№ 09АП-73426/2019

Дело № А40-14034/15

г. Москва

27 января 2020 года

Резолютивная часть постановления объявлена 21 января 2020 года 

Постановление

 изготовлено в полном объеме 27 января 2020 года 

 

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Ю.Л. Головачевой,

судей С.А. Назаровой, Д.Г. Вигдорчика,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Л.И. Кикабидзе,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы ФИО1, ФИО2, ФИО3, конкурсного управляющего ООО «Таймырстроймонтаж»

на определение Арбитражного суда города Москвы от 05.11.2019

по делу № А40-14034/15, вынесенное судьей В.М. Марасановым 

о взыскании с ФИО3, ФИО1, ФИО2 солидарно в пользу ООО «Таймырстроймонтаж» убытки в размере 46 728 567,48 руб.

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Таймырстроймонтаж» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>),

при участии в судебном заседании:

от ФИО1 – ФИО4 по дов. от 21.11.2019,

от ФИО2 – ФИО5 по дов. от 22.11.2019,

от ООО «Бухгалтерский учет плюс» - ФИО6 –лично, паспорт, выписка из ЕГРЮЛ

Иные лица не явились, извещены. 

 

У С Т А Н О В И Л:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 01.02.2016 по делу № А40-14034/15 общество с ограниченной ответственностью «Таймырстроймонтаж» (далее – Должник, Общество) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО7 

Определением суда от 25.04.2016 конкурсным управляющим Должника утвержден ФИО8 

Определением суда от 10.04.2019 арбитражный управляющий ФИО8 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должника, конкурсным управляющим ООО «Таймырстроймонтаж» утверждена ФИО9, член Крымского Союза профессиональных арбитражных управляющих «Эксперт».

Конкурсный управляющий Должника обратился в Арбитражный суд г. Москвы с заявлением, уточненным в порядке ст. 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации ( далее – АПК РФ) о взыскании убытков с контролирующих должника лиц: ФИО3, ФИО1, ФИО2 (далее – ответчики), в размере 49.667.796 руб. 72 коп.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 05.11.2019 заявленные требования удовлетворены частично. Суд первой инстанции взыскал с ФИО3, ФИО1, ФИО2 солидарно в пользу ООО «Таймырстроймонтаж» убытки в размере 46.728.567 руб. 48 коп. В части взыскания убытков в размере 2.939.229 руб. 24 коп. производство по обособленному спору прекращено.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО3, ФИО1, ФИО2 и конкурсный управляющий Должника обратились в Девятый арбитражный апелляционный суд апелляционными жалобами.

В своей жалобе ФИО2 указал на нарушение судом первой инстанции норм материального и процессуального права, указал, что суд первой инстанции неправомерно отказал в прекращении производства по обособленному спору в части взыскания с ФИО2  убытков в размере 35.307.796 руб. 72 коп., также указал, что суд необоснованно не объединил настоящий обособленный спор с иным спором о взыскании с контролирующих лиц должника ФИО2, ФИО10, ФИО11 в пользу должника солидарно убытков в размере 35 307 796 руб. 72 коп.

В связи с чем просил вынесенное судом первой инстанции определение отменить, в удовлетворении заявленных к ФИО2 требований отказать, в том числе прекратив производство по настоящему обособленному спору в части взыскания убытков.

ФИО1 в своей жалобе также просила отменить определение суд первой инстанции в части привлечения последней к ответственности в виде взыскания убытков пользу Должника, так как ФИО2 не являлась контролирующим Должника лицом.

ФИО3 в своей жалобе также просил отменить определение суда первой инстанции в части взыскания с него убытков, в связи с тем, что в спорный период добросовестно исполняя обязанности генерального директора и денежные средства, полученные ФИО1 были оприходованы и учтены на счету Общества в установленном порядке.

В своей жалобе конкурсный управляющий Должника просил отменить определение суда первой инстанции в части прекращения производства по обособленному  о взыскании с ответчиков убытков в размере 2.939.229 руб. 24 коп. и вынести по делу новый судебный акт, которым удовлетворить заявленные требования в полном объеме.

До рассмотрения апелляционных жалоб по существу от конкурсного управляющего в Девятый арбитражный апелляционный суд  поступило ходатайство об отложении судебного заседания, отмены определения и перехода к рассмотрению настоящего спора по правилам, установленным для рассмотрения дела в суде первой инстанции, а также привлечения в качестве соответчика ФИО11

В судебном заседании апелляционной инстанции представитель ФИО2 поддержал доводы, заявленные в его апелляционной жалоб, просил определение отменить в удовлетворении заявленных конкурсным управляющим требований – отказать в полном объеме, указал на необоснованный отказ суда на применение срока исковой давности и прекращения производства по обсоленному спору. Поддержал доводы, заявленные в апелляционных жалобах  ФИО1 и ФИО3 Возражал против удовлетворения апелляционной жалобы конкурсного управляющего Должника.

Представил письменные пояснения на апелляционную жалобу, которые возвращены заявителю, в связи с тем, что они поданы за пределами 10-ти дневного срока на обжалование судебного акта. 

Представитель ФИО1 также поддержал доводы, заявленные в ее апелляционной жалобе в части необоснованности выводов суда первой инстанции  о наличии для взыскания убытков с ФИО1, в связи с чем просил определение суда первой инстанции в данной части отменить, в удовлетворении требований– отказать. Поддержал доводы заявленные в апелляционных жалобах ФИО2 и ФИО3 Возражал против удовлетворения апелляционной жалобы конкурсного управляющего Должника.

Представитель ООО «Бухгалтерский учет Плюс» (конкурсный кредитор) возражал против требований апелляционных жалобах ответчиков, указал на несостоятельность доводов, содержащихся в них, в связи с чем просил определение суда первой инстанции оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения. Представил письменные отзывы на апелляционные жалобы ответчиков, которые приобщены к материалам настоящего дела. Поддержал доводы апелляционной жалобы конкурсного управляющего Должника, в связи с чем просил определение в данной части отменить, заявленные требования удовлетворить в полном объеме.

Иные лица, участвующие в деле, уведомленные судом о времени и месте слушания дела, в судебное заседание не явились, в связи с чем, апелляционная жалоба рассматривается в их отсутствие, исходя из норм ст. ст. 121, 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 АПК РФ (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

В связи с отсутствием правовых оснований для отложения судебного заседания, а также учитывая положения, закрепленные в Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 28.05.2009 N 36, судебная коллегия  оставила ходатайство конкурсного управляющего Должника без удовлетворения в полном объеме.

Согласно части 1 статьи 223 АПК РФ и статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Руководствуясь ст.ст. 123, 266 и 268 АПК РФ, изучив представленные в дело доказательства, рассмотрев доводы апелляционных жалоб, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены или изменения определения арбитражного суда, принятого в соответствии с законодательством Российской Федерации и обстоятельствами дела, и удовлетворения апелляционных жалоб, исходя из следующего.

Как следует из материалов дела, обращаясь с заявлением о взыскании убытков, причиненных Обществу действиями единоличного исполнительного органа и контролирующего должника лица, конкурсный управляющий должника ссылался на обстоятельства, установленные судебными актами при разрешении обособленного спора в рамках настоящего дела о признании недействительными сделки должника с ООО «Строймонолит», полагал, что перечислением денежных средств в пользу иного лица по сделкам, признанных судом недействительными, генеральным директором общества и его участником, одобрившим заключение данных сделок, причинены убытки обществу.

Арбитражным судом города Москвы было установлено, что лицами, имеющими фактическую возможность определять действия юридического лица, отвечающих за рациональное и разумное расходование денежных средств общества, являлись: ФИО2, ФИО1, ФИО10, ФИО12 

Так, ФИО2 - бывший исполнительный орган, генеральный директор должника ООО «Таймырстроймонтаж», участник общества (директор в период с 22.09.2010 по 04.09.2013 , участник общества с долей участия 35% в период с 22.09.2010 по 31.10.2014), производил юридически значимые действия и после назначения генеральным директором ФИО3 

Данные обстоятельства установлены вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу № А40-43875/14: Постановление Девятого апелляционного суда № 09АП-38776/2014-ГК от 17.09.2014, Постановление Арбитражного суда Московского округа от 22.01.2015 г., Определение Верховного Суда РФ №305-ЭС15-3957, которые имеет преюдициальное значение в силу пункта 2 статьи 69 АПК РФ. 

ФИО1 (дочь ФИО2) – контролирующее должника лицо, представляла интересы Общества по доверенности. 

ФИО1 признана контролирующими должника на общих основаниях, в том числе с использованием предусмотренных законодательством о банкротстве презумпций. 

Судом было установлено, что ФИО1 совершала юридически значимые действия на основании доверенности от 28.08.201 №1 на получение конвертов с секретными паролями на подпись ФИО2, ФИО10, комплект ключей ЭП, Сертификат ключа, Доверенность от 01.10.2013 на получение дистрибутива программы Клиент-Банк с ЭЦП, ключей подписи и шифрования ЭЦП Крипто-КОМ 3.2, Доверенности от 05.09.2013 на получение выписок и приложений к ним, получала наличные денежные средства должника в банке, не числясь при этом в штате должника, Доверенность на регистрацию ключей ЭП от 06.03.2014 на получение Сертификата ключей проверки ЭП.

