, 

№ 09АП-13388/2024

Дело № А40-249434/21

г. Москва

11 июня 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 29 мая 2024 года 

Постановление

 изготовлено в полном объеме 11 июня 2024 года 

 

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи А.Н. Григорьева,

судей Р.Г. Нагаева, Е.А. Скворцовой

при ведении протокола секретарем судебного заседания П.С. Бурцевым,  

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы АО "МОСКОВСКИЙ НАУЧНО-ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКИЙ И ПРОЕКТНЫЙ ИНСТИТУТ ТИПОЛОГИИ, ЭКСПЕРИМЕНТАЛЬНОГО ПРОЕКТИРОВАНИЯ", ФИО1 на определение Арбитражного суда г. Москвы от 12 февраля 2024 года по делу № А40-249434/21 о привлечении ФИО2, ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Связьсетьпроект»в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Связьсетьпроект»,

при участии в судебном заседании:

от АО МНИИТЭП: ФИО3 по дов. от 09.01.2024, ФИО4 по дов. от 03.04.2024

от ФИО5: ФИО6 по дов. от 24.04.2023

от ФИО7: ФИО8 по дов. от 23.10.2023

от ФИО1: ФИО9 по дов. от 06.02.2024

ФИО1 лично, паспорт

к/у ФИО7 лично, паспорт

иные лица не явились, извещены 

 

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда г. Москвы от 07.09.2022 ООО «Связьсетьпроект» (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев, конкурсным управляющим утвержден ФИО7 (ИНН 

<

***>, СНИЛС 

<

***>, почтовый адрес: 105425, 

<

...>).

В Арбитражный суд г. Москвы 06.09.2023 поступило заявление конкурсного управляющего о привлечении контролирующих должника лиц ФИО2, ФИО1, ФИО5 к субсидиарной ответственности в размере 36 223 065,80 руб.

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 12.02.2024 заявление конкурсного управляющего удовлетворено в части. ФИО2, ФИО1 привлечены к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Связьсетьпроект». Производство по заявлению конкурсного управляющего о привлечении контролирующих лиц должника к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в части определения размера ответственности приостановлено до завершения расчетов с кредиторами. В части привлечения ФИО5 отказано.

Не согласившись с вышеуказанным судебным актом, конкурсный кредитор АО «МНИИТЭП» обратился в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение отменить в части, вынести по делу новый судебный акт:

1. Признать доказанным наличие оснований для привлечения ФИО5 к субсидиарной ответственности по неисполненным обязательствам должника ООО «Связьсетьпроект»;

2. Привлечь ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Связьсетьпроект» на общую сумму 36 223 065,80 руб., в солидарном порядке.

ФИО1 также обратилась с апелляционной жалобой, в рамках которой просит определение отменить и принять по делу новый судебный акт, которым отказать в удовлетворении требования о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО1

В судебном заседании представитель АО «МНИИТЭП», конкурсный управляющий  и его представитель доводы апелляционной жалобы АО «МНИИТЭП» поддержали. ФИО1 и ее представитель доводы своей апелляционной жалобы поддержала. Представитель ФИО5 возражал против удовлетворения апелляционной жалобы АО «МНИИТЭП».

Иные лица, участвующие в деле, уведомленные судом о времени и месте слушания дела, в том числе публично, посредством размещения информации на официальном сайте в сети Интернет, в судебное заседание не явились, в связи с чем, апелляционные жалобы рассматривается в их отсутствие, исходя из норм ст. 156 АПК РФ. 

Рассмотрев дело в порядке ст. 156, 266, 268 АПК РФ, изучив материалы дела, выслушав доводы лиц, участвующих в деле, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о наличии оснований для отмены обжалуемого судебного акта в части в соответствии со ст. 270 АПК РФ.

В силу положений ст. 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и ст. 223 АПК РФ дела о банкротстве юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными настоящим Федеральным законом.

В силу п. 1 ст. 61.10 Закона о банкротстве под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий. 

В соответствии с п. 4 ст. 61.10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо: 

1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии; 

2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника;

3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в п. 1 ст. 53.1 ГКРФ.

