Четвертый арбитражный апелляционный суд

улица Ленина, дом 100б, Чита, 672000, http://4aas.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А58-5943/2016

09 марта 2021 года

г. Чита

Резолютивная часть постановления объявлена 03 марта 2021 года

Полный текст постановления изготовлен 09 марта 2021 года

 

Четвертый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего судьи Н. А. Корзовой, судей О. П. Антоновой, Е. О. Никифорюк, при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, 

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционные жалобы общества с ограниченной ответственностью «Айсар» и ФИО2 на определение Арбитражного суда Республики Саха (Якутия) от 12 октября 2020 года по делу №А58-5943/2016 по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Сахастроймеханизация» 

о признании договора купли-продажи земельного участка со строениями № 2 от 30.10.2017 (кадастровый номер земельного участка: 14:36:106003:326, общей площадью 6028 кв. м., кадастровый номер здания гаража: 14:36:106003:263, общей площадью 1131,1 кв. м. инв. № 16993, лит. И, номер на поэтажном плане 1, расположенного по адресу: 

<

...>; кадастровый номер здания насосной: 14:36:106003:265, общей площадью 22,5 кв. м., инв. № 16993, лит. 3, номер на поэтажном плане 1, расположенного по адресу: 

<

...>), заключенного между должником и ФИО3, а также договора купли-продажи недвижимого имущества и земельных участков № 01/18 от 15.01.2018, заключенного между ФИО3, ФИО2 и ООО «Айсар», недействительными сделками и о применении последствий недействительности сделки,

в деле по заявлению общества с ограниченной ответственностью «ТД Суперпласт» о признании общества с ограниченной ответственностью «Сахастроймеханизация» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) несостоятельным (банкротом).

В судебное заседание 03.03.2021 в Четвертый арбитражный апелляционный суд лица, участвующие в деле, не явились, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом. Кроме того, они извещались о судебных заседаниях по данному делу судом первой инстанции, соответственно, были осведомлены о начавшемся процессе.

Руководствуясь частью 3 статьи 156, статьей 123, частью 6 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие надлежащим образом извещенных лиц, участвующих в деле. 

В состав апелляционного суда, рассматривающего дело № А58-5943/2016, входили судьи: Н. А. Корзова (председательствующий), К. Н. Даровских, Е. О. Никифорюк.

Определением председателя третьего судебного состава Четвертого арбитражного апелляционного суда от 02.03.2021 судья К. Н. Даровских заменена на судью О. П. Антонову. 

Судом установлены следующие обстоятельства.

Решением Арбитражного суда Республики Саха (Якутия) от 18.05.2018 (резолютивная часть от 14.05.2018) общество с ограниченной ответственностью «Сахастроймеханизация» признано несостоятельным (банкротом),  и в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО4.

22.08.2018 в Арбитражный суд Республики Саха (Якутия) поступило заявление конкурсного управляющего ФИО4 о признании договора купли-продажи земельного участка со строениями № 2 от 30.10.2017 (кадастровый номер земельного участка: 14:36:106003:326, общей площадью 6028 кв. м., а также здания, находящегося на указанном земельном участке: здания гаража, кадастровый номер 14:36:106003:263, общей площадью 1131,1 кв. м. инв. № 16993, лит. И, номер на поэтажном плане 1, и здания насосной, кадастровый номер 14:36:106003:265, общей площадью 22,5 кв. м., инв. № 16993, лит. 3, номер на поэтажном плане 1, расположенными по адресу: 

<

...>), заключенного между должником и ФИО3 недействительным

и  о применении последствий недействительности: обязать ООО «Айсар» возвратить в конкурсную массу спорные объекты недвижимости, а в случае невозможности вернуть имущество, -  применить последствия недействительного договора в виде взыскания с ФИО3 рыночной стоимости спорного имущества.

Определением арбитражного суда первой инстанции от 18.09.2018 к участию в деле в качестве соответчиков привлечены ФИО3 и общество с ограниченной ответственностью «Айсар» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>).

Определением арбитражного суда от 23.11.2018 принято уточнение предмета заявления о признании недействительным договора купли-продажи земельного участка со строениями № 2 от 30.10.2017, заключенного между должником и ФИО3; договора купли-продажи земельного участка № 01/18 от 15.01.2018, заключенного между ФИО3 и ООО «Айсар», и применении последствий недействительности договора купли-продажи земельного участка со строениями № 2 от 30.10.2017 и договора № 01/18 от 15.01.2018: обязать ООО «Айсар» возвратить в конкурсную массу спорные объекты недвижимости, а в случае невозможности вернуть имущество, -  применить последствия недействительности договора в виде взыскания с ФИО3 рыночной стоимости спорного имущества в размере 35 530 000 рублей.