Согласно акту от 28.08.2013 №1 на передачу дистрибутива Системы «Клиент-Банк» банком переданы дистрибутив клиентской части Системы «КлиентБанк» (на компакт-диске), ключи электронной подписи и Ключи проверки электронной подписи (на компакт-диске или устройстве eToken PRO) , сертификаты ключа проверки электронной подписи ФИО1. 

Согласно Сертификата ключа проверки электронной подписи Абонента в системе Клиент-Банки от 28.08.2013 владельцем сертификата являлся ФИО2.

Согласно Доверенности от 28.08.2013 №1 генеральный директор ООО «ТСМ» ФИО2 доверяет получить ФИО1 запечатанные конверты с секретными паролями на подпись: ФИО2 и ФИО13 Согласно от 01.10.2013 года Акта №1 на передачу дистрибутива Системы «Клиент-Банк» банком переданы дистрибутив программы «Клиент-Банк» с ЭЦП Крипто-КОМ 3.2 на компакт-диске, передача новых ключей электронной подписи и шифрования ЭЦП Крипто-Ком 3.2, сертификаты открытого ключа ЭЦП абонента в системе Клиент-Банк ФИО1. 

Доверенность от 01.10.2013 выдана ФИО1 на получение электронной цифровой подписи для доступа в систему «Клиент-Банк ГЛОБЭКС».

ФИО1 получала выписки по расчетному счету Должника в АО «Глобэксбанк» согласно доверенности, выданной 05.09.2013 ФИО3 (однако ФИО12 не мог выдать доверенность в силу своего отсутствия на территории РФ 05.09.2013г.).

Также ФИО1 в силу нахождения с должником (руководителем или членами органов управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного положения имела возможность определять действия должника (пп.1 п2 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

ФИО1 непосредственно осуществляла платежи в адрес «фирмы-однодневки», а также снимала денежные средства в крупном размере с расчетного счета должника без их передачи обществу. ФИО12 - номинальный директор с 05.09.2013 по 31.01.2016 назначен участниками ФИО2 (35%) и ФИО10 (30%), ФИО2 и ФИО12 имеют одно место рождения – Украина, село Балакиры, Городокского района Хмельницкой области – односельчане, был поставлен на миграционный учет и проживал совместно с ФИО10 по адресу: 

<

...>. 

Квартира по адресу 

<

...> являлась собственностью ФИО2 (выписка из ЕГРН от 18.09.2017 ).

В подтверждение данного факта представлены копия паспорта гражданина Украины ФИО3, оригинал ответа ГУ МВД России по г. Москве в письме от 15.08.2019  № 98/10-41713 на запрос конкурсного управляющего.  

Судом установлено, что в период с 01.09.201 по 15.08.2019 ФИО12 находился на территории Российской Федерации в периоды: 24.12.2013 - 25.12.2013г., 28.01.2014 - 29.01.2014г., 05.03.2014 - 06.03.2014г., 17.03.2014 - 18.03.2014г., 23.06.2014 - 24.06.2014г., 13.10.2014 - 14.10.2014, 31.10.2014 - 01.11.2014г., что подтверждается оригиналом письма ГУ МВД России по г. Москве № 98/10-41713 от 15.08.2019г., копией запроса конкурсного управляющего №627 от 12.07.2019 

Ответчиками данные доказательства не опровергнуты. 

Контролирующие лица ФИО2 и ФИО10(дочь ФИО2) на момент совершения сделки имели 35 % и 30% долей общества соответственно, всего 65 % в совокупности.

 ФИО12 – номинальный руководитель с 05.09.2013 г. назначен участниками ФИО2 (35%) и ФИО10 (30%) (Протокол собрания от 03.09.2013 ) 

 15.10.2013 ФИО2 и ФИО10 проведено собрание о внесение изменений в ЕГРЮЛ в связи со сменой паспортных данных генерального директора Общества ФИО3 (Протокол собрания №9 от 15.10.2013 г.). 

Несмотря на назначение нового генерального директора ФИО3, ФИО2 продолжал представлять интересы общества в качестве генерального директора, а именно: ФИО2 09.10.2013 представляя интересы общества в ПАО Сбербанк России в качестве генерального директора, производил юридические действия по оформлению Сертификата ключа электронной подписи № ЧС120009 на свое имя в качестве генерального директора ООО «ТСМ», т.е. фактически продолжал исполнять функции генерального директора, формально им не являясь (05.09.2013 формально прекратились полномочия). 

Кроме того, ФИО2 продолжал действовать от имени ООО «ТСМ», в частности подписывал договор поставки №107-СБ/13 от 11.09.2013 с ООО «Торговый дом Енисей», Договор №225/Н о реализации нефтепродуктов (топлива) путем разлива (отпуска) со склада от 25.12.2013 с ООО «Арктур», Акт сверки взаиморасчетов между ООО «ТСМ» и ООО «Арктур» за период с 01.01.2014 по 15.07.2014 по состоянию на 15.07.2014, Дополнительное соглашение №1, зарегистрированное за № НТЭК-48-1982/14 от 27.10.2014 к договору поставки электрической энергии №НТЭК-48-855/13 от 19.04.2013, Договор №22 на поставку продукции от 09.09.2013 г. с ООО «ЕЛТА»; производил сверку с Заказчиками, в частности подписывал Акт сверки взаиморасчетов с МУ «Управление жилищно-коммунального хозяйства Администрации города Норильска» (подтверждается Актом сверки взаиморасчетов по муниципальному контракту от 05.06.2013 г. №0319300023813000024 от 27.12.2013, Акт сверки взаиморасчетов от 31.12.2014 г., подписанные ФИО2). 

ФИО2 также принимал груз от Поставщиков ЗАО «Инженерные системы», что подтверждается подписанной им накладной от 20.11.2013  №146, от 29.11.2013  №155, от 11.04.2014 №50 ФИО2 продолжал исполнять функции генерального директора, совершая действия, такие как выдача доверенности транспортным компаниям от общества: Доверенность от 19.09.2013 №104, Доверенность от 21.10.2013 №170, что подтверждено материалами дела и не опровергнуто ответчиками. 

Вышеперечисленные обстоятельства, как указал суд, свидетельствуют о том, что ФИО2 контролировал Должника и совершал юридически значимые действия от имени должника в качестве генерального директора до момента окончательного обнуления расчетных счетов должника и вывода активов, а именно: 11.09.2013, 25.09.2013, 27.09.2013, 01.10.2013, 20.11.2013, 29.11.2013, 25.12.2013, 11.04.2014, 15.07.2014г., 31.12.2014г.

Судом также было установлено, что генеральный директор ФИО2 исполнял функции главного бухгалтера и кассира лично, что подтверждается Приказом №7 от 01.09.2012 о возложении обязанности по ведению бухгалтерского учета и составлению отчетности на генерального директора, копией Приказа №2/1 от 01.02.2011 об исполнении обязанностей кассира. Обстоятельство наличия контроля со стороны ФИО2 и ФИО10 подтверждается также предоставленной информацией АО КБ «Глобэксбанк» и ПАО Сбербанк. 

Из материалов предоставленной банками информации следует, что движение денежных средств контролировалось и управлялось следующими лицами: ФИО2, ФИО1, ФИО10. 

Также, определением Арбитражного суда города Москвы от 25.09.2017 по настоящему делу, оставленным без изменения Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 24.01.2018, признаны недействительными (мнимыми) сделками на основании статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации Договоры подряда №ТСМ-СП-07/13 от 30.07.2013 №ТСМ-СП-10/13 от 31.07.2013, № ТСМ-СП-06/13 от 10.06.2013 г., № ТСМ-СП-12/13 от 26.08.2013, № ТСМ-СП-08/13 от 10.09.2013, заключенные между ООО «ТаймырСтройМонтаж» и ООО «Строймонолит», операции по перечислению ООО «ТаймырСтройМонтаж» в адрес ООО «Строймонолит» денежных средств со ссылкой на договор подряда № ТСМ-СП-07/13 от 30.07.2013 в размере 35 307 796 руб. 72 коп.; применены последствия недействительности сделок в виде взыскания с ООО «Строймонолит» в конкурсную массу ООО «ТаймырСтройМонтаж» денежных средств в общем размере 35 307 796 руб. 72 коп.. 

Определением Арбитражного суда города Москвы установлены следующие обстоятельства, имеющие преюдициальное значение для настоящего спора: судом сделан вывод о доказанности конкурсным управляющим факта мнимости сделок, отсутствие намерений создавать реальные правовые последствия при совершении сделок с «фирмой-однодневкой», установлено злоупотребление правом при совершении спорных сделок в нарушении статья 10 ГК РФ, совершенных с целью вывода активов и избежания обращения взыскания на денежные средства должника на основании судебных актов и исполнительных листов, строительно-монтажные работы на объектах, указанные в спорных договорах с ООО «Строймонолит» выполнялись непосредственно собственными силами должника ООО «Таймырстроймонтаж», располагающим всеми необходимыми ресурсами для работ, субподрядчик не привлекался, формальность составления документооборота исполнительным органом должника в лице генерального директора ФИО2, факт непередачи юридическому лицу документов бывшим генеральным директором должника ФИО2 директору ФИО12, ФИО3 конкурсному управляющему, факт отсутствия осуществления какой-либо деятельности ООО «Строймонолит», платежи в адрес «фирмы-однодневки» ООО «Строймонолит» были совершены лицами: ФИО2, ФИО1, ФИО10 

ООО «Строймонолит» не являлось реальным участником хозяйственных отношений, не имело возможности выполнить предусмотренные договорами работы (услуги), не обладало необходимым для осуществления деятельности материально-техническими ресурсами, не исполняло обязанностей налогоплательщика, его создание и деятельность были направлены на имитацию хозяйственной деятельности и организацию документооборота, используемого для обналичивания денежных средств. 