В соответствии с п. 2 ст. 61.10 Закона о банкротстве возможность определять действия должника может достигаться: 

1) в силу нахождения с должником (руководителем или членами органов управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного положения; 

2) в силу наличия полномочий совершать сделки от имени должника, основанных на доверенности, нормативном правовом акте либо ином специальном полномочии; 

3) в силу должностного положения (в частности, замещения должности главного бухгалтера, финансового директора должника либо лиц, указанных в пп. 2 п. 4 настоящей статьи, а также иной должности, предоставляющей возможность определять действия должника); 

4) иным образом, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом.

ФИО5 в период с 27.07.2016 по 30.07.2021 являлась единственным участником (учредителем) ООО «Связьсетьпроект». 

ФИО1 в период с 27.07.2016 по 30.07.2021 являлась руководителем ООО «Связьсетьпроект».

ФИО2 в период с 30.07.2021 по 06.09.2022 являлся руководителем и единственным участником ООО «Связьсетьпроект»

Следовательно, в силу прямого указания Закона о банкротстве, указанные лица являлись контролирующим должника лицами в понимании положений ст. 61.10 Закона о банкротстве.

Согласно п. 1 и 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств:

1) причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в ст. 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона;

2) документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Согласно п. 2 ст. 126 Закона о банкротстве руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

В случае уклонения от указанной обязанности руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Данное требование обусловлено, в том числе, и тем, что отсутствие необходимых документов бухгалтерского учета не позволяет конкурсному управляющему иметь полную информацию о деятельности должника и совершенных им сделках и исполнять обязанности, предусмотренные п. 2 ст. 129 Закона о банкротстве, в частности, принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном Законом о банкротстве. 

В связи с этим невыполнение руководителем должника без уважительной причины требований Закона о банкротстве о передаче конкурсному управляющему документации (материальных ценностей) должника свидетельствует, по сути, о недобросовестном поведении, направленном на сокрытие информации об имуществе должника, за счет которого могут быть погашены требования кредиторов.

Суд подчеркивает, что сама по себе не передача предыдущим руководителем новому необходимых документов не освобождает последнего от ответственности и не свидетельствует об отсутствии вины.

Как было установлено судом первой инстанции, конкурсный управляющий обращался в арбитражный суд с ходатайством об истребовании документов у руководителя должника - ФИО2 ввиду неисполнения последним обязанности по их передаче арбитражному управляющему. 

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 24.03.2023 суд удовлетворил ходатайство конкурсного управляющего об истребовании документации, которое ФИО2 не исполнено. 

Решением Арбитражного суда г. Москвы от 07.09.2022 суд также обязал руководителя должника передать конкурсному управляющему в течении трех дней бухгалтерскую и иную документацию, печати, штампы, материальные и иные ценности. 

В материалах дела отсутствуют сведения о надлежащем исполнении ФИО2 и ФИО10 (предыдущий руководитель должника) своих обязанностей по передаче бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей.

Непередача документации исключила возможность установления и реализации активов должника, а также выявления конкретного имущества, дебиторской задолженности, за счет которых могли быть удовлетворены требования кредиторов и текущие расходы конкурсного управляющего.

Кроме того, в результате не передачи документов заявитель не смог выявить причины утраты финансовой устойчивости и платежеспособности должника и установить правомерность осуществления контролирующим должника лицом мероприятий по работе с дебиторской задолженностью.

Учитывая изложенное, суд первой инстанции пришел к выводу о наличии оснований для привлечения ФИО2 и ФИО10 к субсидиарной ответственности за непередачу документации должника конкурсному управляющему, поскольку данные действия привели к невозможности истребования дебиторской задолженности, оценки и продажи имущества должника (формированию конкурсной массы) с целью дальнейшего удовлетворения требований кредиторов в ходе проведения процедуры конкурсного производства. 

ФИО10, возражая против наличия оснований для привлечения ее к субсидиарной ответственности, указывает, что законом действительно предусмотрена обязанность передачи документации от бывшего руководителя новому, однако не предусмотрена форма такой передачи. В то же время данная обязанность предоставляет возможность обществу в случае непередачи документации обратиться в суд с заявлением об истребовании такой документации. 

Однако, поскольку из картотеки арбитражных дел не усматривается наличие предъявленных к ФИО10 требований, апеллянт делает вывод, что она добросовестно исполнила свои обязанности по передаче документации. Также ФИО10 полагает, что данные обстоятельства подтверждаются тем, что в материалах настоящего обособленного спора содержатся документы с подписью нового руководителя должника и печати общества, что свидетельствует о том, что печать также была передана ФИО2

Между тем, суд апелляционной инстанции отклоняет указанные доводы.