Постановлением Четвертого арбитражного апелляционного суда от 13.12.2018 приняты обеспечительные меры в виде запрета Управлению Федеральной государственной службы государственной регистрации, кадастра и картографии (Управлению Росреестра) по Республике Саха (Якутия) осуществлять государственную регистрацию сделок, перехода прав и обременений в отношении спорного имущества: земельного участка (кадастровый номер 14:36:106003:326), общей площадью 6028 кв. м., а также здания, находящегося на этом земельном участке: здание гаража (кад. номер. 14:36:106003:263) площадью 1131,1 кв. м. инв. № 16993, лит. И, номер на поэтажном плане 1; адрес: 

<

...>; здание насосной, общей площадью 22,5 кв. м., инв. № 16993, лит. 3, номер на поэтажном плане 1.

Определением суда от 21.01.2019 к участию в деле в качестве соответчика привлечена ФИО2.

Определением Арбитражного суда Республики Саха (Якутия) от 12 октября 2020 года по делу № А58-5943/2016 признан недействительным договор купли-продажи земельного участка со строениями № 2 от 30.10.2017, заключенный между ФИО3 и обществом с ограниченной ответственностью «Сахастроймеханизация». Признан недействительным договор купли-продажи недвижимого имущества и земельных участков № 01/18 от 15.01.2018, заключенный между ФИО3, ФИО2 и обществом с ограниченной ответственностью «Айсар». Применены последствия недействительности сделок в виде обязания общества с ограниченной ответственностью «Айсар» возвратить в конкурсную массу общества с ограниченной ответственностью «Сахастроймеханизация» следующее имущество, расположенное по адресу: 

<

...>:

-           земельный участок, кадастровый номер: 14:36:106003:326, общей площадью 6028 кв. м.,

-           здание гаража, кадастровый номер: 14:36:106003:263, общей площадью 1131,1 кв. м. инв. № 16993, лит. И, номер на поэтажном плане 1;

-           здание насосной, кадастровый номер: 14:36:106003:265, общей площадью 22,5 кв. м., инв. № 16993, лит. 3, номер на поэтажном плане 1.

Солидарно взыскано с ФИО3, ФИО2 и общества с ограниченной ответственностью «Айсар» в доход федерального бюджета государственной пошлины в размере 12 000 рублей.

Не согласившись с определением суда первой инстанции, общество с ограниченной ответственностью «Айсар» и ФИО2 обратились в Четвертый арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами.

В апелляционной жалобе общество с ограниченной ответственностью «Айсар» выражает несогласие с определением суда первой инстанции, указывая, что суд пришел к ошибочным выводам о притворности сделок и признал договор купли-продажи земельного участка, № 01/18 от 15.01.2018 прикрываемой и ничтожной сделкой на основании п. 2 ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации  и п. 1 ст. 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

ООО «Айсар» считает договор купли-продажи земельного участка № 01/18 от 15.01.2018, заключенный между ФИО5, ФИО2 и ООО «Айсар», законной сделкой, совершенной в соответствии с установленными законодательством РФ требованиями, при отсутствии признаков порока воли сторон при его заключении и исполнении.

Заявитель указывает, что заключение сделок по приобретению имущества с отсрочкой платежа действующим законодательством РФ не запрещается и является обычной деловой практикой при приобретении объектов недвижимою имущества с высокой стоимостью. Суд первой инстанции немотивированно уклонился от оценки доводов и доказательств, представленных ООО «Айсар».

Кроме того заявитель указывает, что суд неверно признал обоснованным довод конкурсного управляющего о наличии  в действиях должника  и  ответчиков  при  совершении  оспариваемых договоров злоупотребления правом.

ООО «Айсар» обращает внимание на то обстоятельство, что ответчик- 2 никогда не являлся приобретателем или иной стороной по договорам об отчуждении имущества должником - ООО «Сахастроймеханизация».

Следовательно, ООО «Айсар» не могло допустить злоупотребление правом при отчуждении ООО «Сахастроймеханизация» вышеуказанного имущества.

ООО «Айсар» узнало об обстоятельствах предыдущего владения объектами недвижимого имущества должником - ООО «Сахастроймеханизация» только из заявления конкурсного управляющего, поступившего в адрес ООО «Айсар» 10.09.2018.

Заявитель отмечает, что суд, удовлетворив требование конкурсного управляющего в отношении ООО «Айсар» о признании недействительным договора купли-продажи земельного участка № 01/18 от 15.01.2018, фактически применил недопустимый способ защиты.

При этом в качестве обоснования допустимых мер защиты в определения суда были сделаны ссылки на выводы Верховного суда РФ по иному судебному спору, сформулированные в определении № 301-ЭС17-19678 от 19.06.2020, принятые судом первой инстанции в качестве разъяснения.