В соответствии с письмом ФНС России от 01.02.2010 № 3-7-07/34 под «фирмой-однодневкой» в самом общем смысле понимается юридическое лицо, не обладающее фактической самостоятельностью, созданное без цели ведения предпринимательской деятельности, как правило, не представляющее налоговую отчетность и т.д. Суть схемы с участием «фирм-однодневок» сводится к искусственному включению их в цепочку хозяйственных связей. При этом противоправная цель достигается в результате согласованных противоправных действий налогоплательщика и подконтрольной ему «фирмы-однодневки», которая является формально обособленной от налогоплательщика, что часто фактически не соответствует действительности. Схема используется для вывода активов (в частности, денежных средств), обналичивания денежных средств и ухода от налогообложения. 

Судом установлено и из материалов дела следует, что Договор подряда №ТСМСП-06/2013 от 10.06.2013 между ООО «Таймырстроймонтаж» и ООО «Строймонолит» для выполнения работ на объекте Заказчика по строительству сборноразборного гаража Норильского Центра ОВД филиала «Аэронавигации Центральной Сибири» ФГУП «Госкорпорации по ОрВД» датирован 10.06.2013  в г. Москве, что ранее договора подряда №АЦС282/2013 на строительство здания сборно-разборного гаража Норильского Центра ОВД филиала «Аэронавигация Центральной Сибири»ФГУП «Госкорпорация по ОрВД» от 19.06.2013г. между ООО «Таймырстроймонтаж» и Заказчиком ФГУП «Госкорпорации по ОрВД», который был заключен позднее - 19.06. в г. Красноярске, т.е. на момент подписания договора субподряда с «фирмой-однодневкой» основания для выполнения соответствующих работ по объекту «Здание сборно-разборного гаража Норильского Центра ОВД филиала «Аэронавигация Центральной Сибири «ФГУП «Госкорпорация по ОрВД» отсутствовали (как у ООО «Таймырстроймонтаж», так и для субподрядчиков), что свидетельствует о формальном документообороте и противоречивости сведений  указанных в спорных договорах, а также свидетельствует о недобросовестности действий руководителей общества. 

Судом установлено что, в материалах дела о банкротстве должника находятся две нетождественные копии договора подряда под одним номером №ТСМ-СП-07/13: договора подряда №ТСМ-СП-07/13 от 10.07.2013  и договора подряда №ТСМ-СП07/13 от 30.07.2013г.

Все первичные документы, относящиеся к спорным сделкам оформлялись в одном экземпляре, у ООО «Строймонолит» оригиналы вторых экземпляров отсутствовали. 

Судом установлено, что 02.09.2013, в период руководства ФИО2, была выдана доверенность ФИО14, в силу которой ФИО14 переданы полномочия директора должника. 

Доверенность подписана ФИО3, однако дата 02.09.2013 - ранее вступления в должность директора ФИО3 (Протокол от 03.09.2013 – дата вступления в должность 05.09.2013 ).

Кроме того, ФИО12 отсутствовал на момент подписания доверенности на территории РФ, что подтверждается материалами дела. 

На доверенности поставлена печать, которой мог распоряжаться только генеральный директор ФИО2 и подпись ФИО3 не идентична подписи на паспорте ФИО3, представленного в материалы дела. Данные обстоятельства указывают на злоупотребление правом бывшим директором ФИО2, а также указывают на номинальность директора ФИО3

Судом установлено, что ФИО1 получала выписки по расчетному счету должника в АО «Глобэксбанк» согласно доверенности выданной 05.09.2013г. и подписанной ФИО3, однако согласно сведениям, предоставленным ГУ МВД РФ по г. Москве в письме № 98/10-41713 от 15.08.2019г., ФИО12 не находился на территории РФ 05.09.2013.

Кроме того, доверенность была действительна до 31.12.2013, однако ФИО1 продолжала по ней получать выписки до сентября 2014 года, что подтверждается материалами дела. 

Также судом установлено, что чековая книжка не передавалась от ФИО2 к ФИО12

Судом было установлено, что взаимосвязанные сделки с ООО «Строймонолит» в размере 35 307 796 руб. 72 коп. являются крупными, так как суммарная стоимость имущества, отчужденного по взаимосвязанным сделкам (при наличии взаимосвязанных сделок) - 35 307 000. руб., что составляет 75% от балансовой стоимости активов общества - на 30.06.2013 г. 47031 тыс. руб. (Бухгалтерский баланс на 30.06.2013), 54 % от балансовой стоимости активов Общества - на 31.12.2012 65 584 тыс. руб. (Бухгалтерский баланс на 31.12.2012) что составляет более 25 процентов балансовой стоимости активов общества, определенной по данным его бухгалтерской (финансовой) отчетности на последнюю отчетную дату.

В силу статьи 46 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» вышеуказанные договора являются крупными и подлежат одобрению участниками общества.

В материалах дела отсутствует доказательство одобрения сделок, которые в силу статьи ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» подлежат одобрению. 

Более того, факт одобрения сделки применительно к обстоятельствам настоящего спора не имеет правового значения, поскольку с директора, совершившего сделку, которая повлекла негативные последствия для общества, подлежат взысканию убытки независимо от факта одобрения сделки уполномоченным органом общества (пункт 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного суда РФ от 30.07.2013г. №62).

Исходя из данных обстоятельств, с учетом положений ст. 69 АПК РФ, конкурсный управляющий пришел к выводу, что действиями ответчиков по заключению мнимых сделок и перечислению денежных средств со счетов Общества, Должнику были причинены убытки. 

Кроме того, конкурсный управляющий в заявлении (с учетом уточнения в порядке статьи 49 АПК РФ) указал, что в ходе анализа предоставленных сведений АО «Глобэксбанк» (письмо от 25.05.2016 №191 с приложениями на 73 листах о снятых наличных денежных средствах с расчетного счета должника) обнаружено, что с расчетного счета должника снимались денежные средства с указанием для выдачи заработной платы и хозяйственные нужды, при этом доказательства передачи и оприходования денежных средств в кассу должника отсутствуют. 

За период с 03.09.2013 по май 2014 года выданы наличные денежные средства с расчетного счета в АО «Глобэксбанк» в размере 14 360 000 руб., ФИО1 в сумме 12 610 000 руб. (денежный чек №НА 4831446 на сумму 1420000 руб., денежный чек №НА 4831442 на сумму 2230000 руб., денежный чек №НА 4831444 на сумму 2500000 руб., денежный чек №НА 4831447 на сумму 1460000 руб., денежный чек №НА 4831448 на сумму 90000 руб., денежный чек №НА 4831449 на сумму 1350000 руб., денежный чек №НА 4831450 на сумму 1150000 руб., денежный чек №НЗ 7976051 на сумму 1000000 руб., денежный чек №НЗ 7976052 на сумму 1200000 руб., денежный чек №НЗ 7976054 на сумму 210000 руб.) и ФИО2 в сумме 1 750 000  руб. (денежный чек НА 4831437 на сумму 1750000  руб.).

Действия ФИО2, ФИО3 совместно с ФИО1 на момент совершения сделок и платежей не отвечали интересам юридического лица, платежи произведены в адрес «фирмы-однодневки», какого-либо встречного предоставления со стороны ООО «Строймонолит» не представлено. 

Документов, подтверждающих целесообразность перечисления денежных средств «фирме-однодневке» и снятия наличных денежных средств в крупном размере ответчиками в материалы дела не представлено.

 Действий для возврата денежных средств на расчетный счет ООО «Таймырстроймонтаж» ответчики не предпринимали. 

Суд первой инстанции, основываясь на данных обстоятельствах и оценив по правилам ст. 71 АПК РФ представленные доказательства, пришел к выводу, что конкурсным управляющим в надлежащем порядке доказан факт как совершения так и одобрения ответчиками недействительных сделок, направленных на причинение вреда кредитором и Должнику и наступившие последствия в виде убытков общества находятся в непосредственной причинно-следственной связи совместными действиями ФИО2, ФИО1, ФИО3 

Суд апелляционной инстанции считает, что Арбитражный суд города Москвы дал верную правовою оценку представленным в материла дела доказательствам, а также с учетом положений ст. 69 АПК РФ, принял во внимание факт заключения Обществом на основании указаний контролирующих Должника лиц – ответчиков, недействительных договоров с ООО «Строймонолит», и снятие ФИО2 и ФИО1 денежных средств для перечисления их во исполнение мнимой сделки и не передачу данных средств Должнику.

В связи с чем выводы суда первой инстанции являются верными и обоснованными, что подтверждается следующим.

В соответствии с пунктом 53 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» с даты введения первой процедуры банкротства и далее в ходе любой процедуры банкротства требования должника, его участников и кредиторов о возмещении убытков, причиненных должнику - юридическому лицу его органами (пункт 3 статьи 53 ГК РФ, статья 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью») могут быть предъявлены только в рамках дела о банкротстве.

Согласно пунктам 3, 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 №62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее - Постановление № 62) добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо. Неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации; либо до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах (Постановления №62).