Оригиналы документов должника в объеме, отраженном в бухгалтерском учете, ФИО10, являющейся генеральным директором должника в период с  27.07.2016 по 30.07.2021, конкурсному управляющему не переданы. Надлежащих и достаточных доказательств обратного не представлено. 

При этом надлежит учитывать следующие фактические обстоятельства, выявленные конкурсным управляющим в ходе анализа финансово-хозяйственной деятельности должника: 

- за пять месяцев до принятия арбитражным судом заявления о признании должника несостоятельным (банкротом) ФИО1 была освобождена от исполнения обязанностей решением единственного учредителя общества ФИО5 и новым директором общества избран ФИО2 – гражданин Украины, зарегестрированный на дату его избрания руководителем по адресу: г. ФИО11, ул. Кос-Анатольского, д. 12, кв. 49. 

- за четыре месяца до принятия заявления о признании должника банкротом ФИО5 перестала быть учредителем должника, новым учредителем стал ФИО2

- за три месяца до принятия заявления о признании должника банкротом представителями ИФНС России № 27 по г. Москве был осуществлен осмотр объекта недвижимости, расположенного по адресу регистрации должника: 117218, 

<

...>., в ходе которого было установлено, что представители, сотрудники ООО «Связьсетьпроект» по данному адресу не находились и деятельность не осуществляли. 

Таким образом, является обоснованным довод конкурсного управляющего и кредитора о том, что в течении полугода до признания должника банкротом меняется учредитель и руководитель должника, ранее работавшие в организации с даты её учреждения – 2016 года, полномочия директора организации передаются гражданину иной страны, который не выходит на связь, общество не осуществляет деятельность, а местонахождение транспортных средств (основной актив должника), принадлежавших ООО «Связьсетьпроект», становится неизвестным. 

В связи с этим кредитор и конкурсный управляющий полагают, что реальным руководителями должника являются ФИО1, ФИО5, которые назначили ФИО2 для противоправной цели - не передать документацию и избежать материальной ответственности за недобросовестное исполнение обязанностей по руководству обществом, приведшее его к банкротству. 

Предусмотренная абзацем вторым п. 2 ст. 126 Закона о банкротстве обязанность руководителя передать документацию должника конкурсному управляющему в равной степени (солидарно) распространяется как на номинального, так и на фактического руководителя. 

Неисполнение этой обязанности влечет возможность впоследствии применить презумпцию доведения до несостоятельности, предусмотренную пп. 2 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве.

В соответствии с положениями п. 24 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53) привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

В случае противоправных действий нескольких руководителей, последовательно сменявших друг друга, связанных с ведением, хранением и восстановлением ими документации, презюмируется, что действий каждого из них было достаточно для доведения должника до объективного банкротства (п. 8 ст. 61.11 Закона о банкротстве).

Доказательств надлежащей передачи документов ФИО1 ФИО2 и ФИО2 конкурсному управляющему не представлено, ввиду чего у суда отсутствуют основания для вывода о том, что указанные лица не подлежат привлечениию к субсидиарной ответственности в соответствии со ст. 61.11 Закона о банкротстве. 

Конкурсным управляющим также поставлен вопрос о субсидиарной ответственности ответчиков за осуществление деятельности (совершение сделок), ухудшивших финансовое положение должника, повлекших банкротство и, как следствие, причинение существенного вреда правам кредиторов в виде невозможности удовлетворения их требований к должнику.

Однако суд первой инстанции не усмотрел доказательств недобросовестности контролирующих лиц и неразумности при заключении договоров и наличия причинно-следственной связи между заключением договоров и негативными последствиями (ухудшение финансового состояния и последующее банкротство должника). 

Судебная коллегия полагает указанный вывод противоречащим обстоятельствам дела ввиду следующего. 

В соответствии с п. 16 Постановления № 53 под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (ст. 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, т.е. те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Из положений п. 23 Постановление № 53 следует, что согласно пп. 1 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. 

К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (ст. 78 Закона об акционерных обществах, ст. 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). 

Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Если к ответственности привлекается контролирующее должника лицо, одобрившее сделку прямо (например, действительный участник корпорации) либо косвенно (например, фактический участник корпорации, оказавший влияние на номинального участника в целях одобрения им сделки), для применения названной презумпции заявитель должен доказать, что сделкой причинен существенный вред кредиторам, о чем контролирующее лицо в момент одобрения знало либо должно было знать исходя из сложившихся обстоятельств и с учетом его положения.

В рамках настоящего дела о банкротстве ООО «Связьсетьпроект» был оспорен ряд сделок о неправомерном отчуждении ликвидных активов, а именно транспортных средств в пользу иных лиц: 

1. Определением Арбитражного суда г. Москвы от 03.04.2023 были признаны недействительными договоры купли-продажи автомобилей № 01/10-20, № 04/10-20, № 05/10-20, № 06/10-20, № 07/10-20, № 08/10-20, № 09/10-20, № 10/10-20, № 11/10-20, № 12/10-20, № 22/10-20, № 23/10-20, № 26/10-20 от 01.10.2020 и 13.10.2020, заключенные между ООО «Связьсетьпроект» и ООО «Каналсетьпроект». 

Применены последствия недействительности сделок в виде обязания ООО «Каналсетьпроект» возвратить в конкурсную массу ООО «Связьсетьпроект» транспортные средства.

2. Определением Арбитражного суда г. Москвы от 13.12.2023 суд признал недействительными заключенные между ООО «Связьсетьпроект» и ООО «Каналсетьпроект» договоры купли-продажи автомобилей № 02/10-20, № 03/10-20, № 13/10-20, № 14/10-20, № 15/10-20, № 16/10-20, № 17/10-20, № 18/10-20, № 20/10-20, № 21/10-20 от 01.10.2020, договор купли-продажи автомобиля № б/н от 24.03.2021. 

Суд применил последствия недействительности сделки и обязал ООО «Каналсетьпроект» возвратить в конкурсную массу ООО «Связьсетьпроект» транспортные средства.

3. Определение Арбитражного суда г. Москвы от 05.12.2023 был признан недействительным договор купли-продажи транспортного средства, заключенный между ООО «Связьсетьпроект» и ФИО12 от 26.03.2021. Суд обязал ФИО12 возвратить в конкурсную массу ООО «Связьсетьпроект» спорный автомобиль. 

4. Определением Арбитражного суда г. Москвы от 05.12.2023 был признан недействительным договор купли-продажи автомобиля № 19/10-20 от 01.10.2020, заключенный между ООО «Связьсетьпроект» и ООО «Каналсетьпроект». Суд также обязал ООО «Каналсетьпроект» возвратить в конкурсную массу ООО «Связьсетьпроект» автомобиль.

Ответчик ФИО5 в период с 30.07.2016 по 30.07.2021 являлась единственным учредителем ООО «Связьсетьпроект». Вместе с этим ФИО13 с 01.12.2009 по настоящий день является единственным учредителем ООО «Каналсетьпроект». 

Таким образом, в 2020 г. ООО «Связьсетьпроект» в пользу ООО «Каналсетьпроект» (аффилированная с должником компания) совершены сделки по продаже транспортных средств, которые признаны недействительными на основании п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, поскольку ликвидное имущество было отчуждено должником в пользу ответчика по существенно заниженной цене в период неплатежеспособности.

При этом ни ФИО1, ни ФИО5 установленные в рамках обособленных споров по признанию сделок недействительными обстоятельства надлежащими доказательствами не опровергнуты, определения суда ими обжалованы не были.

К отчету об оценке, на который ссылается ФИО5 в своих пояснениях, суд первой инстанции обоснованно отнеся критически, поскольку данные обстоятельства являлись предметом рассмотрения при оспаривании сделок, доказательств невозможности предоставления указанного документа при рассмотрении заявлений об оспаривании сделок, не представлено, в силу чего, суд приходит к выводу, что предоставление данного отчета направлено на пересмотр судебного акта, вступившего в законную силу.

В соответствии с выводом конкурсного управляющего, изложенным в заключении о наличии (отсутствии) признаков фиктивного и преднамеренного банкротства ООО «Связьсетьпроект» (стр. 4-9), должником совершены недействительные сделки на сумму 40 738 266,90 руб. 