Выводы суда о том, что бывший директор должника ФИО6 является конечным бенефициаром по оспариваемой сделке,  не подтверждаются материалами дела. Дальнейшее самостоятельное распоряжение ФИО5 совместно с его супругой ФИО2 приобретенными по сделке объектами недвижимого имущества (продажа указанных объектов ООО «Айсар» по договору купли-продажи земельного участка № 01/18 от 15.01.2018) на условиях оплаты их стоимости продавцам (ФИО5 и ФИО2) в равных долях, свидетельствует об отсутствии признаков притворности оспариваемой сделки.

С учетом указанных обстоятельств, общество с ограниченной ответственностью «Айсар» просит отменить определение суда первой инстанции от  12.10.2020 по делу № А58-5943/2016 полностью и принять по делу новый судебный акт.

В апелляционной жалобе ФИО2 также выражает несогласие с определением суда первой инстанции, указывая, что суд первой инстанции, не проверив соблюдение организацией почтовой связи определенных правил, пришел к необоснованному выводу о надлежащем уведомлении ответчика о времени и месте судебного разбирательства, что не соответствует фактическим обстоятельствам дела, допустил нарушения требований частей 1, 4 статьи 123 АПК РФ.

Кроме того, ФИО2 считает, что по причине соблюдения режима самоизоляции, в связи предотвращением распространением коронавирусной инфекции (COVID-19), была лишена возможности лично участвовать в рассмотрении дела, также отсутствовала возможность направить уполномоченного представителя, поскольку возникла необходимость в нотариальном удостоверении его полномочий, что соответственно нарушает режим самоизоляции.

С учетом указанных обстоятельств, ФИО2 просит определение Арбитражного суда Республики Саха (Якутия) от 12 октября 2020 года о признании сделки должника недействительной и применении последствий недействительности ничтожной сделки отменить.

От ФИО2 поступило дополнение, в котором, она просит исключить из доказательств по делу копию протокола опроса ФИО5, данного им 15.08.2018  начальнику отделения ОЭБиПК МУ МВД РФ «Якутское» майору полиции ФИО7, которую представил в Арбитражный суд Республики Саха (Якутия) конкурсный кредитор ООО «Сахастроймеханизация» ФИО8

Отзывы на апелляционные жалобы не поступали.

Рассмотрев доводы апелляционной жалобы, исследовав материалы дела, проверив правильность применения норм материального и соблюдения норм процессуального права в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Вопреки доводам заявителя апелляционной жалобы ФИО2, в материалах спора имеются доказательства ее надлежащего уведомления   о времени и месте судебного разбирательства (пункт 2 части 4 статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). 

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»  от 26.10.2002 №127-ФЗ (далее - Закон о банкротстве) сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В соответствии с правовой позицией, указанной в пункте 30 постановления  Пленума Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации от 23 декабря 2010 г. № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», заявление об оспаривании сделки по правилам главы III.1 Закона о банкротстве может быть подано в суд внешним управляющим или конкурсным управляющим только в процедурах внешнего управления или конкурсного производства.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, ООО «Сахастроймеханизация» в лице директора ФИО6 (продавец, должник) и гражданин ФИО3 (место регистрации: 

<

...>) (покупатель, ответчик) заключили договор купли-продажи земельного участка со строениями № 2 от 30.10.2017, по которому должник (продавец) обязуется передать в собственность в течение 3 -х дней после заключения настоящего договора, а ответчик (покупатель) принять и оплатить 1 050 000 рублей в течение трех дней после заключения договора, принадлежащий продавцу по праву собственности земельный участок категории: земли населенных пунктов, разрешенное использование: под производственную базу, площадью 6 028 кв.м., кадастровый номер 14:36:106003:326, расположенный по адресу: 

<

...> и здания, находящиеся на данном земельном участке:

-           кадастровый номер объекта: 14:36:106003:263, здание гаража, назначение – гаражное, общая площадь 1 131,1 кв.м., инв. № 16993, лит. И, номер на поэтажном плане 1;

-           кадастровый номер объекта: 14:36:106003:265, здание насосной, назначение - нежилое, общая площадь 22,5 кв. м., инв. № 16993, лит. 3, номер на поэтажном плане 1.