В подпункте 5 пункта 2 Постановления №62 разъяснено, что недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор, в том числе, знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.).

В случаях недобросовестного и (или) неразумного осуществления обязанностей по выбору и контролю за действиями (бездействием) контрагентов по гражданско-правовым договорам директор отвечает перед юридическим лицом за причиненные в результате этого убытки. 

При этом суд должен исследовать круг непосредственных обязанностей директора, обычную деловую практику и масштаб деятельности юридического лица (пункт 5 Постановления № 62). Как следует их пункта 1 постановления Пленума №62, по данной категории споров судебному исследованию подлежат пояснения директора общества  относительно его действий с указанием на причины возникновения убытков с представлением соответствующих доказательств. 

В случае отказа директора от дачи пояснений или их явной неполноты, если суд сочтет такое поведение директора недобросовестным, бремя доказывания отсутствия нарушения обязанности действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно может быть возложено судом на директора. Судам надлежит проверить, не выходили ли за пределы обычного делового (предпринимательского) риска действия, повлекшие убытки. 

При определении оснований и размера ответственности единоличного исполнительного органа общества должны быть приняты во внимание обычные условия делового оборота и иные обстоятельства, имеющие значение для дела (пункт 3 статьи 44 Закона об обществах с ограниченной ответственностью). 

Результат оценки доказательств, а также фактические и иные обстоятельства дела, установленные арбитражным судом, должны отражаться в судебном акте, принятом по существу спора (статьи 170, 271 АПК РФ).

Статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В соответствии с пунктом 1 статьи 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать факт неправомерных, виновных действий, совершенных ответчиком, наличие и размер понесенных убытков, причинную связь между правонарушением и убытками. Недоказанность хотя бы одного из элементов состава правонарушения является достаточным основанием для отказа в удовлетворении требований о возмещении убытков.

В силу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

По делам о возмещении директором убытков истец обязан доказать наличие у юридического лица убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которое оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В силу норм п. 2 ст. 401, п. 2 ст. 1064 ГК РФ отсутствие вины доказывается лицом, привлекаемым к ответственности.

Таким образом, бремя доказывания добросовестности и разумности действий контролирующих должника лиц возлагается на этих лиц, поскольку причинение ими вреда должнику и его кредиторам презюмируется. 

Конкурсный управляющий, либо кредиторы не обязаны доказывать их вину как в силу общих принципов гражданско-правовой ответственности (п. 2 ст. 401, п. 2 ст. 1064 ГК РФ), так и специальных положений законодательства о банкротстве.

Судебная коллегия считает, что доводы, содержащиеся в апелляционной жалобе  ответчиков не могут служить основанием для отмены обжалуемого определения в силу следующих причин.

Факт злоупотребления гражданскими правами со  стороны контролирующих Должника лиц: ФИО2 и ФИО3 ,ФИО1 установлен вступившим в законную силу определением Арбитражного суда г. Москвы от 25.09.2017 по настоящему делу.

Так, определением Арбитражного суда г. Москвы от 25.09.2019 установлены следующие обстоятельства, имеющие преюдициальное значение для настоящего спора: судом сделан вывод о доказанности конкурсным управляющим факта мнимости сделок, отсутствие намерений создавать реальные правовые последствия при совершении сделок с «фирмой-однодневкой», установлено злоупотребление правом при совершении спорных сделок в нарушении статья 10 ГК РФ, совершенных с целью вывода активов и избежания обращения взыскания на денежные средства должника на основании судебных актов и исполнительных листов, строительно-монтажные работы на объектах, указанные в спорных договорах с ООО «Строймонолит» выполнялись непосредственно собственными силами должника ООО «Таймырстроймонтаж», располагающим всеми необходимыми ресурсами для работ, субподрядчик не привлекался, формальность составления документооборота исполнительным органом должника в лице генерального директора ФИО2, факт непередачи юридическому лицу документов бывшим генеральным директором должника ФИО2 директору ФИО12, ФИО3 конкурсному управляющему, факт отсутствия осуществления какой-либо деятельности ООО «Строймонолит», платежи в адрес «фирмы-однодневки» ООО «Строймонолит» были совершены лицами: ФИО2, ФИО1, ФИО10 

ООО «Строймонолит» не являлось реальным участником хозяйственных отношений, не имело возможности выполнить предусмотренные договорами работы (услуги), не обладало необходимым для осуществления деятельности материально-техническими ресурсами, не исполняло обязанностей налогоплательщика, его создание и деятельность были направлены на имитацию хозяйственной деятельности и организацию документооборота, используемого для обналичивания денежных средств.

Таким образом, вышеуказанным судебным актом было установлено, совершение мнимых (притворных ) сделок с «фирмой-однодневкой ООО«Строймонолит» и признанны недействительными сделки на основании статьи 10 ГК РФ, статьи 168 ГК РФ, статьи 170 ГК РФ.

Судами было установлено отсутствие намерений создавать реальные правовые последствия при совершении сделок с «фирмой-однодневкой», установлено злоупотребление правом при совершении спорных сделок, в нарушение статья 10 ГК РФ, совершенных с целью вывода активов и избежания обращения взыскания на денежные средства должника на основании судебных актов и исполнительных листов.

Кроме того, факт злоупотребления правом со стороны ФИО3 и ФИО2, а именно совершения мнимых (притворных ) сделок с ООО «УК «Финсовет» на сумму 27 247 460 руб. 37 коп. с целью искусственного создания задолженности и включения ее в реестр требований кредиторов для приобретения большинства голосов в процедуре установлен определением Арбитражного суда от 31.01.2017  по делу А40-14034/2015.

Судебная коллегия считает, что Арбитражный суд города Москвы верно определил, что данные обстоятельства в силу положений ст. 69 АПК РФ не требуют повторного доказывания, и являются основанием для привлечения ответчиков к гражданско-правовой ответственности в виде взыскания убытков.

В не зависимости от состава лиц, участвующих в разрешении спора о признании сделок недействительными, оценка, данная судом обстоятельствам, которые установлены судом ранее при разрешении иного спора (спора о действительности договоров подряда и перечисления денежных средств), должна учитываться судом, рассматривающим дело о взыскании убытков с контролирующих должника лиц. 

В том случае, если суд, рассматривающий второй спор, придет к иным выводам, он должен указать соответствующие мотивы.

Разъяснения о подобном порядке рассмотрения судебных дел неоднократно давались высшей судебной инстанцией (пункт 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 № 57 «О некоторых процессуальных вопросах практики рассмотрения дел, связанных с неисполнением либо ненадлежащим исполнением договорных обязательств», пункт 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 22 от 29.04.2010 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», пункт 16.2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 02.06.2004 № 10 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при рассмотрении дел об административных 10 правонарушениях») и направлены на реализацию принципов стабильности и непротиворечивости судебных актов. 

Аналогичная правовая позиция по спорам о взыскании убытков в деле о банкротстве изложена в определении Верховного Суда РФ №307-ЭС15-19016 от 23.01.2017.

Кроме того, как верно отразил суд первой инстанции, бывшими руководителями и контролирующими лицами ФИО2 и ФИО3 ,ФИО1 было неоднократно допущено злоупотребление правом, что в силу пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допустимо.

Факт не передачи документов и печати Должника бывшим руководителем ФИО2 новому руководителю ФИО12, а также не передачи документов от ФИО3 конкурсному управляющему должника были установлены определением Арбитражного суда города Москвы от 25.09.2017 и определением Арбитражного суда города Москвы от 17.10.2019 по делу А40-14034/2015.

Согласно подп.4 п.2 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 N 62 недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица. 

Судом первой инстанции было установлено, что первичные документы по спорным сделкам должника генеральным директором ФИО3 конкурсному управляющему не передавались. 

 Договоры с «фирмой-однодневкой» были предоставлены ответчиком ФИО2 в обособленном споре в рамках банкротства ООО «ТСМ», что подтверждает факт нахождения первичных документов, относящихся к сделкам с ООО «Строймонолит» у бывшего генерального директора ФИО2

Также в деле о банкротстве отсутствуют доказательства передачи бухгалтерских документов бывшим генеральным директором ФИО2 генеральному директору ФИО12

Требование об обязательном оформлении всех хозяйственных операций первичными документами содержится в законе о бухгалтерском учете (ст. 9 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете»). Перечисление денежных средств ООО «Таймырстроймонтаж» контрагенту должно было иметь встречное обеспечение, оформленное документально.

Следовательно, уклонение ФИО2 и ФИО3 от обязанности по передачи документов бухгалтерской отчетности конкурсному управляющему с целью сокрытия факта заключения договора с «фирмой однодневкой» было направлено на избежание гражданско-правовой ответственности

Согласно разъяснениям Верховного Суда в Определении от 02.08.2016г. №305- ЭС16-8404 действия руководителя связанные с перечислением денежных средств за невыполненные работы котрагентам, которые на момент заключения договоров, а также на дату подписания актов выполненных работ, фактически не осуществляли хозяйственную деятельность, являясь «фирмой-однодневкой», не соотносятся с интересами юридического лица и признаются недобросовестными и неразумными. 

