Н.А. за спорный период, а также о наличии у нее иных источников дохода и т.п., не представлено, соответствующая информация суду не раскрыта, а, кроме того, последний договор займа от 20.05.2015 со сроком возврата до 20.05.2016 заключен за 12 дней до проведения взаимозачета, когда стороны уже планировали отчуждение недвижимого имущества должника к Игнатьевой Н.А., и стороны предусмотрели порядок оплаты по спорным договорам путем перечисления денежных средств на расчетный счет должника в течение 30 календарных дней, но в тот же день подписали акт взаимозачета, и каких-либо пояснений относительно невозможности сразу предусмотреть порядок оплаты путем зачета встречных однородных требований не представили, соответствующую информацию суду не раскрыли.

Довод Игнатьевой Н.А. об изменении должником учетной политики отражения в бухгалтерском учете заемных средств путем использования счета 76.05 «Расчеты с прочими дебиторами и кредиторами», отражения заемных средств по строке 1520 бухгалтерского баланса по результатам исследования и оценки доказательств отклонен судами как неподтвержденный надлежащими и достаточными доказательствами, в том числе, с учетом того, что приказы от 10.01.2012, от 09.01.2013, от 09.01.2014, от 12.01.2015 «Об утверждении учетной политики» с приложениями представлены в копиях, которые представитель заверять отказался, оригиналы данных приказов в материалы дела или на обозрение суда не представлены, а какие-либо иные надлежащие и достаточные доказательства, подтверждающие названные доводы, отсутствуют.

При этом вопреки доводам банка, суды в данном случае правомерно руководствовались правовой позицией о повышенном стандарте доказывания в делах о банкротстве, изложенной в пункте 26 постановления Пленума № 35, о том, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности, а требование, основанное на факте передачи денежных средств, должно подтверждаться не только распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру (что свойственно обычному спору), но и доказательствами, подтверждающими финансовые возможности кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, а также сведениями о дальнейшем движении денежных средств и др.

Исходя из вышеизложенного, руководствуясь названными нормами права и соответствующими разъяснениями, по результатам исследования и оценки всех представленных доказательств, установив, что спорные договоры заключены в течение 3 лет до возбуждения производства по делу о банкротстве должника, при наличии у последнего признаков неплатежеспособности и в отсутствие у него денежных средств в размере, достаточном для исполнения всех денежных обязательств, а в результате их совершения из владения должника единовременно выбыла значительная часть ликвидного недвижимого имущества без предоставления встречного исполнения, в результате чего был причинен вред имущественным правам кредиторов, рассчитывающих на удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества, принимая во внимание осведомленность заинтересованного лица Игнатьевой Н.А. о совершении спорных сделок в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, суды пришли к выводу о доказанности материалами дела совокупности всех обстоятельств необходимых и достаточных для признания спорных договоров купли-продажи от 02.06.2015 недействительными на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, при том, что надлежащие и достаточные доказательства, опровергающие данные обстоятельства, и, свидетельствующие об ином, не представлены.

С учетом изложенного, руководствуясь пунктом 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, пунктом 1 статьи 61.6 Законао банкротстве, суды верно применили последствия недействительности сделок в виде возврата должнику переданного по спорным договорам имущества. 

Таким образом, при вынесении обжалуемых судебных актов, суды исходили из совокупности установленных по делу обстоятельств и доказанности материалами дела наличия в данном случае всех необходимых и достаточных оснований для признания договоров купли-продажи от 02.06.2015 недействительными, а также из отсутствия доказательств иного (статьи 9, 65, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Судами правильно установлены фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, им дана надлежащая правовая оценка, верно применены нормы материального права, регулирующие спорные отношения.

Довод банка о том, что в резолютивной части обжалуемого определения надлежало указать на сохранение в отношении спорного имущества ипотеки, и довод Игнатьевой Н.А. о том, что обжалуемые судебные акты приводят к невозможности исполнения решения третейского суда об обращении взыскания на спорное имущество, обремененное ипотекой, подлежат отклонению, поскольку в рамках настоящего спора рассматривались требования конкурсного управляющего об оспаривании сделок по отчуждению имущества должника, обстоятельства, связанные с ипотекой не относятся к предмету и основаниям рассматриваемого спора, самостоятельного правового значения для настоящего спора не имеют и не могут являться основанием для отмены обжалуемых судебных актов, а вопросы, связанные с наличие в отношении спорного имущества обременения в виде залога и с удовлетворением за счет стоимости этого имущества требований залогового кредитора, подлежат урегулированию в рамках соответствующего самостоятельного спора, который в настоящее время рассматривается судом первой инстанции. 

Все иные доводы заявителей, изложенные в кассационных жалобах, судом округа отклоняются, поскольку не свидетельствуют о нарушении судами норм права и сводятся лишь к переоценке установленных по делу обстоятельств. Суд округа полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судами установлены, все доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда кассационной инстанции не имеется (статья 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Судом округа не установлено нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

С учетом изложенного, обжалуемые судебные акты следует оставить без изменения, кассационные жалобы - без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Пермского края от 17.09.2018 по делу№ А50-28226/2017 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.11.2018 по тому же делу оставить без изменения, кассационные жалобы публичного акционерного общества акционерного коммерческого банка «АК БАРС» и Игнатьевой Натальи Анатольевны –без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий                                                               Ю.А. Оденцова 

 

Судьи                                                                                            Ю.В. Кудинова 

 

                                                                                                      О.Н. Новикова