15.01.2018 гражданин ФИО3 и гражданка ФИО2 (продавцы) заключили договор купли - продажи недвижимого имущества и земельных участков № 01/18 с ООО «Айсар» (покупатель), по которому продавцы обязуются передать в собственность покупателя имущество, расположенное по адресу: 

<

...>:

-           земельный участок общей площадью 6 028 кв.м., категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: под производственную базу, кадастровый номер 14:36:106003:326;

-           здание гаража, общей площадью 1 131,1 кв.м., назначение – нежилое здание, кадастровый номер объекта: 14:36:106003:263;

-           здание насосной, общей площадью 22,5 кв. м., назначение -нежилое здание, кадастровый номер объекта: 14:36:106003:265, а покупатель ООО «Айсар» обязуется принять это имущество и уплатить за него 7 000 000 рублей в срок не позднее 31.12.2021.

В качестве правового основания признания сделки недействительной конкурсным управляющим указаны пункты 1, 2 статьи 61.2  Закона о банкротстве  и статьи 10,168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Суд первой инстанции, оценив представленные в дело доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (часть 1 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), пришел к выводу о том, что заявление конкурсного управляющего является обоснованным и удовлетворил его в полном объеме.

Признавая первую сделку недействительной, суд первой инстанции сослался на экспертное заключение ООО НПО «Техэксперт» от 17.06.2020, согласно которому общая рыночная стоимость имущества, проданного по договору купли-продажи земельного участка со строениями № 2 от 30.10.2017 по состоянию на 30.10.2017 (дату заключения оспариваемого договора) составила 4 838 900 рублей, в том числе: земельный участок – 4 346 000 рублей, гараж - 476 400,00 рублей, здание насосной - 16 500 рублей.

Суд исходил из того, что оспариваемый договор купли-продажи земельного участка со строениями № 2 от 30.10.2017 заключен на условиях, которые существенно в худшую для должника сторону отличаются от рыночной стоимости спорного имущества.

Суд пришел к выводу об отсутствии у ответчика ФИО3 финансовых возможностей на приобретение спорной недвижимости.

Суд первой инстанции, признавая вторую сделку недействительной, сослался на правовую позицию, приведенную  в определении Верховного Суда Российской Федерации № 301-ЭС17-19678 от 19.06.2020 по делу №А11-7472/2015.

Судом первой инстанции  установлено, что по договору купли-продажи земельного участка со строениями № 2 от 30.10.2017 ФИО3 оплата не производилась, и бывший директор должника ФИО6 сохранил контроль над спорным имуществом.

Суд пришел к выводу, что в рассматриваемом случае реально была совершена лишь одна (прикрываемая) сделка - сделка по передаче права собственности на оспариваемое имущество от должника к ООО «Айсар», то есть  договор купли-продажи недвижимого имущества и земельных участков № 01/18 от 15.01.2018.

Суд также указал, что разумные добросовестные экономические причины, соответствующие интересам должника, находящегося в процедуре банкротства – наблюдение на дату заключения оспариваемой сделки, предоставления столь значительной отсрочки оплаты оспариваемого имущества, ООО «Айсар» без возникновения права залога у должника (продавца) в силу закона, в материалах дела не имеются.

Апелляционный суд не находит оснований для отмены определения суда первой инстанции и полагает необходимым отметить следующее.

Согласно пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Заявление о признании должника несостоятельным (банкротом) принято к производству определением арбитражного суда от 07.11.2016.

Определением суда от 16.03.2017 (резолютивная часть определения объявлена 09.03.2017) в отношении должника введена процедура наблюдения.

При таких обстоятельствах оспариваемые сделки от 30.10.2017 и 15.01.2018 совершены после принятия заявления о признании банкротом – 07.11.2016 и  даже после введения процедуры наблюдения в отношении должника.

В силу правовой позиции, указанной в  пункте 9 постановления  Пленума Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации от 23 декабря 2010 г. № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», пункт 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки.

При определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего.  Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 настоящего Постановления).

Следовательно, для признания спорных сделок  недействительными в связи с неравноценностью встречного предоставления  достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

По условиям договора купли-продажи земельного участка со строениями № 2 от 30.10.2017 цена спорного имущества  определена 1 050 000 рублей.

Для проверки довода о неравноценности встречного исполнения обязательства  ввиду несогласия ответчика с отчетом об оценке №154/1-18-оц, представленным конкурсным управляющим, по ходатайству ответчика судом первой инстанции назначалась судебная оценочная экспертиза, проведение которой поручено ООО НПО «Техэксперт».

Согласно экспертному заключению ООО НПО «Техэксперт» от 17.06.2020 общая рыночная стоимость имущества, проданного по договору купли-продажи земельного участка со строениями № 2 от 30.10.2017 по состоянию на 30.10.2017 (дату заключения оспариваемого договора) составила 4 838 900 рублей, в том числе: земельный участок – 4 346 000 рублей, гараж - 476 400,00 рублей, здание насосной - 16 500 рублей (т. 5, л.д. 33).