ООО «ТаймырСтройМонтаж» не получило возмещение своих имущественных потерь посредством применения к правоотношениям должника и общества «Строймонолит» последствий недействительности сделки, следовательно, имеет неутраченную для общества возможность защитить свои права иным способом как взыскание убытков с непосредственного причинителя вреда, согласно пункту 8 постановления Пленума N 62 и правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 21.01.2014 № 9324/13 по делу № А12-13018/2011. Ответчики не раскрыли всю совокупность значимых обстоятельств, их сопутствовавших, не дали развернутые пояснения и не представили доказательств в 14 обоснование разумности и добросовестности своих действий. 

Таким образом данные обстоятельства являются достаточными для взыскания с  ответчиков убытков. 

Доводы ответчиков о том, что ФИО2, ФИО1, снимая денежные средства с расчетного счета Должника, действовали исходя из обычных условий делового оборота, не выходя за пределы обычно хозяйственной деятельности общества, что все денежные средства ,снятые ФИО2 были приняты в кассу общества и расходованы на нужды, в том числе и на заработную плату самого ФИО2, как генерального директора являются несостоятельными в силу следующих причин.

При рассмотрении настоящего обособленного в суде первой инстанции ответчики в письменных пояснениях указывали, что настоящими квитанциями к приходному кассовому ордеру подтверждался факт передачи денежных средств в размере 14 360 000 руб. Обществу.

Также ответчиками были представлены квитанции на сумму 14 360 000 руб. подтверждающие данные обстоятельства.

В связи с тем, что данные документы не были представлены конкурсному управляющему, факт движения денежных средств в вышеуказанном объеме не был подтвержден первичными документами и на балансе Общества, конкурсный управляющий заявил о фальсификации данных доказательств.

В части 1 ст. 64 АПК РФ установлено, что доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном настоящим Кодексом и другими федеральными законами порядке сведения о фактах, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела. 

Согласно определения Конституционного Суда РФ от 22.03.2012 № 560-О-О, закрепление в процессуальном законе правил, регламентирующих рассмотрение заявления о фальсификации доказательства, направлено на исключение оспариваемого доказательства из числа доказательств по делу; сами эти процессуальные правила представляют собой механизм проверки подлинности формы доказательства, а не его достоверности. 

По смыслу статьи 161 АПК РФ понятие «фальсификация доказательств» предполагает совершение лицом, участвующим в деле, или его представителем умышленных действий, направленных на искажение действительного содержания объектов, выступающих в гражданском, арбитражном или уголовном процессе в качестве доказательств путем их подделки, подчистки, внесения исправлений, искажающих действительный смысл и содержащих ложные сведения.

В ст. 161 АПК РФ закреплено, что если лицо, участвующее в деле, обратится в арбитражный суд с заявлением в письменной форме о фальсификации доказательства, представленного другим лицом, участвующим в деле, суд:

1) разъясняет уголовно-правовые последствия такого заявления;

2) исключает оспариваемое доказательство с согласия лица, его представившего, из числа доказательств по делу;

3) проверяет обоснованность заявления о фальсификации доказательства, если лицо, представившее это доказательство, заявило возражения относительно его исключения из числа доказательств по делу.

В этом случае арбитражный суд принимает предусмотренные федеральным законом меры для проверки достоверности заявления о фальсификации доказательства, в том числе назначает экспертизу, истребует другие доказательства или принимает иные меры.

В ответ на заявление конкурсного управляющего о фальсификации доказательств ФИО2 и ФИО1 исключены из материалов дела квитанции на сумму 14 360 000 руб., которыми ответчики подтверждали факт передачи спорных денежных средств Обществу.

Таким образом, предоставление неотносимых и не допустимых доказательств,  с целью создания искусственной видимости исполнения обязательств перед Обществом, и их последующее исключение, также указывает на наличие признаков недобросовестности ФИО1 и ФИО2

Также, в письменных пояснениях ответчик ФИО1, ФИО2 указывали, что настоящими квитанциями к приходному кассовому ордеру подтверждался факт передачи спорных денежных средств обществу.

Суд первой инстанции обязал ФИО1, ФИО2 предоставить оригиналы квитанций к приходно-кассовым ордерам, обязал ФИО3 предоставить оригиналы кассовых книг за 2013-2014 гг.

Данная обязанность ответчиками исполнена не была.

Арбитражным судом города Москвы также было установлено, что чековая книжка не передавалась от бывшего директора ФИО2 к ФИО12 

Таким образом, ответчиками не представлено надлежащих доказательств, подтверждающих передачу спорных денежных средств в размере 14 360 000  руб., снятых по чекам с расчетного счета ФИО1 и ФИО2, Обществу.

Как верно установлено судом и следует из материалов дела ,Общество имело обособленное подразделение в г. Норильске , Красноярского края , зарегистрированное по месту жительства контролирующего лица ФИО2 по адресу 

<

...> .кв.116 (Уведомление ИФНС от 04.05.2011г. в материалах дела ) , где и осуществлялась вся деятельность общества и получали доходы сотрудники общества ,что подтверждается материалами дела - Реестром сведений о доходах физических лиц в обособленном подразделении г. Норильска от 24.11.2016г. №2.9-21/04002 .

Согласно п.2 Указании № 3210-У обособленным подразделением организации считается любое обособленно оборудованное рабочее место (рабочие места). Обособленное подразделение осуществляющее наличные операции обязано вести кассовую книгу. 

Исходя из совокупности данных обстоятельств, суд первой инстанции сделал веерный вывод о том, что предоставление ответчиками недопустимых доказательств, и  не предоставление кассовых книг, которое могут подтвердить факт получения Обществом спорных денежных средств указывает, на то обстоятельства что данные денежные средства были получены непосредственно ФИО1 и ФИО2 и в последующем они (средства) не были использованы для нужд Должника.

Данные обстоятельства прямо указывают, что данными действиями ответчиков Обществу были причинены убытки.

Довод ФИО2 о том, что суд должен был прекратить производство по обособленному спору, так как по остальным договорам также были заявлены требования на сумму 32 368 567 руб. 48 коп. с теми же лицами, по тем же основаниям, однако конкурсный управляющий ФИО8 от заявленных требований отказался, является несостоятельным в силу следующих причин.

Так, согласно п. 2 ч. 1 ст. 150 АПК РФ арбитражный суд прекращает производство по делу, если установит, что имеется вступивший в законную силу принятый по спору между теми же лицами, о том же предмете и по тем же основаниям судебный акт арбитражного суда, суда общей юрисдикции или компетентного суда иностранного государства, за исключением случаев, если арбитражный суд отказал в признании и приведении в исполнение решения иностранного суда;

В то же время, определением Арбитражного суда города Москвы от 11.04.2019 по делу № А40-14034/2015 в споре по заявлению ФИО8 о взыскании убытков в пользу ООО «Таймырстроймонтаж» с исполнительного органа и контролирующих лиц должника ФИО2, ФИО10 солидарно в размере 35 307 796,72 руб. было отказано в удовлетворении аналогичного ходатайства. 

Суд первой инстанции установил, что заявления не тождественны ,правовые основания для прекращения производства по заявлению конкурсного управляющего о взыскании убытков отсутствуют. 

Кассационной инстанцией проверена правильность применения норм материального и процессуального права при принятии судом определения Арбитражного суда города Москвы от 11.04.2019г. по Делу №А40-14034/2015 Постановление Арбитражного суда Московского округа г. Москвы от 11.09.2019г по Делу А40-14034/2015 ). 

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 11.09.2019 по настоящему делу отменны судебные акты судов нижестоящий инстанции и обособленный спор был направлен на новое рассмотрение в су первой инстанции.

В то же время, в Постановлении от 11.09.2019 отсутствуют какие-либо указания кассационной инстанции на нарушение процессуального права Арбитражным судом города Москвы при вынесении Определения от 11.04.2019 в части установленного судом первой инстанции отсутствия правовых оснований для прекращения производства в связи с отказом конкурсного управляющего от заявления о взыскании с ФИО2 убытков в пользу ООО «Таймырстроймонтаж» в размере 32 368 567 руб. 48 коп.

При этом в силу пункта 4 части 1 статьи 150 АПК РФ Арбитражный суд города Москвы прекращает производство по делу ,если установит ,что истец отказался от иска и отказ принят арбитражным судом.

Указанная норма, предусматривающая возможность прекращения производства по делу в случаях, когда право на судебную защиту (право на судебное рассмотрение спора) было осуществлено в состоявшемся ранее судебном процессе, направлена на пресечение рассмотрения судами тождественных исков (между теми же сторонами, о том же предмете и по тем же основаниям).

Исходя из пункта 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 31.10.1996 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в суде первой инстанции», тождественность заявленных требований определяется при совпадении сторон, предмета и основания искового заявления. 

Предметом иска является материально-правовое требование истца к ответчику, основанием иска - обстоятельства, на которых истец основывает свое требование к ответчику. Изменение предмета иска означает изменение материально-правового требования истца к ответчику. Изменение основания иска означает изменение обстоятельств, на которых истец основывает свое требование к ответчику.

Между тем под основанием иска понимаются фактические обстоятельства, из которых вытекает право требования истца и на которых истец их основывает. 

На такое понимание основания иска указано в пункте 5 части 2 статьи 125 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а также в абзаце втором пункта 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 31.10.1996 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в суде первой инстанции», согласно которому под изменением основания иска подразумевается изменение обстоятельств, на которых истец основывает свое требование к ответчику.

При этом в основание иска входят юридические факты, с которыми нормы материального права связывают возникновение, изменение или прекращение прав и обязанностей субъектов спорного материального правоотношения.