Согласно сведения Государственного информационного ресурса бухгалтерской (финансовой) отчетности (Ресурс БФО, https://bo.nalog.ru/organizationscard/9849666) последний бухгалтерский баланс ООО «Связьсетьпроект» был предоставлен в налоговый орган за 2020 год. 

Конкурный кредитор АО «МНИИТЭП» полагает, что указанные выше сделки, совершенные должником в 2020-2021 гг., являлись существенными сделками, поскольку согласно бухгалтерскому балансу должника, совокупная стоимость активов баланса составляла на 31.12.2019 – 44 633 тыс. руб., на 31.12.2020 – 53 580 тыс. руб. 

При этом кредиторская задолженность составляла на 31.12.2019 года – 41 643 тыс. руб., на 31.12.2020 года – 42 318 тыс. руб.

Таким образом, стоимость выбывшего имущества составила более 75% от балансовой стоимости всех активов должника. При оспаривании данных сделок судами первой и апелляционной инстанций установлена их значимость для должника и заведомая убыточность, а действия ФИО1 и ФИО5 квалифицированы как выходящие за пределы обычного делового риска и направленные на причинение ущерба должнику и нарушение прав и законных интересов кредиторов должника.

В соответствии с п. 20 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 90, Пленума ВАС РФ № 14 от 09.12.1999 «О некоторых вопросах применения Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» при разрешении споров, касающихся заключения обществом сделок, в совершении которых имеется заинтересованность (ст. 45 Закона), а также крупных сделок (ст. 46 Закона), необходимо иметь в виду, что указанные сделки могут заключаться в случаях, предусмотренных Законом, с согласия общего собрания участников, а если в обществе создан совет директоров (наблюдательный совет) - в соответствии с решением этого совета, принимаемым им в пределах компетенции, предоставленной данному органу учредительными документами общества в рамках, предусмотренных Законом. 

Заведомая осведомленность о том, что сделки на общую сумму 40 738 266,90 руб. являются крупными (в том числе о значении сделки для общества и последствиях, которые они для него повлекут), предполагается, пока не доказано иное, только если контрагент, контролирующее его лицо или подконтрольное ему лицо является участником (акционером) общества или контролирующего лица общества или входит в состав органов общества или контролирующего лица общества. 

В соответствии с п. 22 Постановления № 53 в силу п. 8 ст. 61.11 Закона о банкротстве и абз. 1 ст. 1080 ГК РФ, если несколько контролирующих должника лиц действовали совместно, они несут субсидиарную ответственность за доведение до банкротства солидарно. В целях квалификации действий контролирующих должника лиц как совместных могут быть учтены согласованность, скоординированность и направленность этих действий на реализацию общего для всех намерения, то есть может быть принято во внимание соучастие в любой форме, в том числе соисполнительство, пособничество и т.д. Пока не доказано иное, предполагается, что являются совместными действия нескольких контролирующих лиц, аффилированных между собой.

ФИО13 как учредитель должника в период 2020-2021 гг. была обязана согласовывать крупные сделки должника, и соответственно, должна была понимать последствия отчуждения значительного количества транспортных средств.

Помимо этого, в настоящем случае судебная коллегия полагает, что руководитель должника ФИО1 также осознавала, что указанные сделки в совокупности направлены на отчуждение основных активов должника, однако ею не было предпринято никаких мер, направленных на недопущение причинение вреда обществу и кредиторам должника.

Согласно разъяснениям, изложенным в абз. 1 п. 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», лицо, входящее в состав органов юридического лица (единоличный исполнительный орган - директор, генеральный директор и т.д.), обязано действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно (п. 3 ст. 53 ГК РФ).

Добросовестность и разумность в данном случае означают такое поведение лица, которое характерно для обычного «заботливого хозяина» или «добросовестного коммерсанта».

В реестр требований кредиторов должника включены кредиторы: 

1. Определением Арбитражного суда г. Москвы от 09.02.2022 включены в третью очередь реестра требований кредиторов требования АО «МНИИТЭП» в размере 32 745 323,59 руб., в том числе в размере 23 720 257,04 руб.– основной долг, 7 326 639,80 руб. - штраф, 480 000 руб. - расходы на проведение судебной экспертизы, 1 017 020,54 руб.– неустойка, 201 406, 21 руб. - расходы по уплате госпошлины. 