По результатам судебной экспертизы установлено, что цена по договору купли-продажи земельного участка со строениями № 2 от 30.10.2017  по состоянию на дату совершения сделки   меньше рыночной цены - 4 838 900 рублей в 4 раза.

В силу части 1 статьи 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле, а также может назначить экспертизу по своей инициативе, если назначение экспертизы предписано законом или предусмотрено договором, необходимо для проверки заявления о фальсификации представленного доказательства или проведения дополнительной либо повторной экспертизы.

В соответствии с пунктом 1 статьи 87 АПК РФ, с учетом несогласия истца с выводами эксперта и наличием вопросов,  суд первой инстанции предложил эксперту представить дополнение к экспертному заключению с пояснениями относительно изложенных ответчиком замечаний в части порядка проведения экспертизы и оформления её результатов.

Поскольку заключение эксперта  содержит подробное описание проведенного исследования, а также выводы и ответы на поставленные вопросы, в нем  подробно описан процесс проведения исследования, приведены  ссылки на нормативно-правовые акты, у суда апелляционной инстанции, также как и у суда первой инстанции,  отсутствуют основания  для непринятия его в качестве одного из доказательств согласно положениям частей 4 и 5 статьи 71 АПК РФ.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что оспариваемый договор купли-продажи земельного участка со строениями № 2 от 30.10.2017 заключен на условиях, которые существенно в худшую для должника сторону отличаются от рыночной стоимости спорного имущества.

Поскольку условия пункта 3.4  договора  купли-продажи земельного участка со строениями № 2 от 30.10.2017 не предусматривают обязательного расчета в безналичном порядке, суд первой инстанции обоснованно включил в предмет исследования наличие у покупателя ФИО3 финансовой возможности на приобретение спорной недвижимости, что соответствует разъяснениям, приведенным в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве».

Суд первой инстанции неоднократно предлагал ответчику ФИО3 представить доказательства, подтверждающие наличие финансовых возможностей на приобретение спорной недвижимости (финансовое состояние перед заключением оспариваемой сделки).

Подобного рода доказательств не представлено.

В качестве подтверждения исполнения обязательств по оспариваемому договору купли-продажи земельного участка со строениями № 2 от 30.10.2017 в материалы спора представлены документы, из которых следует, что ФИО3 исполнил обязательства по оспариваемому договору купли-продажи земельного участка со строениями № 2 от 30.10.2017 путем оплаты задолженности ООО «Сахастроймеханизация» перед третьими лицами (ООО «НОРДгазстрой» и ПАО «Якутскэнерго») в размере 1 050 000 рублей.

Апелляционный суд соглашается с критической оценкой указанных доказательств, так как, вопреки доводам заявителей апелляционных жалоб, документов, подтверждающих перечисление ФИО3 денежных средств в размере 149 994, 85 рубля ПАО «Якутскэнерго» не представлено, а денежные средства в размере 235 005, 15 рублей внесены ФИО3 в кассу ООО «НОРДгазстрой» по приходному кассовому ордеру № 17 от 24.04.2018 по истечении 5 месяцев после установленного в договоре купли-продажи от 30.10.2017  срока (03.11.2017) и, более того, -  уже после перепродажи ФИО3   недвижимого имущества ООО «Айсар» по спорному договору купли-продажи №01/18 от 15.01.2018.

В этой связи суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что фактически оплата третьим лицам (ООО «НОРДгазстрой» и ПАО «Якутскэнерго») производилась должником, а не ФИО3 из личных средств.

Поскольку  по договору купли-продажи земельного участка со строениями № 2 от 30.10.2017 ФИО3 оплата не производилась, постольку логичными представляются и выводы суда первой инстанции о том, что  бывший директор должника ФИО6 сохранил контроль над спорным имуществом.

Суд первой инстанции проанализировал выписки по расчетным счетам и пришел к обоснованному выводу, что оплата по договору в безналичном порядке на счет должника не поступала.

Кроме того, как правильно указал суд первой инстанции, материалами дела  подтверждается заинтересованность бывших руководителей должника – ФИО9, а также осведомленность ответчика о банкротстве должника, в силу того, что из выписки из Единого государственного реестра юридических лиц следует, что ФИО3 и ФИО6 (последний бывший руководитель должника) являются учредителями должника.

В силу пунктов 1, 2 и 3  статьи 19 Закона о банкротстве в целях настоящего Федерального закона заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются:

лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26 июля 2006 года N 135-ФЗ "О защите конкуренции" входит в одну группу лиц с должником;

лицо, которое является аффилированным лицом должника.