Оценивая тождество исков при разрешении вопроса о прекращении производства по делу на основании пункта 4 части 1 статьи 150 АПК РФ, суд должен учитывать наличие трех составляющих тождества исков в совокупности: те же лица, участвующие в деле, тот же предмет и те же основания иска.

 Отсутствие тождества хотя бы по одной из составляющих свидетельствует о невозможности применения этой нормы процессуального закона. Установление аналогичности предмета и оснований заявленных требований должно производиться с учетом конкретных обстоятельств каждого дела.

Анализируя предмет и основания настоящего иска (заявления) и ранее заявленного требования, судом правомерно сделан вывод, что требования не являются тождественными исками , в связи с различным субъектным составом сторон, и предметом иска.

В первом иске сторонами спора были истец (заявитель) ООО «Таймырстроймонтаж» и ответчик ФИО2, в новом иске - истец (заявитель) ООО «Таймырстроймонтаж» и ответчики :ФИО2 , ФИО12, ФИО1 которые являются в настоящем споре солидарными ответчиками.

Предметом иска (заявления) от 31.01.2017 является требование конкурсного управляющего о взыскании с ФИО2 в пользу ООО «Таймырстроймонтаж» убытки в размере 32 368 567  руб. 48 коп.

Предметом настоящего иска является требование о взыскании убытков, причиненных обществу действиями единоличного исполнительного органа (генерального директора) и контролирующими должника лицами, которые мотивированы тем, что действия ответчика повлекли за собой возникновение убытков для общества с ФИО2, ФИО1, ФИО12 солидарно в пользу ООО  «Таймырстроймонтаж» 49 667 796 руб. 72 коп. с учетом уточнения в порядке статьи 49 АПК РФ, которые мотивированы тем, что действия ответчика в части заключения сделок с «фирмой-однодневкой», действия в части снятия наличных денежных средств с целью вывода активов , присвоения выручки общества , повлекли за собой возникновение убытков для общества , кроме того отсутствия возможности исполнения Определения суда от 25.09.2017г. в части взыскания денежных средств с ООО «Строймонолит» в качестве последствия недействительности сделок в связи с ликвидацией ООО «Строймонолит».

Конкурсный управляющий ФИО8 в заявлении от 31.01.2019  приводил факты, подтвержденные доказательствами , свидетельствующие о наличии новых обстоятельств, возникших в рамках производства о банкротстве должника ООО «Таймырстроймонтаж» после принятия судебного акта Определения Арбитражного суда от 05.06.2017 г. по делу А40-14034/15-177-90Б , а именно: Определением Арбитражного суда города Москвы от 25.09.2017 г., Постановлением Девятого Апелляционного суда города Москвы от 24.01.2018г. №09АП-55855/2017 в рамках дела №А40-14034/15-177-90Б о банкротстве ООО «ТСМ», обособленный спор по заявлению конкурсного управляющего ООО «Таймырстроймонтаж» к ООО «Строймонолит» признаны недействительными сделками на основании статей 10,168,170 ГК РФ договора подряда между ООО «ТСМ» и ООО «Строймонолит»: № ТСМ-СП-07/13 от 30.07.2013 г., № ТСМ-СП-10/13 от 31.07.2013 г., № ТСМ-СП-06/13 от 10.06.2013 г., № ТСМ-СП-12/13 от 26.08.2013 г., № ТСМ-СП-08/13 от 10.09.2013 г., при заключении которых было допущено злоупотребление правом совершенных с целью вывода активов и избежания обращения взыскания на денежные средства Должника , а также недействительными платежи со ссылками на вышеперечисленные договора в размере 35 307 796 руб. 72 коп. и применении последствий недействительности в виде взыскания с ООО «Строймонолит» денежных средств в размере 35 307 796 руб. 72 коп. в пользу ООО «Таймырстроймонтаж».

В настоящем обособленном споре, судом  рассматривались заявление конкурсного управляющего ООО «Таймырстроймонтаж» о взыскании убытков, причиненных Обществу действиями единоличного исполнительного органа и контролирующих лиц должника ФИО2 , ФИО1, ФИО3 в пользу ООО Таймырстроймонтаж» солидарно денежных средств в размере 49 667 796,72 руб. с учетом уточнения в порядке статьи 49 АПК РФ , основанием которого являются:

При этом обращение с настоящим иском обусловлено, в том числе прекращением деятельности должника - общества с ограниченной ответственностью «Строймонолит» и утратой истцом возможности взыскании с него долга.

То есть, новым обстоятельством, а именно отсутствием возможности применения последствий недействительности сделок в виде взыскания с ООО «Строймонолит» в конкурсную массу Должника денежных средств в общем размере 35 307 796 руб. 72 коп.

То есть, утраты возможности взыскания долга с должника по исполнительному документу, возмещения имущественных потерь с юридического лица ООО«Строймонолит» в связи с ее ликвидацией и исключением из ЕГРЮЛ 28.04 2018 г. 

 Согласно п.9 ст.63 ГК РФ и п.6 ст.22 ФЗ от 08.08.2001 г. №129-ФЗ ликвидация юридического лица считается завершенной, а юридическое лицо - прекратившим существование после внесения сведений о его прекращении в ЕГРЮЛ в порядке, установленном Законом о государственной регистрации юридических лиц

Однако, лицо не утрачивает возможность защитить свои права иным способом , таким как взыскание убытков с директора и контролирующих лиц должника 

Настоящая правовая позиция изложена в пункте 8 постановления Пленума ВАС РФ №62 от 30.07.2013 г. №62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав юридического лица» и в Президиуме Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 21.01.2014 №9324/13 по делу №А12-13018/2011, В Определение СК по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 23.01.2017 г. №307-ЭС15-19016.

Таким образом, нарушение своих прав при обращении с иском в рамках дела настоящего дела заявитель также связывает с фактическими обстоятельствами, связанными с прекращением деятельности ООО «Строймонолит» после рассмотрения по существу дела № А40-114034/2015, в связи с чем тождество оснований данных исков объективно отсутствует.

Аналогичная правовая позиция отражена в Определении Верховного суда Российской Федерации от 28.03.2018 г. №304-КГ18-1679.

Таким образом, Арбитражный суд города Москвы пришел к верному выводу о том, что заявление конкурсного управляющего ФИО8. о взыскании убытков с исполнительного органа должника бывшего генерального директора ФИО2 в размере 32 368 567 руб. 48 коп. (Определение Арбитражного суда от 05.06.2017 г  о прекращении производства в связи с отказом от иска) и настоящее заявление конкурсного управляющего ФИО8 от 28.09.2018 о взыскании убытков в пользу ООО «Таймырстроймонтаж», причиненных Обществу действиями единоличного исполнительного органа и контролирующих лиц  солидарно,  не являются тождественными исками, поскольку в данном случае различен состав лиц, участвующих в деле, заявлены иной предмет и основания иска. 

Довод ФИО2 о том, что после назначения ФИО3 генеральным директором Общества, он не представлял интересы Должника, подлежит отклонению в силу следующих причин.

Так, судом первой инстанции было установлено, что контролирующие лица ФИО2 и ФИО10(дочь ФИО2) на момент совершения сделки имели 35 % и 30% долей общества соответственно, всего 65 % в совокупности. ФИО12 - номинальный руководитель с 05.09.2013назначен  участниками  Общества.

15.10.2013 ФИО2 и ФИО10 проведено собрание о внесение изменений в ЕГРЮЛ в связи со сменой паспортных данных генерального директора Общества ФИО3 (Протокол собрания №9 от 15.10.2013).

При этом, несмотря на назначение нового генерального директора ФИО3, ФИО2 продолжал представлять интересы общества в качестве генерального директора, а именно: ФИО2 09.10.2013 года представляя интересы общества в ПАО Сбербанк России в качестве генерального директора, производил юридические действия по оформлению Сертификата ключа электронной подписи №ЧС 120009 на свое имя в качестве генерального директора ООО «ТСМ», т.е. фактически продолжал исполнять функции генерального директора, формально им не являясь (05.09.2013 формально прекратились полномочия). 

Кроме того, ФИО2 продолжал действовать от имени ООО «ТСМ», в частности подписывал договор поставки №107-СБ/13 от 11 09.2013 г. с ООО «Торговый дом Енисей», Договор №225/Н о реализации нефтепродуктов (топлива) путем разлива (отпуска) со склада от 25.12.2013 г. с ООО «Арктур», Акт сверки взаиморасчетов между ООО «ТСМ» и ООО «Арктур» за период с 01.01.2014 по 15.07.2014 г. по состоянию на 15.07.2014г., Дополнительное соглашение №1, зарегистрированное за № НТЭК-48-1982/14 от 27.10.2014 г. к договору поставки электрической энергии №НТЭК-48-855/13 от 19.04.2013 г., Договор №22 на поставку продукции от 09.09.2013 г. с ООО «ЕЛТА»; производил сверку с Заказчиками, в частности подписывал Акт сверки взаиморасчетов с МУ «Управление жилищно-коммунального хозяйства Администрации города Норильска» (подтверждается Актом сверки взаиморасчетов по муниципальному контракту от 05.06.2013 г. №0319300023813000024 от 27.12.2013 г., Акт сверки взаиморасчетов от 31.12.2014 г., подписанные ФИО2), ФИО2 также принимал груз от Поставщиков ЗАО «Инженерные системы», что подтверждается подписанной им накладной №146 от 20.11.2013 г., №155 от 29.11.2013 г., №50 от 11.04.2014 г. ФИО2 продолжал исполнять функции генерального директора, совершая действия, такие как выдача доверенности транспортным компаниям от общества: Доверенность №104 от 19.09 2013 г, Доверенность №170.