2. Определением Арбитражного суда г. Москвы от 08.06.2022 включены требования ФНС России в сумме 3 477 742,21 руб., из которых 2 068 400,83 руб. – во вторую очередь реестра требований кредиторов; в третью очередь реестра требований кредиторов в сумме 1 409 341,38 руб., в том числе 961 785.11 руб. - основной долг, 447 556,27 руб. 

Таким образом, совокупный размер требований кредиторов составляет 36 223 065,80 руб. 

Сопоставив совокупный размер требований кредиторов (36 223 065,80 руб.) и размер имущественного вреда, причиненного должнику, вследствие заключения сделок (40 738 266,90 руб.), конкурный кредитор АО «МНИИТЭП» полагает, что они являлись значимыми в сравнении с масштабами деятельности организации и существенно убыточными, в результате их совершения был причинен существенный вред имущественным правам кредиторов ООО «Связьсетьпроект», исходя из п. 23 Постановления № 53.

Уже на момент совершения сделок (2020-2021 года) у ООО «Связьсетьпроект» имелись неисполненные денежные обязательства, в частности, перед кредитором АО «Московский научно-исследовательский и проектный институт типологии, экспериментального проектирования», требования которого в последующем были включены в реестр требований кредиторов должника. 

Соответственно, совершая вышеуказанные неправомерные действия, контролирующие должника лица в преддверии процедуры банкротства (2020-2021 гг.) выводили ликвидное имущество, за счет которого потенциально могли быть удовлетворения требования кредиторов, в том числе АО «МНИИТЭП». 

С учетом изложенного можно прийти к выводу, что образование задолженности перед кредиторами непосредственно связано с указанными действиями контролирующих должника лиц, в том числе учредителя ООО «Связьсетьпроект» ФИО5, и послужило основанием для возбуждения по заявлению АО «МНИИТЭП» дела о несостоятельности (банкротстве) должника. 

В материалы дела не представлены доказательства того, что неспособность должника удовлетворить требования кредиторов возникла вследствие иных причин. Доказательства, опровергающие вышеуказанное, в материалах дела отсутствуют.

Между тем, ФИО5 полагает, что упомянутые в жалобе конкурсного кредитора сделки имели под собой разумные экономические мотивы, обусловленные групповым интересом корпоративной группы, в которую входили стороны данных сделок.

Как отмечено в определении Верховного Суда РФ от 24.02.2022 № 305-ЭС20-15145(5) по делу № А40-109097/2018, помимо непосредственных персональных интересов у организации, входящей в корпоративную группу, имеется, как правило, и групповой интерес, конечной целью которого является прибыльность деятельности группы в целом. Реализация группового интереса способствует не только процветанию корпоративной группы, но в то же время и каждого ее участника, в том числе того, который, формально пренебрегая своими персональными интересами, совершил для себя (и своих кредиторов) не выгодную сделку. Определяя баланс между общим интересом корпоративной группы и личными интересами ее участника, необходимо исходить из того, что не подлежат квалификации как незаконные те действия участника группы, которые будучи направлены на реализацию группового интереса, не стали причиной объективного банкротства такого участника.

Однако сформированная судебная практика на уровне Верховного Суда РФ также свидетельствует о возможности привлечения недобросовестных контролирующих должника лиц, которые выстраивают модели ведения хозяйственной деятельности в рамках группы лиц и (или) способов распоряжения имуществом должника таким образом, что в результате происходит уменьшение активов должника и не учитываются его собственные интересы. При этом привлечению к ответственности подлежат не только определяемые по формально-юридическим признакам контролирующие должника лица, но и не имеющие формально-юридической аффилированности с должником лица, получившие выгоду от «ущербных» для должника сделок – учредитель контрагента должника (Определения Верховного Суда РФ от 17.04.2023 № 305-ЭС23-3703(1,2) по делу № А40-200781/2019, от 15.12.2022 № 305-ЭС22-14865 по делу N А40-264080/2020, от 23.12.2019 № 305-ЭС19-13326 по делу N А40-131425/2016).