Заинтересованными лицами по отношению к должнику - юридическому лицу признаются:

руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве или до даты назначения временной администрации финансовой организации (в зависимости от того, какая дата наступила ранее), либо лицо, имеющее или имевшее в течение указанного периода возможность определять действия должника;

лица, находящиеся с физическими лицами, указанными в абзаце втором настоящего пункта, в отношениях, определенных пунктом 3 настоящей статьи;

лица, признаваемые заинтересованными в совершении должником сделок в соответствии с гражданским законодательством о соответствующих видах юридических лиц.

Согласно статье 4 Закона РСФСР «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» от 22.03.1991 №  948-1 аффилированные лица - физические и юридические лица, способные оказывать влияние на деятельность юридических и (или) физических лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность

аффилированными лицами юридического лица являются:

член его Совета директоров (наблюдательного совета) или иного коллегиального органа управления, член его коллегиального исполнительного органа, а также лицо, осуществляющее полномочия его единоличного исполнительного органа;

лица, принадлежащие к той группе лиц, к которой принадлежит данное юридическое лицо.

Группой лиц в силу статьи 9  Федерального закона от 26 июля 2006 года N 135-ФЗ "О защите конкуренции" признается совокупность физических лиц и (или) юридических лиц, соответствующих одному или нескольким признакам из следующих признаков, в том числе:

1) хозяйственное общество (товарищество, хозяйственное партнерство) и физическое лицо или юридическое лицо, если такое физическое лицо или такое юридическое лицо имеет в силу своего участия в этом хозяйственном обществе (товариществе, хозяйственном партнерстве) либо в соответствии с полномочиями, полученными, в том числе на основании письменного соглашения, от других лиц, более чем пятьдесят процентов общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции (доли) в уставном (складочном) капитале этого хозяйственного общества (товарищества, хозяйственного партнерства);

2) юридическое лицо и осуществляющие функции единоличного исполнительного органа этого юридического лица физическое лицо или юридическое лицо;

3) хозяйственное общество (товарищество, хозяйственное партнерство) и физическое лицо или юридическое лицо, если такое физическое лицо или такое юридическое лицо на основании учредительных документов этого хозяйственного общества (товарищества, хозяйственного партнерства) или заключенного с этим хозяйственным обществом (товариществом, хозяйственным партнерством) договора вправе давать этому хозяйственному обществу (товариществу, хозяйственному партнерству) обязательные для исполнения указания;

4) юридические лица, в которых более чем пятьдесят процентов количественного состава коллегиального исполнительного органа и (или) совета директоров (наблюдательного совета, совета фонда) составляют одни и те же физические лица;

5) хозяйственное общество (хозяйственное партнерство) и физическое лицо или юридическое лицо, если по предложению такого физического лица или такого юридического лица назначен или избран единоличный исполнительный орган этого хозяйственного общества (хозяйственного партнерства);

6) хозяйственное общество и физическое лицо или юридическое лицо, если по предложению такого физического лица или такого юридического лица избрано более чем пятьдесят процентов количественного состава коллегиального исполнительного органа либо совета директоров (наблюдательного совета) этого хозяйственного общества;

7) физическое лицо, его супруг, родители (в том числе усыновители), дети (в том числе усыновленные), полнородные и неполнородные братья и сестры;

8) лица, каждое из которых по какому-либо из указанных в пунктах 1 - 7 настоящей части признаку входит в группу с одним и тем же лицом, а также другие лица, входящие с любым из таких лиц в группу по какому-либо из указанных в пунктах 1 - 7 настоящей части признаку;

9) хозяйственное общество (товарищество, хозяйственное партнерство), физические лица и (или) юридические лица, которые по какому-либо из указанных в пунктах 1 - 8 настоящей части признаков входят в группу лиц, если такие лица в силу своего совместного участия в этом хозяйственном обществе (товариществе, хозяйственном партнерстве) или в соответствии с полномочиями, полученными от других лиц, имеют более чем пятьдесят процентов общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции (доли) в уставном (складочном) капитале этого хозяйственного общества (товарищества, хозяйственного партнерства).

В этой связи судом первой  инстанции достоверно установлен факт аффилированности участников договора купли-продажи земельного участка со строениями № 2 от 30.10.2017.

Помимо указанного, судом первой инстанции установлено, что  в рамках дела о банкротстве должника №А58-5943/2016 конкурсным управляющим должника оспаривается ряд сделок должника по отчуждению имущества должника, в том числе земельных участков с кадастровым номером: 14:36:106003:288, 14:36:106003:325, 14:36:106003:327, 14:36:106003:326, 14:36:106003:290, 14:36:106003:292, 14:36:106003:291, в том числе   заключенных с ответчиком ФИО3 и ООО «Айсар».

При этом данные  земельные участки, ранее входили в состав единого земельного участка с кадастровым номером 14:36:106003:91, общей площадью 33 385 кв.м., находящегося по адресу: 

<

...>, на котором расположены здания, находящиеся в собственности ООО «Сахастроймеханизация» № 1691 от 02.08.2011 (т. 4, л.д. 9-19).