Учитывая установленные судами факты о не передачи ФИО2 документов, печати, чековой книжки, имущества должника новому директору ФИО12 , являющиеся преюдициальными обстоятельствами в силу статьи 69 АПК РФ. , факты совершения ФИО2 юридически значимых действий от имени должника , суд правомерно установил ,что ФИО2 фактически осуществлял полномочия до момента возбуждения процедуры конкурсного производства (01.02.2016.) , что также свидетельствует о том, что смена исполнительного органа Общества фактически не производилась.

Таким образом осуществление ФИО2 юридически значимых действий от имени Должника, которые привели к возникновению признаков неплатежеспособности Общества, даже при прекращении полномочий генерального директора Общества, не может свидетельствовать о том, что после утраты данного статуса, последний не мог определять направления деятельности Должника, как субъекта гражданских правоотношений.

Обращаясь в суд апелляционной инстанции с жалобой, ФИО2 указывает, что при вынесении обжалуемого судебного акта суд первой инстанции необоснованно отказал в применении срока исковой давности к заявленным требованиям.

Судебная коллегия, рассмотрев заявленный довод, приходит к выводу о его несостоятельности в силу следующих причин. 

В соответствии с п. 1 ст. 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со ст. 200 настоящего Кодекса.

Как указано ранее, имеющими преюдициальное значение для настоящего спора в силу часть 2 статьи 69 АПК РФ, абзаца 4 п. 28 Постановление Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», разъяснений ВС РФ в Определении от 27.02.2018г. №305-ЭС 18-645, определениями Арбитражного суда города Москвы от 25.09.2017 и от 17.10.2019 по делу №А40-14034/2015, был установлен факт не передачи документов, печати и другого имущества Должника бывшим руководителем ФИО2 новому руководителю ФИО12, а также не передачи документов от ФИО3 конкурсному управляющему должника.

Вместе с указанными документами ответчиками также не были переданы документы, касающиеся заключения мнимых сделок - договоров с ООО «Строймонолит».

В соответствии с п. 1 ст. 200 ГК РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Применительно к вопросу об исчислении срока исковой давности по рассматриваемым требованиям следует устанавливать не только момент, с которого истец узнал или должен был узнать о допущенных ответчиком нарушениях, но и о причиненных такими нарушениями убытках.

Сделки заключенные Должником с ООО «Строймонолит» были признаны недействительными определением Арбитражного суда города Москвы от 25.09.2017, оставленным без изменения Постановлением Девятого апелляционного арбитражного суда г. Москвы от 24.01.2018 по делу А40-14034/2015.

Учитывая разъяснения, содержащиеся в пункте 10 постановления Пленума №62, и тот факт, что конкурсный управляющий должника об обстоятельствах являющихся основанием для обращения с требованием о взыскании убытков мог знать не ранее вступления в законную силу определения суда от 25.09.2017 , то фактически право на обращение в суд с заявлением о взыскании с соответчиков убытков возникло у последнего не ранее 24.01.2018.

Именно с момента вступления в законную силу Определения суда от 25.09.2017 по делу № А40-14034/2015 конкурсный управляющий мог достоверно знать о выявленных в ходе судебного разбирательства обстоятельствах, явившиеся причиной возникновения убытков у должника в связи с ненадлежащими действиями контролирующих его лиц, о правонарушении и лицах причастных к нему . 

Именно вышеуказанным судебным актом установлено, что ФИО2, ФИО1 являлись лицами, имеющими фактическую возможность определять действия юридического лица отвечающих за рациональное и разумное расходование денежных средств общества, наличие убытков явилось прямым следствием неправомерных действий указанных лиц, а также, что спорные платежи осуществлялись ФИО2 , ФИО1

В частности, конкурсным управляющим установлено, что фактический собственник и руководитель ООО «Таймырстроймонтаж» ФИО2 ,совместно с участником ФИО10(дочь ФИО2) и ФИО1, назначили номинального генерального директора гражданина Украины ФИО3, продолжая лично осуществлять организационно-распорядительные и административно-хозяйственные функции, в том числе: участвовали в управлении делами общества, получали информацию о деятельности общества, владели бухгалтерской документацией должника, с наличием генеральной доверенности представлял интересы общества, распоряжались денежными средствами общества при участии ФИО1 (дочери ФИО2 ) , находящимися на банковских счетах, осуществляла руководство коллективом.

Срок исковой давности начинает течь с момента, когда лицо узнало или должно было узнать о факте нарушения своего права и это лицо узнало, кто является надлежащим ответчиком по делу.

Причем необходимо одновременное наличие этих двух обстоятельств (п. 1 постановления Пленума ВС РФ от 29.09.2015 № 43, далее — Постановление № 43).

Аналогичная правовая позиция в части исчисления срока исковой давности изложена Судебной коллегией по экономическим спорам Верховного суда РФ в Определении от 15.02.2018 г. №302-ЭС14-1472 Определении СК по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 14 февраля 2018 г. № 305-ЭС17-3098.

Относительно срока исковой давности в части взыскания убытков в размере 14 360 000 руб. суд первой инстанции также правомерно отклонил довод ответчика о пропуске исковой давности, в том числе, с учетом предшествующего поведения бывших руководителей, не исполнивших предусмотренную Законом о банкротстве обязанность по передаче арбитражному управляющему документов должника .

Ходатайство о привлечении ФИО2 поступило в суд 30.04.2019, то есть в пределе трех летнего срока исковой давности, который исчисляется с момента, когда конкурсный управляющий узнал о снятых денежных средствах. 

С учетом предшествующего недобросовестного поведения бывших руководителей, не исполнивших предусмотренную Законом о банкротстве обязанность по передаче арбитражному управляющему документов должника, до момента вступления в законную силу определения, которым сделки были признаны недействительными и разбирательства по настоящему обособленному спору, конкурсный управляющий не мог знать о правонарушении и о лицах их нарушивших, так как снятие денежных средств с расчетного счета по денежным чекам относиться к обычной хозяйственной деятельности, в том случае если денежные средства переданы обществу и израсходованы на нужды общества. 

Факт принадлежности ФИО2, ФИО1 к лицам, фактически контролирующим должника в период руководства номинального директора ФИО3 достоверно установлен в определении Арбитражного суда от 25.09.2017 по делу №A40- 14034/2015.

Отклоняя довод заявителя о пропуске срока исковой давности по заявленным требованиям, суд правомерно исходил из отсутствия в материалах дела доказательств, свидетельствующих о том, что конкурсный управляющий мог узнать о нарушенном праве ранее 07.10.2019 в части взыскания 14 360 000 руб. и ранее 24.01.2018г. в части взыскания в сумме 35 307 796 руб. 72 коп и данный период не превышает 10-летний срок, установленный новой редакцией статьи 196 ГК РФ.

Кроме того, ответчиками не представлено доказательств, свидетельствующих о безусловном истечении срока исковой давности.

Учтивая, что настоящее заявление согласно отметке  суда получено Арбитражным судом города Москвы 31.01.2019, а ФИО2 привлечен в качестве солидарного соответчика заявлением конкурсного управляющего от 30.04.2019 , то есть трёхлетний срок исковой давности заявителем не пропущен. 

Довод ФИО1 о том, что последняя не подлежит привлечению к ответственности в виде взыскания убытков, так как не являлась контролирующим Должника лицом, подлежит отклонению в силу следующих причин.

По смыслу пункта 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснений, изложенных в пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», необходимым условием отнесения лица к  числу контролирующих конечных бенефициаров является наличие у него фактической возможности давать обязательные для исполнения указания или иным образом определять действия подконтрольных организаций. Осуществление таким бенефициаром фактического контроля возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности. 

Однако конечный бенефициар, не имеющий соответствующих формальных полномочий, не заинтересован в раскрытии своего статуса контролирующего лица. 

Наоборот, он обычно скрывает наличие возможности оказания влияния. Его отношения с подконтрольными обществами не регламентированы какими-либо нормативными или локальными актами, которые бы устанавливали соответствующие правила, стандарты поведения.

В силу положений п. 3 ст. 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и  нисходящей линии, сестры, братья и их родственники.

В ситуации предъявления к должнику требований кредитора, связанного с должником не только обязательственными, но и личными правоотношениями, сложившейся судебной практикой выработаны иные критерии распределения бремени доказывания: при представлении доказательств общности экономических интересов (аффилированность, заинтересованность) должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) при заявлении возражений относительно наличия и размера задолженности должника перед аффилированным кредитором, на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства; судом на такое лицо может быть возложена обязанность по раскрытию разумных экономических мотивов совершения сделки либо мотивов поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения (аналогичная правовая позиция изложена в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 15.09.2016 № 308-ЭС16-7060; от 30.03.2017 № 306-ЭС16-17647(1); от 30.03.2017 № 306-ЭС16-17647(7); от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6).

Ответчиками не оспаривается, что ФИО1 и ФИО2 являются родственниками первой линии (отец – дочь), и последняя представляла интересы Общества.