Также лицо несет субсидиарную ответственность по долгам должника-банкрота в случае, когда банкротство вызвано действиями этого лица, заключающимися в организации деятельности корпоративной группы таким образом, что на должника возлагаются исключительно убытки, а другие участники группы получают прибыль. Подобная бизнес-модель выходит за пределы предпринимательского риска и подтверждает злоупотребление корпоративной формой с целью причинения вреда независимым кредиторам. При этом злоупотребление правом - тот самый исключительный случай, в котором самостоятельность корпорации как субъекта права, может быть проигнорирована. Лица, причинившие вред совместно с контролирующим должника лицом, несут субсидиарную ответственность солидарно с ним (Определение Верховного Суда РФ от 03.08.2020 N 310-ЭС20-6760 по делу N А14-7544/2014).

Факт того, что ООО «Каналсетьпроект» (контролирующим лицом также выступает ФИО5) получило выгоду от взаимодействия с должником, который получил исключительно убытки, следует, в частности, из судебных актов по оспоренным сделкам. 

Также об этом свидетельствуют обстоятельства существенного прироста показателей в балансе ООО «Каналсетьпроект». Всего активов в балансе ООО «Каналсетьпроект» на 2019 – 0 руб., а по результатам 2020 года (когда были заключены рассматриваемые сделки) активы составили - 14 513 тыс. руб. При этом на 13 207 тыс. руб. активы состоят из основных средств, а выручка за год всего - 1 277 руб., что свидетельствует о приобретении активов ООО «Каналсетьпроект» без оплаты за них, так как поступления средств на расчетный счет в сопоставимом размере отсутствуют.

Помимо этого, конкурсным управляющим обращено внимание судебной коллегии на следующие обстоятельства.

Для принудительного исполнения судебного акта о недействительности сделок должника и ООО «Каналсетьпроект» и возврата в конкурсную массу транспортных средств был получен исполнительный лист.

13.07.2023 Гагаринским ОСП ГУФССП по г. Москве возбуждено исполнительное производство № 108552/23/77006-ИП. Данное исполнительное производство является сводным, так как ООО «Каналсетьпроект», помимо требований должника о возврате транспортных средств, имеет многочисленную задолженность перед бывшими работниками данной организации.

Как было установлено судебным приставом-исполнителем в рамках указанного исполнительного производства по состоянию на 01.11.2023 у ООО «Каналсетьпроект» отсутствуют в собственности какие-либо транспортные средства, а также денежные средства на счетах и недвижимое имущество.

Одновременно определением Арбитражного суда г. Москвы от 08.05.2024 по делу № А40-100729/2024 к производству принято заявление ФНС России о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Каналсетьпроект», судебное заседание по рассмотрению обоснованности заявленных требований назначено на 03.07.2024.

Ввиду изложенного, судебная коллегия считает обоснованным довод конкурсного управляющего о том, что контролирующими должника и ООО «Каналсетьпроект» лицами совершены целенаправленные действия по сокрытию ликвидного имущества должника в целях недопущения удовлетворения за счет них требований кредиторов.

Согласно п. 19 Постановления № 53 при доказанности обстоятельств, составляющих основания опровержимых презумпций доведения до банкротства, закрепленные в п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве, предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица явились необходимой причиной объективного банкротства.

Принимая во внимание вышеизложенное, установлены основания для привлечения к субсидиарной ответственности участника должника ФИО5, а также руководителя должника ФИО1

В данной ситуации судом неверно возложено бремя доказывания на заявителя, а выводы о том, что в материалы дела конкурсным управляющим не представлены сведения о выводе активов должника и совершении противоправных сделок, противоречат ранее установленным судом обстоятельствам при оспаривании сделок должника.

Таким образом, суд первой инстанции обоснованно удовлетворил заявление конкурсного управляющего о привлечении ФИО2, ФИО10 к субсидиарной ответственности по ст. 61.11 Закона о банкротстве и необоснованно отказал в привлечении к субсидиарной ответственности ФИО5 

Ввиду изложенного судебная коллегия приходит к выводу о наличии основания для отмены обжалуемого судебного акта в части отказа в привлечении ФИО5 к субсидиарной ответственности в соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 270 АПК РФ. 

Руководствуясь ст. ст. 266 - 269, 272 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 12 февраля 2024 года по делу № А40-249434/21 отменить в части отказа в привлечении ФИО5 к субсидиарной ответственности.

Привлечь ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

В остальной части определение оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО10 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.

 

Председательствующий судья:                                                      А.Н. Григорьев 

Судьи:                                                                                               Р.Г. Нагаев 

                                                                                                           Е.А. Скворцова