Если стороны настоящего дела действительно являются аффилированными, к требованию истца должен быть применен еще более строгий стандарт доказывания, чем к обычному кредитору в деле о банкротстве. Такое  лицо должно исключить любые разумные сомнения в реальности долга, поскольку общность экономических интересов, в том числе повышает вероятность представления кредитором внешне безупречных доказательств исполнения по существу фиктивной сделки с противоправной целью последующего распределения конкурсной массы в пользу "дружественного" кредитора и уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю кредиторов независимых (определения Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 N 306-ЭС16-20056(6), от 11.09.2017 N 301-ЭС17-4784), что не отвечает стандартам добросовестного осуществления прав. При этом наличие в действиях стороны злоупотребления правом уже само по себе достаточно для отказа во взыскании долга (пункты 1 и 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, абзац четвертый пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)").

Указание заявителей апелляционных жалоб об отсутствии доказательств юридической аффилированности лиц, участвующих в оспариваемых уполномоченным органом сделках, применительно к положениям ст.19 Закона о банкротстве, подлежат отклонению с учетом правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 N 308-ЭС16-1475 и определении Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 N 306-ЭС16-20056(6).

Так, судебной коллегией по экономическим спорам Верховного суда РФ указано, что при представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

Принимая во внимание тот факт, что сделки по отчуждению ликвидного имущества совершены аффилированными лицами, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о презумпции общности экономических интересов должника и ответчика (осведомленности об экономическом состоянии друг друга), нераскрытии экономической целесообразности в совершении спорных сделок и исчерпывающего подтверждения факта оплаты, которое бы опровергало все разумные сомнения.

Как отмечено выше,  в последующем ФИО3 продал спорное имущество по договору купли-продажи недвижимого имущества и земельных участков № 01/18 от 15.01.2018 ООО «Айсар» по цене 7 000 000 рублей.

В соответствии с пунктом 2.2 договора купли-продажи недвижимого имущества и земельных участков № 01/18 от 15.01.2018 ООО «Айсар» (покупатель) обязуется произвести оплату цены договора в срок не позднее 31.12.2021.

При рассмотрении настоящего спора апелляционный суд полагает целесообразным также учесть правовую позицию, приведенную в определении Верховного Суда Российской Федерации от 31.07.2017 № 305-ЭС15-11230.

Суть этого подхода заключается в следующем. Согласно пункту 2 статьи 170 Гражданского кодекса РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Действующее законодательство исходит из того, что прикрываемая сделка также может быть признана недействительной по основаниям, установленным Гражданским кодексом или специальными законами.

Как разъяснено в абзаце первом пункта 87, абзаце первом пункта 88  постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015          № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», притворная сделка может прикрывать сделку с иным субъектным составом; для прикрытия сделки может быть совершено несколько сделок.

Таким образом, по смыслу приведенных разъяснений цепочкой последовательных сделок купли-продажи с разным субъектным составом может прикрываться сделка, направленная на прямое отчуждение имущества первым продавцом последнему покупателю.

При этом само по себе осуществление государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество (а в рассматриваемом случае регистрация транспорта),  не препятствует квалификации данных сделок как ничтожных на основании пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса РФ.

В отношении прикрывающей сделки ее стороны, как правило, изготавливают документы так, что у внешнего лица создается впечатление, будто бы стороны действительно следуют условиям притворного договора.

Данный подход последовательно проводится Верховным Судом РФ. В частности, в определении от 19 марта 2020 г. N 305-ЭС19-16046(3) в очередной раз вышестоящая судебная инстанция указала на то, что общность предмета сделок, короткий промежуток между сделками, а также неоплата по сделкам, - фактически могло свидетельствовать о том, что совокупность операций является цепочкой взаимосвязанных сделок.

Аналогичный подход приведен и в  определении Верховного Суда Российской Федерации № 301-ЭС17-19678 от 19.06.2020 по делу №А11-7472/2015, на которое сослался суд первой инстанции.

Так, вышестоящей судебной инстанцией приведены разъяснения, в соответствии с которыми при отчуждении имущества должника в преддверии его банкротства и последующем оформлении передачи права собственности на данное имущество от первого приобретателя к иным лицам по цепочке сделок следует различать две ситуации.