Судом установлено, что ФИО1 совершала юридически значимые действия на основании доверенности №1 от 28.08.2013 на получение конвертов с секретными паролями на подпись ФИО2, ФИО10, комплект ключей ЭП, Сертификат ключа, Доверенность от 01.10.2013 на получение дистрибутива программы Клиент-Банк с ЭЦП, ключей подписи и шифрования ЭЦП Крипто-КОМ 3.2, Доверенности от 05.09.2013 г. на получение выписок и приложений к ним, получала наличные денежные средства должника в банке, не числясь при этом в штате должника, Доверенность на регистрацию ключей ЭП от 06.03.2014г. на получение Сертификата ключей проверки ЭП. 

Согласно Акта №1 от 28 августа 2013 года на передачу дистрибутива Системы «Клиент-Банк» банком переданы дистрибутив клиентской части Системы «КлиентБанк» (на компакт-диске), ключи электронной подписи и Ключи проверки электронной подписи (на компакт-диске или устройстве eToken PRO) , сертификаты ключа проверки электронной подписи ФИО1.

Согласно Сертификата ключа проверки электронной подписи Абонента в системе Клиент-Банки от 28.08.2013 г. владельцем сертификата являлся ФИО2.

Согласно Доверенности №1 от 28 августа 2013 г. генеральный директор ООО «ТСМ» ФИО2 доверяет получить ФИО1 запечатанные конверты с секретными паролями на подпись: ФИО2 и ФИО13 Согласно Акта №1 от

01.10.2013 на передачу дистрибутива Системы «Клиент-Банк» банком переданы дистрибутив программы «Клиент-Банк» с ЭЦП Крипто-КОМ 3.2 на компакт-диске, передача новых ключей электронной подписи и шифрования ЭЦП Крипто-Ком 3.2, сертификаты открытого ключа ЭЦП абонента в системе Клиент-Банк ФИО1. 

Доверенность от 01.10.2013 выдана ФИО1 на получение электронной цифровой подписи для доступа в систему «Клиент-Банк ГЛОБЭКС». ФИО1 получала выписки по расчетному счету Должника в АО «Глобэксбанк» согласно доверенности, выданной 05.09.2013г. ФИО3 (однако ФИО12 не мог выдать доверенность в силу своего отсутствия на территории РФ 05.09.2013

Определением Арбитражного суда города Москвы от 25.11.2019, вступившим в законную силу и имеющим преюдициальное значение для настоящего спора,  было установлено, что ФИО1 непосредственно осуществляла платежи в адрес «фирмы-однодневки», а также снимала денежные средства в крупном размере с расчетного счета должника без последующей передачи денежных средств обществу.

Таким образом, с учетом степени родства ответчиком, и того обстоятельства, что в спорный период именно ФИО1 переводила денежные средства в пользу ООО «Строймонолит» по мнимым сделками, суд первой инстанции сделал верный вывод, что фактическими действиями ФИО1 также были причинены убытки Должнику.

Доводы ФИО3 о том, что в его действиях отсутствует вина в причинении Должнику убытков и он не являлся номинальным генеральным директором Общества подлежат отклонению в силу следующих причин.

ФИО12 - номинальный директор с 05.09.2013 по 31.01.2016 г., назначен участниками ФИО2 (35%) и ФИО10 (30%).

ФИО2 и ФИО12 как уже было установлено имеют одно место рождения - Украина, село Балакиры, Городокского района Хмельницкой области - односельчане, был поставлен на миграционный учет и проживал совместно с ФИО10 по адресу: 

<

...>. Квартира по адресу 

<

...> являлась собственностью ФИО2 (выписка из ЕГРН от 18.09.2017г). В подтверждение данного факта представлены копия паспорта гражданина Украины ФИО3, оригинал ответа ГУ МВД России по г. Москве в письме № 98/10-41713 от 15.08.2019г. на запрос конкурсного управляющего.

Также, в качестве рекомендаций суд считает необходимым отметить, что, согласно пункта 2.2. письма ФНС от 16.08.2017 СА-4-18/16148. « О применении налоговыми органами положений главы III.2 ФЗ от 26.10.2002 № 127-ФЗ» факт совместного проживания является основанием к признанию лица - аффилированным и контролирующим должника лицом. ФНС России в письме от 16.08.2017 № СА-4-18/16148 «О применении налоговыми органами положений главы III.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127- ФЗ» указала, что основаниями фактического контроля могут служить любые неформальные личные отношения, например совместное проживание (состояние в так называемом гражданском браке), длительная совместная служебная деятельность (военная служба, гражданская служба), совместное обучение (одноклассники, однокурсники) и т.п. (п. 2.2 письма). 

Таким образом ФИО12 и ФИО2 являются взаимозависимыми лицами в силу их фактической аффилированности.

Определение Арбитражного суда города Москвы от 25.09.2017 по Делу № А40-14034/15-177-90, вступившие в законную силу 24.01.2018 о признании недействительными сделками на основании статьи 10 ГК РФ, статьи 168 ГК РФ, статьи 170 ГК РФ Договора подряда №ТСМ-СП-07/13 от 30.07.2013 г., №ТСМ-СП-10/13 от 31.07.2013 г., № ТСМ-СП-06/13 от 10.06.2013 г., № ТСМ-СП-12/13 от 26.08.2013, № ТСМ-СП-08/13 от 10.09.2013, заключенные между ООО «Таймырстроймонтаж» и ООО «Строймонолит», операции по перечислению ООО «ТаймырСтройМонтаж» в адрес ООО «Строймонолит» денежных средств со ссылкой на вышеперечисленные договора подряда 35 307 796 руб. 72 рублей., совершенные с целью обналичивания денежных средств и вывода активов, со злоупотреблением права, что повлекло причинению реального ущерба ООО «Таймырстроймонтаж» и его кредиторам в денежной форме, поскольку в результате данных действий обществу был причинен вред.

Кроме того, как верно отразил суд первой инстанции, бывшими руководителями и контролирующими лицами ФИО2 и ФИО3 ,ФИО1 было неоднократно допущено злоупотребление правом, что в силу пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допустимо.

Факт не передачи документов и печати должника бывшим руководителем ФИО2 новому руководителю ФИО12, а также не передачи документов от ФИО3 конкурсному управляющему должника были установлены определением Арбитражного суда г. Москвы от 25.09.2017 и определением Арбитражного суда города Москвы от 17.10.2019 по Делу №А40-14034/2015.

Согласно подп.4 п.2 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица. 

Судом установлено, что первичные документы по спорным сделкам должника генеральным директором ФИО3 конкурсному управляющему не передавались. 12 Договоры с «фирмой-однодневкой» были предоставлены ответчиком ФИО2 в обособленном споре в рамках банкротства ООО «ТСМ», что подтверждает факт нахождения первичных документов, относящихся к сделкам с ООО «Строймонолит» у бывшего генерального директора ФИО2

Таким образом, из поведения ответчиков следует, что ФИО12, являясь номинальным генеральным Директором Общеста, во исполнения указаний ФИО2, выдавал доверенности на имя ФИО1, не предпринимал мер по пресечению преднамеренного выведения ликвидного имущества Должника по недействительным сделкам, и не предпринимал каких-либо действий по уменьшению убытков Общества при искусственном создании видимости реального исполнения сделки, заключенной с «фирмой-однодневкой».

Следовательно, судом первой инстанции, с учетом положений ст. 69 АПК РФ сделан правомерный вывод о наличии правовых оснований для привлечения ответчиков к гражданской ответственности в связи с причинением согласованными действиями последних Обществу убытков в размере 46.728.567 руб. 48 коп

В то же время, оснований для изменения или отмены судебного акта в части прекращения производства по делу судебная коллегия не усматривает.

Так, судом первой инстанции было установлено, что вступившим в законную силу определением суда от 12.05.2017 отказано в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ФИО8 о взыскании убытков с контролирующих должника лиц в размере 2 939 229 руб. 24 коп. в пользу ООО «Таймырстроймонтаж».

В соответствии с пунктом 2 части 1 статьи 150 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд прекращает производство по делу, если установит, что имеется вступивший в законную силу принятый по спору между теми же лицами, о том же предмете и по тем же основаниям судебный акт арбитражного суда, суда общей юрисдикции или компетентного суда иностранного государства, за исключением случаев, если арбитражный суд отказал в признании и приведении в исполнение решения иностранного суда.

Указанная норма, предусматривающая возможность прекращения производства по делу в случаях, когда право на судебную защиту (право на судебное рассмотрение спора) было осуществлено в состоявшемся ранее судебном процессе, направлена на пресечение рассмотрения судами тождественных исков (между теми же сторонами, о том же предмете и по тем же основаниям).

В данном случае основания для прекращения производства в полном объеме имеются. 

Таким образом, судом апелляционной инстанции рассмотрены все доводы апелляционных жалоб, однако они не опровергают выводы суда, положенные в основу судебного акта первой инстанции, и не могут служить основанием для изменения или отмены определения суда и удовлетворения апелляционной жалобы.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые могли бы рассматриваться в качестве безусловного основания для отмены оспариваемого судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 176, 266 - 269, 272  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Девятый арбитражный апелляционный суд  

 

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 05.11.2019 по делу № А40-14034/15 оставить без изменения, а апелляционные жалобы ФИО1, ФИО2, ФИО3, конкурсного управляющего ООО «Таймырстроймонтаж» – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа. 

 

Председательствующий судья:                                                                 Ю.Л. Головачева 

Судьи:                                                                                                                      С.А.Назарова 

 

Д.Г. Вигдорчик