Во-первых, возможна ситуация, когда волеизъявление первого приобретателя отчужденного должником имущества соответствует его воле: этот приобретатель вступил в реальные договорные отношения с должником и действительно желал создать правовые последствия в виде перехода к нему права собственности. В таком случае при отчуждении им спорного имущества на основании последующих (второй, третьей, четвертой и т.д.) сделок права должника (его кредиторов) подлежат защите путем предъявления заявления об оспаривании первой сделки по правилам статьи 61.8 Закона о банкротстве к первому приобретателю и виндикационного иска по правилам статей 301 и 302 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - Гражданский кодекс) к последнему приобретателю, а не с использованием правового механизма, установленного статьей 167 Гражданского кодекса (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 21.04.2003 N 6-П). Вопрос о подсудности виндикационного иска в этом случае подлежит разрешению с учетом разъяснений, данных в пункте 16 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" - требование о виндикации при подсудности виндикационного иска тому же суду, который рассматривает дело о банкротстве, может быть разрешено в деле о банкротстве, в иных случаях - вне рамок дела о банкротстве с соблюдением общих правил о подсудности.

Во-вторых, возможна ситуация, когда первый приобретатель, формально выражая волю на получение права собственности на имущество должника путем подписания договора об отчуждении, не намеревается породить отраженные в этом договоре правовые последствия. Например, личность первого, а зачастую, и последующих приобретателей может использоваться в качестве инструмента для вывода активов (сокрытия принадлежащего должнику имущества от обращения на него взыскания по требованиям кредиторов), создания лишь видимости широкого вовлечения имущества 16 должника в гражданский оборот, иллюзии последовательного перехода права собственности на него от одного собственника другому (оформляются притворные сделки), а в действительности совершается одна единственная (прикрываемая) сделка - сделка по передаче права собственности на имущество от должника к бенефициару указанной сделки по выводу активов (далее - бенефициар): лицу, числящемуся конечным приобретателем, либо вообще не названному в формально составленных договорах. Имущество после отчуждения его должником все время находится под контролем этого бенефициара, он принимает решения относительно данного имущества.

Позиция вышестоящей судебной инстанции заключается в необходимости проверки всей цепочки сделок, из чего правильно исходил суд первой инстанции.

Согласно пункту 2 статьи 170 Гражданского кодекса притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Цепочкой последовательных сделок купли-продажи с разным субъектным составом может прикрываться одна сделка, направленная на прямое отчуждение должником своего имущества в пользу бенефициара. Такая прикрываемая  сделка может быть признана недействительной как подозрительная на основании статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Поскольку по договору купли-продажи земельного участка со строениями № 2 от 30.10.2017 ФИО3 оплата не производилась,  и бывший директор должника ФИО6 сохранил контроль над спорным имуществом, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что в рассматриваемом случае реально была совершена лишь одна (прикрываемая) сделка - сделка по передаче права собственности на оспариваемое имущество от должника к ООО «Айсар» - договор купли-продажи недвижимого имущества и земельных участков № 01/18 от 15.01.2018.

Более того, пунктами 2.2 и 2.3 договора купли-продажи недвижимого имущества и земельных участков № 01/18 от 15.01.2018  предусмотрена не  обоснованная разумными экономическими причинами отсрочка в оплате до 31.12.2021.

Как верно отметил суд первой инстанции, разумные экономические причины, соответствующие интересам должника, находящегося в процедуре наблюдения на дату заключения оспариваемой сделки, предоставление столь значительной отсрочки оплаты оспариваемого имущества, ООО «Айсар» без возникновения права залога у должника (продавца) в силу закона, не подтверждены.

Оценив поведение сторон сделки, очевидно свидетельствующее о направленности их воли на неисполнение оспариваемого договора купли-продажи № 01/18 от 15.01.2018 в части условия об оплате проданного имущества, арбитражный суд первой инстанции пришел  к правильному выводу о том, что договор купли-продажи недвижимого имущества и земельных участков № 01/18 от 15.01.2018 также  подлежит признанию недействительным на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а также на основании  пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в силу которого  не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Спорное недвижимое имущество находится в собственности ответчика – ООО «Айсар», поэтому  последствия недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу должника спорного недвижимого имущества применены верно.

Настоящее постановление выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленными квалифицированными электронными подписями  судей, в связи с чем направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет».

По ходатайству указанных лиц копии постановления на бумажном носителе могут быть направлены им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства заказным письмом с уведомлением о вручении или вручены им под расписку.

Лица, участвующие в деле, могут получить информацию о движении дела в общедоступной базе данных «Картотека арбитражных дел» по электронному адресу: www.kad.arbitr.ru.

Руководствуясь ст. ст. 258, 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда Республики Саха (Якутия)  от  12 октября 2020 года по делу № А58-5943/2016 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение месяца в кассационном порядке в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа путем подачи кассационной жалобы через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий судья                                                      Н.А. Корзова

 

Судьи                                                                                               О.П. Антонова

 

Е.О. Никифорюк